Книга пророка Даниила 9 глава 7 стих

Но ты имеешь ведение, и мудрость, и воздержание? Впрочем, не пришел ещё в меру трех отроков и пророка Даниила, из которых один говорил: Тебе, Господи, правда, нам же стыдение лица, якоже день сей (Дан. 9:7); другие же говорили: душею сокрушенною и духом смиренным да прияти будем (Дан. 3:39).

CONFUSION HAS OVERWHELMED US. EPHREM THE SYRIAN: “Yours is the victory, O Lord, in this case,” because you foresaw our many sins and threatened those about to sin with many curses, keeping your watch lest we might sin. Righteousness is on your side, O Lord, because no evil will besiege us that was not an-nounced to us beforehand. So now confusion has overwhelmed us everywhere, and we are dispersed in every place. COMMENTARY ON DANIEL 9.7.

Пророк Даниил когда молился, обращал свои взоры к разрушенному, иерусалимскому храму. Во время молитвы он растворил окно в горнице и смотрел в ту сторонѵ, где находится Иерусалим: 6, 10. Так поступал Даниил потому, что храмоздатель Соломон, при самом освящении храма, просил Господа внимать молитвам людей, которые и из чужих стран будут обращаться к Иерусалимскому храму, и творить им оправдание: 3 Цар. 8:44-50. И три отрока, когда молились в вавилонской пещи огненной, то возсылали молитвы к св. храму с ого рукотворенными изображениями херувимов: Дан. 3:53-54. Они помнили обетование Божие (Исх. 25:22), обращали свой взор к Господу, седящему на херувимах: 1 Цар. 4:4. Значит, все, они, если молились Богу не в храме, то причиной этого была явная невозможность для них молиться в храме, к которому они относились с должным почитанием. 

Молитва о народе, Иерусалиме и храме. Зная греховность своего народа, пророк обратился к Богу с усердной молитвой от лица своего народа. В первой половине молитвы (3–14) исповедуется всеобщая греховность иудейского народа, который своими грехами прогневал Бога и навлек на себя бедствия плена, предсказанные в законе Моисея (Лев.26:14–39; Вт.28:15–68). Во второй половине (15–19) пророк умоляет Господа помиловать прогневавший Его народ, отвратить Свой справедливый гнев от Иерусалима, от храма, в котором призывалось Имя. Его, и восстановить опустошенное святилище. Молитва кончается словами «Господи, услыши! Господи, прости! Не умедли ради Тебе Самого, Боже мой, ибо Твое имя наречено на городе Твоем и народе Твоем» (19).

  В какое бедное состояние пришел чело­век, – человек по образу Божию и по подо­бию сотворенный: с дьяволом, противником Божиим, заодно стал. Послушал злого его со­вета и согласился с ним, и от Бога отстал, и сделался с противником Его заодно. Этого до­вольно опла­кать не можем. У Тебя, Господи, правда, а у нас на лицах стыд (Дан. 9:7). Госпо­ди, пощади нас! 

Слышим, что слово такое один другому го­ворит: «Стыдно мне на тебя смотреть». Слово это говорит тот, который немало благодеяний от некоего человека получил, но его много ос­корбил, и так неблагодарным благодетелю сво­ему оказался; а потом, придя в сожаление, ка­ется пред ним и вину свою ему объявляет, и грех свой исповедует, и стыдится, и с сожалением ему говорит: «Стыдно мне на тебя смотреть».
Так христианская душа, много Господу со­грешившая, но потом в чувство пришедшая и кающаяся, подобающим образом Богу, Со­здателю своему, жалея, говорит: «Стыдно мне очи свои к Тебе возвести. Ты мой Создатель; я Твое создание и дело рук Твоих. Руки Твои сотворили меня и создали меня (Пс. 118:73). Но я сего не разумел, согрешая и беззаконнуя пред Тобою. Создал Ты мене не бесчувствен­ною и бессловесною тварью, но человеком, с чувствами и разумом и, что более всего – об­разом Своим меня почтил. «Образ есмь неизреченныя Твоея славы». Но я того великого Твоего дарования не разумел, не слушал Тебя, грешил и беззаконновал пред Тобою, и так оскорблял Тебя, Создателя и Благодетеля моего великого. Посему стыд лицо мое по­крывает; стыдно мне и очи мои к Тебе возвести. У Тебя, Господи, правда, а у нас на ли­цах стыд (Дан. 9:7).
Ты меня, оскверненного грехом, в беззако­ниях зачатого и во грехах рожденного (См. Пс. 50:7), как Человеколюбивый и не хотящий смерти грешника Бог, банею пакибытия омыл, освятил и оправдал. Но и великого Твоего сего и непостижимого дара я не разумел, и опять себя – увы мне! – многими грехами осквернил, так тяжко пред Тобою согрешил и Тебя оскор­бил, как пес возвращается на свою блевотину и вымытая свинья идет валяться в грязи (2 Пет. 2:22). Вот стыд лица моего! Горе мне, ибо я со­грешил Тебе! От сего-то изнывает сердце мое. От сего померкли глаза мои (Плач. 5:17).
Стыдно мне очи свои к Тебе возвести. Сты­жусь я на пресвятое Лицо Твое смотреть. Ты меня к вечной жизни позвал, отворил мне двери цар­ствия Твоего и наследие его человеколюбиво обещал. Но я сего не разумел, но обратился к суете мира сего, и богатства, чести и славы его искал, и о вечным тем сокровищем, Тобою мне обещанном, безумно пренебрегал, и так тяжко оскорбляя Тебя. Стыдно мне на Тебя смотреть. Стыд лица моего покрывает меня.
Ты меня питаешь, одеваешь, и все, и всякое добро, какое ни имею я, щедрою Твоею рукою подаешь мне. Но я преизобильного Твоего бла­годеяния не разумел, оскорб­лял Тебя, Благоде­теля моего, и Тебе, Благодетелю, неблагодарен явился. Вот стыд лица моего! Стыдно мне на Тебя смотреть. И ныне признаю и исповедаю неблагодарность и грехи мои пред Тобою; и знаю, и признаюсь, что я подлинно недосто­ин неба и земли, и куска хлеба, и никакого ма­лейшего добра, и самой временной жизни, но только наказания достоин. За грехи мои и неблагодарность мою я это заслужил.
Но, о, Милостиве и Человеколюбче Госпо­ди! Как величество Твое, так и милость Твоя да будет на мне, грешном! Не погубил Ты меня согрешающего: не погуби и кающегося. По­терпел Ты беззаконнующего и ожидал обраще­ния, помилуй и прими обращающегося к Тебе. Помиловал Ты разбойников, убийц, блудни­ков, хищников, грабителей и прочих тяжких грешников кающихся: помилуй и меня, подоб­ного им. Видишь, Сердцеведче, печаль, туту и стенание сердца моего, и стыд лица моего, ибо Тебе, Создателю и Богу моему, согрешил. По­милуй меня, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое (Пс. 50:3, и прочее до конца псалма). Не хочу уже более я ни в чем Тебе согрешить; но, как слово Твое научает, так поступать и по прави­лу его себя исправлять постараюсь. Господи, помози мне, и простри мне руку Твою святую, и укрепи мя, яко немощен есмь. Милость Твоя, Господи, последует за мною во дни жизни моей (Пс. 22:6).
Христианин! Рассуди добре и познай, кто ты и Кому согрешаешь, и Кого грехом твоим оскорбляешь, когда ни согрешаешь. Ты, зем­ля и пепел и малый червячок, Божие непос­тижимое величество оскорбляешь грехом тво­им, Бога Великого, Которого Ангелы и все не­бесные Силы со страхом и благоговением поют и славословят непрестанно и хотению и манию Которого вся тварь повинуется и волю Его исполняет, ты один не слушаешь Его и не почитаешь, но грехом оскорбляешь. Он твой Создатель, Искупитель и Благоде­тель, более Которого нет и не может быть; но ты Его не почитаешь, ибо Ему согрешаешь и так оскорбляешь Его.
Сам рассуди: не великое ли безумие и сле­пота – не почитать и оскорблять Того, от Ко­торого бытие наше имеем и всякое добро, ка­кое ни имеем, получаем? Какой подданный смеет не почтить и оскорбить Царя своего? Разве только безумный, и на свою явную пагубу. Какой сын отца своего не почитает? Разве толь­ко бесчувственный. Какой раб господина сво­его не боится? Разве только лишенный ума. Какой человек благодетеля своего захочет ос­корбить? Разве только тот, кто хуже скота и зве­ря, ибо и скоты, и звери знают своих благоде­телей и помнят благодеяния их.
Ты все сие вышеописанное неистовство Гос­поду Богу твоему оказываешь, когда грешишь. И сие-то есть то, что говорит Господь: Сын сла­вит отца, и раб господина своего боится. И если Я Отец, то где почтение ко Мне? И если Я Гос­подь, то где страх предо Мною? (Мал. 1:6). Тяж­ко, воистину тяжко, человеку благодетеля сво­его, рабу господина своего, сыну и дочери отца своего, подначальному начальника своего, на­много тяжелее – подданному Царя своего ос­корбить. Сколь несравненно тяжелее Бога, Царя царствующих, и Господа господствую­щих, и Отца родителей наших, и Благодетеля благодетелей наших оскорбить. Грехом оскор­бляется Бог, ибо достодолжное Ему послуша­ние не оказывается.
О, лютое зло – грех! Сладок человеку грех, но весьма горьки плоды его. И не думай, человек, что ты, когда человеку согрешаешь, Богу не согрешаешь. Нет, неправо это мнение. Ибо кто против человека согрешит, тот и про­тив Бога согрешит; и кто человека оскорбит, тот и Бога оскорбит. Как? Бог повелел нам человека не обижать и не оскорблять, но более любить его и помогать ему. Если не делаем того, что Он повелел, то не оказываем Ему послушания и противимся святой воле Его, и так безумно оскорбляем Его. Видишь, человек, что грех против человека не может быть без греха против Бога, и оскорбление человека не бывает без оскорбления Божия. Ненавидишь человека, которого Бог любит и велел тебе любить, – ненавидишь и Самого Бога. Делаешь обиду человеку, что Бог тебе запретил, – де­лаешь обиду Самому Богу. Видишь, куда грех твой против человека, оскорбление твое и оби­да твоя, ему оказанная, видишь, куда восхо­дит?! К Самому Богу.
А отсюда следует, что, если хочешь пока­яться и примириться с Богом, то надобно тебе прежде примириться с ближним твоим, кото­рого ты обидел и оскорбил. И сие-то есть, что говорит Господь: Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда при­ди и принеси дар твой (Мф. 5:23 и 24). И, что умножает тяжесть и мерзость греха и слепоту и безумие человеческое показывает, всякий грех, как и всякое дело, пред Богом и всевидя­щими очами Его совершается, ибо Бог – везде и все видит. Кто дерзнет пред Царем земным, или даже и перед низшей властью бесчинство­вать? Грешник слепой дерзает это делать пред Богом и всевидящим оком Его. Если обо всем этом и вышеописанном рассудит человек, не­пременно придет в истинное покаяние, сожа­ление и печаль сердечную, и будет жалеть и сокрушаться сердцем, что грешил и Бога ос­корблял и прогневлял; и, к Богу не смея воз­вести очей своих, стыд свой будет признавать: «Стыдно мне и очи мои к Тебе, Господи, воз­вести!» И уже впредь пожелает лучше умереть, нежели согрешить.
Познай, христианин, Кому ты согрешаешь и Кого оскор­бляешь грехом, и непременно, истину тебе говорю, будешь сердечно каяться и беречься всякого греха. Так просвещение и познание Бога, себя самого и греха есть нача­ло покаяния и спасения. Так говорит Господь, Господь, Святой Израилев: «Когда, возвратясь, воздохнешь, тогда спасешься, и уразумеешь, где ты был» (Ис. 30:15).

DANIEL CONFESSES THE CORPORATE SINS. THEODORET OF CYR: Lord, the things done by you proclaim your righteousness. But we are ashamed because of our great transgression and denounced for our own ingratitude. No harm comes to you because of our godlessness, but we have reaped the fruit of these seeds. He speaks in a pitiable fashion. Daniel both accuses his kin and associates himself with their trespasses. COMMENTARY ON DANIEL 9.7.