Псалтирь 24 глава 7 стих

Два достоинства

Ты помяни меня - не во гневе, кото­рого я достоин, но по благости Твоей, достойной Тебя.

Преступления моей самонадеянной смелости и моего невежества не подлежат отмщению, но пусть они будут как бы забыты Тобой. По милости Твоей помяни меня, Боже. Помни обо мне не по гневу, которого я достоин, но по милости Твоей, достойной Тебя. По благости Твоей, Господи. Не по моим заслугам, а по благости Твоей, Господи.

Юность, то есть становление взрослости, это и есть время, когда душа человека умножает в себе капиталы мира сего, пьянеет от внезапно свалившегося богатства, но богатства не Богом, о Ком человека тянет забыть, а лишь собой, обретает разум, который может себя утверждать, управлять другими, пользоваться ими хотя бы мысленно, их судить, оценивать, презирать и над ними возноситься, как и тело, которое не только хочет, но уже и может грешить

А дальше вместе с молитвой пророк Давид приносит покаяние: Грех юности моея, и неведения моего не помяни, по милости Твоей помяни мя Ты, ради благости Твоея, Господи (7). Пророк видит: с юности человек по природе мало восприимчив ко всему Божественному, вечному, святому. Молодым хочется плясать, летать, ликовать и кажется: вот она жизнь – буйство юности! Они часто поступают опрометчиво, допускают свободные отношения, унижающие человеческое достоинство.

Если людей не воспитать, не открыть им закон Божий, они вырастут язычниками, возможно, даже проявят хорошие, высокие качества. Но Бога знать не будут. Погрязнут в грехах юности: борьбе за существование и телесные наслаждения. Девиз язычников: «Бери от жизни всё!»

Пророк понимает: человек приходит в разум, когда Бог приведёт, жизнь научит. И просит Творца не помянуть грехи молодости: ради благости Твоея, Господи.

Наша земля по сравнению со вселенной – как маленькая пылинка, затерянная в неизмеримом океане. А на ней сконцентрирована такая жизнь! И царь Давид молит Создателя не забыть о нём, не потерять. Ведь в человеке – Божественный Дух.

Грех юности

Грехом юности он называет прегреше­ния народа в Египте, ибо там они были идолопоклонниками. Ныне же, гово­рит, не помяни тех грехов, но воспомни Свое человеколюбие, которым тогда несведущих пожалел, хотя они не при­зывали Тебя; и ныне, говорит, прояви такую же заботу и человеколюбие.

ZAIN. The peccadilloes of my youth and my ignorance do not remember: according to thy great mercy remember me, O God. Some would hold a peccadillo (delictum) to be a lighter sin, and to be so called from the fact that it leaves (limquere) the path of justice, but does not participate in the worst criminal wickedness. It is a peccadillo to take food too greedily, to burst into unseemly laughter, to pay heed to idle words, and to do other things of this kind which are obviously not very serious sins but are none the less certainly forbidden. By youth she meant not only her green years, but also the boldness of the impulse most readily embraced at that age when our mental heat outweighs moderate behaviour. Many young persons show maturity by seriousness of manners, but equally some old men are marked by the sin of levity. She spoke of ignorance because we do many things which we do not realise are evil. Often we lend advice which harms our neighbour; we offer as a remedy to a sick man foods causing severe pain. We often transgress the law too through ignorance; yet we ought not to be ignorant of it since the Godhead has wished it to be learnt and ever preserved by the mass of mankind. Others state that the peccadilloes of ignorance refer also to small children, whose feeble senses are dormant but who are still subject to original sin. So she begs that He should not reserve for vengeance the peccadilloes of youth and ignorance; that He should not allow her to be haled to judgment, but regard those faults as vanishing before Him. So the Church prays that He should not remember her peccadilloes, but rather be mindful of her according to His great mercy. Because of thy goodness, O Lord. By saying: Because of thy goodness, O   Lord, she made it clear that it was not because of her deserts. So it is not lawful for anyone to be presumptuous at any time except the person who happens to sin seriously. This figure is called emphasis or exaggeration, here of the kind which suggests what it does not state.’ So His goodness is truly proclaimed of whom it was written: None is good but God alone."

++Комментарий на Псалмы, 24++

Давид, прося Бога, чтобы Он научил его закону и тем избавил от прегрешений (ст. 4-5), надеется, что Бог услышит его молитву, и эту свою надежду основывает на том, что Господь являл свои щедроты и милости от века — всегда, с начала вступления Его в завет с народом Израильским, — ему сам Господь на Синае дал Свой закон для освящения и просвещения. Посему и Давида Он не оставит Своей милостью: в надежде на такую милость Давид и просит: „грехов юности моей и неведения моего не поминай, ибо в юности человек многое делает по неведению закона и по неопытности в жизни; но — „по милости Твоей вспомни меня", или, вспоминая, прости мне многое из содеяннаго в юности и — не за мои заслуги, а только по своей благости.

Юности грех и Адамов, первее соделанный. Оттуду наипаче во юности человеком страсти плотския владеют, имиже ум помрачается, яко не весть, како в грех поползнется. За те грехи просит пророк у Бога прощения: яко не моего, рече, сана, но Твоего ради человеколюбия, молю, прияти милость, яко имаши воплотится, и за всех спасение пострадати. Во юности же человек не может совершенно закона знати (Иероним, Феодорит).