Иов 35 глава 2 стих

Молчание Иова дает Елиусу повод еще раз повторить свой упрек Иову в том, что он несправедливо считает себя невин­ным (35,1—4) Бог безконечно выше человека; неправды люд­ския не достигают Его; оне вредны только людям (5—8). Но отсюда нельзя заключать, будто Бог не видит обид и не слы­шит жалоб, потому что Онь только до времени медлит судом на неправду (9— 15). И так, Иов напрасно утверждал против­ное (16). См. гл. 21.

Затем Елиуй переходит к опровержению третьего неприемлемого для него мнения Иова.

Это третье мнение Иова, как считает Елиуй, заключается в том, что, по убеждению страдальца, для человека вообще нет никакой пользы в праведности, ибо Бог наказывает точно так же, как и грешников, и ни в чем не повинных праведников. Поэтому, по большому счету, для земной судьбы Иова вообще не было бы разницы: вел бы он праведную жизнь или грешил бы. Мы понимаем: с точки зрения Елиуя, подобное опасное убеждение неизбежно вселяет в человека чувство полного нравственного равнодушия в оценке своих поступков и ощущение абсолютной безответственности за последствия греха: ведь Бог все равно накажет тебя – прав ты или виноват.

Здесь Елиую, вероятно, припоминаются слова Иова о Боге: Он губит и непорочного и виновного (Иов. 9:22).

Елиуй формулирует эту, очень опасную с его точки зрения, мысль Иова так:

И продолжал Елиуй и сказал: считаешь ли ты справедливым, что сказал: я правее Бога? Ты сказал: что пользы мне? и какую прибыль я имел бы пред тем, как если бы я и грешил? (Иов. 35:1-3).

Подобная обеспокоенность Елиуя могла бы иметь хоть какой-то смысл лишь в том случае, если бы Иов утверждал полное отсутствие пользы для человека в праведности по отношению к вечной жизни, а не только ее бесполезность в отношении внешних земных благ, а также – если бы он прямо призывал людей грешить. Однако Иов здесь говорил именно о пребывании человека в падшем грехом мире, никак не отрицая возможность Божественной награды за людскую праведность в жизни Будущего века, по всеобщем воскресении, в которое он безусловно верит. Кроме того, Иов никого не понуждает отказаться от стремления к праведности, от исполнения нравственного закона; он отнюдь не призывает нас погрязнуть во грехе. Страдалец вообще не предлагает тут никакой «программы действий»: в том числе и никакого бунта против морального закона, как это кажется Елиую. Повторю: Иов никого и ни к чему не призывает, ни сам не отрекаясь от собственной праведности, и никому другому не желая становиться грешником. Иов здесь – отнюдь не идеолог, не «революционер»; он просто задает вопросы, причем не адресует их человеку, а вопрошает непосредственно Бога, с Которым только и хочет вести свой диалог: один на один.

Что же касается приписываемых Елиуем Иову слов – что пользы мне? и какую прибыль я имел бы пред тем, как если бы я и грешил? (Иов. 35:3), то, как отмечает святитель Григорий Великий, блаженный Иов на всем протяжении библейской книги «не произнес ничего подобного» [Святитель Григорий Великий. Moralia in Job. XXVI. 16. PL. 76. Col. 357B.].