Евангелие от Иоанна 10 глава 17 стих

Послушай и остальное. Потому любит Меня Отец, — говорит Он, — что Я отдаю душу Мою, чтобы опять принять ее (ср. Ин. 10:17). Что значит сказанное Им? «Потому любит Меня Отец, потому что Я умру, чтобы воскреснуть». В самом деле, со значительным ударением было сказано «Я» В латинском языке лицо глагола выражается главным образом с помощью личного окончания, личные же местоимения используются, как правило, чтобы сделать акцент на действующем лице. В данном случае блж. Августин обращает внимание на то, что Христос в Своей фразе рядом с глаголом pono (отдаю) ставит еще и местоимение ego (Я). - Пер. . Потому что Я отдаю душу Мою. Я отдаю. Что значит: Я отдаю? «Я отдаю ее». Пусть иудеи не похваляются; они могут свирепствовать, но ничего не смогут сделать. Пусть неистовствуют, сколько смогут. «Если Я захочу отдать свою жизнь, что они сделают, неистовствуя?» Они оказались смущены одним ответом. Когда им было сказано: Кого ищете? — они сказали: «Иисуса». А Он им: Это Я. Они отступили назад и пали (ср. Ин. 18:4—6). И вот те, которые пали по одному слову Христа, Который пришел, чтобы умереть, что сделают, услышав голос Его, когда Он придет судить? «Я, Я, — говорю, — отдаю душу Мою, чтобы опять принять ее». Пусть не похваляются иудеи, будто бы взявшие верх: Он Сам отдал душу Свою.

Он говорит: «Я спал» (ср. Пс. 3:6). Вы знаете псалом: «Я спал и видел сон, и встал, потому что Господь поднимает меня» (ср. Пс. 3:6). Только что был прочитан псалом, только что мы услышали: «Я спал и видел сон, и встал, потому что Господь поднимает меня». Что значит: «Я спал»? Я спал, потому что возжелал уснуть. Что значит «Я спал»? «Я был мертв». Разве не спал Тот, Кто, когда захотел, поднялся, словно бы с постели, из могилы? Но Он хочет воздавать славу Отцу, чтобы подвигнуть нас воздавать славу Создателю. Ведь вот что Он добавил: «Я встал, потому что Господь поднимает Меня». Вы полагаете, что здесь Ему недоставало силы Его, так что, хотя Он смог по могуществу Своему умереть, Он не мог по могуществу Своему воскреснуть? Ибо так, по-видимому, звучат эти слова, если не разбирать их более усердно. «Я спал», то есть: «поскольку Я возжелал уснуть, Я спал». «И встал». Почему? «Потому что Господь поднимает Меня». Что же? Ты не мог воскреснуть Сам по Себе? Если бы не мог, то не сказал бы: «Власть имею отдать душу Мою, и власть имею вновь вернуть ее» (ср. Ин. 10:18).

Последней мыслью Господь напомнил Иудеям о своем отхожу. Но при этом с особенной силой выставляет на вид то, что Он во 1, свободно отдает Свою жизнь и во 2, восприимет ее. Сам Отец не принуждает Его к тому. Отец не останавливает беспредельного раскрытия любви в Сыне, но предоставляет делу любви быть чисто делом любви беспредельной. Но по воле Того же Отца (ст. 18). Он имеет власть паки приять жизнь Свою (и конечно воспользуется сею властью).

Сим заключил Господь беседы свои в последний великий праздник, совершенный Им с Своим народом. Какие важные истины раскрыты в них! От слов сих между Иудеями произошла распря.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 179++

«Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою», — говорит Христос. Отец любит Сына, ибо Тот идет умереть за Своих овец. Любовь Отца для Него — безмерное воздаяние за Его Крест и страдания. Неужели для нас может быть недостаточно только Отчей любви и мы будем искать за свое служение похвал мира? «Я отдаю жизнь Мою, — говорит Он, — чтобы снова принять ее».

Христос послушен Отцу до смерти и смерти Крестной. Крест и слава — всегда для Него нераздельны. Он знал, что Он должен умереть. И точно так же знал, что воскреснет. И все, кто следует за Христом, должны знать, что то, что истинно, не обретается легко. Так много в мире людей, которые уклоняются от дара Господня, потому что не хотят заплатить за него требуемую цену. Но не существует легких путей для подлинно великого. Никто не восходил на небо, живя прохладно. 

Господь явно и открыто глаголет о грядущей вольной смерти Своей по человечеству, устанавливая наперед ее истинное значение, как акта Его воли человеческой во исполнение Его воли Божией. Отец, глаголет Господь Иисус, мя любит как человека, за то, что Я полагаю мою человеческую душу с тем, чтобы паки восприять ее. Мы возвращаемся к указаниям вселенских учителей, чтобы настойчиво напоминать учение вселенских соборов и православной церкви, что Господь Иисус есть и Бог всемогущий и совершенный человек по плоти и по душе человеческой.

«Излиянием крови, говорит св. Афанасий великий, утверждено бытие плоти, а произнесенные слова Мф. 26:46. «О девятом же часе возвопи Иисус гласом велиим глаголя: Или, Или, лима савахфани, еже есть Боже Мой, Боже Мой вскую Мя еси оставил!» И Лк. 23"И возглашь гласом велиим Иисус рече: Отче в руце твои предаю дух Мой». свидетельствовали о бытии души». Сию душу и полагает Он за овцы. Божество не оставило тела во гробе, и не отлучилось от души во аде, ибо сие то значит сказанное пророком в Пс. 15:10: не оставиши душу Мою во аде, ниже даси преподобному Твоему видети истления. Посему и сказал Господь: «никтоже возьмет ю от Мене, но Аз полагаю ю о Себе» Афанас. Вел. прот. Аполлинария посл. второе в изд. 1853, ч. 3, стр. 402–403..

Весьма важно было для успокоения учеников Господа и всех верующих, чтобы они ранее насильственной смерти Богочеловека знали, что не злоба Иудейская одолела Господа, но Сам Он, волею, полагал душу Свою и воспринимал страдание и смерть. Посему и разъясняет сие Господь. Не по неволе и не по принуждению совершается великая Жертва. «Никтоже возьмет от Господа душу»: по святой воле Своей Он полагает ее, и по святой воле Своей воспринимает ее, во исполнение Божественного определения о спасении человека, и сие выражается словами: «сию заповедь приях от Отца Моего///».

О том же говорится и в двух других стихах, 17-м и 18-м: «…Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня; но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее, и власть имею опять принять её…» Иисус идет на смерть volontarie, или добровольно, — вот о чем сказано в притче о добром пастыре. Видимо, поэтому в первые века именно этот текст читали на Пасху. Сегодня в пасхальную ночь в православном богослужении читается начало Евангелия от Иоанна, тогда как христиане Запада — как минимум последние двенадцать веков — читают начало 16-й главы Евангелия от Марка. Однако в древности, до VIII века, пасхальным чтением было именно начало 10-й главы Евангелия от Иоанна, где Иисус говорит, что Сам отдает жизнь и что Он имеет власть ее отдать и вновь принять.

Напоминание о том, что Иисус добровольно принял страдания и смерть, мы находим и в литургических текстах. Так, в кондаке праздника Преображения говорится: «Страдание убо уразумеют вольное, мирови же проповедят, яко Ты еси воистину Отчее сияние»; в отпусте Страстной седмицы: «Грядый на вольную страсть»; в тропаре: «Пречистому образу Твоему поклоняемся, Благий, просяще прощение прегрешений наших, Христе Боже: волею бо благоволил еси плотию взыти на крест…» Можно привести и другие литургические тексты, где говорится о вольной страсти, о добровольном страдании. Есть замечательный латинский гимн о Добром Пастыре, носящий пасхальный характер, он, вероятно, был элементом пасхальной литургии в древности. Этот текст сохранился в единственной рукописи, которая находится в Национальной библиотеке в Париже:

Пастырь Добрый

Говоря о Себе как о Пастыре, отдающем жизнь Свою за Своих овец, Иисус сказал, что отдает Свою жизнь добровольно, что никто не отнимает ее у Него и отнять не может, что Ему принадлежит власть как отдать ее, так и вновь принять, и что власть эту Он принял от Отца Своего. Этими словами Он указывал на предстоящую Ему смерть, и, дабы ученики Его не могли отпасть от Него, видя Его на Кресте, Он наперед объяснил им, что без Его воли никто не может лишить Его жизни и что отдавая ее добровольно, Он имеет власть опять принять ее. Апостолам Своим Он уже не раз говорил, что воскреснет; этими же словами Он пояснил, что не будет воскрешен, а воскреснет Сам, в силу власти Своей опять принять жизнь, отданную за овец Своих.

Сущность любви

Добровольное самопожертвование.

Душа - жизнь. «Потерять душу» - «обрести ее».

Бог дает жизнь. И относительную возможность распоряжаться ею. Как мы распорядимся ею? Непослушанием или послушанием?

Иисус не сомневался, что умрет, но и воскреснет. Причина - вера, доверие к Богу. Бог никогда не покинет.

Жизнь дается с трудом (в злом мире греха). За все надо платить. Учение, труд, тренировка. Вечная жизнь - через крест. Так преодолен грех. Путь узкий.

Подчеркнута добровольность. Он - не жертва обстоятельств. Он не потерял жизнь, а отдал ее (нас ради).

Слова Иисуса содержат в себе, на первый взгляд, две взаимоисключающие идеи. С одной стороны, Он говорит о Своей смерти как добровольном подвиге и настаивает на том, что Сам имеет власть отдать жизнь и опять принять ее. С другой, Он получил об этом заповедь от Отца, то есть исполняет Его волю. Разгадка заключается в том, что у Отца и Сына – единая воля. Смерть Сына Божия является одновременно Его послушанием воле Отца и Его собственным подвигом, добровольно совершаемым ради людей. Через эту смерть добрый пастырь превращается в овцу, ведомую на заклание (Ис. 54:7).

Обвинение в том, что Он «одержим бесом и безумствует» в той или иной форме постоянно выдвигались против Иисуса. Как мы видели выше, иудеи неоднократно и настойчиво вопрошали Иисуса: «Не бес ли в Тебе?» (Ин. 7:20); «Не правду ли мы говорим, что Ты Самарянин и что бес в Тебе?» (Ин. 8:48); «Теперь узнали мы, что бес в Тебе» (Ин. 8:52). Иисус на это отвечал: «Во Мне беса нет; но Я чту Отца Моего, а вы бесчестите Меня» (Ин. 8:49).

Аналогичные свидетельства мы имеем из синоптических Евангелий. Согласно Марку, в самом начале общественного служения Иисуса Его родственники решили «взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (Мк. 3:21). В том же Евангелии повествуется, что об Иисусе говорили: «В Нем нечистый дух» (Мк. 3:30).

Все три синоптических Евангелия рассказывают об утверждениях фарисеев, что Иисус «изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского». На это Иисус отвечал: «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит. И если сатана сатану изгоняет, то он разделился сам с собою: как же устоит царство его?» (Мф. 12:24–26;Мк. 3:22–26;Лк. 11:15–18). И приводил в пример своих учеников, которые тоже изгоняли бесов (Мф. 12:27;Лк. 11:19).

Высказав притчу о Себе, как о добром Пастыре, Господь от мысли о пожертвовании Самим Собою ради спасения овец обращается к тому, что составляет величайшее утешение Его при этой жертве — именно к любви к Нему Отца Его Небеснаго за это самопожертвование и к мысли о совершеннейшей свободе сего самопожертвования: потому (сего ради) любит Меня (Мя) Отец и пр. Я. отдаю жизнь Мою (Аз душу Мою полагаю), чтобы опять принять ее (да паки прииму ю) и пр. В этих словах с особенною силою выражает Господь, что Он совершенно добровольно приносит Себя в жертву за спасение мира. Если какой из пастырей стада умирает ради своих овец от волка, то хотя умирает и добровольно, но все-таки — тут в его смерти есть и насилие и безсилие; поэтому Господь относительно собственной искупительной смерти прибавляет: никто не отнимает ея (жизни) у Меня, как всемогущаго (никтоже возьмет ю от Мене). но Я Сам отдаю ее (Аз полагаю ю о Себе) — отдаю по вечному определению Божию, добровольно, из любви (Ин. 14:31). Имею власть (область имам) отдать ее (положить ю) и власть имею опять (паки) принять ее, т. е. Господь по Своей богочеловеческой природе, как безгрешный, не подлежал смерти; значит, в полной Его власти было предать и снова воспринять жизнь. Сию заповедь получил Я (приях) от Опта Моего, т. е. заповедь положить Свою жизнь для спасения мира.

Отвечает часто не только на произносимые языком слова, но и на мысли, находящиеся в глубине души. Будучи истинным Богом, Он обо всем имеет ясное познание. Поэтому, когда безбожные иудеи осмеивали Его слова и Его обещание подвизаться за Своих овец до того, что с полною охотою и добровольно Он готов умереть за них, они принимали за пустословие и считали Его беснующимся, Он считает наконец уже необходимым показать, что они смеются по присущему им невежеству и вместе безмерному нечестию и решаются словами и делами своими порицать то, что Бог и Отец всегда удостаивает великой чести, ибо «любит Меня за это», говорит, что вы по великому неразумию сочли за ничто. В самом деле, разве не наглецы и не исполнены всякого нечестия вы, которые считаете смешным благоугоднейшее Богу? Посредством этих слов отчасти дает им разуметь, что они весьма ненавистны пред Богом. Ведь если Он любит Полагающего душу за овец врученного Ему стада, то совершенно необходимо думать, что считает мерзостным того, кто видит волка идущего и оставляет стадо вторгающемуся и неистовствующему, а сам обращается в бегство, в каковых делах и изобличил получивших начальство над Иудейским народом или двором. Итак, одновременно изобличает их и в богоненавистничестве и нечестии потому, что не ужаснулись подвергать осмеянию то, что весьма достопочтенно у Бога. Впрочем, Христос утверждает, что Он возлюблен Богом и Отцом не за то лишь одно, что полагает душу, но за то, «что полагает, чтобы и взять ее», так как в этом-то особенно и воссияло величие устроенных для нас благ. Ведь если бы умер только, а не воскрес, то что же особенного было бы тогда? Какую Он явился бы принесшим пользу нашей природе, оставшись с нами мертвым, подчиненным вместе с прочими узам смерти и привзошедшему тлению? Но как умер, чтобы и принять (душу), то этим именно и спас целую природу, упразднив державу смерти, и явил нас новою тварью.

Итак, Сын пользуется любовью у Бога и Отца не так, что Он остался бы вне любви, если бы не случилось Домостроительство с нами, ибо всегда и постоянно Он был любим. Разъясним это. Свойства, присущие предметам по природе или по состоянию (приобретению), тогда имеют особенно благоприятное условие для своего обнаружения, когда приходят в действие. Например, огонь имеет в себе природное свойство теплоты, но когда действует на какой-либо горючий материал, тогда особенно и узнаем, какая и сколь великая сила присуща ему. Подобным образом, например, грамматик или усвоивший какую-либо другую науку возбуждает уважение к себе, как полагаю, не тогда, когда молчит, а когда предлагает другим для познания красоту известной ему науки. Так и Божественная и Неизреченная Природа, когда производит что-либо свойственное ей и всегда присущее, тогда-то особенно Она и открывается во всей красоте и пред Собою Самой и является таковой и пред нами. Поэтому и Премудрость говорит в книге Притчей: «Я была (та), которой (или: там, где) Он радовался, ежедневно веселилась я пред лицом Его во всякое время, когда веселился Он, вселенную совершив, и веселился о сынах (или: среди сынов) человеческих» (Притч. 8:30–31). Хотя радость и бесконечное блаженство всегда присущи Богу, ибо ничто не может печалить Имеющего власть над всем, но Он радовался вместе с Своею Премудростию, окончив вселенную. Когда именно видел приведенною в действие силу Своей Премудрости, тогда-то особенно и почитал должным радоваться обильнее. Так поэтому надо разуметь и здесь. Будучи любовью, Бог и Отец, по слову Иоанна (1 Ин. 4:8), не просто благ, но есть само благо, когда видел Своего Сына полагающим за нас (жизнь Свою) из любви к нам и сохраняющим подлинные черты безмерной благости Своей природы, тогда, естественно, и возлюбил, Свою любовь даруя Ему не в качестве какой-либо награды за Его дела для нас, но, как мы сказали, видя в Сыне подлинную Свою сущность и призываясь к этому как бы какими необходимыми и неотвратимыми влечениями.

***

Как у кого из нас, например, при виде в собственном детище подлинных черт своего образа любовь достигает наибольшего напряжения особенно тогда, когда он смотрит (на детище свое), таким же, думаю, образом Бог и Отец, сказано, любит Своего Сына, за нас положившего Свою душу и снова ее принявшего. Ведь дело любви – решиться и на страдания, и притом бесславные, ради спасения других (См. Ин. 15:13), – и не так, чтобы умереть только, но и снова принять положенную душу, дабы умертвить смерть и удалить позор тления. Итак, всегда будучи возлюбленным по природе, Он разумеется вызвавшим любовь к себе и тем, что Своею любовью к нам вызывает Родителя Своего к радости, так как и отсюда Ему был виден совершенно чистый и неподдельно сияющий образ Своей природы.

***

1. (Q) Так как Он знал помышления иудеев как Бог и видел их насмехающимися над тем, что Он говорил, что умрёт за овец (Ин. 10:11), Он этими словами показывает их настолько нечестивыми, что они даже осмеивают то, что весьма любит Бог и Отец, поскольку Он и так видел остающимся чистым и сияющим в воплощённом Сыне Своём образ Своей природы вследствие Его неизменности Последние слова сходны с окончанием шестой книги по изданию Ф.Пьюзи. Ср.:«Итак, всегда будучи возлюбленным по природе, Он разумеется вызвавшим любовь к себе и тем, что Своею любовью к нам вызывает Родителя Своего к радости,так как и отсюда Ему был виден совершенно чистый и неподдельно сияющий образ Своей природы» (Pusey Ph. E. Ор. cit. VoL 1. P. 241; рус. пер.: Кирилл Александрийский, сет. Творения. М., 2002. Кн. 3. С. 363). Но там отсутствует выраженная здесь мысль, что в этих словах можно видеть обличение нечестия иудеев. .

Доселе шестая книга святого Кирилла Замечание составителя катен (Johannes-Kommentare aus der griechischen Kirche. S.XXVI). .

– Потому Меня любит Отец, что Я жизнь Свою отдаю, чтобы снова ее получить – Здесь продолжение мысли ст. 15: взаимное знание Отца и Сына выражается прежде всего во взаимной любви. В древности любовь сына к отцу проявлялась в его послушании воле отца, и отец отвечал любовью на это послушание. Так и здесь: Отец любит Сына, потому что Сын в совершенстве исполняет Его волю. Сын отдает Свою жизнь за овец, потому что так хочет Отец.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 269++

Отец глубочайшим образом вовлечен в мученичество Сына и Его прославление. Потому любит Меня Отец, — говорит Иисус, — что Я отдаю жизнь Мою. Любовь Отца объясняется в этих словах не рождением Сына, но прежде всего жертвенностью Его, тем, что Сын пожелал отдать жизнь Свою. То, о чем говорит Иисус, есть откровение сущности Отца, ослепляющей светом и сиянием.

Это торжественное завершение царства Божия может быть достигнуто только смертью и воскресением добраго Пастыря. Но Он не страшится смерти и, напротив, готов умереть за Своих овец, так как на Нем почиет любовь Отца небеснаго, и Он отдает Себя за овец.

любит Меня Отец. Самопожертвование Сына представляет собой столь прекрасный акт любви и подчинения Божиему замыслу, что оно неизбежно усиливает любовь между Лицами Троицы.

Имею власть отдать... власть имею опять принять ее. Смысловым центром здесь является слово "власть" - у Иисуса Христа есть власть, и эта власть у Него от Отца. Ср. Ин. 19:10, 11.

Так и во вдохновенных предсказаниях древних святых пророков чаемый Мессия представляется Пастырем, пасущим стадо свое (Ис. 40:11), пересматривающим и собирающим овец своих (Иез. 34:12–13), руководящим их в заповедях и уставах Божиих (37, 24). Между этим добрым Пастырем и овцами Его тесное взаимное общение, – отображение того единения, какое находится между Богом отцом и Единородным сыном Его. Аз есмь Пастырь добрый и знаю Моя и знают Мя Моя: якоже знает Мя Отец, и Аз знаю Отца, и душу Мою полагаю за овцы. и взору Богочеловека открывается, как спасительные плоды этого жертвоприношения в течение веков распространятся не на иудеев только, но и на язычников, которые, находясь вне двора овчего, не лишены промышления Его: и ины овцы имам, яже не суть от двора сего, и тыя Ми подобает привести, и глас Мой услышат, и будет едино стадо и един Пастырь. Это единение человеческого рода под главенством вечного Пастыря Христа достигается постепенным обращением в христианство язычников, за которым последует, по пророчеству святого апостола Павла, весь Израиль (Рим. 11:25–26); окончательно же совершится оно тогда, когда настанет исполнение времен, возглавити всяческая о Христе, яже на небесех и яже на земли (Еф. 1:10). Пожертвование жизнью зa спасение мира и, в частности, тех словесных овец, которых отец даде Ему (Ин. 17:6), спаситель представляет, со своей стороны, делом совершеннейшей свободы, – исполнением воли отца своего, которая, вместе с тем, есть Его собственная воля: сего ради Мя Отец любит, яко Аз душу Мою полагаю, да паки прииму ю. Никтоже возмет ю от Mене, но Аз полагаю ю о Себе: область имам положити ю, и область имам паки прияти ю. Сию заповедь приях от Отца Моего.