Евангелие от Иоанна 17 глава 7 стих

Все, что Бог Отец дал Богу Сыну, Он дал, когда родил Его. Отец дал Сыну все то, без чего Он не мог бы быть Сыном, как дал Ему само существование.

***

То есть Он сказал: «Они уразумели, что Я от Тебя». Ибо Отец дал все в тот самый момент, как родил Того, Кто будет иметь все.

Поэтому во-первых Он молится за тех, которые Им приведены уже к сему Богопознанию, чрез Него Самого познали Отца, и которые должны быть орудиями в распространении Богопознания между людьми. Приготовляясь отойти из мира и оставить в нем учеников одних, Он препоручает их покровительству Отца Небесного, которому они посвящены Им, просит, чтобы сохранилось в них общение жизни Божественной с Ним, которого начатки положил Он, – поручает их защите Отца Небесного, так как оставляет их в мире среди борьбы. Не о том просит Он Отца Небесного, чтобы Он взял их от мира, как и Его, – это противоречило бы их назначению, которое указано Самим Отцем Небесным, когда дал Он их Своему Сыну: назначение их состоит в том, чтобы чрез них самый мир – Богопознанием, открытым чрез Иисуса Христа, был преобразован и изменен. Только о том молит Он, чтобы Отец Небесный сохранил их от внутренних искушений зла, чтобы они внутренне пребыли чужды мира, как освященные проповеданной Им истиной, чтобы святая жизнь Его, которую Он готов предать за них, была основанием их освящения. « И за них Аз свящу Себе, да и тии будут священни воистину».

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 218 ++

В Своём учении Иисус открыл апостолам имя Отца: «Я явил Твое имя людям, которых Ты дал Мне от мира» (6). Имя по семитским представлениям выражает сущность чего–либо. Следовательно, знание имени Бога означает знание Его Самого. Поэтому 3–й и 6–й стихи совпадают: Знание Бога и откровение Его имени – это одно и то же.

Апостолы стали очевидцами откровения Бога в Иисусе Христе. По этому, поверив Иисусу, ученики поверили не Ему, а тем словам, которые сообщил Ему Отец: «...слова, которые Ты дал мне, Я дал им, и слово Твое они соблюли. Теперь познали они, что всё, что Ты дал мне, – от Тебя» (6). Всё, что имеет Сын, Он получил от Отца. Но между ними все общее. Нет ничего такого, что имелось бы у Отца и не принадлежало бы Сыну. Это относится и к ученикам. После того как Бог привёл их к Иисусу Христу, они стали не только достоянием Отца, но и Сына: «Твои были они, и Мне Ты их дал... и все Мое – Твое, и Твое – Мое» (10).

Общаясь с Иисусом, ученики убедились в том, что Он был послан Богом: «...и они приняли и познали воистину, что Я от Тебя исшел, и уверовали, что Ты Меня послал» (8). Следовательно, им открылась вечная жизнь: «А жизнь вечная в том, чтобы знали Тебя, единого истинного Бога, и Кого Ты послал: Иисуса Христа» (3). А значит, совершилось то дело, ради которого Сын Божий пришел на землю: А воля Пославшего Меня – в том, чтобы каждый, видящий Сына и верующий в Него, имел Жизнь вечную; и воскрешу его Я в последний день|||» (Ин. 6:39-40). Поэтому, покидая мир, Христос молится о том, чтобы Его дело не пропало и Отец сохранил веру учеников.

В молении Господа, – которое есть откровение для учеников, – Господь в предыдущих стихах глаголал о прославлении имени Божия в Сыне: в стихах 6–8 Господь молит да прославится имя Божие в учениках и во всех веруюющих. «Явих имя твое человеком, их же дал еси Мне от мира: Твои беша и Мне их дал еси». Слава Божия во человеке есть спасение и вечное счастье людей, посему и благоволил Бог явить Свое Имя, чрез Господа Иисуса, и те которые были Божии, те стали достоянием воплощенного Сына Божия, явившего Имя Божие на земле. Бог Творец, властелин неба и земли, отдает Господу Иисусу те души, которые суть Божии. Весь мир духовный и бессловесный принадлежит Богу, но в особом избранном отношении к Богу находятся лишь верующие, те, коих «предизбрал» Ср. Рим. 8:29–30. Бог и которые прославляют имя Божие, явленное Богочеловеком; те же, кои не послушались гласа Любви, призывавшего их, остались в общем отношении творения к Создателю, на ряду с миром бессловесным. Богом Творцом невидимым вручены избранные души Богу воплощенному потому именно, что они веруют и веруя, могут созерцать Бога, в явлении второй Ипостаси, и воспринять дары Духа Божия.

Эти люди, которым открыто имя Божие, соблюли слово Господне, и ныне открыто им и они уразумели, что нет деяния или глагола Сына, которые не были бы от Отца, и потому сознали полное единство Отца и Сына Ср. Ин. 6:44–46, 14:6 и мног. друг.. Они поняли это теперь, глаголет Господь, потому что Я к ним глаголал те слова, которые Ты дал Мне, которые суть достояние как Отца, так и Сына, нераздельного от Отца по существу. Восприняв сии глаголы, ученики поняли величие тайны исхождения Богочеловека от Отца. «Глаголы, яже Аз глаголах вам, говорит Господь, Дух суть и живот суть» Ин. 6:63..

«Аз о себе не глаголах: но пославый Мя Отец, той Мне заповедь даде что реку и что возглаголю... якоже рече Мне Отец тако глаголю Ин. 12:49–50. Ин. 14:10..

Знание дано ученикам как следствие веры и любви; сперва они полюбили и уверовали, а после сего дано им знание. Сперва они отдали души свои Христу, сперва соблюли слово Его, после сего «разумеша».

Всякое развитие духовной жизни происходит по этому закону; тайны Божии постигаются только теми, которые веруют и любят; не мудрость, не изучение, не знание могут ввести в мир радости Божией, а любовь и вера; уверовавший и отдавший с любовью душу свою Христу «обрящет ю///» (Мф. 10:39) и обрящет ю очищенною, просветленною и умудренною премудростью высшею, Божией.

Молитва Иисуса

Сказав последние прощальные наставления тем, которые должны нести в мир Его учение, Иисус, готовый идти на Крест, оканчивает Свое земное поприще торжественной молитвой, не стесняясь присутствием при этом Апостолов.

Эта молитва, кроме просьбы поддержать и освятить Апостолов и всех, которые уверуют по слову их, содержит в себе как бы краткий обзор исполнения Иисусом того поручения, какое дано было Ему пославшим Его Отцом. Слова этой молитвы изображают душевное состояние Божественного Страдальца так понятно для всякого, знакомого с жизнью Его, что всякие комментарии к ней представляются излишними. Ни с какими молитвами нашими ее нельзя сравнивать, ибо никто из грешных людей никогда не может испытывать того, чем полна была душа Богочеловека, отдававшего Свою человеческую жизнь за чужие грехи, за грехи всего мира. Преклонимся же перед величием и святостью этой жертвы и оставим всякое дерзновение передавать читателям иными словами содержание этой молитвы. Будем читать ее теми словами, какие записаны Евангелистом, писавшим не только по памяти, но и по вдохновению Духа Святого.

Итак, дело Иисуса - откровение имени Бога.

1. Имя - не просто этикетка, название. Имя отражает сущность, характер.

Пс. 9:11: «И будут уповать на Тебя знающие имя Твое».

Это не значит: «знающие, как Тебя зовут». Это значит: «будут уповать на Тебя те, кто знает, каков Ты, каков Твой характер». Уповать = довериться.

Пс. 19:8: «Иные - колесницами, иные - конями, а мы именем Господа Бога нашего хвалимся».

Пс. 21:23: «Буду возвещать имя Твое братьям, посреди собрания восхвалять Тебя». И так далее.

«Я открыл имя Твое»: «я показал людям, каков Бог на самом деле». То есть «Видевший Меня видел Отца».

2. Имя - тетраграмма (JHWH).

Итак, имя не произносилось (нельзя знать, да и не знали). Открыл имя, то есть приблизил Бога к людям так, что все стали первосвященниками на Пасхе.

Смысл ученичества.

1. Сознание, что Иисус исшел от Бога, что Он - посланник, голос Божий. Его дела - дела от Бога.

2. «Сохранили». То есть послушание слову Божьему в устах Иисуса. Делать не то, что нам заблагорассудится, а что сделал бы Иисус.

3. Ученики даны Иисусу Богом. Это не предопределение от века. Это предназначение. Отец может мечтать о хорошем будущем сына, может делать все для этого, но сын может пойти и по другой дороге.

Иудеи верили, что у Бога есть судьба для каждого. Но у нас есть свобода и ответственность принять судьбу от Бога или отказаться от нее.

Рок - то, что заставляет.

Судьба - то, что предназначено.

Иисус уверенно и оптимистично смотрит вперед. Одиннадцать рыбаков за три года труда. Да и те... Нет оснований для большой надежды. Но мир был перестроен.

Так и мы не должны падать духом, глядя на нашу слабость и скромные успехи. Надо укрепляться верой в Бога и в себя (людей).

Словосочетание «Ты дал Мне» повторяется здесь снова и снова. Сын Божий имеет власть над всякой плотью (Ин. 17:2), и Свою плоть Он отдает за жизнь всегомира (Ин. 6:51). Но не всякая плоть способна уверовать в Него, не весь мир способен вместить Его откровение. Есть те, которых Отец дал Ему, чтобы они стали объектом Его непосредственной проповеди и чтобы через Него они услышали то, что хочет сказать им Отец. Они принадлежали Отцу, Он выделил их из мира и отдал Своему Сыну.

Слова «они были Твои, и Ты дал их Мне» не следует понимать в том смысле, что Отец передал Сыну власть над Его учениками, отказавшись от этой власти в пользу Сына. «Ты дал Мне, потому что они Твои»: это значит, что они продолжают оставаться достоянием Отца даже после того, как Отец вручил их Сыну.

«Я открыл им имя Твое». Чтобы понять смысл этих слов, необходимо вспомнить, что в Ветхом Завете откровение Бога человеку описывалось в терминах откровения ему священного имени Бога. Когда Бог посылает Моисея к народу Израильскому, Моисей первым делом спрашивает, с каким именем он должен представить Бога народу. В ответ Бог открывает ему Свое имя: «И сказал Моисей Богу: вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: Бог отцов ваших послал меня к вам. А они скажут мне: как Ему имя? Что сказать мне им? Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий (אהיה אשׁר אהיה’ehyē ’ăšer ’ehyē). И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий (יהוה Yahwē) послал меня к вам» (Исх. 3:13–14). Когда Моисей восходит на гору для встречи с Богом, откровение Божие выражается в том, что Бог проводит над ним Свою славу и торжественно провозглашает Свое священное имя יהוה Yahwē (Исх. 33:19). Это откровение имени «Сущий», или «Господь», отличается от того откровения, которое Бог дал Аврааму, Исааку и Иакову, знавшим Его под именем «Бог всемогущий», но не знавшим Его под именем «Господь» (Исх. 6:2–3).

Выше мы говорили о том, что неоднократно употребленное Иисусом по отношению к Себе словосочетание ἐγώ εἰμι (букв. «Я есмь», «это Я») могло звучать как имя Божие יהוה Yahwē («Сущий», «Я есмь») или одно из родственных ему имен. Вполне возможно, что это имя Он имеет в виду, когда говорит, что открыл его человекам. Возможно также, что Он имеет в виду имя «Отец», которое в Его речи стало основным наименованием Бога: этим именем он Сам называл Бога и призывал учеников, обращаясь к Богу, называть Его Отцом (Мф. 6:9;Лк. 11:2). Наконец, вполне вероятно, что слова «открыл имя Твое человекам» не указывают на то или иное наименование Бога, будь то Сущий или Отец, а призвано подчеркнуть, что через Иисуса ученикам был открыт прямой доступ к Отцу, возможность говорить с Ним «лицем к лицу, как бы говорил кто с другом своим» (Исх. 33:11).

«Ныне уразумели они, что все, что Ты дал Мне, от Тебя есть, ибо слова, которые Ты дал Мне, Я передал им, и они приняли, и уразумели истинно, что Я исшел от Тебя, и уверовали, что Ты послал Меня». Эта фраза построена на словах учеников: «Теперь видим, что Ты знаешь все и не имеешь нужды, чтобы кто спрашивал Тебя. Посему веруем, что Ты от Бога исшел» (Ин. 16:30). Этого весьма несовершенного исповедания веры, в котором Иисус не назван ни Богом, ни Мессией, оказывается достаточно, чтобы Иисус представил Своих учеников Отцу как уверовавших в Него.

Очевидно, что Он говорит здесь не столько о состоянии веры учеников на момент Его отшествия от них, сколько о том подвиге веры, который надлежит им совершить в будущем, после того, как Святой Дух сойдет на них. Это особенно явствует из слов о ненависти мира к ученикам: эта ненависть еще не проявилась в полной мере (в Евангелиях мы не встречаем упоминаний о проявлениях ненависти к ученикам Иисуса при Его жизни). Но она проявится после смерти и воскресения Иисуса. Та ненависть, которая стала причиной Его смерти, перекинется на Его учеников и последователей.

 О последней молитве Иисусовой (Ин. 17) дерзновенно и говорить языком человеческим: так она всеобъемлюща, величественна, Божественна! После нее, вероятно, и Филипп не сказал бы: Господи, покажи нам Отца! Ибо в ней для верующего виден Отец более, нежели в целом мире. Здесь-то надлежало Петру сказать: Го споди, глаголы живота вечного имаши (Ин. 6:68)! Это молитва Великого Первосвященника по чину Мельхиседекову перед входом Его во Святая Святых. Кто прочитал ее со вниманием хотя бы один раз, у того она останется в сердце на всю жизнь; а кто одушевился духом ее, тот не может не принадлежать навсегда Иисусу.

Предшествующими словами Господь окончил первосвященническую молитву Себе; теперь Он молится о Своих учениках и апостолах, — о тех, которым, но Своем отшествии в небесную славу (ст. 5), Он передает дело распространения и утверждения на земле новаго Своего царства. О двух предметах по отношении к ним молится Господь, — чтобы Отец 1) соблюл (11) их и 2) освятил (17) их. Я открыл (явих) имя Твое, т. е. открыл Самого Бога, соответственно сказанному ранее изречению: да знают Тебя единаго Истиннаго Бога (3); слово имя означает все существо: и лице, и свойства, и действия. Господь И. Христос открыл апостолам имя Божие, т. е. изъяснил им вполне план искупления человеческаго рода Своими страданиями и смертию. Которых (ихже) Ты дал Мне от мира, г. е. отделил от неверующаго мира и сделал Моими ближайшими учениками (Ин. 15:19 и др.). Господь всем, кто слушал Его, предлагал Свое учение и таким образом открывал имя Божие; но Он говорит здесь только об одних учениках Своих, о которых молится: потому что они, как Он далее (8) говорит, вполне приняли учение Его и уверовали в Него. Они были (беша) Твои. Все люди, как творения Божии, суть Божии; в частности евреи, как избранный народ Божий, были Божии; но не в этом общем смысле говорится здесь, что апостолы были Божиими. Они были Божии по особенному настроению их духа, т. е. были истинными израильтянами. Ты дал их Мне (Ин. 6:37), т. е. отделил их от мира и соединил со Миою, и они пребыли верны сему духовному единению ибо сохранили (сохраниша) слово Твое (Ин. 7:16 и др.), т. е. уверовали учению Моему, которое есть и Твое, сохранили и сохраняют его в своем сознании, как учение именно Твое, Божественное. Ныне уразумели, т. е. по вере в слово Мое убедились, что все, что (вся елика) Ты дал Мне, от Тебя есть, т. е. апостолы поняли, что все дело, совершаемое их Учителем — и предлагаемое Им учение, и вообще все, Им совершаемое — принято Им от Отца и поручено Ему Сыну, исполнить, и Им исполняется. Хотя апостолы в настоящее время не вполне, т. е. не во всем объеме и величии, понимали дело Господа, так как не все было открыто им, по их пока неспособности вместить то, и имело быть открыто другим Утешителем, Духом Св. (Ин. 14:26 и др.); но все-таки они, насколько было возможно, уразумели его — уразумели и из учения, и из деятельности Господа. Господь говорит здесь и о средствах, чрез которыя апостолы достигли такого разумения, это — во-первых, со стороны Самого Господа, чрез то, что учение, принятое Им от Отца, Он передал Им — слова, которыя, (глаголы, ихже) Ты дал Мне, Я передал (дах) им (Ин. 7:16 и др.), и во-вторых, со стороны самих апостолов, чрез то, что они это учение приняли (прияша) с верою и вследствие сего убедились, уразумели истинно (уразумеша воистину), и уверовали (вероваша), что И. Христос есть обетованный Мессия — что (яко) Я исшел (изыдох) от Тебя и что (яко) Ты послал Меня.

В только что изложенных нами рассуждениях я уже основательно, как мне кажется, доказал, что Христос вел речь к Небесному Отцу как по Божеству, так и по человечеству (как Бог и вместе как человек). Построяет слово по отношению к обеим (природам), ни заключая ее в пределы одного только человечества, ни относя ее всецело к Божеской славе, но также и здесь опять сохраняется тот же самый характер. Как Бог по природе и начертание Неизреченной Природы, Он говорит к Своему Отцу: «Явил Я Твое имя людям», вместо славы ставя «имя», как это обычно употребляется и в нашей речи. Так, премудрейший Соломон написал: «Лучше имя хорошее, чем богатство многое» (Притч. 22:1), то есть доброе мнение и слава лучше знатности и блеска, доставляемых богатством. Также и Сам Бог говорит в одном месте устами Исаии тем, которые «оскопили себя ради Царства Небесного» (Мф. 19:12): «Да не говорит евнух (скопец), что я древо сухое, – вот что говорит Господь скопцам (евнухам): которые соблюдут заповеди Мои и сотворят, что Я хочу, дам им в доме Моем и в ограде Моей место именитое, лучше сынов и дщерей имя вечное дам им» (Ис. 56:3–5). Никто, конечно, не подумает, если он благоразумен, что воздаяние со стороны щедрости Божией будет состоять в простых только названиях имен людям благочестивым и добродетельным, препобедившим всякое удовольствие в мире, и умертвившим «члены, что на земле» (Кол. 3:5), и почтившим одно только согласное с Божественными законами. Но имя опять вместо славы употребляет, ибо достославны будут соцарствующие Христу. Итак, Спаситель ясно утверждает, что Он «явил имя» Бога и Отца, то есть по всей вселенной соделал явною славу Его. Как или каким образом? Себя, очевидно, в Своих превышающих слово подвигах, представив в доказательство. Ведь Отец прославляется в Сыне как в образе и отражении Своего образа, ибо в начертании всегда проявляется красота первообразов. Так, является Единородный, существенно будучи премудростью и жизнью, Художником всего и Творцом, победившим смерть и тление, праведным, незлобивым, милосердым, святым, добрым. Таковым же стал познан и Родивший Его, ибо Он не может быть по природе другим, отличным от Того, Кто из Него по природе. Итак, Он просиял, как в образе и отражении Своего образа, в славе Своего Сына, ибо таково было о Нем слово у древних, а теперь и воочию является нам таковым. Ведь в отношении веры созерцаемое воочию, кажется, всегда бывает сильнее выражаемого в словах. Не лишено, полагаю, значения то, что уже сказано нами об этом изречении. Однако же должно идти и другим некоторым путем рассуждений (в изъяснении толкуемых слов). «Явил имя» Отца Сын, очевидно приведши нас к разумению и ясному представлению не только Того, что есть Бог, – это было возвещаемо чрез Богодухновенное Писание и ранее пришествия (Христа), – но и того, что, кроме бытия истинным Богом, Он есть и Отец не в лжеименном смысле, имея в Себе и от Себя Собственного Сына, совечно сосуществующего Его Собственной природе. Это потому, что, конечно, не во времени родил Творца веков. Но более, так сказать, соответствующее Богу имя Отец, чем Бог. Это служит обозначением достоинства, а то заключает в себе указание на существенное свойство. Кто говорит «Бог», тот указывает на Господа всяческих. А кто называет Отца, тот выражает особность или личное свойство (ἰδιότητος), ибо являет, что родил. И Сам Сын усвоял Богу имя Отца как более, так сказать, собственное и истинное, когда говорил не: «Я и Бог», но: «Я и Отец одно есмы» (Ин. 10:30), или еще в другом месте о Себе Самом: «ибо Сего Отец запечатлел Бог» (Ин. 6:27). Но и повелевая ученикам Своим крестить все народы, ясно заповедал совершать это не во имя Бога, а «во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф. 28:19). Ведь и божественный Моисей, повествуя о творении этого мира, не одному лицу усвоял образование мира, написав так: «И сказал Бог: «сотворим» человека по образу «Нашему» и по подобию» (Быт. 1:26), и в этих словах – «сотворим» и по подобию «Нашему» – обозначается Святая Троица, ибо создал все и призвал к бытию Отец чрез Сына в Духе. Но не вполне удобопонятно было это для древних, вернее – совсем была неясна эта речь, ибо ни Отец не назван особо, ни лицо Сына не выставлено ясно. Господь же наш Иисус Христос без всякого прикровения и с великим дерзновением (ясно) называл Бога Своим Отцом, а Себя Самого именуя Сыном и показав истинным плодом владычествующей над всем Природы, тем самым явил имя Отца и возвел нас к совершенному знанию. Ведь полнейшее знание о Боге и начале всего состоит в ведении не только того, что Бог есть, но и того, что Он есть Отец и Кого – Отец, включая сюда очевидно и Святаго Духа. И действительно, знать о Боге только то, что Он существует, принадлежит нам отнюдь не более, чем подзаконным, ибо это не выходило за предел иудейского разумения. И как закон ничего не довел до совершенства (Евр. 7:19), сообщая детоводственное научение (Гал. 3:24) и не достаточное для достижения совершеннейшего благочестия, так и знание о Боге сообщал несовершенное, только отклоняя от преданности к лжеименным богам и заставляя поклоняться Единому и Истинному: «Да не будут, – сказано, – тебе боги другие, кроме Меня» (Исх. 20:3), «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему Одному служи» (Мф. 4:10; Втор. 6:13). Господь же наш Иисус Христос, приложив к постановлениям Моисеевым нечто лучшее и предложив учение превосходнейшее, чем подзаконная заповедь, даровал знание, которое выше и славнее того древнего знания. Он соделал явным для нас, что Творец всего есть не только Бог и Господь, но и Отец. Доказательство – налицо: Он объявил Себя образом Божиим в словах: «Видевший Меня видел Отца» (Ин. 14:9), «Я и Отец одно есмы» (Ин. 10:30). И это справедливо, так как Он, будучи Богом и от Бога (рожденным) по природе, возвышенно и свойственным Богу образом говорит это к Своему Отцу. Но тотчас же присоединяет, говоря более свойственным человеку образом: «коих дал Ты Мне от (из) мира, Твои» (буквально Тебе, у Тебя) «были, и Мне их дал Ты». Впрочем, надо думать, Господь сказал не потому, чтобы во владычестве Бога и Отца было что-либо особо и отдельно выделенное и отличное, чего бы не было у самого Сына. Ведь Он есть Царь предвечный, по гласу Псалмопевца (Пс. 73:12), (Пс. 54:20), и вечный общник владычества Отца. Так и премудрый евангелист Иоанн учит, что все принадлежит и подчинено Ему, очевидно при соцарствии с Ним Отца, когда пишет: «В Свое пришел, и Свои Его не приняли» (Ин. 1:11), собственностью Его называя и тех, которые еще не знали Его и отвергали как бы иго царства Его. Сказал же это теперь, ставя на вид слушателям, что в этом мире были некоторые, которые совсем не имели понятия об едином и истинном Боге и служили твари и диавольским измышлениям. Но хотя они и не знали Творца всего, блуждая вне истины, все же они были собственностью Бога, поскольку Он есть Владыка всего, как Творец. Все есть собственность Бога и вообще нет ничего, среди тварного, что не имело бы владыкою Единого, хотя бы сама тварь и не знала этого. Ведь никто, конечно, не скажет, чтобы заблуждение некоторых могло лишать Творца всего власти над всем, напротив – подчинит Его власти все, что чрез Него сотворено и приведено к бытию. Если поэтому это истинно, то Богу Истинному принадлежали и те, которые одержимы были диавольскими заблуждениями и преданы мирским мерзостям. Но дано Сыну каким образом? Бог и Отец благоизволил, чтобы Еммануил царствовал над ними не так, что Он теперь только начал царствование над ними, – Он всегда был Господом и Царем как Бог по природе, – но так, что, став человеком и отдав Себя за жизнь всех, всех искупил Себе и чрез Себя привел к Богу и Отцу. Таким образом, искони и от начала царствуя как Бог вместе с Своим Родителем, Он поставляется царем как человек, Которому вместе с другими дается царствование, по мере природы человеческой. Ведь царь есть не то же, что человек как разумное животное, обладающее умом и знанием, имея это в качестве природных свойств. Это (ум и знание) заключается в понятии сущности (человека), а то (царское достоинство) есть внешнее, придаточное и не принадлежит к нераздельно прирожденным свойствам: оно бывает и исчезает, нисколько не изменяя предмета, насколько это касается сущности. Таким образом, царское достоинство является данным и отвне привходящим к человеку – от Бога, «ибо чрез Меня, – говорит, – цари царствуют и властелины чрез Меня властвуют над землею» (Притч. 8:15, 16). Итак, царствуя над всем с Отцом, поскольку был и есть и будет Богом по природе, Он принимает владычество над живущими в мире, соответственным человеку образом и мерою. Поэтому говорит, «что все, что дал Ты Мне, у Тебя есть». В собственном и точном смысле все есть собственность Бога, а нам, Его тварям, только дается. И если Божественной природе подобает обладать и владычествовать всем, то нам свойственно опять только получать. И действительно, Он засвидетельствовал, что несомнительно верующим в Него свойственно искреннее рабство и ревностное послушание, ибо говорит: «потому что слова, что дал Ты Мне, дал Я им, и они приняли и познали истинно, что от Тебя Я исшел, и уверовали, что Ты Меня послал». Свои изречения ясно называя «словами» Бога и Отца, по причине тожества сущности и так как Бог Слово открывает желания Отца, подобно как, без сомнения, и исходящее из наших уст и чрез внешнее произношение входящее в слух ближнего открывает тайны, лежащие в глубине сердца. Поэтому-то и пророческое слово сказало о Нем, что «называется имя Его: “Велика Совета Ангел”» (Ис. 9:6). Поистине чудный и сверхъестественный и великий совет Родителя открывает сущее в Нем и из Него Слово, чрез произнесение слов, как человек, когда стал подобным нам, а после восшествия на небеса – чрез познание и световодительство духовное. Ведь достойным Он открывает тайны Свои, что и Павел засвидетельствует в словах: «Доказательства ли ищете того, что во Мне говорит Христос?» (2 Кор. 13:3). Итак, Он засвидетельствовал о любящих Его, что они приняли и соблюли данные Ему от Бога Отца слова.

***
Так о каком же имени Отца говорит Спаситель, о котором Он утверждает, что сделал его явным для человеков? Уж не то же ли это самое, как сказать: «Я провозласил Тебя Богом перед человеками»? Что же тогда такое слова пророков? Богом или не Богом они называли Владыку всех за столько лет до вочеловечения? Что же большее открыто чрез Христа? Ведь Он равным образом называет Отца Зиждителем и всего мира Творцом и Художником. Но ведь первым блаженный Моисей, составивший книгу о сотворении мира, провозглашает Его и Богом, и Творцом, говоря: «В начале сотвори Бог небо и землю» (Быт. 1:1). Так какое же имя Он говорит, что явил? Не очевидно ли, что Отца? Ведь, поскольку апостолы уверовали в Него как в Сына, то, конечно, вместе с тем исповедали и то, что есть Отец, и познали, Кто есть Отец и каков Он, от природной красоты (ώραιότητος) Сына будучи возводимы к красоте (κάλλος) Родившего <75.561 >, и от точного Образа обращая мысленный взор к Первообразу (άπό τής ακριβούς είκόνος τό άρχέτυπον βλέ- ποντες). Итак, что же из этого выстраивается? Если Сын есть творение, то из этого невозможно уразуметь, что Бог является Отцом; ведь творение мыслится по отношению к творцу, а сын — к отцу; ибо таково всегда положение имеющих то или иное соотношение с чем-либо. Если же должно мыслить, что Бог поистине является Отцом, — действием и сутью, — то необходимо исповедовать Сыном
Того, Кто произошел из Него. То же самое будет иметь силу и относительно Сына. Ибо если веровать, что Он есть Порождение, а не творение, то тем самым одновременно с Ним будет, несомненно, вводиться и знание Родившего; и таким образом, истину говорит глаголющий: «Явих имя Твое человеком».

И теперь наконец они поняли, что все, что Ты дал Мне, Твое – Это знание, которое они обрели благодаря прощальной речи Иисуса, сделало учеников духовно зрелыми. Потому что слова, которые дал Ты Мне, Я им передал, и они их приняли и действительно поняли, что Я пришел от Тебя, и поверили, что послал Меня Ты – Теперь они обрели способность жить в свете тех заповедей, что им передал Иисус от Отца. И снова знание и вера не противопоставляются, но они означают, что Божественная истина принимается всем человеческим существом – не только сердцем, но и разумом и волей.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 392++

В заключение прощальной беседы с апостолами Господь Иисус Христос предсказал им победу над неверующим и озлобленным миром. Но вместе с тем Он не скрыл от них, что им предстоит тяжелая борьба с царством тьмы и злобы. В пред ведении этой борьбы Христос в присутствии апостолов, дабы ободрить их и укрепить их веру, возносит горячую молитву к Богу Отцу. С глубокой христианской древности называют эту молитву первосвященнической, потому что в ней Христос, как первосвященник, молится за Себя (ст. 1–5), за Своих учеников (ст. 6-19) и за Свою Церковь (ст. 20–26) и посвящает Самого Себя на искупительную (жертвенную) смерть. В молитве о Себе Христос испрашивает Божественного прославления, как естественного завершения спасительного служения Своего на земле и для торжества истинной веры, ведущей к жизни вечной. О малом стаде Своем – апостолах, которых посылает Он на борьбу в мир, Христос молится, чтобы Отец Небесный охранил их веру от всяких искушений и колебаний, чтобы освятил их истиной Своей и удостоил их, по совершении земного подвига, блаженства в Царстве Небесном в единении с Ним, Христом. О всех верующих, привлеченных проповедью апостолов в Церковь Христову, Он молится, чтобы они пребывали в постоянном единении как друг с другом, связанные взаимной самоотверженной любовью, так и с Ним и с пославшим Его Отцом: Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино (ст. 21, ср. 22–23). Первосвященническая молитва Христа Спасителя, в художественном изложении изображающая сущность искупительного служения Его миру, возвышенна по чувству и глубока по мыслям, но вместе с тем в высшей степени проста и ясна для усвоения верующей душой.

все... от Тебя есть. Совершенное единство Отца и Сына — один из основополагающих аспектов учения Иисуса (Ин. 5:17).