Откровение ап. Иоанна Богослова 1 глава 5 стих

Ибо Он, свидетельствующий пред Понтийским Пилатом, верен во всех словесех Своих (Пс. 144:13); как жизнь и воскресение, Он перворожден из мертвых (1 Кор. 1:18; 1 Кор. 15:20); и над кем Он начальствует, те не увидят смерти подобно прежде умиравшим и воскресавшим, но будут жить вечно. Он – Владыка царей, как царствующих Царь и господствующих Господь (Пс. 2:6; Кол. 2:10), равномощный Отцу и с Ним единосущный (Ин. 10:30; Ин. 14:20). Или иначе: Он – Царь царей земных и царей над земными похотями. И если блаженный Григорий Богослов выражение: Сый и иже бе, и грядый Вседержитель относит ко Христу, то нимало не неуместно будет отнести к Нему же и нижеприведенные, подобные сим, изречения. К сим словам и добавлено: Вседержитель и нет приведения или упоминания о другом лице. Изложенный нами смысл ясно подтверждают и прибавленные здесь слова: и от Иисуса Христа, потому что, если б говорилось только об одном Боге – Слове и Сыновней Ипостаси, то совершенно излишне было бы сейчас же дополнять словами: и от Иисуса Христа, чтобы отделить Его от иного другого. Боголепные слова одинаково приличествуют как каждой в отдельности Ипостаси, так и всем вместе, за исключением разве, говорит Григорий Богослов, свойств и отличий особенных, и личных и относящихся к воплощению Бога Слова. Подтверждается это и тем, что Трисвятую Серафимскую песнь поучаемся мы в Евангелии относить к Сыну, в проповеди Павла, – к Отцу, к Коему привыкли мы обращать сию молитву, как говорится о сем у блаженного Епифания в слове о Святом Духе. Приводим же все это для доказательства того, что наше изъяснение не противоречит мнениям Отцов Церкви; теперь же, с Божьею помощью, перейдем к последующему.

Подобает, говорит, слава Ему, по любви разрешившему нас от уз смертных, и излиянием своей Животворящей Крови и воды омывшему от скверн греховных и соделавшему нас царским священством, приносящим Отцу жертву живую – словесное служение вместо жертв безсловесных.

Ничего хорошего невозможно сделать без благодати и мира души. Семь духов означают Третье Лицо Пресвятой Троицы – Духа Святого. У пр. Исаии сей Дух, почиющий на жезле от корени Иессеева, описан также седмеричным: И почиет на Нем (на жезле от корени Иессеева) Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия (Ис. 11:2).

Число семь представляется здесь таинственным и многозначительным. Хотя и много было церквей в мире, только семи из них Иоанн послал послания, именуя в седмичном числе таинственную судьбу всей Церкви.

Господь соделал нас царями и священниками Богу и Отцу Своему, чтобы в духе и истине приносить Ему жертвы не из животных, а живое и разумное служение, поэтому Тайнозритель и славословит предвечную благость Божию к падшему человечеству.

И от Иисуса Христа, Сына Божия, то есть апостол Иоанн преподает семи Церквам благословение от всей Пресвятой Живоначальной Троицы – Отца и Сына и Святого Духа.

Далее – о Христе. Который есть свидетель верный – проповедуя, Он верно свидетельствовал перед людьми.

Верным свидетелем Христос оказался и перед Понтием Пилатом, и перед распинающей Его толпой иудеев. Первенец из мертвых – бывши распят, Он воскрес. Его воскресение было первым. Возникает вопрос: разве не воскрешали людей пророки Илия и Елисей, да и Сам Господь еще при жизни воскрешал мертвых. То были, строго говоря, не воскрешения, а оживления. Отроки, возвращенные пророками к жизни, сын Наинской вдовы, Лазарь – все они, оживая, возвращались в прежнее тленное естество, оживали, чтобы через некоторое время снова умереть, как и все остальные, они еще ждут дня своего воскресения (Евр. 11:39–40). Воскресение человека – это не возвращение души умершего в свое тленное смертное тело, а превращение самого умершего тела в новое – нетленное и бессмертное и соединение этого воскресшего тела с душой умершего, то есть переход от ветхого тела к новому. Христос же, приняв истинное человеческое тело (хотя и безгрешное), претерпел истинную смерть и истинное воскресение. Его Пречистое Тело умерло и было положено во гроб. Душа Его сошла в ад, место душ умерших. На третий день Душа Его соединилась с Телом, и Он боголепно воскрес. Этот догмат ясно выражен в словах диакона при совершении им каждения престола по окончании проскомидии: «Во гробе плотски, во аде же душею яко Бог, в рай же с разбойником и на престоле был еси, Христе, со Отцем и Духом, вся исполняяй Неописанный».

И владыка царей земных. Цари земные часто думают, что они сами господствуют над землей, совершенно забывая, что есть и над ними Владыка, Который ими управляет. Он есть Господь Вседержитель, Владыка царей земных.

Ему, то есть Христу, возлюбившему нас и омывшему нас от грехов наших Кровию Своею. Господь возлюбил нас вечной любовью. Нас, преданных проклятью, заслуживших только геенну огненную, Он возлюбил и от грехов омыл нас Кровью Своею. Это – Голгофа. Здесь закалается в кровавую жертву за наши грехи Небесный Агнец. Здесь баня, омывающая весь мир. Апокалипсис вообще часто представляет Христа в виде Агнца, закланного за грехи мира, и указывает на великую и страшную жертву Христа.

Здесь восполняется и заканчивается благословение от Триипо- стасного Божества, и, как всегда в христианстве, благодарная любовь искупленных изливается в словах прославления, где исповедуется царственное величие Спасшего нас и свидетель­ствуется премирное значение дела, совершенного Им.

Свидетель верный (μάρτυς ό πιστός Как во 2-й главе называется еще священномученик Пергамский Антипа (см.: Откр. 2:13). ) Эпитет свидетель, как знаем мы, в Новом Завете употребляется в смысле апостольства (вы свидетелие сим. - Лк. 24:48), пророчества, как не раз мы увидим в Апокалипсисе, и исповедничества, как назывались «свидетелями» в древней Церкви все мученики. Из этих трех признаков такого христианского свидетельства (т.е. пророческого, апостольского и исповеднического), во всей идеальной полноте по справедливости принадлежащих Иису­су Христу, данное свидетель верный берется здесь по преиму­ществу в этом последнем смысле. Иоанн Богослов не на то обращает внимание читающих, что «Христос был проповедни­ком истины, а на то, что Он умер исповедником ее и крестная смерть Его есть высшее завершение Его апостольской и про­роческой миссии» (Жданов) Барсов, 55..

Первенец из мертвых. Смысл этого выражения и его зна­чение для нас давно уже были оттенены и точно обозначены христианскому миру ап. Павлом (см.: 1 Кор. 15:20-23, 45-47) и особенно хорошо передается там параллельным славянским выражением: начаток умершим быстъ. Да, как с Адама по­шла в человечество смерть и каждая жизнь необходимо, как закон, заканчивается этою смертью, так от Христа - нового Адама, этой новой всеобщей Главы верою привившегося Ему человечества, с той же и большей силой необходимости пошла, именно началась, жизнь, и отсюда, как такой же закон, всякий, верующий в Него, если и умрет, живет; и всякий, живущий и верующий в Него, не умрет вовек, ибо, как сказал Он там - у гроба Лазаря: Я есмъ воскрешение и жизнь (Ин. 11:25-26). Са­мое слово первенец (тем более начаток) в коренном смысле своем носит в себе, затем, идею следования за ним и второго, и третьего, и т.д. - множества уподобляющихся Ему в восстании из мертвых лиц, как, в свою очередь, все это необозримое мно­жество последующих Спасителю в переходе от смерти к жизни необходимо, в следовании своем, предполагает для себя такого начинающего, первого, каковым и является Христос, Первенец из мертвых.

Владыка царей земных. «Это второе (тесно связанное с первым) следствие крестного свидетельства Христова в от­ношении к Нему Самому - облечение высшею царственною властью над всеми владыками земли. В Ветхом Завете устами пророков Бог возвещал о Мессии: Я сделаю Его первенцем, превыше царей земных (Пс. 88:28); дам народы в наследие (Ему) и пределы земли во владение (Пс. 2:8; ср. Пс. 9:6-7 и далее; Дан. 7:12-14)» (Жданов) Барсов, 55. . С явным пользованием этим послед­ним - Данииловым, хорошо знакомым ученому синедриону пророчеством Сам Господь Каиафе на суде Своей смерти ска­зал: Отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных (Мф. 26:64; У Луки - на утреннем суде: Отныне Сын Человеческий воссядет одес­ную силы Божией. - Лк. 22:69). И в полное соответствие объ­ясняемому здесь изречению Апокалипсиса (но в еще большем объеме), перед Вознесением Своим Он открыл Своей Церкви, собранной на горе Галилейской, об этом Своем владычестве: Дана Мне всякая власть на небе и на земле (Мф. 28:18; ср.: 1 Кор. 15:6). По Божеству Его, эта высшая, надмирная власть всегда принадлежала и принадлежит Ему как Единородному Сыну Божию, как Единому от Троицы - Господу Вседержителю. Но и в человечестве Своем Он приобрел эту власть, как точно за­свидетельствовал другой апостол - посетитель неба, писавший Нем, что Он смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя. Темже и Бог Его превознесе и дарова Ему имя, еже паче - превыше - всякаго имене. И посему-то, говорится у апостола далее, пред Ним, и об этом царствен­ном имени Его, всякое колено поклонится небесных и земныхи преисподних - во всех сферах, вся вселенная (и небо, и земля, и самый ад), и всяк язык исповестъ, яко Господь (а потому неизмеримо паче царей земных) Иисус Христос в славу Бога Отца (Флп. 2:8-11).

Непосредственно после семи духов подателем благодати и мира именуется Иисус Христос: «и от Иисуса, иже есть Свидетель верный, Первенец из мертвых, и Князь царей земных» (Откр. 1:5).

1) «Свидетель верный». Слово μάρτυς («свидетель») вообще в употреблении у светских греческих писателей обозначает лицо, присутствующее при совершении какого-либо события, а также дающее показание об этом, преимущественно на суде. В языке писателей священных и особенно новозаветных оно нашло самое широкое применение и получило специальный, одному священному языку свойственный, так сказать, технический смысл. Оно прилагается: а) к пророкам, провозвестникам воли Божией (Откр. 11:3, ср. Откр. 19:10; Ин. 1:7—8, Ин. 5:33); б) к апостолам не только как очевидцам жизни, деятельности и страданий Иисуса Христа (1 Пет. 5:1), слушателям Его учения, но, главным образом, как проповедникам Евангелия (Лк. 24:48; Деян. 1:8, Деян. 2:32, Деян. 3:15, 5 и др.); в) к исповедникам, запечатлевшим свою принадлежность к Церкви Христовой страданиями и смертью за имя Христово.

Термин μάρτυς в самом широком смысле во всех его многосодержательных значениях приложим к Иисусу Христу, потому что Его служение объемлет в несравненной и преизбыточествующей мере служение пророков, апостолов и исповедников. Иисус Христос есть ό μάρτυς по преимуществу, единственный и совершеннейший, свидетельство Которого придает значение, смысл и цену свидетельствам Его служителей (δοΰλος) и последователей — апостолов, пророков и мучеников.

Прилагательное «верный» (πιστός), присоединяемое в виде приложения с членом ό, дает очень важный оттенок речи писателя: оно сосредоточивает всю силу выражения на последней стороне служения Христова (мученичество, исповедничество). В Откр. 2 пострадавший за Христа мученик Антипа называется также ό μάρτυς ό πιστός не потому, что истинны те убеждения, за которые он пролил кровь свою (это само собою разумеется), а потому, что он остался верен им и Христу до смерти. Равным образом и здесь: Иоанн Богослов не на то обращает внимание, что Христос был провозвестником истины, а на то, что Он умер исповедником ее (ср. Откр. 17:6) и крестная смерть Его есть высшее завершение Его апостольской и пророческой миссии.

2) «Первенец из мертвых». Вкусив вольную смерть за грехи ветхого человека, Иисус Христос тем самым сопричислил Себя к безчисленному множеству умирающих от века, но как Святой Божий Он первый не видел тления (Деян. 2:24); в Своем воскресении Он как бы вторично родился и положил начало новой благодатной жизни, стал вторым Адамом, родоначальником нового возрожденного человечества (1 Кор. 15:45). В этом смысле Он есть «Первенец из мертвых» (ср. 1 Кор. 15:20; Кол. 1:18).

3) «Князь (рус.«владыка») царей земных». Это второе (тесно связанное с первым) следствие крестного свидетельства Христова по отношению к Нему — облечение высшей царственной властию над всеми владыками земли. В Ветхом Завете устами пророков Бог возвещал о Мессии: «Я сделаю Его Первенцем, превыше царей земных» (Пс. 88:28); «дам народы в наследие (Ему) и пределы земли во владение» (Пс. 2:8—9; ср. Дан. 7:14; Ис. 9:6—7 и далее). В Новом Завете ветхозаветные пророчества исполнились: Иисус Христос, доблестно отвергнувший все царства мира и славу их, предлагаемые князем тьмы (Мф. 4:8—10), всемогущею десницею Бога Отца посажден одесную Его по воскресении и вознесении «превыше всякого начальства и власти и силы и господства» (Еф. 1:21) как «Глава всякого начальства и власти» (Кол. 2:10; ср. Флп. 2:8—10) и, согласно книге Откровения, как «Господь господствующих и Царь царей» ведет борьбу с враждебными Ему властителями, противниками власти Бога и Христа Его (Откр. 17:14, Откр. 19:16).

Тремя указанными предикатами, прилагаемыми ап.Иоанном к имени Иисуса Христа, исчерпывается вся полнота содержания, обозначаемого им; в них истолковывается, как выше по отношению к имени Иеговы, значение имени Иисус (Спаситель) и приложения к нему Христос (помазанник); словами ό μάρτυς ό πιστός обнимается вся история умаленного, уничиженного состояния Мессии; в словах ό πρωτότοκος των νεκρών и ό άρχων των βασιλέων и проч. содержится указание на Его прославление по воскресении: как ό πρωτότοκος των νεκρών Христос — Владыка над умершими, так δ άρχων των βασιλέων της γης — Владыка над живыми (Рим. 14:9), облеченный, таким образом, «всякою властью и на небе и на земле» (Мф. 28:18).

4) Славословие (Откр. 1:5—6): «Любящу ны, и омывшу нас от грех наших кровию Своею: И сотворил есть нас цари и иереи Богу и Отцу Своему: Тому слава и держава во веки веков, аминь». Благословение ап.Иоанн произносил от лица Триединого Бога, а славословие имеет своим предметом одного Иисуса Христа, потому что Ему собственно принадлежит Откровение (Откр. 1:1, Откр. 22:16), Он обращается с увещаниями к семи Церквам (гл. 2 и 3) как Судия и Владыка их, Он же снимает печати Книги Откровения (гл. 5 и др.), ведет победоносную борьбу со зверем, лжепророком и сатаною (гл. 19), является, наконец, Судиею всего человечества (гл. 20, ср. Откр. 1:7) и воцаряется в Небесном Иерусалиме (гл. 21); вся книга прямо и косвенно с начала до конца изображает прославление Богом и Отцом Агнца, а чрез Него и с Ним верующих в Него.

В славословии Иисусу Христу выражаются те же мысли, которые содержатся в рассмотренных предикатах Его, употребленных в благословении, различие заключается лишь в том, что в благословении сила выражения сосредоточивается на высоком достоинстве и значении лица Богочеловека, а в славословии — на Его заслугах и благодеяниях по отношению к верующим.

Определение лица Иисуса Христа в славословии представляет, как и в благословении, трехчленный ряд, отдельные члены которого имеют также тесную прагматическую связь между собой (τφ άγαπώντι — любовь, λύσαντι — искупление крестною смертию, και έποίησεν βασιλείαν — прославление) и в целом вполне соответствуют эпитетам Христа в благословении (ό μάρτυς — крестная смерть, ό πρωτότοκος των νεκρών — воскресение, ό άρχων — слава).

Итак, Иисус Христос прославляется за то, что Он, по любви Своей к роду человеческому (τω άγαπώντι), искупил, освободил его от грехов кровью Своею. Сила греха представляется как бы узами, связующими человечество, или темницею, лишающею его свободы (ср. Рим. 5:21, Рим. 6:12, 18, 20, 23). Воскресший Спаситель растерзал адские узы, связующие людей законом греха, и, как Первенец из мертвых, второй Адам, основал на месте царства греха, рабства и смерти новое царство — святости, свободы и жизни.

"в Асии" – имеется в виду римская провинция Асия, занимавшая западную часть Малоазийского полуострова. В наше время это западная часть Турции.

«Иоанн семи церквам» – святой апостол Иоанн долго жил и проповедовал Евангелие в Ефесе, самом крупном городе провинции Асия, и потому семь асийских церквей являются как бы его епархией, к которой он и обращается с настоящим посланием.

Многие толкователи разумели под «семью Церквами» не только асийские Церкви I века, но также и вообще всю полноту Христовой Церкви на всем протяжении ее земного пути. Это как бы семь граней Церкви, семь архетипов ее состояния, сменяющих друг друга на протяжении истории. Согласно такой трактовке, Апокалипсис – это послание ко всей Вселенской церкви, на все времена Правомерен в этой связи и такой вопрос: если семь асийских Церквей, то есть вся полнота Церкви (семь – число полноты), есть – условно – епархия апостола Иоанна, то не следует ли именно этого апостола считать предстоятелем Вселенской Церкви – на всей земле и во все времена?.

«семи церквам» – число семь встречается в Апокалипсисе очень часто, более пятидесяти раз. На языке Священного Писания оно означает полноту, множество, совершенство чего-либо – как доброго, так и злого. (См. во Введении «О символическом значении чисел Апокалипсиса».)

«благодать вам и мир…» – Благодать и мир преподаются трехчастным способом, и большинство толкователей видят здесь указание на Святую Троицу:

«от Того, Который есть, и был, и грядет» – сказано об Отце. Ср. откровение Божественного имени יהוה (Иегова, Сущий) в Исх. 3:14.

«и от семи духов, находящихся перед престолом Его» – сказано о Святом Духе. Хотя некоторые считали, что под «семью духами» следует понимать семь высших Архангелов, вечно предстоящих перед Богом, однако более правдоподобным представляется мнение, что «семь духов» означают Святого Духа, полноту Его даров, Его Благодать Ср. указание на семь даров Святого Духа у пророка Исаии (11, 2–3).. По словам святителя Григория Паламы, святой Иоанн здесь «сопричисляет к Отцу и Сыну семь духов, употребляя эти семь вместо одного Святого Духа, несомненно, как Его природные энергии».

В пользу этого мнения свидетельствует, кроме прочего, тот факт, что ниже, в 3,1, семь духов названы «духами Божиими» (греч. πνεύματα τοῦ Θεοῦ), тогда как Ангелы этим именем нигде в Библии не именуются.

Почему семь духов находятся перед престолом, а не на престоле, однозначно ответить трудно. Может быть, по той причине, что, непосредственно обозначая Божественные энергии, они указывают на Ипостась Святого Духа лишь косвенно?

Впрочем, в Писании имеется другой аналогичный пример: святой Стефан видел Иисуса Христа, стоящего одесную Бога (Деян. 7:55).

«и от Иисуса Христа» – сказано о Сыне.

Сын и Дух Святой – это руки Отца, совершающие домостроительство в нашем мире. По Божественной Своей природе Они невидимы, непостижимы, недоступны, однако в мире стали доступными и постижимыми: Сын – как человек Иисус, присутствующий, кроме прочего, в Евхаристии, а Дух Святой – как доступная христианам Благодать, нетварная энергия Бога. Дух является в мире через Благодать, как Сын – через человеческую природу Христа.

«Свидетель верный» – то есть истинный Свидетель истины Божией. Эта мысль неоднократно встречается у апостола Иоанна и в его Евангелии (Ин. 3:11; 18, 37).

Слово «свидетель» (греч. μάρτυς) в церковной традиции часто переводится на славянский и русский как «мученик», и этим словом именуются мученики за Христа. Таким образом, мы видим, что первенцем и родоначальником сонма мучеников, пострадавших за истину Божию, является Сам Богочеловек Христос.

Кроме того, выражение «свидетель верный» означает, что все, о чем Он свидетельствует, непременно исполнится.

«Первенец из мертвых» – то есть первый, Кто победил смерть (ср. 1 Кор. 15:20–23; Кол. 1:18). Оживали умершие и раньше, например, сын наинской вдовы, Лазарь и др., однако все они возвращались лишь в прежнее смертное состояние, чтобы через какое-то время снова умереть. Воскресение же Христа есть переход человеческой природы в принципиально другое состояние – состояние бесконечной жизни.

Христос является Первенцем также и в другом смысле: Он есть Родоначальник нового человечества, Родоначальник и Отец Будущего века. Святитель Игнатий Брянчанинов говорит, что, подобно тому как Адам является отцом и родоначальником для всего ветхого человечества – в том числе и для Самого Христа по человеческой природе, – так Христос является Отцом и Родоначальником для всего нового человечества, имеющего войти в жизнь Будущего века, – в том числе и для самого Адама.

«Владыка царей земных» – эти слова являются мессианским титулом. О грядущем Мессии в псалмах сказано: «Я сделаю его первенцем, превыше царей земли» (Пс. 88:28).

«соделавшему нас царями» – через причастие Крови Христовой в Евхаристии христиане становятся кровными детьми Небесного Царя, приобретают царское достоинство.

«и священниками» – то есть людьми, имеющими доступ к Богу, близость и общение с Ним.

Правда, что каждый христианин является священником, по мере того, как представляет в жертву Богу свое тело и совершает пред Ним разумное служение: Рим. 12:1; правда и то, что каждый христианин может быть назван царем, но мере того, как утверждается Духом владычним: Пс. 50,14, господствует над своими страстями и торжествует победы над кознями диавала: Еф. 6:10-11; другими словами, каждый может быть „епископом сердца своего", своих мыслей, „священником и иереем", „царем", но только над своим сердцем, а что не все могут быть в Церкви вообще царями, иереями, пастырями, учителями, о сем свидетельствуется: 1 Кор. 12,28—29; Еф. 4:11-14. Самочинное же присвоение священства строго наказывается: Чис. 16:1-3. 32;

Евр. 5:4.

«Свидетель верный» (Откр. 2:13; Откр. 3:14) — надежный, свидетельство которого достоверно (Притч. 14:5,25; Ис. 8:2; Иер. 42:5). «Первенец» и «владыка царей земных» — это, возможно, ссылка на Пс. 88:28, 38. По ветхозаветному церемониальному закону, кровь жертвы в День искупления освобождала Израиль от его грехов; иудеи тоже были освобождены из египетского плена кровью пасхального агнца.

Во-первых, что значит, что св. Иоанн обращается с своим пророческим словом к семи малоазийским церквам? Сие не колеблет всеобщности назначения Апокалипсиса для всех христиан; но поелику с вышеозначенными церквами св. Иоанн Богослов находился в особенно-близких и частых сношениях, то ему и повелевает сам Господь (Откр. 1:11) прежде всего сим именно церквам сообщить откровение, которого он был удостоен. Эти церкви берутся здесь, как часть вместо целого, т. е. вместо всей церкви, которая в своей совокупности могла представлять конечно ту же самую картину, что и семь церквей, бывших под непосредственным управлением Ап. Христова. Не нужно забывать и того, что число семь берется обыкновенно в писании для выражения полноты в разнообразных отношениях.

Во-вторых, кого разуметь под семью духами? Не без натяжки, и даже не без некоторого искажения текста, иные разумеют под ними самого Духа Святого, изображаемого будто бы по Его действиям, как семь духов. Никакой нет нужды прибегать к такому мистическому толкованию. Довольно вспомнить известные характерные и совершенно определенные слова ангела, сопровождавшего Товита. «Я – Рафаиль, один из семи ангелов, которые… восходят пред славу Святаго» (Тов. 12:15). Таким образом, всего естественнее апокалипсические слова тайнозрителя Иоанна о «семи духах» понимать в буквальном смысле.

свидетель верный. См. ком. к Откр. 1:2.

первенец. См. ком. к Откр. 1:18.

владыка. См. ком. к Откр. 4:1 - Откр. 5:14.

-8 Иоанн воздает славу Богу в форме, имеющей сходство с началом большинства посланий апостола Павла. Темы владычества Божия, искупления и Второго пришествия Христа освещаются на всем протяжении книги Откровение.

омывшему нас. В оригинале: "избавившему нас". См. ком. к Откр. 5:1-14.

Когда же говорит от второго Лица Триипостасного Божества, то называет Иисуса Христа, Который есть Свидетель Верный (ибо Он свидетельствовал пред синедрионом и Пилатом о том, что Он Царь Истины и Сын Божий, сидящий одесную Отца и имеющий прийти на облаках небесных). Первенец из мертвых (ибо Он есть жизнь и воскресение) и Владыка царей земных (как Царь царствующих и Господь господствующих).

Приветствие свое ап. обращает к семи Церквам Малой Азии не потому, что только для этих Церквей он и назначал Апокалипсис, а потому, что в символическом языке Ветхаго Завета число семь было обозначением полноты и совершенства. Таким образом ап. хотел сказать, что собственно всей Церкви, и настоящей, и будущей шлет он свое приветствие. Он желает церквам благодати и мира от Иеговы, имя Котораго он передает описательно, п от Духа Св., Котораго Он изображает по Его действиям как семь духов, стоящих пред престолом Иеговы, и от И. Христа, как великаго исповедника или мученика (ό μάρτυς) в исключительном смысле, как первенца из мертвых и как Царя над царями земли. Нельзя не заметить, что такия обозначения Христа, действительно, должны были произвести отрадное впечатление в страждущия души и утвердить в них желаемый апостолом для христиан мир. Ибо во Христе, каким Его представляет апостол, христиане находят надежнаго поручителя в том, что и их собственныя страдания за истину получат соответственную награду и что никакие цари земли не сделают им ничего без воли Царя над царями, Христа. Еще же более подкрепляет апостол души читателей тем, что указывает на любовь Христову к нам, на очищение нас от грехов и на полученное нами достоинство царей и священников 

Третьим источником благодати и мира, наравне с Богом Отцом и Св. Духом, является Иисус Христос. Тайнозритель характеризует Его:

1) как свидетеля. Иисус Христос свидетельствовал, учил о Божественной любви к людям и о призвании всех людей к божеству, – подобно древним пророкам, и подобно исповедникам и мученикам, за которыми и утвердилось это название – мучеников;

2) Иисус Христос характеризуется как свидетель верный, – в том смысле, что Он Свое учение, Свою проповедь о спасении запечатлел Своими страданиями;

3) характеристика Иисуса Христа заключается в словах "первенец из мертвых" (ср. Кол. 1:18). Название Иисуса Христа первенцем из мертвых должно быть понимаемо как указание на Его совершенство и превосходство пред всеми рожденными от смертных. Он первый, единственный из всех смертных, ибо только Он один воскрес своею собственною силою и властью. Это же есть и указание на Его Богочеловеческую природу.

4) Характеристикою Иисуса Христа служит указание на Его царское достоинство: Он есть "владыка царей земных". Здесь цари земные берутся, очевидно, как представители всего человечества, всей его власти и силы. Непосредственно к характеристике Иисуса Христа как подателя благодати и мира, св. Иоанном присоединяется прославление. В этом прославлении обращает на себя внимание своеобразность конструкции речи. Своеобразность произошла вследствие крайнего возбуждения тайнозрителя и крайней быстроты течения представлений в его уме: это есть новое свидетельство особенности Апокалипсиса как книги, отличной от других пророческих книг и написанной в состоянии высшего пророческого экстаза.

Если думают, что Богоправление ограничено было временами Ветхаго Завета, и окончилось с началом времен христианских: то мы можем сказать напротив, что с Ветхим Заветом окончился только прежний, более частный и чувственно-образный, вид Богоправления, и в то же время начался новый, более общий и духо-образный. Это не наше гадание, а созерцание Пророка. Бог Отец рек воплощаемому Сыну Своему: «проси от Мене, и дам Ти языки достояние Твое, и одержание Твое концы земли» (Пс. 2:8). И по Иоаннову Откровению Иисус Христос есть «Князь царей земных» (Откр. 1:5), – Князь царей, конечно, не по тщеславному и бездейственному имени, но по власти и по употреблению власти.