Послание ап. Иакова 2 глава 20 стих

Вместо «нэкра» («мертвая») некоторые древние списки (Александрийский, Синайский) имеют другое слово — «бесполезна», «напрасна» («арги»).

По блж. Феодориту Киррскому, вера уподобляется корням и стволу дерева, а дела — ветвям и листьям. Корень и ствол питают крону, но и крона в свою очередь направляет живительные солнечные лучи для корня и ствола. Как крона не может существовать без корней и ствола, так и вторые не существуют без первой.

Знать (γνῶναι) – в данном контексте познание Знать (γνῶναι) – букв.: познать. означает сверять свою жизнь с Писанием. Апостол Иаков намекает «воображаемому собеседнику», что благочестивый иудей черпает знания из Священного Писания.

Неосновательный (κενέ) – т.е. пустой, ничтожный; человек, который легко бросает свои слова на ветер, хвастун – довольно резкое для апостола выражение.

Вера без дел мертва (πίστις χωρὶς τῶν ἔργων νεκρά ἐστιν) – в NA вместо слова «νεκρά» стоит – «ἀργή», что можно перевести как бездейственна От «ἀργός» – ненужный, бесполезный, не имеющий никакой ценности. .

Далее в трех примерах апостол Иаков объясняет, что такое истинная вера. 

Здесь ап. Иаков раскрывает недостаточность одной веры для спасения человека, но в тоже время дает понять и необходимость ея, или такое отношение ея к делам, что богоугодныя дела невозможны без истинной веры: Езр. 11:6. С другой стороны, не верою только оправдывается человек, по и делами: ст. 24; Евр. 11:31; при всем том необходимо быть принятым в число истинных последователей Христа, в Церковь Его: Деян. 10:2-6, 48.

23. Вера Авраама сопровождалась самоотверженным подвигом: Быт. 14:14-16, и завершилась готовностью пожертвовать своего единственнаго сына: Быт. 22:10; поэтому он и наречен другом Божиим. И. Христос друзьями называет и тех, кто исполняет то, что Он заповедовал: Ин. 15:14; а заповедовал Господь, между прочим, и послушание голосу тех, кого Он посылал: Лк. 10:16.

Некоторые западные ученые видят в учении апостола Иакова о значении в деле спасения веры и дел некоторое несогласие с учением об этом апостола Павла; так как, говорят они, апостол Иаков учит о спасении через дела, а апостол Павел — через веру. Но это несогласие видится потому, что неверно представляется учение обоих апостолов. Как в стихах 14 и 17, так равно в 19 и 20 и далее в стихе 24 и 26 апостол Иаков говорит о вере как бессердечном, рассудочном только признании истины Откровения без живого проникновения им; о той вере, какую имеют и бесы и которую обличает апостол в своих читателях, получивших ее как бы в наследство от своих отцов-иудеев, тщетно ожидавших спасения через холодную веру. Веру же истинную, живую апостол Иаков одобряет, считает ее содействующей добрым делам и способствующей к оправданию перед Богом и приближению к Нему. Таким образом, апостол Иаков говорит о спасении не через одни дела, а в связи с живой верою (стих 24). То же видим и у апостола Павла, который говорит, что во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью (Гал. 5:6). Из указанных апостолом Павлом дел видно, что он не придавал значения в деле спасения не делам вообще, а только делам обрядовым (обрезанию и т.п.), потерявшим свое значение с установлением Нового Завета. Должно заметить еще, что апостол Павел в примере верующего указывает на того же Авраама, на которого указывает и апостол Иаков. Перед апостолом Иаковом были люди, принявшие веру Христову, но продолжавшие жить по-язычески; а перед апостолом Павлом были лжеучители, утверждавшие, что без соблюдения закона Моисеева и всех его установлений нельзя спастись, чем ниспровергалось само существо учения об оправдании через веру во Христа. Поэтому святой апостол Иаков в своем Послании говорит о недостаточности холодной веры без дел; требует, чтобы вера была не мертвая, а живая; апостол же Павел говорит о недостаточности дел закона без сердечной веры (см. Рим. 3:31; Рим. 9:31-32). Таким образом, они вполне сходятся в требовании от христиан веры и дел благочестия. Одинаково также они говорят и о содействии веры делам и дел вере (ср. Иак. 2:22 и Евр. 11:33-37). Апостол Иаков указывает даже такое место Писания, которое, по-видимому, более подходит к несправедливо предполагаемому исключительному учению Павла, а именно на вменение Аврааму в праведность его сердечной веры, не перешедшей еще в дело (в жертвоприношении Исаака).

Быть может вам нужны доказательства того, что вера без дел мертва есть? Так вот вам почитаемый вами Авраам: силу веры своей он доказал тем, что вознес сына своего на жертвенник, т.е. доказал делом веру свою. Другии словами говоря, Авраам верил в силу и могущество Божие, верил в то, что он не останется без потомства, верил, что Бог воскресит его сына, если бы он даже заколол его. Таким образом, вера Авраама подвизала его на дела и делами сама достигала совершенства.

Указание на Авраама, который оправдался верою (Быт. 20:6), неправильно, потому что сам Авраам сопровождал и доказывал свою веру делами; даже и Раавь, несмотря на то, что была блудница, оправдалась делами, потому что вера и дела связаны между собою, как дух и тело (20–26).

«Что пользы, братие мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет?; может ли вера спасти его? (Ик. 2,14). Апостол Павел же признает, что «человек оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим. 3:28, Гал. 2:16) и в пример такого оправдания верою приводит того же Авраама, которого апостол Иаков представляет оправданным делами.

Это видимое противоречие в учении двух апостолов об оправдании очень легко устраняется при более внимательном исследовании приведенных мест. Апостол Павел не уничтожает закона верою (Рим. 3:31), но оправдывает тех, которые, привыкнув с малых лет смотреть на закон, как на единственное средство спасения, считали его необходимым и в христианстве; и преимущественно разумели закон обрядовый и закон обрезания. «Израиль, – говорит он в другом месте (Рим. 9:31, 32), – искавший праведности закона, не достиг до закона праведности. Почему? Потому что искал оправдания не в вере, а в делах закона».

Призванный быть апостолом язычников, не разумевших закона Моисеева, Павел, с одобрения самого Иакова, председательствовавшего на Апостольском соборе, желает снять иго закона с язычников и доказывает недостаточность его одного без веры и излишество при вере. Веру же он понимает не отвлеченную, не просто признание умом какой-нибудь истины, но «веру, действующую любовью» (Гал. 5:6). Апостол Иаков, предостерегая христиан от того вывода, что для спасения достаточно одной веры без добрых дел и что вместе с отвержением обрядового закона должно и может быть отвергнуто и исполнение закона нравственного, старается доказать необходимость именно этого нравственного закона. Таким образом, оба апостола взаимно «пополняют друг друга». Иаков доказывает недостаточность холодной веры без добрых дел любви. Павел – недостаточность дел закона, преимущественно обрезания и обрядов, без живой веры.

Чтобы показать, как недостаточна вера без человека, как опасно полагаться на такую веру, апостол указывает на пример бесов, которые хотя и признают, что Бог один и тот же и, следовательно, никогда не изменит своих определений относительно их участия; но эта вера не имеет никакого влияния на их нравственное исправление: они веруют, что угрожающая им кара Божия рано или поздно постигнет их, – веруют и трепещут (Мф. 8:29).

 Если вера твоя остается «без дел», и потому «мертва есть» (Иак. 2:20); если велеречиво мудрствуешь о возрождении, о созерцании, о таинственности, но не радишь о исполнении заповедей Божиих, не поступаешь по установлениям матери-Церкви, как свойственно сыну послушания: то жертва духа твоего не есть живая; ты думаешь покланяться Богу духом, но не покланяешься Ему истинною. Если дела твои не одушевляются верою, и потому кровь Христова не «очищает совести твоей от мертвых» или умерщвляющих беззаконных «дел» (Евр. 9:14); если и в тонких, чистых, и наиболее свойственных духовному Богопоклонению образах, коими облекается оно в Христианстве, ты не почерпаешь для себя духа и силы; приносишь фимиам, но не приносишь молитвы; возжигаешь свещу, но не горишь духом, слышишь премудрость Божественную в церковном чтении и пении, но не воспеваешь в сердце твоем Господеви; покланяешься телом, но не сокрушаешься духом: то жертва тела твоего не есть живая. Ты «имеешь» один «образ благочестия», за что отвержены Иудеи, а не «силу» (2 Тим. 3:5) онаго, которою спасаются Христиане. Кто приносит во святый храм Божий сердце, отягченное объядением и пиянством, плоть с неукрощенными похотями, уста лживыя и язык уязвляющий: тот вместо агнца или голубя, животное нечистое или змию хочет принести в жертву По Евреин. сборн.: уста исполненныя душевным ядом лукавства и злобы: тот вместо агнца или голубя хочет принести в жертву свинию, или коня неистово ржущаго, или аспида... . Кто храмлет на оба колена, преклоняется то к Богу, то к миру, в одной добродетели стоит, а в другой колеблется или безпечно падает: тот приносит в жертву хромое. Кто не старается успевать в познании Сына Божия и Его спасительнаго учения, и думает угодить Богу, как случится: тот приносит в жертву слепое. Кто мнится служить Богу, но тайно ищет в том своей выгоды, или славы человеческой: тот святотатственно служит себе и людям, а не Богу жертву приносит. Все таковыя жертвы как не могут назваться святыми, так не могут и быть благоугодны Богу.