Евангелие от Иоанна 6 глава 30 стих

«Что, — говорят они, — Ты делаешь, чтобы мы поверили Тебе?» И чтобы вы знали, что они сравнивали те Моисеевы чудеса с этим Христовым чудом и потому считали чудеса, которые творил Иисус, меньшими, услышьте, что они сказали: Отцы наши ели манну в пустыне (Ин. 6:31). Но что такое манна? Возможно, вы пренебрегаете этим. Как написано: хлеб с неба дал им есть (Ин. 6:31). Через Моисея отцы наши с неба получили хлеб, и не было им сказано Моисеем: Старайтесь не о пище тленной. Ты обещаешь пищу, которая нетленна, но которая способна дать жизнь вечную, и все же Ты не совершаешь дел, которые совершал Моисей. Тот не дал ячменных хлебов, но дал манну с небес.

Те ли же самые очевидцы чуда, с которыми говорит Господь доселе, но люди чувственные, которых одно такое чудо легко могло воспламенить к желанию таких же и других, – или другие посетители синагоги, не бывшие с Ним на той стороне озера, – только слышав это требование веры и только одной веры, стали сами с своей стороны требовать новых еще больших чудес и даже прямо указали на то, что Моисей, прообразовавший собою Мессию, в течение 40 лет сообщал своему народу манну, хлеб с небеси. От самого Мессии они считали себе в праве ожидать еще большего чуда. На это требование Господь сказал: что указывать здесь на Моисея? не Моисей давал этот хлеб, а Отец. И то, что Он давал тогда народу, не было истинным хлебом небеси. – Но теперь, прибавил Господь, Тот же Самый Господь дает вам истинный хлеб с небеси. – Хлеб Божий есть такой хлеб, который сходит с небеси и дает жизнь миру. А такой именно хлеб и дает теперь Отец.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 135++

В ответ на слова о необходимости веры люди просят им показать такое знамение, увидев которое они бы тотчас поверили. Они хотят, чтобы Он низвёл для них хлеб с неба, подобно Моисею, питавшему народ в пустыне, как написано в 77–м псалме: «Хлеб с неба дал им есть» (Ин. 6:31), то есть хотят снова поесть, о чём Христос сказал им, когда они пришли к Нему. Их требование: «Учитель, хотели бы видеть Знамение с неба» – носит не отвлечённый характер¹. Они поясняют Ему, какое именно чудо они хотели бы от Него увидеть.

Христос говорит им, что Сын Человеческий дает им эту нетленную пищу. Они требуют у Него знамения, чтобы они поверили Ему. Это происходит в Капернауме, где Он совершил множество чудес. Не этих же ли самых людей Он чудесно напитал вчера пятью хлебами? Невозможно быть более слепым, чем тот, кто не желает видеть.

Стих 30-й поражает черствостию сердец тех, кои осмелились сделать такой вопрос. Среди вопрошающих ясно выступает присутствие злобного фарисейского элемента, который требует какого-то особенного знамения и вероятно не может простить Господу, что Он не хотел встать во главе народного волнения, которое по расчету «Иудеев» могло повести к освобождению всей Палестины от иноземной власти и основать то мечтательное царство Мессии, которого они ожидали. Присутствие книжников и фарисеев ясно указывается и ссылкой их в 31 стихе на Исход 16 и на Псалом 77. Не находя возможности соделать Господа Иисуса своим орудием, они стараются умалить значение сотворенного Господом чуда напитания народа в пустыне умножением хлебов, и возносят значение Моисея, который, говорят они, дал им «хлеб с небесе». На эту мысль и отвечает Господь в следующих стихах, напоминая им, что Один есть даруяй пищу и телесную и духовную Бог всевышний.

Этот диалог может быть понят только в контексте иудейской истории.

Итак, иудеи поняли великое откровение Иисуса так: Ты - Мессия. Но докажи это. Сделай чудо легитимации.

Манна. Мессия должен накормить манной: «Как был первый спаситель, так будет и последний Искупитель, как первый повелел падать манне с неба, так и второй повелит падать манне».

«Сосуд с манной» припрятан до Дня Господня, для праведников.

Иисус насытил земным хлебом (не Божьим), а манна - хлеб с неба, Божий.

Иисус говорит, что вовсе не Моисей дал им манну, а Бог. Манна была не хлебом Божьим, а символом, знамением хлеба Божьего. Хлеб Божий - Он, сошедший с Небес и дающий жизнь вечную.

«Человек есть то, что он ест».

Ст. 30. Люди готовы поверить. Чему? Его словам. Это хорошо. Но это начало, этого недостаточно для вечной жизни, нужна вера в Него (как личность).

«Что ты делаешь?», чтобы и мы «делали» (ст. 28-29)?

Ст. 32: «Аминь, аминь говорю вам - не Моисей...», т. е. (истинный) хлеб с неба дал не Моисей, но дает Бог!

Ст. 33. Всякий хлеб от Бога.

Но Божий хлеб не только сходит с неба (сходит и манна), он дает жизнь вечную, а не просто питание.

Важно! Не только иудеям, но миру.

Интересно: «который сходит с небес» - 7 раз в беседе.

Ст. 34. Концепция «небесного хлеба души» привычна для иудеев (Филон: Слово Божье, Премудрость - Моисей зовет ее манной).

Слушатели согласны с Иисусом. Они жаждут этого хлеба. «Дай нам лучше, чем Моисей».

«Господь!» - господин.

Иисус учит скромности. Они хотят «всегда».

Кое убо твориши (какое же ты даешь) знамение и пр. Когда Господь сказал иудеям, чтобы они веровали в Того, Кого Бог послал, то они поняли, что Господь говорит им о вере в Себя Самого, как Посланника Божия (ст. 29), и потому обращаются прямо к Нему с вопросом: чем, т. е. какими необыкновенными делами докажешь (дашь знамение), что Ты Мессия? Таким образом иудеи чудом умножения хлебов уже не удовлетворяются, а требуют чего-нибудь большого; им кажется, что это чудо еще не так велико и важно, каких они вправе ожидать от Мессии: так как чудеса, и еще большия сего, творили и древние избранники Божии, напр. хоть бы Моисей, который давал отцам их манну в пустыне: отцы наша ядоша манну в пустыне,—а Мессия должен творить чудеса несравненно большия. Если кажется странным, что иудеи, которые были так поражены чудом насыщения пятью хлебами 5000 человек, что признали Господа за Мессию и даже хотели сделать Его царем, теперь считают это чудо не особенно важным и требуют еще новых чудесь; то это объясняется тем, что они, как и Сам Господь упрекал их в том (ст. 26), имели веру в Него не чистую, а, так сказать, чувственную, или полуверу, каковая обыкновенно требует все больших и больших чудес (см. Мф. 16:1 и дал.). Слова иудеев: Отцы наши ели манну в пустыне и пр. имеют и следующий смысл: у иудейских раввинов было мнение, что Мессия, прообразом котораго был Моисей, даст манну народу, подобно как и Моисей: «первый избавитель сделал то, что для них сходила манна, последний Избавитель низведет тоже манну". Поэтому они как бы так говорят Господу: сведи и Ты с неба манну, тогда мы уверуем в Тебя, как Мессию. Но, конечно, и такое чудо,—чудо сведения манны с неба поразило бы иудеев только на время, и через несколько времени они стали бы просить новаго, большаго чуда; так как вера их, как сказали, была чувственная, полувера и жадная до чудес (ст. 30, Мих.). Хлеб с небесе. Этим указывается на чудесное происхождение манны.

Народ говорит Иисусу: какое же Ты дашь знамение, чтобы мы увидели и поверили Тебе? – то есть сотвори знамение, чтобы мы видели его и поверили Тебе. Какие чудеса твориши Ты?

– А какой знак Ты нам явишь, чтобы мы, увидев его, поверили в Тебя? – спросили они – Интересно отметить, что в Евангелии от Марка сразу же после умножения хлеба фарисеи требуют от Иисуса знака с Неба в доказательство Его прав (Мк. 8:11-13). Его собственные ученики тоже проявляют подобную слепоту (см. Мк. 8:14-21). Здесь Иоанн впервые употребил слово знак в том же значении, что и синоптики. Если раньше знак являл собой прорыв иной, небесной реальности в наш мир, здесь требование знака означает желание получить доказательство в виде какого-то знамения на небе или с неба. Хотя и в Ветхом Завете, и в раввинистической литературе требование знака иногда допускалось (Ис. 7:10-11; ср. 4 Цар. 20:1-11), все же знаки никогда не считались гарантией истины и часто рассматривались как дерзкое и наглое «испытание Бога». Вера, рожденная знаками, еще не адекватна и нуждается в укреплении (см. 2:23). Что Ты сделаешь? – дословно: «Как Ты (по)трудишься?» Именно этот глагол употребляется в последних двух стихах. См. Ис. 55:2.

==+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 183++

Сначала они как будто были тронуты и устыдились. Он верно прочитал помыслы их сердец, и они спросили Его: «что нам делать, чтобы творить дела Божия?» — «Вот, дело Божие, чтобы веровали в Того, Кого Он послал». — «Какое же Ты дашь знамение, чтобы мы увидели и поверили Тебе? Отцы наши ели манну в пустыне, как написано: хлеб с неба дал им есть» (Пс. 77:24). Вывод был очевиден. Моисей давал им манну с неба. Иисус же доселе — намекали они — дал им только ячменных хлебов с земли. Если же Он истинный Мессия, то не должен ли Он, согласно с общеизвестными сказаниями этого народа, наделить их богатством и славой, и вообще всеми благами земными, каких только народное воображение ожидало от грубо понимаемаго Мессии.

Под впечатлением только что испытанного чуда народ склонен был думать, что Иисус Христос и всегда чудесно будет кормить Своих слушателей. Таким образом не столько вера в Божественное достоинство Чудотворца, сколько эгоистические соображения о земном благополучии побуждали народ искать Иисуса Христа и следовать за Ним. Господь обличает такое низменное настроение народа: Вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились. Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий (Ин. 6:26–27). На призыв Иисуса Христа веровать в Него как в Мессию, народ попросил знамения и, как бы в оправдание своего неверия, сослался на Моисея, который доказал свое посланничество от Бога тем, что во время странствования евреев в пустыне хлеб с неба дал им есть. Очевидно, народ все еще был под влиянием заботы о земном хлебе и в ослеплении считал сорокалетнее питание евреев в пустыне манной большим чудом, чем чудеса Христовы, и поэтому просил еще знамений.

На это требование веры в Себя самого иyдeи обратились к Господу с решительным вопросом, желая для удостоверения в достоинстве Его как Мессии видеть чудо, и притом самое поразительное: кое убо Ты твориши знамение, да видим и веру имем Тебе? что делаеши? «Христос, – думали они, – насытил их в пустыне простыми ячменными хлебами, а Моисей, древний законодатель, давал предкам их в пустыне манну, хлеб небесный: они желали бы, чтобы и Христос сотворил если не больше, то хотя подобное сему чудо: отцы наши ядоша манну в пустыни, якоже есть писано: хлеб с небесе даде им ясти» (Пс. 77:24). Постепенно приготовляя умы своих слушателей к восприятию величайшей тайны христианства, Господь объяснил им, что не сам Моисей, но отец небесный через Моисея подавал предкам их манну, которая насыщала только тела и называлась хлебом небесным не в собственном смысле а просто как пища чудная; тот же отец небесный подает им и теперь истинный небесный хлеб, предназначенный для всего мира, а не для одного какого-либо племени или народа, питающий не тело, а душу, поддерживающий не временную жизнь, а дарующий жизнь вечную; то был хлеб Ангельский (Пс. 77:25), а это – хлеб Божий. Аминь, аминь глаголю вам: не Моисей даде вам хлеб с небесе, но Отец Мой даст вам хлеб истинный с небесе; хлеб бо Божий есть сходяй с небесе и даяй живот миру. как прежде самарянка, слыша о воде, текущей в живот вечный (Ин. 4:14–15), просила у Иисуса Христа этой воды, так теперь иудеи, понимая слова Его о хлебе чувственном, хотя каком-то особенном, сказали: Господи! всегда даждь нам хлеб сей. они «все еще, – по выражению святителя Иоанна Златоуста, – поникают долу» и не могут возвыситься над своими плотскими чувствованиями и влечениями. 

Господь не дает просимое знамение, потому что знамение только что было – чудо над хлебами.