Евангелие от Иоанна 3 глава 5 стих

Ибо и то возрождение, в котором совершается отпущение всех прошлых грехов, бывает в Духе Святом, как говорит Господь: если кто не родится заново от воды и Духа, не может пойти в Царствие Божие. Но одно дело родиться в Духе, другое — питаться от Духа, как одно дело родиться во плоти, что бывает когда рождает мать, другое дело — питаться от плоти, что бывает, когда она кормит ребенка грудью, и выходит, что он с удовольствием питается от того, от чего родился в жизнь, и оттуда же получает вспомоществование для жизни, откуда получил начало при рождении.

***

(1) Мы видим, возлюбленные, что после вчерашнего важного разговора вы собрались с большей охотой и в большем числе. Однако, если вы не против, давайте вернемся к беседе, следуя должному порядку евангельского чтения, а потом вы услышите, возлюбленные, относительно мира в Церкви: и то, что мы уже сделали для него, и что еще только надеемся сделать.

Сейчас же все внимание сердца вашего пусть обратится к Евангелию, и пусть никто не отвлекается ни на что другое. Ведь если даже тот, кто целиком погружен в него, с трудом усваивает все, то неужели же тот, кто разбрасывается в помыслах,] усвоит хоть что-то из того, что услышит? Кроме того, вы помните, возлюбленные, что в предыдущий день Господень мы, насколько Господь удостоил помочь нам, рассуждали о духовном возрождении. Мы сделали так, чтобы этот отрывок был вновь прочитан вам, дабы то, что не было сказано в тот раз, мы сказали сейчас. Да помогут нам в этом молитвы ваши во имя Христа.

2. (1) Может быть только одно духовное возрождение, как может быть только одно плотское рождение. И Никодим сказал правду, говоря Господу, что не может человек, будучи стар, в другой раз войти в утробу матери своей и родиться (ср. Ин. 3:4). При этом он сказал, что человек не может этого сделать, будучи стар, будто бы он мог бы это сделать, если бы был младенцем. Но человек вовсе не может вновь войти в материнское чрево и вновь родиться независимо от того, вышел ли он из утробы только что или будучи уже в летах. Но так же, как для плотского рождения необходимо женское лоно, чтобы человек появился единожды на свет, так и для духовного рождения необходимо лоно Церкви, чтобы человек единожды принял Крещение1. А потому пусть не говорит никто: «Но этот человек рожден в ереси, а тот рожден в расколе». Все это не должно иметь значения, если вы помните, что было вам растолковано относительно трех наших отцов, чьим Богом хотел называться Господь: не потому, что только они Ср.: Блж. Августин Гиппонский. Толкование на Евангелие от Иоанна. 11, — Ред. существовали, но потому, что только в них во всей полноте пребывало указание на будущих людей.

(2) В самом деле, мы находим рожденного от Col. 1485 рабыни, лишенного наследства, и рожденного от свободной, ставшего наследником. Опять же мы находим рожденного от свободной, лишенного наследства, и находим рожденного от рабыни, ставшего наследником. Рожденный от рабыни лишенный наследства — Измаил; рожденный от свободной наследник — Исаак; рожденный от свободной лишенный наследства — Исав; рожденные от рабынь наследники — сыновья Иакова. В тех трех отцах был в полной мере заключен весь образ будущих людей. И не без причины Бог говорит: Я Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова, вот имя Мое на веки (Исх. 3:6, 15).

(3) Лучше давайте вспомним, что было обещано самому Аврааму, ибо это обещано Исааку, это обещано также Иакову. Что мы находим? И благословятся в семени твоем все народы (Быт. 22:18). Уверовал тогда один человек в то, что пока еще не видел.

(4) Теперь люди видят обещанное и оказываются слепы. То, что было обещано одному, исполнилось в отношении всех народов. А те, кто не хотят видеть, что это исполнилось, отделяют себя от общности народов. Но что толку от того, что они не хотят видеть? Хотят они того или нет, они видят это; очевидная истина отверзает даже закры-тые очи.

(1) Был ответ Никодиму, принадлежавшему к тем, которые уверовали в Иисуса, в то время как Сам Иисус не вверял Себя им. В самом деле, некоторым людям Он не вверял Себя, хотя они уже уверовали в Него. Вы видите, что написано: многие уверовали во имя Его, видя чудеса, которые Он творил. Но Сам Иисус не вверял Себя им. И не имел нужды, чтобы кто засвидетельствовал о человеке, ибо Сам знал, что в человеке (Ин. 2:23—25). Смотрите, те уже уверовали в Иисуса, но Сам Иисус не вве-рял Себя им. Почему? Потому что они не были еще возрождены от воды и от Духа.

(2) Потому мы призывали и призываем братьев наших оглашенных к Крещению. Ибо если ты спросишь их, то они уже уверовали в Иисуса. Но поскольку они еще не вкусили Плоть Его и Кровь, Иисус еще не вверил Себя им. Что они должны сделать, чтобы Иисус вверил Себя им? Вновь родиться — от воды и от Духа. Пусть родит их Церковь, носящая их во чреве. Они уже зачаты, пусть выйдут на свет. Для них есть сосцы, чтобы насытиться, пусть не страшатся, что, родившись, они умрут с голоду, пусть не отрываются от материнских сосцов.

3. (1) Ни один человек не может вернуться во чрево матери и вновь родиться. Но, допустим, кто- то (не важно кто) был рожден от рабыни. Неужели тогда те, кто рожден от рабынь, возвращались в лоно свободной, чтобы родиться заново? Семя Авраама также и в Измаиле; а то, чтобы Авраам смог получить сына от рабыни, было предложением его жены. Измаил был рожден от семени мужа, не из чрева жены, но только по ее указанию (см. Быт. 16:2—4). Неужели, поскольку тот рожден от рабыни, потому-то он и лишен наследства? Если он потому лишен наследства, что был рожден от рабыни, то все дети рабынь не получали бы наследства. Сыновья Иакова получили наследство, Измаил же был лишен наследства не потому, что рожден от рабыни, но потому что возгордился в отношении матери, возгордился в отношении сына матери.

(2) Ибо матерью его была скорее Сара, а не Агарь. Было использовано лоно одной, к нему добавилась воля другой. Авраам не совершил бы то, чего не пожелала бы Сара, поэтому тот Измаил был скорее сыном Сары. Но поскольку он возгордился против брата, возгордился во время игры, ибо насмехался, то что сказала Сара? Выгони рабу Col. 1486 и сына ее, ибо не наследует сын рабыни с сыном моим Исааком (ср. Быт. 21:9—12; Гал. 4:30). Стало быть, его выгнала прочь не рабская утроба, но рабская выя.

(3) Если возгордится даже свободный, он становится рабом и, что еще хуже, рабом худой госпожи — своей гордыни. Итак, братья мои, отвечайте всякому человеку, что человек не может родиться вновь; отвечайте спокойно, что человек не может родиться вновь. Что бы ни случилось вновь, является обманом, что бы ни случилось вновь, яв-ляется игрой. Измаил играл и был выгнал вон. Ибо сказано в Писании, что увидела Сара мальчиков играющими и сказала Аврааму: Выгони рабу и сына ее. Не понравилась Саре игра мальчиков, нечто странное увидела в игре мальчиков. Неужели те из вас, кто имеет детей, не хотят видеть детей своих играющими? Но та увидела и осудила. Я не знаю, что она увидела в их игре. Она увидела насмешку в той игре, узрела гордыню раба, была возмущена им и выгнала вон. Дерзкие, рожденные от рабынь, изгоняются вон, и рожденный от свободной Исав изгоняется вон.

(4) Так вот, пусть никто не зазнаётся, что рожден от добрых родителей, пусть никто не зазнаётся, что крестится через святых. Те, кто крестится через святых, пусть остерегаются, как бы не стать Исавом, а не Иаковом. Вот что я хотел бы сказать, братья: лучше получить Крещение от людей, ищущих своего и любящих мир, что символизирует имя рабыни, и при этом духовно искать наследие Христово, чтобы быть подобным сыну Иакова от рабыни, нежели креститься через святых и при этом гордиться, так чтобы быть изгнанным вон, как Исав, хотя тот и был рожден от свободной.

(5) Держитесь этого, братья. Мы не хотим обманывать вас, не должно быть у вас никаких чаяний в отношении нас, мы не льстим ни себе, ни вам, всякий пусть несет собственное бремя. Наше дело — говорить так, чтобы не заслужить дурного о себе суждения, ваше дело — слушать, причем слушать сердцем, чтобы не оказалось потерянным то, что мы вам даем; и, напротив, если что-то окажется утраченным, то обернулось бы это выгодой, а не потерей.

(1) Говорит Господь Никодиму и объясняет ему: «Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится заново, не может увидеть Царства Божия» (Ин. 3:3). Ты, говорит Он, понимаешь рождение плотски, когда говоришь: «Неужели может человек

в другой раз войти в утробу матери своей ?»(Ин. 3:4). Чтобы родиться для Царства Небесного, необходимо родиться от воды и Духа. Если кто рождается для преходящего наследства отца-человека, тот рождается из утробы матери своей. Если кто рождается для непреходящего наследства Отца-Бога, тот рождается в лоне Церкви.

Тогда Иисус разъясняет ему, что Он говорит не о плотском рождении, а об особом духовном рождении, которое отличается, как причинами, так и плодами, от рождения плотского. Это — рождение водою и Духом. Вода является тут средством или орудием, а Святый Дух — Силою, производящий новое рождение, как Виновник нового бытия.

Но Господь не отступает от сказанного, а подтверждает свое слово, только объясняя его немного: аминь, аминь глаголю тебе: аще кто не родится водою и Духом, не может внити в царствие Божие. Прежде Господь ничего не сказал о действующей причине возрождения. Теперь Он определяет ее. Это Дух Божий; Он рождает новую жизнь в том, кто вполне Ему предается, и нравственный переворот, проистекающий из сего нового начала жизни, совершенно противоположен тому господствующему направлению, которому следует человек, как член целого рода человеческого, зараженного грехом. Когда же Господь, указывая на главного деятеля в возрождении, говорит о крещении водой, то этим указывает Никодиму на то крещение, которое совершали тогда ученики Его и которое вело к возрождению духом всех искренно приступавших к Нему.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 79++

Но рождение, о котором говорит ему Иисус, происходит не от женщины, а от воды и Духа. Без него человек не сможет войти в Царство Божие.

Если выражение «Царство Божие» многократно встречается в первых трёх Евангелиях, то в четвёртом лишь дважды, только в начале разговора с Никодимом, а дальше заменяется синонимичными понятиями – жизнь, жизнь вечная, спасение, небо. Мы можем увидеть это уже в третьей главе: если в начале беседы говорится о Возможности «увидеть Царство Божие» (Ин. 3:3) и «войти в Царство Божие», то дальше – «войти на небо» (Ин. 3:12); не погибнуть, но иметь жизнь вечную (Ин. 3:16); спасти мир (Ин. 3:17); «увидеть жизнь» (Ин. 3:36). В синоптических Евангелиях «Царство Божие» – это не только установление окончательной власти Бога после уничтожения сего мира, но и некая реальность, которая уже вошла в мир с пришествием Иисуса Христа и открывается в Его личности, проповеди и чудесах. У Иоанна же восприятие знамений и учения Спасителя через веру ещё не даёт человеку увидеть Царства. Царство – это небо, местопребывание Бога, откуда сошёл Иисус. Человеку, для того чтобы войти туда, необходимо заново родиться.

 Господь говорит о рождении от воды и Духа, имея в виду Таинство крещения. 

Кто есть рождающийся от Духа и кто есть становящийся духом, как не тот, кто обновляется духом ума своего? (Еф. 4:23). Это, конечно, тот, кто возрождается водой и Духом Святым, ибо через купель возрождения и обновления в Духе Святом мы обретаем надежду жизни вечной (Тит. 3:5) . И в другом месте апостол Петр говорит: «Вы же креститесь Духом Святым» (Деян. 11:16). Кто же есть «крестящийся Духом Святым», как не тот, кто возрождается через воду и Дух Святой? Поэтому о Святом Духе Господь сказал: «Аминь, аминь говорю тебе: если кто не будет возрожден водой и Духом, не может войти в Царство Божие».

И потому впоследствии Он сказал, что мы рождаемся от Самого Духа, о Котором ранее говорил, что мы Им возрождаемся. Это речение Господне. Я опираюсь на написанное, не на доказательство.

Господь высказывается теперь яснее и определеннее, о каком рождении идет речь, указывая при этом на крещение, в котором под символом очищения водою человек имел возрождаться духовно силою и действием Св. Духа. При этом Господь объясняет, что для человека такое небесное перерождение необходимо. Все, что происходит от греховнаго человеческаго естества (σάρξ), не может быть не греховно. Поэтому необходимо новое рождение от Духа Божия, чтобы жить не до влечению греховной плоти, а высшею стороною своего существа — духом. Никодим должен был понять теперь Иисуса. Ему должно было быть известно, что еще ветхозаветнымн пророками предсказано обновление духа, творение новаго сердца (см. цитаты выше); ему должно было быть известно крещение Иоанна Предтечи, еще продолжавшаго свою пророчественеую деятельность, его смысл л значение, равно как и то значение свидетельства Иоанна, что грядущий за ним будет крестить людей Духом Святым. Однакоже И. Христос замечает в душе Никодима недоумение, удивление Его словам., почему считает нужным прибавить объяснение действия Духа Божия на человека чрез сравнение. Движение ветра для нас наблюдаемо, ощущаемо; однакоже мы не видим, не замечаем его причины и направления, откуда и куда он идет. Так бывает л с таинственным возрождением человека. Самый факт возрождения себя человек замечает, ощущает, но не может наблюдать здесь действующей причины.

Ст. 5. Отвеща Иисус: аминь аминь глаголю тебе: аще кто не родится водою По мнению Вендта (Johan Evang. 1900 г. Götingen) cлoвo водою – ιδατος – прибавка, так как в дальнейших стихах объясняется рождение только от Духа, а не водою. Это мнение голословно и ничем не оправдывается. Во всех древнейших рукописях читается так, как в нашем Евангелии. Если же далее (6 я 8 ст.) говорится только о рождении от Духа, то это потому, что там Дух – πѵευμα, как божественное начало, противополагается плоти (σαρξ) – началу естественному. и Духом, не может внити в царствие Божие.

Желая быть понятным в беседе с иудейским богословом о предметах, относящихся к религии, Христос, несомненно, должен был употребить слововыражения, установившиеся и принятые на основании священных ветхозаветных книг.

Настоящие слова Христа, действительно, напоминают собою целый ряд пророчеств, в которых говорится о воздействии на человека двух очистительных начал – воды и Духа и в которых отцы церкви «Поелику, говорил св. Кирилл Иерусалимский, человек двойствен, то и очищение двояко: бесплотное для бесплотного, a телесное для тела: вода очищает тело, – а Дух запечатлевает душу» (Первое огласит. слово. Издан. 1858 г. стр. 40). Подобно Григорий Богослов в слове на крещение. Вас. Великий о Св. Духе, гл. 3, ст. 5. Вообще св. Отцы видят в словах Христа учение о крещении (Деян. 2:38; Тит. 3:5). действительно видят предсказание о духовном возрождении человека в Новом Завете. Таковы, например, пророчества Давида (Пс. 50:4), Исаии (44:3–4) и Иезекииля (36:25) о воде и Иоиля (2:28) о Духе. И вот теперь, поясняя мысль свою о духовном возрождении человека, И. Христос, несомненно, выражается словами тех самых пророков, в которых предсказывалось оно.

Никодим, конечно, понял теперь, в каком смысле сказаны были Христом слова родиться свыше, понял, что Христос требует от него коренного изменения в его нравственной природе и в этом требовании основывается на словах ветхозаветного откровения, на тех самых пророчествах, которые хорошо были известны ему, но при чтении которых он был далек от подобных мыслей.

«Поелику (говорит св. Кирилл Иерусалимский Третье огласительное Слово; в изд. 1855. стр. 40.) человек двойствен, состоит из души и тела, то и очищение двояко: безплотное для безплотного, а телесное для тела; вода очищает тело, а Дух запечатлевает душу».

Пятый стих говорит о том моменте, когда Господь священными устами Своими устанавливает навечно таинство Крещения. Сие таинство уже совершилось над «Сыном человеческим» на Иордане; Духом помазан был Господь, как человек См. Василий вел. к Амфилохию (1857) ч. 3, стр. 286, 291. Афанасий вел. на Aполлинария книга вторая (1853) ч. 3, стр. 387–388 и против Aриан слово 1-е ч. 2 стр. 227, 232 и др. Григорий Богослов о Святом Духе (1843) лист 168. Выписку сих и других мест см. в конце 1-й главы «Кто есть Сын человеческий», и во вступлении в сию 3 главу., и, как таковый, приял Он и крещение водою: ныне передает Он сие таинство всем верующим. С крещением водою соединено благодатное возрождение Духом Святым. Здесь место сказать о том, почему в Ин. 4 сказано «Иисус же сам не крещаше, но ученицы Его», а в Ин. 7 сказано: «Сие же рече о Дусе, его же хотяху приимати верующий во имя Его: не у бо бе Дух Святый, яко Иисус не у бе прославлен» . Начало совершения христианского таинства св. Крещения для всех христиан имеет место лишь тогда, когда христианская община освятилась сошествием Святого Духа на Апостолов и учеников, а до того времени имеет место лишь эмблематическое крещение покаяния водою Ср. Ин. 4 о крещении учеников и Деян. 19, 2–4 о крещении Иоанна..

Иисус говорит о необходимости родиться от воды и Духа через крещение. Здесь в греческом тексте употребляется слово баптисма (от глагола «погружать»). Само слово «крещение» никак не связано со словом «крест», как это нередко кажется тем, кто забывает, что в греческом и других языках это разные, непохожие слова и только в русском они близки по звучанию. Но это простое совпадение, так как само славянское слово «крещение» (как и «воскресение») этимологически связано с именем Христос, произносившимся первыми проповедниками Евангелия в славянских землях, как «Крестус», а не со словом «крест» (греческое σταυρός или латинское crux). Правда, славянское слово «крест» тоже происходит от «Крестус», то есть «Христос». В славянском языке три главные понятия христианства — крест как знак, крещение как таинство и воскресение как событие — стали (возможно, в силу того обстоятельства, что запас слов в славянском языке до Кирилла и Мефодия был чрезвычайно мал) однокоренными словами. Этого нет ни в одном другом языке, о чем, разумеется, нельзя забывать ни при каких обстоятельствах.

Раньше при крещении полагалось погружать младенца в воду полностью, с головой. А что такое вода в библейском понимании? В Ветхом Завете это символ смерти. В 68-м псалме говорится: «Спаси, мя, Боже, яко внидоша воды по души моея. Углебох в тимении глубины, и несть постояния. Приидох во глубины морския, и буря потопи мя». Здесь страх перед смертью изображен как страх перед водой. И не случайно в 129-м псалме мы читаем: «Из глубины воззвах к Тебе, Господи, услыши глас мой», то есть молящийся воззвал к Богу из глубины вод. Этот псалом очень рано вошел в Западной Церкви в заупокойное богослужение и до сих пор воспринимается на христианском Западе как заупокойный.

Погружение в воду есть погружение в смерть, умирание. Об этом говорит апостол Павел: «Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?» (Рим. 6:3). Или, если перевести точнее, погрузившиеся во Христа Иисуса были погружены в Его смерть, иными словами, мы были похоронены вместе с Ним. Подобно тому как Он был похоронен в гробнице, так и мы в купели были похоронены с Ним, погружены в смерть, чтобы как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и мы, воскреснув в жизнь вечную, ходили бы в обновленной жизни. Следовательно, смысл таинства крещения состоит в том, чтобы, умерев со Христом, победить смерть. Крещение, это — таинство победы, таинство освобождения от власти смерти.

Читая Евангелие, легко заметить, что у синоптиков часто повторяется выражение «Царство Небесное», или «Царство Божие». В Евангелии от Иоанна это выражение употреблено лишь раз, в 3-й главе, в беседе с Никодимом, далее же евангелист употребляет слова «жизнь» или «жизнь вечная». Значит, Христос выводит нас из смерти в жизнь, воскресая для нас или совоскрешая нас. Об этом сказано в Первом послании Иоанна: «Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь» (1 Ин. 3:14). И не случайно святой Франциск Ассизский в XIII веке в известной своей молитве «Приобщи меня, Господи, к воле Твоей, к любви Твоей, к миру Твоему…» говорит: «Ибо отдавая, мы получаем, забывая о себе, мы находим себя, прощая других, обретаем прощение, а умирая, воскресаем к жизни вечной». Умирая, мы рождаемся. Поэтому, видимо, не случайно усопший так похож на младенца. В древности усопших пеленали подобно тому, как это и сейчас делают с младенцами. И как радостно и спокойно улыбаются спящие младенцы, так же спокойно улыбаются и усопшие, о чем каждый из нас знает из своего жизненного опыта.

Это сходство между рождением и смертью современному человеку трудно выразить словами. Но в те времена, когда писались библейские тексты, человек еще не оторвался от традиционного способа выражать свои мысли. Как из кусочков камня художник составляет мозаичный узор, так, опираясь на отрывки библейских текстов, древние могли создавать новые тексты. Но если бы мы все-таки смогли выразить в словах наши мысли о рождении и смерти, то сказали бы, что смерть, несмотря на всю боль утраты, напоминает рождение — рождение в вечность. Поэтому, видимо, не случайно Церковь отмечает дни кончины святых как дни их рождения, как своего рода точку отсчета для их последующего присутствия в нашей жизни.

Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия .Употребленное в этом изречении Христа слово, переведенное с греческого на славянский и русский языки словом свыше, переводится также и словом снова; поэтому, сказанные Иисусом Христом Никодиму слова — кто не родится свыше — можно читать и так: кто не родится снова. В последнем именно смысле и понял эти слова Никодим, как это видно из последовавшего затем вопроса его. Но дальнейшие объяснения Иисуса Христа не оставляют никакого сомнения в том, что родиться снова, возродиться, можно не иначе как свыше, от Бога, при помощи Бога; поэтому изречение Иисуса следует понимать так: кто не родится снова и, притом, свыше, то есть, кто не возродится к новой жизни силой Самого Бога, тот не увидит Царствия Божия.

Слова родиться снова, возродиться были известны Никодиму: язычников, принимавших закон Моисея и обрезание, называли новорожденными; снова рожденными называли переходивших на путь истинный от нечестивой, порочной жизни. Но возрождаться путем обрезания не было никакой надобности для обрезанного; перерождаться же нравственно могли, по мнению фарисеев, только язычники; но истинные сыны Авраама, ревностные фарисеи, не нуждались в таком перерождении. Однако Иисус говорит о необходимости какого-то нового рождения, чтобы вступить в Царство Мессии. Какое же это новое рождение? Недоумевая в разрешении этого вопроса, Никодим полагая, что для потомков Авраама такое рождение могло быть не иначе, как плотским, таким же, как и первоначальное рождение каждого человека; но такое рождение невозможно, особенно для старого человека, лишившегося уже матери; это ни с чем несообразно, это нелепо. Рассуждая так, Никодим не мог скрыть эту, показавшуюся ему, нелепость нового рождения и почти с насмешкой спрашивает: «Неужели человек может в другой раз войти в утробу матери своей и родиться?»¹

Чтобы рассеять недоумения Никодима, Иисус говорит: Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться свыше... истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. Никодиму известно было очищающее действие воды при многочисленных омовениях, установленных законом Моисея и обычаями; он знал, что Иоанн Креститель приходивших к нему крестил в воде в знак покаяния, и говорил всем, что Идущий за ним будет крестить Духом Святым (Мф. 3:11): он как ученый фарисей верил, что Мессия-Христос, когда придет, будет крестить (Ин. 1:25); словом, он не мог отговариваться незнанием того, что Христос будет крестить водой и Духом; он должен был понять, наконец, что Иисус говорил о необходимости духовного возрождения (путем такого крещения Духом) для вступления в Царство Божие; но закоренелость фарисейских заблуждений мешала ему понять, что такое возрождение необходимо для всех без исключения, даже для фарисеев.

«Возрождение свыше, — сказал Иисус, — происходит от воды и Духа». Крещение водой, как говорил и Иоанн, подготовляло только к возрождению, но не возрождало человека. Крещению Иоанову не доставало крещения Духом Святым, которое всецело зависело от Бога. Поэтому для полноты крещения как возрождения необходимо, помимо крещения водой и предшествующего ему покаяния, еще и сошествие на крестящегося Святого Духа; тогда только совершается то духовное перерождение, которое открывает доступ в Царство Божие. Это Царство не похоже на царства земные, хотя и учреждается на земле; оно — духовное Царство, не плотское; поэтому, если для вступления в него необходимо родиться снова, то, конечно, родиться духовно, а не плотски. Никодим не понимал такого духовного возрождения и думал о плотском новом рождении или повторении рождения той же матерью; но Иисус объяснил ему, что если бы такое рождение и было возможно, то оно было бы бесполезно для вступления в Царство Мессии, так как было бы плотским, а не духовным, ибо рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух.

Узнав таким образом, что для вступления в Царство Мессии нужно не новое плотское рождение, а перерождение духовное, возрождение силой Духа Святого, Никодим все-таки не понимал, как тут действует Дух и в чем именно видимом, осязаемом, проявляется Его действие. Для вразумления его Иисус привел удобопонятный для него пример: дух, то есть ветер, дует на просторе, где хочет; ты не видишь его, хотя и слышишь шум; ты не знаешь, где он образуется, откуда приходит; не знаешь, где он кончается, куда уходит; но однако ты не отвергаешь существования ветра и его действия потому только, что не видишь его. Таково же действие Святого Духа в возрожденном человеке: когда начинается возрождающее действие Его и как Он действует, этого видеть нельзя, но через это нельзя и отвергать действия Духа; сам возрожденный не видит этого действия, не понимает даже, как совершилось в нем возрождение, хотя и чувствует, что оно совершилось.

Непонимающим действия Духа в крещении Иоанн Златоуст говорит: «Не оставайся в неверии потому только, что ты не видишь этого. Ты не видишь и души, однако же веришь, что у тебя есть душа и что она нечто другое, а не тело» (Сет. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Иоанна. 25).

Объясняет сам способ, говоря: «водою и Духом», т. е. Святым, но пока еще не вполне, чтобы сам спрашивающий был внимательнее, так как некоторая прикровенность часто будит мысль и делает слушателя более любопытным и усердным. Итак, Никодим назвал возрождение невозможным; а Иисус Христос говорит, что оно весьма возможно, и — мало того — даже необходимо, потому что без него никто не может войти в Царствие Божие, т. е. теперь познать его достоинство и величие, или испытать Божественное наслаждение. Речь идет здесь о тех, которые были после крещения Господа, потому что с того времени началось возрождение. Поэтому и апостолы были возрождены водой от Иоанна, а Духом, когда Он почил на них в виде огненных языков. Некоторые из близких к временам апостольским пишут, что Иисус Христос крестил Петра и Пресвятую Богородицу, а Петр всех остальных апостолов.

Но что есть Царство Божье?

«Да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе».

То есть Царство Божье - общество, в котором воля Бога исполняется. Чада Божьи - идея в послушании детей родителям, соблюдающих волю Божью. Суть этих сыновних отношений -любовь, а суть любви - повиновение, подчинение.

«Вечная жизнь» может быть и раем, и адом. Лучше «жизнь вечная», т. е. не во времени, а качественно, божественная.

Итак, Царство Божье = сыновство (рождение) = жизнь вечная.

Как происходит это «зачатие»? От воды и Духа. Вода - символ очищения. Дух - символ божественной силы.

Когда Иисус овладевает нами, грех смывается. Мы не грешим, ибо имеем силу Духа. Это укрепляющая нас сила. Сами не смогли бы. Это стирание прошлого (вода) и победа в будущем (Дух).

Искуплением обновлено человеческое естество. Богочеловек обновил его Собою и в Себе. Такое обновленное Господом естество человеческое прививается, так сказать, к естеству падшему посредством крещения. Крещение, не уничтожая естества, уничтожает состояние падения; не делая естества иным, изменяет его состояние, приобщив человеческое естество естеству Божию (2 Пет. 1:4).

Крещение есть вместе и умерщвление и оживотворение, — вместе и погребение и рождение. В купель крещения погружается, в ней погребается и умирает греховное повреждение падшего естества, и из купели восстает естество обновленное; в купель погружается сын ветхого Адама, — из купели выходит сын Нового Адама. Это засвидетельствовано Господом, который сказал: Аще кто не родится водою и Духом, не может внити в Царствие Божие, рожденный от плоти плоть есть, от Духа дух есть (Ин.3:5,6). Из этих слов очевидно, что Святый Дух, приняв в купель крещения плотского человека, каким человек сделался по падении, извлекает из купели того же человека, но уже духовным, умертвив в нем греховное плотское состояние и родив духовное. При крещении человеку прощается первородный грех, заимствованный от праотцев, и собственные грехи, соделанные до крещения. При крещении человеку даруется духовная свобода ¹: он уже не насилуется грехом, но по произволу может избирать добро или зло. При крещении, сатана, жительствующий в каждом человеке падшего естества, изгоняется из человека; предоставляется произволу крещеного человека или пребывать храмом Божиим и быть свободным от сатаны, или удалить из себя Бога и снова соделаться жилищем сатаны ².

«Если кто не родится от воды и Духа…»

Вода – один из основных библейских символов. Книга Бытия начинается со слов: «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма была над бездною, и Дух Божий носился над водою» (Быт. 1:1–2). Эти слова, отмечает Тертуллиан, указывают на чистоту воды как стихии, более приятной Богу, чем прочие существовавшие тогда стихии: «Ведь и тьма тогда была еще полной и безобразной, без украшения звезд, и бездна печальной, и земля неухоженной, и небо неприглядным. Одна только влага, – вещество всегда совершенное, приятное, простое, само по себе чистое – была достойна носить Бога» Тертуллиан. О Крещении 3 (CCSL 1, 278). Рус. пер.: С. 94. . По словам латинского писателя, вода – «одна из тех стихий, которые в неоформленном виде покоились у Бога прежде всякого благоустроения мира» Тертуллиан. О Крещении 3 (CCSL 1, 278). Рус. пер.: С. 94. .

Вода была тем первичным элементом, из которого на первом же этапе творения (в первый «день») были созданы небо и море: это произошло благодаря отделению «воды, которая под твердью, от воды, которая над твердью». На второй день вода, которая под небом, собралась в одно место, и явилась суша. «И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями» (Быт. 1:6–10).

На пятый день творения вода по повелению Божию произвела «рыб больших и всякую душу пресмыкающихся» (Быт. 1:21). Таким образом, вода в повествовании Книге Бытия наделяется животворной силой: она сама, движимая словом Божиим, производит из себя жизнь. Точнее, эту жизнь творит Бог при помощи воды (Быт. 1:21: «И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода»). По словам Тертуллиана, вода есть стихия жизни: именно она «первой произвела живое, дабы при Крещении не казалось удивительным, что воды могут оживлять» Тертуллиан. О Крещении 3 (CCSL 1, 279). Рус. пер.: С. 94. .

Связь между водой и Духом Божиим – один из ключевых моментов в том «богословии воды», которое раскрывается на страницах Евангелия от Иоанна, в особенности в беседе Иисуса с Никодимом, и затем в произведениях раннехристианской литературы. Благодаря присутствию Духа Божия, говорит Тертуллиан, «природа вод, освященная святым, и сама получила способность освящать» Тертуллиан. О Крещении 4 (CCSL 1, 279). Рус. пер.: С. 95. . Эту способность вода вновь приобретает всякий раз, когда над ней совершается призывание Духа Святого: «Любая вода благодаря преимуществам своего происхождения получает Таинство освящения, как только призывается Бог. Ибо тотчас же сходит с небес Дух и присутствует в водах, освящая их Собою, и они, освященные таким образом, впитывают силу освящения» Тертуллиан. О Крещении 4 (CCSL 1, 280). Рус. пер.: С. 95. .

В Ветхом Завете вода рассматривается не только как стихия жизни, но и как орудие смерти, свидетельством чего является библейский рассказ о потопе (Быт. 7–8). Апостол Петр отмечает связь между сотворением мира и потопом: «Вначале словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою: потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою» (2 Пет. 3:5–6).

В библейском повествовании о потопе вода выступает сразу в двух качествах. Сначала при помощи воды происходит уничтожение ветхого, погрязшего в грехах человечества, но затем при помощи той же воды происходит обновление человечества и возрождение его к новой жизни. Этот рассказ с апостольских времен воспринимается как один из прообразов Крещения. Апостол Петр говорит о том, что Христос был умерщвлен по плоти, но ожил духом, «которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал, некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению, во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды. Так и нас ныне подобное сему образу крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа» (1 Пет. 3:18–21).

Выражение διεσώθησαν δι’ ὕδατος, переданное в Синодальном переводе словами «спаслись от воды», буквально означает «спаслись через воду» («спаслись посредством воды»). Библейский потоп, таким образом, является прообразом очищения, получаемого в Крещении. По словам Григория Богослова, «благодать и сила Крещения не потопляет мир, как некогда, но очищает грех в каждом человеке, и совершенно смывает всякую нечистоту и скверну, привнесенную повреждением» Григорий Богослов. Слово 40, 7 (SC 358, 210). (Творения. Т. 1. С. 547). .

Другой ветхозаветный прообраз Крещения – переход Моисея через Чермное море: «Израиль крестился в Моисея в облаке и в море (1 Кор. 10:2), тебе давая прообразы и показывая ту истину, которая открылась в последние времена» Василий Великий. Беседа 13, 2 (PG 31, 428). . Но повествование о потопе воспринимается также как прообраз Пасхи. Двойное значение символизма потопа в христианской традиции в значительной мере объясняется тем, что в ранней Церкви празднование Пасхи было одновременно днем Крещения.

Крещение Иоанново тоже прообразовало христианское Крещение. Разница между этими двумя Крещениями соответствует разнице между символом и реальностью, между прообразом и его осуществлением. По словам Василия Великого, «Иоанн проповедовал крещение покаяния, и к нему выходила вся Иудея. Господь проповедует Крещение усыновления… То – крещение предначинательное, а это – совершительное; то – удаление от греха, а это – усвоение Богу» Василий Великий. Беседа 13, 1 (PG 31, 425). .

Сам Иоанн Креститель воспринимал свое крещения как подготовительное. Приходившим к нему он говорил: «Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем» (Мф. 3:11;Лк. 3:16). После Своего воскресения Иисус скажет ученикам: «Не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чем вы слышали от Меня, ибо Иоанн крестил водою, а вы, через несколько дней после сего, будете крещены Духом Святым» (Деян. 1:4–5). Под крещением Духом Святым автор книги Деяний понимает событие, произошедшее в день Пятидесятницы, когда на апостолов сошел Святой Дух в виде огненных языков (Деян. 2:1–4).

Слово «дух» (πνεῦμα) в беседе с Никодимом употреблено пять раз: оно является ключевым понятием для раскрытия смысла беседы. Духу противопоставляется «плоть» (σάρξ). Нельзя не вспомнить здесь слова из пролога Евангелия от Иоанна: «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин. 1:12–13). Тема духовного рождения, заявленная в прологе, получает развитие в беседе с Никодимом.

Греческое слово πνεῦμα, как и еврейское רוח rūaḥ, одновременно означает и «дух», и «ветер». Вся речь Иисуса построена на принципе употребления земных понятий в значении духовных реальностей: Царствие означает не земное царство, но небесное; жизнь – не обычная, земная, но вечная; рождение – не из утробы матери, а свыше. Точно так же и «дух» – не обычный ветер, но Святой Дух, о котором Иисус на страницах Евангелия от Иоанна будет говорить многократно, и беседа с Никодимом – первый раз, когда речь идет о Духе О Святом Духе см. в разделе «Утешитель» 12-й главы настоящей книги. . Однако образом Духа является дуновение ветра: подобно тому, как ветер «дует, где хочет», Дух рождает свыше тех, кого Сам пожелает. Появление ветра неизвестно откуда и его исчезновение неизвестно куда указывает на таинственную природу действия Духа: человек не знает причин, по которым Дух приходит или уходит.

Рождение свыше, или рождение от воды и Духа, – основная концепция беседы с Никодимом, – имеет многообразный смысл и предполагает многоуровневое толкование.

На первом и наиболее очевидном уровне речь идет о Крещении. Об этом говорит, во-первых, сама формулировка «от воды и Духа», предполагающая участие воды в процессе рождения свыше; во-вторых, соответствие этой формулировки учению о Крещении, выраженному в других новозаветных книгах, в том числе в Деяниях апостольских и посланиях Павла; в-третьих, единодушное понимание данной формулировки раннехристианскими толкователями как указывающей на таинство Крещения.

Правда, в современной науке на протяжении длительного времени высказывалось мнение о том, что в изначальном тексте беседы с Никодимом не было упоминания о рождении «от воды», а говорилось только о рождении «от Духа». В таком случае всю беседу можно было бы воспринять как вообще не относящуюся к теме крещения. Однако такое мнение опровергается, во-первых, данными текстуальной критики: ни в одной известной рукописи слова «от воды» не отсутствуют. Во-вторых, против этого мнения свидетельствуют другие упоминания воды вместе с Духом в корпусе писаний Иоанна (Ин. 7:38–39;1 Ин. 5:8) Brown R. E. The Gospel according to John (I–XII). P. 142. . В-третьих, вся раннехристианская традиция единогласно свидетельствует в пользу крещальной интерпретации беседы с Никодимом.

В Деяниях апостольских крещение во многих случаях напрямую увязывается с дарованием Святого Духа. Обращаясь к собравшимся на праздник Пятидесятницы, апостол Петр говорит: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа» (Деян. 2:38). Результатом его проповеди стало крещение трех тысяч человек и присоединение их к общине учеников Иисуса (Деян. 2:41). Однако сошествие Святого Духа, согласно Деяниям, не обязательно происходит одновременно с крещением: о самарянских верующих, не имевших Святого Духа, говорится, что «Он не сходил еще ни на одного из них, а только были они крещены во имя Иисуса Христа». Схождение на них Святого Духа произошло через возложение рук апостолов (Деян. 8:15–17). Павел был крещен апостолом Ананией, сказавшим ему: «Господь Иисус, явившийся тебе на пути, которым ты шел, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святаго Духа». Действие крещения описывается так: «И тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, и вдруг он прозрел; и, встав, крестился... И тотчас стал проповедывать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий» (Деян. 9:17–20). Наконец, в рассказе о крещении сотника Корнилия результатом проповеди апостола Петра стало то, что «Дух Святый сошел на всех, слушавших слово», после чего Петр «велел им креститься во имя Иисуса Христа» (Деян. 10:44–48).

Связь между крещением и Святым Духом прослеживается во всех случаях, хотя не всегда погружение в воду и схождение Святого Духа происходит одновременно: иногда Святой Дух сходит на уверовавших до крещения, иногда после. Его действие проявляется, в частности, в том, что уверовавшие начинают «говорить на иных языках и пророчествовать» (Деян. 19:6).

Связь между водой и Духом прослеживается в 1-м соборном послании Иоанна, где автор четвертого Евангелия развивает тему рождения от Бога через веру: «Всякий верующий, что Иисус есть Христос, от Бога рожден, и всякий, любящий Родившего, любит и Рожденного от Него... Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша» (1 Ин. 1:5, 4). О крещении напрямую в послании не упоминается, однако о Сыне Божием говорится: «Сей есть пришедший водою и кровию, Иисус Христос, не водою только, но водою и кровию, и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть истина. Ибо три свидетельствуют: дух, вода и кровь; и сии три об одном» (1 Ин. 5:6–8) Здесь мы цитируем текст по критическому изданию, основанному на наиболее авторитетных рукописях. Синодальный перевод, основанный на иной рукописной традиции, дает расширенный вариант: «Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровию и Духом, не водою только, но водою и кровию, и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть истина. Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино. И три свидетельствуют на земле: дух, вода и кровь; и сии три об одном». Об этом разночтении см.: Maynard M. A History of the Debate Over 1 John 5:7–8. . Под водою, очевидно, понимается крещение Иисуса от Иоанна в Иордане, а под кровью – Его смерть на кресте (кровь – символ мученичества). Отрывок завершается словами, обнаруживающими терминологическую и смысловую близость к беседе с Никодимом: «Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом; не верующий Богу представляет Его лживым, потому что не верует в свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем. Свидетельство сие состоит в том, что Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его» (1 Ин. 5:10–11).

Связь между водным крещением прослеживается и у апостола Павла, в частности, в 1-м Послании к Коринфянам: «Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом» (1 Кор. 12:13). В Послании к Титу апостол пишет: «Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни» (Тит. 3:4–7). Отметим, что словом «возрождение» здесь переведен греческий термин παλιγγενεσία, буквально означающий «рождение заново» и семантически близкий выражению «рождение свыше» из беседы с Никодимом.

О том, что беседа с Никодимом уже во времена ранней Церкви однозначно воспринималась как указывающая на крещение, существует множество свидетельств. В 1-й Апологии святого Иустина Философа (II в.) описание таинства крещения следует за цитатой из беседы Иисуса с Никодимом:

Кто убедится и поверит, что это учение и слова наши истинны, и обещает, что может жить сообразно с ним, тех учат, чтобы они с молитвою и постом просили у Бога отпущения прежних грехов, и мы молимся и постимся с ними. Потом мы приводим их туда, где есть вода, и они возрождаются таким же образом, как сами мы возродились, то есть омываются тогда водою во имя Бога Отца и Владыки всего, и Спасителя нашего Иисуса Христа, и Духа Святого. Ибо Христос сказал: «Если не родитесь свыше, то не войдете в Царство Небесное». А всякому известно, что родившимся однажды не возможно уже войти в утробу родивших... Чтобы получить нам отпущение прежних грехов – в воде именуется на хотящем возродиться и раскаявшемся во грехах имя Отца всего и Владыки Бога. Это одно имя произносит тот, кто ведет приемлющего омовение к купели, потому что никто не может сказать имя неизреченного Бога; если же кто и осмелился бы сказать, что оно есть, тот показал бы ужасное безумие. А омовение это называется посвящением, потому что посвящаются умом те, которые познают это. И при имени Иисуса Христа, распятого при Понтии Пилате, и при имени Духа Святого, который через пророков предвозвестил все относящееся к Иисусу, омывается просвещаемый Иустин Философ. 1-я Апология 61 (PG 6, 420). .

В той форме, в какой цитата из беседы с Никодимом приведена у Иустина Философа, она может быть одновременной аллюзией еще на одно изречение Иисуса, которое мы находим в синоптических Евангелиях: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18:3;Мк. 10:15;Лк. 18:17). В древней Церкви это изречение также воспринималось как указание на крещение См.: Jeremias J. Infant Baptism in the First Four Centuries. P. 48–52. .

Продолжение по техническим причинам помещено под ст. 6

Аще (если) кто не родится водою и пр. Тут Господь подтверждает Свои слова о необходимости возрождения, говоря: аминь, аминь (истинно, истинно) глаголю (говорю) тебе, и объясняет, что это за новое рождение. Это рождение от воды и Духа, т. е. установленное Господом для вступления в Его царство, — на земле, в Его церковь, и на небе, в рай, — таинство св. крещения. В этом таинстве силою и действием Св. Духа, Которому в других местах Свящ. Писания Новаго завета усвояется по преимуществу возрождение человека в новую благодатную жизнь в христианстве (Тит. 3:5), под образом омовения водою, совершается переобразование духовной природы человека из худого — греховнаго состояния в хорошее — святое, из жизни но плоти в жизнь по духу. (Смот. объясн. 3 ст.).

Итак, приступим опять к продолжению прежде сказанного и посмотрим, как Никодиму, ниспавшему долу, прилагающему слова Христовы к земному рождению и говорящему, что невозможно устаревшему человеку снова родиться, Христос открывает яснее образ этого рождения. Хотя и это изъяснение еще представляет некоторые затруднения для рассуждающего по-человечески, но с тем вместе уже достаточно для того, чтобы слушающего возвести от уничиженного образа мыслей. Что же Христос говорит? Аминь глаголю тебе, аще кто не родится водою и Духом, не может внити в Царствие Божие. Вот что этим Он дает разуметь: ты считаешь это невозможным; а Я говорю, что это очень возможно, даже и необходимо, и иначе спастись невозможно. А необходимое Бог соделал для нас и удобным. Рождение земное есть рождение по плоти, от персти, а потому для него и заграждено все небесное, потому что, что общего между землею и Небом? Но другое рождение, как рождение от Духа, удобно отверзает нам небесные врата. Слышите вы все, чуждые просвещения То есть таинства Святого Крещения: ужаснитесь, возрыдайте! Страшна эта угроза, страшно определение! Невозможно, говорит Христос, тому, кто не родится водою и Духом, войти в Царствие Небесное, потому что он еще носит одежду смерти, одежду проклятия, одежду тления, — еще не получил знамения Господнего, он еще не свой, а чужой: не имеет условленного в Царстве знака. Аще кто не родится водою и Духом, не может внити в Царствие Небесное. Но Никодим и этого не понял. Нет ничего хуже, как подвергать духовные предметы умствованиям. Это и не допустило Никодима представить себе что-либо великое и возвышенное. Но для того мы и называемся верными, чтобы, оставляя немощь дольних помыслов, восходили на высоту веры и в ее учении полагали свое высшее благо. Если бы так поступил Никодим, то дело не представилось бы ему невозможным. Итак, что же Христос? Отклоняя его от такого пресмыкающегося долу образа мыслей, показывая, что не о плотском рождении Он беседует, Христос говорит: аще кто не родится водою и Духом, не может внити в Царствие Небесное. Он говорил это, желая угрозою привлечь Никодима к вере, — убедить, чтобы он не признавал этого дела невозможным, и стараясь отвлечь его от предположения в этом деле плотского рождения. Никодим, говорит Он, Я говорю о другом рождении. Для чего же ты склоняешь речь к земле? Для чего это дело подчиняешь естественным законам? Рождение это выше естественного рождения и не имеет ничего общего с вашим. Хотя называется рождением и то и другое, однако, при общем наименовании, они различаются на деле. Отстань от общепринятых понятий; Я ввожу в мир иное рождение; Я хочу, чтобы люди рождались иным образом; Я пришел с необычайным способом создания. Вначале Я создал человека из земли и воды, но это создание оказалось негодным, этот сосуд разбился; затем Я уже не хочу творить из земли и воды, а от воды и Духа. А если кто спросит: как от воды? — спрошу и я: как от земли? Как брение преобразовалось в различные виды? Каким образом из вещества однородного (земля ведь одна) произошли творения различные и разнообразные? Откуда кости, нервы, кровеносные и сухие жилы? Откуда перепонки, кровяные сосуды, хрящи, оболочки, печень, селезенка, сердце? Откуда кожа, кровь, слизь, желчь? Откуда столько отправлений? Откуда разнообразие цветов? Это — не из земли и не из брения. Каким образом земля, принимая семена, произращает их; а плоть, та же земля, принимая семена, подвергает их гниению? Как земля бросаемые в нее семена питает; а плоть питается ими, но не питает их? Например: земля, принимая воду, производит вино, а плоть, часто принимая вино, обращает его в воду. Итак, откуда видно, что тело происходит из земли, тогда как земля, как я сказал, имеет свойства, противоположные телу? Умом я постигнуть этого не могу, принимаю только верою. Если же ежедневно бывающие и осязаемые дела требуют веры, тем более — дела неизреченные и духовные. Как бездушная неподвижная земля, по воле Божией, приняла такую силу, и из нее происходят такие дивные дела, таким же образом, и при действии Духа на воду, легко совершаются те изумительные и превышающие разум дела.

Итак, не оставайся в неверии потому только, что ты не видишь этого. Ты не видишь и души, однако ж веришь, что у тебя есть душа и что она нечто другое, а не тело. Но Христос вразумляет Никодима не этим, а другим примером. Хотя душа и бестелесна, однако ж Он не указал на нее потому, что Никодим имел еще слишком грубые о ней понятия. Но Христос приводит в пример нечто другое, что не имеет ничего общего с грубостию тел, но и не возвышается до природы существ бестелесных. Это — движение ветра. Прежде всего Он начинает с воды, которая тоньше земли, но грубее ветра. Как в начале в основание (творения) положена была земля, все же дело принадлежало Создателю, так теперь в основание полагается вода, а все дело (возрождения) принадлежит благодати Духа. И тогда — бысть человек в душу живу, ныне же в дух животворящ (1 Кор. 15:45). Но различие между тем и другим велико. Душа не сообщает жизни другому существу; а Дух не только живет Сам по Себе, но сообщает жизнь и другим существам. Так Апостолы и мертвых воскрешали. Тогда, уже по совершении творения, наконец был создан человек; а ныне, напротив, новый человек творится прежде новой твари: сперва он рождается, а потом уже мир преобразуется. И как в начале (Бог) создал человека всецелым, так и ныне всецело образует его. Но тогда он говорил: сотворим ему помощника (Быт. 2:18), а здесь — ничего подобного. Приявший благодать Духа может ли нуждаться в другом каком-либо помощнике? Принадлежащий к телу Христову какую имеет нужду в чьем-либо содействии? Тогда сотворен человек по образу Божию; а ныне соединен с Самим Богом. Тогда Бог повелел ему обладать рыбами и зверями; а теперь вознес начаток наш превыше небес. Тогда дал для жительства рай; а ныне отверз для нас небо. Тогда человек создан был в шестой день, так как этим временем должно было окончиться и творение; а ныне — в первый день, и в самом начале, как и свет. Из всего этого ясно, что совершающееся ныне принадлежит к другой, лучшей жизни и состоянию, не имеющему конца. Первое творение — Адама — было творение из земли, а после него создание жены из ребра, потом происхождение Авеля от семени. Но мы не можем ни постигнуть, ни изобразить словом этих творений, хотя все они самые вещественные. Как же мы можем дать отчет относительно духовного рождения чрез крещение — рождения, которое гораздо выше тех? И каких можно требовать от нас соображений об этом рождении — чудном и необычайном? При совершении его предстоят и ангелы; но изъяснить способ этого дивного рождения чрез крещение не может ни один из них. Но и предстоят они, сами ничего не совершая, а только взирая на то, что совершается. Все же делает Отец, Сын и Святой Дух. Поверим же слову Божию: оно вернее нашего зрения; зрение часто и обманывается, а это слово погрешать не может. Поверим же Ему. Произведши сущее из несущего, оно, конечно, несомненно и тогда, когда говорит о естестве его. А что оно говорит? Что в крещении совершается рождение. Но если бы кто сказал тебе: как это? — загради тому уста словом Христовым, которое есть величайшее и самое ясное доказательство. Если же кто спросит: для чего употребляется вода, то спросим и мы взаимно: Для чего в начале в создание человека входила земля? Что Богу и без земли возможно было сотворить человека, это очевидно для каждого. Поэтому не допытывайся. А что вода потребна и необходима, это можешь узнать вот из чего. Однажды, когда Дух сошел, прежде употребления воды (Деян. 10:44), Апостол не остановился на этом; но смотри, что сказал он о воде, как о веществе необходимом и не излишнем: еда воду возбранити может кто, еже не креститися сим, иже Дух Святый прияша, якоже и мы (Деян. 10:47). Почему же нужна вода? Скажу, наконец, и об этом и открою вам сокровенное таинство. Есть несколько сокровенных причин для этого, но из многих я скажу вам пока одну. Какая же это причина? Та, что в воде символически изображается гроб и смерть, воскресение и жизнь, и все это происходит совместно. Когда мы погружаем свои головы в воду, как бы в гроб, вместе с тем погребается ветхий человек и, погрузившись долу, весь совершенно скрывается. Потом, когда мы восклоняемся, – выходит человек новый. Как легко для нас погрузиться и подняться, так для Бога легко погребсти ветхого человека и явить нового. Но это совершается трижды, чтобы ты знал, что все это совершается силою Отца и Сына и Святого Духа. А что сказанное мною не гадание, послушай только, что говорит Павел: спогребохомся ему крещением в смерть (Рим. 6:4); также: ветхий наш человек с Ним распятся (Рим. 6:6); или: сообразни быхом подобию смерти Его (Рим. 6:5). Но не только крещение называется крестом, а и крест крещением. Крещением, говорит Христос, имже Аз крещаюся, креститася (Мк. 10:39). И в другом месте: крещением имам креститися (Лк. 12:50). Как легко мы погружаемся и поднимаемся, так легко и Он, по смерти, когда восхотел – воскрес, или, лучше сказать, гораздо легче, хотя ради устроения некоего таинства и пробыл (в гробу) три дня.

Итак, мы, сподобившиеся столь великих таинств, покажем достойную этого дара жизнь, самое лучшее поведение. А вы, еще не сподобившиеся их, поступайте во всем так, чтобы вам сподобиться, да будем все едино тело, да будем все братья. Доколе это разделяет нас, дотоле и отец, и сын, и брат, и кто бы то ни был — для нас еще не истинный сродник наш, так как он отдален от сродства горнего. Да и какая польза быть соединенными родством бренным, когда мы не соединены сродством духовным? Какая прибыль от близости на земле, когда мы чужды друг для друга на небесах? Оглашенный чужд верному. Он не имеет ни одной и той же с ним главы, ни одного и того же отца, ни того же города, ни пищи, ни одежды, ни дома; но все у них разделено. У одного все на земле; у другого — на небесах. У этого царь — Христос; у того — грех и дьявол. У этого пища — Христос; у того — гниль и тление. Да и одежда у этого — Владыка ангелов; у того — дело червей. У этого город — небо; у того — земля. А если у нас нет с неверными ничего общего, то скажи мне, в чем же нам иметь общение (с ними)? Прошли и мы через те же муки рождения и произошли из одного чрева? Но и этого недостаточно для ближайшего родства. Итак, постараемся сделаться гражданами горнего града. Доколе нам оставаться в чужой земле, тогда как следует нам получить снова древнее отечество? Здесь опасность касается не маловажных дел. Если случится, чего не дай Бог, что постигнет нас нечаянная смерть, и мы отойдем отсюда без просвещения Разумеется крещение, то, хотя бы мы имели здесь тысячи благ, нас ожидает не что другое, как геенна, червь ядовитый, огонь неугасимый и узы неразрешимые. Но не дай Бог кому–либо из слушающих испытать это наказание! А не постигнет оно нас, если мы, сподобившись святых таин, будем полагать в основание своего здания золото, серебро и драгоценные камни (1 Кор. 3:12). Таким образом мы будем иметь возможность, отошедши туда, явиться богатыми, когда, т. е., не здесь будем оставлять деньги, а будем переносить их в безопасные сокровищницы руками бедных, когда будем давать взаймы Христу. Там у нас много долгов — не деньгами, а грехами. Будем же отдавать Ему деньги, чтобы получить оставление грехов. Он — Судия наш. Не презрим здесь Его алчущего, чтобы и Он там напитал нас. Оденем Его здесь, чтобы и Он не оставил нас обнаженными без своего покрова. Если мы напоим Его здесь, то не скажем подобно богатым: «пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил» наш «язык» (Лк. 16:24). Если и мы примем Его здесь в свои дома, то Он уготовит для нас там много обителей. Если придем к Нему в темницу, то и он освободил нас от уз. Если введем Его к себе, как странника, — и Он не оставит нас странствовать вне царствия небесного, но воздаст за то горний град. Если посетим Его в болезни, — скоро и Он освободит нас от немощей наших. Итак, получая много, даже тогда, когда даем немного, будем давать по крайней мере немного, чтобы приобрести много. Пока есть еще время, будем сеять, чтобы пожать. Когда наступит зима, когда по морю нельзя уже будет плавать, тогда и купля эта уже не будет в нашей власти. А когда настанет зима? Тогда, когда наступит тот великий и славный день. Тогда мы уже не станем плавать по этому великому и пространному морю, которому подобна настоящая жизнь. Теперь — время сеяния; а тогда — время жатвы и собирания. Если бы кто во время сеяния не бросал семян, а стал сеять во время жатвы, — тот, кроме того, что не получил бы ничего, еще был бы смешон. Если же настоящее время есть время сеяния, то теперь-то и должно не собирать, а расточать. Станем же расточать, чтобы собрать; не будем собирать теперь, чтобы не потерять жатвы. Это время, как я сказал, вызывает на сеяние, на иждивение и расточение, а не на собирание и сбережение. Итак, не упустим удобного времени, а сделаем обильный посев и не пощадим ничего своего, чтобы получить обратно с большим воздаянием, по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу со Святым Духом слава во веки веков. Аминь.

* * *

Великих таин сподобил нас Единородный Сын Божий, — великих и таких, которых мы не были достойны, но которые сообщить нам Ему угодно было. Если рассуждать о нашем достоинстве, то мы не только были недостойны этого дара, но повинны наказанию и муке. Но Он, несмотря на это, не только освободил нас от наказания, но и даровал жизнь, которая гораздо светлее прежней; Он ввел в другой мир; создал новую тварь. «Кто», сказано, «во Христе, тот новая тварь» (2 Кор. 5:17). Какая это новая тварь? Послушай, что говорит сам Христос: «если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие». Нам был вверен рай; но тогда, как мы оказались недостойными обитать в нем, Он возводит нас на самые небеса. Мы не остались верными в первоначальных дарах; но Он сообщает нам еще большие. Мы не могли воздержаться от одного древа — и Он подает нам пищу горнюю. Мы не устояли в раю — Он отверзает нам небеса. Справедливо говорит Павел: «о, бездна богатства и премудрости и ведения Божия!» (Рим. 11:33) Уже не нужны ни мать, ни муки рождения, ни сон, ни сожительство и соединение плотское; строение естества нашего совершается уже свыше, — Духом Святым и водою. А вода употребляется, как бы место рождения рождающегося. Что утроба для младенца, то — вода для верного: он в воде зачинается и образуется. Прежде было сказано: «да произведет вода пресмыкающихся, душу живую» (Быт. 1:20). А с того времени, как Владыка снизшел в струи Иордана, вода производит уже не «пресмыкающихся, душу живую», а души разумные и духоносные. И что сказано о солнце: «выходит, как жених из брачного чертога своего» (Пс. 18:6), теперь более благовременно сказать о верных: они испускают лучи гораздо блистательнее солнечных. Но младенец, зачинающийся в утробе, требует времени; а в воде — не так: здесь все совершается в одно мгновение. Где жизнь временна и получает свое начало от телесного тления, там и рождение медленно происходит: таково естество тел; они только с течением времени получают совершенство. Но в делах духовных не так. Почему же? Здесь что делается, то делается с самого начала совершенно.

* * *

"...то, что церковь произошла от ребра Христова, чем можно доказать? Писание объясняет и это. Когда Христос был вознесен на крест, пригвожден и умер, тогда "но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода" (Ин. 19:34), и из этой крови и воды составилась вся церковь. Сам Он свидетельствует об этом, когда говорит: "кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие" (Ин. 3:5). Кровь он называет духом. Мы рождаемся водою крещения, а питаемся кровью. Видишь ли, как мы — от плоти Его и от костей Его, рождаясь и питаясь кровью Его и водою? И как во время сна Адамова создана была жена, так и во время смерти Христовой образовалась церковь из ребра Его".

Знаменательно. - «Кто не родится водою и духом, не может внити в царствие Божие»: магометане не войдут, евреи, идолопоклонники, еретики не войдут, сектанты не войдут...

 Как премудро Господь наставляет учителя Израилева. Прежде преподает ему истину о духовном рождении, которое необходимо для того, чтобы принять и усвоить умом и сердцем новое, небесное, благодатное учение; и в самом деле, просвещение от Духа Божия необходимо для усвоения верою и делами истины о беспредельной любви Божией к роду человеческому, сошествии на землю Сына Божия ради спасения человеков, о Его страданиях и смерти; о Сыне Божием как о Свете мира и о страшной тьме, в которой находится мир. Затем Господь научает его высочайшим истинам христианства, сейчас упомянутым.

 В этой беседе с Никодимом Христос говорит не о той плоти, с которой люди воскреснут пред вторым Его пришествием на землю: 1 Кор. 15:40—44, а о плоти обыкновенной, земной, а так как человек есть существо не только духовное, но и телесное, то и в таинстве возрождения его должна быть сторона помимо духовной и чувственная, видимая, именно водное крещение: Мф. 3,16; Ин. 3:23. Деян. 8:35-39.

Это то, что требуется от Никодима, но и от человека вообще. Для того чтобы узреть Царство Божие, еще точнее, для того чтобы в него войти, человек должен родиться свыше, или, что то же, быть рожденным от воды и Духа. Речь идет, несомненно, о крещении. На закате I века, когда писалось Евангелие, практика Крещения водою имела уже общее распространение в Церкви.

В свете тех же Иоанновских параллелей (ср. Ин. 3:1, 19:11), рождение свыше можно понимать только как рождение от Бога. В контексте Ин. это та же концепция спасения как усыновление спасаемого Богу, с которой мы встретились уже в Прологе (ср. Ин. 1:12–13). Если Бог есть Отец, то употребление того же предлога έκ о Духе не может вводить нас в заблуждение. Второго Отца не может быть, тем более что в Ин. 3стоит: «...от воды и Духа». Сначала названа вода, затем Дух. И ни вода, ни Дух не имеют при себе члена. Крещение есть рождение от Бога, даром Святого Духа сообщаемым в воде. Мы помним свидетельство Иоанна Предтечи об Иисусе как о крестящем Духом Святым (Ин. 1:33). Крещение Духом Святым не исчерпывает сакраментальным актом Крещения. Оно обнимает все Домостроительство Духа, утверждаемое Христом, но под него подходит и таинство Крещения. Так же понимал христианское крещение и апостол Павел. Он знал, что «все, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27), что во Христе мы – сыны Божии (ibid., ст. 26), и что божественный фактор нашего усыновления Богу во Христе есть Святой Дух (Гал. 4:4–7, ср. Рим. 8:14–16). И если апостол Павел знал и другое, а именно, что крещение есть для нас спогребение и совоскресение со Христом (Рим. VI. 3–5), то мы сейчас увидим, что и эта мысль стоит за учение о Крещении, как оно дано в беседе Господа с Никодимом.

В учении о Духе продуманным употреблением члена евангелист Иоанн достиг постепенно терминологической точности, которая была неизвестна до него. То πνεΰμα, с членом, есть божественная Ипостась Святого Духа; πνεϋμα, без члена, относится к области духовного в широком смысле, означает присутствие Святого Духа и Его дары. Так в Ин. 1το πνεΰμα с членом, при первом же его упоминании, должно быть понимаемо о Лице Святого Духа. И наоборот, в ст. 33, πνεΰμα без члена, в Крещении Духом Святым относится не к Его Лицу, а к Его присутствию или к Его дарам. Конечно, и присутствие Святого Духа и тем более Его дары предполагают Его благодатное действование, но богословски это понятия не тождественные и требуют терминологического различения.

В беседе Господа с Никодимом понятие Духа остается недораскрытым, тем более что в ст. 8 то πνεΰμα надо, вероятно, понимать приточно, в смысле ветра (ср. новый перевод) как образ Духа. Но и здесь дары Святого Духа (έξ ύδατος και πνεύματος – от воды и Духа, без члена) в ст. 5 В согласии с Иоанновским термином мы обязаны и здесь понимать έκ

πνεύματος, без члена, не в смысле лица, а в смысле орудия или дара Святого Духа. В таком случае правильным – не переводом, а перифразой – было бы: «от воды как орудия, или дара, Святого Духа». Напомню аналогичное понимание «благодать и истина» в 1,14–17. предполагают действие Его Ипостаси (ср. τοΰ πνεύματος, с членом) в ст. 6 и 8, и к Нему возводится духовное бытие (πνεΰμα, без члена), в ст. 6 противополагаемое плоти, которое родится от плоти. Последнее противоположение возвращает нас опять к Прологу (ср. Ин. 1:12–13), где хотению плоти противополагается рождение от Бога.

На молчаливый вопрос Никодима Господь отвечает ему требованием нового рождения, которое есть рождение свыше или рождение от воды и Духа. Предложенные только что сопоставления должны были показать, что это требование есть требование крещения. От человека зависит, принять или не принять крещение. Но действенность крещения зависит не от человека. И тут от субъективного условия спасения, или, в терминологии Ин. III, участия в Царствие Божием, мы переходим к условиям объективным: на чем основана действенность христианского крещения?

Человека, не понимающего надлежащим образом, что означает рождение свыше, Господь наставляет более ясными вразумлениями и полнее открывает ему познание таинства. Господь наш Иисус Христос называл возрождение чрез Духа рождением свыше, указывая этим на то, что превышающую все сущность имеет Дух, чрез Коего мы становимся общниками Божественной Природы (2 Пет. 1:4), когда получаем Духа, существенно из Нее происходящего, и чрез Него и в Нем преобразуемся соответственно Первообразной Красоте, таким образом возрождаемся в обновление жизни и получаем Божественное всыновление (Рим. 6:4; Еф. 1:5). Но не так поняв слово «свыше – опять», Никодим вообразил, что им означается имеющее быть вторичное рождение именно по телу, так что оказывался неразумным и вместе невежественным, подумавшим о невозможном. Поэтому Спаситель и обращается с ним, как еще с немощным, весьма нежно и, сняв со Своей речи прикровенность, говорит уже ясно: «если кто не родится чрез воду и Дух, не может войти в Царство Божие.» Так как человек по своей природе есть нечто сложное и непростое, составленный из двух – чувственного тела и духовной души, то и для своего возрождения нуждался в двойном средстве, которое должно быть сродственно обеим сторонам его природы. Духом освящается именно дух человека, а водой, со своей стороны также освященной, – тело. Как вода, наливаемая в котлы, от соединения с сильным огнем воспринимает в себя его силу (теплоту), так и чувственная вода чрез действие Духа преобразуется в некую Божественную и неизреченную силу и освящает уже всех, в ком она будет.

– Иисус ответил: – Говорю тебе истинную правду: только тот, кто родится от воды и Духа, сможет войти в Царство Бога! – См. коммент. на. 3:3. Теперь Иисус раскрывает смысл рождения свыше, но если раньше указывалось, откуда происходит рождение, то здесь акцент на том, каким образом оно совершается. Говорю тебе истинную правду – См. коммент. на. 1:51. Для этого нужно родиться от воды и Духа. Что значит родиться от воды и Духа? Читатели-христиане сразу скажут, что речь идет о крещении. Но ведь Никодим, с которым разговаривает Иисус, не христианин, да и самого христианского крещения в те времена еще не существовало. Следовательно, он никак не мог бы понять смысл этих слов. Такое понимание возможно лишь в том случае, если евангелист допускает сознательный анахронизм, представляя события, относящиеся к концу I века, как имевшие место уже в начале 30-х гг. Но есть и другая возможность истолкования этих слов: под словом вода в древности иногда понималось мужское семя. В таком случае Иисус хотел сказать, что для вхождения в Царство необходимо не только рождение от мужского семени, но и от Духа Божьего (ср. 1:13). Идея «духовного семени» была известна в те времена. См. 1 Пет. 1:23: «Ведь источник вашей новой жизни – не смертное семя, но бессмертное. Это живое и вечное Слово Бога!» Ср. также слова Пролога: «Это те, кто родился не от жара в крови, не от плотской страсти, не от мужского желания, но от Бога» (1:12-13). Кроме того, следует помнить, что и в Писании (Иез. 36:25-26), и в кумранских рукописях вода часто была символом Духа в тех случаях, когда речь шла о духовном очищении и обновлении. Ср. 7:37-39, где сам Иисус отождествляет воду с Духом. Тогда сочетание «вода и Дух» должны пониматься как «вода Духа» или «истинная вода, то есть Дух». Возможно еще одно понимание: Иоанн Креститель, о котором, несомненно, должен был знать Никодим, говорил, что он омывает водой, но вслед за ним придет Тот, кто будет омывать Святым Духом (1:33).

Существует также мнение, что евангелист здесь выступает против магического представления о крещении, когда сам факт крещения якобы гарантирует спасение. Оно не значит ничего без присутствия Духа.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 100-101++

Обращенных в иудаизм сравнивали с «новорожденными младенцами», когда их "крестили, чтобы удалить языческую скверну. Слова «кто не родится от воды», таким образом, дали Никодиму понять, что «рождение свыше» означает обращение в веру, а не второе физическое рождение.

В Ин. 3:5 греческое выражение «от воды и Духа» можно прочитать по-другому: «от воды, то есть от Духа». Иезекииль (Иез. 36:24—27) говорит о воде символически, подразумевая очищение Духом (ср., в частности, Свитки Мертвого моря); таким образом, здесь Иисус мог иметь в виду «обращение силой Духа» (ср.: Ин. 7:37—39) — духовное крещение "прозелитов. Если еврейские учителя говорили об обращенных в иудаизм как о «новорожденных» только в том смысле, что они в законном порядке отделялись от прежних связей, то рождение от Духа дает новое сердце и приводит к истинному духовному возрождению (Иез. 36:26).

Итак, ты, который благочестиво и верно гордишься христианским именем, определи справедливым суждением благодать этого возобновления. Ведь тебе, некогда презренному, тебе, выгнанному из рая (Быт. 3:23-24), тебе, умирающему в долгом изгнании, тебе, рассыпающемуся в прах и пепел (Быт. 3:19), у которого не было никакой надежды на жизнь, через воплощение Слова была дана возможность (Ин. 1:12) издалека возвратиться (Лк. 15:13, 17) к своему Создателю, узнать Родителя, из раба стать свободным, из чужого обратиться в сына, чтобы, рожденный из тленной плоти, ты возродился от Духа Божия и получил по благодати то, чего не имеешь по природе.

Но Христос не обратил внимания на это пустое совопросничество и прямо дал дальнейшее разъяснение Своему изречению, заявив, что Он говорил не о плотском рождении, а о духовном возрождении, которое совершается водой и Духом (в крещении), и если «рожденное от плоти есть плоть, то рожденное от Духа есть дух».

Поскольку написано в Евангелии, что «если кто не родится от воды и Духа» (Ин. 3:5) и в другом месте, снова: «Он будет крестить вас Духом Святым и огнем» (Лк. 3:16), желаю узнать, в чем тут различие.

...

В каждом Святой Дух, вселяясь, или как вода очищает скверну плоти, или как дух смывает пятна с души, или как святой дух¹ закладывает способы (тропосы) добродетелей, или как огонь делает, наконец, по благодати богом, воссиявая в нем божественными знаками добродетели².

Тогда Господь еще определеннее говорит Никодиму, что не о плотском рождении идет речь, а о духовном, нравственном: Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (ст. 5). Да плотское рождение, если бы и возможно было вторично, было бы бесцельно, потому что рожденное от плоти есть плоть (ст. 6), а для духовного Царства Мессии должно быть и духовное рождение всех, не исключая и прямых потомков Авраама – фарисеев. Конечно, Никодим, как ученый фарисей, знал о крещении водой, которое совершал Иоанн Креститель, но, очевидно, считал его за простой обряд или внешний знак раскаяния во грехах. А Господь Иисус Христос говорит не только о крещении водой, но и Духом, действием Которого человек собственно и освобождается от заразы первородного греха и возрождается для новой, духовной жизни в благодатном царстве, или Церкви Христовой. Никодим все еще не мог отрешиться от грубо-чувственных представлений и хотел знать, в чем же внешнем, видимом и осязаемом проявляется это возрождающее действие благодати Святого Духа? Для вразумления Никодима Господь Иисус Христос сравнивает действие Духа Святого с дуновением ветра. Человек ясно чувствует дуновение ветра, который дует на просторе и не знает для себя преград; но человек собственно не видит ветра, хотя и слышит шум его, и не знает, где он образуется, откуда приходит и где его конец. Точно так же и возрожденный Духом Святым отчетливо сознает и чувствует совершившийся факт своего возрождения, но не может понять, как и в какой момент совершилось это возрождение; тем более недоступно для наблюдения со стороны это возрождающее действие Святого Духа в Таинстве Крещения. Недоступность для наблюдения еще не отрицает самого существования известного действия. Святой Иоанн Златоуст сомневающимся в возрождающем действии благодати Святого Духа в Таинстве Крещения так говорит: «Не оставайся в неверии потому только, что ты не видишь этого. Ты не видишь и души, однако же веришь, что и у тебя есть душа и что она нечто другое, а не тело» (Беседы на Ев. Ин. 25).

родится от воды и Духа. Многие толкователи понимают слово "вода" как относящееся к воде крещения, но подобная ссылка, сделанная до установления христианского крещения, была бы для Никодима бессмысленной. Другие находят здесь ссылку на крещение Иоанново, но Иисус ни в одном другом месте не говорит о крещении Иоанновом как об условии, необходимом для спасения. Более правильными представляются взгляды тех экзегетов, которые видят здесь аллюзию на те места ВЗ, в которых вода и Дух связываются вместе, дабы выразить ожидающееся в конце времен излияние Духа Божия (напр., Ис. 32:15; Ис. 44:3; Иез. 36:25-27). Наличие такого изобилия ветхозаветных образов объясняет упрек, сделанный Иисусом Никодиму (ст. Ин. 3:10), — как "учитель Израилев", тот обязан был понять сказанное ему Христом.

Человек необлагодатствованный мертв грехами (Еф. 2:1, 5), мертв для Бога и добрых дел; переход из этого мертвенного состояния к жизни духовной есть на языке Священного Писания Нового Завета то же, что рождение или воссоздание – приведение из небытия в бытие (2 Кор. 5:17). Святой Дух, Своей вседетельной силою, при посредстве воды в Таинстве Крещения возрождает и обновляет падшего человека, преобразует и воссозидает природу его, омраченную грехом (Тит. 3:5); посему крещенные и называются у святых писателей Нового Завета возрожденными (1 Пет. 1:23) и даже прямо новорожденными младенцами (2, 2) призванными к новой благодатной жизни (Иак. 1:18; Кол. 3:10). Но почему это духовное возрождение необходимо для всех потомков Адама, Иисус Христос объяснил следующим образом: рожденное от плоти плоть есть, и рожденное от Духа дух есть. Плотию в Священном Писании называется не только тело человека, но и греховная чувственность человека необлаго-датствованного (Рим. 6:6; Еф. 2:3) со всеми проявлениями ее (Гал. 5:19–21), и вообще весь человек, живущий и действующий вне благодати Божией (Рим. 7:5; 8, 1, 4, 8–9; 2 Кор. 10:2). В этом состоянии были все потомки падших прародителей после того, как единем человеком грех в мир вниде и грехом смерть, и тако смерть во вся человеки вниде, в немже вси согрешиша (Рим. 5:12). Первородный грех тяготел над человеческим родом, передаваясь по естественному преемству плотского происхождения, так что рожденное от плоти и само необходимо было плотию. Но для участия в Царстве Христовом плотский человек должен переродиться и в Таинстве Крещения очиститься как от первородного греха, так и от грехов произвольных. Это и есть рождение от Духа, которое воссозидает человека духовного. И как плоть желает противного духу, а дух противного плоти (Гал. 5:17; Рим. 8:5–6), так рождение плоти и рождение Духа различны и даже противоположны между собою (Рим. 8:7–8).

Господь не обличил Никодима в трусости и в лукавстве, не укорил в том, что он, таясь, пришел к Нему ночью. Вместо этого Христос помог столь робко выраженным начаткам веры укрепиться, поступив по сказанному пророком: «Он трости надломленной не переломит и льна курящегося не угасит» (Ис. 42:3).

Далее Христос Сам задает тему беседы с Никодимом – условия вхождения в Царство Небесное (в Евангелии от Иоанна термин «Царство Небесное» упоминается всего два раза, и оба раза в беседе с Никодимом; далее в беседах Христа в изложении этого Евангелия звучит понятие «жизнь вечная», что является синонимом Царства Небесного).

Первое указанное Спасителем условие – рождение «свыше» или «рождение от воды и Духа», без чего войти в Царство невозможно (Ин. 3:3, 5). Под рождением от воды и Духа подразумевается крещение. Это рождение от Бога, о котором говорит Пролог: «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин. 1:12–13).

Никодим – ученый человек, знающий закон и обычаи, но его поведение в продолжение этой беседы кажется по меньшей мере странным – он очевидным образом шокирован этим разговором о рождении для Царства. Чтобы его понять, подумаем, а как, собственно, представляли себе иудеи вхождение в Царство Мессии.

Главная «техническая характеристика», требуемая для вхождения в Царство, – причастность избранному народу. Искажая смысл обетования, данного Аврааму о семени, «в котором благословятся все народы земли» (Быт. 22:18), которое относится к Христу, иудеи считали себя таким благословенным семенем Авраама и с формальным признаком происхождения по плоти связывали свои упования. Вспомните, что св. Иоанн Предтеча, проповедуя покаяние, призвал иудеев не заблуждаться на этот счет: «И не думайте говорить в себе: “отец у нас Авраам”, ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму» (Мф. 3:9). Кроме того, жизненная программа любого иудея – дожить до Царства Мессии, которое будет вечным. Умирая, он надеется, что его дети доживут до Царства Мессии и тем самым оправдают, приобщат к Царству, понимаемом как вечное материальное благополучие, все предыдущие поколения родственников. Поэтому так страшно остаться бездетным; закон ужичества служил тому, чтобы ничье «имя не изгладилось во Израиле» (Втор. 25:5–6).

Христос и открывает ему яснее способ рождения духовного. Ибо человек, состоя из двух частей, из души и тела, имеет и образ рождения двучастный. Вода, видимо принимаемая, действует к очищению тела, а Дух, невидимо соединяющийся, — к возрождению невидимой души. Если ты спрашиваешь, как вода может родить, то и Я спрошу, как семя, которое само водообразно, может образоваться в человека? Посему как над семенем телесным все совершает благодать Божия, так и при крещении предлежит вода, но все совершает Дух и молитвенное призывание, а особенно присутствие Бога. Ибо в воде сей совершаются знаки и образ погребения и воскресения. Три погружения — знак тридневного погребения; потом человек воскресает (выныряет), как Господь, нося светлую и чистую одежду нетления, а тление погрузив в воде.

Креститься, по слову Господню, есть «родиться водою и духом» (Ин. 3:5). Крещены все мы. Что ж? Помышляем ли мы о том, что носим в себе новое духовное рождение? Тщимся ли хранить, питать, возращать сие вышнее рождение?