Евангелие от Иоанна 8 глава 33 стих

Однако сказал Господь не «вы свободны», но — истина освободит вас.

А в этом глаголе, как я сказал — по-гречески это ясно, — они не поняли ничего кроме свободы и стали превозноситься, что они — семя Авраамово, и сказали: Мы — семя Авраамово, и никому никогда не служили, как Ты говоришь: будете свободными? О, надутый мех! Не величие это, а одно вздутие!

И это, учитывая свободу того времени, верно ли сказали? Разве вы никому никогда не служили? Иосиф не был ли продан?¹ Святые пророки не были ли уведены в плен?² Наконец, разве это не тот народ, который в Египте делал кирпичи и служил жестоким правителям, работая не с золотом и серебром, но с глиной?³ Если вы никому никогда не служили, о неблагодарные, почему вам постоянно напоминает Бог, что Он освободил вас из дома рабства?⁴ Или, может быть, служили отцы ваши, а вы, которые говорите, не служили никому и никогда? А как же тогда вы платили дань римлянам, почему и сами подстроили Истине как бы ловушку плена?⁵

***

Так вот, и иудеи так поняли и ответили Ему. Не те, которые уверовали, но те, которые среди народа были еще неверующими. Ему отвечали: мы семя Авраамово и не были рабами никому и никогда; как же Ты говоришь: сделаетесь свободными? Однако Господь не говорил: сделаетесь свободными, но: «истина освободит (liberabit) вас» Блж. Августин продолжает говорить о смысловых оттенках глагола Uberare, который следует понимать не только в значении «освобождать», но и «избавлять», «спасать», «исцелять». Поэтому в данном случае он пытается показать, что Господь говорил не «сделаетесь свободными», но «истина исцелит, спасет вас». — Пер.. Однако же в этом глаголе, поскольку, как я сказал, такой смысл очевиден в греческом языке, они не слышали ничего, кроме освобождения. И они стали утверждать, что они — семя Авраама, и сказали: мы семя Авраамово и не были рабами никому и никогда; как же Ты говоришь: сделаетесь свободными ? О, надутые меха! Это не величие, а напыщенность!

Ибо каким образом сказанное вами верно даже в отношении свободы в этой жизни: «мы не были рабами никому и никогда»? Не был ли продан в рабство Иосиф? (см. Быт. 37:28). Не были ли уведены в рабство святые пророки? (см. 4 Цар. 24). Наконец, не этот ли народ изготавливал кирпичи в Египте и служил суровым царям, работая не с золотом и серебром, но с глиной? (см. Исх. 1:14). Если вы никому и никогда не были рабами, о неблагодарные, то почему Бог постоянно вменяет вам, что освободил вас из дома рабства? (см. Исх. 13:3; Втор. 5:6; 13:6).

Или, быть может, отцы ваши были рабами, а вы, которые говорите, никогда и никому не были рабами? Как же вы уплачивали подати римлянам? Вы ведь сами из-за этого устроили ловушку Истине, желая Его подловить, спросив: Позволительно ли давать подать кесарю? (Мф. 22:17), чтобы, если бы Он сказал, что позволительно, схватить Его как презирающего свободу для семени Авраамова, а если бы сказал, что непозволительно, оклеветать перед царями земли, что Он-де отказывается платить подать царям. Поделом, когда Он показал вам монету, вы оказались повержены и сами вынуждены были дать ответ на ваше лукавство. Ибо было сказано вам тогда: Отдайте кесарю кесарево, а Божие Богу (Мф. 22:21), после того как вы сами ответили, что монета несет изображение кесаря. Ибо как кесарь ищет на монете образ свой, так и Бог ищет в человек Свой. И вот такой Он дал ответ иудеям. В самом деле, братья, раздражает меня тщетная гордыня людей, которые даже о своей, понимаемой плотски, свободе лгали, говоря: мы не были рабами никому и никогда.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 172-173++

Иудеи, судящие по плоти, соблазняются этим словом Господа. «Мы семя Авраамово, — говорят они надменно, — и не были рабами никому никогда; как же Ты говоришь: сделаетесь свободными?» Как лживо это их утверждение и как бесстыдно они произносят его перед лицом всего народа! Как будто не было вавилонского плена, и как будто в это самое время они не находятся под властью римлян. Но, самое главное, они не понимают, что Христос говорит о другом рабстве, свободу от которого может дать только истина. 

Странным кажется отрицание иудеями того, что они рабы, тогда как они и прежде испытывали рабство (от египтян, вавилонян и сирийцев) и теперь находились под властию римлян. Но иудеи, очевидно, различают состояние политической зависимости от состояния рабства. Таким различием означенных понятий они и утешают себя в своем печальном политическом положении. А между тем они слышать сейчас не только от своего соотечественника, но и от такого, в котором желали бы видеть Мессию, избавителя от ига языческаго, название себя рабами. Это оскорбляет их национальное чувство, и они говорят, что рабами они никогда не были, что они всегда помнят свое происхождение от Авраама и соединенное с этим свое национальное достоинство.

Без свободы – полной, настоящей, подлинной – нет жизни. Мы это знаем, хорошо знаем по личному опыту. Также мы знаем, что иногда в том или ином вдруг наступает для нас некая свобода, и мы переживаем хаотическое состояние. Появляются мысли, желания, вожделения, стремления и так далее – как в человеке, так и в обществе. Получается, что свобода оборачивается своей дурной стороной – произволом. Или, как это теперь иногда называется, вседозволенностью.

Но настоящая свобода совсем другая. Потому что она дается нам с известной целью, которая заключается в победе добра над злом. Мы вольны выбирать то или другое, в этом суть свободы. Если мы предпочтем нечто, противоречащее добру, то есть зло в той или иной степени, мы нарушим свободу других людей. Как часто люди даже не думают об этом. Мы нарушаем свободу, окружающую нас. И – парадоксально – свою собственную свободу. Христос говорит, что человек, который подвержен греху, становится рабом греха. Мы это хорошо понимаем.

Возьмем для примера алкоголь. Вы знаете, что его употребление часто оборачивается болезнью, которая, как говорят нам ученые, медики, передается даже по наследству, в человеческих генах. Люди, которые борются с алкоголизмом, иногда спрашивают: «У ваших родителей имелось это пристрастие?» – «Да». – «Ах, так? Значит, нужно делать то‑то и то‑то». До какой степени человек становится рабом той или иной своей привычки, даже в нескольких поколениях! Вот что значит произвол, вот куда он ведет, к рабству.

Другой пример. Разного рода недостатки у новорожденных детей, как мы теперь знаем, являются следствием того, что беременная мать употребляла алкоголь, это точно известно. Существуют и другие ужасные извращения, которые приводят к заражению СПИДом, в результате чего у ребенка, рожденного от зараженного отца или матери, возникает уродство. Вот что значит произвол и вседозволенность. Об этом нужно думать, с этим бороться и делать все возможное, чтобы искоренить.

Вот почему мы утверждаем, что свобода только тогда свобода, когда она действительно осознана и дает полноту возможности делать выбор между добром и злом. Последнее – как тень света, мрак, смерть, от которой мы принципиально отказываемся и выбираем путь, который ведет нас к благодатной жизни на этой Земле. Этот путь означает борьбу за мир – личный, семейный, общественный, международный, борьбу с вооружением и так далее. Война – это тоже выбор, ужасный, страшный, который влияет на все человечество.

Тут я опять повторяю: мы – христиане, и, если мы стараемся внести свой вклад в движение за мир, нужно наполнить его нашим христианским пониманием. Оно заключается в том, что мы понимаем свободу только как свободу в выборе добра. Это наша цель, в этом весь смысл.

И даже с философской точки зрения, если мы рассмотрим наших русских философов, которые много писали о свободе. Возьмем, например, теперь уже хорошо известного философа Николая Бердяева, который долгое время был в России под запретом, его книги не печатали и не читали. Он считает, что свобода – это качество Самого Бога, что Он есть свобода, так же как Он есть любовь. Потому что они взаимосвязаны: нет любви без свободы и нет свободы без любви. Ведь всякого рода нелюбовь, ненависть, эгоизм или себялюбие, по существу, есть нарушение свободы. И Бердяев говорит даже о том, что наш человеческий грех вызвал в результате этого ужасного выбора нарушение самого времени. Так что время – он рассуждает с философской точки зрения – стало разорванным, то есть прошедшее отделено от будущего так называемым настоящим, которого не существует. И если мы будем делить секунды на сотую, десятую, тысячную, миллионную долю – это ученые уже могут делать с помощью компьютеров, – мы в конце концов не получим настоящее, потому что все перечисленное является отрезками того же движущегося времени. Разрыв между прошедшим и будущим есть. И он стал результатом отсутствия любви, которая связывает все. Однако есть, по выражению Фомы Аквината, ангельское время, которое отличается от Божественной вечности, но не разорвано.

Нам, христианам, нужно быть очень осторожными в том, что и как мы говорим, когда рассуждаем о таких великих идеях, как миротворчество, выживание человечества и многое другое. Все эти понятия, конечно, нужно осмыслять, но при условии, что мы понимаем разницу между истинной свободой, какова она, с чем связана, и ложно понятой, фальшивой, дурной, то есть произволом. С ним необходимо беспощадно бороться, так, как мы боремся со всеми злыми людскими стремлениями. Прежде всего, нужно, конечно, начинать с себя и уничтожить произвол в своем существе.

Свобода может быть полной, абсолютной даже в тюрьме, в лагере, в самых ужасных условиях. Свобода духа есть всегда, и мы всегда можем выбирать добро. Вот в чем суть. Но эта способность, конечно, означает еще и стремление к внешней свободе. И она сейчас, слава Богу, дается нашему обществу, здесь, в России, да и вообще в мире, все больше и больше. Поэтому будем стремиться к ней так, как Господь нас призывает. И тогда мы окажемся теми, кто своей жизнью, своим примером докажут: «так что уверует мир, что Ты действительно послал Меня» (Ин. 17:21)

Отличие веры «Иудеев» от веры людей «простых сердцем» заключалось в том, что убеждаясь, что Господь Иисус есть Мессия, они не хотят однако «пребыть во словеси Его». Признавая в эту минуту, что Господь Иисус есть Христос, они однако не хотят отказаться от несбыточных надежд земного царства, от всех предрассудков своих, от кичливости Иудея и книжника; они не могут подняться до любви к Богу и ближним своим и уразуметь душою сию великую тайну царствия Божия: что Бог есть любовь 1 Ин. 3:8, 23; 4:21.. Господь хочет возвести их на Свой путь «Аз есмь путь» Ин. 14:6., глаголя к ним: «аще вы пребудете во словеси моем, воистинну ученицы мои будете и уразумеете истину и истина свободит вы».

Но Иудеи не восхотели понять глубоких священных слов сих. Они не могли и не хотели понять, что только отрешившись навсегда от своего кичливого разума и восприяв сердцем Божественный огнь, могли они соделаться учениками Господа и идти по пути, Им указанному, который приведет их к нравственной свободе, к той свободе, которая отрешает человека от материальных уз земли и среды, в коей он живет, и от всех мелких и суетных влияний, воздымая его выше их и делая его по истине свободным от сей кратковременной жизни, ибо по истине «страннии и пришельцы есмы на земли и взыскуем вечного отечествия» Евр. 11:13–14..

Только пребывая во словесах Господних, могли Иудеи уразуметь истину (абсолютную), которая могла освободить их от оков их безумия. Истина здесь разумеется не как отвлеченное только понятие, но как воплощение Самого Бога Слова, вечной истины, ибо «Бог есть истина и суды Его праведны» Пс. 18:9; 88:34; 110:7. Ис. 65:16.. «Небо и земля прейдут, словеса же Господа не прейдут» Мф. 24:35.. Посему и ранее (ст. 25) глаголал Господь: «Аз есмь начаток, яко и глаголю вам» См. выше на ст. 25..

Уразуметь истину есть уверовать, что Господь Иисус есть Христос, – и есть вместе с тем уразуметь волю Божию и тем освободиться от рабства плоти и греха и земли, ибо «где Дух Господень, там свобода» 2 Кор. 3:17..

Таково учение, преподанное Господом Иудеям; таково учение любви, коим Он и этих хульников и озлобленных влек к Себе, но не только сердце их было глубоко испорчено, – даже самый разум их был отуманен разлагающим воспитанием Иудейских школ. Привыкшие к букве Иудеи не понимают духа слов Господа; они начинают препираться о словах, давая им самое узкое толкование и тем выказывая себя совершенно неспособными подняться на высоту, куда хочет вести их Господь. Перед ними носятся призраки величия народа, которым как рабами вскоре за тем наводнены были все базары Востока Флавий Иос. война Иуд. кн. 6, гл. 44; кн. 7, гл. 25, 27.. Они указывают на Авраама и данные ему обетования, забывая, что их грехи и неверие были уже причиной их рабства в руках многих народов, – но главное, не понимая того, что только «все верующие благословятся с верным Авраамом» Гал. 3:9, 16 и ср. Быт. 12:7.. Иудеи, говоря о рабстве, и не подозревают, что есть рабство духовное, в котором они находятся; что земное рабство кончается с мимолетною жизнью земною, и никакой тиран не в состоянии удержать раба, душа которого освободилась от земных уз, – но что рабство духовное, рабство греха и злобы и неверия сковывает бессмертную душу и за гробом.

Ему отвечали; кто отвечал? Иоанн Златоуст полагает, что отвечали те же только что уверовавшие в Иисуса иудеи. Но враждебное настроение отвечавших, а также невероятность такого быстрого отпадения только что уверовавших, доказывают, что отвечали или возражали Иисусу иудеи, не уверовавшие в Него, но стоявшие тут же, среди уверовавших.

Обличение фарисеев в том, что они - сыны диавола и творят волю его

Фарисеи, гордившиеся происхождением от Авраама, которому, по их мнению, было обещано господство над миром, а не рабство, возразили Иисусу: «Как же Ты говоришь, что сделаешь нас свободными? Мы и без Тебя, как потомки Авраама, свободны; мы не были рабами никому никогда». Говоря так, гордые своим происхождением от Авраама фарисеи забыли, что предки их были рабами в Египте и Вавилоне и что они сами подвластны чужеземному царю, то есть тоже находятся в политическом порабощении.

Речь Иисуса раздражает иудеев. Они - не рабы.

Закон запрещает рабство. Должник пусть работает как поселенец до юбилея. Все - рабы Божьи.

Зилоты. Оскорбление сказать, что иудей - раб.

Когда человеку указывают на его плохое поведение, он говорит: «Тебе-то что? Я как хочу, так и живу». Это заблуждение. Он живет не так, как он хочет, а как хочет грех и диавол.

И никакая сила его не освободит от этого, кроме Истины.

Нередко, беседуя с толпой людей, Иисус выделял среди нее отдельные группы, к которым обращал Свое слово. Так, например, Нагорная проповедь была адресована Его ученикам (Мф. 5:1), но произносилась в присутствии народа, который «дивился учению Его» (Мф. 7:28). Нередко Иисус обращал слово к книжникам и фарисеям (Мф. 23:13–35), хотя в толпе присутствовали не только они, но и сочувствовавшие Иисусу слушатели (Мф. 23:1–12).

В данном случае Иисус обращает к уверовавшим в Него слова: «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными». Слово «ученики» (μαθηταί) в Евангелии от Иоанна, как и в синоптических Евангелиях, употребляется почти исключительно по отношению к апостолам. Они уверовали в Иисуса после первого же совершённого Им чуда (Ин. 2:11). Правда, некоторая часть учеников отходит от Него после беседы о небесном хлебе, но двенадцать остаются (Ин. 6:66–69). Далее термин «ученики» в четвертом Евангелии указывает только на тех, кто остался. Им Иисус на Тайной вечере скажет: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35). Они же услышат от Него слова: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6).

То, что Иисус говорит уверовавшим в Него иудеям, вполне созвучно этим словам. Он призывает их пребывать в Его слове, что и является опытом ученичества, необходимым для познания истины. Под истиной же Он понимает Себя. Познание истины приведет Его учеников к той внутренней свободе, которую приобретает человек, вышедший из-под власти греха.

На слова Иисуса реагируют не те, к кому они обращены. И вся дальнейшая полемика разворачивается не между Иисусом и уверовавшими в Него иудеями, а между Ним и Его злейшими врагами. Им в диалоге принадлежат шесть реплик, из которые первые три вводятся безличными оборотами: «Ему отвечали», «сказали Ему в ответ» и «на это сказали Ему» (Ин. 8:33, 39, 41). Три последующих реплики вводятся фразами, в которых используется термин «иудеи» (Ин. 8:48, 52, 57). Как мы говорили выше, термин «иудеи» в четвертом Евангелии чаще всего применяется по отношению к оппонентам Иисуса и в таком случае синонимичен выражению «книжники и фарисеи», употребляемому синоптиками.

Услышав, что Господь обещает своим верующим свободу не в том смысле, в каком евреи ожидают от Мессии, т. е. свободу политическую, они возразили Ему: Мы семя Авраамово и проч. Мы семя Авраамово, т. е. потомки Авраама, а потомству его обещано господство над миром—благословение чрез него мира (Быт. 12:7; Быт. 22:17 и др.). Не были рабами никому никогда (никомуже работахом николиже). Говоря эти слова, в гневе на Господа иудеи как бы забыли о рабстве Египетском, Вавилонском и о настоящем Римском.

Опять подвергают осмеянию обещание Спасителя нашего – даже более, негодуют, якобы оскорбленные. Для того, говорят, кто непричастен никакому рабству, какая же может быть нужда в призывающем нас к свободе и как бы в качестве дара сообщающем уже присущее нам? Не знают они, хотя и привыкли много думать о себе, что праотец Авраам не был сыном, судя по мирскому, знатного отца и не блистал отличиями этой жизни, но прославился одною только верою в Бога: «Поверил, – сказано, – Авраам Богу, и вменена ему в праведность вера, и другом Божиим был назван» (Иак. 2:23). Отсюда со всею ясностью можешь видеть причину присущей ему славы. Так как назван другом Вседержителя Бога, то поэтому и стал великим и славным, вменена ему вера в праведность и правда от веры соделалась для него причиною свободы по Богу. Итак, когда, уверовав, он получил оправдание, то есть когда отвергся неблагородства греховного, тогда явился знатным и благородным и свободным. Неразумно поэтому иудеи, презирая освободившую и самого первоначальника рода благодать, сосредоточивают свои помыслы на одном только освобожденном ею (Аврааме), но, не обращая внимания на то, откуда происходит и куда направляет эта слава его, бесчестят Подателя присущих ему качеств, оставляют в пренебрежении Источник всякого благородства и преувеличенно думают об удостоенном причастия к Нему (Аврааме).

Оказываются пустыми хвастунами также и в заявлении, что они никому никогда не рабствовали, – этими своими словами они изобличаются как лгуны. Ведь они были в рабстве у египтян в течение четырехсот тридцати лет, только благодаря вышней благодати были выведены из дома рабства и из печи железной, как написано (Втор. 4:20), то есть жестоковластия египтян. Были в рабстве и у вавилонян и ассириян, которые, опустошив всю Иудейскую страну и самый Иерусалим, переселили в свою страну всего Израиля. Итак, совершенно не здравомысленна речь иудеев, ибо кроме неведения об истинном рабстве, разумею рабство во грехах, они совершенно отвергают и другое неблагородное рабство (политическое), имея ум, привыкший высокомудрствовать по ничтожным поводам.

– Мы – потомки Авраама и никогда ничьими рабами не были! – возразили они. – Что Ты имеешь в виду, говоря: «Станете свободными»? – В словах слушателей Иисуса чувствуется раздраженное несогласие. Авраам – родоначальник народа Израиля. Согласно преданиям, он был первым человеком, который поверил в единого Бога, заключившего с ним договор и давшего ему и его потомству нерушимые обещания. Праотцы Авраам, его сын Исаак и внук Иаков в еврейской традиции часто назывались царями, а все их потомки – сыновьями царей (ср. Мф. 8:12). Так утверждал, например, один из величайших учителей II в. Акива. Конечно, цари и сыны царей не могут быть рабами. Слушатели Иисуса говорят не о политической свободе – евреи почти всегда были во власти иноземных захватчиков: ассирийцев, вавилонян, персов, греков, римлян, – но о свободе внутренней, духовной. Проблема заключается в том, что почти всегда подобные утверждения порождают гордость и самоуверенность. Как фарисеи не сомневались в собственной праведности, потому что очень тщательно исполняли предписания Закона и, как им казалось, не нуждались в раскаянии, прощении и спасении, так и эти люди были уверены, что у них нет нужды в Освободителе.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 238++

Будучи подлинными рабами греха, иудеи не понимали, что такое рабство греху, а только знали что они свободны по своему происхождению от Авраама. И среди нас, христиан, есть много людей, которые считают себя свободными и гордятся своей свободой. Они не подозревают того, что на самом деле являются жалкими рабами греха, как не знали этого древние иудеи, которые были обижены словами Господа Иисуса Христа. (см. толк. на Рим. 6:17-18)

Это наставление обидело гордых фарисеев, бывших тут же в толпе. На их возражение: Мы семя Авраамово и не были рабами никому никогда – Господь Иисус Христос дает им разъяснение, что всякий, делающий грех, есть раб греха (ст. 34), и от рабства греху не спасает происхождение от Авраама; от этого рабства может спасти только Бог, Который для того и послал в мир Единородного Сына Своего. И если Сын освободит вас, то истинно свободны будете (ст. 36).

мы... не были рабами никому никогда. Иудеи поняли заявление Иисуса как относящееся к внешней, политической свободе. Но даже при таком понимании их декларация представляется весьма странной, поскольку потомки Авраама были рабами в Египте, а после поселения в Ханаане покорялись последовательно филистимлянами, ассирийцами, вавилонянами, персами, греками, сирийцами и римлянами.

.37 семя Авраамово. Евреи могли вести свою генеалогию от Авраама, впрочем, так же, как измаильтяне и едомляне. Для Бога, однако, важно не физическое происхождение, а духовная преемственность.

Эта речь Господа Иисуса Христа, в которой он решительно указал на себя как на Meссию, произвела на многих сильное впечатление. Они уверовали в него, но эта вера – плод мгновенного озарения ума и сердца – не была твердой и глубокой. Посему, желая укрепить и углубить в них веру, Господь, по выражению святителя Иоанна Златоуста, «пронзает душу их словами самыми разительными». Они должны были убедиться, что горделивая мысль о происхождении от Авраама, а также мечтательные ожидания освобождения от ненавистного ига иноплеменного, – все эти мнимые преимущества и земные надежды ничего не имеют общего с учением Евангелия. Аще вы пребудете во словеси Моем, воистинну ученицы Мои будете, и уразумеете истину, и истина свободит вы от самого тяжкого и ужасного ига нравственного, с которым никакое другое сравниться не может. Думая, что он говорит об освобождении от рабства мирского, и в пылу страстного увлечения зaбыв о рабстве египетском, времени судей, вавилонском и даже теперешнем римском, иудеи сказали: семя Авраам-ле есмы – семя, которому обетовано преимущество пред всеми народами (Быт. 22:18), – и никомуже ра-ботахом николиже: како ты глаголеши, яко свободни будете? такую хвастливую ложь Господь оставил без обличения, потому что, по замечанию святителя Иоанна Златоуста, «говорил не для состязания с ними, но для их спасения и пользы»; в своем ответе он только подтвердил и дополнил прежнюю мысль: аминь, аминь глаголю вам: яко всяк, творяй грех, раб есть греха, – вот то рабство, от которого истина делает свободным верующих. и что эта истина освобождает пленников греха через самосущую и ипостасную истину – Господа Иисуса Христа, он пояснил выразительным oбразом заимствованным из домашней жизни тогдашнего семейства: раб не пребывает в дому во век, сын пребывает во век; аще убо Сын вы свободит, воистинну сво-бодни будете.

При укоренившемся понятии о наследственной от Авраама праведности, проповедь о необходимости добродетели становилась непонятной и даже лишней. Зато те, на ком тяготело общественное презрение, как, например, мытари и любодейцы, внимательно вслушивались в благовестие о восстановлении падшего человеческого достоинства и с горячностью предавались Христу, оставляя прежний порочный образ жизни. Прочие же, довольные своим происхождением от друга Божия Авраама, только мечтали о тех выгодах, какие извлекут от славного воцарения Мессии, Царя Иудейского. Таковы были превратные понятия, вследствие чего народ жаждал видеть в Мессии не только освободителя от железного ига Рима, но и покорителя вселенной для Иудеев. Причиной этих заблуждений был материализм, который, по выражению пророка, ослепил глаза и окаменил сердца их. О горнем ни помяну, а земному идолу все помышление. К чему же могло повести такое упорное пресмыкание по земле, как не к отвержению такого Мессии, Который учит о горнем мудрствовать, а не о земном.

Образованное сословие понимало, что учение Христово направлено к исправлению порочной жизни, но еще менее чем народ расположено было следовать учению Мессии, возвещавшему Царство, только не от мира сего, свободу от железного ига, только не римского, а греховного, от греховных оков, в которые заковал людей князь мира сего, наложив на них клеймо проклятия и вечной смерти. Могло ли обещание такой свободы нравиться тем, которые полагали свободу в разнузданности сибаритских вожделений. Могло ли это освобождение от железного ярма грехов нравиться фарисеям, когда никакого греховного ярма они и знать не знали, признавая все поступки свои вдвойне праведными, как по священному происхождению от Авраама, так и по заявляемой ими на каждом шагу ревности в наружном соблюдении закона, в заботах о внешних очищениях (с полным пренебрежением к внутренним очищениям души). Кроме этих заслуг, они считались представителями богоизбранного народа, ревнителями его политической свободы, а потому святыми, достойными земного и небесного царства.

Посмотрим, таково ли было мнение об этих мнимых святых Самого Мессии?

В последние дни своей земной жизни Господь наш Иисус Христос произнес в Иерусалимском храме великое обличительное слово слепым вождям слепого народа иудейского, вождям, почивавшим на законе, но не исполнявшим его.

«Горе вам, книжники, фарисеи, лицемеры» (Мф. 23). Подобно грому это страшное предостережение прогремело над ними восемь раз, поражая мерзость их внутреннего запустения. Книжники и фарисеи не только были примером беззаконной жизни, но и учителями порока. Они внушали неуважение к важнейшим заповедям Божиим, ради уважения к заповедям суетной мудрости человеческой. «Вожди слепые оцеживающие комара, а верблюда поглощающие». Они полны были хищения и неправды при благовидной внешней этике. «Горе вам, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония». Ученость их была полна самого непроглядного невежества. «Горе вам, вожди слепые, которые говорите: если кто поклянется храмом, то ничего; а если кто поклянется золотом храма, то повинен». Они были великие ревнители в мелочах и пальцем не шевелили в великих добродетелях: правде, человеколюбии, истине. Исполняя мелочи, почитали себя все исполнившими, пренебрегая самым важным. Поедали стяжания вдов, отнимая у них последние крупицы, да еще прикрывая эти злодеяния, лицемерно совершая долгие моления.

Аскетический опыт Церкви свидетельствует, что Бога может увидеть как свет только тот, кто сам просвещен; для грешника Бог «есть огонь поядающий» (Втор. 4:24). Человеку, любящему тьму, свет режет глаза, и человек ничего не может делать, пока не удалит источник света. Вера тех, кто проникся расположением к Христу во время этой беседы, оказалась поверхностной, и Господь обнаружил ее недоброкачественность очень просто – Он показал им дальнейший необходимый путь веры:

Все это оказалось «уверовавшим» иудеям не нужно. По их мнению, они все это уже имели в своем происхождении от Авраама (Ин. 8:33, 39, 41). С этого момента их вера идет на попятную, а тщеславное нежелание верить и идти по пути, предложенному Христом, проявляет себя агрессивно – евангелист фиксирует неоднократное намерение убить Христа. Что им мешает верить? Не слова Христа – это формальная причина, а те страсти и грехи, которые эти слова задели: гордость, ложь и противление истине, незнание Бога, желание человекоубийства. Именно за эти черты Христос называет их детьми диавола (Ин. 8:40–55).

Новое возражение последовало со стороны упорного неверия фарисейского, искавшего убить Иисуса, ст. 37, 40. В этом круге людей были Зилоты, которые считали несносной римскую власть и бессильные перед железной волей Рима терзались сами и волновали народ против законной власти. Они считали преступлением признавать над собою другого Властителя Владыку, кроме Бога. Люди такого разряда являются по временам и в христианском мире и всегда на несчастье тех обществ, где являются, – так как у них свобода то же, что разнузданность страстей и прежде всего их собственного самолюбия. Зилоты говорили Христу: «мы семя Аврамово и не были рабами никому никогда». И Предтеча вразумлял этих людей: «не мечтайте о себе, не говорите: мы отцом имеем Авраама» Мф. 3:9. Спасителю вновь надлежало говорить против этой разрушительной мечтательности. Он опускает из вида вопиющую ложь в словах диких мечтателей: не говорит, что были они рабами и Египта и во время судей и в плену вавилонском и теперь находятся под железной властью Рима. Это – известная им правда и правда, как видно, не столько важная, чтобы об ней говорил небесный Учитель. Спаситель показывает более важную и более нужную для всех правду.