1-ое послание к Коринфянам ап. Павла 11 глава 7 стих

Павел утверждает, что молитва или даже пророчество, неправильные по форме, могут навлекать бесчестие. Это относится и к жене: «...всякая жена, молящаяся или пророчествующая с непокрытой головой, бесчестит свою голову; ибо это то же, как если бы она была обритая» (11:5). По римским законам (принятым в Коринфе как римской колонии), бритьё головы предусматривалось для женщины, которая изменила своему мужу: «...если жена не покрывается, пусть и стрижется. Если же стыдно жене стричься или бриться, пусть покрывается. И как муж не должен покрывать себе голову, будучи образом и славою Бога, — так и жена есть слава «Слава» в данном случае означает принадлежность. мужа» (11:6-7). Если жена не покрывает голову, значит она отказывается признать законные отношения с мужем, то есть свой брачный статус, а потому появление жены в обществе с непокрытой головой считалось непристойным. В этом наставлении о внешнем виде женщины в церковном собрании Павел говорит о «жене молящейся или пророчествующей». Из книги Деяний мы знаем, что не только мужчины, но и женщины пророчествовали в апостольской церкви (Деян. 21:9). Возможно, это указание подразумевает желание некоторых женщин первенствовать на богослужебных собраниях В Коринфе христианские собрания проходили в частных домах (16:19: «Приветствуют вас в Господе особенно Акила и Приска вместе с церковью, собирающейся в их доме»), где женщина пользовалась авторитетом и где она находилась с непокрытой головой. Известия о Коринфской церкви Павлу в Ефес принесли доверенные лица Хлои (богатой деловой женщины), которые курсировали между этими двумя городами по делам торговли. Хотя проблема здесь, по-видимому, не в мужчинах и женщинах как таковых, но именно в муже и жене. .

Всякий человек создан по образу Божию, но в семье образом божественного господства является муж. Как Бог — глава вселенной, так в семье глава — муж. Поэтому он называется «образом и славой Божией». Он должен точно передавать откровение Божие всей своей семье. Через мужа, таким образом, является слава Божия.

Феофан Затворник говорит: «Сначала создан муж, и создан по образу и подобию Божию: он — отблеск славы Божией. Жена потом взята от мужа, как бы по его уже образу создана, и есть потому образ образа, или есть отблеск славы мужа. Почему и прибавляет в доказательство сего: “несть бо муж от жены, но жена от мужа” (1 Кор. 11:8). Феодорит, ограничивая образ Божий одним данным человеку господством над тварями, применительно к ходу речи говорит: «Человек — образ Божий по праву начальства. Так как ему вверено начальство над всем, что на земле, то и называется образом Божиим. А жена, состоя под властию мужа, “слава мужу есть”, и как бы образ образа. Ибо хотя и она начальствует над другими, но повелено ей быть в подчинении у мужа».

Златоуст же сказал так: «Муж не должен покрываться не только потому, что имеет главой своей Христа, но и потому, что имеет власть над женой. Когда имеющий власть приступает к царю, то он должен иметь на себе знак своей власти. Потому, как никто из имеющих власть не осмелился бы явиться пред облеченного диадемой без пояса и (приличной сану) одежды, так и ты без знаков своей власти, то есть без обнаженной головы, не молись Богу, чтобы не нанести бесчестия и себе и почтившему тебя. То же самое можно сказать и о жене: и для нее бесчестно не иметь знаков своей подчиненности» Беседа 26.

Здесь запрещается покрывать головы при молитве «всякому мужу», а в Писании мужами называются собственно простолюдины, и об ннх-то, а не о священниках, говорит апостол, называя их братия (ми): 1 Κορ. 11, 2. Священники непросто мужи, но при исполнении своего служения как Ангелы Господни: Откр. 2— 3 глав. Мал. 2:7. Обычай покрывать иерархическим лицам голову свою имеет основание в Священ. Пи- сании: Лев. 8:13; Зах. 6:11; Огкр. 4:4; Исх. 29:6—9; также имеет основание в Свящ. Писании и обычай православных пастырей носить длинные волосы. На востоке в глубокой древности был обычай—людям, посвящающим себя на служение Богу, во все время своего служения или, что то же назорейства, не стричь волос: Чис. 6:5; Суд. 13:5. Как назорей и во всем подобный пророку Илии, покрытому волосами: 4 Цар. 1,8, и Иоанн Креститель Господень, несомненно, носил длинные волосы. Иисус Христос, Великий Первосвященник и назорей: Деян. 22:8, как свидетельствует история, носил длинные волосы. Также и апостолы, как посвященные Богу и подражатели во всем Христу: 1 Кор. 11.

Главы 11–14 посвящены вопросу о поведении верующих в молитвенных собраниях. Из этого общего вопроса ап. Павел выделяет три частных, которым и посвящает преимущественное внимание. Первый касается поведения женщин в молитвенных собраниях (11: 2–16), второй – вечери Господней (11:17–34), и третий – дара языков, к которому ап. Павел подходит в связи с другими духовными дарами (12–14).

Вопрос о поведении женщин есть, собственно, вопрос о том, должны ли женщины молиться с покрытой или непокрытой головою (ср. ст. 13). Павел решает его в том смысле, что женщины должны молиться не иначе, как с покрытою головою. В тех доводах, которые ап. Павел предлагает в обоснование своего решения, многое звучит для нас неубедительно (ср. ст. 4–6, 13–15), и кое-что не удержалось и в жизни Православной Церкви (ср. ст. 14). Как и все люди, Апостолы были дети своего времени, и многое, что им по человечеству казалось самоочевидным, ничего не говорило другим христианским поколениям. В вопросе о поведении женщин важно не то решение, которое Павел предлагает, и не те человеческие соображения, которые он приводит, а то принципиальное основание, на котором он строит. Это основание дано в ст. 3. Он говорит о иерархическом соотношении мужа и жены, возводимом через Христа к Богу. Он утверждает царственное положение мужа, как образа и славы Божией (ср. ст. 7). Но иерархия не исключает равенства мужа и жены, в их происхождении друг от друга и обоих от Бога (ср. ст. 12), она сопряжена и с их единством, которое есть единство в Господе (ср. ст. 11). Так, по специальному вопросу, ап. Павел, неизбежно, возвращается к теме о союзе супружеском и, дальше углубляя мысли, намеченные в гл. 7, пролагает пути к учению послания к Ефесянам.

Павел, устанавливая для Церквей полезнейшие законы и давая указания, как нам следует в них жить и являться пред Всевышним Богом, говорит: Муж убо не должен есть покрывати главу, образ и слава Божия сый . Затем он также утверждает, что жена слава мужу есть. И объясняет, каким образом необходимо рассматривать то и другое. В первую очередь, возьмем сказанное о муже и рассмотрим, каким образом он есть образ и слава Божия. Но, я полагаю, всем очевидно, что муж назван так потому, что он причастен Божественного Духа, и через то делается причастник божественнаго естества , так что отсюда исполняется и славы от Бога. Итак, как имеющий в себе Духа, Который из сущности Божией, и через причастие Ему преобразуемый в подобие Сотворившему, он назван образом и славой Божией. Ничуть не меньше мы можем узнать смысл сказанного из того, что и жена названа именно так, как она названа. Павел потому говорит, что она есть слава мужа, что она сотворена из его природы. Ибо Писание говорит, что взя Бог едино от ребр его (Быт. 2:21) и сделал женщину. Итак, как жена названа славой мужа потому, что была взята часть от его членов для создания ее, так и муж назван славой Бога потому, что стал причастником Его сущности (δια τό γενέσθαι μετέχων τής ουσίας αύτοΰ) через вселившегося в него Духа Святого. Итак, когда таким образом обстоят дела, всячески необходимо говорить, что Дух не является тварным или сотворенным, но из сущности Божией, т. е. Богом, приемлющим поклонение с Отцом и Сыном по причине тождества природы.

Do you see how he makes the law of nature the judge that determines what is fitting for each gender? Bold speech is most appropriate for men, while the modesty of veiling is most appropriate for a woman. And unseemliness on the part of the image would quite reasonably constitute an insult to the archetype. So since a man is the image and glory of God (for according to the Scriptures he is created as such), then let him preserve for God a fitting boldness of speech by keeping his head unveiled, since the law of nature does not force him to be veiled. After all, the divine nature is free and beyond all criticism. It is rich with its own glory, and it is wonderful. And since woman is in the likeness of man 166 and she is the image of the image and the glory of the glory, and since nature decrees that she let her hair grow long, why would the gender that comes later engage in a battle over grace with the gender that came first? She too is in the image and likeness of God, but mediately through the man, so that there is a slight difference between her nature and his. I will level no charge against a woman who modestly covers her body, as far as possible, and who crowns her head with hair. But bold speech is surely not without penalty for a woman. Therefore, “she should wear a veil,” he says, “because of the angels.” Clearly this refers to the angels whom God appointed over the churches.

 168 They are exceedingly upset whenever anyone neglects proper decorum since they too know the Creator’s will for us.

***
By the term “prophesy” he means singing the Psalms and praising God. He makes the law of nature the judge of what is fitting for each gender. Bold speech is most appropriate for men, while the modestly of veiling is most appropriate for women. And unseemliness on the part of the image would quite reasonably constitute an insult to the archetype. So since man is the image and glory of God, let him preserve for God a fitting boldness of speech by keeping his head unveiled. After all, the divine nature is free, and the law of nature does not force him to be veiled. And since woman is created in the likeness of man and she is, as it were, the image of the image and the glory of the glory, and since nature decrees that she let her hair grow long, why would the gender that comes later engage in a battle over grace with the gender that came first? 166 She too is in the image and likeness of God, but mediately through the man, so that there is a slight difference between her nature and his. I will level no charge against a woman who modestly covers her body, as far as possible, and who crowns her head with hair. But bold speech is surely not without penalty for a woman. It would be more fitting for them gladly to veil themselves.“She should wear a veil because of the angels” whom God appointed over the churches. Not that they suffer anything when they see women. Human beings are actually the ones who would suffer harm, since they have this coarse earthly body and are dragged down by innate pleasure to what is shameful. They would be the ones aroused by the beauty of these women to commit inappropriate acts. But how could anyone either think or say this about the holy angels? They are holy, after all, and far above all filth because they use bodies that are incorporeal, subtle, spiritual, and beyond human comprehension. 168 No, the phrase “because of the angels” means that the angels are upset whenever proper decorum is neglected. Being veiled is appropriate for a woman, and nature is a witness of this fact. “For her hair,” he says, “is given to her for a covering.” Therefore, appropriate behavior should be observed for this reason as well: because of those who know the Creator’s will for us.

Здесь ап. Павел осуждает мужей, молящихся или пророчествующих с покрытой головой (ст. 4), а также растящих волосы (муже аще власы растит, безчестие ему есть, ст. 14). Штундисты прилагают это к священнослужителям Православной Церкви и обвиняют их в нарушении апостольской заповеди, – за то, что они носят длинные волосы и при богослужении возлагают на головы митры, камилавки, скуфьи. Но ап. Павел в заключение этих наставлений пишет: «если бы кто захотел спорить, то мы не имеем такого обычая» (чтобы муж отращивал волосы, а жена нет, ст. 14–15), «ни церкви Божии». Этими словами указывается на то, что изложенное апостолом выше есть дело обычая, и если бы кто захотел с этим спорить, то он изобличался бы не повелением Господним (ср. 7, 10), а только существующим обычаем. А обычаи изменяются. В частности, касательно отращивания волос мужами, апостол находит, что самое естество учит, что это бесчестие для мужа (ст. 14). И здесь он ссылается не на повеление Господне, а лишь на «естество», считая отращивание волос естественным не для мужчины, а только для женщины (ст. 15). Однако естественность не есть всегда обязательное свойство человеческих действий, – иначе говоря, не все, что естественно, то и обязательно. Напр., естественно в жаркое время ходить босым, однако не обязательно. – Что касается покровения головы, то есть различие между простым покровением и венчанием головы.

Митры православных епископов, камилавки и скуфьи священников суть головные украшения, в роде диадем или ворон (повязок или венцев). Апостол не мог осуждать таких украшений. Он, как ревностный посетитель храма Иерусалимского, видел, конечно, на главе иудейского первосвященника увясло, по греч. митру (Исх. 29:6; Лев. 8:9), а на священниках видел клобуки (Исх. 29:9; Лев. 8:13), и потому не мог думать, что всякое украшение или венчание главы противно повелениям Божиим.

+++Примечания к Апостолу и Апокалипсису в обличение штундистов и подобных им сектантов. Владимир-на-Клязьме, 1904. С. 74++

«Муж (являясь при общественном богослужении) не должен покрывать голову», т. е. не должен являться пред Богом без принятого и условного знака своего властительства, подобно тому, как имеющий власть, когда приступает к царю, должен иметь на себе знак своей власти (Св. Златоуст), «… потому что он (муж) есть образ и слава Божия, а жена есть слава мужа». Конечно, и жена создана по образу Божию и на себе его носить, но Апостол говорит не вообще о сотворении природы человеческой по образу Божию, а имеет в виду только порядок сотворения и служебное и зависимое значение жены. Сначала муж – по образу Божию, а потом как бы уже по мужнину образу из него жена, которая «и есть потому образ образа, или есть отблеск славы мужа» (Еп. Феофан).

Второе основание неприличия превратного отношения мужа и жены к покровению головы заключается в зависимости жены от мужа, установленной Богом. Сначала создан был по образу Божию муж, потом как бы по его образу создана жена, которая по сему есть облик мужа, как он отображение славы Божией. Жене повелено быть в подчинении у мужа и печатию этого ее отношения служит покрывало. По замечанию святого И. Златоуста, муж не должен покрываться не только потому, что имеет главою своею Христа, но и потому, что имеет власть над женою. Когда же власть имеющий приходит к царю, то он должен иметь на себе знак своей власти... То же самое должно сказать и о жене: и для нее бесчестно не иметь знаков своей подчиненности». И по порядку творения мужу принадлежит первенство, а также потому, что жена сотворена в силу потребности для мужа быть в обществе с подобным себе человеком.

Наконец, так как некоторые жены снимали покрывала с голов своих не по желанию только сравняться с мужчинами, но по некоторым другим, еще менее извинительным причинам, то Апостол возбуждает в них прирожденное женщинам чувство стыдливости чрез напоминание об Ангелах, всегда предстоящих нам и в то же время близких к Богу, чтобы постоянно свидетельствовать о нескромности помышлений наших.

Итак, муж, как образ и слава Божия между тварью, не должен в церкви покрывать свою голову, а жена потом взята от мужа, как бы по его уже образу создана, и есть поэтому образ образа, или есть отблеск славы мужа, поэтому должна накрываться в знак подчинения мужу.
 И еще преимущества мужа перед женой. Муж прежде создан, а жена создана после, из-за потребности мужа быть в обществе с подобным себе, и создана быть помощницей мужу. Этим выражено зависимое и подчиненное ее положение.
Таким образом, святой Апостол указал четыре преимущества мужа перед женой. Первое, глава мужа есть Христос, а муж есть глава жены. Второе, муж есть слава Божия, а жена слава мужа. Третье, не муж от жены, а жена от мужа. Четвертое, не муж для жены, а жена для мужа (Златоуст).
 По вышеуказанным причинам, а кроме них, еще и ангела ради, жена должна носить покрывало на голове своей, как знак власти мужа над нею, чтобы своею покорностью мужу и Богу доставить радость ангелам, хранителям людей, которые близки им и всегда, а особенно при богослужении.

Однако не все держались заветов ап. Павла и не все следовали Преданию. Поэтому Апостол указывает на ряд вопросов внешнего поведения в Церкви некоторых коринфских христиан, в которых они подражали язычникам: отращивали длинные волосы (мужчины), а женщины ходили с непокрытой головой в знак свободы нравов (в языческом Коринфе времен ап. Павла такие женщины, ведущие свободный, независимый в нравственном отношения образ жизни, назывались «гетерами», от греч. слова (etaira) – подруга, любовница). Такое подражание моде было совсем неполезно христианской общине, так как соблазняло многих. Апостол дает твердое основание для решения этого, казалось бы, маловажного вопроса, исходя из общего принципа иерархической подчиненности в Церкви: «Всякому мужу глава Христос, жене глава – муж, а Христу глава – Бог» (1 Кор. 11:3). Христос, как глава тела Церкви, есть глава не только мужа, но и жены, но жены через мужа. Как в физическом теле одни органы связаны с главой более непосредственно, другие менее, так и в теле Церкви: священство прямо относится ко Христу, другие имеют нужду в священстве. Так и в союзе семейном: муж прямее относится ко Христу, чем жена: последняя относится к Нему некоторым образом через мужа. Следовательно, и внешне должны быть знаки отличия: одному власти, другой – подчиненности (по порядку творения и как виновнице грехопадения).

В обычай хорошего нрава вошло жене покрывать голову в знак власти над ней мужа, и «для Ангелов» (1 Кор. 11:10) (ап. Павел имеет ввиду общее раввинское толкование Быт. 26, согласно которому падение ангелов объясняется преступной любовью их к земным женщинам. Поэтому иудеи (и магометане) не позволяют своим женам появляться в публичных местах с непокрытой головой из опасения, чтобы злые духи не нанесли им вреда. Другое мнение таково, что неприлично одетые женщины могли соблазнять «ангелов» – предстоятелей церквей или просто юношей и заставлять добрых Ангелов со скорбью удаляться от участия в общецерковных молитвах (см. у Фарара, Жизнь и труды св. ап. Павла., С-Пб., 1887, Прилож. IV, стр. 824; Еп. Феофан, цит. соч., стр. 401), а мужу быть непокрытым, в знак того, что он есть «образ и слава Божия» (1 Кор. 11:7). Если же эти нормы нарушаются, то оба погрешают против благочиния и преступают заповедь Божию.