К Римлянам послание ап. Павла 9 глава 3 стих

Апостол Павел охотно отдал бы свою жизнь, если бы этим он смог привести своих соплеменников ко Христу: «Ибо хотел бы я сам быть “анафема”, отлучённым от Христа, ради братьев моих, сродников моих по плоти» (9:3). Возможно, он вспоминал один из эпизодов истории Израиля: когда Моисей подымался на Синай, чтобы получить закон, народ, оставшийся внизу, сотворил золотого тельца и поклонялся ему. Это вызвало гнев Божий на них, и тогда Моисей обратился к Богу с молитвою: «Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32:32). Ради своих братьев апостол согласен сам быть проклятым, если этим можно изгладить их неверие. Павел употребляет греческое слово анафема. То, что было предано анафеме, было обречено на уничтожение. Если завоёвывали языческий город, то всё в нём подлежало истреблению, так как было осквернено (Втор. 3:6, Втор. 2:4; Иис Нав. 6:17, Нав. 7:1—26). Если человек пытался отвратить Израиля от поклонения истинному Богу, его беспощадно предавали смерти (Втор. 13:8—11). Самым дорогим в жизни Павла было как раз то, что ничто не могло отлучить его от любви Божией «во Христе Иисусе» (8:39). Но если бы это могло помочь спасению его братьев по плоти, он согласился бы даже быть отвергнутым, отлучённым от Бога.

Рим. 9—11 посвящены философии истории. В общем плане эти три главы являются как бы отступлением.

В славословии Божественной любви (Рим. 8: 35—39) Ап. Павел исповедует, что никакая сила не может отлучить его от Христа. Между тем в главе 9, ставя ветхозаветную проблему во всей остроте, он готов быть отлученным от Христа за братьев своих, сродников по плоти (Рим. 9: 3, 4): «я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих... то есть Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования».

Употребленные в греческом тексте глаголы «отлучать» в Рим. 8, 9 не одни и те же. В Рим. 8: 39 это «хоризо» - «ставить отдельно»; в Рим. 9: 3 это «ивхомэ» — «провозглашать; молиться об анафеме на самого себя». Павел, таким образом, пользуется оборотом, который выражает неисполнимое желание. Он знает, что его желание не исполнится, потому что никто и ничто не может отлучить его от Христа.

Положение ветхого Израиля в Римской империи было особым. Иудеям диаспоры, ойкумены, рассеяния («эллинистам») разрешалось каждый год беспошлинно переводить в Иерусалим храмовый налог. Палестина пользовалась относительной автономией, здесь функционировали свой церковный суд, синедрион, был даже свой царь. Иудеи были освобождены от воинской повинности в римской армии. Римские власти признавали еврейскую субботу, все повинности в этот день для иудеев отменялись.

Апостол Павел молился Богу, чтобы, если кому-то нужно пострадать за евреев, идти в ад на вечные мучения, это был он, лишь бы евреи спаслись. Те самые евреи, которые хотели его убить. Совершенно невероятный момент. Нечто похожее было только с Моисеем. В Книге Исход есть удивительный момент, когда Моисей молился за иудеев: «Прости им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32:32). Это пример немыслимой любви. И, конечно, нужно вспомнить любовь Христа, Который молился за распинателей: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23:34). Вот вершина! Апостол Павел далеко превзошел всякую месть. Он молился и был готов, если бы только это могло помочь, отказаться от живого общения с Христовым Царством. Не от Христовой любви, которая всегда была в нем, а от нахождения вместе с Ангелами, Архангелами и другими святыми. Павел готов был пойти на это по любви ко Христу, лишь бы весь еврейский народ пришел к Спасителю.

Святитель Иоанн Златоуст произносит потрясающие слова: «Иные думают, будто бы Павел говорит здесь в словах: молил бых ся отлучен быти от Христа — о временной смерти. О таких скажу, что им столько же, или еще гораздо более, неизвестен Павел, как слепым луч солнечный. Кто каждый день умирал, подвергся тучам бед и говорил: кто ны разлучит от любве Христовы, скорбь ли, или теснота, или глад, или гонение? кто, не удовольствовавшись исчисленным, превзошел небо и небо небеси, опередил Ангелов, Архангелов и все горнее; кто, совокупив все, — настоящее, будущее, видимое, постигаемое умом, горестное, благое, причастное тому и другому, — ничего не оставил без внимания и тем не удовольствовался, но предполагает другое подобное и еще не существующее творение: ужели бы такой человек при всем этом стал упоминать о временной смерти, как о чем-нибудь важном? Нет, нет! Так думать о Павле неприлично. Если бы о сем говорил он, на что бы ему желать быть отлучену от Христа? Временная смерть теснее соединяет с ликом Христовым и дает вкушать будущую славу. Итак, оставив сказки и пустословие, которые, подобно детскому лепету, не стоят опровержения, и возвратясь к собственным словам Апостола, насладимся морем любви его; будем представлять в мыслях сей неизреченный пламень, о котором, что ни говори, ничего не скажешь достойного. Ибо любовь Павла была шире моря, сильнее всякого огня. И никакое слово не может изобразить ее по достоинству. Один Павел постигал ее, как вполне ею обладавший»¹.

Невообразимая любовь к гонителям, преследователям, мучителям. Такая любовь, что Павел даже готов пойти за них в ад. Святитель Феофан Затворник, толкуя это место, пишет: «Любящий Господа и любимый Им везде будет в раю, хоть помести его в ад»². Рай там, где есть любовь Божия, а любовь Божия и переполняла Павла в тот момент, когда он молился Богу, говоря, что готов в вечности пожертвовать собою, лишь бы спасти свой народ. Так и Моисей молился за иудеев. Так Христос молился за убийц Своих. Это и есть предел любви. Сердце Павла было настолько любящим, что он готов был пойти в ад за евреев, лишь бы они спаслись. Представляете, за врагов, убийц, преследователей, которые повсюду вели за ним охоту. Помните, как народовольцы вели охоту за Александром II? Так же и евреи вели охоту за апостолом Павлом. И ради них он готов был пойти на вечную муку.

Апостол Павел молился, чтобы быть анафемой от Христа за братьев его, родственников по плоти. «Быть анафемой» значит быть отлученным. Слово «анафема» и означает «отлучение», «отделение». Кстати, согласитесь, насколько это не похоже на нынешних антисемитов. И близко не лежит. Часто заявляют: «Евреи столько зла России сделали». Да, сделали, но кому они больше причинили вреда, апостолу Павлу или России? Они себе зло сделали. Да, они злодеи, и это чистая правда, но какой подход ближе Богу, апостола Павла или наш? Как вы думаете, кто ближе к Богу, апостол Павел, который готов был пойти на вечную смерть ради евреев, или люди, проклинающие евреев на каждом шагу? Заметьте, здесь нет одобрения еврейства. Павел ничуть не одобряет еврейство и отступничество. Он осуждает его, но самих людей жалеет. Любовь, которая была у него ко Христу, порождала любовь и к врагам, а отсюда и проповедь. Это не противоречие, но одно вытекает из другого. Из любви ко Христу вытекает любовь к врагам, родственникам по плоти, а отсюда и смелость, с которой Павел пресекал их лжеучение. Любовь, словно щит, охраняла апостола со всех сторон.

Обратимся к толкованию святителя Феофана Затворника: «Отлученный от Христа не имеет уже части со Христом, лишается наследия Его — Царства Небесного, и часть его с осужденными. Следовательно, Апостол готов принесть за братий своих такую жертву, выше которой уже нет: по великости желания велика и жертва. Тут совмещено все, что только мог принесть с своей стороны святой Павел. Какая любовь! Подобную сей изъявлял пророк Моисей, когда умолял Бога простить иудеям грех»¹.

быть отлученным - букв, «быть проклятым, преданным анафеме». По поводу термина «анафема» см. комм, к Гал. 1:8. Павел использует здесь это выражение, чтобы показать всю силу своей скорби о неверии народа Израиля.

В главах 9-11 Послания к Римлянам Павел развивает большую тему: в каком-то смысле ее можно назвать темой всей его жизни. Какое место занимает израильский народ в Божественном плане спасения человечества? Как Бог относится к народу, в основной своей массе отвергшему Иисуса, не признавшему в Нем обетованного Мессию? Есть ли у этого народа какое-то особое предназначение? Дилемма, стоявшая перед Павлом, сформулирована современным ученым в следующих выражениях: «Как Бог может даровать спасение во Христе иудеям и язычникам без различия, при этом оставаясь верным обетованиям, которые Он дал Израилю?» Howell D. G. An Introduction to the Study of Paul. P. 143.

Тему особого предназначения израильского народа Павел начал рассматривать в 3-й главе, где ставил вопрос о том, какое преимущество быть иудеем и какая польза от обрезания. Тогда он ответил, что «великое преимущество во всех отношениях», но далее повел речь не столько об особом призвании израильского народа, сколько о неверности некоторых его представителей (Рим. 3:1-8). Теперь же, после всего, что уже было сказано в послании об оправдании верою, о законе, о предопределении ко спасению и о любви Божией, Павел считает необходимым вернуться к теме Израиля, но на новом уровне.

«Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих»

Он начинает с очень эмоционального объяснения в любви к своему народу, выражая скорбь о том, что его народ не принял Христа:

Истину говорю во Христе, не лгу, свидетельствует мне совесть моя в Духе Святом, что великая для меня печаль и непрестанное мучение сердцу моему: я желал бы реч, ηύχόμην можно также перевести как «я молился бы». сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти, то есть Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования; их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь (Рим. 9:1-5).

Этот текст имеет прямую смысловую связь с тем, что ему предшествовало: словами о любви Христовой, от которой любящего не может отлучить (χωρίσαι — отделить) никакая тварь. Однако теперь Павел неожиданно заявляет, что готов быть «отлученным от Христа» за братьев своих. Как это понимать?

Прежде всего, отметим, что Павел употребляет очень сильный термин άνάθεμα («анафема»), который на языке Нового Завета получил значение «отлучения» (или «проклятия»); он функционировал также в качестве прилагательного (отлученный, проклятый). Этот термин уже во времена Павла применяли к людям, которых отсекали от тела Церкви, о чем свидетельствует его употребление в 1 Кор. 16:22 («Кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема. ..») и Гал. 1:8-9 («Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема»).

Говоря о своей готовности быть отлученным от Христа за братьев, Павел исповедует самую сильную степень любви к ним, которая для него была возможна, готовность ради них расстаться с самым дорогим, что у него было. Одновременно он таким образом выражает любовь к Христу:

Что ты говоришь, Павел? От возлюбленного Христа, от Которого не могли отлучить тебя ни царство, ни геенна, ни видимое, ни представляемое умом, ни другое тому подобное, — от Него ты желаешь теперь быть отлученным? Что произошло? Не изменился ли ты, не погубил ли любовь свою? Нет, говорит, не бойся, я только усилил в себе эту любовь. Как же ты желаешь быть отлученным?.. Потому что сильно люблю Его, говорит... Итак, какая причина? Опять Сам

возлюбленный Иисус. И, конечно, не Его называет причиной, так как говорит: я желал бы отлучен быть от Него «за братьев моих»... Не без причины сказал то, что сказал, но на том основании, что все, порицая Бога, говорили, что изгнаны и лишены чести те, которые удостоились именоваться сынами Божиими, приняли закон, познали Бога прежде всех народов, пользовались особенной славой, служили Богу прежде всей вселенной, получили обетования, были отцами своих колен и, что всего важнее, стали праотцами Самого Христа — это и значат слова «от них Христос по плоти» — и что, вместо них, введены люди из язычников, никогда не знавшие Бога. Так как, говоря это, они хулили Бога, то Павел, слыша это, терзался, скорбел о славе Божьей и желал быть отлученным, если это было возможно, под тем условием, чтобы спаслись иудеи...218

Павел делает несколько утверждений касающихся иудеев. Прежде всего, именно этот народ был усыновлен Богом. О нем Господь говорит фараону через Моисея: «Израиль есть сын Мой, первенец Мой» (Исх. 4:22).

Этому народу принадлежат «усыновление и слава». О понимании Павлом термина «усыновление» мы говорили выше Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам 16, 1-2 (PG 60, 549-550). Рус. пер.: С. 689-691. См. с. 108.. Термин «слава» (δόξα), очевидно, в данном контексте указывает на славу Господню, о которой неоднократно упоминается в книге Исход. Она явилась израильскому народу в облаке (Исх. 16:10); она осенила гору Синай, когда Моисей взошел на гору (Исх. 24:16); она прошла над Моисеем, когда Господь явился ему (Исх. 33:22). После того как была построена скиния собрания, слава Господня в виде облака наполнила ее: когда облако поднималось, народ выходил в путь, когда оно возвращалось, народ оставался на месте (Исх. 40:34-38). Во всех случаях под славой Господней понимается живое присутствие Бога, Его могущество и сила, являемые израильскому народу особым образом.

Этому народу принадлежат «заветы». Слово «заветы» во множественном числе «может указывать либо на заветы Бога с патриархами Авраамом, Исааком, Иаковом., либо на то, что Бог часто возобновлял завет со Своим народом в ветхозаветные времена» Кинер К. Библейский культурно-исторический комментарий. Ч. 2. С. 369. В целом ряде рукописей данное слово стоит в единственном числе. См.: Novum Testamentum graece. Р. 409..

Ириней Лионский говорит о том, что «даны были человечеству четыре главных завета: один при Адаме до потопа, другой после потопа при Ное; третий — законодательство при Моисее, четвертый же, обновляющий человека и восстанавливающий Букв.: «переставляющий» (quod... recapitulat). О теории рекапитуляции мы говорили на с. 86-87. в себе все, чрез Евангелие, вознося и как бы на крыльях поднимая людей в Царство Небесное» Ириней Лионский. Против ересей 3, 11,8 (SC 211 168-170). Рус. пер.: С. 250..

Под «законоположением» и «богослужением» следует понимать те постановления духовно-нравственного и литургического характера, которые изложены в книге Исход и повторены или дополнены в книгах Левит, Числа и Второзаконие. Некоторые толкователи под «богослужением» понимают ветхозаветный культ жертвоприношений См., в частности: Kasemann E. Commentary on Romans. Р. 259; Fitzmyer . A. Romans. Р. 547; Dunn J. D. G. Romans. Vol. 2. Р. 257-258; Моо D. J. The Epistle to the Romans. P. 564.].

Под «обетованиями» В некоторых рукописях слово стоит в единственном числе. См.: Novum Testamentum graece. P. 409. можно понимать все обещания, которые Бог давал Аврааму (Быт. 12:2-3; 13:14-17; 15:4-5; 17:4-8, 16-21; 21:12-13; 22:16-18), Исааку (Быт. 26:3 — 5), Иакову (Быт. 28:13-15), Моисею (Втор. 18:18-19) и Давиду (2 Цар. 7:8-16) Longenecker R. N. The Epistle to the Romans. P. 787.. Некоторые комментаторы добавляют к этому списку Ноя (Быт. 9:9) и Иисуса Навина (Нав. 8:30) Morris L. The Epistle to the Romans. P. 348..

Говоря «их и отцы», Павел указывает на основных героев истории израильского народа, начиная от Авраама, Исаака и Иакова (именно они в иудейской традиции именовались «отцами» по преимуществу). Об этих и других ключевых персонажах Ветхого Завета, включая пророков, в Послании к Евреям утверждается, что они «получали обетования» (Евр. 11:33), но одновременно говорится и следующее: «Все сии умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались» (Евр. 11:13). Два кажущиеся взаимоисключающими утверждения призваны подчеркнуть промежуточный характер обетований, которые получали ветхозаветные «отцы»: их чаяния и ожидания исполнились только с пришествием в мир Христа.

К той же теме Павел подводит и в рассматриваемом сегменте Послания к Римлянам: «и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог». Вся история израильского народа готовила людей к пришествию Мессии: эта мысль пронизывает весь Новый Завет, включая родословные Иисуса в Евангелиях от Матфея и Луки (Мф. 1:1-17; Лк. 3:23—38), многочисленные ссылки на исполнение ветхозаветных пророчеств во всех четырех Евангелиях, беседы Иисуса с иудеями об Аврааме и Моисее в Евангелии от Иоанна, проповеди Петра и Павла в книге Деяний. С утверждения о том, что Иисус родился «от семени Давидова», Павел, как мы помним, начал Послание к Римлянам. Но там же он назвал Иисуса Сыном Божиим (Рим. 1:3-4), указав на две природы Христа — человеческую и Божественную.

Теперь Павел делает еще более сильное утверждение: он называет Христа «сущим над всеми Богом». Это тот редкий случай, когда Павел применяет наименование «Бог» (θεός) не к Отцу, а к Сыну. В эпоху арианских споров (IV век) именно это место из Послания к Римлянам приводилось в качестве одного из основных доказательств того, что Павел исповедовал Божественную природу Иисуса Христа.

Между тем в современной науке нет единомыслия на сей счет. Ссылаясь на отсутствие пунктуации в оригинальном тексте, многие ученые предлагают не относить слова «сущий над всеми Бог» к Христу, а видеть в них отдельное предложение. Споры вокруг данного места разгорелись в комитете по изданию критического текста Нового Завета. Предлагалось три варианта перевода: 1) «и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь»; 2) «и от них Христос по плоти. Сущий над всем Бог благословен во веки, аминь»; 3) «и от них Христос по плоти, сущий над всем. Бог благословен во веки, аминь». Обсуждая, какой вариант пунктуации выбрать, члены комитета решили проигнорировать единодушное мнение Отцов Церкви, относящих слово «Бог» к Христу, поскольку это мнение «родилось после того, как Павел писал (или диктовал) данный отрывок, и, следовательно, имеет сомнительный авторитет». Члены комитета избрали первый вариант чтения, поскольку два других варианта представляли слишком много проблем с точки зрения синтаксиса и логики. Тем не менее, поскольку Павел в других местах не называет Христа Богом, то «на основе общей тональности

его богословия было сочтено почти невозможным, чтобы Павел выразил величие Христа, назвав Его Богом, благословенным во веки» и Metzger В. A Textual Commentary on the Greek New Testament. P. 459-462..

Описанный спор весьма характерен для современного состояния научной библеистики. Ученые отказывают в авторитете Отцам Церкви, жившим два или три столетия спустя после Павла. Однако они полагают, что, живя девятнадцать веков спустя, имеют больше прав на вынесение окончательного суждения об интерпретации его посланий. При этом они рассматривают послания Павла через призму собственных представлений о том, как развивалось учение Церкви о Христе. Согласно этому представлению, Церковь не сразу, а лишь постепенно, в течение нескольких веков, сформулировала учение о Божественном достоинстве Иисуса, а поначалу признавала его только «Господом» (то есть «господином»).

Мы излагаем эту трактовку упрощенно: под пером разных ученых она имеет разные нюансы, но суть от этого не меняется. По нашему мнению, данная трактовка ошибочна, так как Церковь вскоре после того, как Иисус воскрес, распознала в Нем Бога. Согласно Евангелию от Иоанна, это произошло на восьмой день после воскресения, когда Фома обратился к Иисусу со словами: «Господь мой и Бог мой!» (Ин. 20:28). Эти слова показывают, что для ранней Церкви слова «Господь» и «Бог» были синонимами, даже если по отношению к Отцу применялись оба наименования, а по отношению к Сыну, как правило, только первое. Указанные случаи (Ин. 20:28 и Рим. 9:5) являются исключениями из правила, но они не случайны: за ними стоит убежденность в том, что Христос является Богом.

Древнецерковные авторы единодушны в таком понимании данного текста, и для нас их мнение является авторитетным:

Посему Христос есть «Сущий над всем Бог»... А кто превыше всего, тот не имеет никого над собой. Ибо Он не после Отца, но от Отца. А это та же Премудрость дает понять также и о Духе Святом, когда говорит: «Дух Господа наполняет вселенную, и, как все объемлющий, знает всякое слово» (Прем. 1:7) риген пользуется переводом Семидесяти.. Итак, если Сын именуется сущим над всем Богом и о Духе сказано, что Он «содержит все»,

а Бог Отец есть Тот, «из Которого все», то явственно показано, что природа и сущность Троицы одна и превыше всего Ориген. Комментарии на Послание к Римлянам 7.13 (Commentarii in epistulam ad Romanos. Vol. 4. P. 140). Рус. пер.: Библейские комментарии отцов Церкви. Новый Завет. Т. 6. С. 370..

Поскольку же здесь нет упоминания имени Отца, а речь идет о Христе, то и нельзя оспорить, что Он назван Богом. Ибо когда Писание говорит о Боге Отце и добавляет Сына, то часто называет Отца Богом, а Сына Господом. А если кто не считает, что фраза «сущий над всем Бог» здесь сказана о Христе, то пусть он назовет того, о ком это говорится. Однако о Боге Отце в этом месте не упоминается Амвросиаст. Комментарий на Послание к Римлянам (CSEL 81, 305). Рус. пер.: Рус. пер.: Библейские комментарии отцов Церкви. Новый Завет. Т. 6. С. 370. «Амвросиаст» — принятое в научной литературе обозначение автора комментария на Послание к Римлянам, сохранившегося под именем Амвросия Медиоланского..

Хотя этого добавления — «по плоти» — достаточно было, чтобы дать видеть Божество Владыки Христа, однако же, как в самом начале, сказав «родился от семени Давидова по плоти», апостол присовокупил «и открылся Сыном Божиим в силе» (Рим. 1:3-4), так и здесь: сказав «и от них Христос по плоти», прибавил «сущий над всем Бог, благословенный во веки», — тем самым и показывая различие природ Божественной и человеческой природ в Иисусе Христе., и научая, что иудеи имеют основательную причину плакать, потому что от них по плоти Сущий над всеми Бог, а они утратили это благородство и стали чужды такого родства Феодорит. Толкования на Послания святого Павла (PG 82, 152)..

Если бы слова «сущий над всеми Бог, благословенный во веки, аминь» не относились к Христу, было бы непонятно, для какой цели Павел вставил их в текст, в котором говорит о своей скорби по поводу неверия израильского народа в то, что Иисус — это Христос. Хвалебный возглас в адрес Бога Отца звучал бы в таком контексте «странно и ненатурально» И Metzger В. A Textual Commentary on the Greek New Testament. P. 460.. Напротив, такой возглас в адрес Христа с точки зрения логики текста звучит убедительно и естественно: Павел изумлен и огорчен тем, что, хотя Христос, сущий над всеми Бог, произошел от иудеев, они не хотят признать Его своим Мессией.

Еврейское слово «аминь» тоже употреблено здесь не случайно. Обычно Павел использует его в конце посланий, завершая литургические формулы благословений. Однако в Послании к Римлянам мы несколько раз встречаем его внутри текста, первый раз в 1:25 («Они заменили истину Божию ложью, и поклонялись, и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь»), второй раз — в рассматриваемом случае. В первый раз благословение относилось к Богу Отцу, во второй раз оно относится к Сыну. В этом тоже можно увидеть указание на то, что Павел исповедовал Божество Сына, а в торжественном «аминь» — желание Павла особым образом выделить это исповедание в контексте полемики с иудеями.

В плане Рим. было бы естественно ожидать, чтобы от славословия Божественной любви 8:31–39 Апостол перешел к практическому учению. В действительности, практическая часть послания начинается только с гл. 12, а глл. 9–11 посвящены философии истории: Павел отвечает в них на вопрос о судьбе Израиля. В плане послания эти три главы являются отступлением, – но читатель подготовлен к нему с первых же глав. Мы видели, что ап. Павел постоянно воображает себя в присутствии иудейского оппонента, и этому оппоненту отвечает. У него нет сомнения и в нерушимости Божественных обетований Израилю, и он открыто высказывает свое убеждение, что иудеи, сравнительно с эллинами, имеют преимущество в наследовании спасения, но и несут сугубую ответственность. Мало того, в славословии Божественной любви Павел исповедует, что никакая сила не может отлучить его от Христа (ср. 8:35–39). Между тем, в гл. 9, ставя иудейскую проблему во всей ее остроте, он выражает готовность быть отлученным от Христа за братьев своих, сродников по плоти (ср. ст. 3). Употребленные им слова – в греческом подлиннике гл. 8 и гл. 9-не одни и те же, но мысль – одна. Замечательно, однако, что, выражая свою готовность быть отлученным от Христа ради иудеев, ап. Павел пользуется оборотом, который служит для передачи неисполнимого пожелания: он знает, что его желание не претворится в дело, – знает потому, что никто и ничто не может отлучить его от Христа.

Проблема поставлена с большою торжественностью в 9:1–5. Заключительные слова в этих стихах представляют и немалый догматический интерес. В той пунктуации греческого текста, которой держатся большинство толкователей, и которая лежит и в основании русского перевода, Павел исповедует со всей силой свою веру в божественное достоинство Иисуса Христа (ст. 5); он прямо называет Его Богом. Основная мысль этих стихов состоит в подразумевающемся противоположении. Павел перечисляет преимущества Израильтян, как они вытекают из Ветхого Завета. Дальше этого перечисления он не идет. Но сущность проблемы заключается в молчаливом противоположении; бесспорным преимуществам и непреложным обетованиям противостоит факт отпадения. Этот факт Апостол старается осмыслить. Он подходит к нему с трех сторон. Три его ответа взаимно друг друга дополняют. Только в своей совокупности они выражают мысль Апостола. Изолировать какой-нибудь один из этих ответов и представлять его, как учение ап. Павла, значило бы не понять его мысль. Не останавливаясь на частностях, можно сказать, что в существующем делении на главы три ответа ап. Павла, вообще говоря, отвечают трем главам его философии истории.

Бог изначально сделал Израиль Своим избранником и назвал его первенцем; но иудеи стали надменными и наглыми и, еще хуже того, убийцами Господа. Поэтому они и погибли: ибо они стали изгнанниками и отверженными и, раз утратив близость к Богу, были поставлены после язычников. Оказались они и чуждыми отеческого упования.

***

(V, В, А) В рукописи А схолия начинается словами: «Но давайте мы снова скажем об этих изречениях, с другим приложением...» (CramerJ. А. Ор.cit. 1844. Р. 308 = PuseyPh. E. Op.cit. Vol. 3. Р. 223. Примеч.). Избранным почитал Бог Израиля в древности и даже называл его первенцем (ср. Исх. 4:22). Но они стали заносчивыми и дерзкими и, что переходит все границы, ещё и убийцами Господа. Потому- то они и погибли, ведь они были изгнаны и отброшены и полностью отпали от близости с Богом, поставлены позади язычников; но оказались они чуждыми и упованию отцов. А поскольку блаженный Павел был поставлен служителем божественного благовествования (ср. Рим. 1:1) и возвещал язычникам Христа, говоря повсюду, что отпали те, которые происходят от крови Израиля, и утверждая, что бывшие некогда в бесовском помрачении стали призванными по предустановлению и предведению Божию служителями, то дабы кто-нибудь из неучей не думал, что он чуть не попирает поверженных из рода (Израиля) и насмехается над падшими, он произносит необходимое слово в защиту и говорит: Истину говорю во Христе, не лгу — и последующее. Однако можно опечалиться о тех, которые дошли до такого безрассудства, что отступили от любви к Богу и затем претерпели за это наказания; и было бы небезосновательным пролить слезы по родственной любви к ним, а вернее, в этом — полнота любви. А вот и самому желать быть отлученнымза них от Христа— это уже, наконец, за пределами любви, ведь никто, если он, конечно, в здравом уме, не решится противостать Богу ради спасения других и ни во что не ставить собственную жизнь, но предпочесть, чтобы она была у других.

Тогда что он имеет в виду, предложив в качестве выкупа за спасение иудеев своё собственное спасение? Очевидно, что речь эта — гиперболическая и содержит изъявление совершеннейшей любви: Я желал бы,говорит он, сам быть отлучённым от Христа за братьев моих, родных мне по плоти. Ведь это подобно тому, как если бы он говорил: «Если бы благодаря моему противлению Христу вновь спасался Израиль, я сам, сказавший оправданным в вере: Ибо я рассудил быть у вас не знающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого (1 Кор. 2:2) — и возвещающий всем: Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч (Рим. 8:35), предпочёл бы принять на себя столь ужасное зло и один за всех пойти в погибель». Тем самым он улавливал иудеев в послушание, а клевету безумных отражал, ведь некоторые из иудеев думали, будто божественный Павел, лишившись рассудка, противится данным через Моисея законам. Потому-то он и говорил, обращаясь с посланием к уверовавшим: Ибо если мы вышли из себя, то для Бога, если мыслим здраво, то для вас (2 Кор. 5:13) Пер.еп. Кассиана. Ср.: «Если мы выходим из себя,то для Бога; если же скромны,то для вас» (Син.). . Итак, я предпочёл бы, говорит он, и весьма охотно, чтобы вновь спасти произошедших от крови Израиля, быть отлучённым от Христа Здесь окончание этой схолии в рукописи А (CramerJ. A. Op. cit. 1844. Р. 309). . И на этом он не останавливается, словно бы обнаруживая, что причина скорби по ним вовсе не маловажная, коль скоро это может произвести в нём такое расположение, чтобы ему не казалось чем-то тягостным и нелепым сказать, что выкупом за жизнь других он приносит свою собственную. Ведь, во-первых, говорит он, они израильтяне, им принадлежит Пер. еп. Кассиана. Ср.: «то есть израильтян, которым принадлежит» (Син.). усыновление, и слава, и заветы», от них же по плоти и Сам Христос. Однако если бы они были кем-нибудь из числа недавно познавших сущего по природе и истине Бога, если бы не было у них данного через Моисея закона, венчавшего близостью к Нему, если бы они не произросли от корня святых отцов и не были назначены наследниками их славы, если бы они первыми не обучились способам служения Богу, то скорбь о них могла бы сделаться более умеренной. Но если это их отцы и прочее, а они, притом что чуть ли не попутным ветром шли у них дела, сбились к нежданному исходу и не достигли того, на что надеялись, то разве поистине не ужасно случившееся с этими несчастными? Ниже в рукописи А представлены ещё три схолии, извлечённые из других творений свт. Кирилла с верным указанием их источника: «Глафиры на книгу Бытия» (CramerJ. А. Op. cit. 1844. Р. 312-316:325-328) и «Сокровище» (Ibid. Р. 318).

What then is he saying when he offers his own life in exchange for the salvation of the Jews? His statement is hyperbolical and indicates perfect love. “For I could wish,” he says, “that I myself were accursed and cut off from Christ for the sake of my own people.” It is as if he were to say: If Israel could be saved by my offending Christ, I myself would choose to do so. I who said to those justified by faith, “For I decided to know nothing among you except Jesus Christ, and him crucified,”—I who proclaim to everyone, “Who will separate us from the love of Christ? Will hardship, or distress, or persecution, or famine, or nakedness, or peril, or sword?”—I myself would choose to endure such a terrible evil and to go to my destruction, one in the place of all. These are the words of someone trying to net the Jews for faith and throw off the oppression of their ignorance. Some of the Jews thought that the divinely inspired Paul suffered a stroke, as it were, when he opposed the laws of Moses. That is why he writes to the believers and says, “For if we are beside ourselves, it is for God; if we are in our right mind, it is for you.” Therefore, I, at least, would eagerly choose to be “accursed and cut off from Christ,” he says, in order to save my blood relatives. Then he adds another point as if to show that the reason for his grief for them is not unfitting, at least when it comes to its ability to create such a disposition in him. He does not want anyone to think he is saying something difficult or absurd when he offers his life in exchange for the life of others.

Отдел седьмой. Разъяснение причин и значения неверия иудеев (Рим. 9–11)

В раскрытии общего предмета вышеозначенных глав примечается у Св. Ап. Павла семь отдельных пунктов с следующими основными и руководящими мыслями.

Пункт первый. Что обещанные потомству патриарха Иакова блага нового завета не достались ему, это не значит, что божественные обетования не сбылись (Рим. 9:1–13).

Течение мыслей в раскрытии сего предмета таково. Высказав великую свою печаль и непрестанное мучение сердца своего об отвержении своих единоплеменников несмотря на данные им высокие преимущества (Рим. 9:1–4), и даже на то, что «от них Христос по плоти, сущий над всеми Бог, благословенный во веки, аминь» (Рим. 9:5), Апостол делает такое примечание: «но не то, чтобы слово Божие не сбылось: ибо не все те израильтяне, которые от Израиля; и не все те дети Авраама, которые от семени его … то есть не плотские дети суть дети Божии, но дети обетования признаются за семя» Авраамово истинное (Рим. 9:6–8). Родился по силе обетования один только сын Сарры (Рим. 9:9); значит, прочие дети Авраама, например, от Агари и Хетурры, были только плотские дети его, и относительно их Бог решительно ничего не обещал. Отсюда следует, хотя Апостол буквально этого не высказывает, что иудеи, происходя от Авраама, еще могут не считаться по суду Божию истинными потомками праотца иудейского Авраама. Разъясняет это Апостол с наглядностью на примере сыновей Ревеккиных. Несмотря на то, что оба они рождены ею от одного отца Исаака и даже зачаты в одно время (Рим. 9:10), Бог избрал только одного и притом меньшего, и даже еще до рождения их «дабы, – прибавляет Апостол, – изволение Божие в избрании происходило не от дел, но от призывающего (к той или иной судьбе), … как и написано: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:11–13. Ср. Мал. 1:2).

От верных Богу и преданных Ему Христиан Апостол переходит мыслию и словом своим к Евреям и в особенности к отверженным из них, так как убеждаемые в мыслях о величии Христианства язычники и даже избранные уже в число Христиан естественно могли спросить или хотя подумать: почему же не приняли Христианства некоторые Евреи, которые, между тем, должны бы получить блага, подающиеся и обещающиеся в Христианстве в силу данного отцам их, а чрез них и им самим, Божественного обетования? Вот сие-то и побуждает Апостола еще раз остановиться на Иудействе и показать свое отношение к нему, выяснить значение ветхозаветных обетований, причины отвержения Евреев и преподать им возможные советы, а чрез них и утешения (гл. 9:10). И раньше Апостол многоразличными доводами доказывал необходимость обращения Евреев ко Христу. Здесь же он, так сказать, ставит Иудейство пред лицом Христианства и, представив прежний смысл его и настоящую тщету, указует для него как самый естественный и необходимый исход – Христианство.

Премудро и душевно входя в суждение об этом важном и трудном деле (обращение ко Христу упорных соотечественников), Апостол высказывает, что обращение Евреев для него столь желанное дело, что оно постоянно беспокоит его, потому что спасение возможно только чрез Христа.

Представляя все величие Божественных дел, совершившихся среди родных ему Евреев, Апостол так сожалеет о заблуждении Евреев (в уклонении от своего спасения), что готов бы всецело пожертвовать собою и своею вечною жизнию, чтобы только как-нибудь привлечь их ко Христу и тем спасти. Здесь Апостол выразил свой великий дух преданности соотечественникам, а вместе и особенную ревность о вере Христовой, равную ревности Моисея, который также готов был сам погибнуть, только бы спасены были Евреи (Исх. 32:32). Особенно больно было сердцу Апостола тo, что в среде Евреев родился Мессия и они не хотели его принят, а между тем и прежде и теперь Евреи страстно и нетерпеливо ожидали пришествия Мессии, хотя и не всегда представляли Его «Сущим», т. е. Единосущным Богу Отцу и потому достойным такого же вечного прославления, как Творец и Промыслитель. Почему случилось это отвержение Евреями Мессии и что из сего выйдет, Апостол раскрывает далее.

Останавливаясь на словах: молилбыхся бо сам аз отлучен быти (анафема) и пр., св. Иоанн Златоуст говорит: «не без причины сказал Апостол слова сии; но потому, что, обвиняя Бога, говорили, что изгоняются и лишаются чести те, которые удостоились именоваться сынами Божиими, приняли закон, познали Бога прежде других народов, пользовались особою славою, служили Богу, когда еще никто не служил Ему, получили обетования, – и, что всего важнее, стали праотцами Самого Христа; и что вместо их вводятся люди из язычников, никогда не знавшие Бога. поелику говорившие так хулили Бога, то Павел, слыша сие, терзался, скорбел о славе Божией и желал быть отлученным, если бы то можно было, только бы спаслись Иудеи, богохульство прекратилось... Павел желал быть отлученным, дабы, ты знал, сколь его сокрушала мысль, какая могла поселиться во многих будто бы осталось без исполнения обетование Божие"... «Как Моисей по-видимому ходатайствовал за Иудеев, но все делал для славы Божией и говорил: прекрати гнев, дабы не сказали, что Ты не мог спасти и извел погубити их в пустыни (Втор. 9:28); так и Павел говорит: я желал бы отлучен быть, только бы не сказали, что обетование Божие осталось без исполнения»... «Насладимся морем любви Апостола; будем представлять в мыслях сей неизреченный пламень, о котором что ни говори, – не скажешь достойного. Ибо любовь Павла была шире моря, сильней всякого огня». Блаженный Феодорит, обращая внимание на изображение Ап. Павлом преимущества Иудеев, пишет: «Апостол уподобляется плачущим женщинам, которые в своих причитаниях над умершими и оплакиваемыми изображают и красоту тела, и цветущий возраст, и знаменитость предков, и богатство, и могущество».

 По поводу того, что большая часть народа израильского упорствует войти в Царство Христово, Апостол испытывает сердечную скорбь. Он желал бы, даже более, молился в сердце своем быть отлученным от Христа, только чтобы они обратились ко Христу, а это такая жертва, выше которой ничего не могло быть для Апостола, сказавшего, что нет никакой силы, которая бы отлучила его от любви Божьей. Не умаляется ли здесь его любовь ко Христу? Не любит ли он сродников своих по плоти больше Христа? Нет. Апостол не только не отказывается от своей любви ко Христу, но выражает ее еще сильнее, потому что он, ревнуя о славе Его, желает и молится, чтобы неверующих его братьев, Господь присоединил к Своему избранному стаду, хотя бы ценою отлучения его самого от благ небесных, но не от любви ко Христу. Это высшая черта любви – самоотвержение. Апостолу жаль своих братьев по плоти потому особенно, что они были избранным народом Божьим, а за свое упорство лишаются всех благ обетований Божьих.

желал бы сам быть отлученным. Хотя Павел является апостолом язычников, но перед лицом неверия иудеев он разделяет чувство Моисея (Исх. 32:30-32). Он страдает за свой народ (ст. Рим. 9:2).

В предыдущих главах ап. Павел показал, что оправдание возможно только через веру во Христа (Рим. 1:17–3, 31), показал и благотворные плоды оправдания от веры (5–8 гл.). Однако перед лицом Апостола оставались неуверовавшие иудеи, хвалившиеся обетованиями Божиими об их избрании. Надо было ответить на вопросы (вопросы могут быть поставлены и в таком порядке: а) для чего Бог избрал иудеев «Своим народом», если они в большинстве не оправдали избрания? б) для чего нужно было все ветхозаветное домостроительство: закон, пророки, прообразы, служение, если эти средства не оправдали иудеев? в) исполнились ли и как исполнились Божии обетования иудеям? г) чем закончились заботы Божии о спасении избранного народи? д) как могло случиться, что избранный народ отвергнут, а язычники заняли его место?):

1. Не нарушилось ли Божие обетование от того, что есть и неверующие иудеи (9 гл.);

2. В чем причина неверия и отвержения некоторых иудеев (10 гл.);

3. Дать удостоверения в благости Божией к верным Ему (11 гл.).

Эти вопросы заставляют Апостола бросить еще раз глубокий взгляд на зависимость оправдания от предопределения Божия и от веры человека; на совершенное изменение свойств избранного народа, послужившее причиной его отвержения; на мировое значение этого отвержения; и, наконец, пророчески изобразить будущую судьбу Израиля.

а) Верность Божия в исполнении Им Своих обетований (9 гл.)

Прежде чем обличать иудеев в их неверии, ап. Павел свидетельствует о своей искренней любви к ним, своим братьям по плоти, – любви, доходящей до того, что он готов пожертвовать собственным спасением ради спасения Израиля: «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти» (Рим. 9:3). Св. И. Златоуст говорит, что слова эти походят на загадку. Действительно, мог ли ап. Павел сказать, что его братья дороже ему, чем Христос? Выше, в гл. 8, 35–39. Апостол клялся в том, что никакая сила в мире тварном не может отлучить его от Христа, а здесь что? Но соответственно величию желания велика и жертва. Подобную жертву готов был нести пророк Моисей, когда умолял Бога вычеркнуть его из книги жизни, если Он не помилует иудеев за их грехи (Исх. 32:31–32). Израилю даны великие обетования, и «от них Христос по плоти» (Рим. 9:4–5), поэтому слава Израиля есть одновременно и прославлен

 Сердце, желающее охотно предать себя истинной пользе человечества, есть сердце благое. Не хощу спасать себя, не спасая соотечественников моих, вопиет Моисей (Исх. 32:32), повторяет Павел (Римл. 9:3). Такое благорасположенное сердце свойственно только Моисеям и Павлам: пoелику они видели Благого, слушали благое, пребывали всегда в Благотворящем.