Евангелие от Матфея 24 глава 12 стих

Эта угроза (Мф. 23:37-39) особенно тяжело пала на сердце учеников веривших в ее исполнение, но жалевших Иерусалим и не понимавших, как это согласить с их представлениями о царстве Мессии. Когда оставили они храм и Господь услышал от Своих учеников замечание о великолепии храма, которое особенно представлялось с Елеонской горы, куда они шли, тогда открыл им, что от всего этого блеска и великолепия ничего не останется в предстоящее разорение. Ученики пожелали знать об этом что-нибудь обстоятельнее и когда остались одни с Ним на горе Елеонской, предложили Ему вопрос о времени, когда последует этот страшный переворот. И так как доселе не видевшие еще открытия царства Мессии, как желали и как ожидали, не видели и признаков окончания того порядка вещей, какой существовал и который с наступлением царства Мессии, по понятиям Иудеев, должен был совершенно измениться: то спрашивали вместе: по каким признакам можно определить, когда откроется Его царство и наступит кончина мира?

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 201++

«И по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь». Хотя мир всегда лежит во зле, но бывают времена, когда беззаконие умножается. Так было во времена безбожного коммунизма, но атеизм на наших глазах сменяется сатанизмом. Охлаждение любви — следствие умножения беззакония. Подлинное благочестие, сутью которого является любовь ко Христу, будет встречаться крайне редко. И многие, именующие себя христианами, охладеют в своей вере — в то время как враги Церкви покажут, насколько они горячи в своем нечестии. Там, где нет любви ко Христу, не может быть и братской любви друг ко другу. Когда нечестие умножается — соблазняющее других, гонящее истину нечестие, — благодать любви друг ко другу во многих охладевает.

Однако Господь не говорит, что любовь охладеет во всех, но только во многих. В худшие времена Бог сохраняет остаток верных, ревнующих по истине, как это было во дни Илии, когда пророку казалось, что он остался один. И хотя эта любовь охладеет во многих, она не умрет. Пройдет зима, и жизнь, таящаяся в корнях, явит себя.

***

Но, наверное, самое ужасное из всех пророчеств Господа — пророчество о том, что «из-за умножения беззакония охладеет во многих любовь». Одно является следствием другого. Мир всегда лежит во зле, но наступают особые времена, о которых можно сказать, что беззаконие умножается. И чем наглей будет действовать зло, тем слабее будет сопротивление добра, то есть любви — высшего проявления добра. Хотя, кажется, все должно бы быть наоборот.

Какие страшные слова: «охладеет любовь». Это все равно, что сказать: жизнь будет умирать. Это все равно, что сказать «мерзость запустения будет на месте святе». Быть христианином значит быть любящим человеком. Где любовь в мире? В Церкви Христовой. Если в Церкви нет любви, то в мире ее быть не может. Поэтому сегодняшний суд над Церковью, прежде чем Церковь, каждый из нас станет перед Крестом Христовым, заключается в нашем испытании себя, имеем ли мы эту любовь. Разумеется, мы не достигаем того, что говорит нам слово Божие о любви как о союзе совершенства, как о благодати, всегда живущей в сердцах наших. Однако мы не можем жить, не устремляясь к любви. Только благодаря этому мы живы, и благодаря этому жив мир. Если мы перестанем стремиться к любви, то свет, который в мире, то есть Церковь Божия, станет тьмою, и какова будет в мире тьма?

Но и в мире, даже не знающем Бога, человеческая любовь присутствует всегда как остаточный свет, как то, благодаря чему человек еще существует. Где прежде всего существует этот остаточный свет? В семье. Однако на наших глазах сегодня все делается для разрушения семьи и весьма успешно, как мы видим. А где еще проявляется человеческая любовь? Там, где самые сокровенные и возвышенные отношения между мужчиной и женщиной. Что же происходит сейчас? То, что раньше называли судьбой, мечтой о суженом, теперь все чаще вытесняется легкозаменимым, как они говорят, партнерством. Наконец, дети. Там, где дети, невозможно, чтобы не было любви. Кто не любит детей, у того душа опасно больна, смертельно больна. Но теперь это массовое явление. Все чаще у нас к детям относятся просто как к помехе. Мы прекрасно знаем, что миллионы детей убивают прежде рождения и растлевают чуть ли не с самого рождения. Лжепророки СМИ денно-нощной пропагандой нелюбви не оставляют камня на камне от того, что является основанием человеческой жизни.

***

«Охладеет во многих любовь», — говорит Господь. Но Он не говорит, что любовь охладеет во всех. В самые худшие времена, подобные тем, когда пророк Илия среди всеобщего отступничества думал, что он остался один, Господь открывает, что есть остаток, который хранит Ему верность. Есть те, для кого дороже всего на свете, дороже собственной жизни — сохранить хоть каплю любви, которую дает Господь.

«Охладеет любовь». Но Господь не говорит, что она умрет. Разве напрасно на наших глазах снова и снова каждый год Господь раскрывает одну и ту же, самую простую и самую глубокую тайну? Когда, кажется, все мертво под снегом, мы знаем, что есть жизнь в корнях, и она процветет, как только минует зима. Когда наступит Пасха Господня, мы услышим эти слова: «Днесь весна благоухает». Эта любовь Божия, которая побеждает всю ненависть преисподней, всю злобу мира, торжествует, и мы призываемся войти в радость Господа своего.

«Претерпевый до конца, тот спасется», но только в любви. Церковь Божия устоит, но только любовью. И хотя многие соблазнятся, но всегда будут те, кто претерпит все до конца. Кто мы и где мы среди Страшного Крестного Суда Господня?

Третий признак мировой осени — жестокое преследование христиан, в результате которо­го многие отпадут от веры. По всей видимости, гонения будут связаны с приходом к власти над миром некоей личности, пытающейся подме­нить собой Христа и не терпящей иного центра силы. Отпавшие христиане возненавидят вер­ных и будут, как говорит Христос, предавать их на мучения и убивать. Эти Его слова предосте­регают нас от искания духовного комфорта, от компромисса с миром, лежащим во грехе. Они указывают на первопричину всех катаклиз­мов, кроющуюся в нарушении основного зако­на мироустройства: «Во многих охладеет лю­бовь». Самолюбие и гордость будут все больше преобладать в людях и станут питательной сре­дой для умножающихся беззаконий.

Загрязняя окружающий мир, разжигая военные конфликты или потворствуя возра­станию страстей и животных инстинктов, че­ловек утрачивает присущее ему нравственное чувство — по сути, превращается в зверя, кото­рому все позволено. Эта вседозволенность спо­собна погубить как отдельно взятую личность, так и цивилизацию в целом. «Претерпевший же до конца спасется» — то есть спасение че­ловека в вечности полностью зависит от со­хранения в нем Божественного закона любви, верности Христу и Евангелию, как носителям этого закона.

Сила бедствий выразится особенно в том, что даже кровные родные будут предателями верующих во Христа и что будет господствовать всеобщая ненависть к христианам ¹ К этому изображению ев. Матфей прибавляет предсказание, что тогда многие соблазнятся, т.-е. отпадут от веры, что многие лжепророки возстанут (т,-е. в самом христианском обществе) и прельстят многих, и что по причине умножения беззаконий во многих охладеет любовь. Но одно и радостное знамение последних дней Иерусалима и мира предсказал Спаситель: это— проповедь Евангелия по всей вселенной. Сколько-нибудь знакомому с церковною историей едва ли нужно говорить о том, как в своей мере все это исполнилось уже на апостольской церкви.

В современных церковных кругах часто слышишь жалобу: вера уходит. Несмотря на небывалое «пастырское рвение», во многих христианах вера словно охладеваетСр. Мф. 24:12. или, если выразиться вольнее, как бы «испаряется». Говорят о настоящем кризисе веры среди духовенства, не меньшем, чем среди мирян.

Этому убыванию веры, о котором то и дело сожалеют, прежде всего в Западной Европе, противостоит, на первый взгляд, парадоксальная реальность: тот же самый Запад в то же самое время производит невероятный поток богословской и в особенности духовной литературы, который каждый год увеличивается на тысячи наименований. Конечно, в этом потоке есть множество модных «бабочек-однодневок», произведенных лишь ради рынка. Тем не менее издается и множество классиков духовной литературы в критических изданиях в переводе на европейские языки, так что современный читатель имеет в своем распоряжении такое богатство духовных произведений, о котором человек древних времен не мог осмелиться и мечтать.

Если бы не убывание веры, о котором мы только что говорили, этот поток следовало бы рассматривать как знак невиданного цветения духовной жизни. Однако это обилие книг служит скорее свидетельством беспокойного поиска, который как будто не достигает цели. Многие читают эти книги, восхищаются мудростью отцов, но в собственной их жизни это ничего не меняет. В каком-то смысле потеряны ключи, открывающие доступ к этим сокровищам Предания. Наука говорит здесь о разрыве Предания, который внезапно обнажил пропасть между настоящим и прошедшим.

Многие ощущают это, даже если и не всегда могут именно так сформулировать проблему. Чувство неудовлетворенности охватывает все больший круг людей. Из этого духовного кризиса ищут выход, который думают найти в открытости по отношению к нехристианским религиям. Предложения всякого рода «учителей» всевозможных школ неожиданным образом облегчают этот переход за границы собственной религии. И вот тысячам жадно ищущих душ предлагается колоссальный рынок литературы, восходящей от «духовного» к «эзотерическому». И многие полагают, что находят там то, что тщетно искали в христианстве и чего якобы в нем никогда и не было.

В наши намерения отнюдь не входит вступать в борьбу с такого рода «экуменизмом». Лишь в конце нашего пути мы сформулируем несколько вопросов и попробуем предложить несколько ответов, которые, несомненно, дали бы отцы. Цель этих страниц заключается в том, чтобы дать подлинно христианский ответ на духовные вопрошания многих верующих, ответ «практический», намечающий «путь», укорененный в Писании и в изначальном Предании, дающий возможность христианину «выражать» свою веру «на деле» таким образом, который соответствовал бы содержанию самой веры.

На недоуменный вопрос о том, почему вера, несмотря на все усилия оживить ее, исчезает среди все большего числа христиан, можно дать очень простой ответ, который, может быть, не охватывает все причины кризиса, но указывает на путь выхода из него: вера исчезает тогда, когда перестает быть практикой в соответствии со своей сущностью. Понятие «практика» никоим образом не относится ко всем многообразным формам социального служения, что с самых ранних времен были естественным выражением христианской агапы. Но по самой сути своей это «внешнее делание» становится поверхностным, превращается в тонкую форму akedia, или унынияСр. нашу книгу: Акедия: духовное учение Евагрия Понтийского об унынии / Пер. Д. Сизоненко. Рига: Христианос, 2005., когда ему не соответствует больше «внутреннее делание».

«Внутреннее делание» — это по преимуществу молитва, во всей полноте того значения, которое это понятие приобрело в Писании и в Предании.

Во время таких гонений на вас и на Моих последователей, которых вы привлечете своею проповедью, многие от страха мучений и смерти отрекутся от Меня; другие же из-за Меня возненавидят друг друга и будут друг на друга доносить: в одной семье будут последователи Мои и язычники, и брат будет доносить на брата, отец на детей, и дети на родителей, и своими доносами доведут их до казни; появятся и лжепророки, которые совратят многих; вражда, ненависть и беззакония среди людей настолько умножатся, что в сердцах их не останется и места для любви.
Когда же христианская религия была объявлена вредною, а христиане подлежащими истреблению, то в таких смешанных в религиозном отношении семействах началась страшная вражда. Правительство требовало, чтобы на христиан доносили, чтобы выдавали их властям для казни, и тогда брат доносил на брата, отец на детей, дети на родителей; ненависть и предательство господствовали, а любовь была забыта, изгнана; и даже самое слово христианин стало ненавистным для язычников. Так исполнилось пророчество Иисуса Христа, сказавшего: тогда соблазнятся многие, и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга (Мф. 24:10); предаст же брат брата на смерть, и отец — детей; и восстанут дети на родителей и умертвят их (Мк. 13:12); и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь (Мф. 24:12); и вы будете ненавидимы всеми народами за имя Мое (Мк. 13:13).

Если до сих пор Иисус говорил о бедственном состоянии мира: о таких ограниченных конфликтах и бедствиях, которые (пока еще!) не угрожают самому существованию мира. И мы, конечно же, сейчас, спустя две тысячи лет, видим, что мятежи, революции, войны, землетрясения, эпидемии, голод, ужасающие природные явления продолжаются до сих пор, но мир еще стоит, «ибо надлежит всему тому быть, но это еще не конец!». – И мы должны не рассчитывать сроки Конца и не уповать на его близкий приход, но жить в этом мире и считаться с тем, что полная зла история будет продолжаться и дальше. Более того, эта злая история сулит ученикам Христовым страдания, гонения и смерть. Церковь в определенном смысле всегда будет гонимой Церковью, пока она существует в нехристианском мире. Впрочем, этот мир никогда и не будет «христианским», ибо «христианский мир» – это уже не мир, а Царство Небесное, или Царствие Божие.

Не следует обольщаться: Церкви во все времена будет угрожать ненависть мира: «вы будете ненавидимы всеми народами за имя Мое». Хуже: последователей Христа ожидает также ненависть и предательство собратьев по вере, ибо «соблазнятся многие, и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга». «Многие соблазнятся». Этот глагол мы уже неоднократно встречали и обсуждали. Здесь он означает, что многие потеряют прежнюю веру, станут отступниками. Возможно, не без намека на Иуду Искариота, говорится о том, что таковые не только отступят от братьев, но и станут их злейшими врагами. Появятся и «лжепророки», которые будут вводить христиан в заблуждение. Даже узы любви будут поколеблены: «во многих охладеет любовь»… Всё это взывает к нашей стойкости и терпению, ибо «претерпевший до конца спасется». Эти слова об охлаждении любви и о стойкости в гонениях как гарантии конечного спасения напоминают слова пророка Михея, описывающие состояние беззаконного мира:

«Сын позорит отца,

         дочь восстает против матери,

невестка – против свекрови своей;

         враги человеку – домашние его.

А я буду взирать на Господа,

         уповать на Бога спасения моего:

Бог мой услышит меня» (Мих. 7:6-7).

Тот, кто «претерпит до конца», то есть останется верным даже перед угрозой мученической смерти, обретет спасение, то есть жизнь вечную. Это напоминает слова Книги Откровения Иоанна: «Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь…. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр. 2:10).

Ученики спрашивали Иисуса о том, когда наступит Конец. Он же отвечает им, чтобы они не задавались тщетными вопросами о сроке Конца, но чтобы они, несмотря на ожидающие их впереди гонения, были готовы ревностно «проповедать Евангелие Царства по всей вселенной во свидетельство всем народам». Более того, именно гонения откроют апостолам возможность проповеди Евангелия всем народам мира. Так и случилось в истории. Отсюда логически следует, что по замыслу Божию и в согласии с прямой заповедью Иисуса Христа до Конца путь еще не близкий. Разве мы видим, что Евангелие уже «проповедано» всем народам? Оно и в нашем-то родном народе мало кому известно. Поэтому возникающие то и дело слухи о скором Конце ложны и вредны.

Если иудейские апокалиптики предсказывали бедствия язычникам, то Иисус предрекает, что страдания постигнут Его собственных учеников. И не только их. Но, продолжая Свою речь, Он предсказывает страдания всего Израильского народа.

 Вместо напрасных ожиданий кончины века ваше внимание всецело должно быть обращено на вас самих и ваше дело. Ибо вам особенно угрожает опасность (Лк. 21:12): еще до начала всеобщих бедствий вы успеете испытать на себе все роды злоключений. При всей вашей невинности на вас обратится ненависть всех народов, злоба иудеев и язычников. Вас будут преследовать, заключать в темницы, подвергать бесчестию, мучениям и смерти. В слепом исступлении от предрассудков самые близкие сродники, родители, братья, друзья сделаются вашими гонителями, предателями и убийцами. Многие из вас положат за Меня душу свою. Но не унывайте! Среди всех бедствий над вами будет промысл и любовь Отца Небесного; без Его всемогущей воли не упадет с вашей главы ни одного волоса. В то время не раз доведется вам давать ответ и в отечественных синагогах, и в чужеземных судилищах, свидетельствовать о имени Моем перед царями и правителями. На все подобные случаи положите себе за правило — не заботиться наперед о том, что и как вам говорить, ибо будете говорить не вы, а Дух Святый, Кого вы Приимите. Я дам вам тогда такие уста и такую премудрость, против которых не устоит ни один из ваших противников.

  Чувствительнее и опаснее всех гонений будет то, что (по причине испорченности нравов), ослабнут узы любви даже между своими; откроются разделения и вражды, явятся изменники и предатели даже между присными по вере; восстанут лжепророки и лжеучители из среды вашего общества. Взаимное доверие умалится, дружество и любовь охладеют, самая вера подвергнется затмению. Будут времена тяжкие: но вы, кто на те времена избран Мной, должны искуплять души терпением. Кто претерпит до конца, тот спасен будет (Лк. 21:19; Мф 24, 13).

И за умножение (по причине) беззаконий, т. е. нравственной испорченности, вследствие ложных учений (ст. 10 и 11) изсякнет любы многих (во многих охладеет любовь): так как известно, что безнраственная жизнь охлаждает и уничтожает в сердце человека истинную христианскую любовь.

Здесь снова повторено, хоть и иными словами, то, что было сказано в ст. 9‑11: потеря веры приведет к ненависти и охлаждению любви. Уйдя от Бога, человек обязательно закончит ненавистью к людям.

Это один из законов духовной жизни. Он говорит об охлаждении не обычной любви-влюбленности, которая спонтанно возникает и исчезает, но о той, которая пробуждается и возрастает в человеке только при духовно правильной жизни, освобождающей сердце от эгоизма, самомнения и прочих страстей. Ибо «нет способа, — писал святой Исаак Сирин, — возбудиться в душе Божественной любви... если она не препобедила страстей» (Слова подвижнические. Слово 55). Эту любовь апостол Павел называет совокупностью совершенства (Кол. 3:14). Конечно, она, как и любое свойство, имеет разные степени, в зависимости от духовного и нравственного уровня жизни человека.

Безнравственность же и прочие страсти, свободно развиваясь в человеке, уничтожают в нем любовь, а без нее искажаются, извращаются и остальные добрые качества. История свидетельствует, как развращенность народов приводила многие могущественные и богатейшие цивилизации к разрушению и исчезновению с лица земли. Такая же участь, несомненно, угрожает и современной американизированной культуре, основанной на поклонении идолам — мамоне и свободе страстей.

В одной из прощальных бесед с ученика­ми Спаситель говорит о Своем Втором Прише­ствии. Это грандиозное повествование о зна­ках, которые помогут понять, что последние времена настали. Христос описывает так назы­ваемый «День Господень» — период, который, согласно иудейским представлениям, должен предварить наступление Царства Божия, ново­го золотого века в жизни человечества. «День Господень» — это муки, в которых родится обновленное бытие. Это время ужаса и разру­шения былого, причем разрушения не локаль­ного, а глобального, когда даже космические силы придут в движение и принесут с собой погибель. В области нравственной также воца­рится полная сумятица и неразбериха — нор­мы, казавшиеся незыблемыми, рассыплются в прах. Человечество, словно охваченное без­умием, начнет истреблять себя. Общую траги­ческую картину дополнят разбушевавшиеся стихии — наводнения, землетрясения, пожары и другие бедствия. И в тот момент, когда, каза­лось бы, все станет невыносимо плохо, Бог Сам войдет в этот мир. Но уже не скромно, потаен­но, как это было в Воплощении Сына Божия, а торжественно, во всей славе — как Господин мироздания.

Но зачем незадолго до Своих страданий и смерти Иисус рисует апостолам такие слож­ные и многозначные картины будущего, к бли­жайшим событиям, казалось бы, не имеющие прямого отношения? Разве не правильней подготовить их к тому, что произойдет совсем скоро? Было бы слишком наивным думать, что Спаситель всего лишь торопится познакомить учеников с историософской концепцией. Все гораздо глубже. Иисус запечатлевает в созна­нии апостолов понятный для них образ: ко­гда становится совсем плохо, Сам Бог активно вмешивается и, как сказали бы сегодня, «пе­реводит управление мирозданием в ручной режим». Апостолы и в самом страшном сне не могут представить, что их ожидает в ближай­шие дни. Как заботливый отец и наставник, Христос описывает сценарий, который может помочь ученикам не впасть в полное отчаяние.

Когда силы зла восторжествовали над уби­тым Иисусом, Бог воскресил Его из мертвых и сделал Победителем смерти и ада. Никогда нельзя отчаиваться, опускать руки и тонуть в безнадежности. Наше полное непонимание происходящего вовсе не означает, что Создатель в нем не участвует. Вверять Богу любую, даже кажущуюся безвыходной, ситуацию и крепко верить в Его заботу о нас — вот к чему призывает нас Евангелие Великого Понедельника.

Изображая дальнейшие признаки приближающихся грозных событий, Господь вместе с сим показал всю неуместность мечтательных ожиданий славного открытия земного царства, которых нечужды были даже довереннейшие ученики Его (Мф. 16:22; Мф. 20:21). Сколько раз он возвещал что сын Человеческий прииде не для того, да послужат Ему, но послужити и дати душу Свою избавление за многих (Мф. 20:28)! сколько раз он указывал последователям своим не на земные выгоды, которых они ожидали, но на тот путь креста и самоотвержения (Мф. 16:24, 25), которым сам шел, подавая Спасительный пример для подражания (Ин. 12:26)! ввиду близкой разлуки он желал напомнить ученикам о том, что они нередко слышали от него, даже при самом послании на проповедь (Мф. 10:17–22), и вместе с тем ободрить их среди грядущих бедствий надеждою на помощь свыше. Блюдитеся вы сами: – прежде сих всех возложат на вы руки своя, и ижденут предающе на сонмища и темницы, – тогда предадят вы в скорби и на соборищах биени будете и убиют вы – и пред воеводы и цари ведени будете, Мене и имене Моего ради. Прилучится же вам во свидетельство. – Егда же поведут вы предающе – положите убо на сердцах ваших, не прежде поучатися отвещавати и не прежде пецытеся, что возглаголете, ни поучайтеся, но еже аще дастся вам в той час, се глаголите: не вы бо будете глаголющии, но Дух Святый. – Аз бо дам вам уста и премудрость, ейже не возмогут противитися или отвещати еси противляющиися вам. – Тогда соблазнятся мнози, и друг друга предадят, и возненавидят друг друга, и мнози лжепророцы востанут и прельстят многия, и за умножение беззакония изсякнет любы многих. – Предани же будете и родители, и братиею, и родом, и други, и умертвят от вас: предаст же брат брата на смерть и отец чадо, и востанут чада на родители и убиют их. И будете ненавидими от всех и всеми языки имене Моего ради: и влас главы вашея не погибнет. – В терпении вашем стяжите души ваша, претерпевый до конца, той спасется. И проповестся сие Евангелие царствия по всей вселенней, во свидетельство всем языком, и тогда приидет кончина.

Преследование проповедников Христова учения, разделение между верующими и неверующими до заглушения самых близких родственных привязанностей, ослабление взаимной любви, умножение соблазнов со стороны лживых учителей, – это и были те болезни, среди которых на развалинах древнего мира должен был возникнуть новый мир – христианский. Слова Господа, имея ближайшее отношение к разрушению Иерусалима, исполнились во всей точности.

Перед разрушением Иерусалима четыре римских императора погибли от меча; были три гражданские войны и еще более внешних войн; римские области одна за другой возмущались. Пожары опустошили рим, все запятнал порок, что привело к совершенной погибели добродетели. В это время был сильный голод в Иудее (Деян. 11:28), от которого, по свидетельству еврейского историка Иосифа Флавия, многие умерли в Иерусалиме; при императоре Клавдии в Риме, Греции и Палестине четыре раза свирепствовал голод. О мо рах, т. е. Повальных болезнях, в это время упоминает и тацит. Города Лаодикия, Иераполь и Колоссы разрушили в это время землетрясения, которые произошли также в Смирне, Милете, Хиосе и Самосе. По словам Иосифа Флавия, Палестина того времени была наполнена обольстителями и чародеями, которые водили народ в пустыню, чтобы показать чудеса, будто бы творимые ими Божественною силою. Из числа таких обольстителей известны: Досифей самарянин, называвший себя Христом, симон волх, тоже самарянин, называвший себя сыном Божиим, Февла, Менандр, какой-то египтянин и др. Евреи, отвергнув Христа, так страстно ждали мессию-завоевателя, что охотно шли навстречу всякому самозванцу.

Иосиф Флавий свидетельствует, что еще до осады Иерусалима появлялись знамения, предвещающее гибель города: в продолжение целого года над городом стояла звезда, подобная мечу; перед началом войны, в праздник опресноков, ночью, вокруг жертвенника и святилища стало так светло, как днем; тогда же медные врата храма, которые двадцать человек с трудом запирали и в которых имелись запоры, глубоко входящие в порог, ночью сами собой отворились; а в праздник Пятидесятницы священники, войдя в храм для служения, слышали сначала шум и движение, а потом голоса: Переселимся отсюда! («Иудейская война ». 17, 5).

До разрушения Иерусалима начались гонения на христиан.

Когда, по вознесении Божественного Учителя, ученики Его начали проповедовать Евангелие, против них восстали Иудеи и язычники, начальства и власти, правители и цари. Жестокие гонители заключали апостолов под стражу (Деян. 4:3) и в темницы (Деян. 5:18; Деян. 12:4), приводили на суд (Деян. 4:7; Деян. 5:27), били (Деян. 5:40) и убивали (Деян. 7:58; 12:2). Апостолы Иаков Зеведеев, Иаков, брат Господень, Петр и Павел приняли мученическую кончину. И, тем не менее, слово Господне распространялось далее и далее (13:49), так что еще до разрушения Иерусалима святой апостол Павел писал о проповедниках Евангелия, что во всю землю изыде вещание их и в концы вселенныя глаголы их (Рим. 10:18) и что благовествование проповедано ими всей твари поднебесней (Кол. 1:23). Евангелие было распространено во всем известном тогда мире.

Тогда же восстали многие лжепророки, от которых святые апостолы предостерегали верующих (1 Ин. 4:1; Иуд. 1:4). Все эти знамения, служившие в свое время предвестниками разорения Иерусалима, снова появятся перед наступлением кончины мира, о которой Господь предсказывал в тех же самых выражениях, совмещая отдаленное событие с ближайшим. Когда явится беззаконник, егоже есть пришествие по действу сатанину во всякой силе, и знамениих и чудесех ложных, и во всякой лести неправды в погибающих (2 Фес. 2:8–10), тогда преемники святых апостолов – пастыри и учители Христовой Церкви и все верные последователи Господа испытают тяжкое гонение за свидетельство Иисyсово и за Слово Божие (Откр. 20:4).

В Евангелии от Матфея учение Господа Иисуса Христа приводится в своеобразных тематических блоках. Отрывок, в котором из­ложены предсказания о грядущем, охватыва­ет пророчества как о скорой судьбе иудейской столицы, так и о кончине мира. И если осада и разрушение Иерусалима римским воена­чальником Титом на сегодняшний момент уже произошли, то Пришествие Христово — это дело будущего. И потому оно особенно инте­ресно для нас.

Можно ли представленные Иисусом Хри­стом картины конца времен понимать в бук­вальном смысле? Едва ли. Хотя бы по той при­чине, что реальность, описанная в них, людям еще неведома и для ее описания нет лексикона ни в одном человеческом языке. Ценность этих картин не в деталях, а в вечной истине, которая сводится к простому утверждению: каким бы ни был мир, Бог не покинул его.

Бурное нарастание зла не должно приво­дить нас в отчаяние, не должно лишать на­дежды. Крушение всех нравственных норм и очевидный распад — это прелюдия не к уни­чтожению, а к воскресению. И нам важно не удивляться и не ужасаться, не терять веру в Бога, но, напротив, укрепляться в следова­нии за Христом. Укрепляться настолько, чтобы смело повторить слова апостола и евангелиста Иоанна Богослова, которыми заканчивается Новый Завет: «Ей, гряди, Господи Иисусе!» Чтобы встреча со Христом стала для нас не тра­гедией, а встречей с Любящим Отцом, к Кото­рому мы стремились и Который нас ждал.