Евангелие от Матфея 14 глава 22 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы объясняют, что Христос «понудил» учеников войти в лодку не случайно. После насыщения народ был в сильном воодушевлении и хотел видеть в Иисусе земного царя. Господь удаляет учеников от этого волнения, чтобы они не увлеклись мечтой о земной славе и не искали человеческого величия.

Главная линия толкования у святителя Иоанна Златоуста, блаженного Феофилакта, Евфимия Зигабена и святителя Николая Сербского такова: ученики не хотели разлучаться со Христом, поэтому Он именно «понудил» их. Но это было нужно для их пользы. Оставшись без Него, они могли спокойно рассмотреть корзины с остатками хлебов и лучше убедиться, что чудо было настоящим. Кроме того, Христос учил их не привязываться к народной славе.

Вторая линия — о правильном чередовании общения и уединения. Святитель Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен видят здесь урок: не нужно всегда быть среди людей и не нужно всегда избегать людей; надо и служить народу, и уметь уходить в тишину ради молитвы.

Святитель Григорий Палама раскрывает ещё более глубокий смысл: отправление учеников в море предуказывает их будущее апостольское служение в мире, полном испытаний. Как тогда Христос послал их в лодке по волнам, так после Своего Вознесения Он послал апостолов в мир через Евангелие и Церковь.

Частные замечания Святых Отцов

Свт. Иларий Пиктавийский видит в одиночестве Христа вечером прообраз Его будущего одиночества во время страданий, когда ученики разбегутся.

Свт. Иоанн Златоуст объясняет: Христос отсылает учеников и народ, чтобы не искать людской славы и не привлекать к Себе толпу.

Блж. Иероним Стридонский замечает, что ученики неохотно оставили Господа, потому что любили Наставника и не хотели разлучаться с Ним даже ненадолго.

Евфимий Зигабен добавляет: ученики должны были в отсутствие Христа внимательно рассмотреть остатки хлебов и убедиться в реальности чуда.

Блж. Феофилакт Болгарский кратко поясняет: слово «понудил» показывает неразлучность учеников со Христом, а отпущение народа — нежелание Господа казаться честолюбивым.

Свт. Григорий Палама толкует море как образ мира, полного испытаний, а лодку — как образ Церкви и евангельского служения апостолов.

Свт. Николай Сербский подчёркивает: Христос отослал учеников, чтобы сохранить их от гордости после великого чуда и подготовить к новому чуду — хождению по водам.

Народ в изумлении при таком чуде признает Его за пророка, обещанного Моисеем и хочет поставить Иисуса царем. Но он удаляется один на гору и молится там, а ученикам велит одним отправиться обратно на тот берег. Таким образом народ остается без исполнения своего желания.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 133++

После чудесного умножения хлебов Господь повелел Своим ученикам войти в лодку и отправиться прежде Него на другую сторону моря, пока Он отпустит народ. 

Почему И. Христос после чудеснаго насыщения народа «тотчас понудил учеников Своих войти в лодку и отправиться прежде на другую сторону, — это объясняет нам ев. Иоанн (14—15): чудо насыщения произвело такое сильное возбуждение в народе, что он узрел в Иисусе Царя, Мессию, Которому должно прийти в мир (Втор. 18:15.): так как все теперь отправились на праздник в Иерусалим, то они и хотели насильно взять Его и с Ним, как Царем Израилевым, устроить торжественное шествие в столицу народа Божия (чтб и долженствовало быть, но только в следующую Пасху). Это-то плотское настроение народа, грозившее политическим возмущением, и заставило Иисуса уклониться на гору в уединение, а учеников понудить (потому что они, будучи не чужды плотских мессианских надежд современных иудеев, могли сочувственно отнестись к общенародному возбуждению) отправиться морем на другую сторону. Но у ев. Иоанна зато не указывается этой последней черты: по нему (16), переправа учеников на другую сторону совершалась сама собою, когда настал вечер¹.  

Чудо поразительное, совершенное на глазах многотысячной толпы! Чудо, которое эта толпа не только видела, но и чувствовала, и в наличности которого не имела ни малейшего повода сомневаться! Впечатление, произведенное им на окружавшую Иисуса толпу, было громадно, и под влиянием его все заговорили: это истинно Тот Пророк, Которому должно придти в мир (Ин. 6:14), то есть Мессия, а если Он Мессия, то, значит, Царь, долженствующий покорить евреям весь мир и царствовать вечно; отчего же Он медлит объявить Себя Царем? Вот, приближается Пасха, и на этот праздник соберутся в Иерусалим евреи со всех концов мира; возьмем Его, поведем в Иерусалим на праздник, там объявим Его Царем и свергнем ненавистное иго римлян. — Так, вероятно, рассуждали в толпе, окружавшей Иисуса. Толпа была так восторженно настроена, что готова уже была приступить к выполнению своего плана, но была успокоена и с миром отпущена Иисусом. Как только началось это брожение в народе, Иисус тотчас понудил учеников Своих войти в лодку и отправиться вперед на другую сторону моря, а Сам пошел к толпе, успокоил и отпустил ее, и после уже взошел на гору помолиться наедине.

Из повествования Евангелиста Иоанна можно было бы заключить, что Иисус удалился на гору тотчас, как только узнал, что Его хотят объявить Царем: Иисус же, узнав, что хотят придти, нечаянно взять Его и сделать царем, опять удалился на гору один. Но такое заключение противоречило бы сказаниям других Евангелистов, передающих некоторые подробности отшествия Иисуса на гору; так, Евангелисты Матфей и Марк говорят, что Иисус, понуждая Апостолов войти в лодку и плыть на другую сторону моря, Сам остался на берегу, чтобы отпустить народ; Мк. 6:45); и, отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине, как говорит Евангелист Матфей; или: и, отпустив их, пошел на гору помолиться, как говорит Евангелист Марк ({Мк. 6:46). Кроме того, нельзя вообще допустить, чтобы Иисус Христос, пришедший спасти людей от греха и положить жизнь Свою за них, чтобы Он мог скрыться от восторженной толпы народа, способной в таком состоянии наделать много необдуманных поступков. Надо полагать, что Кто мог накормить многотысячную толпу пятью хлебами и двумя рыбами, Тот мог и успокоить ее; Тот, слову Которого повиновались разъяренные волны и бури, Кто невредимым прошел среди озверелой толпы назаретян, собравшейся сбросить Его со скалы, Тот, конечно, мог безбоязненно идти теперь к стоявшему на берегу народу и словом Своим привести в спокойное состояние волновавшие их чувства. Так Он и поступил: сначала отпустил народ, а потом взошел на гору помолиться.

Поспешное отправление Иисусом апостолов на лодке обратно

Противоречия между повествованиями Иоанна, с одной стороны, и Матфея и Марка с другой, тут нет: Евангелист Иоанн совсем ничего не говорит о том, что Иисус понудил Апостолов войти в лодку и плыть на ту сторону моря, а говорит только, что они с наступлением вечера сошли к морю и, вошедши в лодку, отправились на ту сторону моря; не говорит он об этом понуждении и о том, что Иисус отпустил народ, не потому, что этого не было, а просто потому, что не считал нужным сообщать особые подробности чуда насыщения народа пятью хлебами. Считая вообще необходимым лишь дополнять повествование первых трех Евангелистов, Евангелист Иоанн в своем Евангелии или совсем ничего не говорит о том, о чем подробно повествуют другие Евангелисты, или говорит кратко, с целью дополнить сказания какой-либо подробностью или установить связь с последующим событием, о котором первые Евангелисты ничего не сообщают. Так было и в данном случае: последовавшая затем беседа Иисуса о хлебе жизни передана одним только Евангелистом Иоанном, и так как эту беседу необходимо было связать с предшествовавшим чудом насыщения народа, то Евангелист Иоанн повествует кратко и о нем; иначе же он не стал бы повторять то, что подробно рассказано раньше его тремя Евангелистами; повествуя же по необходимости об этом чуде, он дополняет рассказ о том же трех Евангелистов упущенной ими подробностью о желании народа провозгласить Иисуса Царем. Установив таким образом связь между чудом насыщения народа и беседой о хлебе жизни, да дополнив сказания других Евангелистов упоминанием о желании народа провозгласить Иисуса Царем, он уже не заботился о пересказе того, что сказано другими.

Итак, Иисуса хотели провозгласить Царем, то есть Мессией. Он — действительно Мессия, о Котором возвещали пророки. Почему же Он уклонился от этого? Почему не захотел, чтобы народ открыто теперь же признал Его Мессией? Да потому, что не только народ, но и ближайшие ученики Иисуса, даже Апостолы, имели еще превратные понятия о Мессии; все они воображали, что обещанный евреям Избавитель-Мессия будет Царем земным, Царем-Завоевателем, и покорит евреям весь мир; никто еще не мог отрешиться от этих предрассудков, никто не допускал даже и мысли о том, что Царство Мессии может быть Царством не от мира сего. Поэтому, при таких понятиях народа о Царстве Мессии, провозглашение Иисуса Царем было бы ни чем иным, как открытым возмущением народа против власти римского императора¹.

Возвращение Иисуса к народу

Апостолы не могли не сочувствовать толпе, желавшей объявить Иисуса Царем, тем более, что всякое возвеличение их Учителя радовало их; они могли увлечься народным волнением, примкнуть к толпе и действовать с нею заодно. Вот почему, желая спасти Своих Апостолов от увлечения несбыточной мечтой и от участия в заговоре, Иисус тотчас же приказал им сесть в лодку и плыть без Него к противоположному берегу, а Сам пошел к волновавшейся толпе.

Апостолы сели в лодку и отправились одни, без Иисуса, на другую сторону моря. Евангелист Иоанн говорит, что они отправились в Капернаум; Евангелист Марк говорит, что Иисус понудил Апостолов отправиться вперед на другую сторону, к Вифсаиде, а Евангелист Матфей упоминает только о другой стороне моря. Спрашивается: куда же отправились Апостолы, и где произошло насыщение народа? — Ученики Иоанна возвестили Иисусу о смерти их учителя в то время, когда Он был в Капернауме; тотчас же Иисус на лодке отправился с возвратившимися Апостолами в пустынное место близ города, называемого Вифсаидою (Лк. 9:10); туда же за Ним пошли (побежали) толпы народа, а так как из этого пустынного места Апостолы возвращались на лодке по направлению к Капернауму или расположенной на том же берегу Вифсаиде, то следует признать, что Иисус, получив весть о смерти Своего Предтечи, удалился со Своими Апостолами в пустынное место близ города, называемого Вифсаидой-Юлиевой на северо-восток от Галилейского моря; возвращались же Апостолы одни к противоположному берегу, северо-западному, на котором были расположены недалеко один от другого два города — Вифсаида приморская и Капернаум; следовательно, чудо насыщения народа пятью хлебами и двумя рыбами совершено на пустынном северо-восточном берегу Галилейского моря, ближайшим городом к которому была Вифсаида-Юлия ²

Как только пятитысячная толпа была насыщена, Иисус, желая остаться в одиночестве, «понудил Своих учеников войти в лодку и отправиться на другую сторону Галилейского моря, пока Он отпустит народ». Златоуст комментирует это так: «И в других случаях, совершив что-нибудь великое, Христос отсылает от Себя народ и учеников, внушая нам через это никогда не гоняться за людской славой и не привлекать к себе толпу. А словом: «понудил» то есть «заставил» евангелист выражает, что ученики не охотно разлучались с Ним» Св. Иоанн Златоуст. Беседы на Мф. Беседа. 49:3..

 Из слов Евангелия можно сделать вывод, что Иисус желал остаться один для молитвы. В параллельном месте Евангелия от Иоанна есть и несколько иное объяснение. Иисус хотел избавиться от толпы, которая испытала на себе чудо умножения хлебов, насытилась, поняла всё по-своему, а потому захотела внезапно схватить Его и поставить своим национальным царем: «Тогда люди, видевшие чудо, сотворенное Иисусом, сказали: это истинно Тот Пророк, Которому должно придти в мир. Иисус же, узнав, что хотят придти, нечаянно взять его и сделать царем, опять удалился на гору один» (Ин. 6:14-15). Как бы то ни было, Иисус, оставшись один, взошел на гору помолиться. Это маленькое примечание о молитве неслучайно. В Евангелиях Иисус всегда молится, то есть общается с Богом, к Которому Он обращался как к Отцу, в одиночестве.

Дальнейший рассказ носит явный характер «мессианской истории» с присущей таким рассказам ветхозаветной символикой. Как и в случае насыщения пяти тысяч, перед современным читателем неизбежно возникает вопрос: действительно ли Иисус шел по воде? Но мы должны четко себе уяснить: такой вопрос ни для самого евангелиста, ни для его слушателей и читателей просто не существовал. Как уже сказано выше, в античные времена само по себе хождение по воде или летание по воздуху представлялось вполне возможным. Да и само по себе разделение феноменов на естественные и сверхъестественные появилось много позже. Ведь в Священном Писании мы еще ни разу не встречаем даже слова такого – «сверхъестественное». Употреблялось другое слово – «чудо», то есть нечто необычное, удивительное, то, чему люди удивлялись, чудились.

Итак, лодка с учениками «была уже на средине моря, и ее било волнами», налетел шторм, дул встречный ветер. И тут ученики видят, что к ним прямо по морю идет Иисус. Иисус пришел к ученикам в тот час, когда они попали в нужду, пришел, чтобы успокоить их и помочь им. Но они перепугались и даже закричали от страха, подумав, что видят призрака. Однако «Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: мужайтесь; это Я, не бойтесь».

В 19-м веке были нелепые попытки рационального «оправдания» рассказа о чуде хождения Иисуса по морю. Он, мол, шёл по мелководью или даже по берегу, а показалось, что по воде. Но все подобные «объяснения» невыносимо глупы и выдают полное непонимание, так сказать, «иконного» характера этого рассказа, в котором, как и в случае умножения хлебов, используется глубокая ветхозаветная символика.

В случае насыщения пяти тысяч Иисус явил Себя как «новый Моисей», при котором с небес к народу, вышедшему из рабства на свободу, снизошла манна. В чуде хождения по морю Иисус тоже явил Себя как «новый Моисей», который провел Свой народ через море как посуху и вывел его на берег свободы от рабства. Это особенно хорошо видно в параллельном рассказе Евангелия от Иоанна, в котором терпящие бедствие ученики «увидели Иисуса, идущего по морю и приближающегося к лодке, и испугались. Но Он сказал им: это Я; не бойтесь. Они хотели принять Его в лодку; и тотчас лодка пристала к берегу, куда плыли» (Ин. 6:19-21).

В рассказе Иисус изображен не только как «новый Моисей», который сквозь море ведет свой народ на свободу. Здесь в Иисусе являет Себя Сам Господь Бог. Воистину Он, как было сказано в самом начале Евангелия, – «Эммануил, что значит: с нами Бог» (Мф. 1:23). Из чего это видно? – Из двух слов Иисуса «это Я»: «Он сказал им: это Я; не бойтесь». Так – в переводе на русский язык: «это Я», на церковнославянском – «а4зъ e4смь», в греческом оригинале – «ἐγώ εἰμι». Но ведь это не просто успокоительная констатация: мол, «не бойтесь, вы видите не призрака, это Я, ваш Учитель». Нет, в двух коротеньких словечках «а4зъ e4смь», «ἐγώ εἰμι» – целое богословие!

А%зъ e4смь – Я есмь. Но спрашивается: Я есмь что? или Я есмь кто? – «Я есмь Иисус», или «Я есмь хлеб жизни» (Ин. 6:35.48), или «Я есмь свет мира» (Ин. 8:12) – здесь всё понятно. Но что означает «Я есмь» без именной части сказуемого? Просто «Я существую»? – Нет, не просто! «Я есмь» – это ничто иное как трансформация Имени Божия.

Здесь не место подробно говорить о великой теме Библии «Имя Божие». Напомню только, что Бог открыл Свое Имя Моисею в пустыне при «неопалимой купине». Это Имя священно и строжайше запрещено к произнесению. Вместо него произносились так называемые «имязаменители», самое известное из которых Адонаи, по-гречески Κύριος, по-русски Господь. В далеком от точности, но наполненном особым смыслом греческом переводе Библии Бог называет Моисею Свое Имя в такой форме: «Ἐγώ εἰμι ὁ ὤν» (Исх. 3:14), в переводе на церковнославянский «А%зъ e4смь Сы1й», по-русски «Я есмь Сущий». В нашем тексте Евангелия от Матфея как и в некоторых других Евангелиях (Мк. 6:50; 13:6; Лк. 21:8; 24:39; особенно Ин. 6:20; 8:28; 8:58; 13:19; 18:6) «Я есмь Сущий» сокращается до «Я есмь». Но это – все то же Имя Божие. Собственно, уже в греческом переводе книги пророка Исаии так представляет Себя Сам Бог. Там Господь Бог говорит о Себе следующими словами: «Я есмь: прежде Меня не было Бога и после Меня не будет. Я – Бог, и нет Спасителя кроме Меня» (Ис. 43,10-11).

Так что Иисус говорит испугавшимся ученикам не просто «это Я», но произносит Имя Божие «Я есмь». Он идет по воде, как это делает Бог, Который «ходит по высотам моря как по суше» (Иов. 9,8 LXX).

Рассказ о хождении Иисуса по морю – явно «мессианская история», в которой читателям открывается, что Иисус – такой Мессия, такой Христос, в Котором люди находят присутствие Бога, в Котором к людям приходит Бог. Более прямо об этом сказано в Евангелии от Иоанна. Там Филипп просит Иисуса: «“Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас”. Иисус сказал ему: “Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца. Как же ты говоришь, покажи нам Отца?”» (Ин. 14:8-9).

Выше было упомянуто, что Имя Божие, которое было открыто Моисею при неопалимой купине (Исх. 3:14), в Септуагинте, то есть греческой Библии, переведено вольно: «Ἐγώ εἰμι ὁ ὤν», по-русски «Я есмь Сущий». В еврейском оригинале Имя Божие означает нечто иное, а именно, – если не вдаваться в подробности, – означает обещание присутствия Божия, обозначает Бога как Помощника и Покровителя Его народа. Бога невозможно увидеть или познать в Его существе. Но Он может быть и видим и познаваем в Его присутствии. Так было с Израилем, который бежал из Египта и шёл сквозь море. Тогда «Господь шёл пред ними днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днем и ночью» (Исх. 13:21). Этот столп облачный и столп огненный были видимыми знаками присутствия Божия, явленное Имя Божие. – Так и теперь с учениками Иисуса, которые попали в шторм на море. Им в Иисусе явился Бог. Как сказано в конце Пролога к Евангелию от Иоанна, «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, пребывающий рядом с Отцом, Он явил Бога» Перевод вольный. (Ин. 1:18). Иисус – «Эммануил, что значит: с нами Бог» (Мф. 1:23).

Именно это принципиальное положение христианской веры и стремится открыть своим читателям евангелист Матфей «мессианской историей» о хождении Иисуса по водам.

Что касается не богословского, а чисто жизненного вывода из прочитанного отрывка, то в нем, конечно, важны слова Иисуса «ободритесь, успокойтесь, не бойтесь!». Верующим не надо бояться житейских бурь и штормов, ибо в Иисусе «с нами Бог!» (Ис. 8:10).

 Рассказ о чуде хождения по водам начинается с того, что Иисус, согласно Матфею и Марку, понудил (ήνάγκασεν) учеников войти в лодку и отплыть. Употребленный глагол указывает не просто на просьбу или повеление: он переводится как «принуждать», «заставлять», «настаивать», «убеждать», «применять насилие» и предполагает ту или иную степень сопротивления со стороны тех, к кому это принуждение применяется.
Что имели в виду Евангелисты, употребляя этот глагол? По мнению Златоуста, «словом понудил Евангелист выражает, что ученики неохотно разлучались с Ним. Христос отослал их под предлогом отпустить народ, а на самом деле — намереваясь взойти на гору» . Возможно также, что слово «понудил» указывает на некоторую спешку, с которой ученики должны были покинуть место насыщения пяти тысяч ввиду того, что Иисус решил скрыться, узнав о намерении некоторых «придти, нечаянно взять его и сделать 
царем» (Ин. 6:15). Надо полагать, что это намерение стало известно и ученикам, почему они не хотели разлучаться с Иисусом.

Это было после чуда насыщения 5000 человек пятью хлебами. Господь И. Христос понудил отправиться учеников на другую сторону Галилейскаго озера, т. е. из окрестностей г. Вифсаиды, где произошло чудо, на западную сторону озера, к земле Геннисаретской (ст. 34), около г. Капернаума. Он нередко делал так: совершив чудо, отсылал от себя народ и учеников. Чрез это, толкует св. Златоуст, И. Христос внушает нам никогда не искать людской славы и не стараться привлекать к себе толпы. Отпустив апостолов, сам И. Христос остался с народом. Л это для того, чтобы успокоить народ и убедить его разойтись, потому что он, пораженный чудом умножения хлебов, пришел в волнение и, как повествуется в Евангелии Иоанна, хотел взять И. Христа и, нечаянно, т. е. против Его воли, поставить царем (Ин. 6:14, 15); тогда как Господь Иисус Христос пришел не затем, чтобы царствовать на земле. Царство Мое не от мира сего (Ин. 18:36), сказал Он Пилату.

Чудо это произвело глубокое впечатление. Оно как раз соответствовало ходячему ожиданию Мессии, и народ начал толковать между собой, что это несомненно «тот Пророк, которому дол­жно прийти в мир», – «Примиритель» благословения Иакова, звезда и скипетр видения Валаамова, пророк подобный Моисею, которому должно повиноваться, может быть Илия, обетованный предсмертным завещанием древнего пророчества, может быть Иеремия, который пришел открыть потаенное место нахождения ковчега, Урима и священного огня. Христос заметил эту нескрываемую возбужденность, а также и опасность, что народный восторг мог перейти в насилие и ускорить Его смерть открытым восстанием против римского правительства в попытке сделать Его царем. Он видел также, что и Его ученики не чужды были этого мирского и опасного возбуждения. Необходимо было поэтому действовать решительно. Пользуясь своею властью, Он заставил учеников сесть в лодку и раньше Его отправиться за озеро по направлению к Капернауму или западной Вифсаиде. Необходимо было даже некоторое понуждение, потому что им естественно не хотелось оставить Его среди восторженного народа на этом пустынном берегу и напротив хотелось бы присутствовать здесь, по­тому что, как им казалось, с Ним готовилось совершиться что-то великое. С другой стороны, для Него было легче отпустить народ, когда последний видел, что даже ближайшие Его друзья и ученики были отосланы Им.

        Не кажется ли несколько странным, что Иисус повелевает Своим ученикам одним войти в лодку и отправиться на другую сторону прежде Его? Почему Он так делает? 

Во-первых, из-за того, что было;

 и во-вторых, из-за того, что будет. 

       Пусть они как можно скорее отделятся от народа и наедине предадутся размышлению и собеседованию о великом чуде умножения хлебов. И пусть отправятся в плавание, в котором Господь наш Иисус Христос вскоре явит им новое, небывалое чудо, а именно – пойдет по морю, как по суше. Господь заранее прозирал и то, что случится, и то, что Он сделает. Ученики, ничего не предвидя и, конечно, удивляясь тому, что Господь понуждает их отправляться, оставили Его с народом, пошли вниз к морю и спустили лодку на воду. Несомненно, причиною того, что Господь спешно отослал апостолов из толпы народа, было и Его желание уберечь их от гордости и самовосхваления пред народом: вот, они, дескать, последователи и ученики такого невиданного Чудотворца! Как хотел Он научить их смирению, сказав: вы дайте им есть, так и теперь, отсылая их, Он хочет уберечь их от гордости и от превозношения Учителя. И, наконец, Он хочет явить им Свою бесконечную кротость и смирение пред Богом тем, что после столь величественного чуда удаляется на гору, дабы помолиться наедине. Ему не нужно было прямо им о сем говорить – они уже были достаточно знакомы с Его обычаем часто уединяться для молитвы. Впрочем, разве именно в тот день Он как раз намеренно не удалился в пустынное место, оставшись один, после вести о страшной казни Иоанна Предтечи? Пусть видят ученики, что Он не забыл, для чего пришел в место пустынное, а прежде всего – пусть видят и знают, что неожиданно сотворенное Им великое дело и все похвалы и величания со стороны восхищенного народа ни в меньшей степени не поколебали Его душевного мира и Его кротости и не отвратили Его от намерения помолиться наедине. 

Это чудо произвело глубокое впечатление на всех видевших, так что они стали говорить об Иисусе Христе: Сей есть воистинну Пророк грядый в мир, т. е. Мессия, и, соединяя с понятием о Мессии мечты о земном царстве, намеревались взять Его и насильно сделать царем. Узнав о таком намерении и желая укрыться от народа в уединенном месте, Господь понудил учеников своих войти в лодку и, несмотря на наступающую ночь, тотчас плыть на западную сторону Галилейского моря, к капернауму или соседней с ним Вифсаиде Галилейской. Ученики отправились, а сам Иисус Христос, отошедши от народа, удалился на гору помолиться в уединении и вечером оставался там один.

Избрав Двенадцать, Господь готовил их к будущему служению через личное общение с Собою, через их присутствие при совершении Им чудес и через слышание Его учения. Ученики, постоянно находясь с Господом, получали опытное знание Царства Божия. Христос сказал: «Царство Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:21); одно из значений слова «внутрь» – «посреди». В Ветхом Завете пребывание Бога с народом давалось только в неких образах; в Новом же Завете Бог вошел в среду народа как Его родная часть («нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог» – Мф. 1:23). Ученикам Христа было дано несоизмеримо больше данного пророкам: «Ибо истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали» (Мф. 13:17).

Часть чудес Господь Иисус Христос совершал не при народе, а в присутствии только апостолов или даже избранного круга апостолов: Иакова, Иоанна и Петра. Например, только в присутствии учеников совершено исцеление дочери Иаира, хождение по водам, исцеление тещи Петра, Преображение и др. Блж. Феофилакт в толковании на чудо хождения Господа по водам отмечает, что для апостолов был крайне важен личный опыт переживания чуда. Они, конечно, видели, как Он исцеляет других, как умножает хлебы, как проходит незаметно через разъяренную толпу, но важными для них были и случаи, когда они чувствовали непосредственную связь и зависимость своей физической и духовной жизни от Христа как Бога.

1. After the display of his divine power was shown whereby from five loves and two fish he satisfied five thousand men apart from the women and children see Matt 14:13–21, “immediately he commanded his disciples to get into a boat and cross the channel ahead of him while he dismissed the crowds. And when the crowd was dismissed, he went up on a mountain alone to pray” Matt 14:22–23. Our Lord and Savior prayed in order to show to all of us an example, as our teacher and Lord see John 13:13. He prayed in order to demonstrate that he was not the Father but the Son. He prayed, but not for himself. For why would he pray for himself, he who not only committed no sin but who blotted out the sins of all? Hence he prayed not for himself but for us, in accordance with what David previously foretold through the Holy Spirit when he said, “Return, O Lord, a little, and pray for your servants” Ps 90:13. John the evangelist declares openly that this was carried out. He revealed plainly the very words of the Lord by which he prayed for us to the Father, when he said, “Father, I want that where I am they too may be with me and may see my glory” John 17:24. And again, “Not for these alone do I ask, but also for those who will believe in me through their word” John 17:20. This then was the Lord’s prayer for us to the Father, that we all be one and be considered worthy of seeing his glory in the heavenly kingdom see John 17:21.