Евангелие от Луки 1 глава 34 стих

Девственное рождение

И само девство Марии приятнее и привлекательнее, поскольку зачатый Христос Сам не отнял у Нее того девства, которое сохранил от насилия мужа, но, прежде чем зачаться, уже избрал посвященную Богу, от Которой вознамерился родиться.

Мария поняла благовестника; быть матерью давно всеми желаемого – что может быть вожделеннее? Одно ее затрудняет: на ней лежит обет девства, изреченный ею еще во храме: «как мне родить сына, когда я не знаю мужа?»

«Ты и не познаешь мужа – отвечает бесплотный. Дух Святый найдет на тя и Сила Вышняго осенит тя. Сын Вышняго не может родиться от семени человеческого: сам Господь даст Ему плоть от кровей твоих¹. Поэтому и рождаемое Свято (Пс. 6:3) и будет именоваться Сыном Божиим. – Ты еще недоумеваешь, как это может быть; не испытывай, положись на всемогущество Божие: вот родственница твоя Елизавета, которую все называли неплодною, уже шестый месяц беременна – и это стало также по особенному действию силы Божией. Я возвещаю тебе несравненно высшее чудо: но помни, что нет ничего невозможного для Бога».

«Когда так – отвечала Мария с радостью – я готова быть орудием Божиим: даже желаю, желаю сего! Γένοιτό μοι!» И Слово плоть бысть.

Остановим на минуту нить истории; дадим место благоговейному размышлению. Событие, которого сейчас поставила нас свидетелями история, есть спасения нашего главизна. Мы знаем, в какой красоте создал нас Господь: мы малым чим умалены были от ангел; с нами горния силы делили беседы и поведали тайны мира небесного; сама премудрость веселилась с сынами человеческими; – и ниспали мы от блаженства сего и лишились мы первой красоты. Мы знаем еще, что некогда паки нам отверзется рай и вкусим плодов от древа жизни; забудем скорби земные, дух теснее прежнего соединится с Господом, сама плоть одухотворится; святые восторжествуют над грехом; не будет раздвоений в душе – будет мир и блаженство. Мы знаем – это две зари: вечер и утро нашего мира: они светят нам в нашем ночном блуждании отрадным блистанием. Но чем связываются между собой этот вечер и утро? Как вечная ночь не покрыла нас навсегда безысходным мраком? Как сделается то, что сокрушенный сосуд снова наполнится благоуханий небесных? Как растленная природа совлечется своего греха и тления? Где эта животворная сила, которая всю ее проникнет, очистит, просветит? – грех потребит, смерть изгонит, отнимет все скорби, везде откроет жизнь, правду и блаженство? Она – в Слове, которое в ту минуту, как произнесла Мария свое: «буди ми по глаголу твоему» – стало плотью. Если души отшедших имеют некоторое сознание о том, что у нас совершается на земле, то я верую тому учителю церкви, который говорит в своем слове Марии: – просит тебя Адам с своим несчастным потомством, изгнанный из рая, просит Авраам, просит Давид просят все отцы твои, сидящие во тьме и сени смертной: дай согласие на предлагаемое тебе ангелом. Что медлишь? что трепещешь? отверзи, дево блаженная, сердце твое вере, уста исповеданию, утробу – Создателю. Веруй, исповедай, восприими. Воздай слово и восприими Слово. Это Слово не теперь только первый раз принимает на себя труд восстановления человечества. Это Слово, в начале бывшее у Бога т. е. пребывавшее до создания мира с Богом Отцем Своим сокровенно, потом явившее себя Богом в сотворении ( вся тем быша и без него ничтоже быть еже бысть), открывшее в себе для совершеннейших из сотворенных существ более, нежели только источник бытия, – но и жизнь ( в том живот бе: – здесь невольно припоминается – дыхание жизней, древо жизни...), – это Слово, когда человек лишился уже богодарованной жизни, хотело по крайней мере остаться для него светом ( и живот бе свет человеком), из внутреннего перейти во внешнее; оно не могло уже более быть его душею, – хотело по крайней мере озарять его светом своим по временам подобно солнцу. И свет во тьме светится; чем далее человек отходил от начала своего бытия, тем более сгущалась тьма в нем и над ним; сделалось око его темно и все тело его стало темно; но эта тьма разрежалась по временам сиянием Слова; оно просиявало – то внутренними озарениями духа, то внешними явлениями и откровениями; мало того, оно возжигало постоянный светильник в откровении письменном; это было второе слово Божие; словом, оно так разделяло между людьми свет свой, что никого не лишало его в своей мере ( бе свет истинный, просвещаяй всякаго человека, грядущаго в мир); но тьма – люди с их пороками сердца, с заблуждениями ума – его не понимала. B мире оно было, и мир им был и мир его не познал. Чтобы выразить себя яснее, чтобы проникнуть тьму глубже, чтобы стать снова жизнью для человека и оживотворить собой все человечество, – Слово стало плотью. И с Иисуса, говорит один учитель Церкви (Ориген), начало божественное и человеческое естество между собой срастворяться, чтобы через сообщение с божественным человеческое стало божественным не только в Иисусе, но и во всех тех, которые с верой воспринимают тот образ жизни, которому научил Иисус. Теперь есть надежда несомненная, что все возглавится: само Божество всей полнотой Своей низошло в сферу растленного человечества; соединилось с ним теснейшим образом; приобщилось плоти и крови нашей: теперь каждое стенание, каждое болезненное ощущение, которые терпели его братия на земле, отдается и Ему на небеси; и если Он всемогущ, то не может быть, чтобы Он не прекратил эти стенания и болезни, не сообщил нашему сердцу благ, коими Сам преисполнен. И не может быть, чтобы Он не даровал нам сего. Так человечество восстановится: земное паки совокупится с небесным; Слово как свое человеческое естество прославило воскресением, так и все человечество, готовое идти вслед за Ним; как одно тело – очистит, прославит и приведет ко Отцу, повергнет Адама всеродного к престолу Отца и тогда будет, как в начале, Бог всяческая во всех.

Вот какое место занимает в бытии человечества тот момент, когда дева сказала ангелу: буди ми по глаголу твоему. Только два для нас таких момента во всей беспредельности веков: создание человека и его воссоздание. И вся земная жизнь Иисуса Христа, Его страдания и чудеса, уничижение и слава, смерть и воскресение держались, как на первом узле, на мгновении Его воплощения, или лучше сказать – все эти 33 года Его жизни были только развитием того мгновения, когда Слово стало плотью.

14. Сказала Мария ангелу: Как будет это, когда Я мужа не знаю? Если не присмотреться внимательно, то покажется, что Мария выражает неверие, но невозможно, чтобы избранная для рождения Единородного Сына Божьего оказалась маловерной. Если учитывать особое положение Матери, Которой подобало большее почтение, — хотя насколько было выше Ее положение, настолько и большей веры следовало ожидать от нас, — как могло случиться, что не поверивший Захария был наказан немотой (см.: Лк. 1:18), а Мария, если бы Она не поверила, была вознесена наитием Святого Духа? Не должна была Мария ни усомниться, ни слепо принять даваемое, то есть ни усомниться в ангеле, ни слепо принять божественный дар. Нелегко было познать тайну, сокрытую от века в Боге (Еф. 3:9), которую не могли знать даже вышние власти (ср. Еф. 3:10). И все же Она не проявила недоверия, не отвергла возлагаемого на нее, но покорила свою волю и обещала покорность. Она спросила: Как будет это? Не усомнилась в событии, но хотела узнать о том, как оно произойдет.

15. Насколько разумнее Ее ответ, чем слова священника. Она сказала: Как будет это?. Он спросил: По чему я узнаю это?(Лк. 1:18). Она уже обдумывает событие, он все еще сомневайся в словах ангела. Отвергая знание, он отказывается поверить и словно ищет другое подтверждение для своей веры. Она обещает исполнить повеление и не сомневается, что нужно совершить то, о чем она спросила: Как будет это? Так ведь и написано: Как будет это, когда Я мужа не знаю?(Лк. 1:34). Чтобы уверовать в такое невероятное и неслыханное рождение, нужно было о нем сначала услышать. Рождение от Девы — знак божественной тайны, а не человеческой.

17. Слова Марии: как будет это, когда Я мужа не знаю? — показывают, что Она не сомневается в событии, но спрашивает, как оно произойдет. Ясно, что Она поверила в то, что событие свершится, если спрашивала, как оно произойдет. Поэтому Она удостоилась услышать: Блаженна ты, уверовавшая (Лк. 1:45). Поистине блаженна, ибо превзошла священника! Священник отказался верить, Дева устранила заблуждение. Неудивительно, что Господь, грядущий искупить мир (см.: Ин. 3:17), начал Свое спасительное дело с Марии, чтобы та, через которую всем готовилось спасение, первая приняла плод спасения от Сына.

18. Верно спросила Она: Как будет это?; Она прочла, что дева родит, но не нашла, как дева родит. Как я уже говорил, Мария прочла в Писании: Се Дева зачнет во чреве (Ис. 7:14), но как Она зачнет — об этом впервые сказал ангел в Евангелии (см.: Лк. 1:35).

Здесь кажется, что Мария не поверила ангелу, если только не рассмотреть случившееся со всем возможным вниманием; ведь невозможно Той, что была избрана родить Единородного Сына Божия, выглядеть неверующей. Как могло случиться такое, ведь Ей будет сразу же дарована в целости прерогатива стать Матерью, а большей прерогативе должна бы соответствовать большая вера; как же могло случиться так, что не поверивший Захария был приговорён к молчанию, Мария же, коли Она не поверила, будет восклицать, исполнившись Святого Духа?

Но Мария одновременно и верила, и страшилась узурпировать то, что Ей не принадлежит; верила Ангелу — и страшилась узурпировать Божье. Ведь непросто уразуметь тайны, скрывавшиеся от вечности в Боге (Еф 3:9;Кол 1:26), непостижимые даже для высших сил. Однако Она не отказалась от веры и служения, но заставила Свою волю звучать в согласии со словами ангела, склонилась в послушании. В словах Марии: Как будет это?— на самом деле не сомнение, но вопрос о природе того, что случится.

Безмужнее рождение девою—событие, безпримерное в истории, и потому недоумение Марии вполне естественно. „Како будет сие, идеже мужа не знаю", говорит Мария? В вопросе ея, однако, нет неверия, а только желание знать, как придет в исполнение такое непостижимое предсказание.

==

Далее речь ангела приобретает торжественно-пророческий характер. Он пророчествует об Иисусе:

Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствоватъ над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца.

Об Иоанне было возвещено, что «он будет велик пред Господом.», то есть «в очах Бэспода Бога», а об Иисусе сказано абсолютно: «Он будет велик».

Мария смущенно спрашивает ангела, как возможно зачатие и рождение, «когда Я мужа не знаю?. Это описательное библейское выражение означает, что Мария еще не имела брачного контакта с Иосифом, На это ангел ей отвечает, что ее зачатие и рождение Сына - чудесный акт Бога и Его творческой силы: «Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя». Собственно, в этих словах говорится о новом творческом акте Бога. Вспомним Пс. 103:30: «Послеши Духа Твоего, и созиждутся, и обновиши лице земли».

«Сига Всевышнего осенит Тебя», то есть «покроет тебя тенью», напоминает нам о Книге Исхода, где говорится об «осенений» скинии Завета:

И покрыло облако скинию собрания, и слава Господня наполнила скинию: и не мог Моисей войти в скинию собрания, потому что Осетию ее облако, и слава Господня наполняла скинию (Исх. 40:34-35).

«Слава Господня» (кавод) в Писании означает благодатное и спасающее присутствие Бога. Так, образно, здесь Дева Мария изображается как новая скиния, жилище Бога, новый храм Божий. Воистину, «она благодатная, и с нею Господь».

Заметим: о Иоанне сказано, что он «Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей», то есть с момента его рождения, а об Иисусе говорится, что Он будет, собственно, сотворен самим Духом Святым. Поэтому родившийся Младенец будет «святым, то есть принадлежащим Богу) и будет назван «Сыном Божьим»: «посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим»:, Мы видим, что здесь мессианский титул «Сын Божий» приобретает новые черты: его политический смысл великого земного царя из рода Давида сменяется онтологическим, сущностным смыслом.

Две истории не только развиваются параллельно, но и содержат множество сходных элементов.  Захария спрашивает ангела: «По чему я узнаю это? ибо я стар, и жена моя в летах преклонных» (Лк. 1:18). Мария задает ангелу вопрос: «Как будет это, когда Я мужа не знаю?» (Лк. 1:34)

Како будет сие и пр. Это вопрос – не сомнения и неверия, как у Захарии (ст. 18–20), а естественного недоумения: Пресв. Дева уверовала словам Ангела, как это засвидетельствовал Сам Дух Св. устами праведной Елисаветы (Лк. 1:45), посему и не требует от него знамения, подобно тому, как требовал священник Захария, когда возвещено было ему о рождении сына. Но неизменная любовь к чистоте девства побуждает Ее спросить Ангела: как может родиться от Нея Сын, когда Она дева? Она дала обет хранить девство, а между тем Ангел говорит, что у Нея будет Сын. «Дева Мария, пишет блаж. Феофилакт, сказала сие не потому, что как бы не поверила, но потому, что Она, как мудрая и разумная, желала узнать образ настоящего события: ибо ничего подобного не было прежде сего, и после не будет. Захария справедливо осуждается, он имел много примеров, так как многие неплодные рождали, а Дева не имела ни одного примера.» Каким-же это образом, Она думала, что и обет девства будет сохранен, и Сын родится? Дух Святый найдет на Тя (Тебя) и пр., т. е. зачатие и рождение совершится не образом естественным, от мужа, а сверхъестественным, непостижимым, чрез наитие Св. Духа, чрез осенение силою Всевышнего, и потому рожденный не будет подобен обыкновенным детям, которые, зачинаясь и рождаясь во грехах, с рождением приносят в мир грех и проклятие; но будет свят, непричастен никакому греху. Так как Христос имел принести Себя в жертву правосудию Божию за грехи человеков, то Сам не должен был иметь никакого греха, даже и первородного, от которого не свободен ни один человек. Потому и зачался в предочищенной для сего Деве особенным действием Божиим, и в самом рождении называется Святым, Сыном Божиим (Мих.). Сыном Божиим, т. е. и по человечеству Своему, рожденному от Девы, Сын Божий, прежде век рожденный от Бога Отца, будет Сыном Божиим Единородным, почему Св. Дева Мария и именуется Богородицею, Богоматерью. Были такие лжеучители, которые говорили, что в И. Христе только нравственно соединены два естества Божеское и человеческое, а потому Св. Деву Марию называли не Богородицею, а Христородицею; на 3-м Всел. соборе они осуждены.

Действие Духа

Через призывание является дождь для этого нового земледелия — осеняющая сила Святого Духа. Ибо как Бог все, что Он сотворил, сотворил действием Святого Духа, так и ныне действие Духа совершает то, что превышает естество и чего не может вместить ничто, кроме одной веры. Как будет это, — говорит святая Дева, — когда Я мужа не знаю. Архангел Гавриил отвечает: Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя (Лк 1:35). И ты теперь спрашиваешь, каким образом хлеб становится Телом Христа, а вино и вода — Кровью Христа? Говорю тебе и я: Дух Святой нисходит и совершает это, что превыше разума и мысли.

Этот стих одновременно прост и очень труден. Мария не может отнести слова ангела к себе, ведь она еще не замужем. Я еще не замужем –||| такой перевод не совсем точен, потому что, как говорилось выше, еврейская девушка с момента обручения считалась замужней, хотя и оставалась девственницей. Дословно текст звучит: «я не знаю мужа». Глагол «знать» широко употреблялся в значении «вступать в сексуальные отношения». Почему Мария удивлена? Ведь она через не очень продолжительное время будет жить у Иосифа и может родить ребенка.

Существовало и до сих пор существует множество попыток объяснить этот вопрос. Некогда католические богословы, опираясь на апокрифы, говорили о том, что Мария дала обет вечного девства, и предлагали считать глагол «знаю» (настоящее время) имеющим значение будущего: «не буду знать». Но в еврейской традиции того времени брак и деторождение не только считались почетными и похвальными, но в них видели обязательные для исполнения заповеди Бога: «оставит человек отца и мать и привяжется к жене» и «плодитесь и размножайтесь». Случаи целибата были очень редкими, некоторые насельники Кумрана были безбрачными, но это, вероятно, касалось только мужчин, вряд ли девушка могла по собственной воле отказаться от брака. Тем более, что Мария уже состоит в браке. Согласно мнению других библеистов, Мария, зная текст Исайи (7:14), была уверена, что Мессию должна родить девственная мать и она не сможет стать матерью Мессии, потому что скоро станет женой Иосифа. Но ничто в еврейской традиции не говорит о том, что в дохристианские времена существовали подобные представления о рождении Мессии. Согласно еще одной точке зрения, глагол «знать» следует понимать в прошедшем времени: «я еще не познала мужа». В таком случае Мария поняла слова ангела как то, что она уже носит ребенка в чреве, чего не может быть. Сейчас большинство комментаторов полагает, что этот вопрос не более чем литературный прием евангелиста для придания диалогу большего драматизма: ангелу предоставлена возможность продолжить речь и дать Марии объяснение.

Превыше понимания

Рождество Господа нашего Иисуса Христа превышает всякое разумение и превосходит все примеры.

И сказал ей ангел: «не бойся, Мария; ибо ты обрела благодать у Бога. И вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя: Иисус. Он будет велик, и наречется Сыном Всевышняго, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и царству Его не будет конца». Славныя великия, радостныя, но вместе и непостижимыя слова! Ведь она девственница по обету, и слова вестника оказываются, противными природе и непостижимыми для человеческаго разума. «Как будет это», сказала Мария ангелу, «когда мужа не знаю?» Это не было сомнение, к которому неспособно было искренно верующее сердце Марии, а лишь недоумение ея простаго человеческаго разума.

как будет это? Задавая этот вопрос, Мария явно сознает, что Сына она зачнет неким чудесным образом.

Пресвятая Дева, еще не проникая в глубину тайны Божией, при слышании слов Благовестника перенеслась мыслию к данному Ею обету непорочного девства: како будет сие, идеже мужа не знаю? – вопрос естественного недоумения, а не сомнения и неверия, как у Захарии (Лк. 1:20). «Ты обещаешь Мне что-то странное, – как бы так говорила Приснодева Небесному Вестнику, – ты возвещаешь Мне то, что превосходит естество: Я браку непричастна; Я обручилась жениху, но браком с ним не сочеталась; Я знаю во Иосифе только обрученника, но не мужа» (блж. Андрей Иерусалимский). «Обет девства произнесен, утвержден; сколько Я не желаю отменить его, столько не позволяет и закон (Чис. 30:3). Господь не нарушает Своих законов, – как же будет то, что и обет девства сохранится, и закон исполнится, и сын родится?» (свт. Филарет Московский). «Неужели природа одну Меня сделает материю без брака? Неужели Я одна вопреки природе покажу новый для нее образ рождения?» (блж. Андрей Иерусалимский). 

Дева и Матерь

Нежный Его зачинает огонь, а не плоть и не кровь отца и не безумное вожделение. Божественная сила тихим дуновением оплодотворяет непорочное лоно нетронутой браком Девы. Неслыханная новизна рождения повелевает верить, что зачатый таким образом Христос есть Бог.

Незамужняя Дева сочетается браком с Духом

и не испытывает недостатка любви. Женское естество остается запечатанным.

Беременная внутри и неповрежденная снаружи, цветущая стыдливым плодородием, уже Мать, но также и Дева, не знающая мужа Мать.

Почему отрицаешь ты?

Почему, неверный, качаешь неразумной головою?

Ангел святыми устами возвестил, что этому надлежит быть.

Не хочешь ли поверить и открыть уши для ангельских речений?

Сама Святая Дева поверила возвещению сверкающего служителя и потому, доверившаяся, зачала Христа.

Ибо Христос приходит к верящим, а сомневающееся сердце с колеблющейся верой, лишив почести, презирает.

Естественное недоумение Давшей обет девства: «Как будет это, когда я мужа не знаю?» – не было принято ангелом за неверие, как в случае с Захарией; у Марии это желание узнать образ исполнения обещанного, тем более оправданное, что ничего подобного в человеческой истории еще не было.

Тайна зачатия

Богородица: Ты же разъясни, как Я смогу родить Его, будучи Девой?

Ангел: Ты просишь у меня узнать, Дева, образ зачатия Твоего, но он несказанен, Дух же Святой, осенив Тебя зиждительной силой, совершит.

Богородица: Моя праматерь, приняв мысль змея, прогоняется от божественной пищи, поэтому и я боюсь твоего странного целования, остерегаясь соблазна.

Ангел: Я послан Божиим предстателем поведать Тебе божественный совет. Что ты боишься меня, Всенепорочная, боящегося больше тебя? Что благоговеешь меня, Владычице, честно Тебя благоговеющего?

Потом предсказывает Ей зачатие во чреве, рождение Сына, Его спасительное имя, Его достоинство Божественное, воцарение чудесное, царство безконечное. Сколько еще предметов для испытания и разглагольствия! Но Благодатная не желает испытывать таин благодати. Благословенная не дерзает разглагольствовать о том, что выше слова и разума. И теперь не прервала бы Она Своего молчания, если бы любовь к девству не исторгла из сердца Ея краткаго слова: «како будет сие, идеже мужа не знаю?» (Лк. 1:34) Чтобы правильно разуметь сие слово, необходимо должно, во-первых предположить, как и предание сказует, что Мариамь еще прежде обязала Себя обетом, во всю жизнь Свою хранить девство: ибо не обязанная сим обетом, и обрученная мужу, какую имела бы причину вопрошать о возможности родить сына: «како будет сие?» Во-вторых, надлежит взять в соображение закон Моисеев (30), по которому обет девы или жены мог быть уничтожен одним словом отца или супруга, и только тогда становился твердым, когда отец или супруг слышал о нем, и не отверг онаго. Из сего соображения должно заключить, также согласно с преданием, что обет девства, который, на предсказание По Евреин. сборн.: при обещании...  о рождении Сына, заставил Марию сказать: «како будет сие?» был уже тогда известен Иосифу, и признан им; и что он обручил себе Пречистую Деву с тем, чтобы, под именем супруга, быть стражем Ея девства, которому нужно было таиться под наружным покровом брачнаго союза в таком народе, который, привлекаясь видимым благословением брака, не постигал высоты девства. По сим обстоятельствам, сколь ни далека была Мариамь от того, чтобы не веровать, или сомневаться, или прекословить, или любопытствовать, принуждена однако была вопросить Ангела: «како будет сие, идеже мужа не знаю?» Хотя имею мужа по обряду обручения: но у меня нет мужа по обету девства; обет сей произнесен, утвержден; сколько я не желаю отменить его, столько не позволяет закон, который говорит: «человек, иже аще обещает обет Господу, или заклянется клятвою, или определит пределом о души своей, не осквернавит словесе своего; вся, елика изыдут из уст его, да сотворит» (Чис. 30:3); Господь не нарушает Своих законов: как же будет то, что и обет девства сохранится, и закон исполнится, и сын родится? – Видите, что крайняя только необходимость расторгает священныя узы Ея молчания, или лучше сказать, сама благодать изливается во устах Ея; открывается тайна Ея обручения с Иосифом, дабы под сею тайною скрыть другую, глубочайшую тайну обручения с Богом; отречение Мариами от земнаго мужа подает Ангелу случай возвестить Ей достоинство Богоневесты, к которому Она предопределена: «Дух Святый найдет на Тя, и сила Вышняго осенит Тя» (Лк. 1:35).