1-ое послание к Коринфянам ап. Павла 9 глава 25 стих

Сравнивая далее своё служение с соревнованием по бегу, он тем самым хочет сказать, что его самоограничение даёт ему возможность опередить других: «Разве вы не знаете, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду. Так бегите, чтобы получить. Каждый подвизающийся воздерживается от всего: те, чтобы получить венец тленный, а мы — нетленный. Итак я бегу не как впустую, ударяю кулаками не как по воздуху, но мучу мое тело и порабощаю, чтобы, проповедав другим, самому не оказаться негодным» Для Павла необычайно важно полное соответствие между проповедуемым им Евангелием и его личной жизнью. Требуя самоотверженности от других, он не может быть занят собственным благополучием.

Когда мы пришли к источнику, ты вошел и был помазан. Подумай о тех, кого ты увидел, подумай о том, что ты сказал, вспомни все подробно. Тебя встретил левит, тебя встретил пресвитер. Ты был помазан словно атлет Христа, который намеревается вести борьбу против века сего; ты открыто заявил о своей борьбе на состязании. Тот, кто ведет борьбу, знает, что может надеяться, ибо там, где состязание, там и венец (1 Кор. 9:24-25). Ты ведешь борьбу в мире, но венчаешься Христом, и за состязание в мире получаешь венец. И хотя награда на небе, однако здесь находится то, что достойно этой награды.

И дальше говорит апостол: «Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы — нетленного».

Представьте себе: человек готовится к соревнованиям. Он зашел в Макдоналдс, съел что-то и выпил. Такое можно себе представить. Но марафон такой человек не пробежит, а если пробежит, то с какой скоростью? А надо прибежать первым! Поэтому, говорит апостол, даже участнику олимпийских игр нужны диета и тренировки. Там люди с трех-пяти лет учатся, чтобы получить олимпийский венок, хотя особого смысла в нём нет — он тленный. Выиграл Олимпиаду — а через какое-то время тебя забыли. Но даже ради такого — тленного — венка люди стараются, все силы прикладывают. А мы ради нетленного венка, награды в Царствии Небесном, не стараемся.

Златоуст говорит: «Что значит от всего? Не так, что от одного воздерживается, а в другом грешит, но воздерживается и от чревоугодия, и от пьянства, и от всех вообще страстей. Так бывает, говорит, даже при внешних подвигах; подвизающимся нельзя во время борьбы ни напиваться, ни прелюбодействовать, чтобы не ослабить сил, ни заниматься чем-нибудь другим; но, воздерживаясь совершенно от всего, они занимаются только упражнениями. Если же так бывает там, где венец дается одному, то тем более должно быть здесь, где больше щедрости; здесь не один только увенчивается, и самые награды гораздо выше подвигов» Беседа 23.

Таким образом, апостол говорит, что мы должны больше энергии прикладывать. Не жить как теплохладные христиане — от воскресенья до воскресенья. Воскресенье пропустили и говорим: «Я так устал, не могу, надо поспать», или: «У меня уважительная причина сегодня на службу не пойти, Бог меня простит». Или думаем: «Ну обругал человека, с кем на дороге такого не бывает?» Мой инструктор по вождению говорил: «На матерщинников в машине Бог глаза закрывает». Это к вопросу, что некоторые живут расслабленно, потихонечку, главное — добрести. Знаете, до чего добредете? Закроют дверь перед носом и скажут: «Поздно».

Часто люди жалуются на усталость. Феофан Затворник объясняет это тем, что люди обычно не видят награды духовные. О небесных наградах вообще не думают, потому что ум у человека настолько огрубел, что небесные награды стали безразличны. Поэтому апостол и приводит в пример венок — венок лавровый, но и тот завял. А мы ради небесной награды стараемся. Феофан Затворник говорит, что «оплотеневший ум не видит цены духовных благ, и не представляет их превосходства сознанию, оттого всюду ослабела ревность к стяжанию их. Мы живем так, что будто кроме земли и земного ничего нет».

подвижники - Греч, άγωνιζόμενος (букв, «сражающийся, прилагающий усилия») взято из спортивного лексикона и означало атлета, участвующего в соревновании.

Однако миссионерская деятельность — при всем энтузиазме проповедника Евангелия и при всех радостях, которые приносит успех миссии — трудна и полна искушений и опасностей. Она требует самоотверженности в служении и труда над собой. Апостол пишет о самоотверженности и труде, прибегая к примеру участников спортивных состязаний. Образы из спорта были близкими коринфским христианам, так как недалеко от их города проходили Истмийские спортивные игры.

Первый пример апостола Павла — соревнование в беге. В этом образе отсутствует мысль о конкуренции. Речь идет только о том, что участник соревнования должен упорно тренироваться, себя в чем-то ограничивать. В античных спортивных играх это означало десять месяцев упорных тренировок, во время которых атлет должен был отказаться от вина, мяса и общения с женщинами.

Если уже спортсмены так концентрируют свои силы, чтобы завоевать венок победителя, который увянет через несколько дней (в Истмийских играх это был венок из сосновых веточек, в Олимпийских — из маслины), то насколько большей самодисциплины требует жизнь христианина! Ведь речь при этом идет об обретении нетленного венца вечной жизни. Вот истинная цель устремления, вот то единственное, о чем следует помышлять.

Коринф был важным центром эллинского образования. Здесь был гимнасий, руины которого найдены при раскопках. У Павсания упоминаются даже два гимнасия — «старый», находящийся за театром, и более новый, выстроенный возле площади Клинием, известным коринфским общественным деятелем:

За театром выше находится храм Зевса Капитолийского... Недалеко от этого театра находятся старый гимнасий и источник, называемый Лерна; он окружен колоннадой, и в ней устроены сидения для тех, кто приходит сюда отдохнуть в летнее время. У этого гимнасия есть храмы богов; один — Зевса, другой — Асклепия; статуи же Асклепия и Гигиеи (Здоровья) — из белого мрамора, а изображение Зевса — медное... В гимнасии, находящемся недалеко от площади, воздвигнута мраморная статуя Геракла... Этот гимнасий выстроил им Клиний, и в нем еще и сейчас воспитываются эфебы (юноши). Тут находится и статуя Артемиды, сделанная из белого мрамора.

Гимнасиями в Древней Греции изначально называли спортивные центры, где юноши получали физическое воспитание. Однако в дальнейшем гимнасии превратились в общеобразовательные центры, где интенсивная физическая подготовка сочеталась с обучением письму и гуманитарным наукам. Многие коренные жители Коринфа должны были пройти через гимнасий, а значит, обладали средним образованием и были физически развиты. Не случайно в Первом послании к Коринфянам Павел использует хорошо знакомые его адресатам образы из мира спорта:

Не знаете ли, что бегущие на ристалище (έν σταδίω — «на стадионе») бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить. Все подвижники (ηάς Ьк ό αγωνιζόμενος — «всякий борец») воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы — нетленного. И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным

В этом тексте образы, заимствованные из мира спорта, призваны проиллюстрировать тему воздержания: как борцы должны соблюдать диету, чтобы оставаться в форме, так и христианский подвижник должен усмирять плоть. Предполагают, что Павел присутствовал на Истмийских играх в 51 году: эти спортивные состязания, Пелопоннесский аналог Олимпийских игр, проводились на Коринфском перешейке раз в два года, и их проведение совпало со временем пребывания Павла в Коринфе. Благочестивому иудею присутствие на спортивных состязаниях было запрещено, однако Павел вряд ли мог столь подробно описать их, если бы никогда на них не присутствовал. 

Призыв к самоограничению ап. Павел подкрепляет ссылкою на собственный пример (гл. 9). Он тоже не пользовался теми преимуществами, которые связаны с апостольским служением. Он стал Апостолом по необходимости – бывший гонитель думал, по всей вероятности, о своем обращении, – и только безмездное служение дает ему право на награду хвалы, (стт. 15–18). Но ап. Павел ставит и общую цель. Он был всем для всех, т. е. ограничивал себя во всем для того, «чтобы спасти, по крайней мере, некоторых» (стт. 19–22). Он призывает к тому же и своих читателей.

«Сие делаю для евангелия, чтобы быть соучастником его» Св. Златоуст говорит: «Павел не лицемерил (когда был всем для всех); ибо если бы лицемерил, то не искал бы пользы спасаемых; но как врач, как учитель, как отец снисходят – первый к больному, второй к ученику, третий к сыну – для пользы их, а не для вреда, так и Павел». Никогда он свои вкусы, свою волю, свои привычки и взгляды не ставил законом.

Приложение к Коринфянам изложенного (1 Кор. 9:24–27).

Выше пространно указавши в себе пример того, как надо воздерживаться от личных пожеланий и потребностей и подчинять их пользе ближнего, Апостол к тому же склонить желает и Коринфян. Для сего он употребляет новое подобие, или новый образец бегущих на ристалищах и борцов, которые для получения тленных венцов «воздерживаются от всего», что может расслабить их тело, ил утучнить его и тем помешать достигнуть цели. Так и Коринфяне для получения венца нетленного должны воздержаться от того, к чему будто бы уполномочивает их знание, т. е. от вкушения идоложертвенного. Но и при сем метафорическом уподоблении Апостол снова себя представляет в примере Коринфянам, чтобы отнять у них всякий предлог к отговоркам.

Делая приложение вышеизложенного к Коринфянам, Апостол научит их твердо помнить ту конечную цель, к которой они должны стремиться. Но подобно тому как стремящиеся к цели своей участники на разного рода ристалищах, которыми так славен был Коринф, подвергают себя воздержанию для легкости бега; так и Христиане, спешащие получить венец правды в жизни вечной, должны быть воздержны, каковым и был ап. Павел, возбуждавший и других к скорому и удобнейшему прохождению христианской арены жизни и сам текший по ней с надеждою на успех только при воздержании вообще и порабощении тела духу в частности, иначе все пропадет, как пропадает труд невоздержного участника боя, не умеющего наносить врагу метких ударов и часто бьющего не врага, а воздух. Не так поступает боец, тщательно приготовившийся к борьбе и знающий способы и средства наносить врагу меткие и страшные для него удары. Такой несомненно победит врага. Так побеждают врагов спасения христианские подвижники, воздерживающиеся от всего препятствующего успеху борьбы с плотию, миром и диаволом. Св. И. Златоуст спрашивает: «что значит: от всех воздержится? И отвечает: «т. е. не так, что от одного воздерживается, а в другом грешит, но воздерживается и от чревоугодия, и от сладострастия, и от пьянства, и от всех вообще страстей... Воздерживаясь совершенно от всего, они (участники ристалищ) занимались только своим подвигом... Так бывает при внешних подвигах, то тем более должно быть здесь, где больше щедрости... и самые награды гораздо выше подвигов». Обращая потом внимание на слова Апостола: умерщвляю тело мое и порабощаю..., он представляет Апостола говорящим так: «все терплю; но кроме того принимаю на себя и тот великий труд, чтобы жить воздержно... Не думайте, что я успеваю в этом без труда; нет, это для меня подвиг, воздержание и борьба с природою, которая непрестанно восстает и домогается свободы, но я не уступаю, а укрощаю и подчиняю ее с великими усилиями... (Но сказал: уничтожаю, или мучу, потому что плоть не есть враг, но умерщвляю (наношу удары) и порабощаю, что свойственно господину, а не врагу, учителю, а не злодею, пестуну, а не противнику)». Не думайте будто для вашего спасения достаточно того, что вы уверовали: если мне, который проповедовал, учил, обратил тысячи людей, недостаточно этого для спасения, когда сам себя не буду вести безукоризненно, то тем более вам».

Святой Павел в 8-й главе своего послания доказывал, что не должно есть идоложертвенного (хотя идол – ничто, и идоложертвенное ничего нечистого от него не приняло), потому что не у всех есть такое знание об идоложертвенном. Есть христиане с немощной совестью. Они, вкушая идоложертвенное, по примеру имеющих знание, оскверняют свою совесть, грешат и погибают, а между тем за них, для спасения их, умер Христос. Своим примером святой Павел убеждает коринфских христиан не делать этого, в видах пользы немощной братии, чтобы они не могли лишиться спасения. Здесь он сравнивает жизнь каждого со всеми ее особенностями с тем, что бывает на играх, при беге на ристалищах. Как там все бегут, чтобы достигнув меты, получить венец, так и мы спешим, чтобы получить истинный венец от Господа, так и вы бегите, чтобы получить (ст. 24). И далее яснее говорит: все подвижники воздерживаются от всего (ст. 25), давая этим разуметь им, чтобы и они, если желают получить награду, воздержались от вкушения идоложертвенного. И чтобы отнять у них всякий предлог к оговоркам, снова представил в пример себя (ст. 26–27).
 У самих коринфян состязания на ристалищах были в разных видах. Боролись, бились на кулачки, бросали камни, диски, прыгали через рвы, бегали наперегонки, бегали и сами, и на лошадях. Для последних упражнений в силе и ловкости назначалась известная мета, и кто первый добежит до нее, тот только и получал положенную награду, а бежали все, которые вызывались на это состязание. Апостол и указывает коринфянам: видите, говорит, как у вас на ристалищах, все бегут, которые взялись бежать, а честь получает только один. Отчего? Оттого, что лучше других приготовился к этому, все бросил, что могло помешать бегу, не жалел сил и напряжения их, когда бежал. Делайте же и вы так, так бегите, чтобы получить. Какие этот один употреблял приемы и усилия, такие же употребляйте и все вы. Отстраните все, мешающее бегу. А что мешает вашему бегу, это вы знаете – то, что губит брата и делает вас виновными пред Христом. Итак, воздержитесь.
 Готовящиеся к бегу воздерживаются от всего, что им здесь может быть вредно, так, например, нельзя им во время состязаний ни упиваться, ни прелюбодействовать, дабы не ослабить сил, ни заниматься чем-либо другим, но воздерживаясь совершенно от всего, заниматься только своими упражнениями. Если так бывает там, где дается одному венец, то тем более должно быть здесь, где больше щедрости, ибо здесь все могут быть награждены, да и самые награды гораздо выше подвигов получают за подвиг – венец не только нетленный, но и бесценный (Златоуст).
 В своем примере святой Павел представляет, как важно для жизни духовной уяснить для себя, чем увенчается надлежащий подвиг, и затем все в своей жизни направлять так, чтобы она прямо вела к достижению желаемого. Кто хорошо понял цель и придумал, как ее достигнуть, тот идет путем этой жизни с полной уверенностью, что достигнет желаемого блага. При этом сторонние нередко могут говорить ему: «воздух бьет» (воду толчет), а он знает твердо, что бежит не как-нибудь, а наверное. Взираю, говорит, на уповаемые блага, потому что не безызвестен мне венец (Феодорит).
 Имею, сказал, определенную цель, ясно мною сознаваемую, принял меры и средства, верно ведущие к сей цели, и подвизаюсь в уверенности, что достигну ожидаемого. Подвиги разнообразны, есть подвиги душевные и есть телесные. Апостол берет последние, чтобы указать пример в себе, как надо избавляться от поблажек телу, и еще потому, что с умерщвлением и порабощением тела, бывает исправна – сильна и душа. Изнеженность, поблажка телу вела к исключению из списков, записавшихся на состязание. Поэтому везде надо соблюдать меру. Так, есть мера, выше которой, когда зайдет поблажка телу, в пище ли то, во сне ли или отдыхе, духовная жизнь уже начинает замирать, слабеет ревность, теряется бодрость, и душу проникает все мертвящий холод. Возникни такая страсть в душе христианина, и не будет странным, если произойдет падение, а это уже и есть исключение из списков спасающихся (как на играх – из списков состязателей). Во избежание этого Апостол и дает урок, как надо умерщвлять и порабощать свое тело.

В своих усилиях ради достижения спасения верующие уподобляются участникам соревнования, которые напрягают все силы, хотя увенчиваются лишь победители (1 Кор. 9:24). «Все подвижники воздерживаются от всего» (1 Кор. 9:25), что мешает достижению венца тленного, – тем более мы должны воздерживаться от всего, что мешает духовному росту и получению венца нетленного. Этому правилу следовал, прежде всего сам Апостол: «усмиряю и порабощаю тело мое, – говорит он, – дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным» (1 Кор. 9:27).