Евангелие от Иоанна 11 глава 6 стих

Итак, они известили Его, но Он оставался там и провел столько времени, чтобы составилось четыре дня. Это было сделано не просто так, но, вероятно и даже наверняка, потому что само число четыре заключает в себе некое таинство.

Между тем Господь оставался все там же, где достигло до него известие о болезни Лазаря и спустя два дня после этого стал говорить ученикам о намерении Своем идти опять в Иудею. Ученики смутились, услыша о таком намерении после недавних неприятностей в Иерусалиме. Господь против их представлений поставил одно, что день Его еще не окончен, и что след. путь Его туда и их с Ним безопасен. Потом, объясняя причину путешествия прибавил: Лазарь друг наш уснул, – но видя, что ученики Его не понимают, сказал прямо, что он умер и присовокупил: Я рад, что он умер без Меня: это лучше для вас, именно для вашей веры; пойдем к нему. Я разбужу при вас его (показывая, что смерть есть как бы сон). Чувство радости при смерти друга неуместно, если бы не скрывалось в намерении чего большего. – В этих словах: радуюсь за вас, раскрывается цель, для чего Господь не подал помощи болящему другу во время самой болезни, и для чего угодно было совершать Ему такое важное чудо, какое вскоре совершил над Лазарем. Состояние веры в учениках после того, как Иудеи двукратно уже хотели было побить Его камнями, требовало подкрепления и теперь и еще более для предстоящих великих искушений. Но разделяли ли они радость Господа? Нет. Когда они узнали, что Лазарь, друг Иисусов, умер, что Иисус дал ему умереть, не дозволив видеть славу царства Своего и припомнили ответ Его о болезни Лазаря: тогда требование Спасителя идти вместе с Ним в Иудею невольно казалось им вызовом идти на смерть Свою; по крайней мере так смотрели на это. Они привыкли всегда действовать с осторожностью. Однако же сердцем своим и они готовы были следовать за Иисусом. А когда видели, что намерение Его непреклонно, то в борьбе своего чувства с опасениями расчетливости, хотя не смели сказать ничего Самому Господу, но сказали соученикам: пойдем и мы умрем с Ним, не только не думая о воскресении Лазаря, но не думая и о сохранении собственной жизни и жизни своего Учителя.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 182-183++

В ответ Иисус сказал: «Болезнь эта не к смерти, но во славу Божию, чтобы прославлен был Сын Божий чрез неё» (4). Итак, Господь сообщает пришедшим, что Лазарю не угрожает смерть, и остаётся «два дня на том месте, где был» (6).

Четвёртый стих важен для нас ещё по двум причинам. Во–первых, Иисус открыто называет себя Сыном Божиим. Во–вторых, вторая половина стиха указывает на смерть, которая приведёт к славе Божией и благодаря которой Сын Божий будет прославлен. И у нас создаётся полное впечатление, что речь здесь идёт не столько о болезни Лазаря, сколько о будущей смерти Самого Иисуса Христа.

Почему же Господь, когда к Нему приходят с вестью: «Лазарь, друг Твой, болен», не тотчас же отправляется в путь? Почему Он медлит, когда Его друг в беде? Мы знаем, что многие, подобно Марии и Марфе, задают этот вопрос. Они умоляют Бога придти к ним на помощь, однако не получают ответа. «Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой», — говорит Марфа, когда Господь, наконец, приходит, но слишком поздно.

В этих словах Марфы — вера во Христа и одновременно упрек. Бога нет рядом, когда нужно. Может быть, Он по-прежнему где-то есть — но здесь Его нет. И сколь многим в подобных скорбных обстоятельствах может казаться, что Бог безразличен к человеческому горю. Как одинок человек в этом мире — перед лицом торжествующего зла, беззакония, страдания и смерти — если нет с ним Бога! Христос, намеренно отсутствовавший во время болезни и смерти Своего друга Лазаря, показывает, что человек, отделенный от Бога, находится в стране смерти.

Почему, спрашивает св. Иоанн Златоуст Злат. Беседа 62 часть 2, стр. 203–204., Господь остался два дня на том месте, где Он получил послание от сестер Лазаря? «Для того пребысть, говорит Златоуст, чтобы Лазарь скончался и был погребен, чтобы потом никто не мог сказать; что Он воскресил его, тогда как тот еще не умер, потому Он и остался на столько времени, что произошло даже тление».

Когда Господь объявил ученикам, что Он с ними идет в Иудею, то на них напал страх быть убитыми там, в виду всем известного заговора против жизни Господа Иисуса. Св. Иоанн Златоуст Loco supr. cit. даже думает, что и слова Фомы ст. 16: «идем, да и мы умрем с ним (Лазарем)» относятся не к болезни Лазаря, а к убеждению, что Господь Иисус со всеми учениками и с домом Лазаря будут избиты Иудеями. Всем ученикам было понятно, что когда Господь говорит «идем в Иудею», то Он говорит не о маленьком и относительно покойном и безопасном селении Вифании, а говорит, что идет опять в ту враждебную страну, где готовится Его убийство. Господь с одной стороны успокоивает их страх, а с другой – указывает на чувство долга (по-человечески говоря), стоящее превыше всего, но вместе с тем и открывает ученикам высшие Божеские тайны.

«Мне (говорил Господь Ин. 9:4–5) подобает делати дела пославшего Мя, Дóндеже день есть: приидет нощь егда никтоже может делати. Егда в мире есмь, свет есмь миру».

Господь «свет миру» (Ин. 8:12). Та же мысль повторяется и в 9–10 стихах настоящей главы. Господь должен был пребыть на земле лишь определенное время и в этой Божием Промыслом определенной краткой эпохе, или «черте временной», должны были совершиться великие события, соделавшие спасение рода человеческого. Указывая на это краткое время, Господь указывает вместе с тем, что будущее счастие человечества заключается в этом делании в то время, когда светит свет. Только это время пребывания на земле Господа, пролило на всю будущую жизнь человечества тот яркий свет правды и любви и веры, который светит нам посреди ночи мира сего.

Весьма важно заметить выражение Господа о спотыкающемся: «несть света в нем» (ἐν αὐτῶ). Не сказал Господь, что он спотыкается, потому что нет света в мире: «свет во тьме светится и тма его не объят» (Ин. 1:5); а спотыкается он потому, что нет света в душе неверующего. Ходили и ходят в нощи души своей неверующие, и спотыкались, и спотыкаются о тот камень преткновения и соблазна для них, который однако соделался основанием церкви Божией на земле См. Мф. 21:42–44; 1 Пет. 2:7; Рим. 9 и в ветхозав. книгах, ср. Псалом 117 ст. 22 и Ис. 28:16..

Посему, говоря о дне и нощи, Господь разумеет с одной стороны вечный день и вечный свет, а с другой – мрак неверия. Краткое пребывание Бога во образе человеческом на земле уподоблено дню. День сей вечный для верующих, ходящие при свете сего дня не спотыкаются, но чтобы возжечь день сей на веки, Господь в краткое относительно время Своей жизни творил человеку новую жизнь, и сие называет Он деланием, а хождение человека во дни пребыванием во свете дня, да не споткнется. Хождение же человека вне веры и путей Божиих Господь называет мраком и спотыканием и самый страшный момент этого мрака был допущенная временно Господом «власть князя тьмы, князя мира сего» Лк. 22:53; Ин. 14:30.. Не угас в это время свет мира, но закрыт был для народа временно властию тмы, чтобы воссиять торжественно-славным немерцающим светом радостного воскресения Христова

+++Опыт изучения Евангелия св. Иоанна Богослова. Том 1. С-Пб.: Изд. И.Л. Тузова, 1887. С. 401-402++

Иисус любил всю семью Лазаря и при каждом путешествии Своем в Иерусалим заходил к нему, чтобы отдохнуть от шума всюду следовавшей за ним толпы.
Но Иисус ни только не поспешил в Вифанию, но даже нарочно остался два дня на том месте, где застала Его весть о болезни Лазаря; а чтобы Апостолам была понятна такая медленность с Его стороны, Он сказал им, что болезнь Лазаря не к смерти, но к славе Божией, да прославится через нее Сын Божий [¹

О времени, которого мало, но достаточно.

Почему Иисус задерживается на два дня?

1. Чтобы чудо было тем более великим? Но это не так.

2. В Ин есть мотив: Иисус всегда свободен и не поступает под давлением других. Мать уговаривает помочь с вином, Он отвечает: не беспокой меня, не пришел еще час мой. А потом помогает (глава 2). Братья просят идти в Иудею, чтобы люди увидели Его чудеса. Иисус отказывает им. А потом пошел (глава 7). Так и теперь.

Это знак нам. Мы хотим, чтобы Иисус поступал так, как мы хотим, но... «Да будет воля Твоя».

Ученики поражены. Иудеи ведь хотят убить Его.

Это самоубийство.

«Не двенадцать ли часов во дне?»

1. День имеет установленное Богом число часов. Человек не может ни продлить, ни сократить день. Это положено Богом.

2. Двенадцать часов - достаточно, чтобы исполнить все положенное. Причин торопиться нет, это бессмысленно.

3. Двенадцать часов - мало, чтобы слишком медлить, то есть тратить впустую время.

Итак, надо делать не торопясь, основательно, но нельзя бездельничать.

День - ночь. Двойной смысл.

1. Прямой смысл: день - время действий. Ночью темно, фонарей не было. Делать нельзя. Время надо тратить с толком, чтобы не оставлять на потом, а затем спешить.

2. Переносный смысл: свет миру - Иисус. Без Него - ночь, тьма, зло.

Иуда пошел после Вечери на предательство (13:30), была ночь, то есть его поглотил грех.

Значит, у человека есть определенное время для примирения с Богом через Христа. Иначе - ночь, суд.

«Мирись с Богом, пока есть твое время, пока есть свет. Близится время, когда для тебя наступит ночь (смерть) и будет поздно».

Слава тем, кто приходит не суетясь, вовремя. Трагедия тех, кто опаздывает.

Хотя новость, которую сестры сообщили Иисусу, была одновременно и просьбой о том, чтобы Он пришел и исцелил больного, Он не спешит исполнить просьбу и остается еще два дня на месте. Это замедление отнюдь не является следствием равнодушия: как подчеркивает рассказчик, Иисус «любил» и Лазаря, и его сестер. Здесь для обозначения любви употреблен глагол ¢γαπ£ω, обозначающий любовь сильную и горячую, в отличие от глагола φιλšω, обозначающего любовь как спокойную дружескую привязанность. Второй глагол использован в словах «Господи! вот, кого Ты любишь, болен», а также в словах иудеев «Смотри, как Он любил его» (Ин. 11:36).

Глагол ¢γαπ£ω и производное от него существительное ¢γ£πη (любовь) употребляется Иоанном в тех случаях, когда речь идет о любви Бога к людям и о любви Иисуса к Своим ученикам. В его Евангелии тема любви занимает центральное место. Само пришествие в мир Сына Божия было следствием божественной любви: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). На Тайной вечере, согласно Иоанну, «Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин. 13:2). Умовение ног ученикам (Ин. 13:5) и последующая беседа, в которой Иисус дает ученикам «новую заповедь» о любви (Ин. 13:34)продолжают тему, которая достигнет апогея в истории смерти Иисуса на кресте.

Почему Иоанн делает акцент на любви, которую Иисус испытывал к семье Лазаря? Очевидно, речь идет не о той любви, которую Иисус, будучи Богом, имел ко всем людям. Поскольку в рассказе многократно подчеркиваются личные качества Иисуса, речь здесь идет о любви как человеческой привязанности. Это была любовь и дружба одновременно: Иисус называет Лазаря «друг наш», имея в виду, что он известен также и ученикам. Судя по упоминанию о Марфе и Марии в Евангелии от Луки, дом Лазаря и его сестер был тем местом, куда Иисус с учениками приходил не однажды.

Диалог между Иисусом и учениками поначалу не связан с Лазарем. Иисус объявляет о Своем намерении пойти снова в Иудею; ученики напоминают, как иудеи совсем недавно хотели побить Его камнями (Ин. 10:31). Но Иисус в ответ говорит о «свете мира сего» и о тьме, продолжая сказанное в связи с исцелением слепорожденного: «Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8:12). Эти слова, в свою очередь, являются аллюзией на Ветхий Завет: «Воздайте славу Господу Богу вашему, доколе Он еще не навел темноты, и доколе еще ноги ваши не спотыкаются на горах мрака: тогда вы будете ожидать света, а Он обратит его в тень смерти и сделает тьмою» (Иер. 13:16).
Как и в других диалогах, приводимых у Иоанна (с Никодимом, с самарянкой), собеседники Спасителя находятся на ином уровне восприятия, чем тот, на который Он пытается их вывести, поэтому диалог не производит впечатление собеседования, выстроенного в строгой логической последовательности. Скорее наоборот, Иисус говорит одно, ученики слышат другое: Иисус говорит, что Лазарь уснул, а они отвечают, что, раз уснул, значит, выздоровеет. Тогда, наконец, Иисус прямо объявляет о смерти Лазаря, хотя никто не возвещал ему о ней. При этом Он дает понять, что намеренно не спешит идти к нему: это замедление необходимо, чтобы ученики уверовали.

 И в учениках Иисусовых знаменательные слова Господа не произвели никакого высшего ожидания. Довольствуясь тем, что болезнь Лазаря, как говорил Учитель, не смертельна, они даже не любопытствовали, каким образом через нее должна открыться божественная слава их Учителя. По отшествии посланных Иисус Христос, без сомнения, с особенным намерением пробыл на том же самом месте, где получена весть о болезни Лазаря, еще два дня (Ин. 11:6). По такой медлительности тем более можно было заключить, что Лазарь находится вне всякой опасности; ибо Учитель никогда не медлит в подании нужной помощи, тем более не замедлил бы теперь. А чтобы Он оставался здесь в ожидании того, пока наступит определенный Промыслом день явить над Лазарем Свое божественное всемогущество, — это, после слов Учителя, едва ли кому из них приходило на мысль.

И. Христос недалеко находился от Вифании, в 10—12 часах путешествия, но Он не поспешил туда, потому что имел воскресить Лазаря для славы Божией. Он промедлил два дня для того, толкует блаж. Феофилакт, чтобы никто не мог сказать, что с Лазарем был крепкий сон, или изнеможение и изступление, а не смерть.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 281++

 Господь наперед знал, что должно было произойти, и пробыл два дня на том месте, где находился, для того, чтобы, как изъясняет святитель Иоанн Златоуст, Лазарь «скончался и был погребен, чтобы потом никто не мог сказать, что он воскресил его тогда, как тот еще не умер, что это был только глубокий сон, или расслабление, или лишение чувств, но не смерть; по этой-то причине он и остался на столько времени, что произошло даже тление». Можно представить, с каким нетерпением обе сестры ждали помощи Божественного Друга своего! но часы шли, больной слабел, опасность увеличивалась, искра жизни с каждою минутою заметно потухала, Лазарь умер – и осиротевшие сестры, приготовляя безжизненное тело его к погребению, по всей вероятности, не раз думали и говорили то, что после они высказали самому Господу: аще бы еси был зде, не бы брат мой умер (Ин. 11:21, 32).  

После известия о болезни Лазаря Спаситель еще два дня пробыл в Заиорданье, а затем объявил апостолам, что Он идет в Иудею. Апостолы, которых пугало возвращение в Иудею, напоминают Христу, что это опасно – для Него и, следовательно, для них: «Равви! давно ли Иудеи искали побить Тебя камнями, и Ты опять идешь туда?»(Ин. 11:8). Иисус объясняет, что это путешествие будет безопасно для жизни и ни с Ним, ни с учениками не случится беды, так как ночь, то есть время Его страданий, ставших предметом претыкания (соблазном) для многих О соблазнительности страданий Мессии скажет позже и апостол Павел: «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть… Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие» (1 Кор. 1:18, 22–23)., еще не настала: «Не двенадцать ли часов во дне? кто ходит днем, тот не спотыкается, потому что видит свет мира сего; а кто ходит ночью, спотыкается, потому что нет света с ним. Сказав это, говорит им потом: Лазарь, друг наш, уснул; но Я иду разбудить его» (Ин. 11:9–11). Ученики по-прежнему предпочитают воздержаться от нового путешествия, думая, что болезнь Лазаря легка («не к смерти») и близка к окончанию, так как Лазарь, по словам Самого Христа, заснул. Но Господь, когда говорил, что идет разбудить Лазаря, сном назвал смерть, а пробуждением – воскрешение. Когда апостолы поняли, что Лазарь мертв, то Фома воскликнул: «Пойдем и мы умрем с ним» (Ин. 11:16). Слова выдают малодушие, все сильнее овладевавшее учениками, по мере того как страдания Христа становились все более вероятными. Будто забыв о чудесах Христа и видя только, что Он не исцелил больного Лазаря, Фома думает, что в Иудее, если они пойдут туда за Христом, их ожидает смерть, как и Его См.: Феофилакт Болгарский, блж. Благовестник. Толкование на Евангелие от Иоанна, 11: 11–16. Однако свт. Кирилл Александрийский слова Фомы «умрем с Ним» понимает как проявление трогательной любви к Учителю (хотя и смешанной со страхом), побуждавшей делить с Ним страдания (см.: Толкование на Евангелие от Иоанна. 7 (на Ин. 11:16). С. 393–394)..

Человек — существо мятущееся. Он посто­янно думает над тем, как жить и для чего жить. Все мы проходим разные этапы развития, и каждому этапу могут соответствовать свои цели и свои смыслы. В евангельском чтении Лазаревой субботы мы видим Христа, Который чужд сомнений и метаний. Он знает собствен­ную цель, знает, для чего живет, ради чего со­вершает каждый Свой поступок. Он не выби­рает между добром и злом, ведь вся Его жизнь есть исполнение воли пославшего Его Отца.

Услышав, что друг Его Лазарь болен, Хри­стос зовет апостолов вернуться в Иудею, несмо­тря на то что недавно подвергся там смертель­ной опасности. Ученики напуганы, но Спаси­тель им отвечает: «Не двенадцать ли часов во дне? Кто ходит днем, тот не спотыкается, пото­му что видит свет мира сего, а кто ходит ночью, спотыкается, потому что нет света с ним».