Евангелие от Иоанна 6 глава 51 стих

И вновь о благодеянии просит тебя нищий, и ты сам — нищий Божий.

Ибо все мы, когда молимся, оказываемся нищими Божиими: преддверью великого главы семейства предстоим, и даже простерты ниц, слезно умоляем, желая получить нечто, и это нечто — сам Бог. Чего у тебя просит нищий? — Хлеба. А ты чего просишь у Бога, как не Христа, Который сказал: «Я — хлеб живой, с неба сшедший?».

***

Я — хлеб живый, сшедший с небес . Потому живой, что сошел с небес. С небес и манна сошла, но манна была тенью, а этот хлеб есть истина. Идущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира . Когда плоть воспримет ту плоть, которую Он назвал хлебом? Плоть То есть плотский человек. — Пер. не воспринимает тот хлеб, кото-рый назван Плотью, и плоть не воспринимает его особенно потому, что он назван Плотью. Именно от этого они пришли в ужас; они говорили, что это слишком для них, считали, что этого не может быть. Плоть Моя, — говорит Он, — за жизнь мира. Верующие знают Тело Христово, если не презирают быть Телом Христовым В первом случае речь идет о Евхаристическом Теле Христовом, а во втором случае — о Теле Христовой Церкви. — Ред. . Пусть они станут Телом Христовым, если хотят жить от Духа Святого. Никто не живет от Духа Святого, кроме Тела Христова.

Уразумейте, братья Col. 1613 мои, что я хочу сказать. Ты — человек, у тебя есть дух и у тебя есть тело. Я называю духом (spiritus) то, что называется душой {anima), благодаря которой ты являешься человеком, ибо ты состоишь из души и тела. Итак, у тебя есть невидимый дух и видимое тело. Скажи мне, что от чего живет? Дух твой жи-вет от тела твоего или тело твое живет от духа твоего? Всякий, обладающий жизнью, ответит на этот вопрос. Если же кто не может на него ответить — я не знаю, жив ли он. Что ответит всякий, обладающий жизнью? «Очевидно, что тело мое живет от духа моего». Так вот, хочешь ли ты жить от Духа Христова? Будь тогда в Теле Христовом. Ибо живет ли тело мое от духа твоего? Мое живет от духа моего, а твое — от твоего. Не может Тело Христово жить иначе, как от Духа Христова. Поэтому апостол Павел, толкуя нам про хлеб сей, говорит: Один хлеб, и мы многие одно тело (1 Кор. 10:17).

О, таинство благочестия! О, знак единства! О, узы любви! Кто хочет жить, имеет, где жить, имеет, благодаря чему жить. Пусть приблизится, уверует, чтобы стать телом, чтобы обрести жизнь. Пусть не отвращается от сплочения членов, пусть не будет гнилым членом, который заслужит быть отрезанным. Пусть не будет уродливым членом, за который было бы стыдно. Пусть будет красивым, ладным, здоровым; пусть будет неразрывным с телом, пусть имеет жизнь от Бога ради Бога. Сейчас пусть трудится на земле, чтобы потом царствовать на небесах.

После того Господь начинает снова раскрывать, что так как чрез Него только и можно войти в общение с Отцем, в причастие жизни вечной, то и следует, что Он и есть хлеб жизни вечной.

Вкушавшие манну, говорил Он, все умирали. Но Я есмь хлеб живый, подающий жизнь вечную. И потому ядущий хлеб сей будет жив во век.

Доселе Господь под именем хлеба разумел Свое учение, которое верующему доставляет жизнь вечную, как Он раскрывал прежде и в Иерусалиме (Ин. 5:24): слушаяй словесе Моего и веруяй пославшему Мя имать живот вечный. Теперь прибавляет еще нечто особенное, более соответствующее понятию о хлебе небесном: и хлеб, его же Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира. Это хлеб, который Сам Он готовится дать верующим, хлеб, принесенный Им – (кому? конечно – Отцу) за жизнь целого мира: тогда как о прежнем хлебе Он говорил: Отец мой дает вам хлеб истинный (ст. 32).

Здесь с одной стороны Он представляет плоть Свою, человечество Свое, приносимое как жертву искупительную за мир: с другой – как пищу, дающую верующим живот вечный: подобно как в скинии и храме были хлебы предложения, которые приносились как жертва Богу и которые потом предоставлялись в пищу священникам.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 136++

«Я – хлеб жизни, – повторяет Иисус и продолжает: – Отцы ваши ели в пустыне манну и умерли. Этот хлеб с неба сходит, чтобы человек от него вкусил и не умер» (Ин. 6:49-50). Назначение этого хлеба – в избавлении людей от смерти: «Я хлеб живой, с неба сошедший: если кто вкусит от этого хлеба, жив будет вовек» (Ин. 6:51). Сказав, что Он является источником жизни для верующих в Него, Иисус повторяет те слова, которые вызвали ропот и сомнения уиудеев, тем самым Он подчеркивает, что нужно верить всему вышесказанному.

Конечно, наименование себя хлебом не может не вызвать недоумений. Но Господь пока ещё не дал никаких пояснений. Обратим внимание, что сначала Иисус определяет себя как Хлеб и говорит, что в Ero руках будущее воскресение. В это надо верить. И лишь затем открывает, что хлеб – это Его плоть, и объясняет, как связано его «ядение» с воскресением и вечной жизнью.

Этим хлебом является Его собственное тело: «и хлеб, который Я дам, есть плоть моя» (Ин. 6:51). Для того чтобы есть плоть человека, нужно, чтобы он был мёртв. Поэтому Иисус продолжает, что «плоть... Я дам за жизнь мира» (Ин. 6:51). Предлог «за» указывает на заместительное значение предстоящей смерти. Тело Иисуса Христа станет жертвой, необходимой, чтобы сохранить жизнь мира. Как и в предыдуших беседах (Ин. 3:16, 4:42), здесь подчёркивается всеобщий характер будущего спасения.

Господь отдает Свою плоть и кровь за жизнь мира. Его плоть и кровь — искупление мира от греха. И предложение вечной жизни всему миру. Потому плоть и кровь Сына Человеческого являет Христа и Христа распятого. Дар Его искупления. В ней — обетование Нового Завета и вечной жизни. Вечная жизнь куплена для нас дорогою ценою — Его Телом ломимым и Его Кровью проливаемой — во оставление грехов. Это — пища и питие для нас. До этого Господь сравнивает Себя с хлебом — с тем, что питает человека. Его плоть — не видимость и не тени, которыми мир прельщает прилепляющихся к нему. Это истинная пища и истинное питие.
«Наше учение согласно с Евхаристией. И Евхаристия в свою очередь подтверждает наше учение», — говорит святой Ириней Лионский. Принятие Плоти и Крови Христовой неотделимо от принятия верою всего, что говорит и делает Христос. Это духовное вкушение начинается с алкания и жаждания Христа и правды Его. «Дайте мне испить из этого источника, или я умру» — таково состояние души, истинно ищущей Бога. Недостаточно изобразить истину, надо дать силу жить по ней. Нарисованный хлеб не может никого напитать. Христос — истинный хлеб, но и на такой хлеб недостаточно только смотреть, надо вкушать его. Чтобы узнать, как сладка жизнь, как благ Господь. Он питает нас и через обычную пищу. Но здесь тайну нашего ядения и пития Он делает Таинством. Духовное возрастание и крепость нового человека зависят от принятия этой небесной пищи.

В предыдущей речи И. Христос назвал Себя истинным хлебом Божиим, сшедшим с неба. Это соблазнило иудеев,—соблазнило их не то, что И. Христос учит о Себе, как о Мессии, но то, что Он приписывает Себе небесное происхождение. Основание же своего неверия такому самосвидетельству Христа они указывали в том, что они знают земное происхождение Его из семейства Иосифа из Назарета. Однако ото неверие не было плодом недоразумения. Чудеса И. Христа достаточно свидетельствовали о необычайности Его лица. И.. Христос видел ожесточение их сердец л теперь показывает, почему они так упорно не веруют в Него: потому, говорит Он, что никто же может прийти ко мне, аще не Отец, пославый Мя, привлечет его, как это было предсказано еще в В. Завете. Следовательно, по жестокосердию и недостоинству иудеев, слушателей И. Христа, еще не коснулось их сердец благодатное, призывающее ко спасению действие Отца, без котораго человек, ослепляемый грехом, не может увидеть света истины. Но, чтобы кто не понял неправильно пророчества Исаии (54:13) о непосредственном научении от Бога, И. Христос говорит: это пророчество не так следует понимать, как-будто бы кто из людей когда-нибудь мог видеть и прямо беседовать с Богом, знать существо Божие чрез непосредственное видение,, созерцание. На людей Бог действует невидимо Своею благодатию, непосредственное же видение существа Божия принадлежит только Сыну его. Поэтому только чрез Сына люди могут получить полный, потребный для спасения свет богопознания, а чрез то и жизнь вечную (17:3). Посему— аминь, аминь, глаюлю вам: веруяй в Мя, имать живот вечный,

Св. Афанасий великий неоднократно настаивает на том, что следует помнить, что тело Господа нашего Иисуса Христа есть Его собственное тело, человеческое, но Им обоженное и прославленное и превознесенное Афанасий вел. на Ариан сл. второе (в изд. 1852) ч. 2 стр. 361, 425, 455; см. еще в части 3 297 и мн. др..

Сие-то тело Свое Господь отдает на страдание и сие пречестное тело и кровь предлагает как пищу верующим во спасение. Грядущее таинство раскрывается все яснее и яснее, но слушателям еще неизвестны будущие страдания Господа и смерть крестная, о которой Господь глаголал и Никодиму лишь во образе, заимствованном от целительного символа, воздвигнутого Моисеем в пустыне Ин. 3:14.. Но слова Господа, записанные Иоанном Богословом, приуготовляли народ к воспринято тайны и значения грядущих событий и восполняют священные слова учреждения Евхаристии, записанные другими Евангелистами Мы напоминаем, что говорили во вступлении, что Иоанн Богослов не повторяет того, что рассказано другими Евангелистами; он дополняет их Евангелия: потому у него нет учреждения Евхаристии..

Этот хлеб больше манны. Манна - земной хлеб, хотя и чудесно данный Богом. Хлеб жизни (Иисус) не имеет отношение к телесному питанию и не обеспечивает телесного бессмертия. Но тот, кто ши Его (т. е. духовно соприкасается с Иисусом), гарантирован от духовной смерти. Он будет жить вечно, и тело (умершее) будет воскрешено.

Итак, люди судят часто по земным стандартам, по внешности. Как может быть наш сосед посланцем Бога?

Надо быть осторожным в суждении. Никто не откажется от перевода в 2 млн. из-за того, что бланк на дешевой бумаге.

Иудеи роптали, спорили между собой. Они заняты спорами и хотели довести до людей свое мнение. Их не интересует мысль Бога. Нам надо иногда помалкивать, а не проталкивать свою идею. Важно не то, что думаем мы, а то, что думает Бог.

Иудеи слушали, но не научились. Ведь слушать можно по-разному.

Бог может привлекать, но люди могут сопротивляться, уклоняться.

Отказаться от Иисуса - отказаться от жизни и умереть навеки, исчезнуть.

До сих пор речь о хлебе можно было понимать метафорически (учение!). Но теперь высказывается новая мысль: хлеб - Его плоть за жизнь мира. Здесь мотивы жертвы и евхаристии. То есть явно выражено, как Бог осуществляет свою цель спасения мира.

Ст. 51б. Для Ин характерна замена «тела» на «плоть». Телом он называет распятое тело Христа.

Вся последующая речь кажется непосвященному в жертвенную практику древних чем-то странным (каннибальство). Но тогда это было жизненным и понятным.

Обращает на себя внимание частое употребление термина «плоть» (σάρξ) в рассматриваемом отрывке. Этот термин, впервые появившийся в Ин. 1:14 («И Слово стало плотию…»), в общей сложности встречается в этом Евангелии 13 раз, из которых более половины приходится на 6-ю главу. Он выполняет роль богословского маркера, при помощи которого выявляется прямая связь между Боговоплощением, Искуплением и Евхаристией: Слово становится плотью; Сын Божий отдает Свою плоть за спасение мира; эта плоть является хлебом, сшедшим с небес и дающим верным жизнь вечную.

***

После этого Иисус возвращается к теме небесного хлеба и говорит иудеям слова, которые не могли не шокировать их: хлеб, сходящий с небес, есть Его собственная плоть – та самая человеческая плоть, которую Он получил от Своей Матери и которую Он отдаст «за жизнь мира».

Стихи 51–58 из 6-й главы Евангелия от Иоанна в научной литературе нередко называют «евхаристической интерполяцией», имея в виду, что эта интерполяция была сделана членами «Иоанновой общины» на основе существовавшей в ней евхаристической практики. Этот взгляд восходит к Р. Бультману, утверждавшему, что стихи 51–58 были «добавлены церковным редактором».

С нашей точки зрения, такой подход подрывает доверие к Евангелию как историческому источнику, содержащему достоверные сведения о том, чему учил Иисус. Данное толкование отрицает историчность беседы о небесном хлебе и подразумевает, что Иисус не говорил тех слов, которые приписаны Ему Иоанном. Признание историчности того, что приписывается Иисусу в Евангелиях, представляется нам conditio sine qua non для добросовестного исследования евангельского повествования. Беседа о небесном хлебе так же исторична, как и предшествующий ей рассказ о насыщении пяти тысяч человек пятью хлебами.

Слова хлеб животный—в русском переводе, в первом случае (ст. 48) хлеб жизни, а во втором (ст. 51) хлеб живый так разъясняет еписк. Михаил: «первыя означают жизненность, как свойство самаго хлеба, а последния — жизненность, как действие, производимое им во вкушающем». Хлеб, егоже Аз (который Я) дам, плоть моя есть и пр. «Три раза говорил доселе Спаситель: Я хлеб жизни, пишет свят. Филарет Черниг.; теперь говорит: дам хлеб — плоть Мою, которую дам за жизнь мира. Ясно, что теперь говорится о хлебе другого вида. Там хлеб — Он Сам, Его учение и благодать, усвояемыя верою. Здесь хлеб — плоть Его. Там хлеб, уже предложенный. Здесь говорит: дам хлеб,—обещает подать. Плоть Его, которую обещает подать в пищу,—не одно воплощение Его, оно уже совершилось; а здесь—плоть, которую еще даст за жизнь мира, и последнее не может иметь другаго значения, кроме значения смерти искупительной. И так Спаситель обещает установить новую пищу, пищу евхаристии, и предсказывает о Своей примирительной смерти». Плоть, т. е. тело, телесный состав Богочеловека И. Христа. «Нет никаких причин, пишет еписк. Михаил, принимать слово плоть не в буквальном, как толкуют некоторые из наших сектантов, а в переносном смысле. Как манна, питавшая древле евреев в пустыне, имеет буквальное прямое значение, так точно и это слово плоть. «Заметь, внушает блаж. Феофилакт, что хлеб, вкушаемый нами в таинстве, не есть образ тела Господня, но есть самая плоть Господа; ибо не сказал Он, что хлеб, который Я дам, есть образ плоти Моей, но есть плоть Моя". Которую Я отдам (юже Аз дам) за жизнь (живот) мира. «Это—иносказательная речь о крестной жертве Мессии, толкует еп. Михаил. Плоть Господа принесена Им на кресте, как истинная жертва Богу, во искупление грехов всего мира, подобно тому, как прообразовательная жертва за грех, по закону Моисееву, очищала грех приносившаго оную. Так как эта крестная Голгофская жертва была еще впереди, то Господь и говорит о вей в будущем времени—Я отдам за жизнь мира, т. е. чтобы все люди были живы духовно, в единении с примиренным этою жертвою Богом. Средство к достижению этой жизни есть вера в искупительную смерть Мессии Богочеловека (Ин. 3:16); в силу этой веры весь мир получил бы эту жизнь, если бы весь веровал: так как жертва принесена Христом за всех, за весь мир, за жизнь всего мира, бывшаго доселе в отчуждении от Бога и следовательно в духовной смерти по причине греха. Здесь Господь ясно давал понять Своим слушателям, что время образов проходит и настает самая истина: вкушение пасхальнаго агнца заменится вкушением тела Христова, принесеннаго в жертву за грехи всего мира».

Как ясно учение о необходимости и действительности причащения христиан под видами хлеба и вина истинного Тела и Крови Христовых! Имей это в голове.

– Я – живой хлеб, сошедший с Небес. Кто будет есть этот хлеб, обретет вечную жизнь – Этот хлеб – Воплощенный Посланец Бога, который имеет жизнь в себе и дарует ее другим. Живой хлеб – то же, что «хлеб жизни». Ср. также «живую воду» в. 4:10-11 и «воду жизни» в Откр. 21:6; 22:1, 17. Но слова «живой хлеб» напрямую указывают на личность самого Иисуса. Он воистину живой хлеб! Хлеб, который дам Я, – это плоть Моя, Я отдаю ее ради жизни мира – Если первые два предложения этого стиха повторяли сказанное ранее, здесь появляется новая мысль: хлеб жизни отождествляется с плотью Иисуса. Вероятно, слово «плоть», а не «тело» появилось здесь потому, что в. 1:14 говорилось, что Слово стало плотью. Но, следует помнить, что в еврейском и арамейском языках одним словом обозначается и «тело», и «плоть». Евангелист по какой-то причине предпочитает греческое слово «саркс» («плоть») слову «сома» («тело»). Кроме того, вся жертвенная лексика (плоть, «отдаю» и «ради») говорит о смерти за других (ср. 10:11, 15 – за овец; 11:50-51 – за еврейский народ; 11:52 – за народы; 15:13 – за друзей; 17:19 – за учеников). Важно то, что эта речь произносится в канун Пасхи, когда люди вспоминали о том, как кровь жертвенного барашка спасла от смерти всех первенцев Израиля. Иоанн Креститель засвидетельствовал, что Иисус – это Божий Ягненок, который унесет грех мира (1:29, 36).

==+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 192++

Но Спаситель отвечал ропщущим, как и всегда, более сильным, более полным и ясным провозглашением той именно истины, которую они отвергали. Так Он поступил с Никодимом, так же поучал женщину самарянку и так же отвечал старейшинам храма, привлекшим Его к ответу за нарушение субботы. Но робкий раввин и греховная женщина были достаточно верующими и искренними, чтобы глубже проникать в Его слова и смиренно добиваться их значения, и таким образом подойти к истине. Иное дело эти слушатели. Промысл удостоил их назидания из уст Самого Сына Божия, открывавшаго им великую тайну искупления, а они отвергали это великое благодеяние. Тогда Спаситель с неотразимою прямотою и ясностью открыл им, что Он есть тот источник жизни вечной, который послан с неба. «Я хлеб живый, сшедший с неба; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира». Этими словами, с одной стороны, указывалось на предстоящее великое дело искупления греховнаго человечества принесением плоти Сына человеческаго за жизнь мира, и с другой — предустанавливалось таинство причащения, долженствовавшее служить средством приобщения последующих поколений верующих к искупительному подвигу Христа.

После этого разъяснения недоумения фарисеев Господь снова свидетельствует: Я есмь хлеб жизни! Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет (ст. 48–50).

До сего времени Иисус Христос в беседе с иудеями о хлебе жизни давал разуметь под хлебом Себя как Божественного Учителя Истины и Свое учение, приводящее людей к Богу и жизни вечной. А с 51-го стиха Господь Иисус Христос раскрывает уже определенно учение о Таинстве Святого Причащения: Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира.

Связь 51-го стиха с предыдущими такова. Иисус Христос как бы так говорит: «Вас соблазняют слова Мои; вы не хотите верить, что Я, открывший вам волю Отца Моего, питаю алчущих и жаждущих правды Божией и потому называю

Себя хлебом, сшедшим с небес. Что же скажете вы, когда Я открою вам величайшую тайну, которую вы сейчас и уразуметь не можете, которую поймут только верующие в Меня, да и то не теперь, а после? Что подумаете вы, если Я скажу вам, что Я отдал Тело Свое для спасения мира и что это Тело Мое будет истинным хлебом, дающим жизнь вечную?» (Толк. Еванг. Гладкова, с. 361).

мира. См. ком. к Ин. 4:41, 42.

Слышите ли, что глаголет Господь, учреждая Свою Божественную трапезу? – «Приимите, ядите» (Мк. 14:22). Не довольно ли было бы сказать: «вкусите»; дабы можно было разуметь, что довольно вкусить от трапезы Господней хотя однажды, или причащаться ея иногда, при особенной нужде, подобно как употребляют врачевство; ибо трапеза сия и действительно заключает в себе могущественное Божественное врачевство для душ и телес; и могущество его, как Божественное, так велико, что «аще кто снесть от хлеба сего» и единожды, сего может быть достаточно, да «жив будет во веки» (Ин. 6:51). Но нет! Господь предложил нам Тело Свое не для единократнаго, или не частаго и случайнаго употребления, как врачевство, но для питания постояннаго и всегдашняго: «ядите». Если бы Тело Христово предложено было нам только как врачевство: и тогда, братия, надлежало бы нам самим просить позволения употреблять врачевство сие чаще, подобно как часты наши немощи, особенно душевныя. Но когда Господь даровал нам оное, как насущный хлеб, по слову Его: «хлеб, егоже Аз дам, плоть Моя есть» (Ин. 6:51): то чрез сие самое не только позволил, но и повелел, чтобы мы часто приступали к Его трапезе. Мы не оставляем себя на долго без хлеба обыкновеннаго, зная, что иначе ослабеют наши силы, и жизнь телесная продолжаться не может: как же не боимся мы надолго оставлять себя без хлеба животнаго, небеснаго, Божественнаго?