Иов 1 глава 20 стих

Иов раздирает свои одежды в знак великого горя, которое случилось с ним. Но при этом он падает на колени и поклоняется Богу и говорит: Господь дал, Господь и взял... да будет имя Господне благословенно! То есть, несмотря ни на что, все равно славит Бога, показывая тем самым, что он и раньше славил Создателя не из-за каких-либо благ, а потому, что он служил Ему и любил Его. 

В стране Авситидийской (евр. Уц) жил некто Иов, ко­торый отличался, как своим благочестием, так и цветущим благосостоянием своего дома (1—5). И вот он внезапно подвергается страшным бедствиям. Такой переворот в жизни Иова Бог допустил по наветам сатаны, который в собрании анге­лов пред Богом старался очернить добродетель Иова и ут­верждал, что Иов не устоит в благочестии, если подвергнуть его тяжким испытаниям (6—12). Сначала разбойники и огненный дождь лишили Иова его стад и рабов (13 — 17); потом дети его погребены были под развалинами обрушившагося дома (18-19), но Иов безропотно перенес постигшия его несчастия и только благословил Господа (20—22).

Вместе с добрыми ангелами, является пред Ботом и противник добра (евр. сатана). Милосердый Бог, не хотящий смерти грешника, таким допуще­нием к Себе диавола показывает, что Он не отверг бы и обращения самаго перваго виновника зла, если бы он когда-нибудь восхотел раскаяться. Явление пред Бога среди сынов Божиих, напоминая диаволу о прежнем его величии и прежних отношениях к своему Творцу, должно пробуждать в нем чувство сожаления п при этом, что конечно главное, лишить его возможности оправды­ваться в своем упорстве: так как Господь употребляет все меры для его спасения, но он вместо того продолжает коварствовать на людей и противоречить Богу.

Но, несмотря на весь этот увиденный, прочувствованный и пережитый им ужас, Иов не возроптал на Бога, не осудил Его за все то, что случилось ныне с ним:

Тогда Иов встал и разодрал верхнюю одежду свою, остриг голову свою и пал на землю и поклонился и сказал: наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно! Во всем этом не согрешил Иов и не произнес ничего неразумного о Боге (Иов. 1:20-22).

Мы видим: Иов раздирает свои одежды и остригает волосы, низвергается на землю, ибо пребывает в крайней степени горя. Вместе с тем он по-прежнему смиряется перед волей Божией и благодарит Его абсолютно за все, что посылается на его жизненном пути. По словам святителя Григория Великого, Иов «хоть и рыдая, шествует по правому пути, поскольку его уста даже среди стенаний открыты для похвалы Богу, ибо он тотчас говорит: Господь дал, Господь взял, как Господу было угодно, так Он и сделал; да будет имя Господне благословенно (Иов. 1:21)» [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. VII. 43. PL. 75. Col. 792A.]. Итак, Святые Отцы настаивают на том, что сказанные здесь Иовом слова были искренним выражением принятия праведником воли Творца, свободным его согласием абсолютно на все, что волит Бог в отношении Иова, – даже и на самые великие скорби. По формулировке преподобного Исихия Иерусалимского, здесь Иов «воздавал хвалу Богу словами», именно «созвучными его помышлениям» [Преподобный Исихий Иерусалимский. Homelies sur Job: version armenienne. 3.1.22. PO. 42.1.190. S. 118. Русский перевод: Библейские комментарии. Книга Иова. С. 12.] – совершенно искренне.

При этом Иов, по мысли Златоуста – отец, нежно любивший своих детей, – отнюдь не оставался здесь бесчувственным к случившемуся. Поэтому и его слова Господь дал, Господь и взял (Иов. 1:21) никак нельзя считать проявлением с его стороны какого-либо равнодушия. Он искренне и подлинно скорбит, но эта скорбь не сокрушает его дух, не лишает его прежнего великого смирения и чувства любви к Богу [См.: Святитель Иоанн Златоуст. Fragmenta in Beatum Job. 1. PG. 64. Col. 532D-533A. Русский перевод: Святитель Иоанн Златоуст. Отрывки на книгу блаженного Иова. 1 // Творения. Т. 12. Кн. 3. С. 1020–1021.]. Как пишет об этой особой любви Иова к Богу святитель Иоанн Златоуст, «...смотри также, что сказал Иов: Господь дал, Господь и взял (Иов. 1:21). Не желая, чтобы кто-либо злословил его Возлюбленного, – а иной мог сказать: в такие-то бедствия Он предал тебя, – Иов своей любовью устраняет проклятие: буди, говорит, имя Господне благословенно (ср.: Иов. 1:21). Люблю, говорит, и не могу я злословить Его» [Латинский перевод: In Isaiam prophetam interpretatio Sancti Joannis Chrysostomi, archiepiscopi Constantinopolitani. XIV. 28–29. P. 173. Русский перевод: Святитель Иоанн Златоуст. Толкование на пророка Исайю. XIV. 28–29. Т. 6. Кн. 1. С. 146.].

Толкователи также отмечают, что Иов этими своими словами выражает убеждение в том, что все, что мы имеем в нашей жизни, любое имущество, – то, чем, как нам кажется, мы владеем и распоряжаемся, – на самом деле нам не принадлежит и является достоянием одного только Бога. Так, по мысли комментирующего это речение Иова (Господь дал, Господь и взял. – (Иов. 1:21)) Климента Александрийского, «ничто из того, что мы стяжали, нам не принадлежит; мы владельцы одного только имения – благочестия» [Климент Александрийский. Fragmenta. 1. PG. 9. Col. 740B. Русский перевод: Библейские комментарии. Книга Иова. С. 9.]. Тем самым, эта мысль Иова оказывается универсальной для всех поколений живущих на земле верующих христиан, призванных разделить такую убежденность древнего праведника.

Таким образом, Иов стойко и смиренно перенес все постигшие его искушения и испытания. Как свидетельствует библейский текст, во всем этом не согрешил Иов и не произнес ничего неразумного о Боге (Иов. 1:20-22)».

Итак, Иов не возроптал на Бога за все случившееся, хотя и страшно терзался и страдал из-за потери любимых детей. И в этом, по убеждению Святых Отцов, Иов так же, как и во многом другом, явил собой прообраз Христа, Который, будучи безвинен и безгрешен, смиренно и безропотно принял поношения и страдания ради Искупления человеческого рода. Об этом созвучии страданий Христа и их ветхозаветного прообраза – несчастиях праведного Иова, во время которых Иов не восстал против Бога и не согрешил против Него ни словом, ни мыслью, – пишет святитель Григорий Двоеслов. При этом Святитель проводит ясную параллель между этим библейским свидетельством и словами из Послания апостола Петра. Двоеслов подчеркивает, что подобно Иову, который и не согрешил, и не произнес ничего неразумного о Боге, и Христос также, по свидетельству апостола, не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его (1 Пет. 2:22) [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. II. 62. PL. 75. Col. 586B.].

 Но как и праведный Иов, при столь благодатном чувствовании сердца, уступил немощи естества человеческаго, и с самым посещением Божиим, которое было скорбное, а не радостное, сообразовался, тем, что «востав растерза ризы своя, и остриже власы главы своея, и посыпа перстию главу свою» (Иов. 1:20), в знамение печали: то и нам приличнее ныне образ печали, нежели радости, и по духовной немощи нашей, и по смирению пред грозным посещением Божиим, и наипаче по греховности нашей. Ибо как посещает ныне нас Бог, без сомнения, по грехам нашим: то всего паче потребно для нас покаяние: а с покаянием сообразнее печаль, нежели радость, только бы печаль была по Боге, Котораго мы оскорбили грехами нашими. «Печаль бо, – говорит Апостол, – яже по Бозе, покаяние нераскаянно во спасение соделовает» (2 Кор. 7:10).