Евангелие от Матфея 21 глава 13 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы понимают слова Христа как обличение осквернения храма корыстью и суетой. Главная мысль у блж. Иеронима, свт. Иоанна Златоуста, блж. Феофилакта, прп. Иустина Поповича и свт. Феофана Затворника одна: храм должен быть местом молитвы и встречи с Богом, а не местом торговли, выгоды и рассеянности.

Первая линия толкования — историческая. Блж. Иероним объясняет, что в храме продавали животных для жертв, меняли деньги и извлекали прибыль из нужд богомольцев. Поэтому Христос называет это «вертепом разбойников»: разбойник здесь тот, кто из веры и служения Богу делает источник дохода. Свт. Иоанн Златоуст добавляет, что иудеи тем более виновны, что Христос уже очищал храм прежде, но они не исправились.

Вторая линия — духовная. Блж. Феофилакт и прп. Иустин Попович переносят смысл на человеческую душу. Душа тоже может быть храмом Божиим, если живёт молитвой; но если в ней господствуют корысть, страсти и земные помыслы, она становится «вертепом разбойников». Свт. Феофан Затворник развивает это применительно к поведению в храме: если вся жизнь человека рассеянна, то и в храме его мысли начинают «торговать».

Третья линия — указание на власть Христа. Блж. Феофилакт говорит, что Господь действует как Хозяин дома: принадлежащее Отцу принадлежит и Ему. Поэтому Его слова — не просто нравственное замечание, а властное очищение Божьего дома. Евфимий Зигабен, которого можно учитывать дополнительно, прямо связывает слова Христа с пророками Исаией и Иеремией: храм назван домом молитвы, а торговцы уподоблены разбойникам из-за любостяжания и обмана.

Частные замечания Святых Отцов

Блж. Иероним уточняет: «дом молитвы» взят из Ис. 56:7, а «вертеп разбойников» — из Иер. 7:11. Он также объясняет, что «седалища продавцов голубей» таинственно указывают на тех, кто продаёт благодать Святого Духа.

Свт. Иоанн Златоуст замечает, что очищение храма, вероятно, было дважды: у Иоанна — в начале служения, у Матфея — в конце. Во второй раз иудеи уже молчат, потому что народ дивился Христу.

Блж. Феофилакт объясняет: «вертеп разбойников» — потому что любостяжание есть разбойническая страсть. «Торжники» — это меняльщики; «продающие голубей» — образ торгующих церковными степенями. 

Свт. Феофан Затворник говорит о внутреннем неблагоговении: в храме нужно стоять собранно, но мысли часто шумят сильнее рынка.

Прп. Иустин Попович подчёркивает: молитва делает душу Божиим жилищем, а страсти разграбляют её, как разбойники.

Вступая в Иерусалим при восклицаниях всего народа, Тот, Кто хотел в сей день явить Себя Царем, давно желаемым, вшел во храм. Вступлением во храм, Он открыл Свое общественное служение: сюда пришел Он теперь как бы требовать отчета у прежних управителей дома Отца Своего, посмотреть, что они сделали вследствие первого Его требования, как исполнили они свое служение до сего времени, и потом определить окончательно, чего им надлежит ожидать за это. Храм был тогда не столько местом учения, сколько судилищем для приставников Его.

В храме нашел Господь опять тех же продавцов, то же множество животных, тот же шум и обман и снова изгнал нарушителей благоговения и оскорбителей святыни (в тот ли же, как у Матфея, или в следующий день, – как у Марка, – от этого действие не изменится в своем значении).

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 193++

«Здесь вы должны уподобляться Мне, — как бы обращается Он к нам. — Храм — дом Отца Моего, и Я не позволю никому превращать его в вертеп разбойников».

Сколько ударов бича Господня полагалось бы для всех тех, кто разорял и осквернял наши храмы, превращал их в клубы, кафе и овощехранилища, в общественные туалеты — в дома их торговли! Воистину полной мерой они получили эти удары от Господа. Как полной мерой получат их и те, кто сегодня публично глумится над нашими святынями. Но неплохо было бы также, если бы Господь заходил, как тогда, время от времени и в наши храмы для «наведения порядка». Осознаем ли мы, что в самом скромном деревянном христианском храме есть несравненно большее, чем то таинственное присутствие Божие, которое было во Святое Святых Иерусалимского храма? Сам Христос Бог Своим Пречистым Телом и Кровью присутствует здесь в Евхаристии. Сколько священников, наверное, желали бы иногда дать волю своему гневу, подобно Христу, и изгнать из храма тех, кто непочтителен к священному месту.

Степени равнодушия к святыне различны, а Бог долготерпелив и многомилостив. Но Он напоминает также, как опасно всякое неблагоговение. Из него постепенно создается атмосфера нечестия — так что, согласно Писанию, «человек беззакония» сможет сесть в храме, выдавая себя за Бога. Господь попустил быть очистительной буре 1917 года, разрушающей наши храмы, чтобы дать нам время на покаяние. Но как мало мы вразумились! о если бы каждый из нас мог сказать вслед за Господом: «Ревность о доме Твоем снедает Меня»!

Где нет благоговения к храму, там не может быть истинного отношения к Церкви Божией. Но Храм, которым иудеи так гордились, — только каменный храм, построенный к тому же язычником, желавшим польстить этому надменному народу. «Разрушьте его, — говорит Господь (и это произойдет при императоре Тите в 70-м году), — его значение относительно, ибо подлинный храм — тот, который Я восставлю в третий день». Даже ученики не поняли тогда слов Христа, потому что Он говорил о Своем Теле, Которое должно было воскреснуть в третий день.

Тело Христово, Которое мы принимаем за Евхаристией и Которое присутствует в дарохранительницах на престолах наших храмов, должно исполнять нас страхом Божиим и бесконечным благоговением. И, наоборот, всякое неблагоговение или просто безразличие перед этой великой тайной должны вызывать в сердце христианина святой гнев, несравненно более праведный, чем по отношению к нечестию в Иерусалимском храме.

ИЖЕ ВО СВЯТЫХ ОТЦА НАШЕГО АФАНАСИЯ СВИДЕТЕЛЬСТВА ИЗ ПИСАНИЯ ОБ ОБЩНОСТИ ПО ПРИРОДЕ ОТЦА, СЫНА И СВЯТОГО ДУХА СЛЕДУЮЩЕЙ ИЗ ПРИЗНАНИЯ ИХ ПОДОБИЯ И ОБЛАДАНИЯ ЕДИНЫМ ДЕЙСТВИЕМ, ХОТЯ ЭТО И ТРУДНОПРЕДСТАВЛЯЕМО ДЛЯ УМОЗРЕНИЯ

35.    К говорящим, что Сын не причастен сущности Отца, и о том, что у Отца и Сына — одна власть, сила, царство и божество
Говорит пророк: внезапно придет в храм Свой Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, Которого вы желаете (Мал. 3:1). Божий храм, и Он называет Своим этот храм, чтобы не подумали, что одно владычество у Отца, а другое царство у Сына. Храм Отца, который воздвиг Соломон для Бога, пророк называет и храмом Сына: внезапно придет в храм Свой Господь. Поэтому и Спаситель говорит: возьмите это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли (Ин. 2:16), и Сам же говорит: возьмите это отсюда (Ин. 2:16), ибо дом Мой домом молитвы наречется (Мф. 21:13): дом Отца Моего и дом Мой.

Речь о значении храма

Очищая храм, Иисус учил тех, конечно, кто разрешил обратить храмовые дворы и притворы в базарную площадь, то есть первосвященников и фарисеев: Не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников.

Молча выслушали этот упрек руководители еврейского народа; молчали потому, что сознавали свою вину. Они должны были вспомнить, что в книге пророка Исайи сказано: И сыновей иноплеменников, присоединившихся к Господу, чтобы служить Ему и любить имя Господа... Я приведу на святую гору Мою и обрадую их в Моем доме молитвы... ибо дом Мой назовется домом молитвы для всех народов (Ис. 56:6—7). Должны были вспомнить они и сказанное пророком Иеремией: Не соделался ли вертепом разбойников в глазах ваших дом сей, над которым наречено имя Мое? (Иер. 7:11). Знали иудеи также, что, когда Соломон выстроил первый храм (разрушенный потом Навуходоносором) и всенародно молился, то просил Бога и об иноплеменниках: Даже и иноплеменник, который не от народа Твоего Израиля, когда он придет из земли далекой ради имени Твоего великого... и будет молиться у храма сего, Ты услышь... и сделай все, о чем будет взывать к Тебе иноплеменник, чтобы все народы земли... знали, что Твоим именем называется дом сей (2 Пар. 6:32-33). И вот тот храм, который, по мысли первого строителя его, должен был привлекать к Единому Богу всех иноплеменников, стекавшихся в Иерусалим по разным делам, превращен теперь в торговый рынок и производит на иностранцев впечатление скорее вертепа разбойников, чем дома молитвы!

Итак, въехав в Иерусалим, Иисус вошел в Храм. Все Его действия были наглядным подтверждением древних пророчеств. Разве страшное видение пророка Иезекииля не говорило о том, что Суд Божий начнется с очищения Его святилища (Иез. 9:6)? Так и Малахия пророчествовал: «Внезапно придет в Храм Свой Господь, Которого вы ищете… Вот, Он идет, говорит Господь Саваоф. И кто выдержит день пришествия Его, и кто устоит, когда Он явится? Ибо Он – как огонь расплавляющий и как щелок очищающий» (Мал. 3:1-2). Еще конкретнее у пророка Захарии: «И не будет более ни одного торгующего В Синодальном переводе: «ни одного Хананея». в доме Господа Саваофа в тот день» (Зах. 14:21). Во всех этих пророчествах говорится об эсхатологическом Дне Господнем, так что появление Иисуса Христа в Храме было знаком наступления последнего времени, предсказанного пророками.

Вот теперь «Иисус вошел в Храм Божий и выгнал всех продающих и покупающих в Храме». Итак, Он очистил Храм не от осквернивших его язычников, как при Иуде Маккавее, а от тех иудеев, которые своими злоупотреблениями оскверняли Храм и богослужение в нем.

Когда мы читаем об этом, перед нашими глазами невольно встают привычные образы, которые мы видели на картинах художников или в популярных кинофильмах, где изображается изгнание торгующих из храма. Мы, опять же невольно, ассоциируем это с торговлей разной религиозной атрибутикой в наших храмах. Как правило, мы одобряем поведение Иисуса, если даже некоторых несколько и коробит применение насилия. Однако, в нашем согласии с поведением Иисуса, мы часто неверно представляем себе евангельскую картину. И по этому поводу надо сделать несколько примечаний.

Мы сможем лучше представить себе все это, если будем знать, чтó собою представлял Иерусалимский Храм. Перед собственно Храмом располагалось четыре двора. Самый внешний двор был большой двор язычников, в который мог войти каждый, будь то иудей или язычник. Далее проходила стена, в которую были вделаны таблички, предупреждавшие, что за стену проход язычникам запрещен. Если же язычник переступит эту черту, то ему грозит смертная казнь. За стеной следовал второй двор, который назывался двором женщин. Он назывался так, потому что дальше могла проходить лишь израильская женщина, хотевшая принести жертву. Далее шел третий двор – двор израильтян. Далее –двор священников. Собственно Храм (наос) был зданием во дворе священников. А вся территория со всеми дворами, окружавшими Храм называлась Святилищем (хиерон).

Так что, когда мы читаем, что «Иисус вошел в храм», следует знать, что в Евангелии говорится, что Он вошел не в Наос (собственно Храм), а в Хиерон (Святилище). И весь описанный евангелистами эпизод произошел не в собственно Храме, но – во внешнем дворе язычников. Во времена Иисуса Христа в этом дворе царила отнюдь не молитвенная атмосфера: шум и гам, рёв предназначенных для жертвы животных, крики продавцов и покупателей… Шла бурная торговля. Но еще хуже было то, что торговля эта была чистым обиранием паломников. Каждый иудей должен был ежегодно платить храмовый налог в размере половины сикля, то есть около двухдневного заработка поденного работника. И этот налог нужно было платить особой храмовой монетой. Обычно иудеи пользовались греческими и римскими монетами, имевшими хождение в Палестине. Но на этих монетах было изображение императора. Поэтому они считались ритуально нечистыми, их нельзя было использовать ни для уплаты налога, ни для покупки жертвенного животного. Их-то и следовало обменивать на храмовые монеты. При обмене своих денег на храмовые полсикля паломники должны были платить меновщику комиссионный сбор в размере. 1/12 сикля, а если их монета превышала сумму налога и им полагалась сдача, они должны были платить еще. 1/12 сикля. Так что большинство паломников в придачу к налогу платило еще. 1/6 сикля, то есть примерно половину дневного заработка, что для большинства много значило. – Зрелище того, как обманывают бедных паломников, вызвало гнев Иисуса, и Он «опрокинул столы меновщиков».

Он опрокинул также «скамьи продающих голубей». Почему упоминаются только голуби? Дело в том, что в храме, даже во внешнем дворе язычников, не продавали скот для жертвоприношений. Согласно правилам, торговля животными не могла производиться на храмовой горе, и даже в Иерусалиме, но только вне городских стен, перед воротами в город Когда указывают на Ин. 2,14, где говорится, что Иисус «нашел, что в храме продавали волов, овец и голубей», то здесь речь идет о явном преувеличении, вызванном жесткой антииудейской полемикой в четвертом Евангелии.. Исключение делалось только для продажи голубей. Их покупателями чаще всего были женщины, которые после удачных родов обязаны были «принести в жертву, по реченному в законе Господнем, две горлицы или двух птенцов голубиных» (Лк. 2,24). Любое животное для жертвоприношения должно было быть без пороков. Голубей можно было довольно дешево купить в городе, но храмовые блюстители обязательно нашли бы у них дефекты, и потому молящимся рекомендовалось покупать их в лавках в храмовом дворе язычников, хотя цена там приблизительно в. 20 раз превышала их стоимость в городе. Все выглядело как чистый обман, но, что еще более усугубляло ситуацию, вся эта купля-продажа была сосредоточена в руках семьи первосвященника Анны. Иудеи сами уже давно видели это злоупотребление. В Талмуде сказано, что раввин Симон бен Гамалиил услышав, что пара голубей в храме стоит золотой, потребовал, чтобы цена была снижена до серебряной монеты.

Кроме голубей разрешена была также торговля прочими жертвенными приношениями: мукой, хлебом, оливковым маслом, солью и вином. Когда мы читаем о «продающих и покупающих», то иногда думаем о лавках в наших храмах, в которых продаются всякие сувениры, церковные принадлежности, книги и так далее. Но это не так. В лавках Иерусалимского храма не продавали сувениры и вообще предметы, которые потом люди могли вынести из храма домой. – Только вещества для жертвоприношений!

Для характеристики того, что происходило в храмовых дворах, Иисус употребил очень яркую метафору. Он «говорил им: “Написано: «Дом Мой домом молитвы наречется»; а вы сделали его вертепом разбойников”». Цитируются при этом пророческие слова из Исаии: «Дом Мой назовется домом молитвы для всех народов» (Ис. 56:7). Правда, евангелист Матфей, – в отличие от Марка, – опускает слова «для всех народов». Дело в том, что Матфей писал своё Евангелие, как считает современная библеистика, после. 70 года. Храма уже не существовало: он был разрушен римлянами. Поэтому Сион уже не мог быть целью эсхатологического паломничества языческих народов. Не храм в Иерусалиме стал целью язычников: наоборот, – миссия апостолов и евангелистов исходила из Иерусалима, из Иудеи, распространяясь по всему миру, как и было велено апостолам в конце Евангелия: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф. 28:19).

Далее Иисус вольно цитирует пророка Иеремию: «Не сделался ли вертепом разбойников … дом сей, над которым наречено имя Мое?» (Иер. 7:11). Что означают слова «вы сделали его вертепом разбойников»? Иногда указывают на то, что дорога из Иерусалима в Иерихон пользовалась дурной славой из-за разбойников. Эта узкая и извилистая дорога проходила среди горных ущелий. В горах было много пещер (по-славянски, вертепов), в которых путников поджидали разбойники, и Иисус как бы сказал: «В храмовых дворах разбойники пострашнее тех на дороге в Иерихон». – Но, скорее всего, речь идет о другом. Иисус напоминает собравшимся в храме израильтянам, что их религиозные представления, их бесконечные жертвы, их дорогостоящий и сложный внешний культ без внутреннего обновления критиковался еще древними великими пророками.

Ведь во времена Иисуса Христа храмовый культ, невзирая на многочисленные жертвы и пение псалмов, мало чем отличался от богослужения времен пророка Иеремии, которого Иисус цитирует. Конечно, все собиравшиеся в храме иудеи были верующими, они верили Богу, даровавшему Своему народу Храм и богослужение в нем. Но вера-то эта была ложной – не вера, а почти языческое обрядоверие. Молящиеся и жертвующие, не слишком-то задумываясь, верили в автоматическое действие богослужения, то есть верили в магию. И то, что храм должен быть «домом молитвы», для Иисуса Христа означало не то, что в храме должны произноситься молитвы, – они и так произносились, даже с избытком, превратившись в магическое многословие, о чем и говорил Иисус в Своей Нагорной проповеди: «Молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны» (Мф. 6,7). И дело даже не в том, что, мол, торговля в храме мешала молитве. Нет. И то, и другое, с точки зрения Иисуса Христа, то есть весь храмовый культ был суетным, лишенным смысла. Иисус просто осуждает весь обычай вместо молитвы покаяния и вместо чистого сердца приносить в Храм деньги или жертвенных животных, как бы покупая у Бога автоматическое прощение грехов. В этой профанации богослужения повинны и менялы, и продавцы, и покупатели и священники, осуществляющие жертвоприношения.

Да, Иисус осуждал торговлю жертвенными животными, осуждал обмен денег для уплаты храмового налога, Он был против всей этой бурной коммерческой деятельности, хотя она поощрялась священниками и храмовым начальством, да и большинством иудейского народа воспринималась как нечто нормальное и необходимое для достойного совершения богослужения. Иисус был против и прямо выразил Свое отношение. Поэтому неудивительно, что возмущенные «первосвященники и книжники и старейшины народа искали погубить Его», как об этом сказано в Евангелии от Луки (Лк. 19:47).

В поведении Иисуса Христа проявилась большая смелость и мужество. Ведь все, что Он делал, все, чему Он учил, – было открытым вызовом столетиями устоявшимся представлениям, всем привычным понятиям о благочестии и богослужении. В то время власти не могли арестовать Его, потому что народ ловил каждое Его слово. Но всякий раз, когда Он появлялся и учил в храме, Он рисковал Своей жизнью. И Он хорошо знал, что Его арест – вопрос времени. 

Поведение Иисуса в храме, когда Он выгнал из него продающих и покупающих (Мф. 21:12-13; Мк. 11:15-17; Лк. 19:45-46; Ин 2:15-17), напомнило ученикам слова псалма: «Ревность по доме Твоем снедает меня» (Пс. 68:10). Но слова, которые Иисус обратил к изгоняемым, были не чем иным, как аллюзией на слова пророка Иеремии: «Не соделался ли вертепом разбойников в глазах ваших дом сей, над которым наречено имя Мое?» (Иер. 7:11).

Господь выгнал торжпиков и менял, превративших храм в бойкий рынок для собственной наживы. Торговля свечами безпорядка не производит и идет в пользу самаго храма—„дома молитвы": Мф. 21:13; для пребывания верующих людей: Лк. 24:53; Деян. 3:1; 22, 17—18. Храм не есть жилище обыкновенных людей, а жилище Самого Бога: Мф. 23:21; 3 Цар. 8:13; Пс. 5:8; 25, 8; здесь Бог открывается людям: Иезек. 37, 27, Исх. 29:43.

Вероятно, разгадка кроется в словах: «Дом Мой будет назван домом молитвы». Почему Матфей опустил продолжение слов пророка («для всех народов»), сохраненное Марком? Текст Марка более понятен: Иисус заботился о язычниках, которые хотели помолиться единому Богу Израиля, но могли сделать это только во Дворе язычников, потому что вход в другие дворы им был запрещен под страхом смертной казни. Но это единственное место наполнено шумом и гамом, ревом животных, голосами продавцов и покупателей. Кроме того, пророки верили, что с приходом Мессии язычники тоже будут причастны к спасению и придут как паломники на гору Сион, в Храм Господень. Вероятно, Матфей, писавший в более позднее время, уже не видел эсхатологического значения Храма для язычников, вся надежда которых отныне воплощена в лице Иисуса.

Храм – место молитвы, соединяющей людей с Богом. Но он превращен в разбойничий притон людьми, уверенными в том, что сюда можно прийти с нераскаявшимся сердцем и приобрести прощение принесением жертвы. Так ведут себя и жертвователи, и те, кто совершает жертвоприношения, то есть священники. Но такие жертвы не будут приняты Богом. Эти слова Господа обращены ко всем людям, отвергшим волю Бога, а не только к тем, кто продавал или торговал в Храме. Мнение, что под «разбойниками» здесь следует понимать мятежников, восстающих против римского владычества, маловероятно, хотя Храм действительно постепенно становился местом их сходок, а в 70 г. превратился в крепость, в которой засели осажденные повстанцы.

Несомненно, очищение Храма было мессианской демонстрацией. Но так как религиозные лидеры не признали Иисуса Мессией, остается загадкой, почему не вмешалась храмовая полиция, которая часто упоминается в 4‑м Евангелии. Также неизвестно, имели ли римляне обыкновение вмешиваться в стычки, случавшиеся в Храме (но см. Деян. 21:30‑34). Существует предположение, что торговля животными в Храме была введена сравнительно недавно, а раньше жертвенных животных продавали на рынке и что к ней относились по‑разному даже представители священства. В таком случае можно предположить, что какая‑то часть их поддержала Иисуса в Его стремлении прекратить профанацию Храма и именно поэтому было решено временно не предпринимать против Него никаких действий. И все же после очищения Храма судьба Иисуса была предрешена. Он посягнул на Храм – источник доходов высшего духовенства и предмет гордости всего народа. Чаша терпения Его врагов переполнилась.

Хотя никто из синоптиков не приводит здесь слов Иисуса о судьбе Храма, вероятно, они были произнесены (ср. Ин. 2:19), потому что позже, на суде, Иисуса обвиняли в том, что Он якобы угрожал разрушить Храм (26:61; 27:40).

Прибыв в храм и осмотревшись кругом, Спаситель с горестью увидел, что обычная иудейская алчность опять забыла некогда преподанный Им урок и по случаю стечения народа опять превратила храм Божий в торжище. Все храмовые дво­ры опять переполнены были волами и овцами, продавцами голубей и ростовщиками; великолепный портик занавожен был прогоняемым скотом и оглушался гулом торгующихся голосов и звоном монет. Христос не хотел проповедовать в таком оскверненном месте. Еще раз, с смешанным чувством скорби и гнева, Он выгнал отсюда всех, и никто не осмелился воспротивиться Его сокрушающей ревности. Он не потерпел даже, чтобы народ нарушал тишину святилища, проходя чрез него с сосудами и делая его местом обыкновенного прохода. Огромная масса иудеев, доходившая иногда до двух и даже трех миллионов и наводнявшая священный город во время недели праздника, несомненно делала двор язычников еще более безобразным и шумным зрелищем, чем во всякое другое время, тем более, что в тот день по зако­ну всеми поклонниками выбирался и покупался пасхальный агнец. Но ничто не могло оправдать того, чтобы дом Отца не­бесного, бывший домом молитвы для всех народов, обращен был в место – более всего похожее на те грязные и мрачные вертепы, где разбойники делят злоприобретенную добычу.

Свою обычную проповедь Он начал не раньше, как по приведении храма в состояние приличия и тишины. Труд этот был теперь несомненно легче, потому что он уже раз совершался.

вертепом разбойников. Слова эти — из Иер. 7:11, где Господь изобличает иудеев, считавших, что само здание храма уже обеспечивает им Божие благоволение при всей мерзости их грехов. Это же суеверие было распространено и во времена Иисуса.

По Иоанну (Ин. 2:13-17) получается, что Иисус очистил храм раньше, в начале Своего служения, а не на Страстной неделе. Предполагают, что или Иоанн, или синоптики изменили время действия из теологических соображений. Не исключено, что Иисус изгонял меновщиков дважды.

(Ис. 56:7; Иер. 7:11).

В любом современном христианском храме за такой поступок Христа немедленно бы арестовали как нарушителя молчаливо узаконенного «порядка». Теперь же этот «порядок» расширился и принял формы, еще более разрушающие атмосферу благоговения и молитвы: фото-, видеои киносъемки в храме, даже в алтаре во время

Божественной литургии. Проводятся концерты, спектакли... танцы.

Современных христиан на Западе и Востоке уже нисколько не смущают грозные слова пророков, вновь произнесенные Самим Христом. Причина — для множества христиан Он не Бог их жизни, а только предмет культа. На Западе уже открыто идет борьба против Христа, и нет сомнения, что скоро Его Имя вообще исчезнет из сознания этих народов. При таком развитии Христос выгонит всех из Своего Храма и тогда, естественно, наступит «апокалипсис». Современный православный американский подвижник иеромонах Серафим (Роуз, +1982) писал: «Мы на Западе живем в „райском заповеднике“ для „идиотов“, которому вот-вот придет конец» .

Шествие направилось туда, куда стремились благочестивые Израильтяне всеми желаниями сердца (Пс. 41:2, 3), – к храму, составлявшему славу и величие святого города. Здесь, в святилище Иеговы, подобало всенародно явиться предвозвещенному пророками Мессии и в знаменательный день посещения своего еще раз засвидетельствовать чудесами о своем Божественном посланничестве. Много раз во время общественного служения своего приходил Господь в храм, но настоящее пришествие Его напоминало Иудеям внушительнее, чем когда-либо, древнее пророчество: внезапу приидет в церковь Свою Господь, егоже вы ищете, и Ангел завета, егоже вы хощете, – се грядет (Мал. 3:1). Когда Владыка храма вступил в священную ограду, он увидел здесь то, против чего еще в начале своей проповеди выражал праведное негодование (Ин. 2:13–17), увидел, как в месте молитвы и богомыслия приютилась злая страсть корысти: воспылав ревностью о славе отца небесного, он очистил святилище от всех продающих и покупающих, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей, и говорил им: писано есть: храм Мой – храм молитвы наречется, вы же сотвористе и вертеп разбойником. Слова сии читаются у пророков Исаии (Ис. 56:7) и Иеремии (Иер. 7:11).

По свидетельству апостолов Матфея (Мф. 21:10–12) и Луки (Лк. 19:29–46), сразу в день Входа, а по указанию ап. Марка на другой день после этого (Мк. 11:12–19), Господь, придя в храм, изгнал из храма торгующих: «Пришли в Иерусалим. Иисус, войдя в храм, начал выгонять продающих и покупающих в храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; и не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь» (Мк. 11:15–16). Как мы уже отмечали, неизвестно точно, сколько было изгнаний из храма – одно или два, но изгнание торгующих на Страстной неделе в изложении синоптических Евангелий несколько отличается от описанного ап. Иоанном: оно выглядит уже не как наказание за провинность, но как приговор отступничеству иудеев от Бога и совершившейся подмене: Христос называет храм «вертепом разбойников» (Мк. 11:17).

И первое, и второе изгнание из храма напоминают пророчество Малахии: «...и внезапно придет в храм Свой Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, Которого вы желаете; вот, Он идет, говорит Господь Саваоф. И кто выдержит день пришествия Его, и кто устоит, когда Он явится? Ибо Он – как огонь расплавляющий и как щелок очищающий, и сядет переплавлять и очищать серебро, и очистит сынов Левия и переплавит их, как золото и как серебро, чтобы приносили жертву Господу в правде. …И приду к вам для суда и буду скорым обличителем чародеев и прелюбодеев и тех, которые клянутся ложно и удерживают плату у наемника, притесняют вдову и сироту, и отталкивают пришельца, и Меня не боятся, говорит Господь Саваоф» (Мал. 3:1–3, 5). Акт очищения храма закреплял в сознании народа, и прежде всего учеников, мессианское достоинство и власть Иисуса, помогая воспринять добровольность близкого предания в руки иудеев и римлян и Распятие. Христос показывает, что все в Его руках и в Его воле.

На исполнение обетований и на Себя как Мессию Господь указывает также, напоминая слова пророка Исаии: «Не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников» (Мк. 11:17, ср.: Ис. 56:7, а также: Иер. 7:11). Пророк в этой части своей книги говорит о времени, когда все ограничения и препятствия для вхождения в народ Божий падут, и тогда даже евнух и любой иноплеменник смогут стать сынами Божьими. Но в то же время пророк обличает пастырей и стражей Израиля, которые нерадят и небрегут о том, что имеют, поэтому их достояние (завет с Богом) станет «добычей» чужих народов.

Изгнание торгующих из храма – это предупреждение и ученикам, так как оно являет образ Второго Пришествия Христова с окончательным наказанием грешников: «Нечестивых торговцев Он выгнал вон вместе со всем, чем они торговали. Братья мои, что, думаете вы, сделал бы Господь, когда бы теперь нашел нас спорящими, празднословящими, смеющимися без удержи или уловленными в сети какого-либо иного греха – подобно тому как, будучи в храме, Он увидел торгующих жертвенными животными, Ему же предназначенными, и поспешил изгнать их?.. Вот потому-то, возлюбленные, всего этого надо сильно страшиться и со вниманием и усердием остерегаться, чтобы, придя внезапно, он не обнаружил в нас зла, которое сделало бы нас достойными бичевания и изгнания вон из Церкви» Беда Достопочтенный, св. Гомилии на Евангелия // Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I–VIII вв. Новый Завет. Т. 2: Евангелие от Марка / Пер. с англ., греч., лат., сир. Тверь: Герменевтика, 2001. С. 189..