Екклезиастик (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова), Глава 38, стих 1. Толкования стиха

Стих 39
Стих 2
Евангелие от Марка
Евангелие от Иоанна
Послание ап. Иакова
1-ое послание ап. Петра
2-ое послание ап. Петра
1-ое послание ап. Иоанна
2-ое послание ап. Иоанна
3-ое послание ап. Иоанна
Послание ап. Иуды
К Римлянам послание ап. Павла
1-ое послание к Коринфянам ап. Павла
2-ое послание к Коринфянам ап. Павла
К Галатам послание ап. Павла
К Ефесянам послание ап. Павла
К Филиппийцам послание ап. Павла
К Колоссянам послание ап. Павла
1-ое послание к Фессалоникийцам ап. Павла
2-ое послание к Фессалоникийцам ап. Павла
1-ое послание к Тимофею ап. Павла
2-ое послание к Тимофею ап. Павла
К Титу послание ап. Павла
К Филимону послание ап. Павла
К Евреям послание ап. Павла
Откровение ап. Иоанна Богослова

Ошибка в тексте ?

Выделите ее мышкой и нажмите

Ctrl + Enter

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

 I. Св. муч, Кодрат, память коего ныне, новорожденным младенцем найден в пустыне, близ г. Коринфа. Тут родила его Руфина, жена коринфскаго гражданина, которая скрывалась в пустыне во время гонения на христиан в III веке, и умерла. Когда при явной помощи Божественнаго Промысла вырос Кодрат, то научился врачеванию болезней, но по любви к уединению удалился в горы, где подвизался в посте и молитве. По временам все-таки посещал город для врачевания болезней, ибо, живя в пустыне, изучил много целебных трав и растений, и движимый любовию к ближним, делился своими познаниями, пособляя бедным. Когда воздвиг гонение на христиан Декий, то Иасон, царский чиновник, прибывший в Коринф, призвал к себе Кодрата с его друзьями и требовал, чтобы они отреклись от Христа. Когда же они отказались, то приказал их повесить головами вниз, бить, строгать тело и жечь, наконец — отсечь им головы. На месте казни, где земля обагрилась кровию мучеников, вдруг явился источник чистой воды.    II. Из краткой жизни этого св. мученика вы видели, братия, что он, находясь долго в пустыне и узнав целебныя средства многих растений, оказывал при помощи Божией, врачебную помощь людям. Это учит нас той истине, что лечиться не грех, вопреки предразсудку некоторых, которые считают лечение от болезней грехом.    а) Еще древний ветхозаветный мудрец говорил: «почитай врача честью по надобности в нем, ибо Господь создал его, и от Вышняго — врачевание, и от царя получает он дар. Знание врача возвысит его, и между вельможами он будет в почете. Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими. Ими он врачует человека и уничтожает болезнь его. Приготовляющий лекарства делает из них смесь, и через него бывает благо на земле. Сын мой! В болезни твой не будь небрежен, но молись Господу... и дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен. В иное время и в их руках бывает успех; ибо и они молятся Господу, чтобы Он послал им подать больному облегчение и исцеление к продолжению жизни» (Сир. 38:1-14). Таков совет многоопытнаго мужа, владевшаго духовною прозорливостию. Можно ли не согласиться с этим советом, можно ли отвергать пользу, приносимую врачебною наукою и ея служителями?    б) Соображения здраваго разума говорят за ту же пользу. В настоящее время только самые темные люди относятся с предубеждением и недоверием к врачам; только самые упорные в своих наследственных заблуждениях не доверяют врачам и не хотят пользоваться предохранительными от болезни средствами. В самом деле, врачи, нарочито изучавшие врачебныя науки и имевшие многочисленные случаи лечения всяких недугов, лучше, чем кто-либо, могут оказать помощь заболевшему. Им известен и род болезни и средства, ее облегчающия. Совершенно неправильно поэтому поступают те люди, которые, держась мнения: чему быть — того не миновать, не хотят употреблять предписываемыя сведущими людьми предосторожности от губительных болезней. Нет, здоровье — это первое наше благо на земле, и мы должны пользоваться им разумно и осторожно, должны заботиться о сохранении его сами, не разсчитывая всякий раз на чудесную помощь Божию, которой мы по грехам своим быть может и недостойны. Это было бы признаком духовной гордости, сколько греховной, столько же и гибельной.    в) Подобным образом учат и свв. отцы церкви.    «Так как всем возмущаемое тело наше, пишет св. Василий Великий, подвержено многоразличным повреждениям: и совне приключающимся, и зараждаемым внутри принятою пищею, и излишествами и недостатками ея: то распоряжающийся всею нашею жизнию Бог дозволил нам врачебное искусство, которое, в образец душевнаго врачевания, имеет целию избавлять от излишняго и восполнять недостаточное, ибо не сами собой прозябли травы, состоящия в свойстве с каждою из немощей, но, очевидно, по воле Создавшаго произведены с целию служить к нашей полъзе. Поэтому свойства, заключающияся в корнях, в цветах, в листьях, в плодах и в соках, и что в металлах и в море открыто годнаго к пользованию плоти, все это подобно изобретению принимаемаго в пищу и питие. Скотское было бы несмыслие ожидать себе здоровья единственно от рук врача. Но и то будет упорством, если во всяком случае избегать пользования врачебным искусством. Напротив того, приемля дары от Бога, Который с благостию и премудростию устрояет жизнь нашу, будем просить у Него сперва познания тех причин, по которым поражает Он нас, а потом избавления от скорбей. И дарованную нам благодать исцеления приимем с благодарностию». (Васил. Вел. Прав. простр. излож. Отв. на вопрос 55-й).    г) Приведем и пример из церк. истории, показывающий, что лечиться не грех. Преподобный Македоний, сделавшись болен, дозволил себе несколько умерить свое воздержание и в оправдание свое разсуждал так пред одной благочестивой женой, отказывавшейся принимать врачебныя средства: «если я умру, я должен буду отдать праведному Судии ответ за свою смерть, как человек, который избежал подвигов и уклонился от трудов служения, — как человек, которому можно было малою пищею предупредить смерть и остаться в живых, чтобы трудиться и собирать от трудов богатство, но который предпочел голодную смерть любомудрственной жизни. Устрашенный этим, желая успокоить укоризны совести, я и приказал принесть хлеб и, когда его принесли, употребил. И тебя прошу, чтобы ты мне более уже не доставляла ячменя, но — хлеб». (См. «Ист. боголюб.» блаж. Феодорита, еп. кирр., стр. 131).    III. И так в случае болезни будем прибегать к врачебной помощи, наперед обратившись к Богу и св. церкви за небесным благословением и за врачеванием души от грехов, от которых весьма часто зависят и самыя болезни. (Свящ. Гр. Дьяченко). Поуч. 1-е. Св. муч. Кодрат.

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

Не следует пренебрегать врачебное искусство, когда оно основывается на практике и опыте, потому что и оно создано Богом.

Источник

Толкование на книгу пророка Исаии, 38

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

Если источник уныния скрывается в недугах телесных, то христианин не должен пренебрегать пособия и от искусства врачебного: ибо искусство сие от Бога. Господь созда, — говорит Писание, — врача на потребу человека, посему врач есть слуга Божий для нас во благое. Слово о молитве прп. Ефрема Сирина. Уныние

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

 О самой пище он говорит, что многоядение причиняет болезнь (30—34), что приводит его к мысли о почитания врачей, как лиц очень полезных для человека, и о благоговении к Богу, лучшему Врачу и Создателю всех врачебных средств (38, 1- 15). 


Источник

Ириней (Орда Харисим Михайлович; епископ Орловский и Севский; 1837-1904.). Руководство к последовательному чтению учительных книг Ветхого Завета. - Киев : тип. И. и А. Давиденко, 1871. - 4, 244 с., 2 л. ил.; 22.С. 229

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

Но при удобности, не пренебрегай и естественных средств врачевания, и не искушай Бога требованием чрезвычайных даров, обходя средства, от Него же приготовленныя для тебя в природе. Послушай учения древняго благочестиваго мудреца: почитай врача противу потреб честию его; ибо Господь созда его, Господь созда от земли врачевания; и муж мудрый не возгнушается ими (Сир. 38:1, 4). И поелику Господь создал и врача, и врачебныя средства: то, пользуясь ими, призывай благословение Божие и на разумение врача, и на действие врачевства; и получив врачебную помощь, благодари Господа, Источника жизни. Впрочем не многих нужно убеждать, чтобы почитали врача, чтобы не возгнушались врачеваниями. Большей части людей, вместе с болезнию сама собою приходит мысль о враче и о врачевании: но многие больные слишком долго не встречаются с мыслию о другой важнейшей потребности, – о потребности пособий веры; и окружающие их боятся возбудить в них сию мысль, хотя и желают. Странный предразсудок! Не боятся призвать врача, который предпишет лечение, может быть, полезное, может быть, безполезное, может быть, в следствие погрешительнаго соображения, вредное и смертоносное: а боятся призвать священнослужителя, который принесет врачевство ни в каком случае не вредное и не опасное, но всегда благотворное душе и телу!

Толкование на группу стихов: Сир: 38: 1-1

Быв собраны освятить общественною молитвою дело науки и человеколюбия, которое должно здесь не одновременно совершиться, но продолжаться и жить, не излишнее мы сделаем, если введем в молитву размышление, которое бы ее возбудило и направило.
Общая Матерь Церковь, удовлетворяя вдруг разнообразным потребностям чад своих, предлагает наиболее общие образцы молитвы, и дух благословения и благодати приближает к нам посредством священных знамений: но привлечь и принять сей дух должно наше верою жаждущее сердце; а сию жажду возбуждает ясное представление той особенной нужды, с которою прибегаем к молитве.
Представляется здесь уготованная Царским человеколюбием и щедротами обитель, правда, обитель не безпечальная, потому что ее населяет и населять будет страждущее человечество, и будет в ней распределяемо не по правам и преимуществам, а по болезням; однако же обитель и утешительная, потому что страждущие приемлются сюда для облегчения, болящие для врачевания.
И как счастливо с человеколюбием дружится здесь мудрость! Наука приходит облегчать многообразныя страдания: наблюдение над многообразными страданиями облегчает науку в ея трудных изысканиях. Врач помогает больному в получении здравия, и больной помогает начинающему врачу в приобретении врачебной опытности.
Сии воззрения возбуждают нас к молитве радости и благодарения за Державнаго Человеколюбца и Покровителя знаний, и за деятельность служителей Его мудрости и человеколюбия, к молитве утешения и надежды за страждущее человечество.
Можно сорадоваться врачу, идущему к постеле больнаго. Если простое посещение больнаго, для изъявления участия, для утешительнаго слова, есть заслуга пред Христом Спасителем, и приобретает Его благословение: то кольми паче посещение больнаго для вожделенной и благотворной помощи, для подания здравия. «Приидите, – говорит, – благословеннии; болен бо бех и посетисте Мене» (Мф. 25:34:36). Счастливые люди, которые каждый день несколько раз можете заслужить сие благословение!
Но можно и страшиться, когда видим врача при постеле больнаго. Приятно сохранить жизнь ближняго, возвратить ему здравие: но страшно иметь в руках здравие и жизнь ближняго. Если бы врач видел больнаго насквозь: то, конечно, вернее направлял бы в цель врачебныя средства. Но он не редко стоит пред телом больнаго, как пред затворенным домом, и сквозь некоторыя скважины не столько видит, сколько угадывает, что происходит внутри. Телоразсечение отворяет двери в пустой дом: и потому не может показать многаго, что происходит в нем в присутствии хозяина, то есть, души, одушевляющей тело. Душу же кто может преследовать по ея сокровенным входам и исходам в глубинах вещества грубаго, в высотах вещества тонкаго? Между тем, если от нея зависит жизнь: то возможно ли, чтоб, от различных ея состояний, не зависели степени жизни – здоровье и болезнь?
Но что я говорю? – Не подумайте, чтоб я хотел сколько нибудь унизить науку, или охладить ревность врача, или поколебать надежду больнаго. Нет. Я не забыл учения одной из душеврачебных книг. «"Почитай врача противу потреб честию его: ибо Господь созда его. Господь созда от земли врачевания и муж мудрый не возгнушается ими"» (Сир. 38:1:4). Я хочу только подать мысль, что врач не слишком должен полагаться на одну свою проницательность и знание, и что взор ума его не должен погрязать в веществе. Чтоб врачевать больнаго, врач должен прозревать внутрь его, прорекать сокровенное в нем: сие требует чистоты сердца и возвышения духа. Скажем не обинуясь: сие требует возвышения духа к горнему духу премудрости и разума. Как всякую истинную, так и врачебную – «Господь дает премудрость, и от лица Его познание и разум» (Притч. 2:6).
Сии размышления ведут к тому, чтоб при настоящем случае и врач, и больной, и доброжелательствующий врачу, и состраждущий больному соединились в особенной молитве к верховному Врачу душ и телес, да присещает Сам Он сию обитель врачевания, да даст ей, как некогда врачебной Силоамской купели, Своего благотворнаго Ангела, да изливает свет Свой в умы врачующих, да очищает сердца их любовию к страждущему человечеству, да благословляет их деятельность, и да простирает обильно и живоносно на болящих врачебную силу, которую Он создал и заключил во врачебных веществах.


Источник


 207. Речь на открытие больницы при Московском Университете 
 
 (Говорена сентября 28; напечатана в собр. 1848 г.) 
 
 1846 год 
 

***

Церковь и больница теперь у нас в глазах, а потому, естественно, и в мыслях, они сближены так, что находятся под одним общим кровом: и разделены только так, чтобы святыня сохраняла подобающую ей неприкосновенность. Нет ли в сем вещественном сближении умственного? – Конечно есть; потому что такое устроение произошло не от безотчетного произвола, но от рассуждения основательного и благонамеренного. Мне кажется, самое сие здание говорит, если бы не сказал я, что больнице нужен союз с церковью, что больным нужны не только врач, но и священнослужитель, не только врачевства, но и молитвы и таинства.
Все ли признают сии потребности? – В какой мере должно признавать их? – Не отсылайте сих вопросов к больным: среди болезненных страданий, при изнемогающих силах телесных и душевных, им едва ли удобно обдумывать правила для своего настоящего положения, если такие правила не приготовлены ранее; болезнь и смерть не согласятся ждать, пока больной составит себе любомудрие болезни, которому он не учился благовременнее. И никому из здравствующих невидимая судьба не дала обязательства, что болезнь не будет ему послана ныне или завтра, и что она не нападет на него внезапно и сильно. В мире думает о войне желающий получить победу: в здравии должен здраво размышлять о болезни желающий победить ее, или сохранить дух свой непобежденным от нее.
Есть люди, которые колеблются допустить врачевание человеческое, или даже решительно готовы совсем устранить оное. С углубленным вниманием слышат они слово Господа: «Аз убию и жити сотворю; поражу, и Аз исцелю» (Второз. 32:39); и желают ответствовать на сие словом Давидовым: «да впаду убо в руце Господни, яко многи суть щедроты Его зело; в руце же человечи да не впаду» (2 Цар. 24:14).
Что на сие скажем? – Похвалим имеющих такую веру и такую преданность воле Божией. Знаем, что были и есть люди, оправдавшие самым делом такую веру. Но знаете ли какая для сего потребна вера? – По требованию евангельскому, кажется, умеренному, по крайней мере, «вера, яко зерно горушно». А то какая вера? – Такая, с которою «речете горе сей, прейди отсюду тамо, и прейдет, и ничто же невозможно будет вам» (Мф. 17:20). Кто из нас похвалится, что стяжал такую веру. А если кто и похвалится: то надобно опасаться, чтобы он сим самохвалением не сокрушил необходимую подпору сей веры, – смирение. Апостол Петр думал, что имеет веру идти по водам; и при том его вера подкреплена была видимым присутствием и владычественным повелением Иисуса Христа: однако, веры Петровой доставало только на несколько шагов; и помыслы сомнений потопили бы его, если бы Господь не пощадил маловерия его, и не простер спасающей руки. Итак, желаем всякому веры живой, крепкой, деятельной, спасительной, если угодно, и чудодейственной: но, вместе с сим, должны мы признать необходимыми бдительное внимание и осторожность, чтобы вера была охраняема смирением, и чтобы не искушала Бога ненужным и чрезмерным дерзновением.
Если приходит болезнь, а врача и врачевство иметь неудобно, или если употребляемое врачевание не оказывает успеха; если обязанность или человеколюбие призывают к больному, которого болезнь может собщиться приближающимся и прикасающимся: не приготовляй сам себе яда из помыслов уныния, боязливости, нетерпеливости, ропота: но составь себе всецелебное врачевство из здравых помышлений и чистых чувствований веры, молитвы и упования на Бога; разумевай из слов Его, что если Он «поражает», то для того, чтобы «исцелить»; веруй, что Он охранит или исцелит тебя от болезни, или поможет тебе переносить болезненное изнеможение и страдание, и обратит болезнь твою к уврачеванию и очищению твоей души, да сбудется на тебе слово Писания: «пострадавый плотию преста от греха» (1 Пет. 4:1). Дерзай рещи Господу с Давидом: «аще... и пойду посреде сени смертныя, не убоюся зла, яко Ты со мною еси» (Пс. 22:4). «И да будет тебе по вере твоей» (Мф. 9:29). «Вера твоя да спасет тебя» (Мк. 5:34).
Но при удобности, не пренебрегай и естественных средств врачевания, и не искушай Бога требованием чрезвычайных даров, обходя средства, от Него же приготовленные для тебя в природе. Послушай учения древнего благочестивого мудреца: «почитай врача противу потреб честию его; ибо Господь созда его, Господь созда от земли врачевания; и муж мудрый не возгнушается ими» (Сир. 38:1:4). И пoелику Господь создал и врача, и врачебные средства: то, пользуясь ими, призывай благословение Божие и на разумение врача, и на действие врачевства; и получив врачебную помощь, благодари Господа, Источника жизни.
Впрочем, не многих нужно убеждать, чтобы «почитали врача», чтобы не «возгнушались врачеваниями». Большей части людей, вместе с болезнию сама собою приходит мысль о враче и о врачевании: но многие больные слишком долго не встречаются с мыслию о другой важнейшей потребности, – о потребности пособий веры; и окружающие их боятся возбудить в них сию мысль, хотя и желают. Странный предрассудок! Не боятся призвать врача, который предпишет лечение, может быть, полезное, может быть, бесполезное, может быть, в следствие погрешительного соображения, вредное и смертоносное: а боятся призвать священнослужителя, который принесет врачевство ни в каком случае не вредное и не опасное, но всегда благотворное душе и телу!
Не подумают ли врачи и учители врачевания, что я вторгаюсь в их область, когда утверждаю, что священнослужитель принесет больному врачевство и для тела? – Да не прогневаются они. Преподано и нам врачебное учение, только не во множестве наук и книг, как им, но в кратком врачебном предписании, верном для всех болезней, при верном употреблении. Вот что написал один из числа избранных учеников Божественного Врача душ и телес: «болит ли кто в вас? да призовет пресвитеры церковныя, и да молитву сотворят над ним, помазавше его елеем во имя Господне, и молитва веры спасет болящаго, и воздвигнет его Господь, и аще грехи сотворил есть, отпустятся ему» (Иак. 5:14-15). Ясно различает два действия пресвитерской молитвы и священного елеопомазания: врачевание души: «аще грехи сотворил есть, отпустятся ему», и врачевание тела: «воздвигнет его Господь», – разумеется не всегда безусловно, а по мере веры, и соответственно спасительным видам Промысла Божия.
Что скажем о потребности и благотворности таинства покаяния для больного и для самой болезни? – Кажется можем призвать во свидетельство самих телесных врачей. Они знают, что мир души есть помощь, а ее немирное состояние – препятствие врачеванию. Но не самый ли глубокий и полный мир доставляет душе облегчение совести чистым покаянием, и отрадное чувство отпущения грехов?
Думаю, оскорбил бы я вашу просвещенную веру и Божественное достоинство таинства, если бы стал доказывать потребность и благотворность для болящего таинства Тела и Крови Господней, – подобно, как если бы кто вздумал доказывать, что солнце светит и греет, и что оно благотворно для жизни нашей, хотя не всегда видим его и ощущаем его действие. Довольно воспомянуть слово Господне: «ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, имать живот вечный» (Ин. 6:54). Посему кто в таинстве принял в себя «живот вечный», и сохраняет его верою, и не удаляет его от себя новыми грехами: для того болезнь есть путь, и смерть есть дверь в вечность блаженную: а, между тем, не естественно ли ожидать, что от обилия Источника жизни вечной, принятого человеком в таинстве, пролиется благотворная сила и на жизнь временную.
От чего же произошла эта странность, что в болезнях многие медлят прибегать к пособиям веры, и даже боятся говорить о них? – Вероятно, из доброй мысли неправильно выведены мысли ложные и распространились, и усилились. Полагают особенным благополучием, если болящий, приняв отпущение грехов и причастие вечной жизни в таинствах, в сей ненарушенной чистоте отходит в будущую жизнь. Это мысль добрая. Но из нее неправильно выведены ложные мысли, будто в крайности только болезни надобно прибегать к таинствам, и будто напомянуть о них больному значит объявить ему смертный приговор.
Долго да здравствуют слышащие меня теперь и неслышащие. Но все мы, братие, не бессмертны и не безболезненны. Не умедлим отложить благовременно предрассудок, становящийся преградою между нами и святынею в такое время, когда она для нас особенно благопотребна. Поставим себя ближе ко Врачу душ и телес, нежели к врачам телесным. Утвердим себя в расположении, паче телесного врачевания, желать и искать врачевания духовного, благотворного для души и для тела.
Не могу умолкнуть, не разделив с Вами утешительного помышления, что богоугодное и человеколюбивое учреждение, в котором теперь находимся, и многие подобные ему в сем царствующем граде, именем и делом происходят от Великих, державных, венценосных, и преемственно пользуются непосредственным их покровительством и непрерывным попечением.
Храни, Россия, царствующее над тобою благочестие и человеколюбие твоею верою и верностию и чистою, от непорочной жизни восходящею молитвою, удерживай над собою благодатный покров небесный. Аминь.


Источник

  342. Беседа по освящении храма святых Первопрестольных Апостолов Петра и Павла, при московской Мариинской больнице 
 
 (Говорена декабря 15-го; напечатана в Твор. Св. Отц. в 1857 г. и в собр. 1861 г.) 
 
 1857 год 

Preloader