Иов 1 глава 17 стих

38. Подвергся испытанию Иов перед Богом (см. Иов. 1:8; Иов. 2:3), но хотя он доказал свою добродетель, не был победителем; его преданность Богу была испытана, однако он не получил награду за добродетель и потому подвергся искушению (см. Иов. 1:12; Иов. 2:6), чтобы стать достойным еще большей славы.

39. Полезно рассмотреть ступени этого знаменательного искушения. У дьявола была не одна стрела, он множил удары, чтобы победить, или заманив, или утомив. Сначала он бьет по пристрастию к имению, потом по любви к родным, затем по здоровью, он бьет и по душе, и по телу (см. Иов. 2:7). Разные искушения направлены на разных состязающихся: богач поражен ущербом, отец — утратой детей, человек — болью, тело — язвами. Сколько ударов стрел! А Господь не пожелал иметь того, что можно потерять, и пришел в мир нищим (ср. 2 Кор. 8:9), так что дьяволу нечего было отбирать. Хочешь убедиться в верности этих слов? Послушай Самого Господа: Идет князь мира сего и не найдет во Мне ничего (Ин. 14:30). Он не захотел быть отцом немногих (ср. Иов. 29:16), но пожелал быть отцом всем. А телесными ранами напрасно было бы испытывать Того, Кто презирал все телесные страдания! В то же время Он хотел показать нам, что Ему принадлежит безупречная победа, так как Он одержал победу над врагом тела. Иов как человек искушается своим имуществом, Иисусу предлагается искушение всеобщим достоянием; у одного отнимается состояние, Другому предлагается царская власть над вселенной. И притом дьявол не обошелся без обмана, боясь вы звать гнев Сына Божьего: Иова он искушает, нанося ему обиды, Иисуса — предлагая награды. Вести приходят одна за другой (см. Иов. 1:14-17), усугубляя раны, все же храбрый борец не смущается духом.

Дьявол буквально не дает Иову передохнуть, посылая бедствия одно за другим. Зачем сатана это делает? Чтобы Иов обвинил во всем Бога (отсюда и «огонь Божий», и поток непрерывных бедствий). Катастрофы имеют корень не в че-ловеческом мире. Они имеют дьявольское происхождение. И одна из последних фраз вестника: ...и вот, большой ветер пришел от пустыни — выдает дьявола, потому что вихрь пришел из пустыни, а пустыня в представлении всех народов — это место обитания падших духов.

В стране Авситидийской (евр. Уц) жил некто Иов, ко­торый отличался, как своим благочестием, так и цветущим благосостоянием своего дома (1—5). И вот он внезапно подвергается страшным бедствиям. Такой переворот в жизни Иова Бог допустил по наветам сатаны, который в собрании анге­лов пред Богом старался очернить добродетель Иова и ут­верждал, что Иов не устоит в благочестии, если подвергнуть его тяжким испытаниям (6—12). Сначала разбойники и огненный дождь лишили Иова его стад и рабов (13 — 17); потом дети его погребены были под развалинами обрушившагося дома (18-19), но Иов безропотно перенес постигшия его несчастия и только благословил Господа (20—22).

Вместе с добрыми ангелами, является пред Ботом и противник добра (евр. сатана). Милосердый Бог, не хотящий смерти грешника, таким допуще­нием к Себе диавола показывает, что Он не отверг бы и обращения самаго перваго виновника зла, если бы он когда-нибудь восхотел раскаяться. Явление пред Бога среди сынов Божиих, напоминая диаволу о прежнем его величии и прежних отношениях к своему Творцу, должно пробуждать в нем чувство сожаления п при этом, что конечно главное, лишить его возможности оправды­ваться в своем упорстве: так как Господь употребляет все меры для его спасения, но он вместо того продолжает коварствовать на людей и противоречить Богу.

Здесь, пожалуй, следует обратить внимание на одно понятие, которое более всего интересует церковных толкователей в Приложении к данному отрывку книги Иова: огонь Божий (Иов. 1:16).

При чтении только что приведенного библейского фрагмента может показаться, что этот огонь посылается на стада Иова именно с небес – якобы прямо от Бога, что источником этого смертоносного пламени является Сам Господь: ведь оно ясно называется в тексте «Божиим». Однако мы можем заметить, что так именует этот огонь не сам автор библейского текста и не Иов, а вестник обрушившегося на праведника горя – вероятно, один из его слуг. Тем самым «огнем Божиим» эта разрушительная сила именуется предположительно и условно. Святые Отцы настойчиво утверждают, что тот огонь изошел не от Бога, а от диавола. Так, по Златоусту, именно «сила диавола... привела его в движение по попущению Божию» [Святитель Иоанн Златоуст. Fragmenta in Beatum Job. 1. PG. 64. Col. 529CD. Русский перевод: Святитель Иоанн Златоуст. Отрывки на книгу блаженного Иова. 1 // Творения. Т. 12. Кн. 3. С. 1019.]. По словам святителя Иоанна, «когда враг увидел, что праведник благородно устоял после первого и второго удара и совершенно не поколебался этими его искушениями, поражаемый, но не раненный, он ухищряется сделать нечто иное. Он бросает огонь сверху, чтобы казалось, что огонь ниспослан с неба, и чтобы, подумав, что Бог с неба воюет против него, Иов похулил Бога, столь несправедливо наказывающего его без всякого греха...» [Он же. In Justum et Beatum Job. 1. 2. PG. 56. Col. 565. Русский перевод: Святитель Иоанн Златоуст. О праведном и блаженном Иове. 1. 2 // Творения. Т. 6. Кн. 2. С. 914.]

В этом смысле видимая картина сходящего с неба огня оказалась неким спровоцированным именно сатаной обольщением смотрящих, ошибочно предположивших, что они якобы зрят силу Божественного гнева и наказания. Святой Андрей Кесарийский даже проводит здесь параллель между этим огнем с неба, который сходит на стада Иова, и тем тоже якобы небесным пламенем, что в соответствии с Откровением святого Иоанна Богослова будет в конце времен сводить на землю лжепророк – предтеча антихриста: и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми (Откр. 13:13). И то и другое пламя лишь по видимости сходит с неба, на самом же деле является следствием сатанинских злобы и обмана, нацеленных на духовный обман человека. Святой Андрей пишет об этом так: «Посему нисколько не удивительно, что для обольщенных лжепророком антихриста очей видим будет огонь, сходящий с неба, так как еще из истории Иова знаем, что по Божию попущению действием сатаны снизошел огонь с неба и сжег его стада (см.: Иов. 1:16)» [Святитель Андрей Кесарийский. Commentarius in Apocalypsin. Sermo XIII. PG. 106. Col. 337C. Русский перевод: Святитель Андрей Кесарийский. Толкование на Апокалипсис. Слово 13. М., 1901. С. 108.].

Итак, это сам сатана обманом, стремясь, по выражению святителя Григория Великого, «поразить Иова исходящей от Бога враждебностью... показывает гнев с неба» [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. II. 24. PL. 75. Col. 567C.] и потому-то вкладывает свидетельство об «огне Божием» в уста приходящего к праведнику вестника. Тем самым, по мысли Двоеслова, сатана, искушая Иова, как бы дает ему понять: «"Ты терпишь кару от Того, Кого хотел умилостивить столь многими жертвами; переносишь гнев Того, Кому ежедневно служил до пота»... Лукавый враг, желая сокрушить крепчайшую грудь святого мужа одновременно и человеческой враждебностью, и отчаянием в Боге, сначала говорит о нападении Савеян и вскоре сообщает, что огонь Божий сошел с неба; чтобы как будто исключить всякую возможность утешения, превращая в противника Того, Кто мог утешить душу среди бедствий...» Там же. II. 23. PL. 75. Col. 567AB.

Святитель Григорий также прилагает к этому образу якобы сходящего с небес огня помимо этих приведенных мною ранее его истолкований еще и нравственно-аллегорическое изъяснение, из которого также следует, что этот огонь не может быть ничем иным, кроме как огнем сатанинских искушений, хотя и попускаемых нам Богом. Он пишет: «Так против наших чистых помышлений от воздушных сил устремляется огонь зависти подобно огню с небес, сходящему на овец. Часто эти силы разжигают чистые помышления нашего ума огнем страсти; и словно пожигают огнем овец, когда искушением разнузданности нарушают целомудренные движения души. Это и называется огнем Божиим, так как бывает не по воле, а по попущению Божию» [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. II. 74. PL. 75. Col. 590BC.].

Однако, пожалуй, самое яркое и неожиданное толкование этого библейского образа «огня с неба» предлагает нам преподобный Исихий Иерусалимский. Он считает, что тем упавшим с высоты на стада Иова пожигающим пламенем и был сам сатана, принявший внешний и зримый облик этой природной стихии. Преподобный Исихий пишет: «Кто есть этот огонь? Сам враг, о котором сказал Давид: Да падут на них горящие угли (Пс. 139:11). На самом деле он не мог, как считают некоторые, метать громы и молнии или приводить в движение стихии. Потому дьявол в подобии огня упал на стада овец, чтобы принудить Иова к хуле на Бога, словно это Он с неба погубил богатства праведника» [Преподобный Исихий Иерусалимский. Homelies sur Job: version armenienne. 3.1.16. PO. 42.1.190. S. 106. Русский перевод: Библейские комментарии. Книга Иова. С. 7.]. Тем самым, по мысли преподобного Исихия, получается, что, поскольку сатана не имеет власти над могучими силами природы – огнем, молниями, бурей, – над которыми властен один лишь их Творец Бог, – то он вынужден, для того чтобы навредить праведному Иову, «прикинуться» этими силами... Впрочем, не все Отцы согласны с преподобным Исихием в такой трактовке бессилия сатаны по отношению к силам природы. Так, святитель Григорий Великий настаивает на том, что сатана по попущению Божию все же бывает способен «колебать стихии для осуществления своей подлости» [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. II. 25. PL. 75. Col. 568A.], как это и было в случае с Иовом.

(о халдеях см. толк. на Иов. 1:14-15)