Евангелие от Матфея 2 глава 1 стих

Обобщающее толкование

Святые толкователи, представленные на странице, видят в Мф. 2:1 прежде всего начало явления Христа не только Израилю, но и языческим народам. Волхвы, пришедшие с востока поклониться новорождённому Царю, понимаются как первые представители языческого мира, которые узнали о пришествии Спасителя и откликнулись на данное им Богом знамение. При этом святые подчёркивают, что Бог привёл их к Христу тем способом, который был им понятен: через небесное явление, связанное с их занятиями и знаниями.

Вторая важная тема — необычный характер самой звезды и путешествия волхвов. Святитель Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен отвергают мысль, будто евангелист подтверждает астрологию. По их объяснению, волхвы пришли не потому, что вычислили будущее по обычным законам звёздочётства. Напротив, событие было устроено особым Божиим действием. Поэтому рассказ не служит оправданием астрологии, а показывает Божие руководство людьми.

Отдельное внимание уделяется упоминанию Вифлеема и времени царствования Ирода. Святые видят в этом подтверждение исполнения древних пророчеств о рождении Мессии именно в Вифлееме. Одновременно указание на Ирода помогает определить историческое время события и показывает, что Христос родился в период, когда Иудея уже находилась под властью чуждого ей правителя.

Различий между основными линиями толкования немного. Одна линия (святитель Иоанн Златоуст) подробнее рассматривает вопрос о волхвах и опровергает астрологическое понимание текста. Другая (Евфимий Зигабен) больше внимания уделяет историческим и текстологическим подробностям. Однако обе линии сходятся в главном: волхвы пришли по Божию указанию, а их поклонение стало свидетельством всемирного значения Рождества Христова.

 Частные замечания Святых Отцов

• Святитель Иоанн Златоуст подробно разбирает возражение тех, кто пытался использовать рассказ о звезде в пользу астрологии. Он указывает, что волхвы увидели звезду ещё до рождения Христа и отправились искать Младенца не по расчётам звёздочётов, а вследствие особого Божия указания. Кроме того, обычные звёзды не могут сообщать такие сведения, какие получили волхвы.
• Святитель Иоанн Златоуст обращает внимание на трудности путешествия волхвов: они пришли из далёкой страны, открыто говорили о рождении нового Царя и тем самым подвергали себя опасности со стороны Ирода. Это подчёркивает серьёзность их намерения.
• Евфимий Зигабен поясняет, что Вифлеем назван Иудейским для отличия от другого Вифлеема, находившегося в колене Завулоновом.
• Евфимий Зигабен отмечает, что волхвы были людьми, занимавшимися наблюдением за небесными явлениями, и потому Бог призвал их через знамение, соответствовавшее их образу жизни и знаниям.
• Евфимий Зигабен также указывает, что евангелист специально называет время царствования Ирода для исторической точности повествования.

Волхвы — традиционный перевод слова μάγοι, означавшего прежде всего иранских, а затем также Месопотамских и вообще ближневосточных и средневосточных жрецов и адептов традиционной мудрости, которые располагают тайными знаниями по астрологии, снотолкованию и т. п. (из чего развилось позднейшее значение термина «маг»). Например, у любителей греческой философии было возводимое к Аристотелю предание, согласно которому к Сократу приходил некий μάγος из Сирии, чтобы предсказать ему насильственную кончину (Diog. Laert. II, 45). Если же иметь в виду первоначальную связь лексемы со сферой иранской религии, естественно вспомнить, во-1-х, что в ВЗ ощутимо отношение к зороаст{стр. 197}ризму как религии, поднимающейся над уровнем язычества в тривиальном смысле слова, во-2-х, что под именем Заратуштры было известно предсказание о грядущем Спасителе. В ВЗ есть языческий ведун Валаам.

Как восходит Его звезда. В синодальном переводе «мы видели звезду Его на востоке»; такое же понимание этого места в других старых переводах, например, у Лютера («im Morgenlande»), в King James Bible («in the east»), и т. п. Вообще говоря, έν ανατολή может иметь оба значения: «на восходе» и «на востоке», но специально для лексики Мт нормально употребление во втором значении формы множественного числа (характерное άπό ανατολών в предыдущей фразе. 2:1, также. Мф. 8:11, Мф. 24:27).

Эта необходимость предуведомить Иосифа и Марию о судьбе их Сына и отчасти – их собственной в настоящем случае тем очевиднее, что вскоре после прибытия их в Вифлеем должна была открыться в этом городе кровавая сцена подозрительности Иродовой, которой причина скрывалась в дошедшем до него известии, что в Иудее родился Мессия, и определенном указании места рождения Мессии, сделанном членами синедриона.

В то время, как Иосиф и Мария, возвратившись из Иерусалима, оставались еще в Вифлееме, прибыли в столицу Иудейскую из восточных стран так называемые маги¹, которые в особенности занимались наукой о звездах; люди, которых редко видали в Иерусалиме, исключая разве тот случай, когда они путешествовали для поклонения Богу иудейскому, Который чтим был тогда между иноземными народами. Не без причины можно полагать, что древние пророчества Иудеев им были отчасти известны. Кроме того, что эти пророчества имели много общего с распространившимися тогда всюду ожиданиями великого всемирного Монарха², восточные ученые, кажется, знали нечто из пророчества Даниила, жившего долго в их стране, которым очень ясно определялось время явления Мессии и которое могло сделать их тем способнейшими к ближайшему вразумлению божественному. Одно прибытие их в Иерусалим обратило внимание всех; но еще более – их прямой, ничем неприкрытый вопрос: где родился Мессия, царь Иудейский? Мы, говорили они, нарочито для того и пришли сюда, чтобы поклониться этому Царю, Которому небо вручает владычество над всем миром. А каким образом они это узнали, – волхвы объяснили явлением им звезды в их стране. Для нас теперь не совсем вразумительно такое объяснение; однако для волхвов это явление звезды столько было определительно, что они по нему одному пошли в Иерусалим. Был ли этот новорожденный царь из господствовавшей тогда в Иудее династии, или нет, – на это, кажется, волхвы не обращали внимания. Они предполагали только, что когда уж чужестранцам необычайное явление возвестило рождение этого Царя, то конечно о Нем более знает каждый, особенно в столице иудейской, и что высшие чины этого государства давно уже праздновали торжественно день Его рождения. Но этого ничего они не нашли здесь. К большому своему удивлению они увидели, что в столице иудейской еще ничего не знали о Нем (сведения о Мессии, распространенные Анной, касались немногих, а из этих немногих могли волхвы и не встретить ни одного).

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 37-39++

«Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему».

Что означает это шествие волхвов за таинственной звездой к Богомладенцу и Его Матери с дарами — золотом, ладаном и смирной? Прежде всего, что Христос пришел в мир не ради только нескольких близких Богу людей. Он воплотился не ради одного только избранного Богом народа, но для всех народов всей земли, для всех, кто живет на ней. Самая малая из стран не может быть забыта. Поистине, никто не может быть исключен из любви Господней. Он рождается для всех. Все люди — большие и малые, богатые и нищие, всех мест и всех времен — призваны ко спасению.

Мы не можем точно сказать, из какой страны волхвы прибыли в Иерусалим, — из Персии, как сказано в богослужебном тексте, из Египта или, может быть, из Вавилона или далекой Индии. Есть даже предание, что они вышли из разных восточных стран и, встретившись друг с другом, продолжили вместе путь к Вифлеему. Но в конце концов из какой страны они пришли — второстепенный вопрос. Самое важное — они шли от имени «служащих звездам», чтобы поклониться Солнцу правды, воссиявшему в человеческой истории, «с высоты Востока». 

47. Эти награды (вечные обители Царства Небесного) предлагаются не только избранным, но и всем, потому что Христос всё и во всем (Кол. 3:11). Недаром Авраам поверил Богу через халдеев, которые слывут искушенными в расчетах светил, а волхвы, хотя они искали милости Божьей с помощью магического искусства, уверовали в рождение Господа на земле. Я повторяю, что это не случайно, но во свидетельство богопочитания и как пример богобоязненности у чужих народов.

48. Но кто эти волхвы? Не ведут ли они, как учит история, свой род от Валаама, который пророчествовал: Взойдет звезда от Иакова (Чис. 24:17)? Значит, они его наследники по вере не менее, чем по роду. Он видел звезду в духе, они увидели глазами и уверовали. Они увидели новую звезду, невидимую от сотворения мира; они увидели новое творение, и не только на земле, но и на небе взыскали благодать нового человека, по Моисееву пророческому слову: Взойдет звезда от Иакова и восстанет человек от Израиля (Чис. 24:17).

Ст. 1—2 ¹. Волхвами— магами называются мудрецы, принадлежавшие на востоке к греческому сословию и обладавшие обширными, по тогдашнему времени, познаниями — особенно в астрономии и медицине. Откуда они пришли, с точностию определить нельзя; вообще это были восточные маги (μάγοι άκο ανατολών), из восточной по отношению к Палестине страны —следовательно, или из Персия, или из Месопотамии. Очевидно, чго они были знакомы с мессианскими ожиданиями иудеев. И это неудивительно: евреи тогда повсюду были распространены и были очень ревностны в обращении язычников к вере в единаго истиннаго Бога; вследствие этого ожидания могущественнаго царя, имеющаго прийти с востока из Иудеи, были тогда всеобщи. Можно предположить потом, что эти маги были потомками тех мудрецов вавилонских, над которыми главою иекогда был Даниил (Деян. 2:48). А очень вероятно, что Даниил среди своих подчиненных успел посеять семя истинной веры и ожидания Мессии. В таком случае он, конечно, раскрыл некоторым из них более подробно, нежели пред царем Навуходоносором, истинный смысл своего пророчества о царстве, еже вовеки не разрушится (Дан. 2:44), равно как и о семидесяти седминах (гл. 9). Ко времени Христа могла быть в Вавилоне горсть потомков этих древних мудрецов, которые свято хранили предания своих отцов, и таким образом они были не только знакомы с мессианскими ожиданиями иудеев, но и знали из пророчества Даниила, что приближается время исполнения этого ожидания. К соединению же с этими мессианскими ожиданиями астрономических гаданий могло подать повод восточным мудрецам пророчество Валаама о «звезде от Иакова» (Чис. 24:17).

Что касается «звезды волхвов», то многие ученые толкователи Писания предполагают, что это было планетное соединение Юпитера, Сатурна и Марса, ибо астрономическия вычисления показывают, что такое соединение указанных планет должно быть пред Рождеством Христовым, именно—в 747 году от основания Рима, и собственно в созвездии Рыбы²

Таким предположением, говорят, чудо нисколько не отвергается, потому что установление гармонии между событиями мира духовнаго и явлениями мира материальнаго, вследствие которой последния суть отражения первых и служат к возвещению славы Божией,—есть не менее великое и чудное дело все- ведующаго и всемогущаго Бога-Мироправителя, как и направление движения звезды, вопреки обычному двияёфнию его по действию законов природы. Однакоже, как сам евангелист понимает эту звезду? Очевидно, он мыслит ее, как чудную, необыкновенную звезду и имеющую движение необычайное. Поэтому, как бы искусны ни были все подобные опыты соглашения астрономических данных с сказаниями евангелиста, всегда однако должны заслуживать преимущественнаго внимания мнения древних отцов церкви относительно чудесной звезды, о которой повествует еванг. Матфей. Одни нз этих отцов (напр,, Игнатий Богоносец) полагали, что это была особенная, нарочито созданная звезда, другие (Златоуст и Феофилакт), что это—умная сила (Ангел) в образе только звезды (си. Толк. Ев.).

Местом рождения Иисуса Христа указывается Вифлеем Иудейский, то есть в земле колена Иуды. Дело в том, что был ещё один Вифлеем, в колене Завулона. Кроме того, для Матфея важно подчеркнуть значение Иудеи. Четыре раза повторяется имя Иуды в этом маленьком отрывке. Ведь Мессия – Царь Иудейский, Он родился в Иудее, Он жил и действовал в Иудее и в Иудее будет убит и воскреснет. Вифлеем как город Мессии важен для традиционного иудейского сознания. Хотя значительная часть жизни Иисуса прошла в Назарете, Вифлеем остается столь важным, что переселение в Назарет потребует далее особого подтверждения Писанием: «И … поселился в городе, называемом Назарет, да сбудется реченное через пророков, что Он Назореем наречется» (Мф. 2:23). Важен Вифлеем был потому, что он – «град Давидов», то есть родной город царя Давида. А Иисус – Сын Давидов. Как говорится в Евангелии от Иоанна, «не сказано ли в Писании, что Христос придет от семени Давидова и из Вифлеема, из того места, откуда был Давид?» (Ин. 7:42).

Время описываемого события обозначено неопределенно – «во дни царя Ирода». Речь идет о царе Ироде Великом, который умер в. 4 году до РХ. Конечно, странно читать, что Иисус Христос родился до Рождества Христова. Но вопрос о времени рождения Иисуса мы рассмотрим несколько позже.

«Пришли в Иерусалим волхвы с востока». Это неопределённое «с востока» отвечает представлению о Востоке как месте происхождения магии, астрологии и религиозной мудрости. Само слово «волхвы» в оригинале звучит «маги». Вавилонские маги, или, как их называет пророк Даниил, «халдеи» (Дан. 2:4), – это мудрецы, ученые астрологи.

«Где родившийся Царь Иудейский?», – расспрашивают волхвы жителей Иерусалима. Но иудеи вряд ли понимали их вопрос. Ведь они о Мессии говорили как о «Царе Израиля». Так что вопрос волхвов выдает в них язычников, ибо «Царь Иудейский» – так могли бы сказать язычники, например, римляне, но никак не иудеи. Вспомним, что именно римская издевательская надпись на Кресте гласила, что распятый Господь –«Царь Иудейский».

«Мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему», – поясняют свое любопытство волхвы. Лучше было бы перевести не «на востоке», а «на восходе»: «мы видели, как восходит Его звезда». Они ведь были учеными астрологами и появление на небе необычной звезды привлекло их внимание. Иудейство вообще-то очень отрицательно относилось ко всякому виду волшебства и магии, но не могло полностью оградить себя от эллинистического влияния астрологии. Тем более отрицательно относилось к магии христианство. Однако в нашем тексте о волхвах не говорится ничего отрицательного. Это мудрые и благочестивые язычники, которые с самого начала желают совершить истинное и достойное действие – поклониться Младенцу Иисусу. Что касается глагола «поклониться», то следует напомнить, что это слово означает в греческом языке не просто «почтить», или «отвесить земной поклон» или даже «преклонить колена», но в прямом смысле – «пасть ниц». Такое падение ниц прилично было только перед Богом или (у язычников) перед божественным существом, например, перед фараоном или восточным царем.

Матфей совсем не заостряет наше внимание на астрологии, так как для него решающим является не указание астрологии, как бы к ней ни относиться, но только водительство Божие. О том, какую звезду видели волхвы, в истории толкования было много предположений. Но для самого евангелиста Матфея она, несомненно, была чудесной.

В Вифлееме. Вифлеем, это — небольшой город, в 10 верстах на юг от Иерусалима. Слово Вифлеем значит „дом хлеба", так как место, где находился этот город, отличалось особенным плодородием. Стоит он на горе, покрытой роскошными садами. Близ него долина пастырей, где в свящ. ночь Рождения И. Христа Ангелы воспевали Его. Вифлеем называли городом Давидовым (Лк. 2:4), так как в нем родился царь еврейский Давид; назывался он Вифлеемом Иудейским потому, что находился в Иудее, одной из 4 частей, на которыя разделялась Палестина около Р. Хр. Был еще Вифлеем Галилейский (в области Палестины Галилеи). Во дни Ирода царя. Евангелист упоминает об Ироде, чтобы показать, что у Евреев уже прекратились князья и цари из колена Иудина, и потому надлежало придти Христу, как пророчествовал патриарх Иаков (Быт. 49:10). Ирод был не Иудей, а Идумеянин. Идумеи были потомки Исава, брата Иакова, иначе Эдома. Волхвы. Волхвами (магами) назывались люди мудрые, ученые, обладавшие знаниями, в особенности, астрономическими (т. е. о звездах, Дан. 1:20; Дан. 5.11) и врачебными. Они же были большею частью и жрецами, т. е. священниками своей религии. Волхвы, приходившие на поклонение родившемуся Спасителю, были астрономы или астрологи {звездам служащие, поется в церковной песни) и, как видно, были люди благочестивые и добродетельные (Злат. и Феофил.), почему и удостоились особеннаго божественнаго откровения о рождении Христа Спасителя. Они были первыми, уверовавшими во Христа из язычников. „Нарицаются и царие“, пишет о волхвах св. Димитрий Ростовский, не яко царие велицыи, но яко имущие от них кийждо свой град, или княжение определенное". Имена их, по преданию: Мелхиор, Гаспар и Валтасар. От восток (с востока), т. е. в отношении к Палестине. Полагают, из Персии (Злат. и Феоф.). Там из обращения с пленными Иудеями, волхвы могли узнать об ожидавшемся рождении Спасителя, и там главным образом было в особенном обычае’ ходить на поклонение новорожденным царям. Там, в Персии долгое время жил прор. Даниил, бывший главою мудрецов. Нельзя думать, чтобы он не передал своим сотрудникам и подчиненным понятий истиннаго Боговедения, чтобы не поделился с ними утешительным откровением о пришествии Мессии, — чаянии языков, и особенно, чтобы книга его пророчеств не была известна персидским мудрецам (Душ. Чт. т. X). Можно думать, что прор. Даниил в свое время указал волхвам-мудрецам пророчество древняго их предка — волхва Валаама о Спасителе под именем звезды от Иакова (Чис. 24:17). Во Иерусалим. Иерусалим — главный город Иудейскаго царства, в южной части Палестины. Постоянных жителей в нем, около времени жизни Христовой, считалось до 120,000, на время же праздника Пасхи сходилось в нем до 2,000,000 душ мужескаго пола. Волхвы пришли в Иерусалим, как столицу и местопребывание Иудейских царей. С другой стороны, Богу угодно было чрез волхвов возвестить о рождении Христовом и самим первосвященникам и книжникам иудейским. Тут волхвы услышали, что рождение Спасителя заранее предречено иудеям, указано также и место Его рождения.

Матфей, в отличие от Луки, не объясняет, почему Иисус родился в Вифлееме. Сын Давида должен родиться в городе Давида – и этого достаточно. Вифлеем (евр. Бет‑ле́хем, «дом хлеба») – небольшой городок примерно в 10‑12 километрах к юго‑западу от Иерусалима. Согласно 1 Цар. 16:1‑13, здесь жил и был помазан на царство пророком Самуилом Давид. Люди верили, что долгожданный Помазанник родится именно здесь (Мих. 5:2; Мф. 2:5; Ин. 7:42). Правда, нужно отметить, что в I веке существовали и неортодоксальные взгляды, согласно которым никто не будет знать, откуда явится Мессия (см. экскурс Христос ). Вифлеем назван иудейским, чтобы отличить его от другого городка с тем же названием, расположенного в Галилее, неподалеку от Назарета (Ис Нав. 19:15).

Царь Ирод Великий правил страной с 37 по 4 г. до н. э. Из этого мы можем заключить, что Иисус родился незадолго до смерти царя, обычно говорят о 6 г. до н. э. Год начала новой эры от Рождества Христова был неправильно высчитан в VI веке монахом Дионисием Малым. Об Ироде в основном известно из «Иудейских Древностей» Иосифа Флавия. Он был не чистокровным евреем, а наполовину идумеянином, и это давало повод его противникам считать его не законным царем, а узурпатором, тем более что он был ставленником Рима и не отличался строгим соблюдением заповедей Закона. Ирод был противоречивой личностью. С одной стороны, при нем воцарился мир, и в стране был наведен порядок, были снижены налоги, кроме того, Ирод выстроил заново иерусалимский Храм, красоте и пышности которого не было равных. С другой же стороны, он был крайне жестоким и подозрительным тираном, от руки которого погибло множество людей, в том числе и родственники: тесть, теща, жена, три сына. Римский император Август шутил, что безопасней быть свиньей Ирода, чем его сыном. Матфей, указывая на то, что Иисус родился в его время, вероятно, заинтересован не столько в том, чтобы дать хронологическую информацию, сколько в том, чтобы сравнить Ирода с египетским фараоном, желавшим, согласно легендам Агады, смерти Моисея.

И вот в Иерусалиме появляются звездочеты. В греческом они названы магами (традиционное русское название – волхвы). Кого в то время называли магами? Геродот, например, пишет, что так назывались мидийцы, принадлежавшие к касте священников в Персидской империи. О магах упоминают многие древние авторы: Аристотель, Геродот, Страбон, Дион Хризостом, Филон Александрийский, Иосиф Флавий и др. Вероятнее всего, это зороастрийцы, толковавшие сны; они были также астрологами, мудрецами, о которых говорили, что они обладают сверхъестественными знаниями и силой, нередко их считали колдунами, а иногда просто шарлатанами. С древних времен были попытки понять, как евангелист относится к этим звездочетам, считает ли он их мудрецами или же, наоборот, шарлатанами, чья власть над умами закончилась с приходом Иисуса. Евсевий называл их наследниками Валаама. А вот что говорит Игнатий Антиохийский: «Звезда воссияла на небе ярче всех звезд... С этого времени стала упадать всякая магия, и все зло разрываться, и древнее царство распадаться» (Еф 19). Евангелие говорит о них чрезвычайно скупо, в то время как многочисленные средневековые легенды сообщают массу подробностей: что их было трое, что их звали Валтасар, Каспар и Мельхиор, что они были царями, причем один из них был темнокожим. Но в евангельском рассказе самым важным является, вероятно, то, что эти звездочеты были язычниками, представителями народов, не знавших истинного Бога, а теперь пришедших поклониться Тому, кто станет Спасителем всего мира. Поведение людей, представлявших собой духовную элиту языческого мира, также противопоставлено поведению «своих» интеллектуалов – священников и учителей Закона. Согласно преданиям, к Зороастру также приходили для поклонения мудрецы‑звездочеты¹. О звездочетах сказано, что они пришли с востока –по отношению к Иерусалиму, конечно. Под это определение может подходить Парфия, Вавилон, Аравия и Египет. Эту проблему обсуждали Отцы Церкви, и у них не было единого мнения.

Мудрецы‑звездочеты приходят в Иерусалим, так как, по их мнению, царь мог родиться только в столице.

Когда св. семейство находилось в Вифлееме и спокой­но жило там под покровом бедности и безвестности, сама природа уже возвестила о явлении Мессии до отдаленных пределов земли. С отдаленного востока в Иерусалим прибыли знатные путешественники, так называемые волхвы, которые к изумлению жителей иудейской столицы спрашивали, где ро­дился Христос. Это были халдейские мудрецы, которые, зани­маясь учеными наблюдениями над небесными светилами, слави­лись своими предсказаниями о совершающихся в мире событиях и переворотах, как находившихся, по общераспространенному в древности мнению, в связи с переменами в небесных явлениях. Во время их ученых наблюдений над хорошо известным им небом, внимание их поразила необычайная звезда, дотоле никогда не виданная ими. Всякое появление новой звезды, по их учению, свидетельствовало о появлении на земле какого-либо великого человека, имевшего произвести великое влияние на судьбу мира; но эта новая звезда была так необычайна, что она возбудила у волхвов особенный интерес. Что бы она могла пред­знаменовать собою? – Им известно было знаменитое предсказание Валаама об имеющей взойти звезде от Иакова; затем вследствие рассеяния иудеев и перевода Ветхого Завета на общерас­пространенный греческий язык язычники хорошо знакомы были с ожиданиями иудеев касательно пришествия Мессии, так что об этом говорят даже такие известные римские историки, как Тацит и Светоний, передающие ходячее мнение, что в Иудее скоро восстанет царь, который покорит себе весь мир; наконец с этой надеждой Израиля халдейские мудрецы могли быть особенно хорошо знакомы благодаря принадлежавшему к их классу пророку Даниилу, который с особенною выразительностью предсказывал о пришествии Мессии и даже точными числами (седьминами) определял время Его пришествия. Все это было достаточным основанием для волхвов объяснить появление новой необычайной зве­зды именно в смысле рождения Мессии, и если они получили при этом особое откровение, то и отправили из среды себя трех членов действительно удостовериться в совершении великого события и принести дары и поклонение новорожденному великому ца­рю.

Никто не забыт у Отца Небесного в Его великом семействе. Он — Бог не только Иудеев, но и язычников. Он — Бог и Спаситель всех сынов Адамовых. Святой Апостол Павел говорит: От одной крови Он произвёл весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли и не найдут ли (Деян. 17:26-27). И хотя люди забыли Бога и стали поклоняться идолам, но в их сердцах, в их совести, хотя и смутно, всё же слышался Голос Божий. И лучшие из язычников не переставали искать Божией правды, следуя внушениям совести. Сократ говорил: “Не надейтесь исправить человеческие нравы, доколе Сам Бог не соблаговолит послать особенного Мужа для исправления нас самих.” “Не быть на земле порядку, — говорил Платон, — если только Сам Бог, сокрывшись под образом человека, не разъяснит нам и наши отношения к Нему, и наши взаимные обязанности друг к другу.” Поэтому перед временем Рождества Христова не одни только Иудеи ожидали пришествия желанного и обетованного Мессии — Христа. Весь исполненный грехом мир смутно ожидал себе Избавителя. Это ожидание особенно было распространено на Востоке: там, среди Персов больше, чем у других народов, сохранилась библейских преданий. Там после плена вавилонского много оставалось евреев, которые распространяли среди жителей Востока свои верования, свои надежды и ожидания. Евреи, а за ними — и другие народы, ожидали явление великого Царя, Который должен был родиться в Иудее и покорить Себе весь мир. И вот, как только Господь Иисус Христос родился в Вифлееме, среди тьмы идолопоклонничества, в стране неверия нашлись люди, которые так усердно чаяли Утехи Израилевой — Христа, что при первом знамении с небес, при появлении необыкновенной звезды идут издалека на поклонение родившемуся Спасителю.

Евангелист уточняет, что именно в Иудейском Вифлееме родился Иисус. Был в те времена ещё Вифлеем Галилейский. Об Ироде Евангелист упоминает, дабы показать, что у Иудеев в то время уже не было своего царя, а царствовал иноплеменник Ирод, и значит, настало время пришествия Христова, согласно пророчеству праотца Иакова. И называется Ирод царём в отличие от другого Ирода, который был сыном первого и титула царского не имел. Волхвы, шедшие в Иерусалим из дальней страны, могли прийти прежде события, могли прийти и спустя долгое время, но они пришли именно около того времени, когда родился Сын Божий, дабы это чрезвычайное событие не оставалось надолго неизвестным для Иерусалима. Такое соответствие в пришествии волхвов со временем рождения Спасителя показывает, что в их путешествии всё было предопределено свыше и что это путешествие началось задолго до Рождения Господа (Ис. 60:3).

Что же это были за люди, волхвы? То были мудрые, учёные и притом благочестивые люди, усердные к вере и предметам святым. За свою доброту и чистосердечие они удостоились быть первыми призваны в Вифлеем на поклонение Спасителю мира. Предание называет их даже царями и сохранило их имена: Мелхиор, Гаспар и Валтасар¹. По тому же преданию, родом они были из Персии или древней Вавилонии, где за 500 лет до них жил пророк Даниил. Этот великий пророк в своё время был начальником над всеми вавилонскими мудрецами. Он, конечно, передал своим подчинённым истинные понятия о Боге, и очень вероятно, что он указал волхвам пророчество древнего их предка, волхва Валаама, который ещё во времена Моисея изрёк о Спасителе такое слово: Восходит звезда от Иакова, и восстаёт жезл от Израиля, и разит князей Моава и сокрушает всех сынов Сифовых (Чис. 24:17). Можно думать, что и книга пророчеств Данииловых была известна волхвам, а потому они могли знать и исчисление седмин Данииловых. Так от времён Даниила-пророка до самого времени Рождества Христова у восточных мудрецов хранилось предание о грядущем в мир великом Царе Израилевом. В то время люди верили, что рождение и смерть великих мужей сопровождается появлением и исчезновением на небе звезд.

Ст. 1. «Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском, во дни царя Ирода; пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят». При таком чтении этого стиха получается представление, что волхвы или мудрецы пришли с востока вскоре после рождения Господня. Правда, греческий оборот: τοῦ δὲ Ἰησοῦ γεννηθέντος, т. е. родительный самостоятельный, говорит в пользу такого чтения: но против него говорит употребленный здесь глагол: παρεγένοντο. Чтобы определить точное значение этого слова, сопоставим его с другими родственными ему глаголами: ἀπογίγνομαι, и προσγίγνομαι. Ἀπογίγνομαι, значит «отправляться от куда-либо» (отбывать), προσγίγνομαι – «прибывать куда-нибудь, приходить». Выражение: N ἀπεγένετο ἀπ’ A καὶ προσεγένετο εἰς K будет означать: N отправился из А и прибыл в К; прибытие же во все промежуточные пункты, в которых N мимоходом мог останавливаться, равно как и отправление (отбытие) из них, сколько бы их ни было (напр. β, γ, δ, ε, ζ, η, θ, ι) греки и выражали глаголом παραγίγνομαι с предлогами ἀπὸ и εἰς, так что глагол παραγίγνομαι мог указывать на весь путь, как бы длинен он ни был. Поэтому по-русски этот глагол вернее передавать (особенно, если им обозначается длинный путь и с указанием на какое-либо событие, вслед за которым началось путешествие) двумя глаголами: отправился и прибыл. Глагол этот представляет некоторую аналогию с нашим глаголом «возвращаться». Возьмем, для примера, хотя следующее наше выражение: «по смерти в Благовещенске, своего дяди, N тотчас же возвратился на жительство в свой родной город Смоленск». Понятно, N не мог из Благовещенска сейчас же появиться в Смоленске. Выражение это будет указывать лишь на то, что N тотчас по смерти дяди отправился из Благовещенска. Точно также и глагол παραγίγνομαι указывает не на то, что волхвы прибыли в Иерусалим тотчас по рождении Спасителя в Вифлееме, а на то, что они тотчас или, по крайней мере, весьма скоро по рождении Его отправились в путь. Понятие о прибытии выразилось бы по-гречески глаголом προσγίγνομαι или глаголом έρχομαι, который и употреблен в следующем же втором стихе, где действительно речь идет уже об одном только прибытии: и пришли (καὶ ἤλθομεν) поклониться ему. Выражение: ἀπὸ ἀνατολῶν, не значит: «с востока». Понятие о востоке, как определенной (одной из четырех) стране света, выражалось греками с членом и в единственном числе (ἡ ἀνατολὴ), как это и видно из следующего же второго и из девятого стихов (ἐν τῇ ἀνατολῇ). Ἀπὸ τῶν ἀνατολῶν будет собственно означать: из каких-то восточных стран или земель. На основании изложенных соображений желалось бы первый стих второй главы читать так: «но вот, как только в Вифлееме Иудейском, во дни царя Ирода, родился Иисус, с восточных стран отправились в Иерусалим волхвы (прибыли туда) и говорят: где родившийся царь иудейский?» Далее мы увидим, что волхвы действительно не скоро после Рождества Христова прибыли в Иерусалим.

во дни царя Ирода. Ирод Великий умер в апреле 4 г. по Р.Х. Следовательно, Иисус, вероятнее всего, родился в 5 или 6 г. до н.э.

волхвы. Языческие чародеи, маги.

Волхвами называли ученых астрологов-астрономов, философов-мудрецов, которые не просто изуча­ли природу, космос, но, созерцая его, размышляли и о главных проблемах человеческой жизни — о ее смысле, о Боге, о душе, о вечности. Пришедшие вол­хвы, оказывается, знакомы были с ветхозаветными пророчествами о грядущем царе иудейском, который будет Спасителем мира. И, увидев совершенно не­обычную звезду, поняли, что это Божественный знак Его рождения, и немедленно пошли поклониться Ему.

С востока, то есть это были не евреи, а жители ка­кой-то соседней страны. Святитель Филарет (Дроз­дов) пишет, что «качество... даров подало повод ду­мать, что волхвы пришли из Аравии» (Избранные места из священной истории Ветхого и Нового Заве­та с назидательными размышлениями. Поклонение волхвов). А епископ Мефодий (Кульман) говорит: «родом они были из Персии или древней Вавило­нии» (Святоотеческое толкование на Евангелие от Матфея. Поклонение волхвов. 2:1-12).

Родившемуся Христу поклонились не пастыри только вифлеемские, верные чада Израиля, среди которого по обетованиям и пророчествам вочеловечился Сын Божий, но и «начаток языков», по выражению Святой Церкви, – волхвы, в предзнаменование того, что и язычники также будут призваны в благодатное Царство Христово.

В повествовании святого евангелиста Матфея сказано, что волхвы пришли с востока, но из какой страны, на это нет прямого указания. Посему мнения об отечестве их разделились: производили их из Аравии, Халдеи, Эфиопии и Персии. Последнее мнение принято знаменитейшими Отцами Церкви, как например, святителями Иоанном Златоустом и Василием Великим: оно вошло и в богослужебные книги, в которых волхвы называются не только «восточными царями», «звездоблюстителями», «звездосмотрителями», «звездословцами», но и пришедшими «от Персиды», «персидскими царями». В Персии еще со времен Даниила было известно под именем волхвов особое ученое сословие (Дан. 1:20; Дан. 2:2; Дан. 4:4; Дан. 5:7). Этот пророк, снискавший уважение персидского царя своею мудростью и прозорливостью, был поставлен правителем всего царства (Дан. 6:1–4) и князем волхвов (Дан. 5:11). Он также получил от Бога откровение, определявшее время пришествия Мессии семидесятью седминами лет, начиная от указа царского о восстановлении Иерусалима (Дан. 9:25). Без сомнения, волхвы немало слышали как от старейшины своего, так и от прочих пленных иудеев, об ожидаемом Мессии. Не оставалось им неизвестным и еще более древнее пророчество Валаама о звезде, имевшей воссиять от Иакова (Чис. 24:17). Это ожидание Спасителя, и именно из Иудеи, переходило между восточными мудрецами из рода в род и сделалось особенно сильным около времени Рождества Христова, указанного в седминах Даниила. Увидев появление чудной звезды, волхвы, естественно, могли себе представить, что она означает рождение того необыкновенного Царя, Которого ожидают иудеи. Но это простое гадание их получило ясность и определенность от непосредственного внушения и откровения Божия, как и замечает святитель Иоанн Златоуст: «Достойно исследования то, откуда волхвам пришла мысль идти и кто их побудил к тому? Мне кажется, что это было делом не одной звезды, но Сам Бог подвиг их сердце. Но скажешь, – продолжает святой Отец, – почему не всем волхвам открыл это? – потому что не все поверили бы, а сии были готовее других». Древнее предание, называя трех волхвов, поклонившихся Христу, именами Мельхиора, Гаспара и Валтасара, говорит, что они были люди знатные и богатые.

Необычайное небесное явление, приведшее волхвов к родившемуся Христу, составляло предмет разных предположений. Святитель Иоанн Златоуст говорит, что это была «какая-то невидимая сила, принявшая вид звезды», и эта мысль разделяется блаженным Феофилактом. Но другие святые отцы, как то: святители Игнатий Богоносец, Григорий Богослов, считали звезду Рождества Христова звездою в собственном смысле, превосходившею своим блеском все прочие звезды. «Эта звезда, – замечает святитель Игнатий Богоносец, – воссияла на небе ярче всех звезд, и свет ее был неизреченный, а новость ее произвела во всех изумление; все прочие звезды, вместе с солнцем и луною, составляли как бы хор около сей звезды, и она разливала свет свой на все (другие светила); и было недоумение в народе, откуда это новое, столь необычайное явление». Она имела течение прерывистое, так что, указав волхвам рождение Спасителя, исчезла, а потом опять появилась на пути их к Вифлеему и здесь остановилась над самым вертепом Рождества.

Волхвы знали, где должно искать родившегося необыкновенного Мужа, а посему, прибыв в Иерусалим, стали расспрашивать о Нем, называя Его Царем иудейским и прибавляя: видехом бо звезду Его на востоце и приидохом поклонитися Ему.

Праведен Господь в судьбах Иудеев за ожесточенное противление истине, возвещенной св. пророками, избиение их, отвержение Мессии Сына Божия и убиение Его и, наконец, убиение св. Его учеников и Апостолов.

Иудея, как страна избранная, в которой воссияло миру Солнце Правды Христос и Бог наш, незадолго до Его явления подпала в политическом отношении под власть железного царства Рима. В 63 г. до Р. Х. римский полководец Помпей, после трехмесячной войны, занял страну, взял Иерусалим и, уничтожив его самостоятельность, обязал Иудеев платить дань Риму. Вскоре Рим поставил над Иудеями царем жестокого Ирода, которого история называет великим за введение языческих обычаев, зрелищ и украшение храма. При нем-то родился в Вифлееме Христос Спаситель. Пришедшие на поклонение Ему волхвы спрашивали: «Где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке, и пришли поклониться Ему»

В рассказе двух евангелистов о Рождестве есть общая особенность: связать евангельскую историю с гражданской и даже мировой. И ап. Матфей, и ап. Лука обозначают примерное время рождения Христова: ап. Матфей говорит о царствовании Ирода Великого, ставленника Рима, ап. Лука – о переписи, устроенной императором Октавианом Августом, «по всей земле», и о том, что эта перепись была первой «в правление Квириния Сириею» (Лк. 2:2). Эти детали важны не только историзмом, в них есть и духовный смысл.

В контексте Евангелия от Матфея соотнесение рождения Мессии и правление Ирода, идумеянина по происхождению, имеет особое значение – это косвенное указание на исполнение мессианского пророчества патриарха Иакова – воцарение в Израиле неиудея и приход в мир Спасителя: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель, и Ему покорность народов» (Быт. 49:10). Такое же значение – исполнения на Иисусе ветхозаветных обетований – имеет в Евангелии от Матфея указание и места рождения Спасителя; оба евангелиста говорят о рождении Христа в Вифлееме иудейском (Мф. 2:1; Лк. 2:4), но ап. Матфей рассказом о вызванной приходом волхвов беседе Ирода с книжниками об ожидаемом месте рождения Христа сделал акцент на Вифлееме как городе Мессии, о чем пророчествовал Михей за семь веков до Рождества: «...Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним. И, собрав всех первосвященников и книжников народных, спрашивал у них: где должно родиться Христу? Они же сказали ему: в Вифлееме Иудейском, ибо так написано через пророка: и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля» (Мф. 2:3–6; см.: Мих. 5:2).

Next the evangelist reports, “When Jesus was born in Bethlehem of Judah” and the rest up to “and we have come to worship him” Matt 2:1–2. Earlier Isaiah had predicted that this would happen when he said, “They shall come from Saba bringing to the king gold, frankincense, and precious stone, and they shall announce the salvation of the Lord” Isa 60:6. Surely this refers to him whom the Magi announced when they saw the sign of the star, as the one born king of the Jews, Christ the Lord. And so, even beyond measure, all the news coincides with the human wonder at the birth of the Lord: The angel speaks to Zechariah in the temple; he promises that Elizabeth will have a son see Luke 1:8–13; when he does not believe the angel, the priest becomes mute see Luke 1:18–20; the barren one conceives see Luke 1:24; the virgin gives birth see Luke 2:7; John is inspired to exult in the womb of his mother see Luke 1:44; Christ the Lord is born and announced by an angel, and it is proclaimed to shepherds that he is the world’s salvation see Luke 2:10–11; the angels rejoice, the shepherds exult see Luke 2:20. Great gladness arises in heaven and on earth over this wonderful birth. The new sign of the star from heaven is shown all the more, through which the Lord of heaven and earth is recognized as the one born king of the Jews, namely he of whom it had been written, “A star shall rise out of Jacob, and a man shall spring out of Israel” Num 24:17. Thus the union of the divine and human nature in the Son of God was recognized by the indication of the star and the man. And this is why in Revelation the Lord himself testifies about himself as follows: “I am the root of Jesse and the race of David and the bright morning star” Rev 22:16. For by the appearance of his birth, once the night of ignorance was dispelled, he sprang forth as a resplendent star for the salvation of the world. The splendor of his light penetrated even the hearts of the Magi, and infused them with spiritual light, so that they recognized the king of the Jews, the Creator of the sky, by the sign of a newly rising star. For Magi are authors of a false religion and would not have been able to recognize Christ our Lord unless they had been illumined by the grace of divine condescension.

Again, therefore, God’s mercy has superabounded through the coming of Christ, so that the knowledge of his truth spread itself to the entire human race. The reason it previously shone forth all the more was so that pious devotion to God might be known manifestly and no one would lose the hope that salvation could be given to the one who believes, since he has already seen that it was given all the more. But the reason the Magi were chosen first for salvation from the nations was so that through them the gate of salvation would be opened to all Gentiles.

But perhaps someone is wondering how the Magi could have known about the Savior’s birth based on the sign of the star. First, to be sure, we say that this was a gift of the divine graciousness. Second, we read in the books of Moses that there was a certain prophet from the Gentiles named Balaam who prophesied the coming of Christ and his incarnation from a virgin in clear words. For among other things, he says in the words of his prophecy (as we have already mentioned earlier), “A star shall arise out of Jacob and a man shall spring forth from Israel” Num 24:17. These Magi, then, who saw a new star in the east, are reported to have traced their lineage from the race of that Balaam, prophet of the Gentiles, who had said, “A star shall arise out of Jacob and a man shall spring forth from Israel.” And the reason they believed when they saw the sign of the new star was because they recognized that a prophecy of their own ancestor had been fulfilled. Thus they showed themselves to be not only successors of his race but also heirs of his faith. Balaam the prophet saw their star in his spirit, they saw it with their eyes and believed. He predicted that Christ would come by a prophecy; they recognized that he had come by the vision of faith.