Евангелие от Иоанна 5 глава 22 стих

Немного раньше мы думали, что Отец творит нечто, чего не творит Сын, когда Он говорил: ибо Отец любит Сына, и все показывает Ему, что Сам творит (Ин. 5:19) как будто Отец творил, а Сын смотрел. Таково было плотское понимание, ослабляющее нашу мысль, как если бы Отец делал то, чего не делал Сын; Сын же смотрел, как Отец показывает то, что созидается Отцом. Стало быть, как будто Отец творил то, чего не творил Сын, только мы уже видим, что нечто творит Сын, чего не творит Отец. Каким образом Он приводит нас в движение и увлекает нашу мысль, влечет туда и сюда, на одном месте, плотском, оставаться не дозволяет, чтобы, приводя в движение, упражнять, упражняя, очищать, очищая, делать восприимчивыми, восприимчивых делать совершенными! Что делают с нами эти слова?

***

Что же означает то, что следует далее? Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин. 5:22—23). Э го Он добавил, как бы возвращаясь к сути предыдущего высказывания. Это заставляет серьезно подумать, будьте внимательны. Сын, кого хочет, оживляет, Отец, кого хочет, оживляет; Сын воскрешает мертвых, как Отец воскрешает мертвых. Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну (Ин. 5:22). Если в ходе суда мертвые должны воскреснуть, то каким образом воскрешает Отец, если Он никого не судит? Еще бы. Он весь суд отдал Сыну. Но в ходе этого суда воскресают мертвые, одни воскресают для жизни, другие для наказания. Если все это делает Сын, а Отец не делает, потому что Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, то это, кажется, противоречит тому, что было сказано: как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет. Стало быть, Они вместе воскрешают. Если Они вместе воскрешают, вместе оживляют, то, стало быть, вместе судят. Так каким же образом оказывается верным то, Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну? Да, действительно, поставленные вопросы заставляют задуматься. Да порадует, да даст Господь нам их разрешение. Именно так, братья. Ни один вопрос, если он не заставит напрячь ум, не принесет радости своим разрешением.

Пусть Господь Сам сопроводит нас, чтобы хоть немного открыть Себя в тех вопросах, которые Он поставил. Ибо покрыл Он облаком свет Свой, и трудно нам, подобно орлу, лететь выше всякого облака, которое покрыло всю землю (ср. Сир. 24:3), и видеть в словах Господа чистейший свет. Быть может, Он развеет жаром лучей Своих туман наш и удостоит хоть немного явить Себя в дальнейшем. Давайте же, отложив эти вопросы, посмотрим, что следует далее.

***

Что это означает? Он сказал о воскресении мертвых, что как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет. Но почему Он тотчас же добавил, словно нечто важное, относительно суда, изрекши: Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца, — если не потому, что говорил о том воскресении мертвых, которое случится в ходе грядущего суда?

Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин. 5:22-23). Чуть ранее мы подумали, что Отец творит нечто, что не творит Сын, когда Он сказал: Ибо Отец любит Сына и показывает Ему все, что творит Сам, — будто бы Отец творил, а Сын взирал. Так проникло в ум наш плотское представление, будто бы Отец творил то, что Сын не творил, Сын же взирал на Отца, показывающего, что возникает благодаря Ему. И вот подобно тому как Отец творил то, что не творил Сын, мы теперь видим уже, что Сын творит нечто, что не творит Отец. Как Он поворачивает нас в разные стороны и настраивает ум наш; Он водит нас туда и сюда, не позволяет нам оставаться в одном месте плоти, чтобы через обращение упражнять нас, через упражнения очистить, через очищение сделать нас способными к восприятию, наполнить нас, сделав способными к восприятию! Что делают с нами слова эти? Что Он говорил? Что говорит?

Несколько ранее Он сказал, что Отец показывает Сыну все, что творит. Я увидел тогда Отца творящим, а Сына ожидающим, теперь я вновь вижу Сына творящим, а Отца праздным: ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин. 5:22—23). Что же? Когда Сын станет судить, Отец будет бездействовать и не будет судить? Что это значит? Как я должен это понимать? Господи, что Ты скажешь? Слово, Ты — Бог, я — человек. Ты говоришь, что Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну? Я читаю в другом месте, как Ты говоришь: Я не сужу никого, есть Ищущий и Судящий (ср. Ин. 8:15, 50). О Ком Ты говоришь: есть Ищущий и Судящий, — Col. 1571 если не об Отце? Он разыскивает несправедливости твои, Он судит о несправедливостях твоих. Как следует понимать здесь: Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну? Давайте спросим Петра и услышим его ответ из Послания его: Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его: Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его; будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но передавал то Судии Праведному (1 Пет. 2:21—23). Каким образом верно то, что Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну?

Здесь мы оказываемся в замешательстве; оказавшись в замешательстве, выбиваемся из сил , ища истину; выбиваясь из сил, мы очищаемся. Давайте постараемся хоть как-нибудь, благодаря дару Его, проникнуть в глубочайшие тайны этих слов. Возможно, мы ведем себя опрометчиво, желая разобраться в словах Божиих и вникнуть в них. Но зачем они произнесены, если не ради того, чтобы нам вникнуть в них? Зачем они прозвучали, если не ради того, чтобы мы их услышали? Зачем они были услышаны, если не ради того, чтобы мы поняли их? Пусть же Он ободрит нас и даст нам то, что Сам сочтет достойным; и даже если мы не достигнем источника, давайте пить из ручейка.

Смотрите, сам Иоанн притек к нам, словно ручеек, принес к нам Слово с высот, спустил его вниз и некоторым образом разлил по равнине, чтобы мы не трепетали перед Ним, возвышенным, но прильнули к Нему, смиренному.

Без сомнения, существует некоторый верный, прочный смысл (если каким-нибудь образом мы можем уловить его), почему Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну . Ибо это было сказано потому, что никто кроме Сына не предстанет пред людьми на Суде. Отец будет сокрыт, а Сын явлен. Каким будет явлен Сын? В образе, в котором Он вознесся. Ведь в образе Бога Он был сокрыт вместе с Отцом, в образе раба явлен людям. Итак, Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну — это то, что зримо. Сын будет судить в ходе этого зримого Суда, ибо Он Сам явится для того, чтобы вершить Суд.

Писание со всей очевидностью открывает нам, что Он Сам явится. В сороковой день после Своего воскресения Он вознесся на небо на глазах учеников Своих (см. Деян. 1:3, 9), и был им голос ангельский: Мужи Галилейские! Что вы стойте и смотрите на небо ? Сей, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо (Деян. 1:11). Каким они увидели Его восходящим? Во плоти, к которой они прикасались, которую осязали, чьи рубцы трогали, чтобы убедиться в воскресении, в том теле, в котором Он пришел к ним и ушел от них через сорок дней, явив Себя им в истине, а не в некотором обмане; не как призрак, не как видение, не как дух, но как Сам сказал, не вводя в заблуждение: Осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня (Лк. 24:39).

Впрочем, то тело уже было достойно небесной обители, не подвластное смерти, не изменяемое во времени. Ибо как оно, дойдя с младенческого состояния до того зрелого возраста, не крепло более, так и от зрелого возраста не стало клониться к старости. Он остается таким, как вознесся на небо, чтобы прийти к тем, кому Он хотел, чтобы проповедовалось слово Его прежде, чем Он придет. Итак, Он придет в человеческом образе: этот образ узрят и нечестивые, узрят и помещенные по правую руку, узрят и отделенные, поставленные по левую (Мф. 25:34, 41), как было написано: Воззрят на Того, Кого пронзили (Ин. 19:37; Зах. 12:10). Если воззрят на Того, Кого пронзили, значит узрят тело, которое проткнули копьем, Col. 1572 Слово ведь нельзя проткнуть копьем.

Итак, нечестивые смогут увидеть то, что они смогли покрыть ранами. Они не будут видеть Бога, сокрытого в теле; после Суда смогут Его как Бога увидеть те, кто окажется по правую руку. Так вот, это и значит то, что Он сказал: Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну . Ибо на Суд придет Сын, явленный в человеческом теле людям, говоря гем, кто по правую сторону: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство (Мф. 25:34); говоря тем, кто по левую сторону: идите в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (Мф. 25:41).

Смотрите, тот образ человека узрят благочестивые и нечестивые, праведные и неправедные, верующие и неверующие, те, кто исполнены радости, и те, кто исполнен печали, те, кто полон надежды, и те, кто сбит с толку. Смотрите, узрят Его в образе человека.

Когда этот образ узрят на Суде и когда Суд свершится, о котором сказано, что Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, из-за того, что Сын явится на Суде в образе, который принял от нас, то что будет потом? Когда можно будет узреть образ Божий, узреть который жаждут все верующие? Когда можно будет узреть то, что в начале было Словом, Богом у Бога, через Которого все было сотворено (Ин. 1:1,3)? Когда можно будет узреть тот образ Божий, о котором говори!' апостол: будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу (Флп. 2:6). Ибо этот великий образ, в котором ко всему прочему было явлено равенство Отца и Сына, невыразим, непостижим, особенно для неокрепших. Когда можно будет узреть его? Смотрите, по правую сторону — праведные, по левую — неправедные; те и другие одинаково увидят человека, увидят Сына Человеческого, увидят Того, Кто был пронзен, увидят Того, Кто был распят, увидят смиренного, увидят рожденного Девой, увидят Агнца из колена Иудина. Когда же они увидят Слово, Бога у Бога? Он ведь будет и тогда присутствовать, но будет явлен образ раба (Флп. 2:7).

Образ раба будет показан рабам, а образ Божий (Флп. 2:6) сохранен для сыновей. Так вот, пусть рабы станут сынами, которые по правую сто-рону, пусть придут к вечному наследству, некогда обещанному, в которое верили мученики, не видя его, ради обещания которого они без колебания пролили кровь, пусть придут туда и узрят там. Когда они туда придут? Пусть скажет Сам Господь: И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную (Мф. 25:46).

Смотрите, Он сказал о вечной жизни. Неужели Он сказал нам, что мы там увидим и познаем Отца и Сына? А что если мы будем жить в вечности, но не увидим Отца и Сына? Услышь в другом месте, где Он упомянул вечную жизнь и разъяснил, что означает жизнь вечная: «Не бойся, Я не обманываю тебя, не без причины Я пообещал почитателям Моим, сказав: Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим, и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам (Ин. 14:21)». Давайте ответим Господу и скажем: «Что это за великая вещь, Господи Боже наш? Что за превосходная вещь? Ты намереваешься явить Себя нам? Как же так, ведь Ты даже иудеям Себя не показал? Не видели Тебя и те, кто распинал! Но Ты покажешь Себя на Суде, когда мы будем стоять по правую сторону от Тебя? А те, кто будет стоять по левую сторону, не увидят Тебя? Что значит, что Ты покажешь Себя нам? Неужели мы не видим Тебя сейчас, когда Ты говоришь?» Со1.1573

Он отвечает: «Я явлю тогда Себя в образе Божием, пока же вы видите только образ раба. Я не обману тебя, о человек верующий; поверь, что ты увидишь. Ты любишь и не видишь, любовь пока не приводит тебя к тому, чтобы ты увидел? Люби, упорствуй в любви! Я, Который очистил сердце твое, не обману любовь твою. Ибо зачем же Я очистил сердце твое, если не для того, чтобы ты смог узреть Бога? Ибо блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят (Мф. 5:8)».

Но, говорит служитель, как бы споря с Господом, «Ты не раскрыл этого, когда сказал: пойдут праведники в жизнь вечную. Ты не сказал: “Придут, чтобы увидеть Меня в образе Божием, увидеть Отца, Которому Я равен”». Посмотри, что Он в другом месте сказал: Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. 17:3).

***

Это было сказано о воскресении душ, а что сказано о воскресении тел? Он возвращается и говорит: Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну . Воскресение душ производится через вечную и неизменную сущность Отца и Сына Здесь можно видеть определенное различие между западной традицией в лице блж. Августина и восточной традицией в лице целой плеяды святых отцов: Каппадокийцев, прей. Максима Исповедника, свт. Григория Паламы и др., учивших о причастности Богу человека только в Божественных энергиях, в то время как сущность Божия остается непричаствуемой. — Ред.; воскресение же тел производится через Домостроительство человечества Сына (per dispensationem humanitatis Filii), временное, а не совечное Отцу. Потому, когда Он упоминает Суд, в ходе которого произойдет воскресение тел, Он говорит: Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну. О воскресении же душ: как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет. Так вот, Отец и Сын совершают это вместе. Но это касается воскресения тел: Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин. 5:22—23).

***

На суде Бог явится не в образе Божием, но в образе Сына Человеческого. Не потому, что не будет судить Тот, Кто дал весь суд Сыну, поскольку о Нем говорит Сын: «Это Тот, Кто будет взыскивать и судить» (Ин. 8:50); но сказано: Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, и как если бы было сказано: «Отца никто не увидит на суде живых и мертвых, но все увидят Сына, ибо Он есть также Сын Человеческий и может быть видим нечестивыми, когда и те увидят Того, Кого пронзили».

Если же Отец мой доселе делает и в субботу не оставляет своего дела, то и Я делаю, не стесняясь никакими правилами о покое.

Предубежденные против Него учители народа видели в Его словах новое преступление: Он ставит Себя наравне с Богом, говорили они, и готовы были признать это за хулу на Бога (также как прежде присвоение себе права отпущать грехи людей). Господь на это отвечает: «напротив хулою против Бога будет не воздавать Сыну такой же чести, какая принадлежит Отцу, – поелику Он имеет равное с Ним могущество и власть». Сын Божий, по самому существу своему, не может творить Сам от Себя ничего, если не видит Отца творящего, т. е., ничего несогласного с волей Отца. В Нем нельзя предполагать ошибки неведения, как в прочих посланниках Божиих, неясности, неполноты знания: потому что Отец столько любит Сына, что не скрывает от Него действий своих, но показывает их Сыну своему. И потому – что творит Отец, то и Сын творит также и может творить без предосуждения. Но для разумения сих неисповедимых отношений Сына к Отцу, не прекращающихся и тогда, когда Сын находился на земле, не в лоне Отца, в слушателях Господа не было приемлемости. Поэтому Господь переходит к тому, что ближе к их разуму. Все они ожидали, что царство Мессии откроется воскресением и судом, и приписывали это не самому Мессии, но Богу. Желая показать, что Сын точно творит то же, что Отец, Господь останавливается на сих делах Божиих, которые в то же время доказывали, что Он есть истинный Мессия. «Все вы думаете, что воскресение мертвых и суд суть дело Отца. Но и Сыну Он дал силу оживлять, кого хочет. А суд Отец весь предоставил Сыну».

«В этом ясно открывается воля Отца, чтобы все чтили Сына, как чтут Отца; иначе тот подлежит суду Сына, кто не будет чтить Его (это касается и настоящих судей Моих слов и действий). Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его».

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 102-103++

И «Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну». Он благоволил совершить суд через Сына. Будучи нашим Творцом, Он может делать с нами все, как горшечник с глиной. Но мы видим Его безмерную милость. Бог во Христе примирился с миром и дал Своему Сыну власть приведения нас к вечной жизни. Книга жизни есть книга Агнца. Последний всеобщий Страшный Суд предан Сыну Человеческому. Оттого что Он умалил Себя, став Сыном Человеческим, — по воле Отчей, — Он Господь всяческих. Будучи Сыном Человеческим, Он — единосущен по естеству с теми, над кем Он поставлен. Христос часто называл Себя смиренно Сыном Человеческим, показывая, что Он — Начальник и Спаситель не одного только народа, а всего рода человеческого. «Дабы все чтили Сына, как чтут Отца».

Что касается речи Иисуса Христа о воскрешении мертвых и суде над людьми, то ее можно подразделить на следующия части: 21—24 дана мысль общая раадельно: в 25—27 говорится о духовном воскресении и суде, а в 28—30 о будущем, телесном воскрешении и о последнем суде над миром.

Ст. 21 -24. Между воскрешением и оживлением (21) есть то различие, что первым обозначается отрицательное понятие уничтожения смерти, а последним положительное понятие сообщения человеку сил для жизни новой. Но в последующих словах: тако и Сын их же хощет живит понятие оживления заключает в себе и понятие воскрешения. 22-й стих обосновывает (ибо) то, почему Сын оживотворяет не всех, а только— «а» же хощет: потому что животворит Он только тех, кто по суду Его того достоин. Суд здесь понимается в смысле не осуждения, но суждения, присуждения, приговора. Далее в 23 ст. высказывается цель, ради которой Бог Отец все предал в руки Сына: Он хочет, чтобы божественное поклонение Ему воздаваемо было только в Сыне и чрез Сына (24). В предыдущем Иисус Христос говорил о Себе, как о стороннем лице, именуя Себя Сыном Божиим, здесь же Он говорит о Себе лично и чрез то применяет все предыдущее к Себе. В то же время Он высказывает здесь условие со стороны человека, при котором Он может быть оживотворен Христом: внимательное слушание слова Иисуса Христа, сопровождающееся верою в Него и в Бога, пославшаго Его в мир для спасения людей. Вечная жизнь есть жизнь святая, богоугодная, начинающаяся здесь вместе с благодатным возрождением и нескончаемо продолжающаяся и развивающаяся в вечности. Суд здесь понимается в смысле осуждения.

Отец отдал суд Сыну: великое таинство милосердия! Бог, облекшийся в бренную плоть человеческую, понесший во плоти все тягости и страдания человека, есть Судия Своих братьев по плоти. «Господь все измеряет Своими страданиями, аки наукою человеколюбия, дабы мог ведати из Своих и наше, и елико можем истязаны быти и елико проститися, с рассуждаемой со страданием купно и немощи нашей» Григорий Богослов Сл. о Сыне второе в изд. 1843 г. ч. 2, л. 146 на обор..

Или иначе выразим сие таинство. Бог есть абсолютная истина, но судит человека, принимая в расчет все немощи и слабости и плоти и духа человека, но так как и после сего суда милосердного еще много долга остается на грешнике, то и этот долг Он искупает и смывает честною кровию Своею, на кресте пролитою. Вот почему Отец, являющий Себя человеку в Сыне, и тем являющий милосердие Свое к человеку, отдал весь суд Сыну, возвещая сим торжество милосердия на суде. Посему-то требует Господь и от человека оставлять прегрешения брату своему, ибо «суд без милости не сотворшему милости: и хвалится милость на суде» Иак. 2:13. Cp. Мф. 18 и сл. притчу о царе, который захотел сосчитаться с рабами своими..

Итак человеку возвещен суд милосердия; но чего же за это требует Бог? Господу угодно: «да чтут Сына, якоже чтут Отца», да веру имут Сыну, «веруяй бо в Него не будет осужден» Ин. 3:18; 5:24.. Вера в Сына, коею человек чтит Отца, заключает в себе и зародыш всех добродетелей; веруяй в Сына не может не простить брату своему прегрешений его, ибо что значить этот ничтожный акт человеческого милосердия по сравнению с непостижимым и необъемлемым нашим слабым разумом величием милосердия Божия!

Еще необходимо указать на разницу явления Бога человеку в Ветхом и Новом Заветах. В Ветхом Завете Израиль должен был быть отчужден от всех других народов, дабы быть хранителем обетований; посему Завет сей для всего мира был Заветом будущего, а для избранного народа был Заветом страха. С воплощением на земле Господа Иисуса Христа, пришедшего спасти весь мир и «разрушить преграду» (Еф. 2:14), наступил тот момент, о котором предсказывали все пророки, что милосердие Господа восстановит народ Божий, который будет управляем милосердием и который будет любить Бога, «страха же несть в любви» (1 Ин. 4:18). Но время милости только для тех, кто чтит Сына: тот же, который отвергается Сына, не чтит Бога, являющегося человеку, дабы помиловать его. Ниже в ст. 27 мы еще увидим более полное разъяснение, что суд отдан Сыну, потому что Он «Сын человечь».

Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну. В позднейших беседах Господь говорил, что будет судить весь род человеческий при Втором Пришествии Своем, а что в настоящее время Он пришел не судить грешников, а спасать; да и судить-то их теперь не предстоит никакой надобности, потому что каждый осуждает сам себя: кто верует в посланного Богом Христа, тот оправдан, а кто не верует, тот сам произносит над собой приговор. Следовательно, говоря, что Отец весь суд отдал Сыну, Христос говорил о будущем Страшном Суде.

То же и суд. Еще одно большее дело. Суд принадлежит Отцу, но передан Сыну.

Сын судит (5:30; 8:16; 9:39).

Сын не судит (8:15; 12:47).

Это противоречие мнимое. Суд не был первой, главной целью пришествия Сына.

Цель - спасение. Но суд - неизбежный результат. И этот результат здесь предвидится.

Зачем суд передан Сыну? Стих 23: чтобы Сына почитали как Отца.

Люди вообще могут почитать Отца, если они почитают Сына. Он - посредник.

А ненавидеть Сына - ненавидеть Отца.

Иудеи ненавидели Сына. Значит, при всем своим «благочестии» они ненавидят Бога Отца, которому они молятся.

«Послал». То есть Сын зависит. Сын суверенно свободен (воля!). Сын являет (аккредитован).

Ненавидя ближнего, мы ненавидим Бога. Не забывать!

Итак, Сын:

1. Даятель жизни. И во времени (когда мы открываем что- то новое и прекрасное, мы чувствуем, что нам открылся новый мир). И в вечности.

Смерть - отчуждение от Бога.

Христос соединяет нас с Ним.

2. Он приносит суд. Если Иисус для нас враг, то мы осуждены. Он - пробный камень преткновения.

3. Он приемлет славу. Распятый, ненавидимый. Среди гонений и равнодушия - победа и слава! Ничто не нарушит цель Бога - спасение.

В сомнении, в скорби мы должны помнить об этом. Воля Божья выше злой воли людей и сатаны.

Можно задержать исполнение воли, но не устранить его.

Воскресение здесь разумеется двоякое—нравственное, в настоящей жизни, и всеобщее, телесное—для будущей, равно и суд разумеется двоякий—нравственный, в настоящей жизни, и будущий, всемирный суд. Поэтому одне черты в сей речи могут быть относимы только к воскресению и суду первому, другия—к другому. В Свящ. писании жизнь без истинной религии и во грехах, вообще жизнь в удалении от Бога представляется смертию, а обращение к Богу,—к истинной религии и добродетельной жизни — воскресением (Лк. 15:24. Рим. 6:13. Еф. 5:14). Точно также нравственный суд над верующими происходит еще в сей жизни (Ин. 3:17 и дал.). И эти нравственные или духовные воскресение и суд служат образом будущаго всеобщаго воскресения мертвых и будущаго всемирнаго суда Христова. Как (якоже) Отец воскрешает и пр. Здесь слова: кого хочет прямо указывают на нравственное оживление или воскресение силою и властию Сына, так как последнее воскресение будет всеобщее, а не тех только, кого Он захочет воскресить; при жизни же Своей Господь И. Христос воскрешал телесно только тех, кого хотел, напр. сына Наинской вдовы и др. Духовно нравственное же оживление или воскрешение иудейскаго народа к новой жизни Он совершал Своим учением, в соединении с чудесами. Слова: как Отец воскрешает, замечает Златоуст, показывают равенство силы Сына с Отцем, а слова: кого хочет— равенство власти. Отец не судит и пр. Суд разумеется здесь как осуждение (Ин. 3:17 и дал.),—следовательно, прежде всего суд нравственный в настоящей жизни над неверующими, а так как этот суд влечет за собою осуждение и на всеобщем суде, в день сего суда, то разумеется и этот последний суд. Отец весь суд отдал (даде) Сыну. Это значит следующее: так как дело искупления рода человеческаго, по предвечному совету Божию, предназначено совершить Сыну Божию, то вместе с этим Ему же принадлежит и власть совершать—без сомнения, в единении с волею Бога Отца—и суд над теми, кто не верует в Него, как Искупителя и, отвергнув Его, остается неискупленным, и следовательно подлежащим гневу Божию и осуждению. (Мих.).

дабы все чтили Сына, как чтут Отца (равенство). Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его (оживление и воскрешение разумеются преимущественно в последний день мира, так как дальше говорится о суде, хотя суд надобно здесь разуметь и во всякое время делаемый Сыном Божиим над людьми – во время жизни).

Отец никого даже не судит, всю власть судить Он доверил Сыну – В Быт. 18:25 Бог назван Судьей всей земли. Суд неразрывно связан с властью, ведь в древности цари одновременно были и судьями. То, что Бог никого не судит, означает, что Он передал право суда, принадлежащее Ему одному, Своему Сыну. Ср. апокрифическую 1 Книгу Еноха, невероятно популярную в I веке, где Бог передает суд Сыну человеческому (1 Енох 37-71). В этом евангельском отрывке суд понимается точно так же, как в Писании (Втор. 32:36; Пс 43(42).1). Это прежде всего заступничество за праведных, избавление от злых и несправедливых, то есть спасение. Таким образом, дарование жизни и суд выступают почти как синонимы. Конечно, у Суда есть и другая сторона – обвинительный приговор тем, кто отказывается принять волю Бога. Но все же главный упор здесь лежит на спасительном характере этого суда (3:16-21). Согласно апокалиптическим представлениям, всеобщее воскресение мертвых предшествует Суду (ср. Откр. 20:4-6). «Если в предыдущем стихе (ст. 21) исцеления Иисуса рассматривались как предваряющие Его функцию воскрешения мертвых в конце века, точно так же Ему предстоит исполнить и задачу Суда, который последует за ним, и это тоже находит отражение в Его нынешней деятельности»¹. В. 3:17 говорилось, что Иисус был послан Отцом не для Суда, здесь же сказано, что Отец передал Сыну власть судить. Но на самом деле противоречие здесь кажущееся, ведь каждый человек сам совершает над собой суд, принимая свет или отвергая его. Чтобы все чтили Сына точно так же, как чтят Отца – Согласно еврейской традиции, посланный есть в каком-то смысле то же, что и пославший. Следовательно, честь и слава, которые принадлежат Богу, по праву принадлежат и Тому, кто исполняет дела Божьи по повелению Бога – причем не только в будущем, но и в настоящем. Ведь с приходом Сына будущее уже прорывается в настоящее: Иисус дарует жизнь будущего Века здесь и сейчас, уже в этом веке вершит суд (ср. 9:39-41; 12:31-32). Тот, кто Сына не чтит, не чтит и Отца, который послал Его – Это предложение повторяет предыдущее, но не через утверждение, а через отрицание. Отказать посланному Отцом Сыну в таком почитании значит то же, что отказать в нем пославшему Сына Отцу. Ср. 12:44-45; 13:20. Но и в синоптических Евангелиях есть речения, удивительным образом совпадающие не только по мысли, но и по словесному выражению: «Тот, кто вас принимает, принимает Меня, а кто Меня принимает, принимает Того, кто послал Меня» (Мф. 10:40). Ср. также Мф. 18:5; Лк. 10:16.

Стихи 21-23 – это ответ Иисуса негодующим противникам: Иисус совершенно прав, когда «приравнивает себя к Богу» (5:18).

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 155-156++

Эти большие и удивительнейшие дела суть воскрешение мертвых и суд: якоже Отец воскрешает мертвыя и живит, тако и Сын, ихже хощет, живит. Отец бо не судит никомуже, но суд весь даде Сынови, да вси чтут Сына, якоже чтут Отца, а иже не чтит Сына, не чтит Отца пославшаго Его. При единовластии и единосущии Сына с Отцом, Сыну приличествует такое же Божеское поклонение, как и самому Богу Отцу. Воскресение мертвых и последний суд, имеющий совершиться при конце мира, при открытии Вечного Царства Христова, предваряются и в земном благодатном царстве духовным, нравственным воскресением верующих в новую жизнь, полагающую основание будущей вечно блаженной жизни, и духовным, нравственным судом, о котором Господь говорил и прежде – в беседе с Никодимом (Ин. 3:18–19). И это воскресение, и этот суд стоят в неразрывной связи с делом спасения людей, для которого пришел на землю Иисус Христос: аминь, аминь глаголю вам, яко слушаяй словесе Моего и веруяй Пославшему Мя имать живот вечный и на суд не приидет, но прейдет от смерти в живот, – прейдет, не подвергаясь осуждению за неверие, так что на последнем суде праведные без осуждения перейдут от временной смерти к вечной жизни. Время духовного воскресения наступило с пришествием в мир Христа Спасителя и завершится будущим всеобщим воскресением; и то, и другое воскресение имеют одно основание во Христе и соединяются в мысли Его неразрывною связью. Аминь, аминь глаголю вам, яко грядет час и ныне есть, егда мертвии услышат глас Сына Божия и услышавше оживут. Якоже бо Отец имать живот в Себе, тако даде и Сынови живот имети в Себе, и область даде Ему и суд творити, яко Сын Человечь есть; не дивитеся сему: яко грядет час, в оньже ecu сущии во гробех услышат глас Сына Божия, и изыдут сотворшии благая в воскрешение живота, а сотворшии злая в воскрешение суда. Таково будет всеобщее воскресение мертвых, – но что и суд будет праведный, в этом Иисус Христос удостоверяет опять указанием на Свое равенство с Отцем: не могу Аз о Себе творити ничесоже; якоже слышу, сужду, и суд Мой праведен есть, яко не ищу воли Моея, но воли пославшаго Мя Отца, т. е., по толкованию святителя Иоанна Златоуста, – «Я так сужу, как бы и Сам Отец судил, – нет у Меня хотения иного, отдельного от Отца, но чего Отец хочет, того и Я, и чего Я хочу, того и Он».

Первое и главное сведение о суде Святых почерпаем из слов Самого Сына Божия, Которому Бог Отец «весь суд даде, да вси чтут Сына, якоже чтут Отца» (Ин. 5:22-23), и Который в Свою чреду разделяет суд Свой с Апостолами: «аминь глаголю вам, яко вы шедшии по Мне, в пакибытие, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяти престолу, судяще обема надесяте коленома Израилевома» (Мф. 19:28). В сем изречении должно заметить, во-первых, что суд Святых откроется торжественно «в пакибытие», во вторичное бытие человеков, то есть, по воскресении мертвых, и следственно, суд сей будет всемирный не только в отношении к человекам последних времен, но и в отношении к роду человеческому от начала времен до конца их. Во-вторых, что суд сей откроется торжественно, «егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея»: но как сие будет, по другому изречению Его, тогда, «егда приидет Сын человеческий в славе Своей, и вси святии Ангели с Ним» (Мф. 25:31); следственно суд Святых произведен будет не только пред родом человеческим, но и пред Ангелами Божиими. В-третьих, что последователи Христовы «сядут на престолах для суда в то же время, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея»: следственно суд их будет соединен с Его судом; они порознь будут орудиями, или подчиненными, частными действователями Его единаго, всеобщаго и верховнаго суда. В-четвертых, что Апостолы «сядут на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома»: но как за сим остается еще множество народов и племен, которые предстанут всемирному суду; то можно из сего заключать, что кроме сих дванадесяти судей, и еще многие судии должны будут явиться. Сие догадочное заключение оказывается ясною и утвержденною истиною в изречении Апостола, который говорит, что не одни Апостолы, но вообще «святии мирови имут судити». Пророк еще с большею определенностию сказует, что все Святые Божии без изъятия возведены будут в достоинство судей, дабы произвесть суд над языками и людьми, над царями и славными их: «сотворити в них суд написан: слава сия», то есть, слава быть судиями в сем суде, «будет всем преподобным Его» (Пс. 149:9). Присовокупим к сему свидетельство очевидца сего суда: ибо Святый Иоанн уже видел оный в откровении. «Видех», пишет он, «престолы и седящия на них, и суд дан бысть им» (Откр. 20:4).
Трудно вообразить, как произведется один, согласный и неподверженный никакому пререканию суд толикаго множества судей, над еще большим множеством подсудимых, по столь многим разнообразным и тонким предметам суда, каковы суть все явныя и тайныя дела, слова, желания, и помышления каждаго человека в продолжении всей его жизни. В изъяснение сего находим нечто у Псалмопевца, который говорит, что преподобные сотворят «суд написанный», и у Тайновидца, который пишет так: «и видех мертвецы малыя и великия стояща пред Богом, и книги разгнушася; и ина книга отверзеся, яже есть животная; и суд прияша мертвецы от написанных в книгах по делом их» (Откр. 20:12). Как обыкновенно между человеками употребляется написанный суд, частию для удобности в отношении к высшим судиям, пoелику он не только слова и действия подсудимых, со всеми их обстоятельствами и подробностями, но и множество в разных местах находящихся свидетелей и других доводов суднаго дела представляет в нескольких написанных листах; частию для верности, пoелику слово сказанное мгновенно скрывается, и может быть пересказано иначе, а слово написанное остается видимым и непременным: так и суд Святых представляется написанным в книгах, и особенно в книге жизни, в ознаменование того, что им дан будет от Верховнаго Судии способ так же удобно и верно, или лучше сказать, несравненно удобнее и вернее, видеть всю внешнюю и внутреннюю жизнь каждаго судимаго ими, нежели как обыкновенный судия видит поступки подсудимаго в написанном полном судном деле; и что потому судимым грешникам не останется никакого способа не признаться в том, в чем обличат и осудят их Святые. Но кто, и когда пишет книгу нашей жизни для будущаго суда Святых? – Думаю, что пишем ее мы сами, и пишем непрерывно, в то самое время, когда что делаем или говорим, желаем или помышляем: так должно быть для того, чтобы мы не имели предлога отрицаться от нея на суде, и говорить, что в ней кем-то, когда-то написано, чего мы не знаем, и чего от нас не было. Но где лежит сия книга? – Кто знает, в каком месте хранит Судия написанный суд, доколе придет время открыть его всенародно? Впрочем надеюсь, не погрешим, если скажем, что в сердце каждаго из нас лежит книга жизни для будущаго суда нашего, – там, где не только знающие Бога, и закон Его, и благодать Его, но и язычники «являют дело законное написано, сосвидетельствующей им совести, и помыслом друг друга осуждающим или оправдывающим» (Рим. 2:15), ибо сие внутреннее явление не иное что есть, как – большее или меньшее открытие книги жизни, которая наконец вся, от начала до конца, откроется, и из нашей же внутренности осветится или тихим светом, или пожирающим огнем, «в день, егда судит Бог тайная человеком» (Рим. 2:16). Можно еще сказать, что и в самом теле нашем, которое под покровом тленнаго По Евреин. сборн.: во внутреннем теле нашем, которое под покровом внешняго тленнаго...  уготовляется к воскресению, как-бы в некоей книге, мы пишем жизнь нашу неприметными ныне, но явственными для будущаго суда нашего чертами: «каковая бо ныне», – говорит Святый Макарий, – «сокровища внутрь себе стяжала душа, таковая откроются и явятся тогда на теле» (Бесед. 5:8), может быть, также и на других созданиях Божиих; – ибо у Тайновидца сказано, что кроме особенной книги животной, есть еще книги, которыя должны разгнуться для суда по написанному в них, – может быть, говорю, и на других созданиях Божиих, нами беззаконно употребляемых, оскверняемых, повреждаемых, окажется по частям написанный суд настоящей жизни нашей, на пример, наши грубыя нечистоты на земле и воде, наши праздныя слова на воздухе, следы злобы нашей в том, что было предметом или орудием злобных действий, улики соблазнов наших в тех, которых мы соблазнили. Так необличенное живыми свидетелями братоубийство Каиново написано на земле кровию Авеля: и небесный Судия точно сими кровавыми, не только явственными для прочтения, но даже говорящими писменами, уличил непризнававшагося преступника: «глас крове брата твоего вопиет ко мне от земли» (Быт. 4:10). Так один из будущих судей Божиих ржу золота и сребра предварительно принимает в качестве свидетеля против сребролюбцев: «ржа их», говорит, «в послушество на вас будет» (Иак. 5:3). Наконец самая благодать, вселившаяся во Святых, которой мы не приняли не по чему другому, как по самопроизвольному нерадению или упорству, их вера, их подвиги, их добродетели, которыя мы долго имели пред очами в сих подобострастных нам людях, но которым не подражали, явясь в день суда в полном свете, произведут то, что действие суда Святых само собою окажется над нами, посредством совести нашей: подобно как Ной, не поставляя судилища, не производя судебнаго изследования, тою самою верою, которою сам спасся от погибели в потопе, осудил неверовавший первый мир: «верою», говорит Апостол, «ответ приим Ное, о сих, яже не у виде, убоявся, сотвори ковчег во спасение дому своего: ею же», то есть, верою, «осуди весь мир» (Евр. 11:7).
Вот некие малые, какие с глубоким неведением нашим совместны, начатки познания о великом суде Божием и Святых Божиих над всеми нами: малые для того, чтобы ввести нас в тайны будущаго, но может быть, уже не малые для того, чтобы возбудить нас к спасительному страху будущаго. Если мы страшимся обнаружения некоторых, не совсем уже тайных, грехов наших пред некоторыми человеками, подобно нам грешными; если смущаемся пред тайным свидетелем и судиею нашей совести, котораго Церковь дает нам не столько для осуждения, сколько для изглаждения грехов наших: то как снесем мы обнаружение всех, даже в самой глубине души нашей сокровенных грехов, пред вселенским по истине Собором Святых, при всех знаемых и незнаемых человеках пред чистейшими взорами Ангелов, в открытом присутствии седящаго на престоле славы Своея, тогда как обнаружения грехов наших требовать будут не покаяние и прощение, но ад и огнь вечный? Если один лучь строгой истины, осветивший одно слово беззакония в книге совести нашей, как стрела, пронзает нашу внутренность: то каковы должны быть наши ощущения, когда вся книга жизни нашей, отверзется, все, по видимому, изгладившияся черты греха в ней сделаются явственными, все, что есть в существе нашем, представит написанный суд нашей прошедшей жизни, а все, нас окружающее, явится полчищем свидетелей против нас? О суд, о котором помышление колеблет и потрясает меня! Как устою я, когда ты в самом действии откроешься? – «Что сотворим, мужие братие?» (Деян. 2:37)
Если толико страшен суд: устрашимся греха, который один виною того, что суд толико страшен. А поколику мы уже виновны во грехе: то как угрожаемые явным и торжественным судом человеческим предварительно иногда прибегают к имеющему власть судить, и, чтобы избежать явнаго и строгаго суда и наказания, добровольно подвергают себя тайному и снисходительному суду и исправлению, так и мы ускорим прибегнуть к имеющим судити миру, и к Самому Верховному Судии, взыскуя себе суда тайнаго прежде явнаго, суда милосердия прежде суда правосудия, суда исправления прежде суда наказания. Подлинно, есть предварительный суд Святых, суд милосердия и исправления, чрез который предупреждается и отвращается страх последняго суда их, суда правосудия и наказания. «Что убо есть», – вопрошает Святый Макарий, – «еже Господь рек: сядете на двоюнадесяте престолах, судяще обеманадесяте коленома Израилевома»? И ответствует: «сие находим исполнившееся уже на земли, по вознесении Господнем на небеса: снизпослал бы Он Духа Утешителя на обанадесять Апостолов и святую силу, яже пришедши вселилася в них, и возсела на престолах разумов их. Но зане предстоящии глаголаху быти их пияных; сего ради нача Петр судити их, глаголя о Иисусе, яко мужа сильна в словесех и знамениих вы распясте, повесивши на древе» (2). – «Чего ради», – продолжает Святый Макарий, – «покаялися многие, научившеся от Петра, дабы быти им новым и Богу избранным миром. Видиши ли, како явилось начало суда? Тамо бо показася новый мир. И хотя и еще будут сидети и творити суд в пришествие Господне, в воскресение мертвых: обаче и зде сие сбыстся, Духу Святому возседшу на престолах разумов их» (Беседа 6).
Как Петр, один из Судей Божиих над коленами Израилевыми, повинный Богу род Израильский, исполненным духовной силы словом судил не к осуждению и погибели, но к покаянию и спасению: так Ты, Судия Божий в языце нашем, Преподобне Сергие, исполненным благодати примером жития твоего суди исполненную грехами жизнь нашу к очищению, исправлению и обновлению. Твоим воздержанием и умерщвлением плоти суди нашу роскошь и негу, и исправи нас по крайней мере в здравую умеренность и простоту в удовлетворении потребностям телесным. Твоим неусыпным трудолюбием суди нашу леность и праздность, и возбуди нас к полезной деятельности и к безропотному исполнению наших обязанностей. Твоею кротостию и смирением суди нашу гордость и презорчивость, и научи нас не мудрствовати о себе паче, еже подобает мудрствовати. Твоею вольною нищетою суди нашу любостяжательность, и наставь нас быть довольными тем, что кому дарует Промысл Божий, и не прилагать сердца к богатству, аще и течет оно. Наипаче, живущим в тебе духом благодати суди и осуди плотское наше мудрование, и мудрованием сим угашаемый дух благодати возжги в нас неугасимо. Предстательствуй о нас пред престолом Верховнаго Судии, Господа нашего Иисуса Христа, да приимем участие в искуплении от суда смертнаго животворящею Его кровию, и, если не может прейти нас суд и наказание, пусть ныне «судими от Господа наказуемся» временно, «да не с миром осудимся» (1 Кор. 11:32) на веки. Аминь.

 Суд весь Сыну Божию, и на нас человеков, потому что Он Сам на Себя восприял не только суд наш, но и «наказание мира нашего на Нем» (Ис. 53:5), и потому Он Един стяжал власть простить нам; Суд Сыну Божию и на самых Ангелов, дабы пред чистотою земные плоти Его, безответна была нечистота духов злобы поднебесных.