Евангелие от Матфея 21 глава 42 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы понимают «камень» как Самого Христа, а «строителей» — иудейских учителей и начальников, которые отвергли Его. Они сочли Его ненужным, хулили, не приняли Его учения и довели отвержение до распятия. Но именно Отвергнутый стал «главою угла» — основанием и Главой Церкви .

Главная линия толкования у свт. Иоанна Златоуста, блж. Иеронима, прп. Максима Исповедника, блж. Феофилакта, свт. Николая Сербского и Евфимия Зигабена такова: Христос соединяет два народа — уверовавших из иудеев и уверовавших из язычников. Как краеугольный камень связывает две стены здания, так Христос связывает всех верующих одной верой в единую Церковь.

Вторая линия, особенно у прп. Иустина Поповича, расширяет образ: Христос как Бог Слово является основанием не только Церкви, но и всего мира. Если Его отвергнуть, всё теряет смысл и погружается в духовную бессмыслицу.

Слова «от Господа бысть сие» означают, что это устроено не человеческой силой, а Божией волей. Отвержение Христа людьми не разрушило Божий замысел: через смерть и воскресение Он стал основанием нового Божьего строительства. Это «дивно», потому что Церковь, собранная из разных народов, утверждённая чудесами и верой, является делом Божиим.

Частные замечания Святых Отцов

Прп. Ефрем Сирин связывает «камень» с образом «алмаза» из пророческих слов о твёрдом камне среди Израиля.

Блж. Иероним отмечает, что прежние «делатели» теперь названы «строителями»: образы разные, но смысл один. Камень должен был быть положен в основание или в угол, но был отвергнут.

Свт. Иоанн Златоуст поясняет, как строители отвергли Камень: говорили о Христе, что Он «не от Бога», «обольщает народ», что Он «самарянин» и что «бес в Нём».

Евфимий Зигабен говорит, что Христос стал главой угла после воскресения из мёртвых.

Прп. Максим Исповедник уточняет: «угол» — это Церковь, соединяющая иудеев и язычников единым учением веры.

Блж. Феофилакт Болгарский добавляет, что дивность Церкви видна в её Божественном происхождении, единстве веры и чудесном устроении.

Прп. Иустин Попович говорит, что Христос — краеугольный камень всего творения и единственная истинная «логика» мира.

Свт. Николай Сербский подчёркивает: отвергнувшие Камень сами были отвергнуты, а Христос утвердился в начале нового Божьего строительства.

Только, чтобы подкрепить мысль об отвержении народа избранного за его упорное сопротивление, Господь привел слова пророка, псалмопевца, который давно предсказал, как чудно дело, что сами зиждущие отвергнут камень, который бы должен был лежать во главу угла, и прибавил, что найдутся для винограда Господня и другие делатели. Пользуясь сравнением, взятым из псалма, Он раскрыл ту же мысль под образом, употребленным в псалме: Падый на камени сем сокрушится, а на нем же падет сотрыет и (Первое сокрушение покаяния и вследствие того обращение к царству Мессии, второе сокрушение – суд Божий, – подобное виденному Даниилом, которое произошло от удара камня в ноги тела (Дан. 2:45 сл. Ис. 8:14–15).

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 196++

В притче ясно показано, что Христос знает, что ждет Его впереди и каким путем должна идти Его Церковь. Он сознательно восходит к смерти, чтобы отдать Себя за спасение всех, чтобы стать краеугольным камнем, на котором строится жизнь и без которого, чему теперь, казалось бы, должно стать свидетелем все человечество, рушится все. Отвержение и смерть ожидают Господа и Церковь Его, но это все для того, чтобы изнести милость и суд, и победу для любящих Его.

Речь о камне отвергнутом строителями

Продолжая Свои обличения, Иисус спросил: «Неужели вы никогда не читали в Писании, что камень, который отвергли строители здания, будет положен во главу Угла и что Сам Бог сделает это на удивление всем? Знайте же, что кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит. Вы отвергли этот камень, и он упадет на вас: отнимется за это от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его».

Говоря о камне, отвергнутом строителями, и ссылаясь при этом на Писание, Иисус имел в виду 117-й псалом и пророчество Исайи (Ис. 8:13—15). Архиепископ Иннокентий так объясняет эти изречения: «117-й псалом содержит торжественную песнь, коею Давид благодарит Бога в храме после низложения врагов своих. Государство иудейское сравнивается здесь со зданием, коего строители — Саул и старейшины 12 колен Израилевых. Камень, ими отверженный, есть Давид, которого потом Сам Бог положил во главу угла, — сделал царем и победителем. А так как Давид был свыше установленным прообразом великого Потомка своего — Мессии, то многие черты из его царствования и личной судьбы, в таинственном смысле, относятся к Иисусу Христу. Надобно полагать, что Иисус Христос имел при сем в виду и следующее место из пророчества Исайи (Ис. 8:14—15): И будет Он (то есть Господь Саваоф) освящением и камнем преткновения, и скалою соблазна для обоих домов Израиля... и многие из них преткнутся и упадут, и разобьются. В настоящем случае под камнем разумел Иисус Себя Самого. Упадающими на сей камень разумеются те из иудеев, кои, соблазняясь Его уничиженным состоянием, не принимали Его учения. Для таковых покаяние было легко, и они терпели только одно наказание — лишение благодеяний. Но были между неверующими во Христа и такие люди, на коих сам камень имел упасть, чтобы раздавить их, потому что они грешили не по слабости и неведению, а по злобе и буйству; были нераскаянны, а потому недостойны и помилования. Одно из таких страшных падений последовало при разрушении Иерусалима» («Последние дни жизни Иисуса Христа»).

Центральное значение фигуры сына подчеркивается использованием образа камня, который «отвергли строители», но который «сделался главою угла». Этот образ, заимствованный из Псалтири (Пс. 117:22), указывает на камень, который кладется в основание дома. Уже в Ветхом Завете образ краеугольного камня приобрел религиозный смысл: «Вот, Я полагаю в основание на Сионе камень, — камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный: верующий в него не постыдится» (Ис. 28:16). Апостол Петр говорит об Иисусе Христе как краеугольном камне веры, ссылаясь на оба приведенных ветхозаветных текста (1 Пет. 2:6-8).
Ранее, в Кесарии Филипповой, Спаситель использовал образ камня применительно к Петру (Мф. 16:18). В притче о злых виноградарях Он использует этот образ применительно к Самому Себе, указывая на центральное значение Своего пришествия в мир для истории не столько Израиля, сколько «народа, приносящего плоды» — спасенного человечества, объединенного в Церковь как Новый Израиль. Так притча постепенно выводит слушателя далеко за пределы темы взаимоотношений между Богом и конкретным народом, приобретая всечеловеческий масштаб.
Как и многие другие поучения и притчи Иисуса, притча о злых виноградарях завершается тем, что люди оказываются разделенными на две группы: уверовавших и не уверовавших, покаявшихся и не покаявшихся, овец и козлов, спасенных и обреченных на мучения. Окончательное разделение должно произойти на Страшном суде, но начиналось оно уже на земле, где одни откликались на проповедь Иисуса и Его чудеса, а других Его слова и действия только все больше и больше раздражали. Эту смешанную реакцию мы наблюдаем и когда рассматриваем чудеса Иисуса, и когда обсуждаем Его поучения и притчи. Именно на нее Он указывал, когда говорил: «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение» (Лк. 12:51). В данном случае осуждение не уверовавших выражается в том, что они лишатся виноградника, а благословение уверовавшим — в том, что они станут его новыми владельцами.
Если виноградник символизирует израильский народ, то образ камня имеет отношение к Иерусалимскому храму. Незадолго до произнесения притчи о злых виноградарях Иисус вошел в храм, выгнал оттуда всех продающих и покупающих, опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей (Мф. 21:12; Мк. 11:15; Лк. 19:45). А вскоре после произнесения притчи Он, указывая на  
здание храма, скажет о том, что «не останется здесь камня на камне» (Мф. 24:2). Если Его действия в храме могли восприниматься как символ грядущего разрушения храма, то Его слова содержали прямое предсказание этого события.
Вслед за другими исследователями мы должны указать на то, что в еврейском языке слова «сын» (бен) и «камень» (эвен) созвучны. Возможно, именно это созвучие повлияло на то, что два образа соединились в одном поучении. Камень в данном контексте может восприниматься как образ, имеющий многофункциональное значение. С одной стороны, он указывает на Иисуса как краеугольный камень, отвергнутый строителями. С другой, он «связан с идеей нового эсхатологического храма..., интерпретируемого... как новая община народа Господня. Сын — мессианский камень, отброшенный строителями, но занимающий в здании главное место. Его противники увидят: их режим и храм разрушены, а Его Царство установлено» .

Здесь Господь приводит слова из псалма о Своем отвержении со стороны Еврейскаго народа (Пс. 117:22—23 ст.) и подтверждает произнесенный Иудеями суд над самими собою. Камень, который отвергли строители (егожо небрегоша зиждущии). Образ заимствован от постройки дома. При постройке дома обыкновенно большие и твердые камни кладутся под углы его. Камни этп называются краеугольными. Здесь таким камнем называет И. Христос Самого Себя, потому что Он составляет основание церкви. В Свящ. писании И. Христос нередко называется краеугольным камнем церкви (Деян. 4:11. Еф. 2:20). Отвергли строители, (зиждущие), т. е. учители Иудейские не только не уверовали во Христа, а еще осудили Его на смерть. Это от Господа (от Господа бысть сие), т. е. Иудеи не уверовали во Христа, а между тем Он был посланный от Бога, истинный Мессия: и творимыя Им чудеса и исполнившияся над Ним пророчества — все подтверждало это. Дивно в очах ваших, т. е. .для всех искупленных страданиями и смертию И. Христа, предметом удивления и благоговения служит самое дело искупления, именно то, что Бог послал в мир для спасения людей Своего Единороднаго Сына, и что Сей Сын Божий уничижил Себя до смерти крестной, затем со славою воскрес и сделался краеугольным камнем церкви (Мих.). 

 «Иисус говорит им: неужели вы никогда не читали (ни разу не прочитали) в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла: это от Господа и есть дивно в очах наших?» Приведенные в этом списке слова псалма дословно списаны с русского текста Псалтири. Между тем в греческом тексте место это имеет, до очевидности, иной характер: да и в еврейском оно, по нашему мнению, также более имеет сходства с текстом греческим, чем с русским. В славянском тексте существует две редакции: одна вполне согласна с русским: камень, его же не в ряду сотвориша зиждущии, сей быть во главу угла; От Господа быть сие и есть дивно во очию вашею, Текст Евангелия. а другая совершенно совпадает с греческим: «камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла: от Господа бысть сей и есть дивен во очесех наших». Текст Псалтири. Главное различие между этими двумя редакциями, как видит уже читатель, заключается в том, что в первой из них второй стих (по Псалтыри, то есть, 23-й) не согласован с первым (то есть, с 22-м), а в последней согласован; и от этого мысль получает, на наш взгляд, в последней редакции большую выразительность: «камень, который отвергли (не одобрили, сочли непрочным, непригодным) строители, тот самый камень стал (сделался) главою утла: от Господа он стал таким и составляет предмет удивления (נפלאת) от (פלא) = отличать, делать великим, необыкновенным, чудным. (дивным представляется) в очах наших». Что последняя редакция более согласна с греческим текстом, чем первая, это так очевидно, что не требует никаких доказательств: «таким» – по-гречески αὕτη = женский род от слова οὕτος, никогда не равняющийся τοῦτο и потому никогда не имеющий значения: это, «дивным» – θαυμαστὴ = также женский род; так как греческое λίθος (камень) употреблялось как в мужеском, так и в женском роде. Разве одно только, весьма впрочем ценное для специалиста – грека и важное по отношению к настоящему случаю, замечание следует сделать: это – то, что слово: λίθος, в значении обыкновенного камня принимало, большею частью, член мужеского рода, а в значении камня драгоценного – член женского рода: Passow. Handwörterbuch d. griech. Sprache. Коссович. Греческо-русский словарь. «тот самый» (непригодный) = οὗτος (муж. род.), а: «от Господа стал таким» (главою угла) = αὕτη (ж. род.) и: «представляется дивным» = ἔστι θαυμαστὴ. Иное дело – вопрос: насколько та или другая редакция согласны с еврейским текстом? Решение этого вопроса затруднительнее потому, что в еврейском языке формами женского рода обозначается и средний род. Но, по нашему мнению, и еврейский текст говорит гораздо более в пользу последней славянской редакции, чем в пользу первой. Видоизменяя несколько последнюю редакцию (от Господа бысть сей и есть дивен во очесех наших – «от Господа он стал таким и пребывает дивным в очах наших»), мы получаем совсем иной склад речи в синтаксическом отношении. В первой редакции: от Господа бысть сие и есть дивно во очию вашею, «сие» (это) есть подлежащее, во второй: от Господа бысть сей (стал сей, стал такой, или стал сим, таковым)... «сей» является сказуемым. Как не специалисту, правда, мне трудно сказать какое-либо более или менее решительное слово относительно еврейского текста: но все же мне кажется, что если бы в означенном месте местоимение (זאת) было подлежащим, то оно стояло бы впереди глагола (היתה) (стал, сделался, бысть, ἐγένετο) и было бы употреблено местоимение не (זאת), а (הִיא), которое сейчас за ним и следует в значении подлежащего в последнем предложении: «он сделался дивным в очах наших». Местоимение (זה) значит собственно не сей и не он, а такой, таковой. Прошу читателей обратить внимание на следующее, например, место из книги Второзакония: Гл. 5, ст. 29, по др. изд. ст. 26. «о если бы (кто сделает, чтобы) сердце их было таково, чтобы»... (מִי־יִתֵּן וְהָיָה לְבָבָם זֶה). Или следующее: «и как может говорить раб такого господина моего (אדני זה) с таким господином моим (עם אדני זה) Дан. 10:17.

 Да не будет! Так сказали злые виноградари Сыну Божию, догадавшись, что страшная сия притча относится к ним. Без этих слов, приведенных евангелистом Лукою, в Евангелии от Матфея образовался бы пробел, ибо было бы не понятно, почему Господь произнес то, что за тем последовало. 

       Между тем, после сих слов иудейских старейшин идут понятные слова Христа: неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших?

Камень несомненно есть Сам Христос,

строители – старейшины, первосвященники и книжники иудейские;

угол – соединение Израиля и язычников, ветхозаветного и нового избрания, ветхозаветной и новозаветной Церкви. 

       Христос – на этом углу, в конце ветхого и в начале нового. Он призывает в Царство Свое и израильтян, и язычников с одинаковою любовью, потому что и те, и другие во время Его пришествия показали себя бесплодными смоковницами. Особенно израильтяне, ибо они отвергли Его, как строители отвергают какой-нибудь ненужный камень. Как жестоко обманулись строители! Они отвергли главный краеугольный камень жизни человеческой, истории человеческой, истории всего тварного мира! По сути дела, они Его не отвергли, но замахнулись, дабы Его отвергнуть – и сами были отвергнуты: Он же утвердился во главе угла нового строительства, нового творения. Это от Господа, и мудрее и праведнее быть не может. И есть дивно в очах наших. То есть: когда вы читаете Священное Писание (Пс. 117:22–23), даже и вам кажется, что «это от Господа и есть дивно», поскольку вы не знаете, к Кому относятся сии слова. Не знаете вы, что страшен этот камень. Ибо «тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит» (Мф. 21:44); (Лк. 20:18).

       И воистину жестоковыйные иудеи разбились о сей камень, и он раздавил их. Преткнулись они о него как о камень соблазна и разбились еще в то время, когда Господь наш Иисус Христос был во плоти на земле. А позднее, после распятия и воскресения, камень сей упал на них и раздавил их. Ибо вскоре после того как злые виноградари убили Сына Хозяина, напали на Иерусалим римские войска под предводительством Тита и город разрушили, а иудеев изгнали из их отечества и рассеяли по всему миру. И произошло с иудеями то, что хуже и страшнее произошедшего с ассириянами, вавилонянами, финикиянами, египтянами и другими народами, которые грешили и вымерли во грехах своих. С иудеями произошло нечто, похожее на случившееся с Каином. Ибо Бог никому не допустил убить Каина, но сделал ему знамение убийцы и согнал его, да будет изгнанником и скитальцем на земле. Но Каина постигло суровое наказание сразу после первого совершенного им злодеяния, а иудеев – нет. Они убивали и побивали камнями пророков Божиих, одного за другим, а Бог терпел, отлагая казнь, ожидал покаяния и посылал все новых и новых пророков. Только когда они убили Спасителя, постигло их праведное наказание. Иногда Бог сразу наказывает преступника, а иногда откладывает и откладывает казнь, так что люди думают, что она никогда не последует и преступник останется безнаказанным. Когда Мариам, сестра Моисея, осудила своего брата, она внезапно покрылась проказою по всему телу: «и вот, Мариам покрылась проказою как снегом. Аарон взглянул на Мариам, и вот, она в проказе» (Чис. 12:10). Когда Дафан и Авирон осуждали старейшин своих, земля под ними расселась и поглотила их: «и разверзла земля уста свои, и поглотила их» (Чис. 16:32). Анания и Сапфира присваивали и утаивали церковное имущество, и потому мгновенно пали бездыханны (Деян. 5:5).

       Но Бог не всякого преступника наказывает сразу. Как раз напротив, большая часть преступлений и грехов наказываются не сразу после их совершения, но позднее или даже после смерти грешника. Наказание Божие за грех посылается по премудрому домостроительству Божию в сем мире. Если бы Бог не наказывал некоторых грешников сразу после совершения греха, мы бы отчаялись, ожидая Божией правды; а если бы Бог терпеливо не откладывал наказание других грешников, как бы мы научились терпению по отношению к обидящим нас? Наконец, то, что Бог некоторых закоренелых грешников не наказывает во время их земной жизни, служит нам всем для укрепления веры в будущий Суд Божий, который не минует даже грешника, избежавшего всех земных судов. Горе тому, кто безнаказанно наслаждается своими грехами до самой смерти! Не завидуйте ему! Он получил уже то, чего желал, в жизни сей, и в жизни иной ему не осталось принять ничего, кроме осуждения. Если Господь наш Иисус Христос, не имея ни единого греха, столь ужасно страдал и принял таковые мучения, как же не страдать и каждому из нас, грешных, кого Бог хоть сколько-нибудь любит? А тот, кто много грешит и нимало не страдает, не имеет ни малейшего сходства с Христом и потому не будет иметь с Ним никакой части в Царствии Божием. Устрашимся, если вся жизнь наша протекает без мук и страданий, но со многими нераскаянными грехами. Возрадуемся, если мы перенесли многие муки и страдания и этим воспользовались, покаявшись пред Богом и исправив пути свои. И пусть никто не говорит и не думает: «Раз Бог так долготерпелив, покаяние можно и отложить. Если он так долго терпел на иудеях, потерпит и на мне еще год-другой». Не будем обманываться: может Бог по Своему Промыслу и потерпеть еще год-другой нашу нераскаянность, а может опустить на нас Свою тяжелую десницу через час-другой или через минуту. Когда покаяние откладывается, это делает его все более и более трудным, ибо греховный навык все сильнее и сильнее в нас укореняется, все более и более помрачает наш ум и каменит наше сердце. И тогда мы и против своей воли переходим от тяжкого греха к тягчайшим, подобно злым виноградарям, сперва убивавшим пророков, а в конце концов убившим и Сына Божия. И чего мы тогда можем ожидать для себя, кроме того, что произошло со злыми виноградарями? Краеугольный камень, предназначенный Богом для дома нашего спасения, поднимется над нашими головами и раздавит нас. Ибо Господь, сильный в милости, силен и в правде.

Поспешим же воспользоваться милостью, пока она обильно изливается на нас. Не будем ждать, когда уклонится от нас рука милости и опустится на нас рука правды. Не будем отлагать возделывание виноградника души нашей, чтобы, когда придут слуги Хозяина, без промедления отдать им взращенные и собранные плоды. Каждый день ангелы Божии собирают души человеческие и уносят их из мира сего, как собирающие урожай – гроздья из виноградника. Наш черед нас не минует. О, да не окажутся наши плоды «гнилыми»! О, да не окажутся наши души бесплодными! Ангелы-хранители, вразумите нас, поддержите нас и помогите нам, прежде чем пробьет последний час!  

       Господи Иисусе Христе, помилуй нас! Тебе же подобает честь и слава, со Отцем и Святым Духом, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.

В ответе Иисуса тем, кто оспаривал Его власть (ст. Мф. 21:23), использованы слова из Пс. 117:22, 23.

Тогда Иисус Христос, взглянув на своих собеседников взором, проникающим сердца, припомнил им стихи 22 и 23 псалма 117-го, в которых пророчески изображено поведение их в отношении к нему: несте ли чли николиже в Писаниих: камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла; от Господа бысть сей и есть дивно во очию вашею. образ, употребленный Псалмопевцем, заимствован из строительного искусства, где для опоры двух стен, сходящихся в угле, полагается самый твердый и большой камень. Таким камнем для здания святой Церкви сделался глава ее Христос (Деян. 4:11; 1 Пет. 2:7; Рим. 9:33), соединяя и связуя всех – Иудеев и язычников – одною верою.

Господь напоминает им слова Псалтири: «Неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших? Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его; и тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит» (Мф. 21:42–44). Пророчество не инструкция, и неверие людей не оправдывается тем, что об этом говорили пророки. Желание убийства уже созрело в иудеях, но, предупреждая приведение его в исполнение, Христос дает им понять о последствиях их греха. Любой из тех беззаконников, кто восстал «против Господа и против Помазанника Его» (Пс. 2:2), мог одуматься и остановиться, но реакция была другая: «И слышав притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит, и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за Пророка» (Мф. 21:45–46).

Свт. Иоанн Златоуст отмечает исторический аспект этой притчи: сказав, что сын хозяина виноградника будет убит за пределами виноградника, Господь предуказывает Собственную смерть за пределами Иерусалима (ср. у ап. Павла: Евр. 13:11–12).