yandex

Библия - Евангелие от Марка Глава 4 Стих 20

Стих 19
Стих 21

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Вчера взывал я к дороге, взывал к скалам, взывал к терновым кустам. Я сказал: меняйтесь, пока есть возможность; вспашите плугом грубую почву, выбросьте камни с поля, вырвите с поля терновник! Не имейте грубого сердца - в нем быстро угаснет Божие Слово! (Ср. Пс. 94:8; Притч. 28:14; Мк. 16:14) Не будьте мягкой почвой - в ней корень любви непрочен! Заботами и стремлениями мира сего не погубите доброго семени, которое сеется в вас нашим трудом! Ведь сеет Господь, а мы - работники Его. Будьте доброй почвой! (Ср. Ис. 1:19-20; Ос. 10:12; Лк. 6:47-48)

Источник

Проповеди. Сl. 0284, 73.38.471.25.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Под доброй землей разумеются люди с добрыми чистыми сердцами, которые, услышав Слово Божие, твердо решились сделать его руководством всей своей жизни и творить плоды добродетели». «Виды добродетелей различны, различны и преуспевающие в духовной мудрости» (Блаж. Феофилакт).

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Вот тайны царствия, сообщенные народу в притчах и без объяснения; оно дано только в кругу учеников и только на две первые. Когда ученики просили у Господа разрешения сей притчи (о семени), то Он, дав им объяснение, присовокупил прямые наставления о их Апостольском служении также в притчах, но уже знакомых (Мк. 4:21– 25,– светильник; Лк. 8:16–18). Плод слова в них должен раскрыться в собственной их проповеди, и здесь мера ревности каждого будет мерой сообщения каждому самого слова.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 125++

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Вы, наверное, помните отрывок из Послания к римлянам, где апостол Павел говорит: вера от слышания, а слышание от слова Божия (Рим. 10:17). Вера, то есть хотя бы зачаточное знание о Боге, хотя бы какое-то представление, нам приходит благодаря тому, что кто-то нам сказал нечто. Когда это слово доходит до нас не в виде умственного понятия, а как-то задевает и зажигает наше сердце, мы хотя бы на мгновение чувствуем новую жизнь, восторг. Но на восторге долго прожить невозможно. На восторге можно прожить несколько мгновений или несколько часов (так влюбленный может как бы в тумане своего переживания жить в течение какого-то времени); а потом приходится вернуться к обыденщине. И восторг должен в нас умереть, как огонь умирает и оставляет за собой пепел; восторг должен превратиться в серьезную восприимчивость того, что мы слышали, и верность не только тому, что мы слышали, но и тому, как мы сами отозвались на услышанное. Я помню неизданные стихи одного эмигрантского поэта: Он нам сказал: пойдете вы пустыней – берегитесь, не сбейтесь с пути. Вас спасало незнанье; отныне только верность вас может спасти... Верность... Если мы верными не будем, то мы изменники не только Богу, не только тому, что мы пережили, но изменники себе самим. Потому что если мы сумели пережить глубоко то, что нам было открыто через слово или через зрение — и забудем, то мы себе изменим, мы уже недостойны самих себя. И поэтому верность — страшно важная черта характера. Верность надо развивать решимостью, развивать воспитанием в себе устойчивости. Только тогда мы можем принять слово и вспахать землю — если она не глубока, очистить эту землю — если она поросла терниями, сжечь эти тернии на самой земле, даже если сама земля от этого будет сожжена на поверхности. Тогда мы можем с решимостью идти к той цели, которая раскрылась в нашей душе, — не потому что Бог сказал, не потому что кто-то, кого мы уважаем, нам это сказал, а потому что наше сердце и ум отозвались, и на услышанное мы сами ответили: “Как это истинно! Как это прекрасно! Ради этого, с этим стоит жить, можно жить!” Как апостол Павел сказал, можно и умирать ради этого, потому что это так ценно, так дивно, так драгоценно... Я уже говорил о том, что некоторые люди слышат — и до них слово не доходит, видят — и остаются слепыми. У пророка Исайи говорится именно об этом, но немного более пространно. Пророк говорит словом Божиим: И сказал Он: пойди и скажи этому народу: слухом услышите — и не уразумеете, и очами смотреть будете — и не увидите. Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их (Ис. 6:7-9). Эти слова обращены ко всем нам. Берегись, человек, берегись, потому что если ты по молодости, по отсутствию зрелости еще не можешь всего понять, то ты должен понять хотя бы то, что тебе доступно. А если ты не понимаешь ничего, поставь перед собой вопрос: что же со мной такое делается? почему? говорятся слова простые, слова, которые всякий человек может, как слова, понимать — а до меня они не доходят. Не понимаю, ничего это для меня не значит. Неужели мое сердце стало таким грубым, что оно способно отозваться только на подобное же грубое, земное? или я сомкнул глаза, потому что не хочу видеть?.. Есть страшное место в Евангелии, в рассказе о событиях страстной седмицы. Воины взяли Христа, привязали Его к столбу, покрыли Его глаза, начали Его ударять в лицо и говорить: “Ну что, Пророк? Теперь прореки, кто тебя ударил...” (см. Мф. 26:28). Разве мы не поступаем так — не только по отношению к Богу, но и ко многим людям? Мы закрываем глаза, чтобы не видеть, мы другого человека ударяем в лицо и говорим: “А разве я тебя ударил? Я же тебя люблю, я тебе друг”. Поставим перед собой вопрос: не сомкнули ли мы недоброй волей свои глаза? не заткнули ли уши? не отупели ли мы от того, что заняты всем, кроме того, что насущно? (Я сейчас говорю не только о Божественном, но и человеческом). Не закрыт ли я к тому, что во мне самого глубинного и человеческого есть: чувство благородства, чувство величия, чувство достоинства, чувство красоты, чувство правды? Открыт ли я ко всему этому? Готов ли я услышать голос, который меня зовет к правде, к честности, к жертве, к благородству? Или отворачиваю я свой слух, закрываю свои глаза?..

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

В данном отделении ев, Матфей передает 7 притчей: а) о сеятеле и семени (3—9. 18-23), б)о плевелах между пшеницею (24—30. 86—43), в) о зерне горчичном (31—32), г) о закваске (33), д) о скрытом на поле сокровище (44), е) о драгоценной жемчужине (45—46) и ж) о неводе (47— 50). Ев. Марк здесь же передает только три притчи: а) о сеятеле и семени (8—9. 13—20), б) о семени, по действию земли произрастающем и созревающем (26—29), и в)о зерне горчичном (30—32). А ев. Лука передает здесь только одну притчу—о сеятеле и семени (5—8. 11—15). Что в данный раз И. Христос произнес не одну, а несколько притчей, это видно из указания ев. Матфея (3) и Марка (2 и 33), что И. Христос в данном случае учил народ притчами много. Но все-таки можно думать, что ев. Матфей, но обыкновению своему собирать в одном месте однородный исторический материал, и здесь передает некоторыя притчи Господа, произнесенныя Им в другое время; по крайней мере, некоторыя из переданных здесь притчей у ев. Луки находятся в другой связи (13:18—21). После первой притчи, которая имеется у всех трех евангелистов, ученики приступили к Иисусу с вопросом: „для чего притчами говоришь им» (Мф. 10)? „Чтобы значила притча сия" (Лк. 9 ср. Мк. 10)? Из ответа Господа видно, что вопрос учеников касался того и другого, т.-е. и причины, по которой Христос учит народ в притчах, и смысла предложенной притчи. Учеников Христовых не могло удивлять то, что Господь учил народ притчами, которыя составляли обычную форму поучений у раввинов востока; они недоумевают, почему И. Христос говорит притчами, не объясняя их смысла, тогда как п они, ближайшие Его ученики, не понимают Его речи. Этот вопрос ученики предложили Иисусу, по ев. Марку (10), когда около Господа остались только 12 и ближайшие Его последователи; ев. Матфей ие делает такого замечания (10), а потому представляется на первый взгляд, что как-будто, по его изображению, и ответ на вопрос учеников и следующия три притчи И. Христос предложил вслух всего народа; после же 4-й притчи И. Христос, отпустив народ, вошел в дом (36), по просьбе учеников объяснил им притчу о плевелах на поле и наедине предложил им еще три притчи. Первая половина ответа Господа на вопрос учеников, почему Он говорит к народу притчами, показывает, что этот ответь должен был быть сказан вслух только учеников. Поэтому, если и допустить, что в данный раз И. Христос произнес все притчи, переданныя здесь еванг. Матфеем, и именно при той обстановке и в том порядке, какие представляются по изображению этого евангелиста, то нужно дело представлять так, что 12 учеников Христовых п некоторые из ближайших Его последователей были вместе с Ним в лодке, вследствие чего ответь Господа на тот вопрос мог быть высказан так, что он слышен был только учениками, а после того Господь обратился с новыми притчами к народу. После изъяснения притчи о сеятеле и семени, по ев. Марку (21—23) и Луке (16—18), И. Христос предложил приточныя изречения о свече, которую не ставят под сосуд, а на подсвечник, чтобы входящие видели свет, и о том, что нет ничего тайнаго, что не сделалось бы явным (параллельныя изречения у Мф. 5:15, 7, 2. 10, 26. 13, 12. 25, 29). В этих изречениях И. Христос или выражает цель, с которою он говорить в притчах: не для того, чтобы скрыть, но чтобы открыть истину; или же указывает цель, для которой Он вообще просвещает учеников светом Своего слова: для того, конечно, чтобы они после и в слове и в жизни своей открывали миру то, чему теперь научаются от Господа. Так как впоследствии откроется, как кто слушал, то они должны наблюдать за собой, как они слушают (Лк. 16 — 18), и возможно тверже запечатлеть в сердце своем то, что они слушают (Μк. 21—25). После всех притчей о царствии Божием И. Христос, по ев. Матфею (51 — 52), предложил еще притчу о благоразумном книжнике, ученике царствия Божия, который из сокровищницы своей выносит старое и новое. Этою притчею Он дал ученикам наставление, чтобы и они, проповедуя Евангелие, выносили из сокровищницы своих знаний и употребляли в дело и старое, повидимому, ничего не стоющее, всем известное (напр., посев, закваска и пр.), и новое — новыя христианския понятия, для которых то старое служило образом. — Ев. Марк после всех изложенных у него притчей (33—34), а ев. Матфей после четырех притчей, произнесенных вслух всего народа (34—35), делает замечание, что в данное время И. Христос говорил народу притчами и без притчи не говорил им. В этом ев. Матфей видит исполнение слов Пс. 77:2, принадлежащих Асафу. Асаф в 2 Пар. 29:30, иазывается пророком. Как пророк, он является прообразом Мессии, и слова его о себе евангелист применяет к И. Христу.

Цель притчей Христовых заключается, прежде всего, в том, чтобы посредством образа, взятаго из видимой природы или круга человеческих действий, яснее и живее изобразить истину; отвлеченная духовная истина чрез притчу делается как бы созерцаемою чувственными глазами и доступною осязанию; плотяный ум человеческий, постоянно привязанный к этому дольнему миру и чрез то неспособный вдруг возвыситься до чисто-духовной области, постепенно ведется к миру горнему по образам притчи, как бы по ступеням знакомой лестницы. Но притчи Христовы имеют и другую цель, которая достигается одновременно и которая совершенно противоположна первой, именно: скрыть истину от недостойных и неспособных, оценить и воспринять ее. Обе эти цели своих притчей показал нам Сам Христос. На вопрос учеников: для чего Он говорит к народу прнтчами, 1. Христос отвечал: „вам дано знать тайны царства небеснаго, а им не дано (Мф. 11), им, внешним, все бывает в притчах» (Мк. 11. ср. Лк. 10). Разъясняя потом, почему же ученикам дано знать тайны царствия Божия, а народу не дано, И. Христос говорить: „ибо кто имеет, тому дано будет я преумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет (Мф. 12), что ои думает иметь» (Лк. 18), т. е. кто имеет искреннее желание, стремление я оттого способность понимать и усвоять тайны царства Божия, тому уже притчи откроют эти тайны (дано будет), а потом ов удостоится и прямого, неприкровеннаго научения, разъяснения этой притчи (« преумножится); а кто не имеет этого желания и стремления, кто слушает Христа из простаго любопытства, или даже с злостною целию найти в учении Его что-либо, удобное для перетолкования и осуждения, у того отнимется и то, что ов думает иметь: прослушавши, наир., речь о сеятеле и семени, он думает, что он все тут понял; но так как духовнаго смысла этой речи он не понимает, то его знание должно пройти безследно и для его ума и для сердца, ибо приточный покров сам по себе не имеет никакого значения. Так как для выражения сих мыслей И. Христос употребил предисловие, имеющее свое ближайшее отношение к положению богача и бедняка, то теперь Он из этого присловия делает применение к Своим слушателям: „потому говорю им притчами, что они, видя, не видят» я пр. (Мф. 13), т. е. причина, вследствие которой И. Христос говорит к народной толпе прикровенно, в притчах, заключается в ней самой, в духовном ослеплении людей, вследствие котораго они не видят дел и учения И. Христа в их настоящем свете. Приводя далее (Мф. 14:15) пророчество Исаии (6:9. 10. по LXX), И. Христос, с одной стороны, показывает, что это пророчество, в известной мере справедливое и по отношению к современникам пророка, вполне совершенно исполнилось (άναπληροδτα в отличие от просто κληρούχοι) теперь в духовном ослеплении Его современников; с другой, — что эти последние сами виноваты в своем ослеплении, добровольно замкнули очи свои, чтобы не видеть около себя дел Божиих. В противоположность этим духовным слепцам, И. Христос блаженными называет учеников, которые своими разумными очами видят и правильно разумеют совершающееся вокруг них (Мф. 16—17).

Предмет притчей Христовых есть царствие Божие, царство Мессии. В 7-ми притчах, изложенных в разсматриваемом отделении у ев. Матфея, с различных сторон изображается это царство, но так, что первая притча говорит об его начале, основании проповедию или словом И. Христа, а последняя— о конечном, решительном суде над миром. Вторая притча показывает, что пока царство Божие или церковь Христова воинствуют здесь на земле, в ней всегда будут не одни только праведные, истинные сыны этого царства, но и грешные, сыны лукаваго. Третья и четвертая притчи выражают одну и ту же мысль, — что церковь Христова, начавшись небольшим, почти незаметным для мира числом членов, имеет разростись и распространиться так, что все народы мира прийдут под ея покров. Различие же между ними состоит в том, что притча о зерне горчичном изображает внешнее, повсюдное распространение церкви Христовой на земле, а притча о закваске показывает в христианстве нравственную мировую силу, имеющую преобразовать и усовершить все человеческия стремления деятельности и отношения. Пятая и шестая притчи представляют царство Божие и Его блага таким неоцененным сокровищем, ради котораго человек должен пренебречь всеми благами мира, лишь бы приобрести Его. Различие между ними заключается в том, что в притче о скрытом на поле сокровище изображается человек, нечаянно нашедший сокровище истины во Христе и Его церкви, а притча о драгоценной жемчужине изображает человека, нашедшаго это сокровище после более или менее продолжительнаго искания истины. Содержание последней притчи сходно с содержанием второй: в том и другом случае проходят две мысли: а) с самаго начала царства Божия и до конца его земнаго существования в нем без видимаго различия будут пребывать и праведные и грешные; б) разделение добрых от злых произойдет только при кончине мира. Но как видно из эпилога притчи о неводе (ст. 49 и 50), в ней говорится главным образом о конечном суде над миром; первая мысль предваряет эту главную для полноты и цельности изображения. Во второй же притче мысль о суде есть второстепенная, входящая в притчу для законченности целаго; главная же мысль—о появлении в церкви Христовой, вскоре после ея основания, неистинных членов, порождений невидимо действующаго в мире злаго духа. В Евангелии Марка притчу о зерне горчичном предваряет притча о семени, произрастающем и созревающем по действию земли, без ведома сеятеля; эта притча имеет целию поселить в учениках, пред которыми она была произнесена, уверенность, что семя слова Божия, раз брошенное в сердца человеческия, не погибнет и не заглохнет, но будет постепенно растя и развиваться и несомненно достигнет полной зрелости, когда и последует жатва.


Источник

Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 171-175

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Духовный чернозем

«Добрая земля», хорошая почва – это люди с искренним сердцем, которые слушают Евангелие, живут по нему и приносят обильный духовный урожай. Их сердце не ожесточено, вера не колеблется во время испытаний, вещи мира сего не заглушают голоса Божьего, и они слышат слово. Бог хочет изменить нашу жизнь, сделать плодотворной, поэтому Христос говорит нам: Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал, дабы, чего ни попросите от Отца во имя Мое, Он дал вам (Ин. 15:16). Однако этот плод не должен остаться сокровенным, мы позволяем Богу использовать нас, действовать через нас, чтобы помочь другим прикоснуться к Нему.

Преподобный Серафим Саровский говорит в беседе с Мотовиловым о взаимоотношении личного духовного плода и его распространении в окружающем мире: «Стяжи Дух Святой, и тысячи спасутся вокруг тебя».

Христос так характеризует этот духовный чернозем: «Услышав слово, они хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении». За истинным «слышанием» следует «сохранение», и «в терпении» вызревает плод. Угодные Богу слушатели – не те, кто быстро стартует, а потом сходит с дистанции, не те, кого постепенно удушают мирские заботы, но активно воспринимающие Евангелие. Греческое слово «хранить» означает, что мы должны постоянно держаться Евангелия как основного ориентира в жизни. Духовный человек, соприкоснувшись с истиной, сознает, что она поможет выбрать единственно правильный путь – это особенно важно, когда над головой сгущаются тучи и бушуют житейские бури.

Мы понимаем под терпением пассивное перенесение житейских трудностей, но в притче греческое слово означает непрерывное активное действие, осуществляемое несмотря на внешние трудности, – этим словом обозначено движение к небу маленького ростка вопреки бушующим ветрам. Основа любого урожая – терпение. Сеятель сеет и несколько месяцев ждет сбора урожая. Верующие, чье сердце угодно Богу, тоже готовы ждать плода сколько нужно, хотя им и хочется, чтобы плоды выросли сразу же (в Патерике сказано о нетерпеливых: «Если увидишь новоначального, по своей воле восходящего на небо, удержи его за ногу и сбрось его оттуда, ибо это ему полезно»). Евангельское семя растет в нашей душе постепенно и незаметно – мы и вообще не замечаем роста растений, но видим лишь конечный результат. Апостол Петр сравнивает наше духовное развитие с ростом ребенка: Итак, отложив всякую злобу и всякое коварство, и лицемерие, и зависть, и всякое злословие, как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко, дабы от него возрасти вам во спасение; ибо вы вкусили, что благ Господь (1 Пет. 2:1–3).

Рост, происходящий в душе христианина, способствует не только личному совершенствованию, его плоды должны служить созиданию Церкви; нам следует использовать различные духовные дарования на служение Богу в общине верующих. (Бог) поставил одних Апостолами, других – пророками, иных – Евангелистами, иных – пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова, доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совер шен ного, в меру полного возраста Христова; дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения, но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос (Еф. 4:11–15).

Земледелие сердца

Чтобы принести духовный плод, требуется приложить много труда. Прежде всего необходимо подготовить и вспахать почву нашего сердца: изменить все, чем оно руководствуется, добровольно и сознательно принять ценности, которые предлагает нам Христос.

Святитель Феофан Затворник пишет: «В твоем внутреннем никто господином быть не может, кроме тебя самого. Сам войди в себя и сам себя ломай, поражай, вразумляй; сам с собою веди дело пред лицом Бога; сам себя уговаривай и убеждай. Посему‑то в деле обращения рассуждение с самим собою, можно сказать, единственная к тому дверь. Уж если сам с собою не рассудишь и не обдумаешь, как быть, кто за тебя это сделает? Оттого и говорится тебе: «О том рассуди, то представь, в то и то вникни». Судить по сему можно, какое великое благо для грешника, если развращение его не успело еще погасить в нем совсем света ведения истины. Пусть нрав испортился, пусть чувства нечисты, но, если держатся в душе здравые понятия, все еще есть за что взяться тому, кто стал думать о спасении».

Как плугом, мы должны распахать твердую греховную оболочку сердца и ума, полностью предав их в руки Божьи. Надо просить Бога, чтобы Он простил и исправил все, что делало нашу жизнь бесплодной и бесполезной.

Затем следует удобрить почву животворящей истиной Божией: она должна проникнуть в сердце и напитать его. Еще в Ветхом Завете мы встречаем предписание: Да не отходит сия книга закона от уст твоих; но поучайся в ней день и ночь, дабы в точности исполнять все, что в ней написано: тогда ты будешь успешен в путях твоих и будешь поступать благоразумно. Вот Я повелеваю тебе: будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь Бог твой везде, куда ни пойдешь (Нав. 1:8–9). Именно слово Божие и Его благодать, а не наши собственные силы способны изгнать из сердца то смертельное, что приводит ко греху, сомнению и страху, заменить его верой и доверием Богу.

Этот процесс постепенен: «Вода мягка, а камень тверд, но если над камнем висит желоб, то вода, стекая по нему каплями на камень, мало‑помалу пробивает камень. Так и слово Божье мягко, а сердце наше жестко, но если человек часто слышит слово Божье, то сердце его отверзается» (преподобный Пимен Великий).

Чтобы смыть засохшую грязь, нужно много чистой проточной воды, так и обильные реки Евангелия должны проникнуть в самые труднодоступные уголки души, придавая ей иное качество.

От нас требуется с детской доверчивостью и любовью впустить в сердце Бога, Своей благодатью изменяющего нашу жизнь.

«Господь не только пришел возвестить о лете Господнем благоприятном (см.: Лк. 4:19), но и принес его. Где же оно? В душах верующих. Земля никогда не будет превращена в рай, пока существует настоящий порядок вещей; но она остается и будет поприщем приготовления к райской жизни. Начатки ее прорастают в душе; возможность к этому в благодати Божией. Благодать же принес Господь наш Иисус Христос, принес, следовательно, для душ лето благоприятное. Кто слушает Господа и исполняет все заповеданное Им, тот получает благодать и силою ее наслаждается в себе летом благоприятным. Это совершается во всех, искренне верующих и действующих по вере. Мысленно не наполнишь душу этой приятностью; надо действовать, и приятность вселится сама собою. Внешнего покоя может не быть никакого, а один внутренний, но он неотъемлем от Христа. Впрочем, всегда бывает так, что коль скоро водворится внутренний покой, внешние беспокойства не тяготят и не огорчают» (святитель Феофан Затворник).

Мы должны сеять слово Божие во всех ситуациях нашей жизни, применять библейские истины ко всем жизненным обстоятельствам. Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную (Гал. 6:7–9). Тогда мы действительно будем «жить по Писанию» не на словах, а на деле.

«Тот, у кого Божественное Писание только на устах, не может постичь таинственную и Божественную славу и силу, скрытую в нем, если не будет исполнять заповедей Божьих и не сподобится получить Утешителя, Духа истины, Который раскрыл бы перед ним слова Божественного Писания… и показал ему таинственную славу, сокровенную в них, силу и блага Божьи, скрытые в них, и вечную жизнь, преисполненную тех благ, которые скрыты и неведомы для всех, уклоняющихся от заповедей Божьих. И достойно сокрыты, ибо они предали все чувства мирской суете, пристрастились к обманчивым благам настоящей жизни и омрачились умом и поэтому не могут вознестись ввысь, чтобы помышлять о духовной красоте неизреченных благ Божьих» (преподобный Симеон Новый Богослов).

Почву нашего сердца необходимо охранять от сорняков греха и сомнений, которые удаляют нас от Бога. Христос объясняет, что мы должны поставить «ограничитель» на все наши житейские заботы, взирая на них в надлежащей перспективе Царства Божия. Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело – одежды? Взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! Итак, не заботьтесь и не говорите: «что нам есть?» или «что пить?» или «во что одеться?» Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы (Мф. 6:25–34). Это не означает, что мы должны пассивно ждать от Бога, что Он чудесным образом пошлет нам все необходимое.

Скорее речь идет о видении жизни, как об этом говорит святитель Феофан Затворник: «Нужды и заботы действительно разорительны для духовного строя, но эту разрушительную их силу можно подсечь преданием себя в волю Божью. Это не значит, что, сложив руки, сиди и жди, что Бог даст, но – придумывай способы и употребляй их в дело, успех же всего предоставь Божьему устроению».

Мы не должны допускать, чтобы всходили семена зла, их надо сразу же исторгать. Тогда Господь пошлет на наше сердце животворящий дождь Святого Духа, без которого невозможен духовный урожай: …кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой (Ин. 7:37–38).

Когда мы станем доброй почвой, угодной Богу, принявшей Бога, наше сердце, ежедневно удобряемое и вручающее себя в руки Божий, будет приносить плод. По этому пути прошли те, кого мы называем святыми. Они сумели совершить подвиги, которые кажутся нам невозможными, но это были точно такие же люди, как мы.

«Это может показаться невероятным, но самое дело Божье это доказывает. Грех ввел страсти, но Евангелие открыло столько людей, которые покорили их разуму! Грех воспалил вожделение; но благодать Христова произвела столько праведников, которые и во плоти пожили, как ангелы! Грех везде поставил преграды и соблазны добрым нравам; но Дух Господень воздвиг столько подвижников, которые непорочно сохранили святость нравов. Грех ввел беды и несчастия; но вера явила столько духовных воинов, которые радовались в самих страданиях! Грех ввел смерть, как страшную муку; но евангельская благодать представила столько героев, которые презирали смерть и торжествовали над нею! Итак, видите, что через самое зло сила нашего разума и воли пришла в большее действие; открылось для человека поприще заслуг и славы. Чрез самое падение премудрость Божья возвысила человека. И умножение зла стало поводом к тому, что мы получили большую благодать, чем потеряли. Так не воскликнем ли мы со всеми святыми: где, смерть, твое жало? Где, ад, твоя победа? Где твое, искуситель, усилие к гибели нашей? Они обратились на главу твою. Где твои, грех, искушения? Праведным Божьим они доставляют только победу и славу. Где твои, мир, прелести? Открывшаяся небесная красота заставила презирать их. Где наши страхи и бедствия? Бог стал одесную своих избранных, и они непоколебимы» (митрополит Московский Платон).

Притча призывает задуматься о нынешнем состоянии нашего сердца. Именно мы можем и должны решить, какой почвой оно станет. При соизволении нашей свободной воли Бог готов изменить наш внутренний мир, сделать его черноземом, принимающим Его слово. Бог хочет, чтобы мы стали сильными в вере и твердыми на пути к Нему. Но и это не конечная точка, ведь земледелец сеет не для того, чтобы любоваться прекрасными растениями, его цель – воспроизведение, умножение зерна. Бог хочет, чтобы Его слово пустило в нас корни, выросло и затем наша жизнь помогла возрастить семена Евангелия в сердцах других людей. Пусть семя Божие, брошенное в почву нашей души, растет, укрепляется и умножается.

+++Владимир Хулап прот. Евангельские притчи. Вчера, сегодня, завтра. Глава: Операция на сердце. Притча о сеятеле++


Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное в тридцать.

Упавшее на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении (Лк. 8:15),

То же самое объяснение этой части притчи передает и Евангелист Матфей, но с добавлением: «Посеянное же на доброй земле означает слышащего слово и разумеющего, который и бывает плодоносен» (Мф. 13:23).

Здесь, следовательно, подразумеваются те люди, которые слушают слово Божие и разумеют его, добрые и чистые сердца которых заботливо хранят его, которые в терпении1 несут иго Христово и через то достигают известных степеней совершенства, сообразно усилиям, употребляемым ими для достижения Царства Небесного: приносят плод во сто крат, в шестьдесят и в тридцать. Таким людям противополагаются люди с сердцами огрубелыми, как утоптанная и накатанная дорога.

Примечания

    *1 Упоминание о терпении, об усилиях, ниспровергает ересь протестантов о том, будто вера сама по себе производит в человеке дух ревности без всякой борьбы и усилий.


Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 14 - Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.) - С. 296

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

В случае доброго урожая мы должны обратить внимание на слова «они приносят плод». Но принести плод слушающие слово Божие могут лишь те, кто трудится. Речь идет о том, что христианство должно проявляться в действиях, в жизни. Приняв Евангелие (что само по себе не так уж просто), христианин призван не рассуждать, а действовать. В толковании притчи о семени слово Иисуса соединяется с жизненным опытом ранней Церкви. Уже первые христиане открыли для себя, что семя, посеянное в их жизнь благодаря вести Иисуса, подвергалось опасности – не только от сатаны, но и от времени с его бедствиями и соблазнами. На что указывал Иисус в жизни природы, обнаруживало себя и в жизни первых христиан. И все же здесь действовало то же правило: тот факт, что семя может не принести плода, – исключение, а не правило. Обычно же посеянное семя дает богатый урожай. Надо полагать, что и первые слушатели Иисуса Христа в Палестине обращали внимание скорее на то, что семя, несмотря ни на что, даст богатый плод. И в этом отношении притча похожа на другие притчи о Царствии Божием, которые говорят о том, что сейчас оно малозаметно как горчичное зерно, как малая закваска, но неизбежно вырастет в большое дерево или сквасит все тесто. Такие мысли могли приходить в голову и ученикам Иисуса, когда они видели, что Его больше не пускают в синагогу и смотрят на Него с подозрением. Казалось, что во многих местах Его весть не имела никакого успеха, ученики были обескуражены. Но притча говорила им, и говорит нам: «Терпение. Делайте вашу работу. Сейте семя. Остальное предоставьте Богу. И вы обязательно получите урожай». О труде, о его необходимости, а также о Божественном домостроительстве Царствия говорит ряд следующих небольших притч, которые у евангелистов Матфея и Луки находятся на других местах их Евангелий и передаются в несколько ином звучании.

Источник

Беседы на Евангелие от Марка, прочитанные на радио «Град Петров»

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Семя, посеянное на доброй земли, означает таких людей, которые всем сердцем принимают слово, чистое сердце их открыто для действия слова, как хорошая земля для дождя и лучей солнца: слово пускает в нем глубокие корни, – эти люди постоянно заняты мыслью о своем спасении, борются с искушениями, и таким образом у них слово приносит плоды веры и добрых дел. Приносит плод в тридцать, шестьдесят и во сто крат, т. е. различные плоды, в одних больше, в других меньше. Это зависит не от природы людей, а от их воли, и значит, что человеколюбивый Господь требует не одинаковой степени добродетели, но награждает за всякую (Злат.).


Источник

Иоанн Бухарев свящ. Толкование на Евангелие от Марка. М.: 1900. Зач. 16. - С.47

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Притча о сеятеле (Мк. 4:3–9) толкованием сопровождается (ст. 14–20). Доброе семя падает в разную почву, иногда остается бесплодным, иногда приносит плод. Урожай бывает неодинаковый. Тема притчи – разделение. Разделение – на спасающихся и погибающих. Но и в среде спасающихся наблюдаются разные ступени преуспеяния. Не исключена возможность, что в сознании евангелиста Марка, а, может быть, и Самого Иисуса, образы погибающих имели конкретное содержание. Это конкретное содержание отнюдь не подчеркнуто, но оно, до известной степени, вытекает из предыдущего. Образ семени, которое упало при дороге и стало легкой добычей прилетевших птиц, Господь относит к тем, к которым, «когда услышат, тотчас приходит сатана и похищает слово, посеянное в сердцах их» (ст. 15). У читателя невольно встает в сознании образ несчастных, одержимых бесовской силой. Возможно, что он вставал и у слушателей. Посеянное на камне (ст. 5–6) – это те, «которые когда услышат слово, тотчас с радостью принимают его, но не имеют в себе корня и непостоянны; потом, когда настанет скорбь или гонение на слово, тотчас соблазняются» (ст. 16–17). Не звучат ли эти слова как предостережение народу? Народ теснился к Иисусу и с радостью принимал Его учение. Но глубоко ли осознано это влечение? Готов ли народ на жертвы? Из народной толщи выходили последователи Христовы. Из народной толщи вышли и Его враги. Мы уже говорили, что вся евангельская история как история отношения к Иисусу народа может быть понимаема как последовательная дифференциация. Дифференциация предполагает в начале неоформленное влечение. И, наконец, семя, упавшее в терние (ст. 7) – это те, в которых «заботы века сего, обольщение богатством и другие пожелания, входя в них, заглушают слово, и оно бывает без плода» (ст. 19). Сребролюбивы были фарисеи (ср. Лк. 16:14). В противоположении Мк. в них олицетворяется злая сила мира, противостоящая Христу и Его ученикам. Мы видели это противопоставление со всей резкостью в гл. 3. Не к ним ли относятся эти слова? Мы не имеем права настаивать на предлагаемом сближении притчи главы 4 и предыдущих эпизодов. Нельзя не признать, что в евангельское учение оно вносит новое, конкретное, содержание. Но ударение на нем не лежит.

Вообще, в притче о сеятеле ударение не на погибающих, а на спасающихся. Это – те семена (по-гречески в ст. 8 стоит множественное число ἄλλα вместо единственного ὃ μὲν ... ἄλλο в предыдущих стихах) Turner (The Gospel according to St. Mark в: A New Commentary on Holy Scripture (edited by Charles Gore). Part III. London, 1928, p. 42–124) делает отсюда оптимистический вывод о значительном числе плодоносящих семян; но этот вывод прямо противоречит евангельским указаниям о малом числе спасающихся (ср. Мф. 7:13–14; Мк. 22:14; Лк. 13:24). , которые упали на добрую землю и все принесли плод, хотя и различный (ст. 8, 20). Положительное ударение притчи подчеркнуто заключительной формулой: «Кто имеет уши слышать, да слышит» (ст. 9). Эта формула употребляется в Евангелии тогда, когда заключаемому ею учению придается особое значение (ср. еще ст. 23; Мф. 11:15; Мк. 13:43 и др.). В нашем отрывке она заключает учение о спасении (ср. еще парал. места: Мф. 13:9; Лк. 8:8в). Услышание есть условие спасения. Можно иметь орган слуха и не слышать (ср. ст. 12). Мы увидим, что в ст. 21–22 сказанное в ст. 20 получает дальнейшее углубление. И они снова заключаются этим призывом к бдительному вниманию (ст. 23).


Источник

Лекции по Новому Завету. Евангелие от Марка. Paris 2003. - 144 c.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

σπαρέντες aor. pass. part, от σπείρω, см. ст. 3. παραδέχονται praes. ind. med. (dep.) от παραδέχομαι принимать, воспринимать. Указывает на благоприятное принятие (Gould), καρποφορούσιν praes. ind. act. от καρποφορέω давать плоды.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Но Иисус все же объясняет ученикам ее значение. В Евангелии от Марка это единственная притча, после которой следует истолкование (кроме. 7:18-23). Очень многие комментаторы склоняются к мысли, что истолкование принадлежит не Иисусу, а ранней Церкви. Действительно, у большинства притч нет истолкования, и, кроме того, в этом отрывке много слов, которые в Евангелиях не употребляются в метафорическом значении («сеять», «корень», «бесплодный», «приносить урожай»). Целый ряд слов не встречается в Евангелиях вообще: например, «недолговечный», «обман». «Слово» также употреблено здесь в абсолютном значении, как «Слово Бога». Жиз­ненный контекст также предполагает более позднюю ситуацию, когда вера христиан подвергалась самым различным испытаниям. «В таком истолковании притча потеряла свой изначальный эсхатологический смысл, став просто предостережением и ободрением для христиан в условиях преследований и мирских соблазнов»1. Комментаторов смущает и очевидная аллегоризация притчи, что одно время считалось совершенно невозможным. Относительно последнего взгляды несколько изменились, понятно, что притчу и аллегорию разделяет слишком тонкая грань и они могут перетекать друг в друга.


Примечания

    *1

    D.E. Nineham, Saint Mark, р. 140.


Источник

Кузнецова В. Н. Евангелие от Марка. Комментарий. М.: 2002. - С. 88-89

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Под сеятелем семени разумеется Сам божественный Проповедник слова Божия, а под семенем слушатели Его. Часть слушателей подобны тому семени, которое упало при дороге и было поклевано птицами и потоптано прохожими. Это люди с безчувственным и невосприимчивым сердцем, в котором Слово Божие совершенно не находит почвы для своего прозябания и из котораго оно или тотчас же похищается духом злобы, или теряется и гибнет на каменнстой дороге житейских забот. Другие из слушателей подобны посеянному на каменистых местах, на которых есть немного почвы, но не достаточно для того, чтобы дать возможность совершенно укорениться ему. Этиф люди с живою радостью воспринимают Слово Божие, но оно не укореняется в их сердце и они, под влиянием гонений и житейских невзгод, с такою же легкостью отвергают его, и оно вянет и засыхает в их душе. А посеянное в тернии означает того, кто воспринимает слово и дает ему возможность произрастания в своем сердце; но забота века сего и обольщение богатства с течением времени заглушают в них Слово Божие, и оно бывает безплодным. Наконец посеянное на доброй земле означает слышащаго слово и разумеющаго, который бывает плодоносен, так что иной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят и иной в тридцать.


Источник

Библейская история при свете новейших исследований и открытий. Новый Завет. С-Пб.: 1895. С. 287-288

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Объяснение смысла притчи о сеятеле и семени, раскрыто Господом, см. в прим. Мф. 13:18-23

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Объяснение притчи о сеятеле см. у Мф. 13:23.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 20-20

Три же разряда и тех, которые приняли и сохранили семя: одни приносят плод во сто - это люди совершенной и высокой жизни; другие - в шестьдесят, это средние; иные - в тридцать, которые хотя немного, но все же приносят по силе своей. Так, одни суть девственники и пустынники, другие живут вместе в общежитии, иные в мире и в браке. Но Господь принимает всех их, как приносящих плод. И благодарение Его человеколюбию!