Евангелие от Марка 4 глава 20 стих

Обобщающее толкование

Святые отцы, чьи толкования сохранились в материале, единодушно видят в образе доброй земли сердце человека, которое не только слышит слово Божие, но и принимает его всем существом, хранит и приносит плод в терпении. Блаженный Августин, святитель Иоанн Златоуст, святитель Тихон Задонский, священноисповедник Василий Кинешемский, блаженный Феофилакт Болгарский и блаженный Иероним Стридонский сходятся в главном: добрая земля – это не природное качество, а состояние души, достигаемое свободным выбором и упорным трудом при содействии благодати Божией. Все они подчёркивают, что семя здесь приносит урожай, но в разной мере – тридцать, шестьдесят и сто крат. Эти числа означают не разную степень спасения, а различную меру духовной ревности и добродетелей, которую каждый верующий приносит Богу.

При этом можно выделить две дополняющие друг друга линии толкования. Первая (Златоуст, Феофилакт, Тихон) делает акцент на том, что все три меры плода принимаются Богом. Господь не требует от всех одинакового совершенства, но награждает каждого по силе его. Тридцать – это плод тех, кто живёт в браке и мире, шестьдесят – тех, кто избрал вдовство или общежительную монашескую жизнь, сто – тех, кто посвятил себя девству или пустынножительству. Все они угодны Богу, и никто не исключён из Царства. Вторая линия (Августин, Василий Кинешемский) сосредоточена на практическом делании: чтобы стать доброй землёй, нужно очищать сердце от страстей, бороться с себялюбием, отсекать мирские заботы и постоянно трудиться – молиться, каяться, творить добрые дела. Добрая земля – это результат сознательного усилия, а не врождённое свойство.

Все отцы единодушно учат, что успех проповеди зависит не от внешних обстоятельств, а от внутренней готовности человека. И хотя семя часто гибнет, сеятель не перестаёт сеять, и урожай неизбежен. Добрая земля – это обетование для тех, кто с верой и терпением откликается на слово Божие.

Частные замечания Святых Отцов

Блаженный Августин призывает слушателей меняться: вспахать грубую почву, выбросить камни, вырвать тернии, чтобы стать доброй землёй. Он напоминает, что сеет Господь, а мы – Его работники.

Блаженный Иероним связывает числа с конкретными состояниями: тридцать – брак (пальцы как бы обнимаются), шестьдесят – вдовство (знак трудности), сто – девство (кольцо – венец). Он подчёркивает, что все три урожая происходят от одной почвы и одного посева.

Святитель Иоанн Златоуст говорит, что Господь указал три меры, чтобы облегчить путь к спасению: если не можешь принести сто, принеси шестьдесят или хотя бы тридцать. Также он отмечает, что причина бесплодия – не сеятель, а сами люди, не желающие меняться.

Святитель Тихон Задонский указывает на необходимость терпения и благодати: как семени нужны солнце и дождь, так и слову Божию нужна благодать, согревающая и орошающая сердце. Он призывает молиться, чтобы Господь Сам совершал плод.

Священноисповедник Василий Кинешемский подробно описывает практические шаги: для каждого типа бесплодной почвы – свои методы обработки. Например, себялюбие надо «отламывать кусками» через преодоление себя, а тернии – выпалывать в зародыше. Он приводит примеры святых (Антоний Великий, Евдокия), которые через послушание слову принесли обильный плод.

Блаженный Феофилакт кратко разъясняет, что три разряда плодоносящих соответствуют трём степеням совершенства: высокому, среднему и меньшему, но Господь принимает всех по человеколюбию Своему.

Вот тайны царствия, сообщенные народу в притчах и без объяснения; оно дано только в кругу учеников и только на две первые. Когда ученики просили у Господа разрешения сей притчи (о семени), то Он, дав им объяснение, присовокупил прямые наставления о их Апостольском служении также в притчах, но уже знакомых (Мк. 4:21– 25,– светильник; Лк. 8:16–18). Плод слова в них должен раскрыться в собственной их проповеди, и здесь мера ревности каждого будет мерой сообщения каждому самого слова.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 125++

Но есть добрая, обработанная, свободная от сорняков земля. Чтобы слово Христово принесло плод, мы должны услышать его и принять его. Мы должны услышать его умом и сердцем, и принять всей нашей жизнью. И смертью. Многие слышат слово Христово, но немногие принимают его так, чтобы оно принесло плод. Добрый плод может быть только от доброго семени. Но и земля, на которую оно попадет, должна становиться все более доброю. Кто добр, тот будет делать добро, то есть он принесет плод. Бог ждет от нас благодатного возвращения Его даров.

Из четырех категорий только одна приносит плод: иное семя «упало на добрую землю и дало плод, который взошел и вырос, и принесло иное тридцать, иное шестьдесят, и иное сто».
«А посеянное на доброй земле означает тех, которые слушают слово и принимают, и приносят плод, один в тридцать, другой в шестьдесят, иной во сто крат» Мк. 4:8, 20).
Это натуры цельные, у которых слово не расходится с делом и которые, слушая и воспринимая слово Божие, пытаются его исполнить и жить по его указаниям. Но и у этих людей, отзывчивое и искреннее сердце которых представляет добрую почву, повиновение евангельскому слову не бывает у всех одинаково полным и совершенным, ибо иной приносит тридцать, иной шестьдесят, иной сто. Это значит, что один в силах выполнить третью часть того, что от него требует высший идеал христианского совершенства, другой – почти две трети, и лишь немногим удается исполнить все полностью и в совершенстве. Это натуры избранные. Это те, о которых Господь говорит: «нашел Я мужа по сердцу Моему... который исполнит все хотения Мои» Деян. 13:22).
Таких людей немного. Но как ярко сияют они на тусклом фоне тепло-холодного отношения к Евангелию большинства современников, вялых, дряблых, слабых в добре, и как возвысило и просветило их душу слово Божие, которому они отдались беззаветно и которое исполнили до конца!
Вот преподобный Антоний Великий. Два евангельских изречения произвели решительный перелом в его душе и направили его на путь, приведший к высшим степеням святости. Однажды вскоре после кончины своих родителей, будучи еще юношей 18–20 лет, он услышал в церкви слова Господа: «если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим... и следуй за Мною» Мф. 19:22). Он принял эти слова за совет, обращенный непосредственно к нему, и исполнил его буквально, раздав имение бедным. В другой раз, услыхав слова Спасителя: «не заботьтесь о завтрашнем дне» (Мф. 6:34), он почувствовал в них властный призыв, которому беспрекословно подчинился: покинул дом и ушел в пустыню, чтобы, освободившись от всяких забот, в подвигах аскетической жизни отдаться Тому, Чья воля стала для него высшим законом. Слово принесло в нем стократный плод.
Вот преподобномученица Евдокия, первоначально великая грешница, очищенная и преображенная словом Божиим, подобно тому горящему углю, который взял клещами с жертвенника Господня шестокрылатый Серафим, чтобы коснуться уст пророка Ис. 6:6-7).
В миру ее звали Марией. Она была дивно хороша собой, и в этом было ее несчастье. Успех, лесть, всеобщее поклонение вскружили ей голову, Мария вела суетную, легкомысленную светскую жизнь, снаружи нарядную и блестящую, но по содержанию пустую и пошлую. Пиры, развлечения всякого рода заполняли все ее время, не давая ей опомниться, прийти в себя. Но под внешностью светской львицы таилось доброе сердце и отзывчивая душа. Это ее спасло.
Однажды около той гостиницы, где пировала Мария, окруженная толпой поклонников, остановились в нерешительности два старца-инока. Видно было, что они пришли издалека. Их ноги и одежда были покрыты пылью, избитая, потрепанная обувь говорила о дальней дороге. Они были утомлены, и им хотелось отдохнуть в гостинице, но звуки музыки и веселое общество их пугали. Наконец они решились войти. Их поместили рядом с пиршественным залом в комнате, отделявшейся лишь тонкой перегородкой.
Шумная оргия продолжалась. Слышались бесстыдные речи. Опьяненная Мария танцевала соблазнительный, сладострастный танец.
Кто-то вспомнил о старцах.
Посмотрим, что они делают? То-то, должно быть, намолятся!
Оставьте их в покое, – сказала Мария с улыбкой.
Но уже несколько беспутных гуляк скучились у перегородки, прислушиваясь к тому, что делалось за ней.
– Тсс... Тише! Что-то читают! Послушаем!
Шум умолк. В наступившей тишине слышался слегка заглушенный стеной голос читавшего старца.
Он читал: «И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром» Лк. 7:37-38).
– Вот нашли место для подобных чтений! – воскликнул один из молодых гуляк. – Эй, вы там!..
– Оставь! – вскричала Мария. Лицо ее становилось все серьезнее по мере того, как развертывалась чудная евангельская история о прощенной грешнице. Она сама не понимала, что с ней делалось.
Старческий голос продолжал:
«А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много» Лк. 7:47).
– Ну ты-то уж не станешь заботиться об этом! – шепнул Марии самый юный из гостей.
Громкий вопль был ему ответом. Все вздрогнули. Мария стояла вся трепещущая. Смертельная бледность покрывала ее лицо. Темные очи горели пламенем.
– Прочь от меня все! Оставьте меня!..
В ее сердце горели эти дивные слова о прощении, о спасении, о милосердии Божием. Так засохшая земля жадно глотает влагу весеннего дождя.
Смущенные гости расходились. Мария бросилась за перегородку к изумленным старцам. Мгновенное изумление последних сменилось негодованием.
Уйди от нас! – сказал один из них сурово. – Или нет в тебе стыда?!
– Отцы, не отвергайте меня! Я – грешница, но Господь не отверг блудницы!..
Она прильнула устами к запыленным ногам старцев: грешница Мария стала святой Евдокией. Слово Божие принесло стократный плод.
Какие уроки извлечем мы из всего сказанного? Если мы действительно хотим, чтобы евангельское семя давало в нас обильный плод и намерены серьезно трудиться над этим, то должны изучить почву своего сердца и выяснить, что именно мешает произрастанию слова Божия. Подумайте, к какому типу вы принадлежите? Представляет ли ваше сердце проезжую дорогу или каменистую почву или семена слова Божия гибнут в нем, заглушенные терниями мирской суеты?
Надо при этом иметь в виду, что указанные типы в чистом виде редко встречаются. Обыкновенно в человеческом сердце есть всего понемногу, и тип можно определить лишь преобладанием той или другой черты.
Определив особенности почвы, можно указать и применить особые приемы обработки сообразно с каждым родом почвы. Конечно, здесь все время необходимо помнить, что «насаждающий и поливающий есть ничто, а все Бог возращающий» (1 Кор. 3:7), Который единственно Своей силой может самую бесплодную почву сделать плодоносной и, наоборот, плодородную ниву обратить в пустыню, и что к Нему, следовательно, прежде всего должны быть обращены наши молитвы и прошения об успехе работы. Но при этом уповании на Бога, как главном условии успеха мы все-таки не освобождаемся от обязанности работать над собой, ибо «кто разумеет делать добро и не делает, тому грех» Иак. 4:17).
Итак, что можем мы сделать?
О первой разновидности первого типа говорить почти не приходится, ибо психика людей этого сорта не заключает в себе даже желания стать нравственно лучше и чище. Из тупого животного самодовольства их может вывести разве какая-либо катастрофа, посланная благодетельным промыслом Божиим. О них можно только молиться, но советовать им что-либо бесполезно, так как при обычных условиях они никакого совета исполнить не захотят. Две другие разновидности, как мы видели, обращены в проезжую дорогу массой разнообразных пестрых впечатлений, которые, проносясь через сознание, подобно бесконечной веренице экипажей и прохожих, утрамбовывают почву, то есть делают душу жесткой, черствой и невосприимчивой к слову Божию. Ясно, что первая наша забота здесь – поставить загородки, чтобы по дороге не ездили и не ходили. Говоря простым языком, это значит задержать или совсем остановить тот поток несвязных восприятий ежедневной жизни, который назойливо теснится в мозгу, загромождая его всяким хламом.
Подумайте, в самом деле, сколько всякой дряни проходит каждодневно через голову среднего так называемого культурного человека! Одна утренняя газета чего стоит! Тут и лживая передовица, освещающая события так, как это нужно редакции; тут и фельетон, полный скабрезного зубоскальства; тут и хроника, передающая все базарные новости; тут и объявления о пропавшей моське и о враче, радикально излечивающем половое бессилие. Прочитав все эти «полезные» сведения, вы чувствуете потребность, по крайней мере, два часа гулять на свежем воздухе, чтобы проветриться. Далее, приходите вы на службу и сразу узнаете ряд других новостей: у кого сбежала жена, кто из коллег проворовался, кто получил повышение и награду и т. д. Возвращаетесь домой – у вашей жены уже сидит приятельница, патентованная сплетница, которая вываливает на вас целый короб самых свежих, только что испеченных известий. Вечером вы идете в театр, и снова перед вами проходит новая вереница происшествий, речей, монологов, различных лиц, зрителей, актеров, знакомых и незнакомых, старых и молодых, нарядных и плохо одетых, вся эта волнующаяся, шумливая, вечно изменчивая толпа, наполняющая места зрелищ. Прибавьте к этому заключительный аккорд ресторанного ужина с впечатлениями электрического света, разряженных женщин, дешевого оркестра и т. д. – и вы поймете, что, пожив месяц в этом кипящем котле внешнего разнообразия, мимолетных эффектов и внутренней пустоты, можно и очерстветь, и одуреть. Об успехе и влиянии на душу слова Божия при такой обстановке и речи быть не может. Но поставьте рогатки, откажитесь от этого шума и суеты, ограничьте всеми зависящими от вас мерами этот наплыв впечатлений, живите более уединенной жизнью, обязательно обеспечьте себе часы углубленной вдумчивости и тишины – и вы увидите, что почва вашего сердца станет постоянно меняться и глубже воспринимать ростки Божьего слова.
У людей второй категории препятствием к произрастанию евангельского семени служит каменный пласт себялюбия. Сюда и должны быть обращены усилия. Этот пласт надо взломать и удалить. Так обрабатывают поле в Финляндии. Чтобы приготовить почву для посева, там необходимо сначала удалить массу громадных валунов и каменных обломков, загромождающих поле. Эти камни или взрывают, или выкорчевывают из грунта, подводя под них длинные толстые бревна. И надо видеть эту работу! Подводя под громадный камень бревно, целая семья крестьян – владельцев или арендаторов поля – садится на свободный его конец и начинает качаться. Они качаются настойчиво, методически, качаются утром и вечером, качаются день, другой... И наконец массивный валун начинает слегка вздрагивать и тихо-тихо выворачиваться из земли. Это трудная, скучная работа, но другого исхода нет: надо очистить поле. Нелегкая работа предстоит и с самолюбием. Вырвать его и удалить сразу нет никакой возможности, но можно отламывать его кусками. Не следует только жалеть себя.
Допустим, вас просят оказать услугу. Вам не хочется, ибо это связано для вас с потерей времени и другими неудобствами. Ваше себялюбие протестует и ворчит. Не слушайте этого голоса, преодолейте себя и, победив на этот раз свое нежелание и саможаление, вы уже отломили кусок себялюбия. Продолжайте эту работу настойчиво, упорно, непрерывно, как работают финские крестьяне, и мало-помалу ваше себялюбие станет смягчаться, слабеть и исчезать, уступая место лучшим чувствам самопожертвования и заботы о других. Тогда корни слова Божия будут глубже проникать в сердце и не погибнут от первой невзгоды.
Наконец, людям третьей категории, у которых терния заглушают всходы евангельского посева, нужно помнить, что маммоне и Богу одновременно служить нельзя, что надо выбирать что-нибудь одно, и раз избрано служение Богу, то терния и сорную траву суетных желаний и мирских пристрастий надо тщательно выпалывать, иначе они разрастутся и заглушат слово Божие. При этом полезно помнить, что чем раньше производить эту работу, тем лучше. Пока терния только в зародыше, их легко выполоть.
Пока греховные желания существуют только в мыслях и не перешли еще в дело, их легче побороть. Но они укореняются, когда осуществляются в действии, и тогда борьба с ними становится труднее.
Когда почва таким образом сколько-нибудь подготовлена, то сама обработка души, содействующая успешному произрастанию слова Божия, производится по старому правилу аскетов: паши плугом покаяния, удобряй молитвой, орошай слезами сокрушения и постоянно выпалывай дурную траву страстей.

Духовный чернозем

«Добрая земля», хорошая почва – это люди с искренним сердцем, которые слушают Евангелие, живут по нему и приносят обильный духовный урожай. Их сердце не ожесточено, вера не колеблется во время испытаний, вещи мира сего не заглушают голоса Божьего, и они слышат слово. Бог хочет изменить нашу жизнь, сделать плодотворной, поэтому Христос говорит нам: Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал, дабы, чего ни попросите от Отца во имя Мое, Он дал вам (Ин. 15:16). Однако этот плод не должен остаться сокровенным, мы позволяем Богу использовать нас, действовать через нас, чтобы помочь другим прикоснуться к Нему.

Преподобный Серафим Саровский говорит в беседе с Мотовиловым о взаимоотношении личного духовного плода и его распространении в окружающем мире: «Стяжи Дух Святой, и тысячи спасутся вокруг тебя».

Христос так характеризует этот духовный чернозем: «Услышав слово, они хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении». За истинным «слышанием» следует «сохранение», и «в терпении» вызревает плод. Угодные Богу слушатели – не те, кто быстро стартует, а потом сходит с дистанции, не те, кого постепенно удушают мирские заботы, но активно воспринимающие Евангелие. Греческое слово «хранить» означает, что мы должны постоянно держаться Евангелия как основного ориентира в жизни. Духовный человек, соприкоснувшись с истиной, сознает, что она поможет выбрать единственно правильный путь – это особенно важно, когда над головой сгущаются тучи и бушуют житейские бури.

Мы понимаем под терпением пассивное перенесение житейских трудностей, но в притче греческое слово означает непрерывное активное действие, осуществляемое несмотря на внешние трудности, – этим словом обозначено движение к небу маленького ростка вопреки бушующим ветрам. Основа любого урожая – терпение. Сеятель сеет и несколько месяцев ждет сбора урожая. Верующие, чье сердце угодно Богу, тоже готовы ждать плода сколько нужно, хотя им и хочется, чтобы плоды выросли сразу же (в Патерике сказано о нетерпеливых: «Если увидишь новоначального, по своей воле восходящего на небо, удержи его за ногу и сбрось его оттуда, ибо это ему полезно»). Евангельское семя растет в нашей душе постепенно и незаметно – мы и вообще не замечаем роста растений, но видим лишь конечный результат. Апостол Петр сравнивает наше духовное развитие с ростом ребенка: Итак, отложив всякую злобу и всякое коварство, и лицемерие, и зависть, и всякое злословие, как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко, дабы от него возрасти вам во спасение; ибо вы вкусили, что благ Господь (1 Пет. 2:1–3).

Рост, происходящий в душе христианина, способствует не только личному совершенствованию, его плоды должны служить созиданию Церкви; нам следует использовать различные духовные дарования на служение Богу в общине верующих. (Бог) поставил одних Апостолами, других – пророками, иных – Евангелистами, иных – пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова, доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совер шен ного, в меру полного возраста Христова; дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения, но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос (Еф. 4:11–15).

Земледелие сердца

Чтобы принести духовный плод, требуется приложить много труда. Прежде всего необходимо подготовить и вспахать почву нашего сердца: изменить все, чем оно руководствуется, добровольно и сознательно принять ценности, которые предлагает нам Христос.

Святитель Феофан Затворник пишет: «В твоем внутреннем никто господином быть не может, кроме тебя самого. Сам войди в себя и сам себя ломай, поражай, вразумляй; сам с собою веди дело пред лицом Бога; сам себя уговаривай и убеждай. Посему‑то в деле обращения рассуждение с самим собою, можно сказать, единственная к тому дверь. Уж если сам с собою не рассудишь и не обдумаешь, как быть, кто за тебя это сделает? Оттого и говорится тебе: «О том рассуди, то представь, в то и то вникни». Судить по сему можно, какое великое благо для грешника, если развращение его не успело еще погасить в нем совсем света ведения истины. Пусть нрав испортился, пусть чувства нечисты, но, если держатся в душе здравые понятия, все еще есть за что взяться тому, кто стал думать о спасении».

Как плугом, мы должны распахать твердую греховную оболочку сердца и ума, полностью предав их в руки Божьи. Надо просить Бога, чтобы Он простил и исправил все, что делало нашу жизнь бесплодной и бесполезной.

Затем следует удобрить почву животворящей истиной Божией: она должна проникнуть в сердце и напитать его. Еще в Ветхом Завете мы встречаем предписание: Да не отходит сия книга закона от уст твоих; но поучайся в ней день и ночь, дабы в точности исполнять все, что в ней написано: тогда ты будешь успешен в путях твоих и будешь поступать благоразумно. Вот Я повелеваю тебе: будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь Бог твой везде, куда ни пойдешь (Нав. 1:8–9). Именно слово Божие и Его благодать, а не наши собственные силы способны изгнать из сердца то смертельное, что приводит ко греху, сомнению и страху, заменить его верой и доверием Богу.

Этот процесс постепенен: «Вода мягка, а камень тверд, но если над камнем висит желоб, то вода, стекая по нему каплями на камень, мало‑помалу пробивает камень. Так и слово Божье мягко, а сердце наше жестко, но если человек часто слышит слово Божье, то сердце его отверзается» (преподобный Пимен Великий).

Чтобы смыть засохшую грязь, нужно много чистой проточной воды, так и обильные реки Евангелия должны проникнуть в самые труднодоступные уголки души, придавая ей иное качество.

От нас требуется с детской доверчивостью и любовью впустить в сердце Бога, Своей благодатью изменяющего нашу жизнь.

«Господь не только пришел возвестить о лете Господнем благоприятном (см.: Лк. 4:19), но и принес его. Где же оно? В душах верующих. Земля никогда не будет превращена в рай, пока существует настоящий порядок вещей; но она остается и будет поприщем приготовления к райской жизни. Начатки ее прорастают в душе; возможность к этому в благодати Божией. Благодать же принес Господь наш Иисус Христос, принес, следовательно, для душ лето благоприятное. Кто слушает Господа и исполняет все заповеданное Им, тот получает благодать и силою ее наслаждается в себе летом благоприятным. Это совершается во всех, искренне верующих и действующих по вере. Мысленно не наполнишь душу этой приятностью; надо действовать, и приятность вселится сама собою. Внешнего покоя может не быть никакого, а один внутренний, но он неотъемлем от Христа. Впрочем, всегда бывает так, что коль скоро водворится внутренний покой, внешние беспокойства не тяготят и не огорчают» (святитель Феофан Затворник).

Мы должны сеять слово Божие во всех ситуациях нашей жизни, применять библейские истины ко всем жизненным обстоятельствам. Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную (Гал. 6:7–9). Тогда мы действительно будем «жить по Писанию» не на словах, а на деле.

«Тот, у кого Божественное Писание только на устах, не может постичь таинственную и Божественную славу и силу, скрытую в нем, если не будет исполнять заповедей Божьих и не сподобится получить Утешителя, Духа истины, Который раскрыл бы перед ним слова Божественного Писания… и показал ему таинственную славу, сокровенную в них, силу и блага Божьи, скрытые в них, и вечную жизнь, преисполненную тех благ, которые скрыты и неведомы для всех, уклоняющихся от заповедей Божьих. И достойно сокрыты, ибо они предали все чувства мирской суете, пристрастились к обманчивым благам настоящей жизни и омрачились умом и поэтому не могут вознестись ввысь, чтобы помышлять о духовной красоте неизреченных благ Божьих» (преподобный Симеон Новый Богослов).

Почву нашего сердца необходимо охранять от сорняков греха и сомнений, которые удаляют нас от Бога. Христос объясняет, что мы должны поставить «ограничитель» на все наши житейские заботы, взирая на них в надлежащей перспективе Царства Божия. Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело – одежды? Взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! Итак, не заботьтесь и не говорите: «что нам есть?» или «что пить?» или «во что одеться?» Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы (Мф. 6:25–34). Это не означает, что мы должны пассивно ждать от Бога, что Он чудесным образом пошлет нам все необходимое.

Скорее речь идет о видении жизни, как об этом говорит святитель Феофан Затворник: «Нужды и заботы действительно разорительны для духовного строя, но эту разрушительную их силу можно подсечь преданием себя в волю Божью. Это не значит, что, сложив руки, сиди и жди, что Бог даст, но – придумывай способы и употребляй их в дело, успех же всего предоставь Божьему устроению».

Мы не должны допускать, чтобы всходили семена зла, их надо сразу же исторгать. Тогда Господь пошлет на наше сердце животворящий дождь Святого Духа, без которого невозможен духовный урожай: …кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой (Ин. 7:37–38).

Когда мы станем доброй почвой, угодной Богу, принявшей Бога, наше сердце, ежедневно удобряемое и вручающее себя в руки Божий, будет приносить плод. По этому пути прошли те, кого мы называем святыми. Они сумели совершить подвиги, которые кажутся нам невозможными, но это были точно такие же люди, как мы.

«Это может показаться невероятным, но самое дело Божье это доказывает. Грех ввел страсти, но Евангелие открыло столько людей, которые покорили их разуму! Грех воспалил вожделение; но благодать Христова произвела столько праведников, которые и во плоти пожили, как ангелы! Грех везде поставил преграды и соблазны добрым нравам; но Дух Господень воздвиг столько подвижников, которые непорочно сохранили святость нравов. Грех ввел беды и несчастия; но вера явила столько духовных воинов, которые радовались в самих страданиях! Грех ввел смерть, как страшную муку; но евангельская благодать представила столько героев, которые презирали смерть и торжествовали над нею! Итак, видите, что через самое зло сила нашего разума и воли пришла в большее действие; открылось для человека поприще заслуг и славы. Чрез самое падение премудрость Божья возвысила человека. И умножение зла стало поводом к тому, что мы получили большую благодать, чем потеряли. Так не воскликнем ли мы со всеми святыми: где, смерть, твое жало? Где, ад, твоя победа? Где твое, искуситель, усилие к гибели нашей? Они обратились на главу твою. Где твои, грех, искушения? Праведным Божьим они доставляют только победу и славу. Где твои, мир, прелести? Открывшаяся небесная красота заставила презирать их. Где наши страхи и бедствия? Бог стал одесную своих избранных, и они непоколебимы» (митрополит Московский Платон).

Притча призывает задуматься о нынешнем состоянии нашего сердца. Именно мы можем и должны решить, какой почвой оно станет. При соизволении нашей свободной воли Бог готов изменить наш внутренний мир, сделать его черноземом, принимающим Его слово. Бог хочет, чтобы мы стали сильными в вере и твердыми на пути к Нему. Но и это не конечная точка, ведь земледелец сеет не для того, чтобы любоваться прекрасными растениями, его цель – воспроизведение, умножение зерна. Бог хочет, чтобы Его слово пустило в нас корни, выросло и затем наша жизнь помогла возрастить семена Евангелия в сердцах других людей. Пусть семя Божие, брошенное в почву нашей души, растет, укрепляется и умножается.

+++Владимир Хулап прот. Евангельские притчи. Вчера, сегодня, завтра. Глава: Операция на сердце. Притча о сеятеле++

Иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное в тридцать.

Упавшее на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении (Лк. 8:15),

То же самое объяснение этой части притчи передает и Евангелист Матфей, но с добавлением: «Посеянное же на доброй земле означает слышащего слово и разумеющего, который и бывает плодоносен» (Мф. 13:23).

Здесь, следовательно, подразумеваются те люди, которые слушают слово Божие и разумеют его, добрые и чистые сердца которых заботливо хранят его, которые в терпении¹ несут иго Христово и через то достигают известных степеней совершенства, сообразно усилиям, употребляемым ими для достижения Царства Небесного: приносят плод во сто крат, в шестьдесят и в тридцать. Таким людям противополагаются люди с сердцами огрубелыми, как утоптанная и накатанная дорога.

Этим трем категориям слушателей противопоставляется четвертая — те, которые не только слышат слово, но и «понимают» его и приносят плод (по версии Матфея); «принимают» и приносят плод (по версии Марка); «хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении» (по версии Луки). Общим для всех трех версий является глагол καρποφορέω (букв. «плодоприносить»): этот глагол указывает на положительный результат, ожидаемый от труда сеятеля. 
Сердце, о котором говорится в версии Луки, обозначено двумя терминами: καλή καί αγαθή (букв. «красивое и доброе», «прекрасное и благое»). Комментаторы обращают внимание на то, что именно эти два термина в греческой философии употреблялись для обозначения идеального сочетания в человеке физической красоты и высоких нравственных качеств. Вряд ли, однако, можно видеть в этом чтолибо большее, чем вербальное совпадение, тем более учитывая, что в оригинале притча была произнесена на арамейском языке.
В указании на тридцати-, шестидесяти- и стократный плод не следует искать аллегорический смысл. В данном случае цифры, скорее всего, символизируют обилие плодов, которые приносит слово Божие в тех, кто принимает его с верой. Они могут также указывать на разные степени духовного совершенства, достигаемого уверовавшими и принявшими слово. Так понимает это место Иоанн Златоуст:
По милосердию Своему, Он не один только указал путь и не сказал, что тот будет отчужден, кто не принесет сторичного плода; спасется, говорит Он, и тот, кто принесет плод в шестьдесят крат, и даже кто в тридцать. Это для того Он сказал, чтобы облегчить нам путь к спасению. Итак... не можешь совершенно расстаться с богатством? Уделяй часть от имения твоего. Для тебя трудно и это бремя? Разделяй с Христом имение твое.
Несмотря на неизбежный побочный эффект, выражающийся в том, что часть семян погибает, деятельность сеятеля в конечном итоге достигает цели: семя, упавшее на добрую почву, приносит обильный плод. Что означает этот вывод по отношению к Иисусу и Его миссии? То, что в другом месте Он обозначил формулой: «Много званых, а мало избранных» (Мф. 20:16; 22:14}}}; Лк. 14:24). Его миссия неизбежно закончится победой, но разделить с Ним плоды этой победы смогут не все, а только те, кто уверовал в Него и пошел за Ним.
Христоцентризм притчи
Произнося притчу о сеятеле, Христос говорил прежде всего о Себе и Своих современниках — тех, кто слушал Его проповедь, но поразному откликался на нее. Если рассматривать эту притчу в ряду других притч, в которых подразумевается израильский народ и в целом его реакция на проповедь Иисуса (об этом говорит, в частности, притча о злых виноградарях в Мф. 21:35-41; Мк. 12:1-9; Лк. 20:9-16), то можно утверждать, что под плодородной землей понимается не израильский народ, а те народы, которые уверуют в Иисуса. Именно так притчу воспринимали в ранней Церкви. Иустин Философ, говоря об отвержении Мессии народом израильским, ссылается на притчу о сеятеле и настаивает на обязанности христианина проповедовать «в надежде найти гденибудь хорошую землю»1. Имеется в виду земля за пределами Израиля и не для представителей еврейского народа.
Имея прямое отношение к истории Израиля, притча в то же время обладает универсальным смыслом. То сеяние, которое Иисус начал при жизни, продолжили ученики после Его смерти и воскресения, а затем — последующие поколения христианских учителей. Далеко не всегда слово Божие падало на добрую почву. Но там, где это происходило, оно давало обильные всходы. Целые народы были просвещены светом евангельской веры благодаря проповедникам — таким же сеятелям, которые трудились в проповеди Евангелия и не знали, принесет ли их труд плоды, и если да, то какие.
Между ситуацией, описанной в притче, и реальностью, которую притча символизирует, есть одно существенное различие. Земля бывает доброй или каменистой по природе: качество земли не зависит от самой земли. В отношении же людей дело обстоит иным образом: они не могут по природе быть невосприимчивыми к слову Божию. По словам Златоуста,
...камню нельзя сделаться землей, и дороге не быть дорогой, и тернию не быть тернием; но не то бывает с существами разумными. И камню можно измениться и стать плодородной землей; и дорога может быть не открытой для всякого проходящего и не попираться его ногами, а может сделаться тучной нивой; и терние может быть истреблено, и семена могут расти беспрепятственно. Если бы это было невозможно, Христос не сеял бы. Если же такое изменение происходило не во всех, то причина этого — не сеятель, а те, которые не хотели измениться.
Бог создал каждого человека способным вместить Его слово, и сердце каждого в своем изначальном, первозданном состоянии представляет собой добрую почву. Нет такого человека, который был бы заведомо исключен из сферы влияния Бога и Его Благой вести. Но люди поразному реагируют на эту весть. Именно разная реакция становится причиной того, что в одном человеке Божия весть приносит стократный, в другом шестидесятикратный, в третьем тридцатикратный плод, а в комто не приносит вообще никакого плода.

Семя, посеянное на доброй земли, означает таких людей, которые всем сердцем принимают слово, чистое сердце их открыто для действия слова, как хорошая земля для дождя и лучей солнца: слово пускает в нем глубокие корни, – эти люди постоянно заняты мыслью о своем спасении, борются с искушениями, и таким образом у них слово приносит плоды веры и добрых дел. Приносит плод в тридцать, шестьдесят и во сто крат, т. е. различные плоды, в одних больше, в других меньше. Это зависит не от природы людей, а от их воли, и значит, что человеколюбивый Господь требует не одинаковой степени добродетели, но награждает за всякую (Злат.).

Но Иисус все же объясняет ученикам ее значение. В Евангелии от Марка это единственная притча, после которой следует истолкование (кроме. 7:18-23). Очень многие комментаторы склоняются к мысли, что истолкование принадлежит не Иисусу, а ранней Церкви. Действительно, у большинства притч нет истолкования, и, кроме того, в этом отрывке много слов, которые в Евангелиях не употребляются в метафорическом значении («сеять», «корень», «бесплодный», «приносить урожай»). Целый ряд слов не встречается в Евангелиях вообще: например, «недолговечный», «обман». «Слово» также употреблено здесь в абсолютном значении, как «Слово Бога». Жиз­ненный контекст также предполагает более позднюю ситуацию, когда вера христиан подвергалась самым различным испытаниям. «В таком истолковании притча потеряла свой изначальный эсхатологический смысл, став просто предостережением и ободрением для христиан в условиях преследований и мирских соблазнов»¹. Комментаторов смущает и очевидная аллегоризация притчи, что одно время считалось совершенно невозможным. Относительно последнего взгляды несколько изменились, понятно, что притчу и аллегорию разделяет слишком тонкая грань и они могут перетекать друг в друга.

Под сеятелем семени разумеется Сам божественный Проповедник слова Божия, а под семенем слушатели Его. Часть слушателей подобны тому семени, которое упало при дороге и было поклевано птицами и потоптано прохожими. Это люди с безчувственным и невосприимчивым сердцем, в котором Слово Божие совершенно не находит почвы для своего прозябания и из котораго оно или тотчас же похищается духом злобы, или теряется и гибнет на каменнстой дороге житейских забот. Другие из слушателей подобны посеянному на каменистых местах, на которых есть немного почвы, но не достаточно для того, чтобы дать возможность совершенно укорениться ему. Этиф люди с живою радостью воспринимают Слово Божие, но оно не укореняется в их сердце и они, под влиянием гонений и житейских невзгод, с такою же легкостью отвергают его, и оно вянет и засыхает в их душе. А посеянное в тернии означает того, кто воспринимает слово и дает ему возможность произрастания в своем сердце; но забота века сего и обольщение богатства с течением времени заглушают в них Слово Божие, и оно бывает безплодным. Наконец посеянное на доброй земле означает слышащаго слово и разумеющаго, который бывает плодоносен, так что иной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят и иной в тридцать.

Господь поучает нас этою притчею тому, что многие слушают слово Божие, но не многие понимают и исполняют заповеди Христовы.

  Кто есть Сеятель? – Сын Божий, Иисус Христос.

  Что означает семя? – Слово Божие.

  Что означают места, куда падает семя? – Означают сердца человеческие.

  Что означает место при пути? – Означает людей рассеянных, которые слушают слово Божие одними ушами, без участия сердца.

  Что означают птицы? – Означают сатану и все искушения, которыми он старается заглушить действие слова Божия в сердцах наших.

  Что означает каменистое место? – Означает людей малодушных, которые при благоприятных обстоятельствах с радостью слушают слово Божие и исполняют его; а в случае неудач и бедствий перестают слушать слово Божие, впадают в уныние и ропщут на Бога.

  А терние, заглушающее семя, кого означает? – Оно означает людей, слишком преданных заботам мирским: заботы мирские и прелесть богатства заглушают в них действие слова Божия.

  Что означает земля добрая? – Означает людей истинно верующих, которые постоянно слушают слово Божие со вниманием, благоговением и молитвою; и не только слушают, но и исполняют его.

  Что значит плод? – Добрые дела, которыми сопровождается слушание слова Божия.

  Что значит в этой притче: сто, шестьдесят, тридцать крат? – Это значит то, что и из истинно верующих и постоянно слушающих слово Божие одни совершают более добрых дел, другие менее.

  Из всего этого следует, что мы должны тщательно себя испытывать, чтобы узнать, к какому разряду принадлежат наши сердца, – должны просить благодатной помощи, чтобы доброе семя глубоко вкоренялось в наших сердцах.

Тексты, относящиеся к притче о сеятеле

  1. Имеяй уши слышати, да слышит. Мф. 13:9.

  2. Блюдитеся убо, како слышите. Лк. 8:18.

  3. Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу. Лк. 10:41–42.

  4. Ныне же свобождшеся от греха, порабощшеся же Богови, имате плод ваш во святыню, кончину же жизнь вечную. Рим. 6:22.

  5. О сем прославися Отец Мой, да плод мног сотворите, и будете Мои ученицы. Ин. 15:8.

  6. Плод же духовный есть любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание: на таковых несть закона. Гал. 5:22–23.