Бытие 2 глава 8 стих

Книга 8 От слов 8 стиха 2 главы Бытия: И насади Бог рай во едеме, и проч., до слов 17 ст.: От древа же, еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него, и проч. Глава I. Pай, насажденный во едеме, надобно понимать в собственном и иносказательном смысле. 1. И насади Бог рай во едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда. – Мне не безызвестно, что о рае говорилось многими и многое, но существует относительно этого предмета три, так сказать, общих мнения. Одно из них принадлежит тем, которые рай хотят понимать только в телесном смысле, другое – тем, которые разумеют его исключительно в духовном значении; третье – тем, которые принимают рай в том и другом смысле – иногда телесном, а иногда духовном. Чтобы быть кратким, признаюсь, что мне представляется лучшим последнее мнение. В смысле этого мнения я, насколько удостоит меня Господь, и намерен теперь говорить о рае, полагая, что человек, созданный из персти земной (что без сомнения, означает человеческое тело), был помещен в раю телесном, – что как сам Адам, хотя он и знаменует собою нечто другое, согласно со словами Апостола, назвавшего его образом будущего (Рим. 5:14), был однако человеком, который был видим в своей собственной природе, который жил известное число лет и, оставив многочисленное потомство, умер точно так же, как умирают и остальные люди, хотя и не был, как другие, рожден от родителей, а был сотворен из земли, как это и должно быть первоначально: так и рай, в котором поместил его Бог, был не что иное, как известная местность, т. е. страна, где мог бы обитать земной человек. 2. В самом деле, повествование в сих книгах ведется в форме речи о предметах не иносказательных, как в Песни Песней, а совершенно исторических, как в книгах Царств и других подобных книгах. А так как здесь рассказывается о таких вещах, которые вполне известны из опыта человеческой жизни, то не трудно, а напротив весьма легко принимать их сначала в буквальном смысле, чтобы потом выводить из них и то, что могут они знаменовать в будущем. Но так как, c другой стороны, здесь же говорится и о том, чего наблюдающие обычный ход природы не встречают, то некоторые хотели бы принимать рассказ об этом не в буквальном, а иносказательном cмыcлe, и историю, т. е. повествование о предметах исторических, начинать c того пункта, когда Адам и Ева, изгнанные из рая, вступили в соитие и начали рождать. Как будто для нас обычное дело, что они столько лет прожили, или что Энох взят на небо, или что престарелая и бесплодная стала рождающею, и проч. т. под.! 3. Но, говорят, иное дело – повествование о чудесных событиях, иное – о тварях обыкновенных: там самая эта необычность указывает на то, что есть способы существования вещей – одни, так сказать, естественные, а другие чудесные, называемые чрезвычайными; здесь же имеется в виду обыкновенный порядок природ. На это надобно ответить так, что ведь и необычные события необычны потому, что они первые. В самом деле, что в составе мировых вещей может быть в такой степени беспримерным и не имеющим для себя аналогии, как не сам мир? А разве можно думать, что Бог не сотворил мира, потому что Он не творит больше миров, или не сотворил солнца, потому что не творит больше солнц? Так надобно ответить и тем, которых беспокоят вопросы не только о рае, но и о самом человеке: раз они верят, что человек был создан так, как никто уже другой, почему же не хотят верить, что рай сотворен так, как происходят на их глазах леса? 4. Само собою понятно, что это говорю я для тех, которые признают авторитет Писаний, ибо некоторые и из наших хотят понимать рай не в буквальном, а иносказательном значении. Что же касается тех, которые совершенно враждебны Писаниям, то с ними мы вели речь в иное время и иначе; хотя и в настоящем своем произведении мы, насколько можно, намерены защищать буквальное значение рая в тех видах, чтобы эти люди, по причине умственной извращенности или тупости отказывающиеся верить подобным предметам, не находили основания к убеждению других в ложности их. Впрочем, я удивляюсь и тем из наших, которые верят божественным Писаниям и не хотят принимать рай в буквальном, т. е. как прекраснейшее место, покрытое плодоносными деревами и орошаемое великим источником, на том основании, что ни одно де человеческое землеводство не покрывается, по сокровенному действию Божию, столькою и такою зеленью, – удивляюсь, каким образом верят они и в самого человека, сотворенного так, как они того никогда не видали. А если и он должен быть понимаем иносказательно, кто же в таком случае родил Каина и Сима? Или, может быть, и они существовали только иносказательно, а не были людьми, рожденными от людей?. Пусть подобные возражения продолжат они до того пункта, до которого можно простирать их, и пусть вместе с нами попытаются все повествование принять сначала в буквальном значении. Ибо кто же станет им мешать, если потом они будут понимать повествуемое еще и в иносказательном смысле, в значении ли духовных природ и действий, или будущих предметов. Само собою понятно, что если называемое здесь телесно как не разуметь скорее все за сказанное в иносказательном смысле, нежели нечестиво порицать священное Писание? Если же все это, понимаемое и телесно, не только не затрудняет, а, напротив, подкрепляет повествование божественного слова, то, думаю, никто не будет настолько упорен, что, видя все это как изъясняемое по правилу веры в собственном смысле, предпочтет оставаться при прежнем мнении, буде раньше ему казалось, что оно может быть понимаемо только в иносказательном значении. Глава II. Почему книгу Бытия изъяснял против манихеев иносказательно. 5. Я и сам, вскоре по своем обращении, написал две книги против манихеев, которые не только заблуждаются, принимая эти ветхозаветные книги не так, как должно, но богохульствуют, совсем их не принимая и отвращаясь, – написал в желании поскорей или опровергнуть их болтовню, или возбудить внимание к исканию в сих, ими презираемых, Писаниях христианской и евангельской веры. И так как в то время мне не представлялось, как все в них может быть принимаемо в собственном смысле, а скорее казалось, что оно в таком смысле не может, или едва либо с трудом может быть принимаемо, то я без отлагательства, с возможною краткостью и ясностью, изъяснил в иносказательном смысле то, чего не мог принять в буквальном значении, в опасении, что напуганные пространностью ли изложения, или темнотою исследования, они, пожалуй, не захотят и в руки взять мое произведение. Впрочем, не забывая, чего я особенно желал, но не мог сделать, именно – понимать все сначала в буквальном, а не иносказательном смысле, и, не отчаиваясь окончательно, что оно может быть принимаемо и в таком смысле, я в первой части второй книги выразил эту мысль следующим образом: "Само собою понятно, – говорил я, – что всякий, кто хочет все сказанное принимать в буквальном значении, т. е. так, как звучит буква, и при этом может избежать богохульства и говорить все согласно с кафолическою верою, не только не должен возбуждать наше неблаговоление, а должен считаться нами за славного и заслуживающего особенной похвалы толкователя. Если же не представляется никакой возможности благочестивым и достойным Бога образом понимать иначе, нежели как сказанное иносказательно и в загадках, то, следуя авторитету Апостолов, которые разрешают столь многие загадки в ветхозаветных книгах, мы будем держаться способа, который себе наметили, при помощи Того, Кто заповедует нам просить, искать и толкать (Мф. 7:7), изъясняя все эти образы вещей согласно с кафолическою верою, как относящиеся или к истории, или к пророчеству, но при этом не предрешая лучшего и более достойного толкования с нашей ли стороны, или со стороны тех, кому Господь открыть удостоит". Так я писал тогда. В настоящее время Господь благоизволил, чтобы, всмотревшись в дело более тщательно, я не напрасно, насколько мне думается, был того мнения, чтО могу и я написанное изъяснить в собственном, а не иносказательном слововыражении; в таком смысле мы и ведем исследование как о том, что хотели показать выше, так и том, что следует дальше о рае. Глава III. Объясняются 8 и 9 стихи 2 гл. Бытия. 6. Итак, насади Бог рай сладости (ибо это самое и означает во едеме) на востоцех и введе тамо человека, егоже созда. Так написано потому, что так оно и было. Затем бытописатель останавливается на этом предмете снова, желая показать, как именно произошло то, о чем он сказал кратко, т. е. как именно Бог насадил рай и ввел сюда человека, которого создал. Ибо свою речь он так продолжает: И прозябе Бог еще от земли всякое древо красное в видение и доброе в снедь.
* * * Некоторые вещи рассказываются так, словно следуют порядку времени или последовательности событий, поскольку повествование скрыто соотносится с более ранними событиями, о которых не говорится. Если не извлечь отсюда правила, можно ошибиться. Так, в Книге Бытия сказано: И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал. И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи. Создается впечатление, что это случилось после того, как Бог создал человека и поместил его в рай, потому что после краткого упоминания обоих событий (что Бог насадил рай и что поместил там человека, которого создал) повествование возвращается назад, подводя итог, и сообщает о том, что было опущено, то есть о том, как был насажен рай. Для этого Бог произрастил из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи.

Рай таков, что его смог увидеть, будучи вознесен при жизни, один только Павел да, может быть, кто-нибудь подобный Павлу (См. 2 Кор. 12:2-5). Но Павел хотя и не мог вспомнить, видел ли он рай в теле или вне тела, тем не мене слышал слова, запретившие ему рассказывать об увиденном. Как же мы тогда можем называть «раем» место, которого не в силах увидеть, а если бы и увидели, не имели бы права поведать об этом другим людям? И если Павел, будучи вознесен, оробел от величия того, что открылось ему, сколь более устрашающим должно оказаться для нас то, что опасно даже лицезреть! Так что этот рай мы не должны считать чем-то ничтожным, а потому не станем выпытывать у Павла его тайну.

Во время молитв мы все смотрим на восток, но не многие знают, что при сем ищем древнего отечества, рая, который насадил Господь Бог в Едеме на востоке.

Соответственно превосходству человека пред прочими земными тварями, и жилище для него назначается превос­ходное. Это было не дикое какое-нибудь пустынное или лесное место, подобное местам, назначенным для обитания бессловесных животных, а рай, или, по-нашему, сад, место, наполненное отборными и с некоторым изяществом рас­пределенными растениями, снабженное всеми удобствами для жизни покойной и счастливой, и обнесенное оградой, т. е. какими-либо естественными преградами. Слово «рай» у 70 толковников обозначено словом παραδεισοζ (увеселитель­ный обширный парк), которое, впрочем, встречается и в Еврейских книгах (Еккл. 2:5; Песн. 4:13), куда вошло из Зендского языка со времен Соломонова царствования, славного процветанием торговых сношений Ев­реев с отдаленными народами. Сад этот находился в стране Едемской, самое имя кото­рой (на евр. языке значит веселие) указывает на превосход­ство ее пред соседними странами. На всем протяжении своем страна эта была прекрасна, но венец красоты ее был тот уголок, который находился на восточной ее стороне, – рай. Сам Господь насадил его, т. е. в день сотворения растительного царства с особенною любовию и тщатель­ностию устроил и украсил место, приготовленное Им в жилище человеку. Но не столько внешние удобства состав­ляли преимущество этого жилища, сколько то, что рай был местом богоявлений. Бытописатель уже о падших праро­дителях свидетельствует: «и услышаста глас Господа Бога, ходяща в раи по полудни. Адам говорит Богу: глас слышах Тебе, ходяща в раи» (Быт. 3:8, 10). Адам и жена его издалека узнают глас Бога, ходящего в раю, как глас, уже прежде слышанный и известный из прежних богоявлений. В сем отношении райская жизнь, по выражению св. Григория Богослова, (Твор. св. отц. IV, 244) была жизнию небесною, хотя рай был на земле.

...Посему и рай он имел своим обиталищем, особо насажденный также Самим Богом, и получает возможность созерцания Бога и личной беседы с Ним.

В сердцах наших от рождения заложена глубокая печаль. Печаль неутоляемая из тленных источников земных радостей, ибо жаждет она вод струящихся из чистейших родников, струящихся от алтаря нетленного мира-рая сладости. При чтении этих сладчайших слов возникает первый вопрос. - Рай, насажденный на Востоке, был ли чисто духовным символом, или в нем было нечто постигаемое чувством? Некоторые придерживаются первого мнения и сейчас (например, еп. Василий (Родзянко) и прот. Александр Мень), но это толкование было уже отвергнуто Церковью вместе с другими ересями Оригена, как об этом свидетельствует преп. Иоанн Дамаскин (см. 125 ересь в книге "Источник знаний"). Этот же великий отец Церкви учит нас: "Подобно тому как человек сотворен был состоящим из чувственной вместе и из духовной природ, так и священнейший его храм был чувственным вместе и духовным и имевшим двоякий вид; ибо телом пребывая, как мы рассакзывали, в месте божественнейшем и прекрасном, душею же он жил в высшем и более прекрасном месте, жившего в нем Бога имея своим жилищем и Его также своим славным покровом, и будучи облечен Его благодатию, и наслаждаясь одним только сладчайшим плодом: созерцанием Его. " Где же находится это прекраснейшее место куда стремится душа наша? Прот. Стефан Ляшевский считал, что рай ныне под водою озера около Персидского залива. Некоторые ищут его в Армении и даже в Израиле. Но не так учат святые Отцы. Боговидец Моисей указывает, что он находится на Востоке. И где бы не находился христианин, рай всегда будет на восток от него, поэтому на эту сторону света ориентированны наши храмы. Это прекраснейшее место находится "выше всей земли". "Духовным оком воззрел я на рай. - Поет святой Ефрем Сирин. - Вершины всех гор низки пред его высотою. Едва пяты его касались высокие волны потопа; благоговейно лобызали стопы его, и возвращались назад, подавить и попрать вершины гор и высот... Далек от взоров рай, недосязаем для ока; поэтому, можно отважится изобразить его разве только в сравнениях. В светлом венце, какой видим около луны, представляй себе рай; и он также окружает и объемлет собою и море и сушу. Но неудержимы уста мои, не насыщаются сладостью рая ; представим и другие его подобия. Моисей сделал венец на величественном жертвеннике (Исх. 27:3); золотым венцем увенчал он жертвенник. Таков и рай-этот прекрасный венец, увенчивающий собою Вселенную" Итак рай высытся над нами в бездне небес, но он все же земной. Св. ап. Павел отличает его от неба, где обитают ангелы и Сам Бог. "Знаю человека во Христе - вещает он - который назад тому четырнадцать лет, - в теле ли - не знаю, вне тела - не знаю: Бог знает, - восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке, - только не знаю - в теле, или вне тела: Бог знает, - что он был восхищен в рай и слышал неизрещенные слова, которых человеку нельзя пересказать". (2 Кор. 12:2-3). Из этих слов во первых, видно, что небо и рай отличаются между собою (как это ясно и из видения св. Андрея юродивого), и это рай находится на высотах, куда человек может ныне попасть лишь будучи восхищен Богом. Поэтому искать его земными способами бессмысленно. Для нас он ныне невидим, и это не удивительно для людей XX века, от которых только и слышишь разговоры о иных измерениях. Можно заметить, что рай невидим не потому что он призрачен, а потому, что чрезмерно наполнен реальностью, так, что наш мир по сравнению с ним кажется бледной тенью или туманом.

Говоря о славном создании человека, Моисей обращается к повествованию о рае и о введении в него человека, и говорит: И насади Господь Бог рай во Едеме в начале, и введе тамо человека, егоже созда. Едем есть место рая. Сказано же: в начале, потому что Бог насадил рай в третий день... (см. Быт. 2:9)

Изобразив сотворение видимого нами мiра, Боговдохновенный Бытописатель говорит: И насади Господь Бог рай (paradeison — вертоград, сад) во Едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда (Быт. 2:8). Согласно этому повествованию Бытописателя и Сам Господь возвестил, что Царство, или страна вечного блаженства, уготовано для человеков от сложения мiра (Мф. 25:34). Рай находится на востоке; таково положение его по отношению к земле. Это указание, по-видимому, довольно неопределенно и недостаточно; но оно недостаточно только для тех, которые желают измерять и объяснять все единственно по отношению к себе, к кругу действия своих чувств и к видимому мiру. В громадном мiроздании не только мы, но и обитаемая нами земля — величины, весьма малозначительные. Пространства, доступные нашему измерению и кажущиеся нам огромными, не определяют для нас размеров мiра, только объясняют неизмеримость их: за этими, известными нам, пространствами, лежат другие пространства — разумеется — большие первых Очевидно, что при атмосферных наблюдениях человек-наблюдатель служит центром наблюдений, а центр наблюдений всего человечества — земля. Область наблюдений всего человечества имеет вид шара. Пространства, чем ближе к центру, тем более стесняются и умаляются, а чем более удаляются от него, тем более расширяются и увеличиваются, а за теми пространствами — пространства новые, еще большие. Измерение и исследование их для нас невозможно, как измерение и исследование непостижимо и невыразимо великого, соединенного с идеею о бесконечном. Указание Писанием места для рая на востоке вполне достаточно для нашей ограниченности. Престанем опираться на слабый разум наш — этот хрупкий жезл; приступим с верою к учению Божественного Откровения: вера усваивает человеку познания, вполне превысшие его силы постижения. Рай находится на востоке и по указанию Священного Писания, и по указанию Святого Церковного Предания. Святой Иоанн Дамаскин говорит: Царства земная, пойте Богу, воспойте Господеви, восшедшему на небо небесе на востоки (Пс. 67:33, 34); еще же в Писании сказано: насади Бог Рай во Едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда (Быт. 2:8), а когда человек преступил заповедь, изгна его, и всели прямо Рая сладости (Быт. 3:23, 24), т. е. на западе. Посему, желая возвратиться в прежнее отечество и устремляя к нему взоры, мы покланяемся Богу на восток… Восходя на небо, Господь возносился к востоку, и на восток Апостолы поклонились Ему; и придет Он с востока точно так же, как они видели Его восходящим на небо (Деян. 1:11), о чем Сам Господь сказал: Якоже молния исходит от восток, и является до запад, тако будет и пришествие Сына Человеческого (Мф. 24:27). Итак, ожидая Его пришествия, мы кланяемся на восток. Это предание Апостолов неписанное: ибо «они многое предали нам и без писания». Святой Иоанн Дамаскин говорит, что по той же причине, т.е. потому, что Рай находится на востоке, Скиния Моисеева имела завесу и очистилище к востоку, что колено Иудово, из среды которого долженствовал произойти по плоти Господь наш и которое имело поэтому предпочтение пред другими коленами, располагалось станом на восток во время путешествия Израильтян по пустыне в землю обетованную; в знаменитом храме Соломоновом врата Господни находились на востоке; распятый Господь взирал к западу от востока, и мы, устремляя к Нему взоры, кланяемся на восток. Новозаветные православные храмы строятся алтарем к востоку; при совершении молитвословий вне храмов, всегда обращаемся к востоку; усопших наших погребаем, обращая их лицом к востоку — прямо Рая сладости, в надежде воскресения, в надежде возвращения в Рай. Преподобный Симеон Дивногорец и некоторые другие Угодники Божии, удостоившиеся восхищения в Рай, обрели его на востоке. Святой Бытописатель изображает Рай обширнейшим садом, преисполненным всякого рода плодовитыми и прекрасными для вида древами, взятыми с земли, между которыми, как особенно примечательные, именуются древо жизни посреди Рая и древо различения добра от зла. Из Едема выходит река, напаяющая Рай, и оттуда разделяется на четыре начала. Такое описание Рая, имена протоков райской реки, исчисление стран, по которым идут эти протоки, подали повод некоторым заключить, что Рай находится на земле. Но протоки реки райской, нося название известных земных рек, имеют одно общее начало, прежде составляют одну реку, потом разделяются на четыре протока; этих условий не выполняют тождеименные им земные реки, отстоя одна от другой истоками своими весьма далеко. Не на земле находится Рай, хотя и имеет с землею ближайшее отношение и сходство. Самое устроение Рая названо не сотворением, а насаждением, заимствованным с земли (Быт. 2:8, 9), так как с земли взяты были и жители для него. Причиною мысли, что Рай находится на земле, было, без сомнения, прежде господствовавшее понятие о веществе, когда веществом называлось одно грубое, осязательное вещество и когда еще не могли догадаться, что вещество может иметь степень тонкости, превысшую постижения человеческого; прежде утонченное вещество смешивали с духами и называли его духом, или же во всем невидимом, неподверженном и весьма мало подверженном нашим чувствам искали уже бесконечной тонкости, что одинаково погрешительно. Не на земле Рай Определение места на земле для земного рая поставляет защитников этого мнения в такое затруднение, что они принуждены прибегать к другой ложной мысли, именно, что земной рай уничтожен всемiрным потопом. Dictionnaire Theologique par Bergier, Paradis: Рай на небе. Апостол Павел, восхищенный на небо, восходивший до третьяго неба, поведал о себе, что он был восхищен в Рай, и слыша там неизреченны глаголы (2 Кор. 12:2, 4). Аминь глаголю тебе. — сказал распятый Спаситель сораспятому с Ним Разбойнику, исповедавшему Его Господом, — днесь со Мною будеши в Раи (Лк. 23:43). Очевидно, что Разбойник душою помещен в Рай; тело его, по пребитии голений, снято со креста и предано земле. Помещение души Разбойника в Рай объясняет как свойство души (что она тонкое тело), так и свойство райской природы, состоящей из тонкого вещества, соответствующего жителям своим — сотворенным духам. Сверх того, этим объясняется состояние тела Адама до его падения: в святом теле своем Адам был способен обитать в одном жилище с сотворенными духами, как будут обитать с ними на небе святые человеки в телах своих по воскресении. «Небо, — говорит святой Иоанн Дамаскин, — есть объем тварей видимых и невидимых. В нем заключаются и им ограничиваются умные силы Ангелов и все чувственное. Одно только Божество беспредельно». Святой Андрей был восхищен подобно святому Апостолу Павлу до третьего неба; на первом небе от земли, по видению сего святого, помещен Рай. Согласно с этим поведают и другие святые, заимствуя поведание свое из Божественных откровений и видений, которых они сподоблялись. Научаемые Священным Писанием и Святыми Отцами, мы признаем Рай — это место непорочного наслаждения, в которое помещен был Адам, в котором ныне помещаются многие души праведных человеков, в котором будут помещены многие Угодники Божии с телами своими по воскресении, — соответствующим и сообразным по природе своей своим жителям. Рай веществен, но вещество его тонко, как тонки души, как было тонко тело Адама до облечения его в кожаные ризы, как будут тонки воскресшие тела праведников по образу прославленного тела Господа нашего Иисуса Христа. «Рай, — говорит блаженный Феофилакт Болгарский, — есть село духовного покоя». Рай, по сказанию сего Учителя Церкви, был чувственный; Адам видел его, плоды дерев райских употреблял в пищу; веселился там духовно. В этот Рай, древнее достояние и отечество человека, возведен Разбойник, исповедавший на кресте Господа. Святой Макарий Великий говорит: «Премирный и горний Иерусалим, идеже Рай» (Беседа XXV, гл. 7). Земля служит некоторым подобием Рая. Священное Писание сравнило плодороднейшую долину Содомскую, до ее запустения, орошенную водами Иордана, с Божиим Раем (Быт. 13:10). Если, до времени проклятия своего, земля была совсем иною, нежели какою теперь видим ее в ее состоянии нестроения и обречения на сожжение, то как превосходен должен быть Рай, далеко превосходивший землю обилием красот своих и обилием благодати своей. Таким видел Рай Святой Андрей! Он поведал о реке райской, о райских плодах и цветах, о райских птицах и чудном пении их, о райских виноградниках и древах; о сих последних присовокупил он, что их нельзя сравнить ни с каким земным древом, потому что, говорил он, Божия рука, а не человеческая, насадила их. Это должно разуметь и о всех предметах, составляющих утонченную и изящную природу Рая. Угодник Божий передавал о себе, что он ходил по Раю, с удивлением созерцая красоты его, и от созерцания красот его, от обильного влияния благодати, которою преисполнен Рай, приходил в несказанный восторг, в сладостнейшее иступление. Очень понятное состояние! Красоты земли приводят в восторг созерцателя, когда он чистым оком ума начинает усматривать в них необъятную силу и премудрость Творца, — тем более чудные красоты Рая должны привлекать человека всецело к созерцанию, к видению Бога в делах Его, и от такого видения исполнять видящего духовным нетленным наслаждением. Все поведания святых о Рае согласны между собою. Преподобный Григорий Синайский говорит, что Рай есть низшее небо, что он состоит из садов, насажденных Богом, что древа этих садов постоянно покрыты цветами и плодами, что посреди Рая течет река, напояющая его и разделяющаяся на четыре начала. Преподобный Иоасаф, царь, потом апостол, наконец инок Индии, сподобился видеть Рай. Однажды, после продолжительной молитвы, сопровождаемой многими слезами, он погрузился в тонкий сон. Во сие он увидел, что некоторые грозные мужи восхитили его и, проведши по странам, которых он никогда не видал, привели на обширнейшее поле, усеянное прекраснейшими цветами и чрезвычайно приятное. Там были всех родов произрастения, изобиловавшие какими-то необыкновенными и удивительными плодами, и особенно красивыми для вида, и особенно приятными для вкуса. Листья деревьев, движимые нежнейшим ветром, издавали шум, и, колеблясь, испускали неизъяснимое благоухание. Там были седалища, устроенные из золота и драгоценнейших камней, блиставшие обильным светом. Там были светлые одры, украшенные чудными покрывалами и пышностию, превышающею всякое слово. Там протекали чистейшие воды, увеселявшие самый взор. После сего преподобный Иоасаф введен был в небесный град, горний Иерусалим, и видел красоту и славу его. Упоенный небесным утешением, Преподобный не хотел возвратиться на землю; но руководившие его мужи сказали, что пребывание в этих светлых местах доставляется многими трудами и потами. Они вывели его оттуда и показали ему страшные места вечных мук; после сего он тотчас пришел в себя.

Вместо «рая» в еврейском тексте стоит «сад», то есть gan (גַּן). Далее, eden(עֵ֖דֶן) означает «наслаждение». Вместо этого Симмах перевёл «цветущий рай». Также то, что следует далее («на востоке»), в еврейском тексте записано как mecedem (מִקֶּ֑דֶם). Акила поставил вместо этого ἀπὸ ἀρχῆϛ, а я бы сказал «от начала». Но у Симмаха – ἐν πρώτηϛ, у Феодотиона – ἐν πρώτοιϛ, что также означает не восток, а начало. Отсюда яснейшим образом доказывается, что ещё до того, как Бог сотворил небо и землю, Он устроил рай, как и написано в еврейском тексте: «Насадил Господь Бог рай в Едеме от начала».

Бог вознамерился и по образу, и по подобию Своему сотворить человека как из видимой, так и из невидимой природы как некоего царя и начальника всей земли и того, что есть на ней. И прежде поставил для него как бы царский дворец, живя в котором он имел бы блаженную и вполне счастливую жизнь — Божественный рай, насажденный руками Бога в Едеме, хранилище веселия и всякой радости. Ибо слово «Едем» переводится как «наслаждение». Находясь на востоке – выше всей земли, благорастворенный и освещаемый тончайшим и чистейшим воздухом, красуясь вечно цветущими растениями, насыщенный благовониями, наполненный светом, превышающий мысль о всякой чувственной прелести и красоте, он является истинно Божественным местом и жилищем, достойным того, кто создан по образу Божию; в нем не пребывало ни одно из бессловесных существ, а только человек – создание Божественных рук ¹.

"И насадил", говорит, "Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал". Показав уже Свое человеколюбие и дав бытие тому, для которого создал все видимое, Господь всего тотчас начинает изливать на него Свои благодеяния. "И насадил Бог", говорит, "рай в Едеме на востоке". Смотри и здесь, возлюбленный, что если не станем понимать слова (Писания) богоприлично, то неизбежно низринемся в глубокую пропасть. Что сказали бы и о настоящем изречении те, которые все, что ни говорится о Боге, дерзают понимать по-человечески? "И насадил", говорит, "Бог рай". Что же, скажи мне, не понадобились ли ему и заступ, и земледелие, и другая работа, чтобы украсить рай? Да не будет. И здесь опять слово: "насадил" должно понимать так, что (Бог) повелел быть на земле раю, чтобы в нем жить созданному человеку. А что точно для него Бог создал рай, об этом послушай, как говорит само Писание: и "насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал". Для этого блаженный Моисей записал и имя этого места, чтобы любящие пустословить не могли обольщать простых слушателей и говорить, что рай был не на земле, а на небе, и бредить подобными мифологиями. Если уже и при такой тщательности (в словах) божественного Писания, некоторые из надмевающихся своим красноречием и внешней мудростью не отказались говорить вопреки Писанию, что рай не на земле, и, вводя многое другое стали мудрствовать не как написано, но идти другой дорогой, и сказанное о земле относить к небу, то до чего бы они не дошли, если бы блаженный Моисей руководимый Святым Духом, не употребил такого снисхождения в словах, хотя Святое Писание, когда хочет научить нас чему-либо такому, само себя изъясняет и не дает слушателю заблуждаться. Но так как многие слушают предлагаемое не для того, чтобы получить пользу от божественного Писания, но ради удовольствия, то поэтому они устремляются не к тем, которые могут доставить пользу, а к тем, которые могут нравиться. Поэтому молю, заградим слух свой от всех таких (лжеучителей), и последуем правилу Святого Писания. И как услышишь, возлюбленный, что "насадил Бог рай в Едеме на востоке", то слово: "насадил" понимай о Боге богоприлично, то есть, что Он повелел; а касательно последующих слов веруй, что рай точно был сотворен и на том самом месте, где назначило Писание. Не верить содержащемуся в божественном Писании, но вводить другое из своего ума, это, думаю, подвергает великой опасности отваживающихся на такое дело. "И поместил там человека, которого создал". Смотри, какую честь тотчас же оказывает Бог человеку! Создав вне рая, тотчас его вводит, чтобы самым делом дать ему почувствовать Свое благодеяние; чтобы на деле видно было, какую ему оказывает Он честь, ввел его в рай: "и поместил там человека, которого создал". И слово: "поместил" опять будем разуметь так, как бы сказано было: повелел человеку жить там, чтобы и взгляд (на рай) и пребывание в нем доставляли ему великое удовольствие и возбуждали его к чувству благодарности, при мысли, сколько он облагодетельствован, хотя сам еще не сделал ничего. Пусть не изумляет тебя это слово: "поместил", так как Писание имеет всегда обычай, ради нас и нашей пользы, употреблять человеческие выражения. И чтобы тебе увериться в этом, смотри, как и прежде касательно сотворения звезд оно употребило то же самое выражение: "и поставил их Бог на тверди небесной" (Быт. 1:17), не для того, чтобы мы думали, будто они водружены на небе (ведь каждая из них совершает свое течение, переходя с места на место), но чтобы показать, что Бог повелел им быть на небе, как и человеку жить в раю.
*** «И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке». Что такое Едем? Едем значит: сладость (роскошь). Можно бы сказать: насадил рай в роскоши, т.е. в роскош­ном, прекрасном месте. Потому под конец и говорится: «и изрине Адама, и всели его прямо рая сладости» (Быт. 3:24). «И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке». Почему рай не в другой стране, а на востоке? Откуда начало течения светил, оттуда и начало жизни людей. Бог предзнаменует будущее. На востоке в раю поселяет Он человека для того, чтобы показать, что как восходящие светила текут на запад, и заходят, так и человеку должно по образу светил идти от жизни к смерти, погрузиться в смерть и достичь опять иного востока в вос­кресении мертвых. Адам устремился к западу, погрузился в гроб; за ним последовали и дела земли и спогреблись с умершим. Пришел Христос и дал восстание умершему. По­тому пророк и говорит о Нем: «се муж, восток имя ему, и под ним возсияет» (Зах. 6:12), т.е. из мертвых. В Адаме человек умер, во Христе восстал. «Как в Адаме все умирают, — свиде­тельствует Павел, — так во Христе все оживут» (1 Кор. 15:22).

Церковь, являющая собой образ рая, заключает внутри своих стен смоковницы; и та из них, которая не приносит доброго плода, исторгается и бросается в огонь.

Затем удостоил его рая сладости и даровал ему власть над всем, что на земле, поставил его начальником над плавающими и летающими, подчинил ему стада диких зверей, даже и породы ядовитых животных вместе с другими подчинил ему. А чтобы человек имел страх, Он повелел ему повиноваться естественным законам. Итак, человек был отображением высочайшей славы и образом боголепной власти на земле.

Местоположение Эдема. Основываясь на близости Тигра и Евфрата и на шумерской легенде о таинственной стране *Дильмун, многие ученые полагают, что Эдем располагался в северной оконечности Персидского залива. Дильмун отождествляют с островом Бахрейн. Замечание о том, что Эдем находился «на востоке», указывает только самое общее направление на регион Месопотамии, что довольно типично для древнейших преданий. Это обстоятельство, а также направление течения рек (Фисон и Тихон пока не идентифицированы), склонили мнение некоторых ученых в сторону Армении, к местности, расположенной близ истоков Тигра и Евфрата. Однако описание хорошо орошаемого сада, в котором жизнь била ключом, не требуя человеческих усилий, подходит скорее для плодородной местности у берегов Персидского залива, которая в настоящее время, вероятно, ушла под воду. «Рай в Едеме». Слово «Эдем» относится к хорошо орошаемому месту, ассоциирующемуся с великолепным садом. Слово, переведенное как «сад», обычно используется для обозначения фруктовых садов или парков, а не огородов.

Что означает, согласно анагогическому толкованию, рай, насажденный на востоке? Я считаю, что рай означает сердце человека¹, насажденное на востоке познания Бога². Посреди этого сердца Бог насадил дерево жизни и дерево познания добра и зла (Быт. 2:9). Древо жизни понимается как логос умопостигаемого, а древо познания добра и зла — как логос чувственного³. Ведь в нем и есть познание добра и зла: для тех, кто, созерцая красоту творений, помышляет о Творце и от творений восходит к их Причине, — это познание добра, а для тех, кто останавливается на чувстве, обольщается наружностью чувственного и все вожделение души обращает к материи, — это познание зла. Если же кто-нибудь в недоумении возразит: «Как рай может означать сердце одного человека, если знание об одном и том же иногда становится благом, а иногда злом?» — ему следует ответить так: уже было сказано, что мир умственный и мир чувственный — это два дерева, а человек причастен к обоим, ибо состоит из души и тела. Поэтому, когда высшая сила души склоняется к чувственному познанию и к телу, то здесь-то душа вкушает с дерева и получает опыт познания добра и зла: добра — когда тело испытывает природное удовольствие от вкушения чувственного, а зла — когда душа управляема худшим началом, истощающим естественные силы.

2, 8 «И насади Господь Бог рай во Едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда» Говоря о Рае, где обитал Адам до грехопадения, мы подходим к предмету тонкому и таинственному, который в то же время является необходимым ключом к пониманию всего христианского учения. Этот Рай, как мы увидим, не просто то, что существовало до грехопадения; он есть также (в несколько отличной форме) цель всей нашей земной жизни – блаженное состояние, в которое вернуться мы подвизаемся и которым мы будем наслаждаться вполне (если окажемся в числе спасенных) с концом этого падшего мира. Поэтому наше знание Рая, в каком-то смысле, полнее, нежели знание Шестоднева; но в то же время он имеет таинственную природу, которая делает очень трудным сказать о нем нечто «точное». Давайте посмотрим, что говорят о нем св. Отцы. Свят. Амвросий в первой главе своего трактата о Рае напоминает, что нам следует быть весьма осторожными при обсуждении «места» Рая и его природы: «Дойдя до этого предмета, я, кажется, одержим необычным рвением в моем изыскании разъяснить явления, касающиеся Рая, его места и его природы тем, кто жаждет сего знания. Это все тем более замечательно, коль скоро Апостол не знал, был ли он в теле или кроме тела, хотя и говорит, что «восхищена бывша таковаго до третияго небесе» (2 Кор. 12, 2). И снова он говорит: «вем такова человека, аще в теле, или кроме тела, не вем: Бог весть, яко восхищен бысть в рай, и слыша неизреченны глаголы, ихже не леть есть человеку глаголати» (2 Кор. 12, 3-4)... Если Рай, в таком случае, такого естества, что единственно Павел, или кто-то подобный Павлу, едва мог видеть его, будучи живым, и тем не менее не способен был вспомнить, видел ли он его в теле или кроме тела, и более того, слыша слова, которые ему было запрещено открывать – если это правда, как для нас будет возможно обнаружить местонахождение Рая, видеть который мы не способны и, даже если бы мы успели в зрении его, нам было бы запрещено делиться этими сведениями с другими? И еще, коль скоро Павел уклонился от самовозношения по причине величественности откровения, насколько больше обязаны мы подвизаться, чтобы не слишком стремиться раскрывать то, что приводит к опасности по причине самого этого откровения! Рассуждать о Рае не должно, таким образом, легко» (пер. с англ. Paradise, ch. 1, pp. 287-288). Тем не менее, несмотря на такие трудности, есть определенные вещи, которые, как истолкованные св. Отцами, мы знать можем. Прежде всего, это не просто духовное явление, которое может быть теперь созерцаемо в видении, как его зрел Апостол Павел (пространнее об этом ниже); это также часть земной истории. Писание и св. Отцы учат, что вначале, до грехопадения человека, Рай был прямо здесь, на земле. Свят. Амвросий пишет: «Заметь, что Бог поместил человека (в Раю), не в отношении образа Божия, но в отношении тела человека. Бестелесный не существует в каком-либо месте. Он поместил человека в Рай, точно так же, как Он поместил солнце в небесах» (Paradise, ch. 1, р. 289). Так же учит свят. Иоанн Златоуст: «Для того блаженный Моисей записал и имя этого места (Едем), чтобы любящие пустословить не могли обольщать простых слушателей и говорить, что Рай был не на земле, а на небе, и бредить подобными мифологиями... И как услышишь.., что «насади Господь Бог рай во Едеме на востоцех», то слово: «насади» понимай о Боге богоприлично, то есть, что Он повелел; а касательно последующих слов веруй, что Рай точно был сотворен и на том самом месте, где назначило Писание... И слово «введе» будем разуметь так, как бы сказано было: повелел человеку жить там, чтобы и взгляд (на Рай) и пребывание в нем доставляли ему великое удовольствие и возбуждали его к чувству благодарности» (Беседы на книгу Бытия, XIII, 3-4, сс. 105-6).

Тогда уже, как иной царь, или князь, или богач, владеющий какою-либо местностию, не всю ее определяет на одно что-нибудь, а разделяет на многие части, и одну определяет под посевы, на другой разводит виноградники, а иную оставляет невозделанною, чтоб заросла травою и давала пастбище; самую же лучшую и красивейшую часть избирает для построения палат своих, при которых разводит цветники и сады, и другое многое придумывает и устрояет, что может доставлять удовольствие; и палаты свои и все помещения в них устрояет наилучшим образом, чтоб они отличались от жилищ других людей; все это огораживает стеною с воротами и запорами, при которых ставит стражей, чтоб не пропускали злых людей и давали вход только людям добрым, знаемым и друзьям; так и Бог подобное сему устроил для первозданного. Ибо после того создал все другое, сотворил и человека, и почил в день седьмый от всех дел, которые начал творить, - насадил рай во Едеме на востоцех, как царское жилище, и ввел в него человека, которого создал, как царя. Но почему Бог не устроил рая в седьмой день, а насадил его на востоцех уже после того, как кончил всякое другое творение? Потому, что Он, как проведец всяческих, все творение устроил в порядке и благочинном последовании; и семь дней определил, да будут во образ веков, имевших пройти впоследствии, во времени, а рай насадил после тех семи дней, да будет во образ будущего века. Почему же Дух Святой не поставил в счет восьмого дня вместе с семью? Потому, что несообразно было ставить в счет и его вместе с семью, которые, круговращаясь, производят столько и столько недель, годов и веков; но надлежало восьмой день поставить вне семи, так как он не имеет круговращения. Смотри еще, - Божественное Писание не говорит, что Бог создал рай, ни того, чтоб Он сказал: да будет, но - что насадил его. И насади Бог рай во Едеме на востоцех...

И насадил Господь Бог рай в Едеме Сотворив первого человека, Бог не оставляет его на произвол судьбы, а промышляет о нем; это прежде всего и выражается в том, что Он водворяет его в особо приготовленном, лучшем пункте земли, «в саду Едемском» (gan Eden по-еврейски), или в «раю сладости» по греческому и славянскому текстам. Такая разница произошла от того, что LXX еврейское слово Eden, означающее собственное имя страны, приняли за созвучное с ним нарицательное, которое и перевели словом «удовольствие или сладость». Равным образом и еврейское слово gan , что значит место, огороженное решеткой, оттуда «сад» (Втор. 11:10; Ис. 51:3; Иер. 31:12), LXX заменили греческим словом παράδεισος, взятым в свою очередь из персидского языка и означающим земляной или каменный вал, окружающий место прогулки, оттуда и самое это место, т. е. «сад или парк». В других местах Библии рай называется «садом Божиим» (Быт. 13:10; Иез. 28:13; Иез. 31:8), или «садом Едема» (Быт. 2:15, Быт. 3:23–24; Иоил. 2:3), или же, наконец, – просто «Едем» (Иез. 31:16 и др.). на востоке, Некоторые из библейских переводов это географическое указание заменяют хронологическим, переводя еврейский термин миккедем (miqqedem) словом «в начале» (Вульгата, Акита, Симмах, Феодотион). Но греческий, сирийский и оба наших перевода правильнее передают – «на востоке», ибо и в других местах Библии данный термин обычно обозначает собою место, а не время (Быт. 3:24, Быт. 4:16). Страна Едем, которую, по указанию других священных книг (Ис. 37:12; Иез. 27:23), должно искать вблизи Месопотамии в бассейне Тигра и Евфрата, действительно лежала на востоке от Палестины, место, в котором жил и действовал автор Пятикнижия, где он записал и это божественное откровение о рае. и поместил там человека, которого создал. Следовательно, первый человек был сотворен вне рая, куда он был введен лишь впоследствии.

Вопрос 25. Для чего Бог насадил рай, когда имел вскоре изгнать из него Адама за грех? Во-первых, Владыка Бог не осуждает по предведению; потому, и предвидя преступление Адама, сообщил ему блага. Притом Ему было угодно, чтобы Адам познал Божии дары, и вследствие этого, когда утратил их, возненавидел грех, лишивший его стольких благ. А сверх того праведный подвигоположник признал должным, подвижникам добродетели предложить победные награды. Поэтому и о Царствии сказал: «приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мiра» (Мф. 25:34). Вопрос 26. Иные говорят, что рай был на небе Поскольку Божественное Писание говорит: «прозябе Бог еще от земля всякое древо красное в видение и доброе в снедь» (Быт. 2:9), то очень смело, оставив учение Духа, следовать своим собственным умозаключениям.

По создании человека, Бог избрал ему в восточных странах местопребывание, прекрасно светом, сияющее чистейшим воздухом, богатое разнообразными растениями, и в нем поставил человека. К Автолику, 2

Для пребывания дарован был Адаму сад, или, по обыкновенному на нашем языке названию, рай, גן, παραδείσου. У евреев сие имя значит просто сад (Еккл. 2:5), а в Новом Завете показывает иногда блаженное состояние на небесах (Лк. 23:42, 2 Кор. 12:2–4, Откр. 2:7). Посему не только на земле, даже в целом мире не осталось почти места, где бы любопытство не искало и легковерие не находило рая. Но вместо того чтобы скитаться по распутиям человеческих Мнений, лучше остановиться в сем исследовании на ясных только указаниях Слова Божия и с покорностью признать власть Херувима, постановленного охранять путь к древу жизни. По сказанию Моисееву, рай должно искать на земле, ибо в нем находятся древа, произращенные Богом из земли (Быт. 2:9), звери и птицы, созданные из земли (Быт. 2:19), реки, частью известные (Быт. 2:14). Не вся земля была раем, но рай был как бы столицею ее, ибо Адам после падения изгнан из рая возделывать землю (Быт. 3:23). Нельзя утверждать, что следы рая совершенно изглажены потопом или другим образом, ибо подробности, в которые входит Моисей о его местоположении, показывают противное. Он полагает рай в Едеме, стране, которой, по указанию других книг священных (Ис. 37:12, Иез. 27:23), с вероятностью можно искать около Месопотамии, Сирии или Армении, на востоке в отношении к стране, в которой он пишет, или к земле обетованной, которую имеет в мыслях. * * * Впрочем, где бы, по разногласию догадок, ни полагали рай, в сем разногласии не должно винить священного писателя, который дал своему повествованию всевозможную ясность, но время, которое изменяет не только произвольные наименования вещей, но и естественное состояние земли. То, что еще говорит Моисей о происхождении рая, о его принадлежностях и о введении в него человека, должно разуметь сообразно с первоначальным понятием о естестве рая. Насаждение рая приписывается Богу в таком разуме, что устроение оного не было случайным и простым следствием образования земли, но действием особенного намерения Божия. <...> В своем местопребывании. Для пребывания первого Адама Бог собственною, так сказать, рукою насадил сад в Едеме, на востоке; подобно сему для уготовления места, где надлежало явиться Второму Адаму, рукою высокою виноград из Египта перенесен и насажден (Пс. 79:9). * * * Кажется, что человек сотворен вне рая и потом введен в него или ангелом, или непосредственным внушением от Бога. Таковое вступление в оный давало ему чувствовать, что он не есть естественный владыка своего блаженного жилища, но пресельник, введенный в него благодатью и долженствующий чрез него прейти к славе.