1-ое послание ап. Иоанна 4 глава 8 стих

Воздействие, оказываемое Богом, Его самая мощная энергия — любовь.

Когда Бог пребывает в человеке, человек облекается любовью Божией. Бог познается через Его главнейшую энергию — любовь. Лучшая демонстрация и доказательство бытия Бога (лучшая христианская апологетика) — это жизнь в любви. Современный мир часто не принимает никаких доказательств бытия Бога и пришествия Христа, кроме доказательства любви.

Значение посланий - утверждение христианской цивилизации, основанной на любви. Мы относимся к цивилизации, основанной на христианских принципах. Даже если многие не соблюдают евангельские заповеди, они хотя бы на словах признают идеалы истины, добра, милосердия, служения любви. Бывают многолетние апостасии, отступления от веры, бывают войны десятилетние, тридцатилетние, даже столетние, но вектор рано или поздно все равно направляется к любви и миру. Сейчас говорят, что складывается новая постиндустриальная цивилизация НТР, складывается новое информационное общество, основанное на каких-то иных принципах.

Знающие Бога всегда с этим знанием соединяют любовь. Ибо «кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь», что открылось из того, что Он послал Сына Своего Единородного и отдал Его «...в умилостивление за грехи наши». Если так возлюбил нас Бог, то, по рассуждению Ап. Иоанна, и с нашей стороны требуется любовь. Атак как Бог для нас в существе Своем непостижим, то любовь наша должна направляться на носящих Его образ, чтобы любовь наша не была пустым только словом, а единение с Ним было бы живое: «Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает и любовь Его совершенна есть в нас».

Кто не любит ближних, по заповеди Христовой, как себя: тот не имеет истинного познания о Боге. Кто не любит ближних, тот не знает, как должно, что Бог всеблаг и самосущая Любовь, и хочет, чтобы мы любили друг друга, и любит любящих. А если бы знал, как должно, умом и сердцем, что Бог есть Любовь, то не мог бы не любить Бога всем сердцем и не мог бы не любить ближних, подражая Богу и стремясь к единению с Богом.

Желая кратко показать величие беспредельной любви Божеской, Апостол указывает на искупление рода человеческого чрез Иисуса Христа, как на величайшее дело этой Божеской любви к человекам.

Святый Апостол, сказав о высоком назначении чад Божих и о добродетельных свойствах, которые отличают их от людей нечестивых, обращает их внимание на первую и главнейшую заповедь, данную нам воплощенным Словом, Господом нашим Иисусом Христом, и внушает им, чтобы они любили друг друга, чтобы все дела их и чувства оживлены были любовью, яже о Христе Иисусе. А дабы любовь таковую укоренить в сердцах чад Церкви, Апостол указывает на высокое значение любви, дает видеть в ней существенный и отличительный признак духовного возрождения и просветления, при котором человек познает Бога; между тем как не любящий Его пребывает во мраке неведения, идет губительными путями, и в самом Боге видит не Бога любви, не Отца милосердия и щедрот, но судию и карателя своих неправд.

Любовь бывает разная, а требуется от нас только истинная: 1 Ин. 3:18; несомненно, что тот, кто истинно любит, истинно знает Бога, Который есть любовь (ст. 8), но удостовериться в истинности любви но легко, потому что любовь так часто переплетена в нашей душе с самолюбием, тщеславием, с самомнением, даже с ненавистью, что делом великой духовной опытности является различие ея от этих примесей, от которых она перестает быть истинною: Мф. 15:8. Анархист бросает в правителя страны бомбу, от которой погибает и сам. Он говорит, что умирает для освобождения народа от тирана, что жертвует своею жизнию ради „любви". Однако смерть его по достоинству не выше самоубийства, к которому прибегает озлобленная гордость: Иер. 50:31—32.

Сердце же наше да радуется о том, что Бог, единый по существу Своему, прославляемый во Святой Троице по лицам: Отец, Сын и Святой Дух — есть вечная безначальная и бесконечная доброта, источник всех богатств (духовных и вещественных), не нуждающийся ни в чем, ко всем творениям Своим щедрый, со всеми везде невидимо присутствующий и всемогущий. 
 Совокупность и венец всех указанных Божьих совершенств есть Божественная Любовь, как самое существо Божественное, жизнь Божественная "Бог есть любовь" (1 Ин. 4:8). Ибо нельзя найти большей (совершеннейшей) любви, кроме той любви, которою любит Бог как Сам Себя в Себе Самом, так и в Своих творениях, ибо так возлюбил Бог мир (т.  е. всех людей, как Божие творение), что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3:16). И между нами не найдется более совершенной любви, кроме той любви, которая более всего и ближе подходит к любви Божественной. 
 Философы слова: любовь, любить, определяют так: любить есть не иное что, как только желать (и делать) добро другому лицу. Если это очевидная истина, то отсюда будет такое заключение: насколько кому-либо желаем и делаем мы больше добра, настолько больше его мы любим. Прилагая это относительно любви к Богу, получим такой вывод: Богу не можем мы пожелать добра т.  е. Его совершенств больше того, сколько Он имеет (ибо они безграничны); следовательно мы не можем оказать большей любви к Богу ничем другим, как только тем, когда мы сердечно будем признавать беспредельные Его совершенства Ему одному принадлежащими, а себя всецело предавать деятельно в Его святую волю. Этим преимущественно образом воля Божья будет совершаться нами на земле, как она совершается на небеси. 

Знающие Бога с этим знанием всегда соединяют и любовь (1 Ин. 4:7–12). Ибо «кто не любит, тот не познает Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4:7, 8), – что и открылось из того, что Он послал Сына своего Единородного и отдал Его «в умилостивление за грехи наши», и притом так, что не мы прежде возлюбили Его, «но Он возлюбил нас» (1 Ин. 4:9–10). «Если так возлюбил нас Бог», то, по рассуждению Св. Апостола Иоанна, и с нашей стороны должна быть также являема любовь; а поскольку Бог невидим сам по себе, то и любовь наша должна устремляться на существа, носящие Его образ, дабы единение наше с Ним могло быть живое, а любовь была не звуком пустым, а совершенной любовью: «Бога никто никогда н видал. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает и любовь Его совершенная есть в нас» (1 Ин. 4:11–13).

+++Послания апостольские и Апокалипсис. Истолковательное обозрение, составленное протоиереем Михаилом Херасковым. Владимир-на-Клязьме, 1907.++

Прервав на некоторое время беседу свою о любви речью об еретиках, апостол теперь снова возвращается к учению о христианской любви и преподает о ней самое возвышенное и самое глубокое учение, следуя при этом примеру речи Господа в Его прощальной беседе с учениками, он часто прерывает речь свою живыми обращениями и повторениями, такими естественными и необходимыми в отеческой наставительной беседе отца и пастыря с духовными чадами его.

Первое побуждение ко взаимной любви христиан он указывает в происхождении христианской любви от Бога. Этим, с одной стороны, указывается высокое достоинство любви, а с другой — то, что она есть дар Божий, который мы должны употреблять в дело.

Вторым побуждением христиан к любви служит то, что через любовь происходит возрождение наше и, наконец, через любовь достигается, по мысли апостола, и познание Бога. Выясняя все это, апостол называет Бога любовью и тем яснее показывает, что для познания Бога совершенно необходимо иметь любовь, потому что постигнуть любовь нет другого средства, кроме любви. Что касается до названия Бога любовью, то этим названием выражается благостное существо Божие живее и точнее, чем другим высочайшим Его названием: Свет. В названии Бога любовью дается более близкое сердцу нашему представление о Боге, более понятное нашему уму и совершенно доступное воле. Вот почему святые отцы любовь считали высшим наименованием Всесовершенного Существа (святой Ириней, Дионисий Ареопагит и другие). Что Бог действительно есть любовь, апостол подтверждает указанием на проявление ее в послании в мир Единородного Сына, явившегося в мир не потому, что люди любили Бога, а потому, что они были грешны и готовы были погибнуть. Здесь как бы воспроизводятся слова Спасителя, сказанные Им Никодиму: так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3:16).

«Бог есть любы» (1 Ин. 4:8) в существе Своем и милосердие в Своих действиях относительно к человеку; сколько ни многоразличны сии действия, они имеют единое начало – благость, и единый конец – благо. Посему Бог является то в образе отца и дает нам славное имя сына: «даждь ми, сыне, твое сердце» (Притч. 23:26); то в образе врача и покупает нам здравие собственными болезнями: «язвою его мы исцелехом» (Ис. 53:5); то во образе пастыря, и не забывает глашать по имени овец, забывших Его в своем заблуждении: «ины овцы имам, яже не суть от двора сего; и тыя ми подобает привести» (Ин. 10:16); то во образе гостя и усильнее старается внити в убогую хижину нашу, нежели мы в славный чертог Его: «се стою при дверех и толку» (Откр. 3:20); то во образе жениха и всюду приближается к невесте Своей, куда бы она ни удалялась: «прииди ближняя моя» (Песн. 2:10).