Евангелие от Матфея 10 глава 9 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы единодушно понимают эту заповедь как призыв к совершенной нестяжательности и доверию Божию во время апостольского служения. Христос запрещает ученикам запасаться деньгами и лишними вещами, чтобы ничто не отвлекало их от проповеди и чтобы они полностью полагались на Божий Промысл. Так объясняют этот стих святитель Иоанн Златоуст, преподобный Ефрем Сирин, блаженный Иероним Стридонский, Евфимий Зигабен и блаженный Феофилакт Болгарский.

При этом святые выделяют несколько причин такого повеления. Во-первых, апостолы не должны были давать повода думать, будто проповедуют ради выгоды. Их бескорыстие должно было подтверждать искренность благовестия. Об этом говорят блаженный Иероним, святитель Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен. Во-вторых, отказ от имущества освобождал их от житейских забот, чтобы они могли полностью посвятить себя проповеди. Эту мысль разделяют святитель Иоанн Златоуст, Евфимий Зигабен и блаженный Феофилакт. В-третьих, такая жизнь воспитывала твердую веру в помощь Божию: Господь Сам обеспечит необходимое тем, кто служит Ему. Это подчеркивают святитель Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен, ссылаясь на слова Христа о том, что ученики ни в чем не нуждались.

Отдельную сторону раскрывает святитель Амвросий Медиоланский. Он связывает эту заповедь с победой над корыстолюбием и напоминает, что истинное богатство — не деньги, а благодеяние и духовные дары. Поэтому служение людям должно совершаться не ради выгоды, а ради любви.

Частные замечания Святых Отцов

• Святитель Амвросий Медиоланский приводит пример апостола Петра, который не имел серебра и золота, но даровал хромому исцеление, показывая превосходство духовного дара над материальным богатством.

• Преподобный Ефрем Сирин связывает запрет брать золото и серебро с предостережением от примеров Иуды, Ахана и Гиезия, которых погубило корыстолюбие.

• Святитель Иоанн Златоуст отмечает, что Христос сначала дал апостолам власть творить чудеса, а уже затем запретил стяжание, чтобы исполнение этой заповеди стало для них возможным.

• Блаженный Иероним Стридонский поясняет, что наличие богатства заставило бы людей подозревать проповедников в корыстных мотивах.

• Евфимий Зигабен объясняет, что деньги тогда носили в специальных поясах, а также замечает, что Христос Сам имел денежный ковчежец не ради накопления, а для хранения пожертвований на нужды учеников и бедных.

• Праведный Иоанн Кронштадтский подчеркивает, что служители Евангелия вправе получать необходимое для жизни от тех, кому они служат, поскольку духовное благо выше материального.

• Блаженный Феофилакт Болгарский кратко замечает, что строгая нестяжательность воспитывает полное доверие Господу.

И вот из этих-то частных, временных обстоятельств только и можно объяснить, почему Господь то объявлял о Себе публично, то скрывался; здесь велел молчать, но исцеление кровоточивой возвестил публично, и когда был на той стороне озера Геннисаретского и исцелил бесноватых, то сам велел о Себе проповедывать.

Все это объясняется из частных обстоятельств и лиц, среди коих Он действовал. Везде Он применяется к частным нуждам людей. Все это без сомнения могло быть полезно для апостолов; из этого они сами могли научиться, как должны применяться к людям, среди которых они будут действовать. Господь видел нужду познакомить их с обязанностями и трудностями их служения. Довольно Он показал им, как они должны сообразоваться с расположениями людей, чтобы успешнее действовать. Но опытное приложение имело для них больше пользы. Конечно они еще не вполне были способны к апостольскому служению; для них еще много было непонятного; но теперь и проповедь их должна ограничиваться немногим – не более, как возвещением того, что приблизилось царствие Божие, с чего начали свою проповедь и Иоанн и Иисус. Для подкреплений этой проповеди Господь снабдил их силой исцелять недуги. Это было символическим знамением того, что Спаситель уже пришел. Припомним себе, что когда пришли ученики Иоанна с вопросом, то Спаситель указал на свои чудеса. Снабдивши этой силой чудотворения апостолов, Господь требовал, чтобы они отложили всякую заботливость о приготовлениях к путешествию; им не нужно ни сумы, ни другой одежды· ни денег; все они найдут у тех, коим будут проповедывать. Да и не нужно им лишнего иметь при себе, потому что Он послал их не далее, как в города своих соотечественников и притом только в те, в коих Он Сам не был. Среди язычников, среди Самарян они не могли еще теперь действовать. Отправляя их, Господь дал им наставление. Им сказано, что Божественные дары они должны расточать безмездно. Как Сам Он ничем не пользовался, так хотел, чтобы и ученики действовали. Как Бог действует, не принимая ничего от людей, так и они должны совершать служение Божие.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 131-132++

Посылая Своих учеников на проповедь, Христос дает им благословение и наставления. В том числе относительно их материального устроения. «Не берите с собою ни золота, ни серебра». Они не обретут имений своим проповедническим трудом, но не потребуется и никаких собственных их затрат на Христово служение. Никакой воин Христов не обязуется куплями житейскими. И нечего обременять себя ненужными попечениями. Все упование они должны возложить на Божественный Промысл. Господь хочет, чтобы они научились жить, не заботясь о том, что они будут есть и пить. Те, кто исполняет дело Божие, более чем кто-либо может надеяться, что не останется без пищи. В доме Отца Небесного служители Христовы избыточествуют хлебом. Святой праведный Иоанн Кронштадтский любил повторять: «Я был молод и состарился, и не видал праведника оставленным и потомков его просящими хлеба». Пока мы храним верность Богу в служении Ему и стараемся исполнять наш труд хорошо, все другие заботы мы можем возложить на Него. Ученики Христовы не должны ожидать, что Бог будет непременно питать их чудесно как Илию, но они не должны сомневаться, что Бог расположит сердца людей, которым они будут проповедовать, обеспечить их всем необходимым. Ибо трудящийся достоин пропитания. Христос хочет, чтобы у учеников Его не было недоверия к Богу и к людям, которых Бог послал их спасать. Как Сам Господь, они не должны никогда искать изысканной пищи. Бог воздаст им в свое время за их труды, и они не будут оставлены здесь. 

Благодеяния, оказанные беднякам, а не богачам, полезнее и для жизни этого века, потому что богач пренебрегает благодеянием и считает постыдным быть должником милости, оказанной ему. Более того, он приписывает оказанные ему благодеяния своим заслугам и принимает их как должное или считает, что ему дано потому, что давший надеется получить от богача больше, чем дал. Таким образом, богач, принимая благодеяние, уже тем самым считает, что он дал больше, чем получил. Бедняк же, хотя и не имеет средств отплатить за благодеяние, воздает благодарностью; очевидно, что он отдает больше, чем получил, потому что монеты тают, а чувство признательности никогда не уменьшается. Деньги истощаются, когда ими расплачиваются, благодарность же, когда ее воздают, остается и, воздаваемая, она не растрачивается. Бедняк признает то, чего избегает богач: он должник перед одалживающим; он считает, что помощь оказана ему, а не его высокому положению: дети возвращены, вернулась жизнь, сохранилась семья. Прекрасно оказывать благодеяния людям добрым, а не тем, кто не знает благодарности Здесь и далее см. у Цицерона: off. 2:71. 
  Поэтому Господь сказал ученикам: Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни денег (Мф. 10:9). Этими словами Он, как серпом, скосил прорастающее в человеческих душах корыстолюбие Ср. : paenit. 2:75. Хромому от чрева матери, который не мог ходить и которого носили, Петр сказал: Серебра и золота нет у меня, а что имею, то даю тебе: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи (Деян. 3:6). Он не дал денег, но подарил здоровье. Насколько же лучше быть здоровым, хотя и без денег, чем иметь деньгами и страдать при этом от болезней! Хромой встал – не надеясь на это! – а денег не получил, хотя на них надеялся. Но редко можно найти деньги у Божьих святых, пренебрегающих богатством. 

Итак, возведи ум, используй свои природные дарования! Ты создан по образу Божьему, чтобы взирать на небесное, а не искать земное. Не склоняй свою шею перед гнетущим бременем мира сего! Не смотри с жадностью на золото и серебро, чтобы не оказаться связанным узами века сего! Господь потому и сказал: Не владейте золотом и серебром (Мф. 10:9)\ чтобы нами не овладела алчная страсть к золоту и серебру. Итак, не вкладывай свою шею в петлю дьявола! В нынешнем веке жадность душит бедняка, а в вечности богача удушают собственные силки: его мысли пребывают в суете, он блуждает в потемках, трудясь над тем, что не может принести ему пользы. Забота о здешней жизини — суета, поэтому не в объядении и пьянстве, не в плотских утехах, а в познании небесных наставлений мы должны полагать свое наслаждение. В суете бесцельно бежит тот, кому кажется, что у него изобилие мирских успехов, которые как тень проходят (Пс. 143:4). Итак, ОТВРАТИ очи твои, ЧТОБЫ НЕ ВИДЕТЬ СУЕТЫ! (ПС. 118:37). 

Отправляясь в путь, они не должны безпокоиться обременять себя заботами о своем материальном обезпечении; достоит бо делатель мзды своея(Лк. 10:7). Поэтому не должны запасать на дорогу ни денег, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха. У ев. Марка (8 - 9) Господь позволяет апостолам взять с собою в дорогу токмо жезл един и быть обутыми в сандалии. Но смысл заповеди у обоих евангелистов тот же и только слововыражения несколько различны.

В этих словах Господь внушает апостолам, посылая их на проповедь, чтобы они не брали с собою ничего в запас, и указывает причину, почему не должно делать этого: достоин бо есть делатель мзды своея (ибо трудящийся достоин пропитания), т. е. те, которым апостолы будут проповедывать и благодетельствовать даром чудес, будут доставлять им все нужное для жизни (Феоф.). Господь внушал апостолам, что они не должны требовать вознаграждения за свои труды и благодеяния (8 ст.), но могут получать помощь не только как дар, но и как заслуженное трудом. Не берите денег в поясы. Тогда не имели кошельков для хранения денег, а носили деньги в поясах, которые делались пустыми внутри. Ни сумы, в которую можно было бы ноложить что-нибудь лишнее. Ни двух одежд — одну надетую, а другую в запас, на будущее время. Ни обуви, т. е. запасной, кроме той, которая есть на ногах (Мк. 6:9). Ни посоха, т. е. запаснаго, кроме того, который имелся у путешественников (Мих.). Не стяжите злата и пр. Такою Своею заповедью апостолам Господь достигал, во-первых, того, что удалял от них всякое подозрение, во-вторых, освобождал их от всякой заботы, чтобы они занимались одною проповедью, и в-третьих, показывал им Свое могущество (Злат.).

«Ни сумы на дорогу»... Это повеление относится к обстоятельствам особаго посольства Апосг. в пределы Палестинские, но не к последующему посольству на всемирную проповедь, к каковому относится обратное повеление. Лк. 22:35-36.

В этом стихе также даются указания, каким должен быть внешний вид посланца и его снаряжение. Запрещается брать с собой в дорогу все лишнее и иногда даже то, без чего, казалось бы, невозможно путешествие. Иисус не велит им брать денег («ни золота, ни серебра, ни медной монеты» ), припасов («ни дорожной сумы» ), ни запаса одежды. Запрещены даже обувь и дорожный посох. Интересно отметить, что в Евангелии от Марка сандалии и посох разрешаются; в Евангелии от Луки, в котором есть две миссионерские речи, в одной не велено брать посох, а во второй – сандалии. Комментаторы не могут решить, какой из вариантов ближе к действительности. Ведь посох и обувь не являются предметами роскоши: посох облегчал передвижение, а ходить босиком по раскаленной каменистой почве было очень трудно. Несомненно, такие требования были исполнимы только в условиях Палестины, где расстояния были небольшими. Павел и другие христианские миссионеры уже не могли руководствоваться ими.

Поэтому ученые склонны видеть дополнительный символический смысл в этих запретах. Брать с собой деньги и съестные припасы нельзя, так как миссионеры должны всецело посвятить себя своей деятельности и полностью полагаться на Бога, который снабдит их всем необходимым (6:33) – через тех, кто услышит их Весть и примет их к себе. Посох служил также оружием, которым отгоняли диких зверей, змей и разбойников. То, что миссионеры не имели посоха, свидетельствовало об их беззащитности, миролюбии, об отказе от любой агрессии. Отсутствие сандалий указывало или на крайнюю бедность, или на сакральный характер служения, так как, согласно Талмуду, на святую храмовую гору нельзя было подниматься в обуви, а также имея при себе какие‑либо вещи, включая посох, кошелек и котомку. Кроме того, известно, что бродячие философы‑киники всегда ходили с сумой, собирая пожертвования, а еврейские учителя всегда имели посох. Может быть, эти предметы запрещены для учеников Иисуса, чтобы отличить их от других проповедников.

Миссионеры имеют право на бесплатный кров и пропитание –и больше ничего. О том, что такие требования соблюдались в ранней Церкви, свидетельствуют письма апостола Павла, стремившегося не быть в тягость общинам и зарабатывавшего себе на жизнь собственными руками. У Луки вместо «пропитание» стоит «плата». А вот что говорит Дидахе: «Всякий приходящий к вам апостол да будет принят как сам Господь. Но он не должен оставаться долее одного дня, в случае же нужды может оставаться и на второй; если же останется три дня, то он лжепророк. Уходя, апостол не должен брать ничего, кроме хлеба (необходимого) до тех пор, пока где‑нибудь не остановится. Если же потребует денег, то он лжепророк» (гл. XI).

Пред отправлением их Спаситель дал им наставление, как поступать и действовать во время этого проповеднического странствования. Теперь они должны были ограничить свою деятельность погибшими овцами дома Израилева и не простирать ее на самарян и язычников. Предметом их проповеди должна служить близость царства небесного, и они должны подкреплять ее делами чудотворения и благотворения. Они не должны ничего брать с собою, ни сумы для пищи, ни денег в поясах своих, ни перемены одежд, ни дорожной обуви вместо обыкновенных сандалий из пальмовой коры; и даже не должны запасаться посохом дорожным, если еще не имели его.

При такой нестяжательности апостолы должны были довольствоваться для своего пропитания теми приношениями, которые верующие добровольно и без принуждения будут делать в возмездие за труд проповедничества, а посему Господь присовокупил: не стяжите злата, ни сребра, ни меди при поясех ваших, ни пиры, ни хлеба, ни двою ризу, ни сапог в запас, ни жезла: достоин бо есть делатель мзды своея. Свободные от всякой вещественной заботы, они тем усерднее могли предаться порученному им служению.

Всё это время он носил одежду, какую носят пустынники, перевязанную поясом, опирался при ходьбе на посох, ноги его были обуты в сандалии.

 Но в один из дней в этой самой церкви читалось то место в Евангелии, когда Христос отсылает своих учеников проповедовать, а святой Божий, как всегда, присутствовал в церкви и всё хорошо слышал, и после окончания Мессы, стал смиренно умолять священника, чтобы тот изъяснил ему наставление Евангельское. Тот рассказал ему все по порядку, и святой Франциск узнал, что ученики Христа не должны иметь ни золота, ни серебра, ни меди, ни сумы, ни мешка; с собой не брать ни хлеба, ни посоха на дорогу, ни обуви, ни двух одежд, но проповедовать Царствие Божие и покаяние, увеселяясь постоянно Духом Святым. «Вот этого, - сказал он, - я и хочу, этого я ищу, это всеми силами души желаю совершить».

 И тогда святой отец, преизобилуя радостью, поспешил исполнить выслушанные им слова спасения, не желая терпеть ни малейшего промедления, немедля принялся с благоговением исполнять то, что услышал. Прежде всего, он снял обувь с ног своих, отложил свой посох и, удовлетворившись одной рясой, сменил её пояс на веревку. С этих пор он всегда выбирал себе одежду, отмеченную знаком креста, чтобы, надев её, отогнать любые бесовские видения и фантазии; выбирал одежду из власяницы, «чтобы распять в ней плоть со страстями, похотями» (Гал 5:24) и грехами; самую бедную, поношенную одежду выбирал он себе, которая в глазах мира уже вовсе ничего не стоила.

 И все прочее, что он услышал, он стал выполнять с величайшим тщанием и величайшим уважением.

 Не был он глух к слову Евангельскому, но всё, что выслушивал, сохранял с удивительной памятливостью, и усердно и тщательно старался исполнить всё до самой малости.