К Ефесянам послание ап. Павла 5 глава 5 стих

Представляется, что Апостол говорит и высказывает нечто тягостное: потому что называет здесь блудником и нечистым смехотворца и сквернослова и отсек его от удела во Христе. Господь же, законополагая нам, превзошел и этот приговор: потому что вожделение в душе, возникшее вследствие страстного взгляда на женщину, Он назвал прелюбодеянием (Мф. 5:27-28). Сделал же Он это для того, чтобы, очистив сами в себе скверну в мыслях, мы вели ангельский образ жизни на земле. Потому что ради этой цели Он сошел к нам, пребывая на небе как Бог, чтобы нас, хотя еще и пребывающих на земле, возвести на небо путем ангельского образа жизни. Посему опять же говорит божественный Павел: «Наше житие на небесех есть, идеже предтеча о нас вниде Иисус» (Еф. 3:20, Еф. 6:20).

который есть идолослужитель - (а) Вероятнее всего, это определение относится только к любостяжателю (богатство для него становится идолом); (б) но можно понять его и как относящееся ко всем трем упомянутым в стихе типам людей (ср. РБО).

наследие в Царстве Христа и Бога - Все, кто был верен Богу, займут подобающее место в Его грядущем Царствии (т. е. получат свое наследие).

Я желаю, любезнейший брат, чтобы, взвесив тяжесть соблазнов, ты исчисленные нами влечения считал не менее преступными, как и идолослужение. Внемли изречению Апостола, который говорит: знайте разумно, яко всяк блудник, или нечист, или лихоимец, или обманщик, еже есть идолослужитель, не имать достояния в царствие Христа и Бога (Еф. 5:5). И хотя вообще Богу противно все, что имеет отношение к дьяволу; а идолослужение имеет отношение к дьяволу, ибо ему посвящены все идолы: однако Апостол в другом месте делает подробное и поименное исчисление такого рода; умертвите уды ваша, яже на земли, отлагая блуд, нечистоту... похоть злую и лихоимание (cupiditatem – алчность, лат.), еже суть идолослужение, ихже ради грядет гнев Божий (Кол. 3:5-6). Не в том только состоит служение идолу, если кто двумя пальцами бросит ладану на жертвенный костер, или совершит возлияние, почерепнув из чаши стакан цельного вина. Пусть скажет, что нет идолослужения в любостяжании тот, кто назовет справедливым предание Христа за 30 серебренников. Пусть скажет, что нет попрания святыни в похоти, тот, кто нечистым смешением с жертвами общественного невоздержания осквернил члены Христовы и жертву живую, угодную Богу. Пусть признает, что нет идолослужения в обмане, человек подобный тем, которые, по свидетельству Деяний Апостольских, утаив часть цены своей вотчины, были поражены внезапным отмщением (Деян. 5). Примет, брат, что тебе не следует оставлять за собою того, что принадлежит тебе. Всяк, сказал Господь, иже не отречется всего своего имения, не может быти мой ученик (Лк. 14:33). Отчего же ты такой малодушный христианин?

Итак, если видим, что многие ради Христа отвергли свое имущество, так что не только обладание деньгами, но и желание их отсекли от сердец своих, то следует, что таким же образом можно погасить и блудное разжигание. Ибо апостол не соединил бы невозможного дела с возможным; но, признавая то и другое возможным, заповедал равным образом умерщвлять. И настолько блаженный апостол уверен, что можно из наших членов искоренить блудную страсть или нечистоту, что повелел не только умерщвлять их, но даже не называть, говоря: «блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас.... Также сквернословие и пустословие и смехотворство не приличны вам" (Еф. 5:3–4). Он учит, что это одинаково гибельно, одинаково удаляет нас от Царства Божия, говоря: «знайте, что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель, не имеет наследия в Царстве Христа и Бога» (Там же, (Еф. 5:5). И еще: «не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители... ни хищники – Царствия Божия не наследуют» (1 Кор. 6:9–10). Потому не должно быть сомнения, что страсть блуда и нечистоты может быть истреблена из наших членов; потому что апостол повелел отсекать их так же, как и любостяжание, суесловие, смехотворство, пьянство, воровство, отсечение коих удобно.

Впрочем, мы должны знать, что хотя бы мы соблюдали всю строгость воздержания: голод, жажду, бдение, постоянный труд – и с неослабевающим усердием занимались чтением; однако посредством этих подвигов мы не можем приобрести постоянную чистоту целомудрия, если, постоянно упражняясь в них, по опыту не познаем, что чистота подается по милости благодати Божией. Всякий пусть знает, что он должен неутомимо упражняться в этих подвигах только для того, чтобы ради скорби их, приклонив милосердие Божие, удостоиться, по божественному дару, освободиться от борьбы плоти и господства преобладающих страстей, и пусть не надеется, что будто он сам посредством их (т. е. поста, бдения, чтения и проч.) получит ненарушимую чистоту тела, которой желает. А для приобретения целомудрия должен воспламеняться таким желанием и любовью, с каким жадный корыстолюбец желает денег, честолюбец – высших почестей, или увлекаемый нестерпимой любовью к красивой женщине с невыносимым жаром хочет исполнить свое желание. От того бывает, что когда мы воспламеняемся ненасытным желанием всегдашней непорочности, то пренебрегается и желанная пища, необходимое питье бывает противно, наконец, даже сон, требуемый природою, отгоняется или, по крайней мере, как коварный обольститель целомудрия и как ревнивый противник чистоты, допускается боязливым и подозрительным умом; и таким образом всякий поутру, испытав свою непорочность, радуется сохранившейся у него чистоте и сознает, что он приобрел ее не своим старанием и бдением, а покровительством Божиим, и понимает, что она столько будет пребывать в его теле, сколько Господь даст по Своему милосердию. Кто постоянно имеет такую уверенность, тот, не думая о себе высоко, не полагается на свою добродетель, не обольщаясь долгим отсутствием нечистого истечения, не предается обманчивой обеспеченности, зная, что он тотчас будет осквернен истечением нечистой влаги, если хоть немного отступит от него покровительство Божие. Потому для продолжения покровительства он со всем сокрушением и смирением сердца неослабно принадлежит молитве.

Но, начиная с 5:3, Апостол уже не ограничивается отдельными несистематизированными наставлениями. Нравственное учение Еф. 5:3–6построено Павлом, как наставление чад света. Общая тема этого отрывка поставлена в 5:8 и слл. Даже в ст. 9 лучшее чтение есть «плод света», а не «плод Духа», как у нас. Как «свет в Господе», верующие противополагаются той тьме, которою они были в прошлом. С предостережения против греха, в частности и в особенности, против грехов плоти и против любостяжания и начинается этот отрывок (5:3–7). Любостяжание оценивается, как идолослужение (ст. 5), и сопоставляется с блудом и нечистотою, вероятно, потому, что, как плотские грехи, так и любостяжание, представляют собою забвение Творца ради твари. До 5включительно, мысль ап. Павла определяется противоположением света и тьмы (ср. стт. 11 и слл.). Блюдение бодрственного сознания тоже относится к хождению в свете (ср. стт. 14 и слл., в частности, ст. 18). Но благодарность Богу (стт. 19–20), получающая выражение в молитвенных песнопениях и направляющая, как и в Кол. 3, поведение верующих, приводит их ко взаимному послушанию друг другу (стт. 21 и слл.).

 Вот, снова он, поименовав Христа, тут же вводит и Бога, так как Бог и Отец в Нем царствует, и Он, в свою очередь, в Отце, согласно Им Самим сказанному Отцу: «Яко вся Моя Твоя суть, и Твоя Моя»   (Ин. 17:10). А одно из всего — это царство, общее у Сына с Отцом, общее же и у Отца с Сыном, при том что, конечно же, вместе с Ними царствует и Святой Дух, ибо, таким образом, Святая и поклоняемая Троица обнаруживает единую природу Божества. Как же будет творением царствующий в Отце и с Отцом Бог Слово?

Всем христианам нужно твердо помнить, «что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель,»– поскольку любовь к богатству есть тоже идолопоклонство, ибо люди воздвигают себе золотого кумира,– «ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6:9–10).

Указав раньше на несвойственные Христианам дела и чувства страсти раздражительной, теперь Апостол предостерегает от страсти похотной, к плодам которой относится не только всякая нечистота, но и всякое любостяжание, ибо кто не похотствует на тело, похотствует на деньги и стяжания. «Одна у нас страсть, которою мы любим и деньги и тела» (Златоуст). «О проявлениях раздражительной страсти говорит: да возмутся от вас; а о делах похоти говорит: ниже да именуются. Последнее сильнейший представляет запрет: ибо хочет, чтобы и помину о них не было». Так надлежит вести себя тем, которые дают обязательство ревновать о всякой чистоте, поставлены в состояние чистоты и приняли силы к хранению ее и жизни в ней. "Святость есть исполнение сердца всеми добродетелями, но преимущественно она свидетельствуется чистотою от плотских влечений и сочувствий». «У всех святых подвижников находим указание, что пусторечие и смехотворство состоят в прямой связи с похотию. К погашению похоти плоти и очес располагает он (Апостол) опасностию потерять из-за них Царство Небесное, предлагая как бы на выбор – или минутную сласть похоти, или вечное блаженство в Царстве Христовом. Лихоимец окачествован особою вескою чертою: иже есть идолослужитель. И в послании к Колоссянам называет он лихоимание идолослужением (3:5). Такова, впрочем, и всякая страсть, что когда кого одолевает, то всего его поглощает; почему и чрево назвал Апостол богом (Филип. 3:19); но в пристрастии к богатству есть особая черта, ставящая обладаемого им в одной линии с идолопоклонниками, именно упование на богатство. Надлежит же всего ожидать от Бога и в Нем опираться всеми надеждами своими». «Ефес был, полон разнородными школами и общинами. Между ними эпикурейцы не строго судили о делах блудных, как между Иудеями – саддукеи. Апостол, конечно, знал это, знал, что могли говорить эти суесловцы, и, не входя в подробное рассмотрение их суесловия, одним словом отсекает соблазн: смотрите, что бы кто ни говорил против этого (апостольского учения), не обольщайтесь». «Убойтесь, говорит, противлением истине и поблажкою нечистоте уподобиться им (непокорным). Если допустите это, то и участь их разделите. А участь их – огнь суда и мучения» (Преосв. Феофан).

Вслед затем ап. начинает новое увещание, направляя речь против причастия христиан языческим порокам. Вместо того чтобы находить удовольствие во всяких, особенно непристойных шутках, (что Плавт (римский поэт) подметил в ефесянах], христиане должны проводить время в благодарении (благо есть славить Господа, и петь имени твоему, Всевышний,—говорит псалмопевец в пс. 91 ст. 2). Те же, которые ведут языческий образ жизни и этим делаются служителями ложных богов, теряют право на участие в царстве Христовом, потому что оно есть в тоже время царство истиннаго Бога

Первым и главным побуждением к духовной жизни для христианина является:

а) подражание Богу и любви Христовой, Который «предал Себя за нас в приношение и жертву Богу» (Еф. 5:2). Значит, и мы должны прощать друг другу, как и Бог простил нас и дал нам право быть «чадами возлюбленными» (Еф. 5:1);

б) другой стимул к нравственной жизни – напоминание о том, что никакой грешник «не имеет наследия в Царстве Христа и Бога» (Еф. 5:5);

в) осознание нашего возрождения во Христе: «Вы были некогда тьма, а теперь – свет в Господе» (Еф. 5:8). Для христиан тьма неведения и блуждания в поисках истины заменилась светом познания Христа, поэтому они и должны поступать, «как чада света» (Еф. 5:8). Плод духовной жизни состоит «во всякой благости, праведности и истине» (Еф. 6:9).

К укрощению гневливости и прощению неприятностей располагал Апостол тем, что самим нам прощение дается в Господе Иисусе Христе, с напоминанием, что, если не будем прощать, и нам не будет прощено. К погашению похоти плоти и очес располагает он опасностию потерять из-за них Царство Небесное, предлагая как бы на выбор: или минутную сласть похоти, или вечное блаженство в Царстве Христовом. Обоим им вместе быть нельзя. Одно из двух: или временная греха сладость и лишение вечного блаженства, или вечное блаженство и отвержение сласти похотной. Сие да весте — приговор решительный, без всяких исключений и ограничений, что те, которые имеют несчастие работать помянутым страстям, не имеют достояния в Царствии Христовом, — уже исключены из него, и те, которые впадут только в них, как только впадут, так и исключаются, самым действием падения. Так несовместно Царствие с похотствованием.

Апостол под этот приговор подводит только блуд, нечистоту и лихоимство, а сквернословие, буесловие и кощуны — пропустил. Но это не значит, что, по Апостолу, с ними можно войти в Царствие, а то, что они у него не имеют самостоятельного значения и суть орудные действия в отношении к тем главным страстям, так что их не бывает, когда не бывает тех, и наоборот, где те, там и они. С теми, следовательно, разделят они и участь. Пустословие и смехотворство на вид представляются не так важными; но как под ними кроется блудная страсть, которая и приводит язык в движение, то, судя по этому родству, важность их значительна очень. И взгляд какой тоже будто незначителен; но воззревый на жену ко еже вожделети ея осуждается как блудник.

Блудник и нечист сказаны Апостолом в том же смысле, как прежде блуд и нечистота; по лихоимец окачествован особою вескою очень чертою; иже есть идолослужитель. И в послании к Колоссаям называет он лихоимание идолослужением (Кол. 3:5). И Господь сказал, что нельзя служить Богу и мамоне (Мф. 6:24). Следовательно, кто служит мамоне, то есть работает страсти любостяжания, тот не служит Богу. Мамона стал для него богом. Ему он предан всею душою, всем сердцем, всем помышлением и всеми силами. Как следовало ему быть расположенну к Богу, так он расположился к богатству. Такова, впрочем, и всякая страсть, что когда кого одолевает, то всего его поглощает; почему и чрево назвал Апостол богом (Флп. 3:19), но в пристрастии к богатству есть особая черта, ставящая обладаемого им на одной линии с идолопоклонниками, именно упование на богатство. Надлежит всего ожидать от Бога и на Нем опираться всеми надеждами своими. Но обладаемый лихоиманием всего ожидает от денег и богатства, на них опирается и почивает своими надеждами. Там, где следует стоять Богу, стоит у него мамона. Стало, он прямой идолопоклонник.

Не имать достояния в царствии Христа и Бога. Достояние, — κληρονομια, — что кому определено в наследство. Неисследованное богатство Христово все распределено по добродетелям, и всякой добродетели свое место и свой удел богатства Христова. Когда наступит Царствие Христово, тогда какою кто добродетелию особенно отличился, туда и поступит, где часть на добродетель ту отряженная. Все, по вере, в добродетелях потрудившиеся будут в Царствии, и всем будет неизреченно блаженно пребывать там, но всякий в своем будет месте и чине. Посреди сих светлых обителей нет места — никакой страсти. Вне... любодеи... и идолослужители... (Откр. 22:15).

Это очевидно само собою, но Апостол напоминает о том с особым напряжением, говоря: сие да весте. Верно, нужно было сделать на этом ударение. Может быть, ходили какие-либо мысли, подрывающие уверенность в этом. Почему и далее, остерегая верных от кривотолков, пишет: