Евангелие от Матфея 27 глава 30 стих

Чтобы удовлетворить сколько-нибудь ненависти первосвященников к Иисусу, он делает другое предложение: наказать, Его накажу, – но смерти Он не стоит и потом отдает воинам для бичевания. Те бичуют Его и издеваются над Ним. На Иисусе багряница, терновый венец вместо царской короны, в руке трость вместо скипетра. Ему творят поклонения. Грубые воины, подущенные яростью народа, способны к таким жестокостям.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 224++

104. Багряница и пурпурный хитон, в который одели Христа воины, знаменуют: одна — победу мучеников Ср. у свт. Илария: in Matt. 33., другой — царское достоинство. Его плоть должна была вобрать за нас пролитую по всему миру кровь, а Его страдание — утвердить Его Царство в нас.

105. Терновый венец на Его голове предвещает продолжение божественного домостроительства, когда в победную славу Бога войдут грешники, которые сейчас как терние в этом мире Там же.. В бичевании тоже есть особый смысл. Он подвергся бичеванию, чтобы мы избежали его. Он, Муж, терпящий удары и изведавший страдания, Которые несет за нас (Ис. 53:3), отвратил удары от нас, которые прежде бежали от Бога. Так терпелив Господь, что позволил беглецам наложить узы на Свои руки и отдал Свое тело на бичевание изгнанникам Аллюзия на Адама и Еву, скрывшихся после грехопадения от Господа и затем изгнанных из рая.. Всеми своими действиями иудеи, хотя и с пагубным намерением, предсказывают Его славный исход. Нанося раны, они увенчивают Его, насмехаясь, воздают поклонение, не веря сердцем, исповедуют Того, Кого убивают. Не было у них желания воздать Ему должное, однако Бог не остался без подобающих Ему почестей: Его приветствуют как Царя, венчают как Победителя, поклоняются как Богу и Господу.

106. Согласно Матфею, Его рука держит трость, чтобы человеческая непрочность не колебалась, как трость, ветром колеблемая (Лк. 7:24), но укрепилась делами Христа и чтобы пригвождено было ко Кресту рукописание, направленное против нас, и истреблено древнее проклятие См.: Кол. 2:14.. Согласно Марку, эта трость ударила Его голову См.: Мк. 15:19., чтобы наша природа, укрепленная прикосновением к божеству, стала неколебимой.

Ев. Лука, не передавая о тех поруганиях, которым подвергся Иисус в претории Пилата, дает однако намек, что Пилат прибегал к ним, и именно как к средству утолить ярость иудеев, (16. 22). Ев. Иоанн, действительно, передает нам, что Пилат употребил две попытки отпустить Иисуса: предложение народу воспользоваться обычаем отпускать на свободу одного узника и сделать для этого выбор между Вараввою и Иисусом, потом поругание Иисуса чрез возложение на голову Его терноваго венца, облечение в багряницу и биение по ланитам (18:39—40, 19, 1 и д.). Следовательно, первые два евангелиста, говоря об этих поруганиях над Иисусом в конце истории суда, не следуют точному порядку событии. Эти поругания были не следствием окончательнаго, смертнаго приговора над Господом, а средством возбудить в обвинителях сострадание к невинно-страждущему и однако уже так избитому, измученному узнику. Поэтому Пилат, выведши Господа, говорит народу: „се, человек» (Ин.)!

Потом вынимали из рук Его трость и били ею Его по голове, отчего колючки терна глубже впивались в тело, и, наконец, в знак крайнего презрения, плевали Ему в лицо. И все эти издевательства и побои Христос перенес молча и, вероятно, молился за Своих мучителей.

Приидет, приидет и не замедлит страшный тот час, в который мы, истязуемые, не будем иметь оправдания. Ибо что будем в состоянии отвечать Господу? Что ещё оставалось Ему сделать для нас, и Он не сделал? Не видели мы разве Бога Слово смирившимся, в образе раба, чтобы и мы сделались смиренными? Не видели разве недомыслимое (непостижимое) лицо Его оплеванным, чтобы и мы, оскорбляемые и подвергаемые наказаниям, не ожесточались? Или не видели, как святой хребет Его предан был бичеванию, чтобы и мы во всем повиновались своим настоятелям? Или не видели, как лицо Его, которое призираяй на землю и творяй ю трястися (Пс. 103:32), было заушаемо, чтобы мы, уничижаемые, не приходили в свирепость? Или не слыхали, как говорит Он: Аз есмь, и о Себе ничесоже творю (Ин. 8:28), чтобы и мы не были высокомерными, самовольными и самовластными? Или не слыхали, как говорит Он: Аз Же не противлюся, ни противоглаголю (Ис. 50:5), чтобы и мы не прекословили и не были непокорными? Или не слыхали, как говорит Он: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11:29), чтобы и мы стали кроткими и смиренными, а не завидовали друг другу, не угрызали и не поедали друг друга? Какое оправдание дадим Ему?

Этот рассказ, с незначительными расхождениями, есть у всех евангелистов. Злорадство присуще жестокой толпе, которая находит удовольствие поизмываться над слабым и беззащитным – одно из свойств биологической эволюции: добей слабого!

Римские воины уводят Иисуса в преторию, то есть в здание римской администрации, где находилась и резиденция прокуратора, и солдатские казармы. Поглазеть на осужденного собрался «весь полк» – в подлиннике «вся когорта» (по-гречески σπεῖρα), составлявшая. 1/10 часть легиона, то есть около. 600 человек, что, конечно, маловероятно, и слова «весь полк, вся спира» означают просто весь отряд личной охраны Понтия Пилата, расположившийся в те дни в претории. – Ради развлечения воины стали разыгрывать свой грубый казарменный спектакль. Сорвав с Иисуса Его одежды, они облачили Его в «багряницу». Это слово означает «алый солдатский плащ» (по-гречески «хламида»). Багряница как бы означала пурпурное царское одеяние. В своем издевательском шутовстве воины сплели «венец из терна», то есть венок из колючих веток терновника и возложили эту как бы царскую корону на голову Иисуса. Вложив в Его правую руку трость – как бы царский посох или скипетр – они, стоя на коленях, стали насмешливо приветствовать Его: «Радуйся, Царь Иудейский!». При этом они «плевали на Него и, взяв трость, били Его по голове». Вдоволь наглумившись над Иисусом, они сняли с Него красный плащ и одели в Его прежние одежды.

О похожей сцене сообщает Филон Александрийский. Он рассказывает, что в Александрии толпа иудеев проделала примерно то же самое с одним слабоумным мальчиком. «Они развернули кусок ткани и накрыли им его голову, как диадемой..., а вместо скипетра подали ему кусочек местного папирусового камыша, который они нашли брошенным у обочины дороги... И потому что он был по-царски разукрашен, некоторые подходили, как бы приветствовать его, а другие как будто бы обратиться к нему с прошением». Так они смеялись над безумным мальчиком, и за такого безумца воины, наверное, почитали Иисуса Цит. по Уильям Баркли. Толкование Евангелия от Матфея. – [Б. м.: ВСБ. Т. 2, 1986.].

Во всех этих скорбях Спасителя Церковь усматривала исполнение пророчеств Исаии о смиренном Отроке Господнем:

«Я предал хребет Мой биющим

         и ланиты Мои поражающим;

лица Моего не закрывал

         от поруганий и оплевания» (Ис. 50:6).

Люди с презрением подвергли Его издевательствам, но в очах Божиих Он был Искупителем тех же самых людей:

«Он был презрен и умален пред людьми,

         муж скорбей и изведавший болезни,

и мы отвращали от Него лице свое;

         Он был презираем, и мы ни во что ставили Его.

Но Он взял на Себя наши немощи

         и понес наши болезни;

а мы думали, что Он был поражаем,

         наказуем и уничижен Богом.

Но Он изъязвлен был за грехи наши

         и мучим за беззакония наши;

наказание мира нашего было на Нем,

         и ранами Его мы исцелились» (Ис. 53:3-5).

И вот, «когда насмеялись над Ним, … повели Его на распятие». Даже перед самой казнью и во время ее унизительные издевательства не прекращались, о чем следующий рассказ.

Бияху (били) по главе Его, — чтобы для причинения сильнейшей боли колючки терна еще более вонзались в голову. Св. Златоуст замечает следующее по поводу этих страданий Спасителя: „Не одна часть, а все тело Его терпело страдания: глава от венца и трости, лицо от ударов и заплеваний, ланиты от заушений, все тело от бичевания, наготы, одеяния хламидой и притворнаго поклонения, руки от трости, уста от поднесения оцта. Что может быть сего тягчае и обиднее?" Вот что еще говорит один из наших проповедников (Димитрий, архиепископ Херсонский) в слове в великий пяток, в день страданий и смерти И. Христа, вообще о страданиях Его. „Се пресвятая глава Его избита тростию, изъязвлена тернием за те преступные и нечестивые, горделивые и презорливые, самолюбивые и завистливые, безумные и богохульные помыслы и мечтания, которыми наполняется и кружится наша преступная глава. Се пречистые очи Его, тьмами тем светлейшия солнца, наполняются слезами и кровию, терпят нечистыя оплевания и помрачаются сном смертным за те завистливые и зложелательные, безстыдные и глумливые, соблазняющие и соблазняющиеся взоры, из которых мы сделали себе как бы некое лукавое искусство. Се пречистыя уста Его, источавшия слова жизни и спасения, слово любви и утешения, слово милосердия и сострадания, сокрушенныя ударениями злочестивых рук, запекшияся кровию, сомкнулись смертию — за те безумные глаголы, за те праздныя и гнилыя слова, за те зложелательныя и пересудливыя речи, которыя так легкомысленно, так непрестанно выходят из наших уст. Се пречистыя руки Его, простиравшиеся токмо на благословения и благодеяния, на исцеления страждущих, на питание алчущих, на воскрешение умерших, пригвождены ко кресту — за то, что наши нечистыя руки простираются на мздоимство и лихоимание, на хищение и неправедные прибытки, на обиды и притеснение ближних. Се любвеобильное сердце Его, жаждавшее нашего спасения, жившее и дышавшее одною любовию к человекам, прободено копием — за те нечистыя похоти и вожделения, за те корыстолюбивыя и самолюбивыя пожелания, за то ненасытное стремление к удовольствиям чувственным, за те безстыдныя ощущения и чувства, которыми живет и услаждается наше преступное сердце. Словом, — вся пречистая плоть Его изъязвлена, изранена, измучена, самая пресвятая душа Его была прискорбна даже до смерти, испытала все болезни адовы — за то, что мы, окаянные грешники, и душу и тело свое делаем орудием греха".

Красный солдатский плащ должен был изображать пурпурные царские одежды, венок –корону, а палка –скипетр. Традиционно считается, что венок был сплетен из колючих веток терновника, чтобы усугубить мучения Иисуса. Но сейчас многие комментаторы полагают, что «корона» была сделана из веток одного из видов пальмы с очень длинными иглами, напоминавшими солнечные лучи – на монетах в таких венцах изображались императоры в виде бога солнца.

Шутовские приветствия с коленопреклонением сменились побоями и плевками. Затем «царский» наряд был снят, возможно включая «корону», хотя терновый венец стал непременной частью распятия в христианской иконографии. Воины были, вероятно, не римлянами, а принадлежали к вспомогательным частям, состоявшим в основном из сирийцев. Церковь всегда видела в этом эпизоде исполнение пророчеств (Ис. 50:6‑7; Ис. 53:3‑5).

Иисуса повели на казнь. Обычно осужденные на распятие должны были нести на плечах перекладину от своего креста, столб же был вкопан в землю на месте казни.

Для обозначения царского венца и победных лавров кесарей сплели венец из колючих ветвей терна и возложили на главу Спасителя. Терновый венец, уязвивший пресвятую главу, по изъяснению преподобного Исидора Пелусиота, был поистине победным знамением для того, кто пришел разрушить клятву, произрастившую на земле терния и волчцы (Быт. 3:18): «так поступают благоискусные победители, выставляя на вид то самое орудие, посредством которого одержали победу». Вместо царского скипетра вложили в правую руку Божественного страдальца трость. Окончив эти приготовления, воины с притворной торжественностью окружили жертву своей жестокости для того, чтобы приветствовать ее новым поруганием. В изъявление особенного уважения на востоке перед царями обыкновенно преклоняли колена и падали на землю (Пс. 71:9; Ис. 49:24); и вот, как бы подражая этому обычаю, они становились перед Господом Иисусом на колена, кланялись Ему и говорили: радуйся, Царю Иудейский!

Правитель решил, что телесным наказанием можно избежать смертного приговора, поэтому, отчасти идя навстречу Синедриону и неистовству толпы, он отдал Христа воинам для бичевания. Воины отвели Иисуса во внутренний двор претории, привязали Спасителя к столбу. Они бичевали Его, оставляя глубокие раны на спине (римские воины обычно били ременными плетями, внутри которых были вшиты острые кусочки металла). После бичевания человек находился в обморочном состоянии и был на грани смерти из-за потери крови. Окончив бичевание, воины надели на Христа багряницу Багряница – ярко-красная ткань. Под багряницей, которую надели на Иисуса после бичевания, видимо, имеется в виду красный плащ римских воинов., возложили Ему на голову терновый венец Терн – сорное растение с большими жесткими колючками. В Палестине терн использовали при изготовлении изгородей и орудий наказания. и, издеваясь, стали падать перед Ним на колени и приветствовать словами: «Радуйся, Царь Иудейский» (Мф. 27:29). Затем они взяли трость и били ею по голове Иисуса, чтобы колючки терна вонзались глубже.