1-ое послание к Коринфянам ап. Павла 1 глава 16 стих

Апостол объясняет, в чем собственно состояли коринфские разноречия. «Я разумею то, что у вас говорят: “я Павлов”; “я Аполлосов”; “я Кифин”; “а я Христов”. Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» Конечно, нет. Все Апостолы проповедуют одного и того же Христа, умершего за всех людей, а сами по себе, вне обшения с Ним - ничто. Апостол благодарит Бога, что не подал никакого повода к разделениям, ибо сам никого (почти) не крестил, чтобы никто не мог сказать что он крещен во имя Павла.

(Интересно, что Ап. Павел называет себя отцом. 1 Кор. 4:15 - «...я родил вас во Христе Иисусе благовествованием», что опровергает тезис сектантов о том, что никто не может называть себя отцом.)

Св. апостол крестил еще дом, семью, Стефана добродетельного, оказывавшего радушие православным христианам (1 Кор. 16:15). Крестил ли я еще кого в Коринфе? Не знаю, говорит св. апостол.

Стефанов дом - домочадцев Стефана (ср. РБО), посещавшего Павла во время написания 1 Кор и, возможно, проживавшего в Коринфе (16:17).

Люди, крещенные Павлом, были особыми новообращенными. Самым первым новообращенным, по–видимому, был Стефан (1 Кор. 16:15).

***

– С облегчением Апостол пишет, что лично он крестил всего лишь несколько человек в Коринфе, так что никто не может утверждать, будто он крещён во имя Павла. Ведь речь идёт не о вере в Павла или Петра, а о вере во Христа Распятого и Воскресшего! В Коринфе опасно сместился центр тяжести: человеческие посредники в вере слишком переоценивались, а само дело веры отодвинулось на задний план.

 Поводом к этим словам послужили распри между Коринфянами, в силу которых одни называли себя Павловыми, другие Аполлосовыми, иные Христовыми: Ст. 12—13. Апостол Павел крестил: Криспа, Гаия, Стефанов дом: ст. 14—16; следовательно, он не отвергает воднаго крещения, установленнаго Самим Господом: Ин. 3:5; 1, 33; Мк. 16:16.

На разделения, обозначавшиеся в Коринфской Церкви, ап. Павел отвечает своим благовестием о Христе (глл. 1 и 2). И, прежде всего, раздорам среди Коринфян, он противополагает Самого Христа, как единое начало спасения (1:13–16). 

If someone else endured the cross for us, let us count ourselves as his. And if by chance we have been baptized into someone else’s name, let that person possess us and let us register him as our Savior and Redeemer. But if “Christ died for our sins” and we have been buried with him alone “by baptism into death,” then let him possess those whom he purchased, since we have been saved by and through him who gave his own life for us.

It is common knowledge that he has been sent to proclaim Jesus to the Gentiles, yet we maintain that it is also the task of an apostle to perform some baptisms, if he so chooses, at times when there is a need. But so that he does not manifestly spend the time required for proclamation on other pursuits, he proclaims the gospel instead, wisely leaving it to all who have been ordained to the episcopacy throughout the regions to do this at their leisure. He devotes himself to the ministry of the word and presents the mystery of Christ with exquisite attention to detail. However, just as the divinely inspired Stephen performed the unavoidable task of mystagogy even though he was appointed to wait on tables, so also the divinely inspired Paul performed the task of baptism at certain times even though he was assigned the duty of proclaiming the mystery of Christ. He had the authority for both, and no one would prevent him if he chose to do this. 94

Потом Апостол ставит на вид, как неосновательны Коринфские разноречия (1 Кор. 1:13–16). «Разве разделился Христос? Разве Павел распялся за вас? Или имя Павла вы крестились?» (1 Кор. 1:13).

Первым вопросом Апостол хотел поставить на вид Коринфянам ту неосновательность, что если разные их учители проповедуют не разных Христов, а напротив, один и тот же Христос есть предмет их общей проповеди; то крайне неразумно становиться под главою одного учителя предпочтительно пред другим. Остальными же вопросами Апостол прямо ставит на вид очевидную нелепость заключающейся в них мысли, которую однако же можно было усвоять Коринфянам за них разделения, яко бы их учители суть и их избавители.

Обличив вышеприведенными вопросами Коринфян, Апостол Павел выражает радостное благодарение Богу за себя, что не подал им никакого повода к разделениям, ибо сам «никакого (почти) из них не крестил» (1 Кор. 1:14), «дабы не сказал кто, – поясняет Апостол, – что я крестил в мое имя» (1 Кор. 1:15); т. е. легко бы могло случиться, что смешивая служителей таинства крещения с тем, во чье имя оно совершается, иные вообразили бы, что Апостолы крестили в свое имя.

Переходя к себе и подобным лицам, Апостол возвещает, что не дает никакого повода к разделению и то обстоятельство, кем совершено крещение того, или другого лица, потому что в деле вступления в Христианство, с человеческой точки зрения, труднейшее дело не крещение, а благовестие, подготовление к нему. Таким образом Ап. Павел, воссылая Богу благодарение за то, что крестил не многих, не только не унижает этим крещения (и совершителей его), но даже возвышает, а вместе с тем устраняет и всякую возможность находить в нем самом повод к разделениям, так как разделение по крестителям в Христианстве по-видимому может представляться имеющим большее значение, нежели разделение по достоинству учителей, так ценившихся греками, искавшими мудрости в выражении ее словом, которое нередко подавляло мысль и внутреннее содержание (чего, конечно, не могло быть в Христианстве, сила коего не в слове, а в деле спасения).

Дом Стефана, который крестил сам святой Павел, был начатком Ахайи, то есть лица этого дома первыми из ахайцев обратились ко Христу и посвятили себя на служение святым, чтобы содействовать развитию проповеди Евангелия и трудиться вместе с трудящимися в этом деле (см. 1 Кор. 10:15-17). Кроме помянутых лиц, святой Павел никого не крестил. Он послан был не крестить, а благовествовать.

Стефанов дом. Первые лица, обращенные Павлом в Коринфе. Стефан был в числе тех, кто доставил Павлу в Ефес известие от коринфян (1 Кор. 16:15-17).

Главным духовным недугом коринфских христиан было то, что некоторые из них считали себя последователями различных учителей и проповедников: Павла, Аполлоса, Петра и др. По примеру язычников, избиравших себе учителей и философов, и христиане начали отдавать предпочтение отдельным проповедникам, увлекаться внешней их мудростью, ученостью и красноречием.

Апостол умоляет прекратить эти разделения и быть в «единстве духа и мысли» (1 Кор. 1:10), т. е. быть едиными в вопросах веры и в духе любви. Это единство достигается верой во Христа как единого Искупителя, в Которого все мы крещаемся (1 Кор. 1:13). Поведение же коринфян настолько нелепо, как сама мысль, будто «разделился Христос» или что проповедники за них распялись (1 Кор. 1:13).