К Ефесянам послание ап. Павла 4 глава 1 стих

Узы лишь сообщают дополнительные права апостолу Павлу. Находясь под арестом, он по-прежнему руководит Церковью через послания. Поэтому, наставляя своих читателей быть достойными «призвания, которым они были призваны» (4:1), Павел требует исключить из общения всякое превозношение и гордыню, разрушающие их единство. Он просит их жить «...со всяким смиренномудрием и кротостью, терпя друг друга в любви, стараясь сохранять единство Духа в союзе мира» (4:2-3).

С Еф. 4 начинается вторая часть послания. В первых трех главах Павел рассматривал великие и вечные истины христианской веры, а также роль Церкви в домостроительстве Божием. Теперь Павел говорит о том, каким должен быть каждый член Церкви, чтобы она смогла выполнить свою задачу всеобщего и полного воссоединения, небесного и земного, под главою Христом (Еф. 1:9-10), т. е. достижения мира между людьми и примирения людей с Богом.

О христианских добродетелях

Еф. 4:1—3 — Павел умоляет ефесян поступать «достойно звания, в которое вы призваны, со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью, стараясь сохранять единство духа в союзе мира».

Эти стихи сияют, как драгоценные камни, и составляют 5 фундаментальных понятий христианской веры.

1) Смиренномудрие (греч. «тапинофросини» от «тапинос» — «смиренный», «бедный»). Это слово часто употребляется с прилагательными, имеющими значение «рабский», «раболепствующий», «пресмыкающейся». Истинное смиренномудрие приходит к нам, когда мы, например, открыто, беспристрастно обнажаем наши слабости и эгоизм.

2) Кротость («праотис» от «праос» — «кроткий). По Аристотелю, «праотис» - это среднее между двумя крайностями, золотая середина. Кроткий, «праос» — полный хозяин своих страстей и инстинктов.

3) Долготерпение — «макрофимия». В Септуагинте (Мак.) обозначает стойкость римлян, которые никогда не терпели поражения. Они могли проиграть битву, но отнюдь не всю кампанию. Христианское долготерисние не признает поражения от греха. Его не сломит никакое несчаетье, страдание, разочарование или смущение.

Это также терпение в обращении с людьми. По Иоанну Златоусту, это поведение человека, обладающего властью и силой, чтобы отомстить, но сознательно избегающего мести. Это способность без злобы и жалоб выносить оскорбления и клевету.

Павел спрашивает нераскаявшегося грешника: «Или пренебрегаешь богатство... долготерпения Божия?» (Рим. 2:4). Апостол подчеркивает и юлготерпение Христа к нему самому (1 Тим. 1:16). Петр говорит о Божием долготерпени и во дни Ноя (1 Пет. 3:20). Он же говорит: «...долготерпение Господа нашего почитайте спасением» (2 Пет. 3:15).

4) Любовь («агапи»). В греческом языке четыре слова обозначают любовь:

•   эрос — страстная любовь

•   филиа — теплое чувство привязанности, любовь к Родине

•   сторги — семейная любовь, любовь к родственникам

•   агапи - любовь, которая воспринимается как милосердие, непоколебимая доброжелательность, стремление к высшему для ближнего благу. Даже если ближний обижает и оскорбляет нас, «агапи» заставляет всегда сердечно относиться к нему. Это несокрушимая доброжелательность по огношению к тем, кто не вызывает симпатии или даже неприятен нам, кто не любит нас или к кому мы равнодушны. «Агапи» — это свойство не столько чувств, сколько ума и сердца, которое препятствует мести за обиду и всегда содействует высшему благу (спасению) ближнего независимо оттого, каков он сам.

5) Мир. «Единство духа в союзе мира» — это лежит в основе Церкви Христовой.

Это – увещание от учителя к ученикам, это – просьба от узника Господня к живущим на свободе. Св. апостол Павел говорит, чтобы мы вели жизнь, достойную своего звания. Что же называется званием и какое наше звание?

Званием называется то положение, которое дается человеку в общественной деятельности, и сообразно с этой деятельностью предоставляются ему те или иные права. При этом чем выше права, тем выше, труднее предполагаются и обязанности. В чем же состоит наше звание, которым мы должны дорожить?

Первое наше звание, наше достоинство – общечеловеческое. Человек создан по образу Божию, он поставлен Творцом выше всех тварей земных, он назначен быть царем над всем видимым миром. И для такого царственного положения человеку даны соответственные силы: ум и свобода.

Умом человек проникает в высшие области мироздания и благоговеет пред величием Создавшего; опускается вглубь земли – там поражается премудрым устройством вселенной, всемогуществом Творца; озираясь вокруг себя на поверхности земной, человек видит, что все прекрасно, все целесообразно, все на пользу ему, и при этом наблюдении над тварями невольно чувствует свое превосходство. Человеку остается ценить свое достоинство и следить за явлениями мировой жизни, вникать в действующие законы природы и чрез то, между прочим, познавать Законодателя и в любви к Нему находить свое блаженство. Таким образом, разум человека как отблеск высочайшего светозарного Ума составляет особое отличие человека в кругу творений земных. Как же человеку не быть благодарным Творцу? Как бы, казалось, ему не дорожить своими свойствами? Но в жизни бывает не так. При одном свете природного разума, например, ясно, что пьянствовать омерзительно, вредно, безумно; что безбожие есть сумасшествие (Пс. 13:1); что безнравственно и бессмысленно сквернословие. Однако ж люди забывают о своей чести, о своей душе, об ее достоинствах и служат своим страстям, являются послушными рабами греху. А они должны бы стать выше увлечений плоти и обольщений мира.

При уме человеку дана и соответственная свобода, т. е. способность располагать собою, своими духовными силами по своим соображениям. Ему открыто поприще – он может творить и доброе, и злое. Но так как свобода в человеке есть опять отражение Всесовершенного, Всесвободного Существа, по образу Коего человек и создан, то естественно, что самое лучшее проявление свободы в человеке бывает тогда, когда человек уподобляется своему Первообразу, когда он старается жить так, как велит Божий закон, как незаглушенная совесть указывает. Мы чувствуем, что в душе нашей есть желание чего-то лучшего, есть стремление к чему-то бесконечному. А что это означает, как не тоску по небесному житию, как не стремление к Богу – Источнику жизни? И действительно, чрез молитву к Богу и добрые дела человек находит успокоение и удовлетворение своим стремлениям, только такою жизнью он выполняет свое назначение и сохраняет свое достоинство. Как же жалок человек в чести сый, когда он своею дурною, пьяною жизнью приложися скотом бессмысленным и уподобися им (Пс. XXXXVIII:13). Как же странны лукавномудрствующие ныне, которым не хочется считать себя, свою душу отображением Божества, а приятно сохранить и другим проповедовать убеждение, что человек почти ничем не отличается от высшей породы животных. Так-то называющие себя мудрыми обезумели (Рим. 1:22).

Второе наше природное звание – народное. Мы славяне, русские. А каждый исторический народ имеет свои особенные черты, свои оттенки, которыми он отличается от другого и выделяется из семьи общечеловеческой. Отличительные черты русских занесены уже в историю. Это – незлобие, миролюбие, по которому русский скоро забывает нанесенную обиду, как только видит в супостате желание мира и сознание виновности. Потом: русский никогда не думал обходиться без власти и при недостатке ее приглашал ее извне. Припомните просьбу русских язычников к варяжским князьям: «Земля наша велика и обильна, а порядку в ней нет; приходите княжить и владеть нами». Этот пример свидетельствует, что сердцу русского человека издревле присуща любовь к порядку, законности и благоговение пред властью. Проследите и дальнейшую судьбу русского народа, как он предан власти, над ним поставленной; как терпеливо несет свою участь, веруя, что ничего без воли Божией не бывает, что, значит, так Богу угодно. Не этими ли достоинствами он и возвеличился в мире? Не миролюбием ли благоразумным он привлекает к себе честные сердца иноплеменных? Не добротою ли своею он укрощает и уничтожает злобу в других? В частных отношениях наши предки отличались честностью, были верны своему слову, добродушны и приветливы. У них изречение: «да будет мне стыдно, если я не сдержу данного слова» – было ручательством вместо клятвы, и этому заверению оказывали полное уважение. Какие прекрасные стороны русского сердца отмечены в истории! Какое глубокое уважение они приобретают от потомков! Как же нам не дорожить своим народным именем, своею родною честью?! Но так ли у нас теперь жизнь ведется? Так же ли честно? Так же ли миролюбиво и братолюбиво? Дорожат ли у нас и ныне своим словом? И считают ли ныне стыдом нарушить оное? К прискорбию, мы видим, что честность в слове ослабевает. А непамятозлобие так ли процветает у нас, как в древности? Обратитесь к судам и посмотрите, сколько делают судьям хлопот, сколько дорогого времени отнимают у них дела по оскорблению словом? Уж как будто нельзя и простить обидевшему? Как будто бы ты, христианин, любящий судиться, в других случаях так дорожишь своим именем, своею честью, что никогда не унижаешь их? И не постыдно ли, что оскорбление чести на суде удовлетворяется не сознанием только виновности, а лептами виновного? Еще прискорбнее борьба за жизнь или смерть для удовлетворения оскорбленного, слишком раздраженного самолюбия. Ах, братия! Ходите же достойно вашего русского имени и вашей чести. Прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас. Всякое раздражение… гнев… и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас (Еф. 4:32, 31). Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим (Еф. 4:29).

Звание, нами приобретаемое, – это есть звание христианское. Мы называемся чадами Света, сынами Божиими, наследниками Богу, сонаследниками Христу, друзьями Ему. Мы называемся православными, т. е. право и истинно славящими Господа, твердо верующими, и обязываемся верно соблюдать в жизни Христов закон. Какие высокие, досточтимые названия! Какие нам даны вместе с тем широкие права! Как нужно ими дорожить! Сколько нужно нам быть благодарными Богу, удостоившему нас Православия! Существенные черты Православия: истина в учении и любовь к Богу и ближнему. Мы – чада Света. Но светит ли свет наш пред людьми? Усердны ли мы в проповедовании веры нашей заблуждающимся? А святая вера наша усердно изучается блуждающими вне ограды Православия, и на нашу Православную Церковь с надеждою взирают многие честные иноверующие; они в ней видят чистую Христову истину и надежный путь к спасению, все средства к просвещению ума Богопознанием, к укреплению сердца и воли душеполезными правилами. Да не явимся мы, православные, равнодушными к своему вероисповеданию; да будем достойными чадами своей Церкви! Будем поступать, вести жизнь, достойную своего православного звания. А в чем нам следует проявлять свою веру?

Апостол Павел призывает эфесских христиан пребывать в любви. Делает он это по той причине, что нельзя сохранить православную веру, не имея любви. Дело в том, что православная вера очень быстро вырождается без любви. Когда люди не любят друг друга, живут в ненависти и злобе, они не задерживаются надолго в Церкви. Как правило, они организуют расколы, так как все расколы происходят от ненависти. Чем проявляют себя, например, украинские раскольники? Драками, захватами храмов, проклятиями в адрес оппонентов и т. д. И представители РПЦЗ тоже проклинали, ненавидели, злобились. Старообрядцы сейчас плюются при встрече¹. Хорошее проявление любви учеников Христовых, не так ли? Существует твердое правило: если человек ненавидит кого-то, если он заражен злобой, то он обязательно уйдет из Церкви.

«Я, узник в Господе». Святой Павел пишет, что он стал узником ради Христа. Но и в другом смысле он является узником. Он — узник Господа и делает только то, что повелевает делать Господь. Куда Бог ведет Павла, туда он и идет. Он не может ничего делать по своему произволу.

«Умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны». Есть некоторый призыв, которым призваны христиане, и нужно быть достойными этого призыва. Если человека призывают в армию, а он оказывается наркоманом, его из армии выгоняют, потому что он недостоин служить. Христианин призван не к армии, а к Царству Божиему, призван сражаться, чтобы получить это Царство, и он обязан быть достойным призыва. И не просто быть достойным, а, как дословно сказано, должен ходить достойно призыва, направлять к этому все пути своей жизни.

Блаженный Феофилакт Болгарский пишет: «Не следует вам постыждать достоинства вашего недостойными Христа делами»², а святитель Иоанн Златоуст добавляет: «Он совоскресил и спосадил на небесных нас, которые так враждебны Ему и сделали столько зла. Велико это звание и к великому призывает оно! Велико не потому, что Он призвал нас из такого состояния, но потому, что призвал на такие дела и таким образом»³. И у Экумения читаем: «Призвал к тому, чтоб иметь главою Его — Христа, и быть сынами Богу»⁴. И, наконец, блажен-ный Феодорит Кирский наставляет: «Возлюбите же образ жизни, соответственный званию, не поругайте благодеяния беззаконною жизнию»⁵. В самом деле, нельзя быть христианином, если ты поступаешь вопреки Христу. Если Христос есть Бог милосердия и любви, мужества и смиренномудрия, то человек трусливый, немилосердный, жестокий, гневливый, злобный не может, конечно же, угодить Спасителю.

узник в Господе - ср. 3:1.

звание, в которое вы призваны - Вновь (ср. 1:3) Павел употребляет однокоренные слова в разных значениях: Господь призывает людей ко спасению и, если они последуют призыву, дает им новое высокое звание.

Основная идея Послания к Ефесянам состоит в том, что Иисус Христос людям, разделенным враждой с Богом и друг с другом, даровал путь к единству и миру. Этот путь, как благую весть, должна провозглашать миру Церковь Христова. И вот в увещании ефесским христианам апостол Павел говорит о том, каким должен быть каждый христианин, чтобы Церковь могла выполнить задачу примирения человечества. Начинает же он свою проповедь, выразительно используя личное местоимение «Я». Так апостол поступает в тех случаях, когда желает подчеркнуть свою апостольскую власть. Но здесь он говорит о себе не «я, апостол», но «я, узник в Господе». Святой Иоанн Златоуст объясняет своей пастве это выражение как «узник ради Господа», ибо «быть узником ради Христа славнее, чем быть апостолом, учителем и благовестником. Кто любит Христа, тот понимает эти слова». Да, мы знаем, что апостол Павел и жил как исповедник и завершил свою земную жизнь как мученик. Однако выражение «в Господе», – равно как и похожие выражения «в Боге Отце», «в Духе Святом», – означает больше, чем «ради Господа». «Жить в Господе», «трудиться в Господе», «говорить в Господе», «стоять в Господе», «хвалиться в Господе» и просто «быть в Господе» – все эти словосочетания мы находим только у апостола Павла, ни у кого другого из новозаветных авторов. Все они означают тесную таинственную связь с Воскресшим Иисусом Христом. И когда апостол говорит «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20), то это означает то же самое, что «жить во Христе», или «жить в Господе». Тесное единение с Господом Иисусом Христом силою и действием Святого Духа не может разрушить ничто, никакие невзгоды, никакие преследования. Узы апостола – узы Христа. Из апостольских уз звучит властный голос Господа.

Далее мы замечаем, что в небольшом отрывке несколько раз упоминается Божественное «призвание». Бог зовет людей из их греховной удаленности от Него в Его Царство света и святости, из их враждебной разделенности к единству, скрепленному узами любви и мира. В призыве Бога становится действенным наше изначальное предназначение к спасению, то есть к оправданию и славе Царствия. Ибо «кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил» (Рим. 8:30). Призванием Божиим мы «призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего» (1 Кор. 1:9). Бог призывает людей к получению того обетованного наследия, которое составляет самое глубинное и самое желанное содержание человеческой надежды (стих 4). Но Бог ожидает от человека отклика на Его призыв, соответствующего поведения, которое достойно Его призвания.

Все апостолы в своих посланиях христианам молили их жить достойно своего христианского звания и быть сообразными Христу. Молю вас ходить достойно звания, в которое вы призваны (Еф. 4:1). Во всей своей жизни и деяниях преподобные старались подражать Христу в святой простоте, в непрестанной молитве, кротости, смирении, незлобии, воздержании, нестяжании, терпении, совершенной преданности Богу, повиновении властям, в трудах непрестанных, в служении ближним. Их жизнь на земле была жизнь ангельская, небесная. Живя на земле телом, они жили сердцами на небе, созерцая непрестанно духовными очами недомыслимую красоту Лица Господня, Его бесконечную благость, беспредельное величие, премудрость, присносущие, всемогущество, блаженство. Ничего на земле не предпочитали они Богу, ни к чему они не привязывались сердцем, имея в сердце одно неоцененное Сокровище – Бога. Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек (Пс. 72:25–26), говорили они с Давидом.

Практическое учение Еф. обнимает отрывок 4:1–6:20. Первые шестнадцать стихов (4:1–16) имеют значение вводное: они представляют собою переход от учения догматического к учению практическому. Ап. Павел призывает своих читателей к поведению, достойному их призвания (ст. 1), – того призвания, о котором он уже говорил в 1:18. Их поведение должно быть проникнуто смирением и любовью, выражающими, в союзе мира, единство, созидаемое действованием Духа (ст. 2–3). Это единство есть единство Церкви. Основания единства ап. Павел перечисляет в стт. 4–6. Повторяя в немногих словах мысли первой, догматической, части послания (ср. еще новое основание единства в едином Крещении, ст. 5), ап. Павел исповедует, как и в заключении молитвы 3: 14–21, свою веру в Триединого Бога. Единство Церкви есть единство всеобъемлющее. Церковь есть Тело Христово (ср. и здесь ст. 4), но Христос, Нисшедший и Восшедший, наполняет Своим присутствием все (стт. 8–10). Мысль Апостола остается неизменною при всяком понимании нисхождения, которое, бесспорно, относится к сошествию Христову во ад только тогда, когда нисходил (ст. 9) прежде. Вездеприсутствие Прославленного Господа в Теле Церкви надо понимать и в прямом, и в переносном смысле слова. Для верующих оно получает выражение во множественности благодатных даров, с которыми связана и множественность служений (стт. 7–11, ср. Рим. 12:4–8; 1 Кор. 12:4–30). Проистекая из единого источника, эта множественность не нарушает единства Церкви. Напротив, носители различных служений призваны идти к одной цели: созиданию Тела Христова (ст. 12), которое осуществляется в любви (ср. стт. 15–16) и достигается в единстве веры и познания Сына Божия. Церковь, хотя и Тело Христово, состоит из людей и, как таковая, представляет собою живой, развивающийся организм. Предельная цель этого развития и есть полная зрелость совершенного возраста во Христе (ст. 13, ср. ст. 16). К достижению этой цели, по существу эсхатологической, и ведет практическое делание христианина.

II. Нравоучительная часть послания

А) Общие основания христианской жизни

1) Правила для всех верующих вообще.

Еф. 4:2–3. Апостол заповедует им: смиренномудрие, кротость, долготерпение, любви исполненную снисходительность друг к другу и единство духа в союзе мира. Далее следуют основания для сего, именно.

а) Еф. 4:4–6. Так как христиане, имея одну надежду спасения, одну веру, одного Бога Отца и одного Господа–Спасителя, составляют одно тело. «Едино тело, един дух, якоже и звании бысте» и проч.

б) Еф. 4:7–10. И так как каждому из верующих, как отдельному члену в организме, для общего и стройного его возрастания, дается особая благодать или дар от умершего, воскресшего и прославенного Христа. «Посему и сказано: восшед на высоту, пленил плен и дал дары человекам» и проч.

Нравоучительная часть находится в соответствии с вероучительною. Там Апостол учил о возглавлении всего во Христе Иисусе, а здесь он поучает, жить в уединении духа и жизни, сообразной с призванием, для чего прежде всего должны быть развиваемы те нравственные свойства, которые содействуют единению, как-то: смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисхождение, любовь. Как узник, Апостол умоляет Ефесян жить по-христиански, а как Апостол, он напоминает ходить достойно звания своего. «О чем молю? Не о своем, а о вашем, о том, чтобы вы ходили достойно звания, ибо вы призваны к тому, чтобы соседеть Христу, соцарствовать Ему. Не следует вам постыжать достоинства вашего недостойными Христа делами» (Феофилакт). «Возлюбите же образ жизни, соответственный званию, не поругайте благодеяния беззаконною жизнию» (Феодорит). «Этот достойный звания образ жизни есть здесь любовное всех взаимообщение и взаимосодействие». «Как в гордости преимущественно выражается эгоизм, разделяющий и отособляющий, так напротив в смирении больше всего выражается самоотвержение, условливающее взаимообщение. Вот почему на первом месте ставит Апостол смиренномудрие». «На втором месте ставит Апостол кротость, как первый плод смирения... На третьем месте ставит Апостол долготерпение, или великодушие. Дается сей дар за подвиг над собой, который в другом месте св. Павел выражает так: не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12:21). Опыты препобеждения зла добром дают непобедимость злом. Терпеть друг друга – будто безучастное отношение к другим; но Апостол устраняет это и велит терпеть любовию, как мать терпит все, ухаживая за ребенком» (Преосвящ. Феофан). «На все есть терпение только там, где есть любовь. Все легко для людей, связанных между собою узами любви». «Апостол хочет всех нас соединить узами любви. Он хочет, чтобы мы были связаны не одним миром, но чтобы у всех нас была одна душа. Это –прекрасные узы: они соединяют нас и между собою и с Богом. Эти узы не обременяют и не стесняют связанных ими рук, напротив, дают им большую свободу, открывают им большее пространство для деятельности и делают узников веселее свободных. Этого союза не может нарушить ни небо, ни земля, ни смерть, ни что другое; он выше и сильнее всего» (Златоуст).

Апостол увещает нас не гордиться, не гневаться и не малодушествовать, ибо всё сие не достойно христианского звания. А звание сие столь высоко и дивно, что трудно человеку сохранить себя от гордости, нелегко и стоять выше малодушия в опасностях и при потерях.

В противовес трем нездоровым состояниям Апостол выставляет три здоровых состояния:

против гордости — смирение,

против гневливости — кротость,

против малодушия — долготерпение.

Некто скажет, что три сии добродетели: смирение, кротость и долготерпение — не отражают в совершенной мере высоту христианского звания. Но ничто в мире сем не отражает во всей полноте эту высоту. Драгоценность и богатство сего звания невозможно и увидеть здесь, на земле; сие звание сродни закрытой шкатулке, которую человек носит по этому свету, а открывает ее и вынимает из нее сокровища уже на том свете.

Высоту христианского звания способен был бы оценить лишь тот, кто мог бы вознестись до величайших высот и лицезреть Владыку Христа во славе, вкупе с Ангелами и всеми святыми. Там — победоносное собрание всех людей, благоугодивших Богу на земле и удостоившихся сей высокой и достославной почести.

Господи Иисусе Христе, Боже наш, Твое имя нам дороже всякого другого имени. Тебе слава и похвала вовеки. Аминь.

Изобразив выше, что даровал ефесянам Бог, апостол теперь, в нравоучительной части своего послания, говорит о том, чем должны христиане отблагодарить Бога за Его чудные дары и благословения. Христиански-святая жизнь есть, по апостолу, необходимый плод уверовавшаго во Христа и осененнаго благодатию сердца и потому апостол, которому его узы за Христа дают особый авторитет, увещает ефесян поступать достойно того состояния, к которому они призваны. А как высоко их призвание, состояние—ефесяне могут видеть из того, что апостол сказал выше: они прежде сложения мира были предназначены к усыновлению Богу, по обращении ко Христу, запечатлены Духом Святым как законные наследники небесных благ, из гостей и пришельцев сделались настоящими гражданами и членами семьи в доме Божием. Чтобы не потерять этих преимуществ, они должны проводить святую жизнь. В чем же состоит эта святость жизни? Во-первых христиане должны всегда держать в памяти и сердце, что всеми своими преимуществами они обязаны Единому Богу (смиренномудрие) и не превозноситься над другими; во-вторых они должны быть кроткими в отношении к другим, служить другим. Даже еще более,— они должны быть долготерпеливы в отношении к разнаго рода оскорблениям и, наконец, не просто снисходить друг к другу, но снисходить с любовию, без которой снисхождение перестает быть истинно-христианским. Нельзя не заметить, что апостол соединяет между собою добродетели смирения и кротости, терпения и снисхождения. Делает он это потому, что эти добродетели, действительно, имеют между собою внутреннюю связь, ибо кротость без смирения была бы ложью. Но что такое смирение и кротость без терпения, без постоянства? Могут-ли они в таком случае иметь особенно-важные результаты? Не испортит-ли одно проявление нетерпеливости труд долгих годов? Наконец человек, привыкший терпеливо переносить оскорбления, начинает оказывать на деле снисхождение к чужим нуждам и слабостям (терпяще—άνεχόμενοι. Утвердившись в этих добродетелях, христиане получают силу соблюдать единодушие: последнее мыслимо только при вышеназванных добродетелях, которыя связывают прочный союз (συνδέσμω собственно-узлом) мира, сдерживающаго и стягивающаго к одному центру разныя составныя части Церкви.

Нравоучительная часть Послания находится в соответствии с вероучительной. В вероучительной части Апостол изложил учение о единстве Церкви и возглавлении всего во Христе, а здесь в нравоучении он поучает верующих быть в единении духа и жизни, в соответствии с христианским званием. Христианское звание побуждает поступать «со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг Другу, стараясь сохранять единство духа в союзе мира» (Еф. 4:2–3). Среди добродетелей Апостол поставил на первом месте смиренномудрие, потому что им искореняется гордость, эгоизм, разделяющие общество. Затем указана кротость как первый плод смирения. На третьем месте указано долготерпение как самый надежный якорь среди испытаний. Венчает все любовь. Где любовь, там и все остальные добродетели.

Первый стих — о достойном звания хождении можно принять как заглавие и общее начало для всего нравоучения, в смысле: ходить достойно христианского звания. Какое нравственное правило ни возьми, оно будет подходить под это начало и из него исходить. Но, судя по ходу речи, Апостол имел в мысли определенный образ хождения, достойного звания, именно: любовное всех взаимообщение. Ибо он только что выяснил, как все соединены в Господе и стали едино — в Нем и о Нем. Теперь говорит: к этому призваны вы; ходите же достойно сего, то есть пребудьте в любовном взаимообщении. Святой Златоуст, приступая к толкованию сего стиха, взывает: «И опять у нас глава Христос», то есть опять Апостол наводит нас на ту же мысль о возглавлении и объединении всех во Христе, чтоб тем расположить к взаимному единению всех между собою.

Термины, коими обставил Апостол этот урок о достойном звания хождении — молю, узник о Господе, в неже звани бысте, — все направлены к тому, чтобы оживить, привесть в движение и напряжение это расположение.

Молю. Мог бы он и заповедать, мог бы Апостольскою властию налагать обязательства, но он молит, — смирением вызывая покорность заповеди о смирении и одолжением себе считая их достодолжное хождение. И все знают, как такая речь мягкими, но тем не менее крепкими узами привязывает к достодолжному (Феофилакт).

Юзник. Как прилично помянул и здесь святой Павел о своем узничестве, приступая к изложению заповеди о любовном взаимообщении. Ибо узы святого Павла были плодом уз любви, — любви к Господу, к Его учению и ко всем верующим. И любовное взаимообщение налагает узы и требует самопожертвования. Напоминанием о своих он сильно располагал к этим (Экумений). Слово об узах любви из уст содержимого в узах, любви ради, могло ли остаться без действия? Феодорит блаженный и пишет: «Упоминания об узах достаточно к тому, чтобы и страждущих крайним бесчувствием возбудить к добродетели».

Прозревая эту мысль Апостола, святой Златоуст и для всех выводит отсюда урок о нравственных узах любви, говоря: «А мы не хотим связать самих себя?! Я советую принять узничество не Павлово, — так как теперь не такое время, — но есть другие узы (любви): свяжи свой ум. Есть и еще узы (казни); и кто не возложит на себя нравственного узничества, тот испытает последние, ибо слушай, что говорит Христос: свяжите ему руце и нозе (Мф. 22:13). Чтобы не подвергнуться этому узничеству, возложим на себя те узы».

Узник о Господе, то есть за Господа, за дело Его и учение. То, что я говорил и еще скажу, не таково, чтоб от того можно было отступать при виде опасности; но хотя бы предстояло подъять тысячи смертей, отступать от того нельзя. Об этом говорят вам узы мои о Господе. Потому слово мое — неотложный для вас закон. Хотите быть с Господом и вы?! — Непременно исполните то, что вам пишу. «Устыдитесь уз моих» (Феофилакт). «Хорошо быть узником, но не просто, а ради Христа, потому он и сказал: юзник о Господе, то есть ради Христа; только такие узы имеют столь великое значение!» (святой Златоуст).

Как любил святой Павел Господа Иисуса Христа! Непрестанно имя Его сладчайшее у него на языке. Разверните его послания и только глазами просмотрите страницы, — увидите, что они испещрены именем Господа. И особенно это в послании к Ефесянам. — Не ему ли подражая, любители Господа так навыкают призывать имя Господа, что оно непрестанно повторяется их языком и сердцем, как ручеек журчит.

Иначе и нельзя, ибо у нас все от Господа. Но у Апостола в настоящем случае та особенность, что он и в узах с Господом, — и узы свои ради Господа выставляет, как победное знамя, как царственное отличие. Феодорит пишет: «Достойно удивления в блаженном Павле и то, что узами за Христа величается он более, нежели царь диадемою». Святой Златоуст картину узничества Павлова представляет, как самый приятный предмет для созерцания: «Узы Павловы, отвлекая нас от настоящего предмета речи, привлекают к себе, и я не в силах противиться сему влечению. Святой Павел радовался узам, отдавался в оковы и с узниками был отводим под стражу. Велика сила Павловых уз! Вместо всех зрелищ довольно одного этого — видеть Павла связанным и ведомым из темницы. Что может быть выше удовольствия видеть его в узах и сидящим в темнице? Как оценить мне это удовольствие? Не видите ли вы царей и консулов, несомых на колесницах, убранных в золото, и их телохранителей, также имеющих на себе все золотое: золотые копья, золотые щиты, золотом убранную одежду, в золотых попонах коней? Но сколько первое зрелище приятнее последнего! Я бы желал лучше однажды взглянуть на Павла, с узниками выходящего из темницы, нежели тысячи раз видеть этих людей в сопровождении их копьеносцев. Сколько Ангелов, думаете вы, предшествовало, когда таким образом выводили его? — Если Елисея окружало воинство Ангельское (4 Цар. 6:17), то что сказать о Павле? Пророк Давид говорит: ополчится Ангел Господень окрест боящихся Его (Пс. 33:8), и еще: на руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою (Пс. 90:12). Но что я говорю об Ангелах? Сам Господь был с ним, когда он выходил (из темницы). — Он Сам дал обетование: Аз с вами есмь (Мф. 28:20); и, явившись Павлу, сказал ему: не бойся... зане Аз есмь с тобою (Деян. 18:9-10). — Так дивные угодники Божий и всегда исполнены великой благодати, а особенно тогда, когда подвергаются опасности за Христа, когда делаются узниками за Него! Как на воина, верного долгу своему, приятно смотреть и во всякое время, а особенно когда он стоит и сражается подле самого царя, так представляй себе и Павла, которого можно было видеть учащим и в узах».

Достойно ходити звания, в не же звани бысте. «О чем молю? — Не о своем, а о вашем, — о том, чтобы вы ходили достойно звания, ибо вы призваны к великому, к тому, чтобы соседеть Христу, соцарствовать Ему. Не следует вам гюстыждать достоинства вашего недостойными Христа делами» (Феофилакт). «Он совоскресил и спосадил на небесных нас, которые так враждебны Ему и сделали столько зла. Велико это звание и к великому призывает оно! Велико не потому, что Он призвал нас из такого состояния, но потому, что призвал на такие дела и таким образом» (святой Златоуст). «Призвал к тому, чтоб иметь главою Его — Христа, и быть сынами Богу» (Экумений). «Возлюбите же образ жизни, соответственный званию, не поругайте благодеяния беззаконною жизнию» (Феодорит).

Этот достойный звания образ жизни есть здесь, как уже замечено, любовное всех взаимообщение и взаимосодействие. Это видно из того, что, начав объяснять, как ходить достойно звания, он свел все на то, чтобы тщиться блюсти единение духа в союзе мира. Да и из самого звания то же выходит. Все, и земное, и небесное, возглавлено во Христе; верою вы введены в этот общий всех союз; живите же в любовном общении. Положив это начало, далее объясняет Апостол, как можно достигнуть того, чтоб ходить таким образом. Естество наше любообщительно, по сотворению. Но пришел грех и охладил его. Леденящая его сила есть эгоизм, источник разделения и особности. Убитие эгоизма есть возвращение к теплоте любообщения. Почему Господь первый шаг в последовании Ему определил самоотвержением: да отвержется себя, кто хочет по Мне идти, говорит Он. Апостол не выставляет этого главного, но перечисляет добрые расположения, противоположные эгоистическим стремлениям, и их кладет в основу любовного взаимообщения.

«Молю... вас», все православные люди: тщитеся «достойно ходити звания, в неже звани бысте» (Еф. 4:1), т. е. святого звания христиан; ходите в страсе Божием, в мире и любви друг ко другу, в послушании к Святой Соборной и Апостольской Церкви, коей «непослушный» судом самого Иисуса Христа осуждается «яко... язычник и мытарь» (Мф. 18:17).  Христиане! Тщитесь быти воистину Христовы, прилепляйтесь ко Христу всем сердцем чрез последование учению и житию, открытому в Евангелии, и чрез усердное приобщение Божественных таинств, которые Он оставил Церкви своей. Православные! Тщитесь воистину быти правы в вере и праведны в житии. «Елицы правилом сим жительствуют, мир на них и милость» (Гал. 6:16). Сам Господь мира да даст вам мир всегда во всяком образе: мир душам вашим – чрез очищение совести и прощение грехов, мир сообществам вашим – чрез взаимное любление, вспомоществование и терпение, мир упражнениям и трудам вашим – чрез благословение свыше и благопоспешество во всем добром и полезном. Господь со всеми вами! Аминь.