Евангелие от Матфея 24 глава 48 стих

Остановившись на этом, Господь с особенной силой старался раскрыть ученикам, сколь необходимы при таких обстоятельствах с их стороны бдительность, деятельность, верность. Итак бдите: потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет. Вы остаетесь хозяевами дома без Меня: хозяин дома всегда бдителен, потому что всякий час может опасаться, что тать придет и подкопает его дом. Или лучше – ваше положение, по удалении Моем, положение рабов, которым господин вверил дом на время своего отсутствия. Каково будет рабу, если господин застанет его беспорядочно расточающим его имение: и как напротив блажен приставник дома, если господин ни от кого не услышит жалобы на него, все будут им довольны.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 202++

Злой раб, употребляющий данную Ему власть в Церкви для личных целей, помыкающий своими братьями, даст ответ Господу. 

***
Они не должны уподобляться лицемерным духовным вождям Израиля — пастырям, которые пасут самих себя. Забыв о том, что они — служители, некоторые из них полагают, что могут делать все, что угодно с тем, что Бог поручил их заботе. Тот, кто служит себе, будет осужден.

Из речей И. Христа, которыми Он возбуждал учеников Своих к бодрствованию в виду неизвестности пришествия Сына человеческаго, каждый ев. сохранил особыя воспоминания. Ев. Лука сохранил краткое прямое наставление об этом (и после того делает заключительное замечание о жизни и деятельности И. Христа за время от царственнаго входа Его в Иерусалим до Тайной Вечери); ев. Марк—притчу О слугах и привратнике, ожидающих господина своею; ев. же Матфей — четыре притчи: 1) О домохозяине, которому угрожает вор, 2) О верном и неверном домоправителе (ср. Лк. 12:39—48, см. § 71), 3) О мудрых и неразумных девах, 4) О талантах и, наконец, изображение страшнаго суда.

Притча О слугах и привратнике, ожидающих господина своего Мк. 34—37. В этой притче Господь изображает Себя под образом домохозяина, который оставил дом свой и на время своего отсутствия каждому слуге назначил свое дело, а привратнику приказал бодрствовать. Каждый слуга должен оказаться трудящимся, а привратник—бодрствующим в минуту возвращения господина своего. Так как время возвращения господина неизвестно, то они должны постоянно бодрствовать, чтобы явиться пред домохозяином исправными. Подобным же образом п Господь, основавши церковь Свою на земле, вознесся на небо и таким образом видимо оставил ее, обещавши снова явиться на землю в предопределенное от Бога время. Каждый верующий занимает в церкви Христовой свое особое место и имеет свое особое назначение, свое дело, которое он и должен выполнять в своей жизни. И так как неизвестно время второго пришествия И. Христа, когда воспоследует страшный суд и каждый человек должен будет дать отчет Богу в своем земном делании (ровно как и час смерти каждаго человека—время прекращения земного делания), то верующие постоянно должны бодрствовать и быть готовыми сретить грядущаго Господа, судию живых и мертвых.

Кто не имеет в себе страха Божия, тот открыт нападениям диавольским. Кто не имеет у себя страха Божия, тот парит умом и равнодушен к добру, спит без меры и нерадит о делах своих; тот вместилище сластолюбия, тешится всем, что ему приятно, потому что не боится пришествия Владыки; тот хвалится страстями, любит покой, бегает злостраданий, гнушается смирением, лобызает гордыню. Наконец приходит Господь его и находит его в занятиях, Ему не угодных, и растешет его полма, и предаст вечной тьме. Такого человека кто не признает окаянным?

Слова, которые раб говорит в сердце, в буквальном переводе с греческого в версии Матфея звучат так: «медлит (χρονίζει) господин мой». У Луки: «медлит господин мой прийти». Комментарием могут служить слова из 2-го послания Петра, которые мы уже приводили выше: «Не медлит (βραδύζει) Господь исполнением обетования... но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (1 Пет. 3:9). Вслед за Спасителем апостол призывает к духовному бодрствованию, а долготерпение Божие предлагает «почитать спасением» (1 Пет. 3:15).
Весь контекст поучения Иисуса Христа, частью которого является рассматриваемая притча, говорит о том, что она относится к времени между Его Первым и Вторым пришествием. Всматриваясь в судьбы Своих учеников и Своей Церкви, Спаситель говорит о том разделении, которое проходит не только между разными народами, не только между группами людей, но и внутри одного человека. Если раньше в притчах Он противопоставлял израильский народ «новому народу», который окажется достойнее, противопоставлял званых избранным, то теперь Он показывает, как один и тот же человек может разделить судьбу блаженных, если будет исполнять волю Бога, и судьбу неверных, если будет думать, что Бога нет или что Он «медлит». 
Злой раб забыл о своем господине и в его отсутствие начал вести себя так, будто его вовсе не существует. Еще в Ветхом Завете, в цитированном выше 13-м псалме зло и непотребство представлено как прямое следствие неверия в существование Бога и в Его присутствие среди людей: «Сказал безумец в сердце своем: нет Бога. Они развратились, совершили гнусные дела; нет делающего добро» (Пс. 13:1-4).
Неверие в Бога и нравственная вседозволенность
Время, в которое жил Иисус, отнюдь не было временем массового неверия: Его современники и соотечественники признавали существование Бога. Это не помешало значительной части еврейского народа не распознать в Нем обетованного Мессию, не откликнуться на Его призыв к покаянию, а религиознополитической верхушке народа — открыто противостать Ему и добиться для Него смертного приговора у римской власти. Его Первое пришествие разделило народ израильский на две неравные части: уверовавших в Него и оставшихся равнодушными к Его проповеди, либо противоставших ей. Его Второе пришествие проведет окончательную разделительную линию между теми, кто, вне зависимости от этнической принадлежности или социального положения, исполнял волю Божию, и теми, кто, подобно злому рабу, устроил свою жизнь так, будто Бога не существует.
Вся история человечества после распятия и воскресения Иисуса Христа и вплоть до Его Второго пришествия укладывается в тот промежуток времени, который символически обозначен в притче как время отсутствия господина. Этот промежуток оказался значительно дольше, чем того ожидали первые христиане. И если во времена Иисуса ни один безумец не посмел бы вслух сказать, что Бога нет, то с веками человечество всё более дерзко оспаривало власть Бога над собой.
Новое время стало свидетелем многочисленных и разнообразных попыток отодвинуть Бога как можно дальше от человеческого общества. Философыдеисты XVIII-XIX веков разработали такую «модель» Бога, согласно которой Он, хотя и существует как некое абстрактное начало, создавшее мир и установившее естественные законы, не вмешивается в жизнь людей, предоставив им самостоятельно устраивать свои дела. Следующим шагом стал материализм
XIX-XX веков, который не просто провозгласил, что Бога нет, но и попытался доказать это, «научно» обосновать. И сегодня многие придерживаются этого якобы научного мировоззрения, пытаясь увязать его с наличием у человечества нравственных норм.
Однако «если Бога нет, то всё позволено». Это крылатое выражение, приписываемое Достоевскому, имеет долгую предысторию. Еще в III веке латинский богослов Лактанций писал: «До тех пор, пока люди полагают, что никакой Бог о нас не заботится (nulli Deo nos esse curae) и что после смерти ничего не будет, они предают себя страстям, и... считают, что им все дозволено»   . Один из героев Достоевского в романепритче «Братья Карамазовы» говорит: «Уничтожьте в человечестве веру в свое бессмертие, в нем тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, всё будет позволено» .
Нравственная вседозволенность является прямым следствием неверия в Бога и в бессмертие: если нет Бога, значит, нет суда, нет загробной жизни, а следовательно, нет и посмертного воздаяния. Многие современники Достоевского наивно верили в возможность построения «безбожной нравственности» — такой, которая обеспечивала бы людям безопасное совместное существование на земле без какой бы то ни было отсылки к Царству Небесному и другим «идеалистическим» ценностям. Действительность, однако, вновь и вновь показывает, что если нравственность не опирается на абсолютные ценности, она становится относительной: исчезают «общечеловеческие ценности», и каждый человек создает для самого себя ту систему ценностей, которая его устраивает.
Это развитие событий не может не сказываться и на жизни Церкви. Ожидание близости Второго пришествия Христа в ранней Церкви было очень напряженным. Со временем, однако, чувство близости Второго пришествия стало притупляться, и сегодня даже многие из тех, кто считает себя христианами, воспринимают церковное учение о Страшном суде как реликт, оставшийся от далекого прошлого. Для многих христианство существует в облегченной версии — той, которая не требует от человека слишком многого, которая лишена изначального радикализма проповеди Иисуса.

Всем надо поступать тогда, как поступил бы хозяин дома, если бы видел, что к нему в неизвестное время придет тать. Он вовсе не спал бы, чтобы не дать подкопать дома своего. Тем более тогда не должно спать; ибо в который день не думают, Сын Человеческий приидет.

  Ожидание пришествия Его можно сравнить еще с ожиданием слуг их домовладыки. Представьте, что кто-либо, отправляясь в путь, оставил дом свой в управление слугам своим, назначив каждому свое дело. Как хорошо тому рабу, которого господин, вернувшись, найдет поступающим как приказано! Ей, он над всем имением своим поставит его! Напротив, тот негодный раб, который, по злобе своей, начал бы рассуждать сам с собой: «Мой господин придет не скоро, может быть, никогда», — и стал бы злоупотреблять властью, ему данной, бить и мучить товарищей своих, расточать имущество господина, есть и пить с пьяницами. Что, наконец, будет с этим рабом, когда в день, в который он не ждал, придет господин его? Он подвергнет его великим мукам, предаст на заключение в одно место со злодеями, где будет плач и скрежет зубов. Бдите убо и молитеся на всякое время; потому что не знаете, когда приидет хозяин дома, вечером или в полночь, в пение петухов или поутру, чтобы, придя внезапно, не застал вас спящими. А что вам говорю, то говорю всем последователям Моим, бдите! Немного помолчав, Богочеловек опять начал речь, чтобы как можно тверже напечатлеть в сердце учеников те истины, о которых беседовал.

Здесь изображается раб недостойный, т. е. забывающий свою обязанность, злоупотребляющий ею, забывающий то, что он в своих поступках должен дать отчет своему господину, преданный нерадению, безпечности относительно своих обязанностей и притом злой (начнет бить товарищей своих), и развращенный (есть и пить с пьяницами). Этот раб изображает собою безпечных и нераскаянных грешников.

Но может оказаться и так, что раб, возомнив, что хозяин вернется не скоро, начнет чувствовать себя господином и вести себя так, как, с его рабской точки зрения, должен вести себя господин: проводить время в роскоши и разврате и помыкать теми, кто находится под его властью, жестоко с ними обращаясь. Пьянствовать – Писание всегда гневно осуждало пьянство, оно было символом безрассудства и безответственности (Иоиль. 1:5; Ис. 28:1‑3; 1 Фес. 5:6‑ 8; Лк. 21:34; 1 Кор. 15:34; 1 Пет. 1:13; 5:8).

Центральная мысль евангельского чте­ния Великого Вторника — о ценности вре­мени. Притчи о мудрых и глупых десяти де­вах, о талантах, о нерадивом домоправителе, о Страшном суде учат относиться к текущему моменту с предельной ответственностью. Мы не властны ни над минувшим, ни над буду­щим. В наших руках всего лишь постоянно ускользающий момент настоящего, в который при этом принимаются все самые главные ре­шения. Удержаться в нем необычайно сложно. Это требует большой веры и вдумчивой сосре­доточенности на «здесь и сейчас», а не на том, что было или будет.

Искусство пребывания в настоящем свя­тые отцы Церкви неоднократно описывали как один из важнейших навыков в духовной жизни. В патерике есть повествование о том, как к старцу пришел ученик с давно мучившим его вопросом: «Учитель, когда в моей жизни наступит „момент истины", определяющий мою судьбу в вечности? Кто тот человек, от ко­торого будет зависеть участь моей души? » Зная о пророческом даре старца, ученик ожидал по­лучить конкретные указания, которые помогут «не проморгать» наступление важной минуты. Но старец ответил иначе: «Самый важный мо­мент — тот, который ты проживаешь, потому что будущее еще не наступило, а прошлое уже минуло. Самый главный человек в твоей жиз­ни — тот, кто рядом с тобой сейчас, потому что его тебе послал Сам Бог!»

Как часто мы живем иначе — то идем, по­вернув голову назад, то будоражим себя гре­зами и перспективами, которым не суждено сбыться. И как важно научиться любить на­стоящий момент вне зависимости от того, что он несет нам — радость или горечь, наслажде­ние или боль. Но ценить настоящее можно, только научившись прозревать в нем присут­ствие Того, Кто за стремительно летящей кино­лентой жизни остается Любящим Отцом, Кто мудро выстраивает каждую нашу секунду, что­бы помочь нам стать достойными участниками Его Небесного торжества!

Кроме притчи о внезапном пришествии вора к эсхатологической беседе примыкают еще четыре притчи. Притча о благоразумном и неблагоразумном рабе (Мф. 24:45–51) вначале изображает раба, который, ожидая прихода господина, выполнил все, что тот ему повелел, и хозяин, вернувшись, наградил его, поставив над всем имением. Как говорит свт. Иоанн Златоуст, мудрость раба в том, чтобы «не расточать великого ради малого» Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Матфея. 77. 3., то есть ради угождения своим грехам не терять расположение и милость Бога. Другой раб, как только господин ушел, «будучи зол, сказал в сердце своем: не скоро придет господин мой, и начал бить товарищей своих и есть и пить с пьяницами» (Мф. 24:49–50); неожиданно вернувшийся хозяин сурово наказал безобразника: «И рассечет его, и подвергнет его одной участи с лицемерами; там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 24:51). Свт. Кирилл Александрийский обращает внимание на слово «рассечь» и понимает это как отсечение от грешника благодати Божией, полученной им через церковные Таинства: «Итак, если мы будет застигнуты за благочестивыми трудами, мы обретем в конце полноту, ныне обладая задатком Духа. Ибо Он отсекается и отнимается во время суда. Вот таково рассечение, скажем мы, о котором говорит здесь Господь, ибо невозможно кому-то быть преданным наказанию вместе с Духом» Кирилл Александрийский, свт. Комментарий на Евангелие от Матфея. 278 // Библейские комментарии… Новый Завет. Т. 1 б: Евангелие от Матфея 14–28. С. 266..

Бывает, что слуга, не заботясь о господине своем и не боясь его, так размышляет про себя: «Господин мой не позовет меня сегодня к себе или еще не скоро позовет. Пойду и с друзьями моими погуляю и повеселюсь». И так, отойдя, начнет пьянствовать. Тут неожиданно прибегает к нему вестник и зовет его, говоря: «Поди, господин тебя требует». Тогда обращается веселье его в печаль, а дерзновение – в страх и трепет. И идет к своему господину трепеща, метется своими мыслями, думает: какой ответ дать господину, без воли которого отлучился, своевольничал и бесчинно поступал. Так и небогобоязненный и не заботящийся о своем спасении христианин думает: «Я еще молод и здоров, не видна еще кончина моя, еще не скоро умру. Погуляю и повеселюсь на свете, чтобы насладиться мне благами этого мира. Приобрету себе честь, чтобы люди меня знали. Там мне не малый доход будет, соберу себе довольно и наполню мои сундуки. Ныне люди только и делают, что собирают: что мне иное делать? Собрав, прикуплю себе поболее деревень и крестьян. Мало у меня земли – прибавлю еще. Отниму у той-то вдовы, и у того-то подлого человека. За них заступиться и мне воспрепятствовать некому. До Царя далеко, а судей подкуплю – и все будет благополучно. Потом богатый дом построю себе и украшу его. Куплю себе английскую карету, и упряжку хороших лошадей. Посажу красивый сад с аллеями и галереями, сделаю в нем хорошие пруды, чтобы было где с гостями прохаживаться, гулять и веселиться. Накуплю себе вина и буду поставлять трапезу, как и прочие делают, и общаться с людьми. Я к ним, а они ко мне будут в гости ездить. Соберу достаточно слуг, одену их в приличное платье, чтобы было кому служить мне и гостям, ко мне приезжающим. Постараюсь иметь музыку вокальную и инструментальную, ради лучшего увеселения меня и моих гостей». Это и тому подобное этому, осуетившись в помышлениях своих, замышляет бедный человек. И что суетно мыслит, то и в дело производит. А другой иное замышляет и хочет делать. Видим это в бедных христианах нынешнего века. Видим, что все заботы их не о спасении и вечной жизни, к которой словом Божиим позваны и святым Крещением обновлены, а о суете. Видим и соболезнуем.