Книга пророка Исаии 5 глава 14 стих

Представляя нам множество погибающих, Пророк сказал, что ад расширил уста свои. Как говорится о животных, которые от великого голода жадно хватают пищу и расширяют зев, простертый к пище, так, говорит Пророк, и об аде говорится, что он расширит уста свои. Но может быть, слово сие показывает, что обитель ада есть какое-то место в земной внутренности, отвсюду застененное и несветлое, и что в сии подземелья ведет устье, чрез которое нисходят души, осужденные на мучения; и оно-то, по причине множества погибающих, чтобы принять всех, сделалось расширеннее. Ибо ад — не животное и не сила, по баснословию язычников поставленная над умершими. Посему те, которые, за еже не ведети Господа, пленени быша и изнурены гладом и жаждой духовной пищи, сходят в ад, вместе со славными, и великими, и богатыми, и губителями. Три угрозы возвещены грешникам: плен, мертвость и схождение в ад. Ибо "пленом" называется ниспадение из предшествовавшей жизни по обольщению врага, который отвлек нас от райского блаженства, "мертвостью" — отчуждение от животворящей заповеди, а "схождением в ад" — отлучение от Бога за преумножение греха и за расположение, противное добру. Как праведник уже воскрешен со Христом и спосажден на небесных (ср.: Еф. 1:20), так неправедный называется уже пленником, и мертвым, и нисшедшим в ад, по причине смертных грехов. Но Пророк перечислил различные сонмища сходящих в ад: во-первых, наименовал славних, это, может быть, люди, которые, пользуясь некоторой доброй славой, совершенно не имеют в жизни свидетельства, соответствующего кажущейся наружности; потом следуют велиции, которые какой-то силой и властью преимуществуют пред многими, и богатии, которые неправедно приобрели великое множество имущества или имеют ненасытимое желание большего; наконец, губителие их, которые, подобно тлетворной болезни, распространяющейся чрез сообщение, растлевают приближающихся к ним и справедливо называются губителями или за негодное учение, или за поощрение ко греху. И веселяйся, сказано, в нем. Это, может быть, по плоти иудей, веселящийся о земном Иерусалиме и не возводящий взоров к блаженству, какое уготовано святым Божиим. Заметь же, что в нем сказано по общему словоупотреблению, как нередко бывает в обычае приписывать и частным домам преимущества живущих в них. Таково и следующее изречение: Основания его на горах святых (Пс. 86:2). Посему и веселяйся в нем низойдет в ад.

Иудеи будут гибнуть не только от голода, но и от неприятельского меча и еще более от меча. Таковых будет чрезвычайно много, так что ад, или царство мертвых, который представляется здесь под образом алчного и ненасытного зверя, разширит душу свою для принятия умерших, т. е. даст широкое место в недрах своих для них, – и разверзет уста своя, еже не престати, т. е. непрерывно будет пожирать их, не закрывая своей пасти, в которую будут низвергаться жертвы смерти одна за другою без перерыва. В числе их будут славии и велицыи, т. е. славившиеся силою, могуществом, властью, – и богатии особенно обогатившиеся неправдами, – также губители их, – лица, которые своим пагубным нравственным влиянием растлевали славных, великих и богатых, – именно льстецы и лжепророки, – и наконец веселяйся в нем, – т. е. всякий проводивший жизнь в веселии и разгуле. – В нем, т. е. в Иерусалиме. Подобное словоупотребление св. Василий Великий указывает в Пс. 86:1: основание его, т. е. Иерусалима, не упомянутого выше, – на горах святых.

И разшири ад душу свою, чтобы поглотить погибающих от глада и жажды. И разверзе уста своя, еже не престати: это — Ассирийский народ. И снидут славнии, то есть колена Рувимово, Гадово и половина колена Манассиина.

Посему ад расширил душу свою и разверз уста свой без всякого предела, и сойдут в оный сильные его, и народ его, и высокие и славные его. Те, которые вставали рано утром для искания сикера и пребывали в опьянении до вечера, и, будучи заняты удовольствиями и увеселениями, не хотели взирать на действование Господа и не созерцали дел рук Его, отведены в плен за то, что не имели познания Сына Божия (Еф. 4:13), так как Он Сам говорит им: ни Мене весте, ни Отца Моего (Ин. 8:19), и вовремя самого плена погибли от голода и истомились от жажды.

Впрочем, прежде этого пророк возвышенно и сильно изображает бедствие голода, говоря: И разшири ад душу свою (Ис. 5:14), – говорит так не потому, чтобы ад имел душу, но олицетворяет угрозу, желая сделать свои слова более разительными и произвести живой страх в душе слушателей. Потому и продолжает так: И разверзе уста своя, еже не престати, – говоря как бы о каком-нибудь звере и приближая к ним образ вещей; и всего ужаснее то, что ад не только открыл уста свои, но и остается открывшим их, не насыщаясь погружающимися в него. И снидут в онь славнии, и велицыи, и богатии, и губители их. Далее, чтобы ты знал, что это происходило не по естественному порядку вещей, но было ударом Божьим и определением, нисшедшим с небес, он говорит, что туда будут низвергнуты люди знатные и облеченные властью, которые расстраивали все и приводили в беспорядок дела иудеев. «Губителями» пророк справедливо называет их, как людей, которые не оставляют нечестия в себе самих, но передают эту болезнь другим. Таково свойство заразы: начинаясь в одном теле, она, распространяясь, заражает и остальных. И веселяйся в нем, то есть наслаждающийся удовольствиями, восхищающийся, считающий себя обладателем постоянных благ, и тот падет и погибнет.

См. ст. 13 Ибо когда слышишь, что ад расширил свою душу, то надобно думать, что этим пророк хочет назнаменать не что иное, как то, что я сказал сейчас, потому что богодухновенное Писание употребляет иногда образные выражения и как бы в переносном смысле, говоря даже о таких предметах, которые не имеют души и не причисляются к разряду животных, хотя и действительно существуют. Какая душа у ада? Напротив, ад есть место и ужасная темница несчастных душ. Итак, души тех, которые предавались наслаждениям в сей жизни, снидут в ад и как бы наполнят его душу. Это же самое объясняет нам и божественный Псалмопевец говоря, думаю, о всякой душе, преданной наслаждениям и грехолюбивой: внидет даже до рода отец своих: даже до века не узрит света (Пс. 48:20). Как о святых, оставляющих нашу (здешнюю) жизнь, Священное Писание говорит, что они приложились к отцам своим (как негде блаженному Аврааму сказано: ты отыдеши ко отцем твоим, препитан в старости добрей (Быт. 15:15); так и об умирающих во грехах мы говорим, что они перешли к роду отцов своих, называя отцами их тех, которые прожили подобную (предыдущей) и во всем равную (ей) жизнь. Если же (Писание) говорило о множестве мертвых от голода и жажды воды, то мы относим это к тому, что написал Иосиф (Флавий), нарисовавший печальную картину великих бедствий Иудеев. Когда Иерусалим находился в осаде, женщины седали собственных своих детей, и от голода и нужды бросались на все, что уступало зубам. Но что это было не в одном только Иерусалиме, но и в других городах Иудеи, — как или почему усомнился бы в этом кто-нибудь? Итак, весьма многие истреблены были войною и пали от меча; когда же многие погибли таким образом, еще бóльшее число погибло от жестокого голода. А если бы кто-нибудь сказал, что у нечестивых Иудеев был недостаток и в духовных водах и божественной пище, и что таким образом они погибли и как бы низошли во ад вследствие того, что не были оживотворены Христом по подобию уверовавших в Него; то не отступил бы от истины; потому что им привелось и это испытать. Но какие нисходящие должны быть подразумеваемы под теми, для которых и самый ад расширил свою душу и открыл ненасытную свою пасть, это он объясняет, говоря: и славнии, и велицыи, и богатии, и губители их (οἱ λοιμοὶ). Так как они были начальниками над всей страной и знатнейшими людьми; то следовало ожидать, что подчиненных им они будут руководить надлежащим образом; но они этого не делали, а сделались для других образцами и примерами достойной проклятия жизни, почему и Священное Писание негде говорит им: яко пругло бысте стражбе, и якоже мрежа распростерта на Итавирии, юже ловящии лов поткнуша (Ос. 5:1, 2). Видишь ли, почему они сделались для других западнею и сетями? потому что подчиненные всегда любят подражать как добрым нравам, так и развращению своих начальников. Итак, они сделались виновниками погибели как своей собственной, так и всех других, и первые снизойдут и войдут в ад, потому что над ними прежде других разразится гнев божественный. Будут же наказаны они не за то, что были богаты и славны, а за то, что были язвой, то есть губителями и убийцами и себя самих, как я сказал, и подчиненного им народа.

Преисподняя. Могила рассматривалась как путь в преисподнюю (евр. «шеол»). Как вход в нее, она составляла неотъемлемую часть шеола, таким образом, только контекст может показать, идет ли речь о месте захоронения, или о загробном мире духов. Шеол трудно назвать приятным местом. Там не было владений, памяти, знаний или радости. Преисподняя не считалась местом суда или наказания, хотя попасть туда, а не остаться на земле живых, было акцией Божественного суда. Вследствие этого, переводить данное еврейское слово как «ад» было бы неверно, поскольку последний по определению означает место наказания. Израильские представления о преисподней были ближе к месопотамским, чем к египетским. Более подробная информация на этот счет приводится в коммент. к 14:9. Представление о шеоле как о чудовище, поглощающем нечестивцев, находит параллель в египетской «Книге мертвых». В то время как сердце человека взвешивается, сказочное чудовище хаоса с головой крокодила стоит в ожидании, чтобы пожрать того, кто не выдерживал испытания.

Стт. 11–17. Второй вид беззакония обличаемых пророком израильтян – чувственный образ жизни. Как видно из обличений Исаии, его алчные и разбогатевшие современники пиршествовали с раннего утра и до поздней ночи; виноградное вино, которого, но множеству виноградников в древней Палестине, было конечно в изобилии на их пиршествах, не удовлетворяло их: оно было очень легко, не достаточно их разгорячало; и потому они отдавали преимущество сикере – вину искусственному, которое приготовлялось из меда, изюма, фиников и других плодов, а также из ячменных зерен, и очень скоро опьяняло; пьяные пиры разнообразились игрою на всевозможных музыкальных инструментах. Но подобного рода пиршества и не давали времени пирующим, да и делали их неспособными углубиться мыслью в современное положение дел как в их стране, так в странах соседних и предугадать, – что было не особенно трудно, – те последствия, к которым неминуемо должна была привести их неразумная их жизнь: «на дела Господа они не взирают, и о деяниях рук Его не помышляют». Дела Господа, деяния рук Его, – это вечный, путем грозных судов ведущий человека ко спасению Божественный совет, поскольку он осуществляется в истории, постоянно направляемой к известным целям высшею Десницею и потому поучительной для внимательно присматривающихся к ходу ее событий. Но когда же мыслить о чем бы то ни было и к чему-либо присматриваться с головою отуманенною вином, отупевшею среди шума пиршеств? И за то, возвещает пророк, Израиль пойдет в плен непредвиденно¹ и обильные яствами и напитками пиршества его знатных и богатых сменятся голодом и жаждой. Но этого мало: в шеол низойдет все славное, богатое, веселящееся и высокомерное в Израиле: «За то преисподняя расширилась и без меры раскрыла пасть свою; и сойдет туда слава их, и богатство их, и шум их, и все, что веселило их. И приклонится человек и смирится муж, и глаза гордых поникнут». Но что это за преисподняя – шеол? Еврейское слово «шеол» объясняют, по его происхождению и первоначальному значению, не одинаково. Прежде почти все толкователи вз. Писаний производили его и в настоящее время некоторые, между прочим Каспари, производят от корня «шаал», что значит «требовать». Производимое от этого корня слово «шеол», но объяснению сторонников такого производства, прежде всего значит решительное, роковое требование, предъявляемое всему земному, требование, которому не возможно не подчиниться; далее – соеди-вяемое с представлением о пространстве, оно обозначает место вечного мрака, куда с неумолимостью увлекается все, находящееся на земле; наконец соединяемое с представлением о живом существе (шеол в вз. Писаниях олицетворяется), слово «шеол» становится названием мрачной проклятой силы, существование которой допускается Богом, и которая влечет к себе все земное и поглощает. На стороне такого производства и объяснения стоит отчасти Эйлер по стольку, по скольку оно согласуется с ветхозаветным представлением о ненасытной алчности царства смерти (Herzog’s Real-Encykl. XXI, 612). Но другому мнению, разделяемому многими из западных толковников новейшего времени, «шеол» происходит от корня «шал», с которым связывается понятие о чем-то бездонном, глубоком; производимое от этого корня, слово «шеол» будет значить: пропасть, бездна. Такое производство и значение соответствует вз. представлению о шеоле, как месте, находящемся во внутренности земли; отсюда – встречающееся в вз. Писаниях выражения: «шеол, внизу находящийся или, по русск. (синодск.) переводу «ад преисподний» (Втор. 32, 22), «глубины земли», или, по русск. перев., «преисподняя земли (Пс. 62:10), страна «глубины» или «преисподняя страна» (Иез. 31:14)². Шеол – место противоположное стране света и жизни, находящейся в высших сферах (Иез. 26:20), или земле живых, место тьмы и обнаружения во мраке и огне гнева Божия, место, куда сходят все умирающие. Впрочем при таких представлениях о шеоле в в. завете все же существовала вера в то, что отношения, в которых здесь на земле находится Иегова к праведным, не прекращаются окончательно вместе с смертью последних, что, напротив, все те люди, которые в течение земной жизни прилеплялись к Богу Живому, и в шеоле, во мраке смертном сохраняют в себе семена вечной жизни, и хотя находятся здесь под гневом Божиим, но в тоже время ощущают и веяние Божественной любви. И эта вера давала возможность вз. мудрецам не совершенно безнадежно, не без отрадных предчувствий останавливаться мыслью на загадке, какую предлагала им смерть и царство смерти – шеол; эта вера легла в основу вз. учения пророков о воскресении мертвых и она же вызвала из сердечной глубины Псалмопевца следующие слова: «как овец заключит (Господь) их (беззаконников) в преисподнюю; смерть будет пасти их, и на утро праведники, будут владычествовать над ними; сила же их истощится, могила-жилище их. Но Бог избавив душу мою от власти преисподней, когда примет меня» (Пс. 48:15, 16). И вот в эту-то бездну, в эту страну мрака и смерти спадут, по слову пророка, славные и богатые дома Израилева, веселящиеся мужи Иуды, и уже конечно безнадежно, не сохранив в себе семени вечной жизни, и таким образом унизятся их высокомерие и смирится гордость. Они не хотели превозносить Иеговы, прославлять Его своею деятельностью, святить имя Его своею жизнью; тем не менее Иегова превознесется, но уже тем, что совершит Свой грозный суд над ними, явит святость Свою, но уже в карающей правде. Дважды был поглощаем ненасытным шеолом средоточный пункт внешней и внутренней жизни избранного народа – Иерусалим, в первый раз, во время халдейского, в последний – в дни римского опустошения; видимое его разрушение было лишь внешнею стороной невидимого его поглощения мрачною проклятою силою шеола. Впрочем, и по внешней своей стороне древний Иерусалим поглощен внутренностию земли. Подобно грандиозным развалинам Вавилона и Ниневии, которые занесены целыми горами пустынного песку, и остатки древнего Иерусалима глубоко погребены под землею; и только в последнее время до некоторых из них проникли, путем раскопок, неутомимые ученые путешественники. Если же взять во внимание то, что обетованная земля в настоящее время служит почти сплошным громадным пастбищем для арабских пастушеских племен, что современный Иерусалим, возникший на развалинах древнего, есть мусульманский город, то во всем этом нельзя не признать буквального исполнения и следующих слов нашего пророка: «и будут пастись овцы по своей воле и чужие будут питаться оставленными тучными пажитями богатых». Доселе пророк касался в своих обличениях внешних, чувственных, так сказать, беззаконий своих соплеменников – жажды к приобретению богатства, пьянства и вообще разгульной жизни. Далее он обличает грехи духовные, теоретические.

And Hades enlarged its soul and opened its mouth so as not to cease. Through these words he has shown the multitude of the dead. But he used personification and showed us death like some sea-monster |104 b| having its mouth perpetually open and unceasingly receiving the dead who are sent down. And there shall descend into it the glorious and the great and the rich and the pests of her and he who exults in her. He calls pests those who not only corrupt themselves but also summon others to the same disease. For such is also the nature of a plague; for those who are sick transmit the affliction to those who are healthy.

 

 Пророк Исаия говорит иудеям, что они – на краю погибели: «разшири ад душу свою, и разверзе уста своя». От чего это? Как дошли до сего иудеи? Выслушайте объяснение Пророка! «С гусльми бо и певницами, и тимпаны, и свирельми вино пиют, на дела же Господня не взирают, и дел руку Его не помышляют» (Ис. 5:12:14). Необузданное плотоугодие довело их до забвения Бога: а удаляющиеся от Бога куда идут, если не к аду? «И ад разширяет душу свою и разверзает уста своя», чтобы поглотить их.
Благодарение Апостолу Христову, который не только старается не допустить нас до сей опасности увещанием, но и показывает вернейшее средство и надежнейшую помощь к нашему охранению от оной. «Облецытеся, – говорит, – Господем нашим Иисус Христом, и плоти угодия не творите в похоти». Подвизайтесь исполнять первую часть сего наставления: и в сем найдете средство и помощь к удобнейшему исполнению второй.