Книга пророка Исаии 10 глава 14 стих

«И города, – говорит он, – которые теперь утверждены непоколебимо, «сотрясу» и смету моею силой, и «вселенную всю обыму рукою яко гнездо»». Ибо что за труд – взять рукой неоперившихся птенцов, согреваемых в гнезде питающей их птицей, когда они не в силах еще ни лететь, ни бежать? Потом, усиливая свое презрение к людям и возвышая собственное могущество, говорит: «Нет, не «яко гнездо обыму» вселенную, но «яко яица оставленая», тако «возму, и несть, иже убежит мене, или противу мне речет»». Итак, если останавливаться на буквальном значении, то сие скажет князь ассирийский, надменный в уме успехами против Иудеи и Самарии, и рассуждающий, что он в одно нашествие возьмет все народы, что никто не подымет против него руки, но силой его будут слиты все пределы народов, и целая вселенная смятется от страха в его нашествие, достающийся же в его руки будет взят легче, нежели птенцы у птицы, и вся подсолнечная, с приближением его силы, будет захвачена с бОльшим удобством, нежели как иному удобно взять яйца, на которых не сидит уже согревавшая и оживотворявшая их птица. Но поскольку такая гордыня как бы выше гордыни человеческой, то, по мнению некоторых, слова сии приличны истинно горделивому, вознесшему выю свою против Вседержителя, непокоривому и отступнику, который в грех своего отступничества увлек последовавших ему лукавых духов. Ибо он и почитает себя умом великим, и представляет себя обозревающим высокое, и угрожает, что покорит себе целую вселенную. Он и на вопрос Господа «откуду грядеши?» – не обинуясь отвечал: «прошед» подсолнечную и «обшед поднебесную, приидох» (Иов. 2:2). Он дерзнул и Господу всей твари показать царства земные и сказать: «Все это мое, потому, «аще» ныне «пад поклонишимися, Тебе дам» (Мф. 4:9). Посему, может быть, под царем ассирийским пророческое слово разумеет князя века сего. И Господь именует князя века сего, говоря: «ныне князь мира сего изгнан будет вон» (Ин. 12:31) и вскоре потом: «Ктому не много глаголю с вами; грядет бо сего мира князь и во Мне не имать ничесоже» (Ин. 14:30). Но много князей, и есть князи народов, поставленные для стражи и охранения народа, каждому из них порученного, как Моисей говорит в песни: «Егда разделяше Вышний языки, яко разсея сыны Адамовы, постави пределы языков по числу Ангел Божиих» (Втор. 32:8). И еще Апостол говорит: «Премудрость же глаголем не века сего, ни князей века сего; но глаголем Божию премудрость, юже никтоже от князей века сего разуме» (1 Кор. 2:6–8). И еще у Даниила пишется о князе персском и о князе еллинском. Ибо Ангел говорит ему: «аз приидох во словесех твоих». И «князь царства Персскаго стояше противу мне; и се, Михаил един от старейшин первых прииде помощи мне, и того оставих тамо со князем царства Персскаго». И немного после: «аз же исхождах, и князь Еллинский грядяше» (Дан. 10:12–13, 20). Итак, если сие сказано от лица диавола, то, может быть, выражается гордыня его не против людей, но против духовных или других Сил.

Ты дунул духом Твоим, и покрыло их море: они погрузились в пучину как свинец, в великих водах (Исх. 15:10)¹. Войско Египетское погрузилось в воды морские, когда был наслан на него дух Господний. Но поскольку мы стремимся видеть в Слове Божьем те пророчества, которые исполняются также и в нас самих, сказанное лучше отнести к язычникам, которым был ниспослан Дух Божий, наполнивший их знанием истины. О чем свидетельствует пророк: Земля будет наполнена ведением Господа, как воды наполняют море (Ис. 11:9). Они погрузились в пучину как свинец, в великих водах. Эта аллегорическая пучина есть плотская жизнь. Она бросает нас из стороны в сторону по многообразным волнам греха, а затем накрывает собою души, вверженные в нее, и потопляет их в своих глубинах. Так, например, ненависть, нечестие, жестокость и зависть суть греховные волны века сего.

Сотрясу грады населенныя: наведу страх на городския населения, подобный тому, какой бывает от землетрясения, — все потеряют голову и ударятся в безпорядочное бегство. Вселенную всю объиму рукою моею, яко гнездо и яко оставленныя яйца возму. Ошеломленные быстрым нападением, все мирные обитатели городов и сел (вся вселенная) будут бросать свои жилища, как испуганныя птицы улетают из своих гнезд. И как оставленныя птицами гнезда с находящимися в них неоперившимися птенцами или яйцами делаются легкою добычею охотника, так дегко и я заберу в свои руки все имущество в домах, оставленных жителями, и всех людей, не успевших убежать. И несть иже убежит мене: но и в бегстве никто не найдет спасения, все попадут иди под меч, или в плен. Страх до такой степени овладеет всеми, что ни с чьей стороны не будет оказано сопротивления мне, — никто не посмеет открыть рот, чтобы прекословить мне, — никто не пискнет.

For this very reason, because of their overbearing arrogance, certain opposing forces came: “the ruler of the kingdom of the Persians and the ruler of the kingdom of the Medes and the ruler of the kingdom of the Greeks.” And so, one could say that it was the ruler of the kingdom of the Assyrians who had made the false pretensions and uttered the statements discussed above.

«Ибо, – говорит царь Ассирийский, – князи мои цари; все царства обвемлю рукою моею яко гнездо» (то есть без труда покорил я всю землю), и яко обираются оставленая птицею яица, так взял я всю землю, – как оставленные птицей яйца собрал я все народы земные под иго рабства моего, – и несть ни единого царя, иже подымет крыла, отверзет уста и глуми́т». Я расхитил достояние всех народов». Так в высокомерии и гордости сердца говорит царь Ассирийский.

Ассириянин... захватил весь мир как гнездо и обратил в свою добычу царства как яйца оставленныя самками. Однажды взяв метафору от птиц, гнезда и яиц , удержал ее и в остальном, сказавши: не было, кто пошевелил бы крылом и открыл рот и пискнул. Сила, говорит, и победа моя навели такой ужас, что побежденные не могли свободно издавать даже плача и стона. Некоторые думают, что это вообще говорится против царства Ассирийскаго,— что после того как Господь исполнит все дела Свой на горе Сионе и в Иерусалиме, т . е. после того как будет разрушен Иерусалим , то будет разрушено и царство Ассирийское. Мне же, на основании дальнейшаго, представляется, что это угроза собственно против Сеннахериба царя Ассирийскаго. Слова же: после того как исполнит Господь все дела Свой на горе Сионе и в Иерусалиме означают не разрушение города, а осаду, когда пришел Рабсак, вождь Сеннахериба и сделал то, о чем тот же пророк говорит ниже (Ис. 37:17). Разрушится ум великий Ассириянин, который думал, что все высокия учения будут разрушены так, что подобно птичьим птенцам, не в состоянии будут подняться на высоту, и как еще не одушевленныя, безчувственныя и оцепенелыя, — на что указывает сравнение с яйцами, — не в состоянии будут даже издать звука и пошевелить языком против убедительности и силы Его слова.

См. ст. 13

И потому Творец вселенной и врач Бог, зная, что гордость есть причина и начало болезней, захотел уврачевать противное противным, так чтобы то, что распалось от гордости, было восстановлено смирением. Ибо гордый говорит: Взойду на небо (Ис. 14:13), а смиренный говорит: смирилась до земли душа моя (Пс. 43:26¹)... Тот говорит: как забирают оставленные в них яйца, так забрал я всю землю, и никто не пошевелил крылом, и не открыл рта, и не пискнул (Ис. 10:14), а этот говорит: Я уподобился пеликану в пустыне; бдел и соделался, как одинокий воробей на кровле (Пс. 101:7—8²)... Если рассмотреть причину начального падения и основания нашего спасения, как они положены и возникли, то падением Люцифера и примером смирения Спасителя научимся, как мы должны избегать столь жестокой смерти от гордости.

Вселенную всю, говорит, объиму яко гнездо и яко оставленныя яица возму: и несть, иже убежит мене или противу мне речет. О ужасная гордость! о бессмысленные помышления! На жителей всей земли он смотрит как на гнездо одной птички и сравнивает их с яйцами, оставленными согревавшею их птицей, чтоб подобно дракону придти и пожрать их; он презирает тех, которые противоречат ему, и, по-видимому, не ожидает, чтоб осаждаемые им вступили в пререкания с ним. Эти слова прилично отнести к лицу самого сатаны. Ибо он есть отец гордости и думал, что он овладеет вселенною и никто не воспротивится ему. Но на самом деле вышло не так, напротив наступил конец его власти и совершенно разрушены его дела. Ибо за нас противувозглаголал Христос, и не только противувозглаголал, но и сразился за жизнь всех, победил губителя и поверг его к ногам святых. Ибо сказал им: се даю вам власть наступати на змию, и на скорпию, и на всю силу вражию. (Лк. 10:19).

«Никто не пошевелил крылом». Этими словами указывается на ту панику, какая находила на всех при приближении ассирийских полчищ.

Вот так Творец всяческих всегда промышлял о всех людях, не только ведущих род от Авраама, но и о всех потомках Адамовых, и посредством одного народа приводил к боговедению все народы. И всем человекам предлагал через него учение, не только, когда был он благочестив, но и когда нес наказание за свои беззакония. Так было в случае Навуходоносора, высокомерного мучителя, воздвигшего золотой кумир, повелевавшего, чтобы все поклонялись ему, и говорившего: Вселенную всю обниму рукою, как гнездо, и как оставленные яйца возьму.

But he who hoped to seize the whole world as a nest of young birds and to take it without effort like eggs left behind by fleeing birds, he was stripped of his army without human hand. However, the phrase "opening his mouth and chirping" is spoken in Scripture according to the prevailing custom among men. For we are accustomed to say of those who are greatly distressed: "he did not dare to grumble." But the Others say: "he did not dare to coo." Therefore, "opening his mouth and chirping" is instead of: not only will no one dare to set himself in battle against me, but no one will even attempt to grumble like sparrows.