Псалтирь 48 глава 13 стих

Из чести в бесчестье

Истинный предмет гордости челове­ка - образ и подобие Божие, которое никто не может сохранить, кроме Того, Кто его запечатлел. Потому тем больше будет человек пребывать с Богом, чем меньше он любит то, что принадлежит ему самому. Ибо в своей жажде почувствовать власть и в своем своеволии он опирается лишь на себя - и погибает. Так, желая, как Он, никому не подчиняться, он в наказа­ние за свои собственные дела низвер­гается в самое низкое состояние, то есть падает до того, от чего получают удовольствие скоты, и так, хотя его честью могло быть подобие Божие, его бесчестием становится подобие скоту: Но человек, будучи в чести, не уразу­мел, сравнялся со скотами несмысленными и уподобился им.

Примени к себе

Читай и разумей, чтобы бесчестия этого ты сам со смирением избежал, а не другого, с превозношением, обличал.

Они должны были, напротив, приготовить себе вечное дом в добрых делах, приготовить себе жизнь вечную, предусмотреть расходы, следить за их делами, служить нуждающемуся товарищу, давать тому, с кем они шли, не презирать Христос, покрытый язвами перед их воротами, который сказал: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».  (Мф. 25:40) Однако человек, будучи в чести, не понял. Что значит быть в чести ? Будучи созданным по образу и подобию Божию, человек предпочтительнее зверей. Ибо не так сотворил Бог человека, как сотворил зверя, но сотворил Бог человека для служения зверям: разве для его силы, а не для его разума? Нет. Но он этого не понял; и тот, кто создан по образу Божию, сравнивается со зверями бессмысленными и уподобляется им. Откуда и сказано в другом месте: «Не уподобляйтесь коню и мулу», в которых нет разума.

Велика вещь человек, и драгая — муж творяй милость (Притч. 20:6); его драгоценность заключается в естественном устройстве. Ибо что иное на земле сотворено по образу Создателя? Кому иному даны начальство и власть над всеми тварями, живущими на суше, в водах и в воздухе? Немного ниже он ангельского чина, и то по причине соединения с земным телом. Но хотя Бог сотворил человека от земли (ср.: Быт. 2:7), а слуги Своя огнь палящ (Евр. 1:7), впрочем, и в человеках есть способность разумевать и познавать своего Творца и Зиждителя, ибо вдуну в лице, то есть вложил в человека нечто от собственной Своей благодати, чтобы человек по подобному познавал подобное. Впрочем, в таковой чести сый и тем самым, что создан по образу Творца, почтенный паче неба, паче солнца, звездных сонмов (ибо какое небо называется образом Бога Вышняго? Какой образ Творца имеют в себе солнце или луна, или прочие звезды? Им даны тела неодушевленные и вещественные, хотя и прозрачные; у них нет ни разумения, ни произвольных движений, ни самовластной свободы; напротив того, они рабы надлежащей необходимости, по которой всегда неизменно вращаются около одного и того же); паче всего этого превознесенный честью человек не разуме, но, перестав подражать Богу и уподобляться Создателю, соделавшись рабом плотских страстей, приложися скотом несмысленным, и уподобися им. То как конь женонеистов ржет к жене искренняго своего (ср.: Иер. 5:8), то как хищный волк устремляется на чужое (см.: Иез. 22:27), а иногда чрез козни против брата своего в лукавстве уподобляется лисице (см.: Иез. 13:4). Но подлинно, это избыток несмысленности и скотского неразумения, если созданный по образу Творца не сознает первоначального своего устройства, не хочет уразуметь всего Божия о нем домостроительства и по оному заключать о собственном своем достоинстве и до того забывает все это, что, отвергнув образ Небесного, восприемлет образ перстного. И чтобы он не пребыл во грехе, ради него Слово плоть бысть и вселися в ны (Ин. 1:14), и до того смирило Себя, что явило послушание Свое даже до смерти, смерти же крестныя (ср.: Флп. 2:8). Если не помнишь первоначального своего происхождения, то составь понятие о своем достоинстве по возданной за тебя цене. Посмотри, что дано взамен тебе, и познай, чего ты стоишь. Ты куплен многоценною Кровию Христовою: не будь же рабом греха, уразумей себе цену, чтобы не уподобиться скотом несмысленным.

Плакал Давид об Адаме

Плакал Давид об Адаме и о его паденьи с царственной выси в мир бессловесных тварей. Зверь соблазнил Адама - тот уподобился зверю. Пищу вкушал со зверями, как повелело проклятье. Травы вкушал и коренья, умер - был сожран зверями. Только Спаситель Адама вывел из мира животных

Две вещи крайне изумляют меня: безмерная любовь Бога к человеку, крайнее снисхождение Его к человеку, смешение и срастворение Бога к человекам и — злоба в сердце и неблагодарность человека к Богу, отчуждение человека от Бога, унижение человека до скотского состояния при содействии лукавого! О, бессмыслен­ность наша! Неблагодарность наша, невнимательность наша! Злоба, гордость наша! Человек по образу и подо­бию Божию! Человек — чадо Божие, сын Божий, дщерь Божия, член Божий, от плоти Его и костей Его, овца сло­весного стада его. И в чести сый человек часто-часто не разумеет, прилагается скотом несмысленным и уподоб­ляется им Пс. 48, 13. Сам, Боже, восстави нас! За всех и от лица всех человеков молюсь Тебе! Буди!

Дар рассуждения

Честь разумной природы - рассудительность, различающая добро от зла, и утративших ее пророк справедливо уподобил несмысленным скотам, не имеющим разума и рассудка. Этой рассудительностью можно нам обретать путь Божий. Это есть естественное ведение; оно предшествует вере и есть путь к Богу. Этим приобретаем познание, чтобы различить добро от зла и приять веру.

 And man when he was in honour did not understand: he is compared to senseless beasts and is become like to them. He still speaks of   those who flourished with honour in this world; though the sinner is honoured in his lifetime because he bears the image of God, he is rightly said not to understand his dignity when he performs deeds which appear to diverge wholly from the Creator. Next comes: He is compared to senseless beasts and become like to them. The simile cited here befits madmen, for persons who do not understand that they bear God’s image are aptly compared with senseless beasts. Since they do not show the reason which they gained by the commands and instructions of the Lord, they have rightly forfeited it as being unworthy of so great a gift. Once you take from a man the contemplation of God, he becomes nothing but a senseless beast through his empty presumption and his pride doomed to fall. But though these words, And man when he was in honour did not understand, are said of mortal men, they can be understood also of the apostate angels who were expelled from heaven, for they too failed to understand their distinction when they were convicted of arrogance towards their Creator. Man is used to describe also the devil, as the Lord attests in the gospel: And the hostile man that oversowed the cockle is the devil. This is the tenth type of definition, which the Greeks term hos tupo and the Latins veluti,'4 when the association with some object is such that it seems applicable not only to the thing mentioned but also to others. We have already encountered an example of this in Psalm 35: Men and beasts thou wilt preserve, O Lord, for the Lord constantly preserves not only these but also all other things.

++Комментарий на Псалмы, 48++

За свою силу, при своем богатстве, окруженный почетом, человек нередко не разумеет, что над ним есть Высшая Сила, и не чтит эту Силу, подобно животным, которыя пользуются благами продовольствия в своей жизни, но не знают своего благодетеля — Бога.

Во псалме том возвещает пророк благодеяния Божия всем, наипаче сыном Божиим, верующим в Него, и страждущим по Нем, исправляя их взирати в конец, во Христа, Начальника и Совершителя веры Иисуса, отбегати же всякаго тления плотскаго (Евр. Гл. 12; 2 Пет. 1:4), презирать богатство, славу и силу человеческую. В конец проповедует о Божественном Страшном Суде всем людям, о том последнем дне, в который Бог приведет на суд всякое создание (Василий Великий, Афанасий).

Какое в скоте и зверях наблюдается злонравие, такое имеется и в человеке, благодатью Божиею не возрожденном и не обновленном. В скоте видим самолюбие. Видим, как он сам один пищу хочет пожирать, со скоростью хватает ее и пожирает, а прочий скот не допускает и отгоняет. Это есть и в человеке. Сам обиды не терпит, но прочих обижает. Сам презрения не терпит, но прочих презирает. Сам о себе клеветы слышать не хочет, но на других клевещет. Не хочет, чтобы имущество его было похищено, но сам чужое похищает. Хочет, чтобы кто-нибудь в нужде ему помог, но сам другим в нужде не помогает. Хочет, чтобы, если голоден, накормили его, если наг, одели, если странствует, в дом впустили, и прочее, но сам другим того не делает. Не хочет себе никакого зла, но желает всякого добра, а другим делает зло и никакого не делает добра. Хочет, чтобы все у него было, а что у ближнего его нет ничего, то его не волнует. Словом, хочет сам во всяком благополучии быть, и злополучия избегает, а о других, подобных себе людях, не думает. Вот скотское и премерзкое самолюбие! В скоте примечается гордость. То же видится и в человеке. Видим, как бедный человек других унижает, а себя превозносит. Как других презирает, а себя прославляет. Как других обвиняет, а себя извиняет. Как других осуждает, а себя оправдывает, других злословит и хулит, а себя хвалит. Видим, как везде первенства ищет, другими хочет владеть, над другими господствовать, другими повелевать, от всякого почтение иметь. Что означает выдумывание красивых и златотканых одеяний, богатых домов, высоких карет и дорогих коней, богатых трапез, многоразличными кушаниями и напитками наполненных, и прочая суета и пышность, – что, говорю, это все означает, если не гордость, в сердце человеческом кроющуюся, которая во всем и во всякой вещи ищет себе прославления? Гордость везде и всем хочет себя показать, а смирение, Богу и людям любезное, – скрыться. Видишь, человек, гордость человеческую, но знай, что чем мерзостнее перед Богом порок, тем он скрытнее и мало кем узнается. А узнается только теми, которые со всяческим прилежанием себя рассматривают и в различных находятся искушениях. Зачем же земля, пепел, и тень смертная гордится? Видим в скоте гнев и ярость. То же имеется и в человеке. Видим, как он гневается, как негодует, ропщет, злится, как себя терзает, весь от гнева, как лист от ветра, трясется, как себя заклинает, как злословит, ругается и часто страшную хулу извергает, как обидевшему грозит, как на него злится и ищет, как бы ему отомстить. Это действие богомерзкого и пагубного гнева, в сердце у человека кроющегося! Видим, что животные дерутся. То же видим и в людях. Видим, сколько ссор и кровопролитий различных происходит между бедными людьми. В животных наблюдается хитрость и лукавство. Такое же пагубное зло имеется и у человека. Видим, как он притворяется, как выказывает себя добрым, будучи внутри злым. Видим как он хитрит, лукавит, льстит, лжет, обманывает, лицемерит. В скоте примечается воровство. То же видится и в человеке. Сколько явных, тайных и лестных способов воровства придумывает человек, и не сосчитать, так что мало кто от него свободен, а особенно купцы, мастеровые, приказные служители, господа, помещики, которые крестьян имеют, казначеи, богатые, славные, и прочие любящие мир, богатство, славу и честь. В скоте примечается обжорство – то же и в человеке. В скоте видна нечистота. То же видим и в человеке. Видим, что бедный человек, как свинья в грязи, в сластолюбии валяется. В скоте примечается леность. Видим ее и в человеке. Видим, как нерадит он о самом себе и о своем спасении. Но что хуже того и еще больше умножает бедность и окаянство человеческое – те злые нравы, которые в различных зверях находятся, все в одном человеке необновленном имеются. Бессловесные – иные горды, но иные смиренны. Иные хитры и лукавы, но иные просты. Иные сердиты и гневливы, но иные кротки. Иные ленивы, но иные бодры. А в грешнике бедном всякое злонравие скотское имеется; он горд, гневлив, хищен, ленив, хитр, лукав, нечист, и т. д. О, какой смертоносный яд, какое великое и пагубное зло в сердце человеческом кроется! Как беден и окаянен человек! Внешний вид показывает человека, как он создан, а внутри истинное животное, даже хуже животного, так как не одного какого-нибудь животного, но всех животных злонравие имеет в себе. О бедный человек! В какое ты состояние пришел, согрешив перед Господом и Создателем своим, послушав совета лукавого врага своего! О, создание Божие высокопочтенное, создание, образом Божиим и подобием удобренное, в какую подлость и гнусность впало! Где твоя первозданная красота и благолепие? Где твоя святость, чистота, правда и непорочность? Где твой Божественный свет, который душу и разум твой просвещал? Где твое блаженство богоподобное, которое Создатель твой в начале тебе даровал? Все это отошло от тебя! Всего этого лишил тебя грех твой. Лишил блаженства, и вверг во всяческое бедствие и окаянство. Лишил света прелюбезного, и вверг в пагубную тьму. Лишил Божественного образа и подобия, и изобразил животное безобразие. Был ты создан по образу и подобию Божию, но сделался безобразен и подобен животному. «Человек, будучи в чести, не уразумел, сравнялся со скотами несмысленными и уподобился им» (Пс. 48:13, 21). Был свободен, но сделался пленником; был свят и чист, но сделался оскверненным и мерзким. Был доброобразен и светел, но остался безобразен и темен. Был храмом Святого Духа, но стал жилищем нечистых духов. О лютое падение! О пренесчастливые перемены! Люто то время, день и час, в который человек лукавого змеиного совета послушал и заповедь Создателя своего преступил! «Вспомни, Господи, что над нами совершилось; призри и посмотри на поругание наше. Прекратилась радость сердец наших; обратился в плач лик наш. Упал венец с головы нашей; горе нам, что мы согрешили! От сего-то смутилось сердце наше; от сего померкли глаза наши» (Плач. 5:1, 15–17). Бедный человек, ты, который крестился во имя Святой Троицы и имя свое записал Иисусу Христу Сыну Божию! Смотри, какая мерзость в сердце человеческом кроется! Что тебе пользы, что ты имя Божие исповедуешь и часто взываешь: «Господи! Господи!», а злой и скотский нрав в себе имеешь? Как может имеющий такую нечистоту войти в царствие Божие, если от всего сердца к Богу не обратится и истинным покаянием, сокрушением сердца, теплыми слезами и благодатью Святого Духа не обновится? «А вне – псы и чародеи, и любодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду» (Откр. 22:15). «И не войдет в него ничто нечистое» (Откр. 21:27). «Вспомни о нас, Господи, в благоволении к народу Твоему; посети нас спасением Твоим, дабы видеть благоденствие избранных Твоих, веселиться веселием народа Твоего, хвалиться с наследием Твоим. Согрешили мы с отцами нашими, совершили беззаконие, соделали неправду»* (Пс. 105:4-6).
        
            

Сам рассуди, как возможно быть внут­ри Святой Церкви тому, кто льстит, лукавит и хитрит, как лис; тому, кто похищает, как волк; тому, кто ярится и свирепеет, как лев лютый; тому, кто похотствует, как конь; тому, кто злобится, как ехидна; тому, кто гордится, как пав­лин; тому, кто обжирается и сластолюбив, как свиньи; тому, кто так мирских вещей желает и ищет, как будто он язычник, не имеющий упо­вания вечной жизни, как будто он вечно в мире сем будет жить, и как будто не слышал о вос­кресении мертвых и вечной жизни? А что ска­зать, если в одном человеке все скотские нра­вы показываются? Такой уже и хуже скота. Не внешний вид и образ, но внутренний нрав че­ловеческий показывает человека. 

 
О! Если бы человек хотя бы малую частицу вечной жизни увидел, – всю бы суету мира сего бросив, с великим стремлением к ней по­спешил. Но поскольку не видит ее, а Божию слову, которое блаженство той жизни разно­образно изображает, не верит, то и не ищет ее и о том, что погубляет ее, не жалеет, а только стремится к тому, что чувства ему представля­ют, и, лишаясь этого, жалеет о нем. Вот дело малых и несмысленных детей, или даже скот­ское житие, ибо скоты, что видят, к тому и стремятся; а чего не видят, того и не желают. Человек, будучи в чести, не уразумел, сравнял­ся со скотами несмысленными и уподобился им (Пс. 48:21).
Не так делает христианская и благочести­вая душа, которая имеет светильник веры, в сердце своем горящий. Она со всяким стрем­лением спешит к вечной жизни, и ее лишиться весьма опасается; а потому от всякого греха и суеты мира, как от явных к тому препятствий, отвращается, и о временных благах по апос­тольскому слову рассуждает: Мы ничего не при­несли в мир; явно, что ничего не можем и вынес­ти из него. Имея пропитание и одежду, будем довольны тем (1 Тим. 6:7-8). А когда лишается временных благ, не сокрушается так, как сыны века сего делают, но с праведным Иовом гово­рит: Господь дал, Господь и взял; как угодно было Господу, так и сделалось; да будет имя Господне благословенно! (Иов. 1:21). 

«Человек», некогда «в чести сый, не разуме» превосходства своего Ангелоподобнаго состояния, и, обманутый прельщением искусителя, добровольно «приложися скотом несмысленным, и уподобися им» (Пс. 48:13), потому что прилепился к чувственной природе, преимущественно пред духовною. Сколько по естественному последствию сего действия, столько же по праведному наказанию сего преступления, он естественно находится ныне под игом чувственности, так что и старания сделать приятным иго плоти крушат дух его, и усилия вырваться из-под ига сего другим образом удручают его По Евреин. сборн.: удручают и удушают его,.. , пoелику грубое иго крепко налегло на него; прирасло к нему, и он, как впряженный скот, не имеет орудий сам себя разрешить от онаго.