Евангелие от Иоанна 20 глава 23 стих

Любовь Церкви, которая через Святой Дух изливается в сердца наши, отпускает грехи тех, кто сопричастен ей, но сохраняет грехи тех, кто не сопричастен ей. Потому-то после слов: примите Духа Святаго — Он тотчас сделал добавление о прощении и сохранении грехов.

Этот способ убеждения в Своем воскресении, в котором сперва раскрыта необходимость прославления только чрез воскресение, потом показано само исполнение этого прославления в лице Иисуса, – совершенно отличен от того, который употреблен для Марии Магдалины и впоследствии для Фомы – от одного чувственного обнаружения Своего прежнего, знакомого им, земного вида.

В то самое время, как эммаусские путники рассказывали апостолам и прочим братиям, с ними находившимся, о явлении Господа и с ними возлежали, Господь Сам входит в их собрание, не смотря на то, что двери были заперты, по опасению от Иудеев. Недоумение, ужас и радость – все смешалось. Господь успокаивает приветствием мира; уверяет в достоверности Своего воскресения знаками на руках, ногах и боку, и вкушением от трапезы. Потом раскрывает необходимость Своих страданий и прославления чрез воскресение – из Писания так же, как эммаусским путникам Отверзе им ум разумети Писания.

Удостоверив таким образом апостолов своих в действительности Своего воскресения, кроме Фомы, Господь оставляет их, но, оставляя, снова повторяет им Свое: мир вам, напоминает им о их призвании. Сам Он уже совершил Свое служение на земле, и передает теперь Свое дело им. Для этого сообщил им часть сил, нужных для будущего их служения, тех именно сил, какие теперь последним Своим подвигом Он в особенности заслужил роду человеческому и каких они сами ни от кого не могли получить, как от Него, Искупителя рода человеческого, и дал им право ими пользоваться с таким же самовластием, с каким бы Сам употреблял их.

Тем заключен был великий день воскресения Христова. Апостолы узнали теперь, что Господь их есть Владыка жизни и смерти, что Его уверения о Себе все несомненны: такого чуда еще не было слыхано никогда доселе, чтобы кто сам воскресал; что следов. не потеряло значения своего и все предшествующее обращение их с Иисусом: они снова апостолы Его. Но когда Воскресший, по явлении Своем, оставил их, не остался с ними, как было прежде, они должны были уразуметь отсюда, что с сего времени они должны находиться в особых отношениях к Нему: да и само явление Его более духовное, нежели плотское (поелику и сама плоть была одухотворена) тоже внушало. Таким образом мало по малу они должны были от прежнего видимого, чувственного обращения с Ним перейти к одному, чисто духовному, невидимому обращению, которое должно было наступить для них со временем Его вознесения. Вероятно в тот же день последовало и явление Иакову (1 Кор. 15:7).

Если первое обращение – «Мир вам!» – было обычным на Востоке приветствием, то повторное пожелание мира связано с сообщением Святого Духа: «Сказал им Иисус снова: Мир вам! Как послал Меня Отец, и Я посылаю вас. И сказав это, дунул и говорит им: примите Духа Святого. Если кому отпустите грехи, отпущены им; если на ком удержите, удержаны». Этот «мир» носит благодатный характер и, как и радость, охватившая апостолов, является исполнением слов Прощальной беседы: «Утешитель же, Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое... Мир оставляю вам, мир Мой даю вам» (Ин. 14:26-27). Иисус не указывает, куда именно Он посылает учеников. Они должны занять Его место в мире. Для этого они наделены Духом. Именно Св. Дух возводит их в статус сыновства, и уже как сыны, рождённые от Бога (Ин. 1:13), они посылаются в мир¹. Отныне прощение грехов сосредоточено в их руках. Они судьи, уполномоченные Богом. От их решения зависит участь человека в вечности. Они приняли «Духа истины», благодаря чему их решения предопределяет Св. Дух². Это поручение является осуществлением обетования Прощальной беседы: «Утешитель придет к вам... И придя, Он явит миру его заблуждение о грехе и о праведности и о суде» (Ин. 16:7-8) – и завершает темы суда и греха в Евангелии от Иоанна.

Воскресший Христос сообщает человеку новую жизнь. Дуновение Иисуса Христа напоминает, как в книге Бытия Адам «стал душею живою» благодаря дыханию жизни, которое «вдунул в лице его» Бог (Быт. 2:7).

Христос явил присутствие Бога в мире, пройдя через Крест. И когда на Кресте Он сказал: «Совершилось», обратив Свой взор к Отцу, завершив Свое спасительное служение, — Он послал Духа Святого в мир. Дух Христов был послан от мрака Креста, чтобы преобразить всех людей. И когда в первый вечер Пасхи Христос явился Своим ученикам в уединенном доме, удаленном от людей, с «дверями затворенными», как сказано в Евангелии, Он сказал им простые слова: «Мир вам. Примите Духа Святого».

Воскресший Христос дунул на Своих учеников, чтобы сообщить им Духа Святого. Дух Святой всегда со Христом Богом и отныне — в жизни каждого человека, принимающего Христа. Мы знаем, что Дух и дыхание на языке Священного Писания выражаются одним словом. Человек имеет дыхание, свой дух человеческий. И наше естественное дыхание имеет нечто общее с Дыханием Божиим. Разве Книга Бытия не рассказывает нам, как, сотворив тело первого человека, Господь вдохнул в него Свое Дыхание, чтобы человек стал живым (Быт. 2, 7)? Это первое творение и первое рождение совершенно соответствует второму творению и второму рождению, которое мы празднуем в день Пятидесятницы. Связь между человеком и Дыханием Божиим открывается в земной жизни и в смерти Христа, Сына Божия. Христос воплотился от Духа Святого и Марии Девы. Дух Святой сходит на Него при Крещении и всегда пребывает с Ним. Он сопутствует Ему в Его служении, в Его проповеди, в Его чудесах. Дух Святой — с Ним среди Его Крестных страданий, до смерти. И с последним Своим дыханием Он сказал на Кресте: «Отче, в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23, 46).

В час, когда Христос предает Свой дух Отцу, Он обнимает Своею любовью весь род человеческий. Оттого что Христос вознесен на Крест, Дух Святой, согласно Его собственному обещанию, может быть дан всем людям. «Когда Я буду вознесен, — говорил Он, — Я всех привлеку к Себе». Иными словами, когда Сын Божий в час смерти дает совершенный ответ любви Отцу Небесному от лица всех людей — любовь Божия в Духе Святом изливается на все человечество. Отныне Дыхание Божие не ограничивается телом Христа, но Его воскресшее тело стало источником Духа животворящего для всех людей в жизнь вечную.

Таким образом, в первый вечер Пасхи, впервые встретив Своих апостолов, собранных вместе, воскресший Христос не мог дать им лучшего дара, чем Свое Дыхание, Духа Святого, от Отца исходящего, приносящего им прощение грехов. И через них, в свою очередь, прощение всем людям. Это дуновение было залогом Пятидесятницы — дня, когда в знамении огненных языков сошел Святой Дух на апостолов и, проникнув все их человеческое естество благоволением Отца, искуплением Сына, соделал их причастниками Божественного естества. Это произошло в тот самый день Пятидесятницы, когда в Ветхом Завете на Синайской горе был дан закон — десять заповедей. В тот самый день был дан новый закон жизни, свободы, сыноположения, любви. А теперь это день нового творения человека, которое обнаружилось в теле, в способностях, в языке, в разуме, в познаниях учеников Христовых — то, что привело в растерянность первосвященников и правителей.

Дух Святой преобразует учеников Христовых. До принятия Духа Святого, «страха ради иудейска», они заперлись в своем доме и не осмеливались выйти наружу. Сообщая им Свою силу, Дух Святой делает их сильными. Вдохнув в них Свою жизнь, Он исполняет их бесстрашия. Они выходят из дома и начинают говорить среди народа на разных языках, исполняя повеление Господне: «Как послал Меня Отец, так Я посылаю вас». Не на одних апостолов, и не ради них только, сошел Дух Святой, а через апостолов — на всех, и ради всех нас. Самое чудесное — то, что они могли передавать этот дар всякому, кто уверовал, крестился и принял возложение рук, или миропомазание. Было очевидно, что излияние Духа Святого на учеников завершило дело первого творения. День Пятидесятницы тесно связан с шестым днем творения — днем творения человека.

Святые отцы говорят, что эти два явления Духа Святого — в первый вечер Воскресения и в день Пятидесятницы — свидетельствуют о двух моментах христианской жизни. Первое ниспослание Духа Святого — дуновение уст Христовых — есть дарование Церкви всегда истинно действующих спасительных таинств, которые, вне зависимости от нашего недостоинства, всегда освящают нас и спасают. Оттого, что Христос соединился с человеком, принял все наше естество, прошел весь путь человеческий от начала до конца, до смерти; оттого, что Он воскрес с нашею природой и вознес ее одесную Бога Отца, дается всем нам, крестящимся во имя Отца и Сына и Святаго Духа, этот небесный дар. И даже если человек приходит с сомнением, без веры или отрекается потом от этого дара — он действует непреложно до конца его жизни, ходатайствует за него, как говорит преподобный Серафим Саровский.

«Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся». Истинно и неизменно все, что совершается во всех таинствах Церкви, во всех священнодействиях ее, во всех знаках и символах. Вода нашего крещения — именно та Богоявленская вода Иордана, в которой Христос крестился. И святое Таинство причащения — таинство Тела и Крови Христовых — как на Тайной Вечери, вне зависимости от того, как мы в этом участвуем. И венцы, которыми украшаются жених и невеста, — это истинно венцы, которые с небес Сам Господь заранее дарует соединяющимся двум людям. И рука епископа, совершающая посвящение, и рука священника благословляющая — это действие Христово, которое всегда, неизменно — в Церкви. И одновременно в день Пятидесятницы, когда сходит Дух Святой, все эти дары соединяются и раскрываются в полноте. Это значит, что мы должны личным своим подвигом, своим участием в том, что дает нам Господь, стяжать этот дар, принять его в свою жизнь.

Сошествие Духа Святого в день Пятидесятницы, явление огненных языков в дыхании бурном есть, как говорит святитель Феофан Затворник, первый вдох человечества жизнью Божественной. Потому что человечество было уже мертво. Оно было подобно тому полю, о котором говорит пророк Иезекииль, усыпанному костями человеческими, которые дыханием Духа Святого соединяются в тело живое, и сообщается этому телу новая жизнь (Иез. 37, 1—14). И все человечество теперь дышит этим дыханием через Церковь. Церковь имеет дыхание Божественной жизни через таинства, через священнодействия. И пост, и молитва, и праздники наши, и все, что в Церкви совершается, — это те кровеносные сосуды, через которые в тело Церкви поступает дыхание вечной жизни. И все человечество живо только этим — только постольку, поскольку оно причастно этой жизни; постольку, поскольку существует Церковь.

Человечество задыхается в духовном тупике, не зная Церкви, и одновременно в мире сегодня заявляют о себе множество религий, привлекая к себе миллионы людей ложным вдохновением, открывающим пространства смерти. Но и в христианстве, мы знаем, существует немало опаснейших болезней. «У католиков, — говорит святой Феофан Затворник, — легкие уже в значительной степени сгнили. Тяжело больные легкие — это оттого, что искажены таинства. У протестантов дыхание происходит только одной четвертью легких, потому что таинства либо совсем упразднены, либо произошло их сильное искажение». И здесь мы должны упомянуть еще об одном явлении, о реальности, которую многие христиане очень часто забывают, и которая, тем не менее, присутствует повсюду. Мы говорим о тайне зла, диавола, сатаны, духов злобы поднебесных. В пустыне Христос был искушаем духом зла. Тот же самый дух по сей день искушает каждого христианина, всю Церковь, весь народ Божий. Только Дух Святой может спасти нас.

На последнем повороте истории, в неизбежной встрече всех религий мы переживаем новый этап христианства, где от Церкви требуется способность «различать духов» (1 Кор. 12, 10). Как некогда Самого Христа, сатана дерзает соблазнять Церковь даже словами Писания. «Написано: Дух дышит, где хочет», — говорит он устами одного греческого православного митрополита, — и, значит, мы не можем ограничивать его действие одним христианством, и, значит, возможно взаимодействие и соединение всех религий». Написано также, — должны мы ответить этой лжи, — «всякий дух, не исповедующий Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но дух антихриста» (1 Ин. 4, 3). Верить во Христа — это не то же самое, что верить просто в высшее существо, «в Бога». Между тем и этим — пространство Воплощения Божия, вся глубина бездны, где насажден Крест Христов и где потому действует благодать Святого Духа.

Мы принадлежим к Церкви Православной, которая дышит в полноте, которая принимает все, что Господь дарует. Однако мы не должны прельщаться тем, что мы уже дышим всей этой жизнью Божественной, до тех пор, пока мы не приобрели ее в нашем личном опыте. До тех пор пока это не стало нашим дыханием, нашей собственной жизнью, по-настоящему мы к Церкви Православной не принадлежим.

«Кто Духа Христова не имеет, тот и не Его» (Рим. 8, 9). Пусть эти слова будут сегодня для нас точкой отсчета всех наших оценок, всех наших размышлений о том, что с нами происходит. Этот праздник подвигает нас испытать со всею честностью наши личные отношения с Духом Святым. Способны ли мы на мужественные поступки во имя нашей веры? Что делаем мы, чтобы была дана возможность нашим ближним узнать о самом главном в жизни, чтобы не были закрытыми к восприятию благодати Христовой миллионы растлеваемых ныне душ? Зажигаемся ли решимостью ничего не пожалеть ради Господа нашего? Или, может быть, мы больше напоминаем учеников Христовых до схождения на них Духа Святого? Мы нуждаемся в Пятидесятнице. В ней родилась Церковь, и только в ней она раскрывается в полноте. Когда нам недостает мужества, когда мы затворяем наши двери и наши сердца, когда страх и равнодушие определяют наше отношение к не знающим Бога людям, когда привычка к святыне гасит в нас чудо, — Дух Божий, если мы обратимся к Нему с покаянием и смирением, наполнит наши сердца огнем. Будем молиться сегодня и всегда, чтобы Господь даровал нам чудесное изменение, сотворил нас мужественными, открытыми любовью ко всем, исполненными ревностью о Боге во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Они новациане утверждают, будто проявляют великое почтение к Богу, за Которым только и оставляют власть отпускать грехи. А в действительности нет более несправедливых к Нему, чем пытающиеся отменить Его заповеди и отвергающие служение, им вверенное. Ведь Господь Иисус Сам сказал в Евангелии: Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся. Так кто же более чтит Его — тот, кто послушен Его заповедям, или тот, кто отвергает их?

Церковь твердо держит послушание и в том, что оставляет грехи, и в том, что их отпускает. Ересь же, с одной стороны, враждебна, с другой, непослушна. Она хочет связать то, что не отпустит, и не отпустить то, что связала. Она сама осуждает себя собственным приговором. Ведь Господь возжелал, чтобы одна и та же власть оставляла и отпускала грехи в равной мере. Так что не имеющий власти отпускать не имеет и власти оставлять. Поскольку же, согласно слову Господа, имеющий власть оставлять имеет и власть отпускать, их учение само разрушает себя, так как отрицающие свою власть отпускать грехи должны с неизбежностью отрицать и власть их оставлять. Иначе как может одно быть позволенным, а другое нет? Кому дано то и другое, тому либо то и другое позволено, что ясно, либо то и другое не позволено, что очевидно. Церкви то и другое позволено; ереси то и другое не позволено. Эта власть вверена только священникам. И это, тем самым, единственное право, на которое претендует Церковь, которая имеет в себе истинных священников. А ересь, не имеющая священников Бога, не может на это претендовать. Не претендуя на эту власть, ересь выносит себе приговор: не имея священников, она не может претендовать на священническую власть.

171. Наше толкование приблизилось к еще одному кажущемуся разногласию между евангелистами. Почему, согласно Иоанну, апостолы уверовали и радовались, а согласно Луке, их укоряют в маловерии? Почему там они приняли Духа Святого, а тут получают повеление оставаться в городе, доколе не облекутся силою свыше (Лк. 24:49)? Мне кажется, что Иоанн, как возлюбленный ученик Господа, раскрывает высокий смысл происходящего, а для Луки важна точная последовательность реальных событий. Лука дает исторические подробности, а Иоанн говорил сжато. Но как нельзя ставить под сомнение повествование очевидца и сомневаться в том, что свидетельство его истинно (Ин. 19:35; Ин. 21:24), так и от Луки, по достоинству именуемого евангелистом, справедливо отогнать даже тень подозрения в небрежности или неправдивости. Истинным мы считаем и то, и другое и ясно видим, что ни суть происшедшего, ни его участники не входят в противоречие друг с другом в этих повествованиях. Вначале Лука действительно говорит, что апостолы не верили, но потом удостоверяет, что поверили. То есть в первом эпизоде мы наталкиваемся на противоречие, но при переходе к следующему снимаем его. Рассмотрим же сами слова Писания.

172. Иоанн говорит так: Ученики обрадовались, увидев Господа. Иисус же сказал им вторично: мир вам! Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20:20-23). Лука же говорит: И как Он был узнан ими в преломлении хлеба. Когда они говорили о сем, Сам Иисус стал посреди них и сказал им: мир вам. Они, смутившись и испугавшись, подумали, что видят духа (Лк. 24:35—37). Обрати внимание, что в рассказе у Луки больше учеников и что речь у него идет о вечере того дня, когда воскрес Христос. На склоне этого дня двое учеников расположились с Господом на ночлег, где Он внезапно был узнан ими, и они тотчас вернулись к остальным, и вскоре перед всеми ними явился Христос и дал осязать Себя. По Иоанну же, Он явился ученикам и дал осязать Свои раны в первый день недели (Ин. 20:19). Давайте разберемся с этим, чтобы не осталось неясностей.

173. Я считаю, что одиннадцати ученикам Господь явил Себя особо раньше, а вечером Аммаону См. примечание. Exp. Luc. 7.132 и Клеопе. Эти двое вместе с одиннадцатью могли собраться, чтобы укрепить остальных. Именно они смутились (Лк. 24:37), как читаешь у Луки, и тогда Он отверз им ум к уразумению Писаний (Лк. 24:45). Нет сомнения, что Лука дал больше подробностей, а Иоанн меньше. У Луки тоже могут быть пропуски в повествовании. Например, почему ученики говорят, что Господь явился только Кифе, если Его видели все? Но ранним утром из всех женщин Он явился только Марии и другой Марии Магдалине, а из учеников только Петру. Это и Павел подразумевает: Ибо я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть что Христос умер, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию, и что явился Кифе (1 Кор. 15:3-5), На этом делает упор и юноша у Марка, когда повелевает женщинам сообщить Петру и ученикам, что Господь воскрес См.: Мк. 16:5, 7..

168. Было чему удивляться Фоме! Он видел, как сквозь закрытые двери, сквозь эти непроницаемые для плоти преграды прошел Господь, не изранив и не искалечив Своего тела. Воистину было достойно изумления, как твердое тело пропустило телесную природу, чье прохождение было неуловимо, а явление зримо, прикосновение ощутимо, а понимание недостижимо.

180. Духа Святого Господь или вдохнул в одиннадцать, как в более совершенных, а остальным обещал даровать Его позже, или и вдохнул во всех, и всем дал обетование снова вдохнуть. В последнем предположении нет противоречия. Если дары различны и одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания тем же Духом; а иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, иному разные языки (1 Кор. 12:4, 8—10), то одно действие Духа Господь вдыхает, а другое обещает. Неслучайно в горнице даруется благодать отпущения грехов, наиболее важного дара из всех. Вдыхает же ее Христос, чтобы ты поверил, и что Дух — Христов и что Дух — от Бога, так как только Бог отпускает грехи. Лука же описывает, как излился на апостолов дар языков. Так, у Иоанна читаешь: Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся (Ин. 20:22-23), а в Деяниях апостолов: И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещавать (Деян. 2:4).

181. Разнообразие действий Христа показывает, что Ему служит множество ангелов, о чем Сам Господь говорит: Будете видеть ангелов, восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому (Ин. 1:51). Но не будем отвлекаться! И пусть окончание Евангелия положит конец и нашей проповеди!

182. Почему, по Матфею и Марку, Господь сказал ученикам: Предварю вас в Галилее, там вы Меня увидите (Мф. 26:32; Мк. 14:28), а по Луке и Иоанну, Он предстал перед ними еще в запертой комнате? Из апостольского свидетельства известно, что Он являлся и более чем пятистам братьям, и Петру и Иакову См.: 1 Кор. 15:5-7., и Лука в Деяниях апостолов тоже сообщает, что Он предстал живым перед учениками по страдании Своем, со многими верными доказательствами, являясь им и говоря о Царствии Божием (Деян. 1:3). Одним словом, Он являлся часто и разным ученикам. Хотя Писание не определяет точного времени, когда Его видели в Галилее, но точно указывает день и час Его явления в Иерусалиме. В затворенный дом Он пришел к ученикам, когда они пребывали еще в страхе, а к Елеонской горе они пришли, уже исполненные смелости.

183. Иоанн пишет, что ученики собрались в горнице за закрытыми дверями из-за страха перед иудеями, Лука добавляет, что их было не одиннадцать, а больше. Об одиннадцати, собравшихся в Галилее, говорит Матфей: Одиннадцать учеников пошли в Галилею, на гору, куда повелел им Иисус. И увидев Его, поклонились Ему; а иные усомнились (Мф. 28:16-17), и Он дал им власть учить и крестить. Марк тоже пишет, что в конце Он явился одиннадцати ученикам, возлежащим на вечери, и дал им повеление проповедовать по всему миру См.: Мк. 16:14-15. .

184. Наиболее простым мне кажется такое решение. Господь обещал ученикам, что они увидят Его в Галилее, но сначала явился им, когда они со страхом сидели в запертой горнице, после чего одиннадцать, укрепившись духом, отправились в Галилею. Не будет также ошибкой считать — в этом согласны лучшие толкователи — что в запертой горнице было учеников меньше, а на горе больше.

«И сия рек, дуну». Мы не можем не сопоставить сие выражение с совершенно тожественным с ним (в греческом переводе) выражением ένεϕύσησε, употребленным в кн. Бытия в главе 2, ст. 7 о сотворении человека: «и вдунул в лице его дыхание жизни». Господь оживил человека в день творения его, не так, как оживил всех сотворенных прежде его тварей, а непосредственным вдыханием жизни, соделывая его способным к восприятию Божественных истин, т. е. давая ему индивидуальную бессмертную душу, способную познавать Бога Прекрасно о сем см. у Григория Богослова в слове втором на Пасху; в пер. арх. Иринея ч. 2:217–218; ср. в Зап. на кн. Бытия (2:7) митр. Филарета. Ср. и в нашей св. лет. in loco кн. Бытия стр. 21 (2-е изд.)..

И вот, в сей великий день, когда созидается «нова тварь» 2 Кор. 5:17., Господь дарует душе человеческой новое высшее развитие, посредством подобного же первому творческого вдыхания новой жизни из пречистых уст Господа, облеченного в тело человеческое; и дыхание Господа и видимым и таинственным образом переносит от Господа на них священнейший дар благодати, который Он дарует им словами:

“Приимите Дух Свят“.

«И светлый Иисус и Дух Святой, – говорит Григорий Богослов К Евагрию о Божестве ч. 2, лист 246., – яко некие лучи послашася нам от Отца... двойственный луч и нам доставляют истинный свет и со Отцом соединены суть».

Господь дарует дары Духа Святого ученикам своим, немедленно по воскресении Своем, дабы возвысить их, приблизить их к Себе и открыть ум их к уразумению Писаний и к уразумению бесед Его в течение сорока дней до Вознесения Лк. 24:45; Деян. 1:3., готовя в них пастырей всей Церкви, на которую излиты дары Духа Святого Утешителя в день Пятидесятницы Ср. б. 86 (стр. 523) Ин. Златоуста, в которой он излагает мнение, что дар чудотворений Апостолы получили также лишь в Пятидесятницу „ибо различны дарования Духа“.. В первый же день воскресения своего Господь утверждает ту духовную иерархию, которая должна управлять христианским миром после отшествия Его на небо и до второго Его пришествия.

Посему вместе с дарованием им Духа Святого, им вручается на земле власть отпускать грехи, т.е. часть власти Божественной, ибо «никто не может отпускать грехов, кроме единого Бога, а Дух Святой, который есть Бог, и имеет одно и тоже действование со Отцом и Сыном, отпускает грехи чрез Апостолов» Вас. Вел. прот. Евном. кн. 5 о Духе Святом (1857) ч. 3, стр. 185.

Не оставим без внимания того важного различия, которое представляет в себе служитель Божий, действующий как освященный на это служение особою благодатью, и как человек. Как человек и верный раб Господа, он по слову Господню Мф. 18:15–22; притча о должниках id. ст. 23–35; молитва Отче наш. не ведает и забывает о всех прегрешениях людей против него лично; глагол же: «им же отпустите грехи, отпустятся, имже держите, держатся» обращен к нему как к отрешившемуся от земного, как могущему подняться на высоту духовную и созерцать грехи людей без ненависти или озлобления, а одною любовью: любовью долженствующею уподобляться великой любви Христа, и которой одна цель: спасти погибающего.

Но если слова Господни относятся к сему высшему служению, то кто же может отрицать, что словом сим и нравом разрешать грехи, Господь несомненно учреждает таинство исповеди, отрицаемое некоторыми христианскими общинами, ибо только одна исповедь может открыть служителю Божию те грехи, которые тяготят кающегося и который обращается не к человеку, а к служителю Божию, глаголющему именем Христа и разрешающему сии грехи властью дарованной ему Господом и благодатью Святого Духа Утешителя «кои как два луча, соединенные со Отцом См. выше выражение Григория Богослова. освещают и очищают бездну греха милосердием Бога, искупившего человека, простившего его и освящающего его таинствами своими».

Наконец здесь же Иисус произносит слова: «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся». Эти слова повторяют мысль, дважды выраженную в Евангелии от Матфея — в главах 13-й и 18-й. Из всего того, что есть в Евангелии, эти слова, пожалуй, более всего смутят ортодоксального иудея, которому ясно, что прощать грехи может только Бог либо тот, против кого совершен грех, но не кто-то третий. Конечно, прощая человека, мы не освобождаем его от ответственности за содеянное. Мы снимаем с его сердца ту тяжесть, которая возникает после того, как он ощутил себя виноватым, грешником, которому необходимо покаяние. И ему дается сила для преодоления последствий этого греха. Опыт показывает, что грех может раздавить человека. Именно от такой раздавленности Иисус освобождает расслабленного.

Покаяние освобождает человека от раздавленности грехом, но не от ответственности за совершённое. Мы же зачастую воспринимаем отпущение грехов как акт освобождения от ответственности. Поэтому иной раз оказываются правы те критики христианства, которые говорят, что христианин может сколько угодно грешить, а потом покаяться — и всё ему простится. Разумеется, суть покаяния заключается в другом. Оно освобождает человека от тяжести, способной его раздавить. В таинстве покаяния человеку как бы дается возможность вспахать ту самую землю, что он некогда выжег, вспахать, чтобы вернуть ей прежнюю красоту. К сожалению, это не всегда получается, особенно если осознаны грехи против умерших. В этом случае долги по отношению к умершим нужно возвращать живым. Для того, кто не успел помочь своей бабушке, остаются чужие бабушки. В этом спасительность таинства покаяния — в его направленности не на прошлое, а на будущее.

По поводу этих слов Иисуса Иоанн Златоуст говорит: «Как царь, посылая правителей, дает им власть и заключать в темницу, и освобождать из темницы, так и Христос, посылая учеников, облекает их такою же властью. Как же Он прежде сказал: если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам (Ин. 16:7), а теперь дает Духа? Некоторые говорят, что Христос не сообщил ученикам Духа, а только посредством дуновения сделал их способными к Его принятию. Ведь если Даниил при виде ангела пришел в ужас, то чего не испытали бы и ученики, если бы приняли эту неизреченную благодать, не будучи к тому приготовлены? Но не погрешит и тот, кто скажет, что и тогда ученики получили некоторую духовную власть и благодать; потому-то Христос и присовокупил: Кому простите грехи, тому простятся, показывая тем, какой род благодатной силы даруется им» (Беседы на Евангелие от Иоанна. 86).

Прежде, когда Апостол Петр от имени всех Апостолов сказал Иисусу: Ты — Христос, Сын Бога Живаго, — то Иисус ответил ему: ...и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах (Мф. 16:16, 19). Тогда Иисус только обещал Петру дать ему эту власть; теперь же Он дал ее, и не только Петру, но и остальным Апостолам.

Но надобно знать, что те, которые прежде имели Духа Святого, для того, чтобы и сами жили невинно, и для других были полезны проповедью, открыто получили Его после воскресения Господня для того, чтобы могли быть полезными не для немногих, а для многих. Поэтому и при этом самом даровании Духа говорится: «кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся». Можно видеть, что эти ученики призваны к таким тягостям смирения, к какой должны быть доведены великой славе. Вот они не только безопасны за самих себя, но и получают власть отпущения чужой виновности, делаются участниками во власти Верховного Судии, чтобы, вместо Бога, вязать грехи некоторым, а некоторым разрешать. Так, так надлежало быть возлюбленным от Бога тем, которые решились на такое смирение для Бога. Вот те, которые боятся праведного Судии — Бога, делаются судьями душ; и осуждают или оправдывают других те, которые боялись сами быть осужденными.

Ныне их место в Церкви вполне занимают Епископы. Власть вязать или разрешать получают те, которые получают степень правления. Велика честь, но велика и тяжесть этой чести. Потому что немилосердо, чтобы судьей жизни других был тот, кто не умеет управлять своей жизнью. А часто случается, что место Судии занимает тот, у кого жизнь не согласуется с местом. И часто делается, что он или осуждает не заслуживших осуждения, или разрешает других, будучи сам связан. Часто в разрешении и вязании подчиненных он следует движениям своей воли, а не достаточным причинам, отчего происходит то, что самой этой власти — вязать и решить — лишается тот, кто употребляет ее по своим прихотям, а не сообразуясь с нравами подчиненных. Поэтому справедливо через Пророка говорится: «и бесславите Меня пред народом Моим за горсти ячменя и за куски хлеба, умерщвляя души, которые не должны умереть, и оставляя жизнь душам, которые не должны жить, обманывая народ, который слушает ложь» (Иез. 13:19). Потому что тот убивает не долженствующего умереть, кто осуждает праведного. И силится оживить не имеющего жизни тот, кто старается освободить виновного от наказания.

Итак, надобно обсуживать вины и тогда употреблять власть вязать и решить. Надобно смотреть, какая вина предшествовала, или на то, какое после вины последовало покаяние, для того, чтобы мнение Пастыря разрешало тех, которых Всемогущий Бог посещает благодатью сокрушения. Ибо разрешение внешнего судии бывает истинным тогда, когда согласуется с мыслью внутреннего Судии. Это хорошо выражает под образом то воскресение четверодневного мертвеца, которое именно показывает, что умершего прежде Господь вызвал и оживил, говоря: «Лазарь! выйди вон» (Ин. 11:43); а после уже тот, кто вышел живым, разрешен учениками, как написано: «тогда многие из Иудеев, пришедших к Марии и видевших, что сотворил Иисус, уверовали в Него» (Ин. 11:45). Вот ученики живого уже разрешают того, кого Учитель воскресил из мертвых. Ибо если бы ученики разрешили Лазаря мертвого, то открыли бы более зловония, нежели силы. Из этого размышления должно видеть, что мы пастырской властью должны разрешать тех, о которых знаем, что их оживотворяет Виновник наш восставляющею благодатью. Это оживотворение, прежде действия оправдания, познается уже в самом исповедании греха. Почему и этому самому умершему Лазарю отнюдь не говорится: «оживи», но: «выйди вон». Потому что всякий грешник, когда скрывает виновность свою внутри совести, тогда скрывается внутрь, кроется в своих потаенных местах. Но мертвый выходит вон, когда грешник добровольно исповедует грехи свои. Итак, Лазарю говорится: «гряди вон». Ясно как бы так говорилось каждому, умершему во грехе: «Для чего ты скрываешь виновность свою в совести? Выходи уже вон через исповедание ты, который через запирательство скрываешься внутри себя». Итак, «выйди вон», мертвый, т. е. грешник, исповедуй виновность свою. — Но выходящего вон разрешают ученики, дабы Пастыри Церкви отклоняли заслуженное наказание от того, кто не устыдился исповедать соделанное им. Это кратко я сказал о порядке разрешения для того, чтобы Пастыри Церкви с великой разборчивостью старались или разрешать, или вязать. Но справедливо ли или несправедливо Пастырь наложит запрещение, несмотря на это мнение Пастыря должно быть страшно для стада, дабы подчиненный, хотя бы, быть может, и несправедливо был связан, не заслуживал по другой вине самого мнения о своей связанности. Итак, Пастырь должен страшиться как разрешать, так и вязать без разбора. А подчиненный Пастырю должен страшиться быть связанным, хотя бы и несправедливо; не должен безрассудно порицать суд своего Пастыря, дабы для него, хотя бы он и несправедливо был связан, в самой гордости безрассудного порицания не было той виновности, которой доселе не было. Но поскольку мы кратко сказали об этом через отступление, то возвратимся к порядку изъяснения.

Господь оживил человека в день творения его непосредственным вдыханием жизни, соделывая его способным к восприятию Божественных истин.

И вот, в сей великий день, когда созидается „нова тварь" (2 Кор. V, 17), Господь дарует душе человеческой новое высшее развитие, посредством подобнаго же первому творческаго вдыхания новой жизни из пречистых уст Господа, облеченнаго в тело человеческое; и дыхание Господа и видимым, и таинственным образом переносит от Господа на них священнейший дар благодати, который Он дарует им словами: приимите Дух Свят.

Господь дарует дары Духа Святаго ученикам Своим немедленно по воскресении Своем, дабы возвысить их, приблизить их к Себе и открыть ум их к уразумению Писаний и к уразумению бесед Его в течение сорока дней до Вознесения, готовя в них пастырей церкви, на которую излиты дары Духа Святаго Утешителя в день Пятидесятницы (Ср. б. 86 (стр. 523) Ин. Златоуста, в которой он излагает мнение, что дар чудотворений апостолы получили также в Пятидесятницу „ибо различны дарования Духа"). В первый же день воскресений Своего Господь утверждает ту духовную иерархию, которая должна управлять христианским миром после отшествия Его на небо и до второго Его пришествия.

Посему, вместе с дарованием им Духа Святаго, им вручается на земле власть отпускать грехи, т. е часть власти Божественной, ибо „никто не может отпускать грехов, кроме единаго Бога, а Дух Святый, который есть Бог и имеет одно и то же действование со Отцем и Сыном, отпускает грехи чрез апостолов" (Вас. Вел. прот. Евном. кн. V о Духе Святом (1857) ч. 3, стр. 185).

В тот день... В какой? Кассиан говорит, что после восхождения (прославления), когда Иисус восшел к Отцу и явился в Духе, как Он и обещал. Теперь общение возможно. Дважды Он обращается «Мир вам», показывает свои раны, посылает на служение, сообщает им дар Святого Духа и дает власть прощать и удерживать на людях их грехи.

В некий первый день (воскресенье). См. 16:7: «Если Я не уйду, Утешитель не придет к вам».

Вот теперь в Духе Утешителе Он является к ученикам для общения.

Здесь исполняется обещание Ин. 14:18: «не оставлю вас сиротами, приду к вам. Мир Меня не увидит, вы увидите». То есть - тесному кругу (Церкви).

Затворенные двери означают отделенность от мира (Фомы нет, он в миру).

Прощальная беседа была беседой с Церковью, и теперь Он является Церкви.

Вместе с возвращением в Духе Иисус обещал ученикам мир (14:27): «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам...». И радость (16:20-22): «печаль ваша в радость обратится... и радости вашей никто не отнимет у вас».

Теперь дважды Он возвещает «мир» и ученики «возрадовались».

Совпадает и «день тот» с обетованием Духа: 14:20; 16:23.26.

Таким образом, явление это есть исполнение обетований прощальной беседы. «День тот» не есть астрономический день, а новая мировая эпоха. Взаимное прославление Отца и Сына приводит к новому явлению Слова в Духе.

Для Ин дело Христово не кончается страстями и воскресением, но Сошествием Святого Духа, дающего смысл и воскресению.

Дуновение. Напоминает о сотворении человека (Быт. 2:7) или Иез. 37:9: «от четырех ветров приди, дух, и дохни на этих убитых, и они оживут».

Это новое творение. .Возрождение.

Иисус прощал грехи. Церковь тоже. То есть Церковь уполномочена, имеет авторитет от Бога через Иисуса в Духе.

Послание. Задачу Христа (апостольство с поручением от Отца) продолжает Церковь, исполненная Духа.

Иисус послушен Отцу. Церковь должна быть послушной Иисусу (не свои идеи возвещать, а благую весть Христа).

Ты говоришь, что Церковь основана на Петре¹, хотя в другом месте то же самое говорится о всех апостолах² и все они получают ключи от Царства Небесного, и крепость Церкви равно от всех их зависит, но среди двенадцати один избирается главой, чтобы не было повода для раскола.

Слова «кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» имеют параллели в Евангелии от Матфея, где Иисус в ответ на исповедание Петра говорит ему: «чтó свяжешь на земле, тó будет связано на небе, и чтó разрешишь на земле, тó будет разрешено на небесах» (Мф. 16:19); затем то же самое обещание Он дает всей группе учеников (Мф. 18:18). Явившись ученикам после воскресения, Иисус возобновляет это обещание, сопровождая его дарованием Духа Святого, по действию Которого оно будет реализовываться в опыте апостольской общины.

Лука в рассказе о явлении одиннадцати рисует смену настроения и эмоционального состояния учеников. Сначала они, приняв Иисуса за духа, смутились и испугались (мы можем вновь вспомнить рассказ о хождении по водам, когда ученики испугались, приняв Иисуса за призрак). Затем, когда Он показал им руки и ноги, они «от радости еще не верили и дивились». Наконец, Он отверзает им ум к уразумению Писаний. От сомнений и колебаний через промежуточной состояние радости, смешанной с недоверием и удивлением, ученики переходят к вере в воскресение Христа благодаря дару понимания Писаний, получаемому непосредственно от Него.

У Иоанна динамика перехода от неверия к вере выражена на примере Фомы, который оказывается в центре внимания Евангелиста в следующем эпизоде.

Иисус же сказал (рече) апостолам вторично (паки): мир вам. После сего вторичнаго преподания мира, Господь предварительно, прежде дня Пятидесятницы, посвящает апостолов на дело будущаго их служения дарованием им благодати Си. Духа и указанием общаго важнейшаго предмета сего их служения: как (якоже) послал Меня Отец, так и Я (Аз) посылаю вас (вы) (Ин. 17:18). Бог послал в мир И. Христа для совершения дела искупления мира, И. Христос посылает апостолов в мир для содействия миру в усвоении совершеннаго Им дела искупления, — учить спасительной вере Христовой, совершать для спасения таинства и т. и. Дунул (дуну), т. е. употребил знак сообщения апостолам даров Духа Св. И это было действительно дарование апостолам Св. Духа, под символом дуновения, потому что вслед за сим Господь сказал: приимите Духа Святаго. Полное же излияние даров Духа Св. на апостолов совершилось, по обетованию Господа, после вознесения Его на небо, в день Пятидесятницы (Деян. 2:1 и дал.) Теперь же дарование Св. Духа было только предварительное, на сколько то можно и нужно было до времени вознесения. «Господь даровал им в это время, пишет блаж. Феофилакт, некоторую власть и духовную благодать», и это действие имело целию удостоверить апостолов, что они лично от Него не только поставлены, не и посвящены на служение Ему и делу Его в мире. (Мих.) Католики видят в действии дуновения и словах Господа: приимите Духа Святаго подтверждение своего ложнаго учения о вечном исхождении Духа Св. и от Сына; но не для всякаго ли понятно, что такое мнение совершенно не основательно? Если Господь дает Духа Св, то неужели из этого следует, что Дух Св. нредвечно исходит от Него?.. Кому простите (имже отпустите) грехи, тому простятся (отпустятся) им и пр. В Евангелии Матфея повествуется, что однажды, когда ап. Петр исповедал И. Христа Мессиею, Сыном Божиим; то Господь обещал дать ключи царства Божия и власть вязати и решать грехи ему, а в лице его и всем апостолам: так как сим апостолом, как всегда пламенным, стремительным, предупреждающим других апостолов (Злат.) было выражено исповедание от лица всех апостолов на вопрос, обращенный Господом ко всем им: вы, за кого почитаете Меня (Мф. 16:15—19)? Теперь, по совершении Своего дела Мессии, Господь исполняет Свое обетование и действительно дарует сию власть всем апостолам (не исключая, конечно, и отсутствовавшаго в это время ап Фомы, потому что и он принадлежал к лику апостолов), утверждая ее дарованием им благодати Св. Духа. Господь дарует именно сию власть апостолам, так как в ней содержится сущность всего апостольскаго служения, как служения, которое содействует усвоению дела Христова в мире, где могут быть и верующие, достойные отпущения грехов по вере, и неверующие, которым не могут быть отпущены грехи по неверию их. (Мф. 18:18. Мих.) Фома не был тут (не бе ту) с ними, апостолами; не был случайно или намеренно, этого не говорится. Еписк. Михаил пишет об этом обстоятельстве так: «Сколько можно судить по некоторым обнаружениям характера Фомы (Ин. 11:16; Ин. 14:5), смерть Господа произвела на него особенно сильное впечатление, — в нем последовал более сильный, чем у других, упадок духа и тяжелое уныние, и это отчуждение, в котором он держался от прочих учеников в день воскресения, вероятно, состояло в связи с этим впечатлением и настроением его духа. Со смертию Господа он считал всё дело поконченным, упование оставило душу его, и вот, когда ему сказали, что Господь жив, он счел это невероятным. Некоторая обдуманность и напряженность, даже изысканность речи, в которой он выразил свое неверие, показывают, что это неверие было продуманное неверие и притом, соответственно его характеру, глубокое, которое могло уступить только при таких решительных средствах, каких требовал он. Но за то, глубине этого неверия соответствовала потом и глубина веры!» И вложу руку мою в ребра (в бок) Его. Из этих слов видно, что рана, нанесенная Господу копьем воина, была очень велика.

Я принес жертву за грехи всего мира, искупил всех Кровию Своею от проклятия и смерти. Поэтому передаю вам, друзьям Своим и пастырям словесных овец Моих, приобретенное Мною право: отпускать или удерживать грехи. Я перенес на Себе за грешников все стрелы гнева Божия; ради Моих заслуг люди прощаются теперь; но как Я терпел за них, Бог безгрешный, то Мне и принадлежит это право, приобретенное от Отца праведного: кого хочу Я простить, того прощу, а кто не заслуживает прощения, кто второе распинает Меня, кто почитает скверною Кровь Завета, кто нераскаянный грешник – того Я не прощаю. Действуйте же по вашему усмотрению.

По Воскресении Господь являлся ученикам Своим в разных местах: на пути в селение Эммаус (Лк. 24:13-31), в саду Иосифа Аримафейского (Ин. 20:11-17), при море Тивериадском (Ин. 21:1-2), но отсюда нельзя делать вывода, что храм не нужен, ибо Сам Господь сказал, что оп наречется домом молитвы для народов: Мк. 11:17, а стало быть, и на все времена, до скончания века: 2 Фес. 2:4. Апостолы и по воскресении Христа ходили в храм для молитвы: Деян. 3:1; 22, 17—18.

19 — 24. Что Господь дал власть разрешать грехи не только бывшим с Ним Апостолам, а и преемникам их, это видно из того: Ап. Павел не был в числе 12 Апостолов, но власть сию имел: Деян. 19:18; передавал эту власть по воле Божией и другим лицам: Деян. 14:23; Тит. 1:5.

В Ин. 20:19–23 Господь является ученикам. Явление сопровождается общением. Господь два раза (ст. 19, 21) обращается к ним с благословением, показывает им свои раны (ст. 20), посылает их на служение (ст. 21), сообщает им дар Святого Духа (ст. 22) и дает им власть прощать и удерживать на людях их грехи (ст. 23).

Когда это явление имело место? В старых русских переводах стояло: «...в тот же первый день недели вечером». В новом изменено: «Вечером в день тот, в первый день недели». По-славянски «в день той». По-гречески стоит: тή ήμερα εκείνη – буквально: «...в день тот». Прежнее: «тот же» в смысле «тот же самый» есть толкование. Оно проникло во множество современных переводов, но в тексте нет на него никакого прямого указания. В некий – какой, не указано – первый день недели вечером. Больше ничего.

Как бы то ни было, препятствия к общению, которое заставило Господа удержать Марию Магдалину, больше не было. Было ли прикосновение? Через неделю Господь призвал к прикосновению Фому (ср. Ин.20:27). Мы, правда, не знаем, послушался ли он этого призыва. Господь ему говорит: «Ты потому уверовал, что увидел» (Ин. 20:29) – не «прикоснулся», а увидел. Во всяком случае, речь идет о чувственном опыте. К такому опыту за неделю до Фомы были допущены его собраться. И, вообще, из Ин. 20:1–18 вытекает, что препятствие было общее, исключавшее не только прикосновение, но и другие формы общения. Ныне это препятствие устранено. Это значит, что явление Господа ученикам Ин. 20:19–23 имеет место по завершении Его восхождения или, в терминологии Ин., по Его прославлении (cp.Ин. 7:39).

Возвращение Христа во Святом Духе

В контексте Евангелия мы имеем основание отождествлять его с тем скорым возвращением Иисуса к ученикам, о котором Он повторно говорил им во время Прощальной беседы и которое мы, в согласии со святым Кириллом Александрийским, истолковали как Его возвращение во Святом Духе, возвращение, обусловленное Его отшествием в Страстях и Славе (ср. Ин. 16.).

Об этом свидетельствует прежде всего дар Святого Духа, которого Иисус сообщает ученикам (ст. 22). Распространенное как в римско-католическом, так и в православном богословии ограничение его установлением таинства покаяния не оправдано в контексте и сужает перспективы Евангелия.

В Прощальной беседе обетование Святого Духа было неизменно связано, в той или иной форме, со ссылкой на Отца. Являясь ученикам по своем Восхождении, Господь говорил им: «Как послал Меня Отец, и Я посылаю вас» (Ин.20:21). Посланничество учеников в обладании Святым Духом возводит к Отцу. Мало того, толкователи пытаются установить точное различие между глаголами, выражающими посланничество. В αποστέλλω мыслится связанное с посланничеством поручение. В πέμπω этой мысли нет. Отец άπέσταλκεν Иисуса: κάγώ πέμπω υμάς, «и Я посылаю вас». Подразумевается, посылая учеников, Иисус не возложил на них никакого нового поручения сравнительно с тем, которое дал Ему Отец. В даровании Духа закон полагает воля Отца.

В Прощальной беседе Господь обещает свое возвращение тесному кругу учеников, и в их среде это вызывает смущение: «Говорит Ему Иуда, не Искариот: – Господи, что это, что Ты нам хочешь явить Себя, а не миру?» (Ин. 14:22). По завершении Своего Восхождения Господь является тесному кругу. Затворенные двери выражают Его отделенность от мира, и отсутствие Фомы дает себя чувствовать (ср. ст. 24 cл.). Прощальная беседа была беседа Господа с Церковью. И – дверьми затворенными – Господь явился Церкви.

Затем идут частности. В Прощальной беседе с обетованием Духа и скорого возвращения в Духе связано обетование мира (ср. Ин. 14:27) и обетование радости (Ин. 16:20–22). Явившись ученикам по своем Восхождении, Иисус два раза дает им благословение мира (Ин. 20:19, 21). И «возрадовались ученики, увидев Господа» (Ин. 20:20).

Совпадает, в основном, и указание дня. Τη ήμέρa εκείνη в XX, 19 грамматически совершенно однозначно с έν εκείνη τη ήμέρςι в обетовании Духа и скорого возвращения Христа в Духе в XIV. 20, XVI. 23, 26, И по этому признаку явление XX. 19 можно считать исполнением обетования Прощальной беседы. Некоторое словесное несовпадение, которое отнюдь не может быть случайным, было предметом нашего внимания, когда мы останавливались в нашем экзегетическом Введении на Иоанновских «двусмысленностях». Мы высказали предположение о скрещении в этой точке двух планов: имманентного и эсхатологического.

Эон Церкви

Во всяком случае, надо помнить, что «тот день» пришествия Святого Духа и возвращения Христа в Духе не есть день в астрономическом смысле слова, а мировая эпоха нового христианского человечества, эон Христовой Церкви. Дело Христово есть утверждение этого зона. Оно совершается тогда, когда взаимное прославление Отца и Сына приводит к второму явлению Слова, которое мы поняли как явление Духа и в Духе возвращение Христа. Для Иоанна дело Христово не кончается Его Страстями и, еще менее, Его Воскресением. Оно кончается Сошествием Святого Духа, которое дает свой высший смысл и Воскресению. Как явление Христа по Воскресении евангелист Иоанн оценивает Его явление во Святом Духе (ср. Ин. 21:14).

Ин. ХХ и Деян. II

В общем контексте Нового Завета обетование Духа в Прощальной беседе получило свое исполнение в Его сошествии на апостолов в день Пятидесятницы (Деян. 2). Это фактическое положение ставит апологетическую проблему согласования Ин. XX и Деян. II. Когда-то я эту задачу тоже ставил и старался посильно решить. Она не представляет действительной трудности. Явление Христа ученикам Ин. XX позволительно было бы объяснять уже совершившимся сошествием Духа в Его Божественной Ипостаси (Деян. II) и толковать «Λάβετε πνεΰμα άγιον", «примите Духа Святого» (Ин. 20:22), без члена, в полном согласии с точной Иоанновской терминологией, не в смысле ипостаси Духа, а в смысле Его даров, которые дает Христос. Без труда нашлось бы место и для Вознесения (в гл. XX. между ст. 18 и 19).

Но замечательно, что Евангелие Иоанна, написанное, несомненно, после Луки, этой задачи не пытается решать. Он не спрашивал себя, потряс он или нет священную историю. Он не старается с робкой предупредительностью подобрать доводы в пользу согласования своего построения и построения Луки. Но он с победной силою и не озираясь вспять провозглашает то, что есть полнота дела Христова и глубочайший духовный смысл Пятидесятницы.

Он боится одного: того неверия, которым человеческий грех будет пытаться ответить на его свидетельство о Христе. И потому к первому явлению Христову он прибавляет второе: с обращением Фомы.

Всем апостолам после Своего Воскресения Он дает равную власть, говоря: Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. <...> Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся. Но, чтобы добиться единства, Он Своей властью положил начало этому единству, чтобы... и начало исходило от единства. И единую Церковь уже в Песне песней Святой Дух от лица Господа нашего так обозначил: Единственная она, голубица моя, чистая моя; единственная она у матери своей, отличенная у родительницы своей (Песн. 6:9).

Дав Духа, Христос говорит: «Если кого отпускаете грехи, отпускаются (отпущены), если кого держите, держатся (удержаны)», хотя один только истинный по природе Бог может и имеет власть прощать совершивших грехи. В самом деле, кому же могло бы принадлежать помилование кого-либо за совершенные ими преступления против Божественного закона, как не Тому, Кто определил закон? На нас самих можно увидать, если угодно, основательность этого рассуждения. Кто самовластно противится узаконениям земных царей и может нарушать постановления, данные по решению и воле властителей, кроме тех, которые сами облечены царским достоинством и саном? Действительно, по отношению к ним не имеют места обвинения в беззаконии. Вот почему и премудрое откровение говорит: «Нечестив говорящий царю: беззаконствуешь» (Иов. 34:18). Каким же поэтому образом и в каком смысле Спаситель облек Своих учеников достоинством, подобающим одной только Божественной природе? Но ведь сущее в Отце Слово (ὁ ἐν Πατϱὶ Λόγος) не могло бы погрешить против истины и соделало это вполне согласно с истиною. Он (Спаситель) думал, что имеющим уже в себе Божественного и Господня Духа надлежит быть и властными отпускать грехи кого-либо и держать, на ком захотят, как скоро в них вселился Дух Святой, отпускающий и держащий (грехи) по Своей воле, хотя бы и чрез людей совершалось это дело.

Впрочем, отпускают грехи или удерживают духоносцы двояким образом, по моему мнению: или призывают к крещению тех, которым уже и надлежало бы получить это по святости жизни и чистоте веры, или же не допускают некоторых и отстраняют от Божественной благодати как пока еще недостойных этого. Или же и другим каким образом отпускают и держат грехи, как наказывая согрешающих чад церкви, так и прощая раскаивающихся, подобно как, без сомнения, и Павел коринфского развратника предавал «в гибель плоти, да дух спасется» (1 Кор. 5:5), но снова прощал, чтобы не был «чрезмернейшею печалью поглощен» (2 Кор. 2:7), как сам он говорит в Послании. Поэтому, если Дух Христов, сущий в нас, исполняет подобающее одному только Богу, то как же не будет Богом по природе Он, природно облеченный блестящим достоинством Божественной природы и властвующий священными законами?

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 452++

В отличие от Пятидесятницы, здесь Дух Святой преподается единству апостолов, то есть собранию, стоящему во главе Церкви, преподается как некая объективная, формальная сила, власть, не зависящая от личных качеств, недостатков, маловерия, грехов. Тогда как в день Пятидесятницы Дух Святой нисходит на каждого члена Церкви как начало личного освящения и восхождения каждого к обожающему богообщению, достижимому в полноте не иначе как в единстве Церкви.

Блюдение этого единства, каноническая власть, вверена кругу апостолов и их преемников. Иными словами, божественная, безусловная власть вязать и решить, принадлежащая Богочеловеку, вверена людям, то есть существам ограниченным, могущим погрешать в применении этой власти. И, тем не менее, их власть остается обязательной, поскольку они не выходят из круга апостолов, поскольку этот единый круг, или многие круги, соответствующие территориям различных поместных церквей, не отвергают воли отдельного иерарха, но приемлют ее как выражение единой воли и власти Церкви. Та или иная санкция церковной власти (например, запрещение или отлучение) может быть несправедливой; однако, прежде чем протестовать против нее, необходимо ей подчиниться впредь до суждения надлежащего апостольского круга (митрополии, патриархата или согласия глав автокефальных церквей).

Кто вдохновлен Иисусом подобно апостолам¹ и по плодам своим дает заметить, что он Святого Духа имеет в себе и духовен, потому что он по образу Сына Божия во всех занятиях своего призвания бывает руководим от Святого Духа, — тот отпускает грехи во имя Божие и удерживает от неисцелимых, потому что он, подобно пророкам, которыми возвещаемы были не их личные измышления, а божественные советы, действует, служа Богу, Который Один власть имеет прощать грехи.

И даже если было очень много того, что должно было совершиться в них через Духа, Он, не упоминая всего, назвал наиболее важный довод. «Вот что, — говорит Он, — ясно покажет вам силу Духа. Как только вы обретете Его, станете способны отпускать грехи, кому бы ни пожелали, как и произносить осуждение кому бы то ни было. И если вы, будучи человеками, после обретения дара Духа, способны будете творить все это (а это — способность Бога, ибо только Он имеет власть судить), то Я оставляю вам решить, какова действенность Духа. Вам же, обретя Его, не должно более сомневаться». <...> Вот истинно чудесные дары! В самом деле, Он не только дает власть над стихиями и способность творить знамения и чудеса, но и допускает, что Бог назовет их судьями, и тогда слуги получат от Него власть, свойственную Ему. Право отпускать и удерживать грехи принадлежит одному только Богу, и иудеи иногда выдвигали возражение Спасителю, говоря: Кто может, прощать грехи, кроме одного Бога? (Мк. 2:7). Господь же милостиво дал эту власть почитающим Его.

Можно сказать и то, что Он дал им некоторую власть и духовную благодать, только не воскрешать мертвых и творить силы, но — прощать грехи. Посему и прибавил: «Кому простите грехи, тому простятся», показывая, что Он дал им этот именно вид духовных дарований — прощение грехов. По вознесении же Его, Сам Дух нисшел и преизобильно подал им силы творить чудеса и всякое иное дарование.

Примечай, пожалуй, достоинство священников, оно — Божественно. Ибо отпущать грехи — дело Божие. Таким образом их должно почитать, как Бога. Хотя бы они были недостойны; что от этого? они служители Божественных дарований, и благодать действует чрез них, как проглаголала некогда через ослицу Валаама (Чис. 22:28-30). Итак, недостоинство наше не препятствует благодати. И как чрез священников подается благодать, то должно их почитать.

***

<...> те, которые, подобно Петру, удостоились епископской благодати, имеют власть прощать и вязать. Хотя к одному, ибо только Петру сказано: "дам тебе", но всем апостолам дано. Когда? Когда Господь сказал им: "кому отпустите грехи, отпустятся им", ибо и "дам"¹! обозначает грядущее время, то есть время после воскресения.

«Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20:22–23) – то есть Он учит, что прощение и осуждение грехов находится во власти и силе Духа. Посему очищение и снятие грехов священнодействуется через Духа <...>