К Колоссянам послание ап. Павла 1 глава 12 стих

В отрывке 1:11—12 «...укрепляемые всякой силой по могуществу славы Его ко всякому постоянству и долготерпению с радостью, благодаря Отца, сделавшего вас способными участвовать в жребии святых во свете...» перечислены составляющие успеха в духовной жизни, который Павел называет принесением плода «во всяком добром деле», а именно: 1) содействие Бога, Который укрепляет человека «всякой силой по могуществу славы Его»; 2) наличие постоянства; 3) готовность к «долготерпению»; 4) необходимость смиряться, что не должно вызывать внутреннего протеста, а наоборот, сопровождается постоянной радостью, которая рождается из непрекращающейся благодарности Богу. При этом главным предметом благодарности является предоставленное Им спасение: то, что Он соделал всех людей «способными участвовать в жребии святых во свете» (

В вероучительной части (Кол. 1: 12 — 2: 23) Павел сначала кратко изображает домостроительство спасения людей и для этого, во-первых, указывает существенную силу его в том, что Бог и Отец избавил нас от власти тьмы и ввел в царство Своего возлюбленного Сына (Кол. 1: 12-14). 

Сегодня в первый раз на Божественной литургии в течение года, не без основания перед Рождеством Христовым, произнесено апостольское чтение из Послания к Колоссянам о Божестве Христа. А потому мы сначала и предложим вниманию слушателей несколько слов о Колоссах и его жителях.

Город Колоссы находился в малоазиатской области – в великой Фригии (ныне в азиатской Турции). Церковь христианская там основана была не самим апостолом Павлом, а его учениками, особенно Епафрасом. В состав этой Церкви вошли по большей части христиане из язычников. Но были в ней, конечно, и обратившиеся ко Христу евреи. Общество колоссян, как и вообще фригийцев, еще и до христианства имело наклонность к излишней мечтательности. Эта-то мечтательность перешла и в сердца обратившихся колоссян. Колосские христиане, вращаясь среди философов-мечтателей, с самого начала с увлечением отдавшиеся Христу и чрез то радовавшие апостола (Кол. 1:6, 8; 4:12–13), в скором времени стали сочувствовать и многим пустым, хотя и обольстительным, мудрованиям своих философов. Эти философы, должно быть из узкозорких и мнительных евреев, стали унижать Христа и Его служение, а возвышать служение и поклонение Ангелам. Они хвастали своею заоблачною, таинственною мудростию и при этом привлекали к себе внимание своею строгою жизнию, враждою к своей плоти как к темнице души. Св. апостол и осуждает мечтательность таких лжеучителей, суемудрых философов, увлекающих колосского христианина философиею и пустым обольщением (Кол. 2:8). Он говорит, что их учение, их строгая жизнь есть только вид, призрак мудрости, проявляющейся в самовольном служении Ангелам, в изнурении тела, в небрежении о насыщении плоти (Кол. 2:23). Он же предостерегает от мнительности и мелочности в набожности этих строгих людей, которые сами боялись и других стращали что-либо у них завещанное, намеченное вкушать, осязать или только слегка касаться, как будто бы в нарушении этой заповеди их уже состоит великий грех (Кол. 2:21). Кстати сказать, и у нас есть тоже такие постники или постницы, которые не только вкушение чего-либо, но даже прикосновение к нему считают тяжким грехом…

Имея в виду таких-то лжеучителей, горделивых, поклоняющихся Ангелам и унижающих Христа, св. апостол и написал в Колоссы послание. В нем он раскрывает учение о лице Иисуса Христа и спасительных для нас действиях Его – страдании и смерти. Именно Христос у апостола Павла изображается в послании выше всего мира, Существом, Которому поклоняются все небесные силы – все Ангелы. Христос есть Творец мира, Бог и Человек; Он – Глава Церкви, Источник всякой мудрости и знания; Он не стесняет Своих верующих, подобно лжеучителям, какими-нибудь одними, обязательными для всех, внешними обрядами вроде того, до чего в иной день можно дотронуться, а до чего нельзя; Он от тленных благ мира ведет верующих постепенно к высшему совершенству. Следовательно, только Ему и Его Отцу, а не Ангелам подобает высшее поклонение. Следовательно, мы, христиане, должны слушать Его учение, повиноваться Ему и постоянно иметь к Нему живейшую благодарность за все милости Его к нам. Об этом и увещевает нас ныне св. апостол.

 Братия, благодаря Бога и Отца за то, что Он призвал нас к участию в наследии святых людей в Его обителях во свете, т. е. в светлом Царстве Небесном.

призвавшего нас к участию в наследии святых во свете - В некоторых рукописях вместо «нас» стоит «вас». Греч. Ικανώσαντι υμάς букв, означает «сделавшего (или признавшего) вас способными», а греч. μερίς τοΰ κλήρου - «часть, доля жребия». Бог дал колоссянам возможность иметь долю в жребии, уготованном народу Божьему (ср. РБО, Кул.). Под «жребием» или «наследием» здесь может пониматься Царство Божье как царство света, противопоставленное «власти тьмы» в. 1:13.

Братья, благодарите же Отца, Который сделал вас участниками жребия святых во свете: Он избавил нас от власти тьмы и привел в Царство Сына Своей любви, в Котором наше искупление, прощение грехов. Он есть образ невидимого Бога, Первенец, рожденный до всякого творения. Ведь это в Нём всё было создано на небесах и на земле, видимое и невидимое: престолы, господства, начала и власти – всё создано через Него и для Него. И это Он – прежде всего, и в Нём всё держится, и Он же – глава Тела, – Церкви. Он есть начало, Первенец из мертвых, чтобы Ему во всём быть первым.

Гимну во славу Иисуса Христа, который воспевался Церковью в самые первые десятилетия ее существования, и отрывок которого предлагает нам воскресное чтение, – этому гимну посвящены многие сотни страниц ученых исследований. И не удивительно: это один из тех текстов Писания Нового Завета, которые отражают самое плодотворное время в развитии христианского богословия. В гимнах христиане ранней Церкви воспевали спасительные деяния Божии, которые они усваивали в Крещении и переживали в своей новой жизни во Христе.

Вот что удивительно, безотносительно к содержанию гимна, – удивителен сам факт его существования, который наводит на некоторые размышления. Мы видим, что Церковь в то далекое апостольское время не только интенсивно жила новой жизнью в Духе, в ней не только развивалось высокое богословие, но она выражала свою радость обновления в поэтическом и литургическом творчестве, она создавала и пела гимны, прославляя в них Бога и Спасителя! Книги Нового Завета свидетельствуют нам об этом творчестве: Песнь Богородицы, Ныне отпущаеши, Пролог Евангелия от Иоанна, многочисленные гимны, рассыпанные по посланиям Апостола Павла и Книге Откровения…. В последующие века – бесчисленные прекрасные песнопения, которые, вместе с ветхозаветными Псалмами, доныне украшают наши богослужения. И вдруг… всё оборвалось. В Церкви иссякло творчество, она больше не находит поэтических слов, в которых она могла бы выразить свои чувства и мысли. И произошло это не вчера. Вот уже несколько столетий Церковь лишь заученно повторяет старые прекрасные песни. Не заставляет ли этот факт задуматься над тем, что с современными христианами происходит что-то неладное?

Но обратимся к нашему тексту. Он начинается с призыва возблагодарить небесного Отца за то, что Он избавил нас от власти тьмы и ввел нас в Царство света. Власть тьмы и власть света, сыны тьмы и сыны света, – эти образы в Священном Писании описывают два противостоящих друг другу состояния человека. Одно – погруженность в мирское и преходящее. Другое – устремленность в божественное и нетленное. Человек, конечно, может и должен устраивать свою жизнь в этом мире. Но найти в нем смысл, цель, уверенность и покой человек, неся на себе груз греха, никогда не сможет. И это понятно, так как человек сотворен по образу своего Создателя. И при всей греховной искаженности своей природы, он будет всегда тосковать по своему Первообразу, по Богу.

Тщетны поиски опоры своей жизни в бесчисленных кумирах и идолах этого мира. Они могут быть откровенно низменными, могут принимать возвышенный вид, но всегда останутся опорами ложными. Мир, не спрашивая человека, держит его в постоянной зависимости от всяческих «престолов, господств, начал и властей», будь то законы природы, будь то законы социальной жизни…. Но человек в поисках себя и смысла своего существования часто и сам осложняет себе жизнь многочисленными зависимостями, в которые он дает себя увлечь. Он жаждет Бога, но «тьма века сего» слепит ему взор и он добровольно отдает себя в рабство всяческим ложным «богам» – в природе и в обществе, в семейной и личной жизни, в низменных страстях и в высоких идеях, в науке, в искусстве и даже в религии. При этом он утрачивает свою связь с Богом, источником его жизни, и в его душе гибнет то, что, собственно, делает его живым. Послание к Колоссянам напоминает об этой опасности. Власть мира со всеми его идолами над человеком, в конечном счете, есть порабощение. И под этой сатанинской властью находились бы мы все, если бы не то избавление, которое принесло людям пришествие в мир Сына Божия, Его искупительная смерть, спасительное воскресение и введение нас, верующих, в Царство Света.

Благодарение Богу Отцу за Его благодатный дар избавления выливается в торжественную песнь, прославляющую Сына Его любви, Иисуса Христа. Гимн Христу как началу и цели всего творения – одна из вершин новозаветного богословия.

«Приблизилось Царствие Божие». Такое Евангелие провозгласил миру Иисус Христос. Это Сам Иисус Христос приблизил Бога миру, сделал недоступного Бога доступным. Это в Нем мы прозреваем «образ невидимого Бога».

Более того: Иисус Христос – выше всего творения, Он – начало всего. Все на небе и на земле сотворено через Христа и во Христе. Все космические силы судьбы, всё, что нам грозит гибелью, во Христе лишается своей власти, ибо всё создано в Нем и подчинено Ему.

Более того: во Христе творение не только имеет свое начало, но обретает свой смысл и цель. Все направлено к Нему и все для Него сотворено.

Более того: Христом все держится, все не распадается: Он – устрояющий и объединяющий принцип всего мироздания, которое благодаря Ему становится гармоничным космическим Телом, управляемым главой – Христом. И это господство Христа над миром проявляется в Церкви, в которой Его власть становится присутствующей реальностью.

Более того: во Христе как начале заложено будущее, ибо Христос есть не только первенец в творении, но также первенец из мертвых. Он – Первый во всех отношениях. Без Него я – ничто. Только в Нем и только с Ним я – живу!

Последовательность мыслей такова: мы не перестаем молиться о вас и благодарить Бога за прежнее. Видишь ли, как приступаете он к слову о Сыне? Ведь если благодарим с великой радостью, то велико и то, о чем говорится. Можно благодарить и по одному страху, можно благодарить и находясь в скорби, как напр., благодарил поверженный в скорбь Иов, почему и сказал: "Господь дал, Господь и взял" (Иов. 1:21). Пусть никто не говорит, что случившееся с ним не возбуждало в нем скорби и не повергало его в уныние; пусть никто не отнимает великой похвалы у праведника. Если же так, то не по страху, не по боязни пред властью только, а по самому свойству вещей, мы благодарим "призвавшего нас к участию в наследии святых во свете". О великом деле сказал он. Дарованное, говорит, таково, что оно не только дано, но и сделало нас сильными для принятия (дарованного). Итак слово: "призвавшего" (сделавшего нас способными – τφ ίχανώσαντι) имеет здесь важное значение. Пусть бы например кто-нибудь из низкого звания сделался и царем; в его власти вверить начальство кому захотит; однако ж он в состоянии даровать только достоинство, а не самую способность начальствовать (а часто честь делает такого человека смешным); если бы он и достоинство дал ему, и сделал его способным к чести и годным к управлению, в таком случай честь была бы на деле. То же самое говорится и здесь, что Он не только даровал нам честь, но и сделал нас сильными к принятию ее.

Действительно, двойная честь – дать, и приготовить способность (для принятия) дара. (Павел) сказал не просто – давшего, но: "призвавшего" (ίκανώσαντι) "нас к участию в наследии святых во свете", то есть, поставившего нас со святыми. При том сказал не просто – поставившего, но и – позволившего наслаждаться теми же благами, так. как частью ("к участию") называется то, что получает каждый. Ведь можно жить в том же городе, не пользуясь теми же выгодами; не иметь ту же часть, не пользуясь теми же выгодами, нельзя. Можно принадлежать к тому же наследию, и не иметь той же части, – например, все мы принадлежим к наследию, но не ту же все имеем часть. Впрочем здесь говорит он не об этом, а о части с наследием. Для чего же называет это наследием? С целью показать, что добрыми своими делами никто не приобретает царства, но как наследие зависит больше от счастья, так и здесь: никто не обнаруживает такой жизни, чтобы быть достойным царства, – все есть дар Божий. Потому-то говорит (евангелист): "Когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать" (Лк. 17:10). "К участию в наследии святых во свете", то есть, в знании. мне кажется, что это говорит он и о настоящем, и о будущем. Потом показывает, чего мы удостоены. Не то только удивительно, что мы удостоены царства, но – должно еще прибавить, что удостоены будучи таковыми; а это не все равно, как и говорит (апостол) в послании к римлянам: "Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть" (Рим. 5:7).

„Призвавшаго нас к участию в наследии святых во свете", —это одно и то же, что к участию  в Церкви Христовой, в качестве члена ея. Б понятии о Церкви Христовой необходимый признак ея составляет Церковь свята потому, что освящена Иисусом Христом чрез Его страдания, чрез Его учение, чрез Его молитву и чрез таинства: Ин. 17:17—20; Еф. 5:25-27; 2, 19—20.

Как и в Филипп., Апостол переходит от благодарения к молитве о духовном возрастании своих читателей (1:9–23). Понятие ε̉πίγνωσις относится здесь не только к познанию Бога (ст. 10), но и к познанию воли Божией (ст. 9), иначе говоря, оно касается не только умозрительной, но и практической стороны христианской жизни. В основании возрастания лежит благодарность Богу, призвавшему нас к спасению (ст. 12). Призвание Божие получило выражение в искупительном подвиге Сына Божия (ст. 13). Это сознание и заставляет ап. Павла сосредоточить свое внимание на темах христологии.

Христологическое учение Кол. дано в отрывке 1:15–20. Возлюбленный Сын Божий есть образ Бога невидимого (ст. 15а). Тем самым, так же, как и в Флп. 2, ап. Павел свидетельствует о Божественном достоинстве Христовом. В русском переводе, во избежание неправильного понимания мысли ап. Павла «рожденный прежде всякой твари», а в ст. 18 – «первенец из мертвых». Но ап. Павел, конечно, не случайно употребил в обоих случаях одно и то же слово. Само собою разумеется, сопоставляя Христа с тварью, ап. Павел не думал зачислять и Его в тварь. В раввинистической письменности это же выражение применяется к Богу – но Бог, по самому существу своему, не есть тварь. Как Творец, Бог противостоит твари. Раввинистические параллели представляют интерес потому, что Павел был ученик раввинов. Павел думал здесь о том же богословском понятии, для выражения которого ап. Иоанн употребил в самом конце I века термин Логос (Слово). В Нем, чрез Него и для Него получило бытие все, что существует (ст. 16, ср. Ин. 1:3). Перечисляя ангельские чины, ап. Павел, без сомнения, имеет в мысли ересь Колосских лжеучителей. Но это всего лишь одна сторона. Мир не только получил во Христе свое бытие. Христос есть начало и новой твари (ст. 18). Как и в 1 Кор. 15:20, Воскресение Христово полагает начало общему воскресению. Церковь есть Его тело. Мысль 1Кор. 12получает здесь выражение в системе христологии. К христологическому учению относится и совершенное Христом искупление, смысл которого ап. Павел видит во всеобщем примирении (ст. 20). Это примирение распространяется и на Колосских христиан, но требует от них твердого стояния в вере и христианском уповании (стт. 21–23).

В Ветхом Завете термин «святые», или «отделенные», относится к Израилю. «Наследие» Израиля прежде всего заключалось в даре Земли обетованной, но в иудейском предании указывалось на окончательное владение грядущим миром. Христиане стали наследниками этих обетовании во Христе. «Свет» и «тьма» символизировали собой добро и зло, соответственно (напр.: Пс. 26:1; Ис. 9:2; Ис. 42:6; Ис. 49:6; Ис. 58:8-10; Ис. 59:9; Ис. 60:1), и эти образы часто указывали на борьбу между силами добра и зла (в Свитках Мертвого моря и часто в древней литературе). (Многие люди на древнем Ближнем Востоке насильственно выселялись со своих земель могущественными правителями и вынуждены были жить на чужбине, и некоторые исследователи полагают, что здесь имеется в виду такое «переселение» из одною царства в другое. Но читателям Павла ближе и понятнее был образ провинциала, который обрел права римского гражданина, или язычника, принимающего иго Царства Божьего в иудаизме; см. также коммент. к Кол. 1:14.)

К просительной молитве Апостол присоединяет благодарственную. Он благодарит Бога за спасение людей, совершенное Иисусом Христом, причем называет его: призванием к участию во свете святых, избавлением от власти тьмы и введением в Царство Сына Божия. Это то же, что избавление от греха, проклятия и смерти, но только здесь все выражено с положительной и потому более отрадной стороны, чтобы Колоссяне, как и все Христиане, знали, сколько дорогого и приятного даровал им Христос Своим спасением их. По словам св. Иоанна Златоуста, «Бог не только даровал нам (эту) честь, но и соделал нас сильными к принятию ее; ибо сугубая честь – дать и приготовить в человеке способность для принятия дара». Дар этот Апостол называет жребием, заимствуя это слово из образа раздела земли обетованной (Чис. 26:55) и представляя Христиан истинным Израилем (ср. Еф. 5:5). Что же касается до пребывания Христиан во свете, то известно, что для Самого Иисуса Христа название Светом было весьма обычным (Ин. 1:5), равно как и просвещение людей Ему усвояется очень часто (Деян. 26:18; 1 Пет. 2:9); почему Христиане тоже часто именуются чадами света (Еф. 5:8; 1 Фес. 5:5). «Бог просветил нас, открыл нам тайное», говорит блаж. Феофилакт: «и в будущем Он подаст нам еще больший и дивнейший свет». «Властию же темною Апостол называет владычество диавола», говорит блаж. Феодорит. «Смотри же, как многосложен дар! «И престави в Царство Сына любве Своея». Не просто сказал: «в Царство Небесное», но сообщил слову большую важность, назвав Царство Небесное Царством Сына; ибо нет похвалы больше сей, как и в другом месте говорит он: «аще терпим, с Ним и воцаримся» (2 Тим. 2:12). Врагов омраченных вдруг представил туда, где Сын облек одинаковою честию с Ним» (Иоанн Златоуст).

-14 Павел старается убедить колоссян, что Отец их небесный спас их от сил тьмы, и они могут смело благодарить Бога за дарованное им искупление (Кол. 2:7; Кол. 3:17; Кол. 4,2).

призвавшего нас. В большинстве манускриптов - "вас". Распространившееся в Колоссах лжеучение порождало страх перед космическими существами, которые мыслились обладающими силой лишить даже верующих возможности жить с Богом (Кол. 2:16, 18, 20-23). Этим объясняется употребление Павлом в данном случае термина "призывать" (более точный перевод: "сделать способными, годными к тому, к чему призываются") - никакая сила в мире не может лишить их звания призванных во Христе (ст. 2 и 4).

Так как теперь доброе основание уже положено в Колоссах, то ап. постоянно молит Бога о том, чтобы Колоссяне могли далее идти в своем христианском развитии. Ап. желает, чтобы они исполнились познанием воли Божией, что достигается посредством мудраго определения дели, к которой должно стремиться (σοφία), и уменья избирать надлежащия средства (συνεσις), причем ап. замечает, что оба эти вида умственной деятельности должны иметь чисто духовный характер, что человек не должен пользоваться _ ими для достижения каких либо плотских целей. Полное познание воли Божией необходимо для того, чтобы мы могли приближаться к нашему Отцѵ-Богу, быть угодными Ему и чрез это нравственное усовершенствование снова увеличивать свои познания, расширять область своего христианскаго ведения, —Таким образом, по представлению апостола, христианское знание помогает нам в практической жизни, а самая эта жизнь содействует пополнению знания. Но так как христианин может почерпнуть силы для своего нравственнаго усовершенствования только в Боге, то и Колоссяне должны искать подкрепления у Бога, утверждаться с Его благодатной помощью в стойкости (пред великими искушениями) и долготерпении (пред продолжительными). Наконец, ап. желает, чтобы Колоссяне с радостию благодарили Бога за то, что Он даровал им часть в небесном наследстве, которое ап. называет наследием святых, находящихся в свете или в светлых пространствах неба 

Вследствие этого ап. и обращается к Филимону не с приказаниями, а с просьбою, в духе христианской любви. Пусть Филимон исполнит его просьбу,—просьбу Павла (апостола языков), старца (котораго вообще следует слушать с уважением) и узника Христова (котораго нужно всячески утешать). Ап. умоляет Филимона, чтобы он принял своего раба Онисима, который из негоднаго сделался полезным и для Филимона, коему будет теперь служить уже как верный слуга-христианин, и для апостола, которому он доставил утешение своим обращением ко Христу. Чтобы внушить Филимону самыя лучшия чувства и расположение к исполнению просьбы своей, ап. говорит, что он так был уверен в расположении к себе Филимона, что даже хотел было оставить Онисима при себе, чтобы этот последний заменил своего господина, который наверно уже не отказался бы послужить Павлу. Но, прибавляет ап., я не хотел, чтобы это сделалось как бы по принуждению с моей стороны. Притом, может быть и самое временное разлучение Онисима с Филимоном совершилось для того, чтобы повести за собою их соединение на веки. И так ап. не захотел нарушить прав Филимона, но теперь он убеждает его все таки изменить свои отношения к Онисиму и берет на себя даже ответственность за тот проступок, который совершен последним. Ап. уверен, что Филимон исполнит его просьбу 

Ввиду появления среди колоссян лжеучения гностических сект, ап. Павел всесторонне раскрывает учение о Христе как предвечном, совечном Отцу и воплотившемся в конце времен Сыне Божием, в Котором освящается, обновляется и примиряется все сотворенное. Христос – единый Владыка мира, единый Посредник между Богом и людьми, единый Спаситель мира, Глава Церкви и источник жизни. Только в Нем «мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов» (Кол. 1:14).

Цель Послания — предостеречь колоссян от подкрадывавшихся к ним лжеучений. Но как для сей цели святому Павлу надлежало сперва, с одной стороны, дать понять, чего ради он с такою заботливостию берется за сие дело, а с другой — предложить такие истины, которые послужили бы ему основанием для предостережений; то он предпосылает предостережению: а) краткое изображение домостроительства нашего спасения в Господе Иисусе Христе (Кол. 1:12—23) и: б) показание, какое, в приложении сего домостроительства к людям, и именно к язычникам, Бог благоволил дать участие святому Павлу (Кол. 1:24—29); и потом уже пишет: в) самые предостережения (глава 2), имея в последнем, то есть в своем назначении служить устроению спасения язычников, побуждение для себя писать, а в первом, то есть в изображении домостроительства спасения в Господе, почерпая основания для предостережения колоссян. Истины, здесь изложенные, таковы, что достаточно их указать, чтобы поразить всякое лжеучение и отклонить от него.

Заметим наперед, что первый стих вероучительной части, 12-й, начинается словом: благодаряще и прочее. Иные сопоставляют сие благодарение с: ходити (стих 10) и говорят: Апостол испрашивает колоссянам познания воли Божией, чтоб они ходили: 1) во всяком деле блазе на богоугождение, чтоб достигнуть боговедения, 2) во всяком терпении с радостию, бывая укрепляемы свыше, и: 3) благодаряще Бога и прочее. Но наши толковники сопоставляют это благодаряще с: непрестаем (стих 9). Чем дают мысль, что здесь следует видеть не побуждение колоссян к благодарению, а изъявление Апостолом благодарения Богу и Отцу, что призвал нас в причастие наследия святых, то есть в Царство Сына любве Своея. И это тем более представляется уместным, что с сего стиха Апостол переменил лица, к коим обращает речь: то говорил: вам, — то есть колоссянам, а теперь говорит: нас, — давая разуметь, что он начинает говорить об общем христианском деле, как показывает и содержание этого и последующих стихов. Это и заставляет признать, что святой Павел с сим стихом переходит к изображению домостроительства спасения в Господе Иисусе Христе.

Благодаряще. Если соединим это слово с: не престаем, — выйдет: не престаем благодаряще — непрестанно благодарим. Так святой Златоуст: «последовательность мыслей у Апостола такова: мы не престаем молиться о вас и благодарить Бога за прежнее. Видишь ли, как вступает он в слово о Сыне?» Святой Златоуст полагает, что здесь началось слово о домостроительстве спасения. Так и другие наши толковники. Блаженный Феодорит пишет: «песнословим человеколюбивого Владыку, что нас, недостойных, соделал причастниками света святых. Благодарением Апостол показует неизреченность Божия человеколюбия и величие Божия о нас домостроительства». Так и блаженный Феофилакт: «сказавши: молюсь, да дарует вам Бог такие и такие блага, теперь говорит: благодарю за полученное нами прежде. Этим незаметно он вводит их в слово о Сыне».

Так будем благодаряще понимать: благодарим — и видеть здесь начало слова о домостроительстве спасения в Господе Иисусе Христе.

Прилично Апостол начинает сие слово благодарением: ибо только помысли о безнадежности нашего положения, и противопоставь ему, в какое благобытие и какую славу возведены мы, ничего не чаявшие и ничего не достойные, и каким дивным притом домостроительством, и прими все это в чувство; то не найти тебе слов для выражения своих благодарных чувств: будешь только взывать: «слава Тебе, Боже! слава Тебе, Боже!» Если б от зол только были мы избавлены, и каким-либо служебным духом; и то было бы величайшее благо. А то Сын Божий нисходит, принимает на Себя бедное естество наше и, проведши чрез искупительные страдания и смерть и воскресивши, посаждает одесную Бога и Отца; за тем последовала благодать Святаго Духа, которая всех верующих делает сынами и дщерями Богу с обетованием, что и они все будут там же, идеже есть Христос одесную Бога седя (см.: Ин. 12:26; ср.: Кол. 3:1). Кто найдет достаточно слов, чтобы достойно, не в меру блага, а в меру чувства, возблагодарить премилосердого Бога нашего?

Благодарим, говорит, Бога и Отца. Домостроительство спасения совершено Отцом чрез Сына во Святом Духе; спасение каждого, по сему домостроительству, совершается Отцом в Сыне чрез Святаго Духа. Чего же ради благодарим только Бога и Отца? Лжеучители, соблазнявшие колоссян, исходным пунктом лжеучения имели, вероятно, положение, что Бог совершенно отделен от твари. Тварь, говорили, не может сносить действия Бога. Почему от Бога изошло множество посредствующих сил — духов, которые, все ниже и ниже нисходя, явились наконец такими, что и с тварями могли входить в сношение, творить их и поддерживать. В числе сих сил, по-ихнему, был и Сын, и Иисус, и Христос. Чтоб показать, что исходный пункт лжеучителей ложен, Апостол обращается с благодарением к Богу Отцу, внушая тем, что Бог Отец не только не отделен от нас, напротив, Он призвал нас, избавил нас от власти темныя и преставил в Царство Сына. О Сыне же вслед за сим скажет, что Он не только не есть из числа сотворенных сил, а напротив, есть Творец всех их, Сам пребывая едино с Отцом.

Благодарит Бога и Отца, призвавшего нас. Заметим о чтении: по-славянски стоит: вас; но святой Златоуст, Феодорит, Экумений и почти все другие читают: нас. Также все наши, и другие все, читают не: призвавшаго, καλεσαντι, — а: ικανωσαντι, — удовлившего, <то есть> признавшего нас гожими или сделавшего способными. Весьма немногие читают оба слова. Будем читать: удовлившаго нас. Святой Златоуст такое делает наведение при сем слове: «таково, говорит, дарованное, что оно не только дано, но и сделало нас сильными для причастия дарованного (или, как Феофилакт: «что оно не только сделало нас богатыми, но и дало нам способность и силу явиться достойно получившими его»)». И так слово: удовлившаго, ικανωσαντι, — сделавшего нас способными, имеет здесь важное значение. Пусть бы, например, царь небольших дарований человеку поручил какое-либо начальствование; но достоинство он дал, а способности вести дело начальствования он не мог дать. Оттого такому человеку честь обращается в посмешище. Но если бы он и достоинство дал ему, и сделал его способным занять почетное место и годным к управлению; тогда это была бы настоящая честь. То же самое говорится и здесь, — что Бог не только даровал нам честь, но и сделал нас сильными к принятию ее; ибо сугубая честь — дать и приготовить в человеке способность для принятия дара.

Сказавши это, Апостол показывает далее, какой чести мы сподобились и чрез что сделались способными к ней, говоря: в причастие наследия святых во свете. Причастие наследия святых — честь, а как сделались мы к ней гожими, показывает слово: во свете. Что есть наследие святых? Царство Христово, Царство благодати, вводящее и в Царство славы. В следующем же стихе говорится, что Бог преставил нас в Царство Сына любве Своея. В прощальной речи к ефесеям Апостол говорил: ныне предаю вас, братие, Богови и слову благодати Его, могущему наздати и дати вам наследие во освященных всех (Деян. 20:32). Здесь будто более видится Царство Небесное. В речи своей к Агриппе, Апостол о том, к чему призвал его Господь, так говорит словами Самого Господа: отверсти очи их (языков), да обратятся от тмы в свет и от области сатанины к Богу, еже прияти им оставление грехов и достояние во святых, верою, яже в Мя (ср : Деян. 26:18). Здесь же видится более Царство благодати. Оба Царства неразделимы Царство Христово есть единое Царство.

В сем-то Царстве иметь часть сделал способными Бог и Отец. Удовлившаго нас в причастие, εις την μεριδα, — сделавшего нас гожими иметь часть или вступить в причастие. В отношении к Царству славы приличнее сказать: иметь часть, то есть каждому свою, а в отношении к Царству благодати приличнее сказать: вступить в причастие, ибо хотя и здесь каждый свою имеет часть, противу силы своей, но это не видно; видно же, что всякий вступающий в него имеет все потребное, не менее всех других. В отношении к тому говорится: обители многи суть (Ин. 14:2), а в отношении к этому: несть иудей, ни еллин, ни мужеский пол, ни женский (ср.: Гал. 3:28)

Как сделались мы гожими вступить в Царство Христово, показывает слово: во свете, — под коим разумеется свет ведения, чрез благовестие сообщаемый и приемлемый верою и тьму неведения разгоняющий, — и свет благодати, чрез таинства подаемый и силою возрождения тьму греховную прогоняющий. Истина в слове Божием и благодать в таинствах — две спасительные силы, действующие на земле в Церкви для верующих, а вне ее для неверующих Некоторые во свете относят к наследию будущему, в том значении, что оно будет светло Но лучше относить к; удовлившаго, — как способ; силу же света можно простирать и до будущего царства: здесь — свет, а там свет светлее; но тот и другой главным образом духовный, состоящий в ведении и святости от преисполнения благодатию Духа Внешний же свет будет только отражением сего. Блаженный Феофилакт пишет: «во свете, и будущем и настоящем: ибо и ныне просветил нас Бог, открыв нам такие таинства, и в будущем подаст нам еще обильнейший и дивнейший свет».

Благодаря (Бога и)¹ Отца.

И незаметно приводит их к слову о Сыне. Ибо, если я с радостью благодарю, значит, вы обладали великими благами. Но их даровал Владыка — Сын, а не рабы — ангелы. Почему же он сказал: благодарю с радостью? Потому что и в печали возможно благодарить, как благодарил Иов, хотя и находился в скорби: Господь дал, Господь и взял (Иов. 1:21). И пусть никто не говорит, что он не был уязвлен скорбью, потому что в таком случае уничтожил бы и похвалу его, если бы он нечувствительно переносил это. Он скорбел, но не был подавлен.

Призвавшего вас (ίκανώσαντι υμάς; в синод пер. — нас).

Сколько, говорит, дано, что вы не только стали богатыми, но и получили силу и способность явиться достойно получившими такие дары. К примеру сказать: царь поручил человеку небольших дарований какое-либо начальствование, достоинство он дал бы, но не сделал бы его способным к достойному отправлению его; в таком случае честь эта часто подвергала бы его осмеянию. Но Бог и чести удостоил нас, и сделал способными к принятию ее. Сугубая же честь, что сделал нас способными к принятию дара.

К участию в наследии святых.

То есть поставившего вас со святыми, — и не просто, но предоставившего вам наслаждаться теми же благами, что и обозначается словом участие. Ибо можно жить в одном и том же городе, но не иметь одинаковой доли, и опять: можно участвовать в одном и том же наследии, но не иметь той же самой доли, как, например, мы все имеем одно и то же наследие Церкви, но один имеет одну долю, а другой — другую. Но здесь и наследия удостоил того же самого, и части той же самой. И везде употребляет слово наследие (κλήρος), дабы показать, что как наследие зависит не от человеческого старания, а больше, кажется, от счастья; так и мы не за добродетели удостаиваемся Царствия, но все зависит от божественного дара. Посему, "егда", говорит "сотворите вся, глаголите, как раби неключими есмы: как еже должни бехом сотворити, сотворихом" (Лк. 10:17).

Во свете.

И будущем, и настоящем, то есть познании. Ибо и теперь просветил нас, открыв нам тайны, а в будущем еще больше откроет.