Евангелие от Матфея 16 глава 18 стих

Обобщающее толкование

Большинство святых толкует «камень» не как простую личность Петра, а как его веру и исповедание: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго». Так понимают блаженный Августин, святители Амвросий Медиоланский, Григорий Нисский, Иларий Пиктавийский, Епифаний Кипрский, Кирилл Александрийский, блаженный Феодорит Кирский и блаженный Феофилакт. Церковь стоит на исповедании Христа как истинного Сына Божия; поэтому её основание крепко не человеческой силой, а Самим Христом и верой в Него.

Есть и близкая линия: Сам Христос есть главный Камень и основание Церкви. Её выражают блаженный Августин, святитель Амвросий, преподобный Иустин Попович, святитель Кирилл Александрийский, блаженный Феодорит и святитель Филарет Московский. Пётр важен как первый исповедник и апостольский камень, но не как самостоятельное основание вместо Христа.

Отдельный акцент у святителя Льва Великого: он связывает «камень» с особой силой Петрова служения и Римской кафедры.  

«Врата ада» святые понимают как силы, нападающие на Церковь: гонения, грехи, смерть, хулы и ереси. По святителю Исидору Пелусиоту, Церковь не потому неодолима, что на неё никто не нападёт, а потому, что нападающие не смогут её победить.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Иларий Пиктавийский называет исповедание Петра неподвижной скалой веры.

Святитель Григорий Нисский говорит, что похвала относится не к Симону как рыбаку, а к его твёрдой вере.

Святитель Амвросий Медиоланский поясняет: врата ада — это врата смерти, грехи и ереси; каждый христианин должен сам стать «камнем» через веру и добрые дела.

Блаженный Иероним объясняет: «сказать» для Христа значит «сделать»; имя Пётр дано Симону от Камня — Христа.

Блаженный Августин различает Петра и Камень: Пётр получает имя от Камня, а Камень — Христос и исповедание веры.

Святитель Епифаний Кипрский соединяет Петра и его веру: Пётр стал твёрдым камнем именно потому, что ясно исповедал истинного Сына Божия.

Святитель Кирилл Александрийский говорит о «непоколебимости ученика в вере» и добавляет, что врата ада — это гонители, ведущие к погибели.

Блаженный Феодорит Кирский называет апостолов основаниями Церкви, но главным основанием остаётся Христос.

Блаженный Феофилакт Болгарский подчёркивает: без правого исповедания даже множество добродетелей строится на гнилом основании.

Святитель Филарет Московский видит в словах Христа обещание: Церковь будет страдать, но до конца века не будет побеждена.

"Святой Петр, ревностнейший последователь Иисуса Христа, за свое высокое исповедание Его Божества: "Ты еси Христос, Сын Бога Живаго", – удостоился от Спасителя услышать в ответ: "Блажен еси, Симоне... Аз тебе глаголю, яко ты еси Петр (Petrus), и на сем камени (petra) созижду Церковь Мою" (Мф. 16:16-18). На "сем камени" (petra), на том, что ты сказал: "Ты еси Христос, Сын Бога Живаго", на этом исповедании созижду церковь мою".

***

Данное толкование парафраз священника Антония Одайского из его работы "Святоотеческое толкование Евангелия от Матфея 16:18"

Блаженный Августин (†430), основатель западно-христианского богословия, вдохновлявший карфагенские соборы против римской централизации Болотов В.В. Собрание церковно-исторических трудов. Т.4: Лекции по истории древней церкви – М.: Мартис, 2002, стр.286., утверждает, что Церковь основана на камне, от которого апостол Петр получает имя (fundata est super petram, unde Petrus nomen accepit), подобно тому, как слово «христианин» происходит от имени «Христос» (christianus a Chisto vocatur). Этот камень есть Сам Христос, Церковь основана во Христе (Petra enim erat Christus, ICor.X,4; …fundatur in Christo, ICor.III,11) Tractatus 124, PL 35, col.1975.: «И все пили одно и то же духовное питие: ибо пили из духовного последующего камня; камень же был Христос» (1 Кор. 10:4), – «Ибо никто не может положить иного основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос» (1 Кор. 3:11). В других своих текстах блаженный Августин камнем считает вероисповедание апостола Петра, и Церковь основана Христом не на человеке, но на этом вероисповедании John Rotelle. Works of St Augustine, Sermons, Vol. 6, Sermon 229P.1 – New Rochelle: New City Press, 1993, p.327.. Апостол Петр олицетворял Церковь, когда исповедовал божественность Иисуса Христа, хотя согласно блаженному Августину, ключи от Царствия Небесного получил не homo unus, sed unitas ecclesiae (не «один человек, но единство Церкви») Болотов В.В. Собрание церковно-исторических трудов. Т.4: Лекции по истории древней церкви – М.: Мартис, 2002, стр.285.. Как считает проф.Болотов, в апостоле Петре Августин не видит ни главу, ни начальника Церкви, хотя все же высшее средоточие преимуществ Церкви, но о преемстве высокого положения апостола Петра бл.Августин не думает Там же, стр.285-286..

В Кумранской документе, который принято называть «Устав общины» (1 QS), мы встречаем следующие уподобления для праведных членов совета общины, на праведности которых зиждется самое бытие общины: «то стена испытанная, драгоценный краеугольный камень, да не сотрясутся его устои» (VIII, 7–8, пер. К. Б. Старковой, в кн.: Тексты Кумрана, введение, пер. и комментарии А. М. Газова-Гинзберга, Μ. Μ. Елизаровой и К. Б. Старковой, СПб., 1996, с. 125).

Скажу и Я тебе: ты Петр – не найду лучше для тебя имени, как заимствовав его от той самой истины, которая изречена устами твоими для всех, которая есть основный камень Моей церкви. Созижду Церковь Мою и врата (вся сила) адовы не преодолеют ее; созижду, буду защищать и в тоже время дам тебе ключи царства небесного (которое есть та же церковь). Итак несмотря на то, что проповедь Евангелия так мало еще понята и принята, царство небесное откроется, церковь созиждется и не разрушится; основанием ее будет истина, изреченная устами Петра: только тот, кто имеет веру во Христа, как Сына Бога живого, будет принадлежать к сему царству; зиждителем сего царства будет сам Сын, Мессия, а первым приставником его, хранителем ключей, имеющим власть отверзать и затворять в него вход – Петр.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 144-145++

"Вера же есть основание Церкви. Ведь не о плоти Петра, но о вере сказано, что врата ада не одолеют, а исповедание победило ад. И это исповедание исключило не одну ересь, но, поскольку Церковь, словно прочный корабль, часто колеблется волнами, основание Церкви должно быть сильнее множества ересей".

***

В другом месте св. Амвросий Медиоланский первенство Петра видел как первенство исповедания, а не чести, первенство ВЕРЫ, а не ЧИНА.

***

***

"Если Петр есть основание, то и все апостолы; если на нем создана Церковь, то столько же и на прочих… Петр - член Христа, как Он и сказал своим ученикам: вы во Мне, и Я в вас (Ин. 14:20). Христос есть основание всех своих апостолов, а Апостолы - основание для всех тех, которые чрез них поверовали".

***

Данное толкование парафраз священника Антония Одайского из его работы "Святоотеческое толкование Евангелия от Матфея 16:18"

Святитель Амвросий Медиоланский (†397), один из великих латинских учителей Церкви, обративший в христианство блаженного Августина и оказывавший влияние на императора Феодосия Великого, считает веру основанием Церкви (Fides ergo est Ecclesiæ fundamentum), ибо не о плоти Петра, но о вере сказано, что врата ада не одолеют ее (non enim de carne Petri, sed de fide dictum est, quia portæ mortis ei non prævalebunt) О таинстве воплощения Господа, V:34, PL 16, col.827. Далее святитель называет Христа Камнем, следуя мысли апостола Павла в послании к Коринфянам (1 Кор. 10:4), и призывает каждого христианина делать усилия и стать камнем. Христианину не нужно искать камня вовне, но внутри себя. Его камень есть его дела и помышления, на этом камне построен его дом. Его камень есть его вера, и вера есть основание Церкви Комментарии на Евангелие от Луки, гл.6; PL 15, col.1694.. Такое аллегорическое толкование аскетической направленности также не дает возможности воспринимать апостола Петра как основание Церкви. Известное изречение святителя Амвросия «где Петр, там и Церковь» (Ubi Petrus, ibi Ecclesia) Комментарии на псaлмы, 40:30, PL 14, col.1082A. следует понимать именно со святоотеческих экклезиологических позиций, на основании которых епископство воплощается в каждом епископе в полноте, где каждый епископ имеет целиком петровый дар созидания Церкви, что мы будем подробнее рассматривать ниже.
***

97. Петр не ждал суждения народа, но вперед высказал свое: Ты Христос, Сын Бога Живого (Мф. 16:16). Кто есть, Тот всегда есть, Он не начинает быть и не прекращает. Господь явил великую милость, даровав ученикам почти все Свои именования. Он сказал: Я свет миру (Ин. 8:12), — и это хвалебное имя Он даровал ученикам: Вы свет мира (Мф. 5:14). Я хлеб живой (Ин. 6:51), и при этом: Мы все единый хлеб (1 Кор. 10:17). Я лоза истинная (Ин. 15:1), и тебе сказано: Я насадил тебя как лозу плодоносную, всю истинную (Иер. 2:21). Христос — камень, потому что они пили из духовного последующего камня, камень же был Христос (1 Кор. 10:4); но и ученику Своему Он не отказал в этом звании, так что и ученик назван был Петр, потому что каменной у него была твердость постоянства, крепость веры.

98. Старайся и ты быть камнем! Ищи камень не вне себя, но внутри себя! Твой камень — это твои действия, твой камень — это твой ум. На этом камне зиждется твой дом, и его не может сокрушить никакая буря духов злобы Ср.: Мф. 7:24; 16:18; Лк. 6:48; Еф. 6:11. . Твой камень — вера, вера — основание Церкви. Если ты будешь камнем, ты будешь в Церкви, потому что Церковь на камне. Если будешь в Церкви, врата ада не одолеют тебя. Врата ада — это врата смерти Ср.: Мф. 16:18; Пс. 106:18. , а врата смерти не могут быть вратами Церкви.

99. Каковы врата смерти, то есть врата ада, как не все грехи? Если ты совершил прелюбодеяние, ты вступил во врата смерти. Если ты нарушил обещание, ты проник во врата смерти. Если совершил смертный грех, ты вошел во врата смерти. Но силен Бог вырвать тебя из врат смертных, чтобы ты возгласил Ему хвалу во вратах дочери СионаСм.: Пс. 9:15.. А врата Церкви — это врата целомудрия, врата праведности, в которые праведник обыкновенно входит, говоря: Отворите мне врата правды, я войду в них и прославлю Господа (Пс. 117:19). Но как врата смерти — это врата ада, так и врата праведности — врата Божьи, это врата Господа, праведные войдут ими (Пс. 117:20). И потому избегай упорствовать в грехе, чтобы врата ада не одолели тебя См.: Мф. 16.18. , — если возобладает над тобою грех, одолеют тебя врата адовы. Итак, избегай споров, раздоров Ср.: 2 Кор. 12:20; Гал. 5:20. , шума и смятения разногласий, чтобы не угодить во врата смерти. Господь Иисус Христос сначала не хотел, чтобы о Нем возвестили во всеуслышание, избегая шумных толков.

И аз же тебе глаголю, яко ты еси Петр (πετρος), что ты, действительно тот, каковым должен быть по данному тебе от Меня имени (Ин. 1,42),—тверд в своей вере и в своем исповедании) как камень—Петр, И на сем камени (καὶ ἐπι­̀ ταύτῃ τῇ πέτρᾳ ) созижду церковь Мою. Здесь образная речь. Церковь (ἐκκλησία) Христова, или общество верующих в Него, мыслится здесь, как здание, храм; Иисус Христос является в нем строителем, а πέτρα краеугольным камнем. Различно толкуют это обетование Христа. Одни относят его к твердому, как скала, исповеданию Петра; другие к незыблемой, как скала, истине, которую Петр исповедал, что Иисус есть Христос, Сын Бога живаго. В том и другом случае перемена мужск. рода πέτρος на женск. πέτρα может иметь значение как доказательство: мужск. род более свойствен обозначать частное понятие, и потому относится к лицу—Симону Петру, а женск. род более свойствен обозначать общее понятие, и потому относится к свойству в Петре или к исповеданной им истине. Третьи же толкователи относят это обетование к самому Петру. Но, разумеется, Симон есть скала, твердыня, не как обыкновенный человек с своею ограниченностию и слабостию; как таковой, он может быть πέτρος, твердым, настойчивым, но в то же время он может быть и сатаною (22.). Скалою, на которой Господь созииждет церковь Свою, он делается только как орган божественнаго откровения, твердый исповедник и свидетель Христов (ст. 17); зиждущим на этой скале является Сам Христос собствевно. Что другие апостолы удостоятся точно также быть камнями в здании церкви Христовой, это видно из того, что впоследствии (Мф. 18:18. Ин. 20. 22—23) одно из данных здесь ап. Петру обетований (ст. 19.) Иисус Христос повторил и всем апостолам. Точно также и сами апостолы смотрели на всех апостолов, как на одинаково основные камни в здании церкви Христовой (Еф. 2:20.) И врата адова не одолеют ей. Ад может мыслиться здесь или как подземный мир, царство мертвых, шеол в ветхозаветном смысле, или как место заключения отверженных духов место мучений, геенна (Откр. 20:13, 14), и в этом смысле царство злаго начала в мире, царство сатаны. Он изображается здесь как крепость, имеющая огромныя ворота. Если мыслить здесь ад преимущественно как царство мертвых, то врата ада будут представляться широко раскрывающимися, чтобы поглощать жертвы смерти; и тогда будет указание здесь на гонения и мучения на церковь Христову, которыя не в силах преодолеть ее. Если же ад мыслить преимущественно как царство сатаны, то смысл этого изречения будет тот, что никакие злобные планы и усилия сатины не в силах сокрушить церкви Христовой (образ будет взят от обычая древних держать совещания при воротах города).

Исповедание Петра было высказано так твердо, решительно, что Иисус сказал ему: ты — Петр, то есть камень, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее (Мф. 16:17).

Объяснение слов Иисуса: на сем камне я создам церковь Мою...

Это изречение Иисуса толкуется различно. Одни полагают, что, говоря о камне, на котором Он создаст Церковь Свою, то есть общество верующих в Него людей, Он назвал камнем высказанное Петром исповедание веры в Него как Христа, Сына Бога живого, — что это исповедание, эта вера, крепкая как камень, послужит неодолимым основанием для возведения на нем величественного здания Церкви Христовой, которую и силы ада не победят. Речь эта иносказательная и представляет общество верующих в виде здания, построенного на крепком фундаменте, на скале. Таковым фундаментом, скалой, камнем, то есть основанием, на котором зиждется Церковь Христова, следует признать непоколебимую веру во Христа как воплотившегося Бога; без этой веры не может быть Церкви Христовой; она не может существовать и при слабой вере, так как при первом же испытании, при первом гонении падает, как падает дом, выстроенный на песке, от первого наводнения.

Другие же толкователи полагают, что под камнем Иисус разумел самого Петра; такого мнения держатся католики, приписывая Апостолу Петру, а затем и Папе Римскому, как преемнику его, главенство над всей Церковью Христовой. Сторонники такого толкования подкрепляют его еще тем, что Апостолу Петру Христос дал ключи Царства Небесного, то есть власть прощать грехи.

Из дальнейших повествований Евангелистов видно, что Апостол Петр, почти вслед за такими словами Иисуса, стал искушать Его, прося пощадить Себя и не доводить до смерти от руки старейшин, первосвященников и книжников, а когда Иисуса взяли под стражу, то трижды отрекся от Него. А это доказывает, что, говоря — Ты — Христос, Сын Бога Живаго, — сам Апостол Петр не был еще таким камнем, который мог бы выдержать, вынести на себе всю тяжесть Церкви Христовой; после Воскресения Христова и сошествия на Апостолов Святого Духа Он с другими Апостолами действительно стал непоколебимым, как камень, проповедником учения Иисуса Христа; но во время путешествия Иисуса к Кесарии Филипповой он не был еще таким камнем. К тому же ключи Царства Небесного, власть отпускать или не отпускать грехи, даны были не одному Петру, а и другим Апостолам, что доказывается словами Иисуса, сказанными после Воскресения: Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20:23).

Поэтому не Петра, а веру в Иисуса как воплотившегося Бога надо считать тем основанием, которое дает крепость, силу Церкви Христовой, и притом такую силу, что и врата ада не одолеют ее.

В прежние времена для защиты от вторжения неприятелей вокруг городов строили стены и всю воинскую силу сосредоточивали у ворот, так как проникнуть в них было легче, чем проломить стену. Поэтому, уподобляя в иносказательной речи Церковь Свою зданию, построенному на скале, а ад, как вместилище зла, городу, окруженному стеной, Иисус сказал, что все соединенные силы ада, сосредоточенные как бы у ворот его, или врата ада не одолеют ее.

Симон, — глава и князь, — сказал: Ты — Христос, Сын Бога Живаго. И ответил: блажен ты, Симон,.. И врата ада не одолеют тебя» (ср. Мф. 16:15–18), то есть что вера не разрушится. Ибо кто может разрушить то, что созидает Господь, и кто может восстановить то, что низверг Господь? Хотел ассириец¹ разрушить храм, который создал Господь, но Сей разрушил престол его царства. Так и Никанор (2 Мак. 8:34–36). И Ахав хотел построить низвергнутый город Иерихон, и низвергнуто было его княжение.

Созидая Церковь Свою, Господь создал такую башню, основания которой могли бы держать все, что построено на них. Как в то время, когда один язык был разделен на многие, (Господь разрушил башню), чтобы люди не взошли на небо (Быт. 11:4–8), (именно этим побуждались искать прибежища не в башне, а в правде, ибо и неизмеримая бездна потопов ничего бы им не причинила, если бы они искали прибежища на возвышенностях², но неправда (их) потопила, а покаяние освободило, то есть правда спасла); как, — говорю, — рассеяние их послужило препятствием к (успешному окончанию) земной башни и долговременного строения и к уклонению от труда, так потом Сам Спаситель устроил людям башню, которая ведет на небо, и дерево, плоды коего суть врачевство жизни.

«Ты — камень» (ср. Мф. 16:18), — тот камень, который воздвиг (Господь), чтобы сатана споткнулся на нем. Но когда Петр говорил Господу: «да не будет сего, ...Господи!» (ср. Мф. 16:22), сатана хотел противопоставить этот камень Господу, дабы Он споткнулся на нем. Мы не сказали бы, что сатана помышлял (именно) так, если бы Тот, Кто знал (о сем), не обнаружил этого, говоря: «отойди... сатана! ты... соблазн... Мне!» (Мф. 16:23). И Господь взял этот камень и отбросил от Себя, дабы последователи сатаны спотыкались на него, так как «отступили назад и распростерлись по земле» (ср. Ин. 18:6).

«Тогда Иисус сказал ему в ответ: «Блажен ты, Симон, сын Ионин!». О том, что Петра от рождения звали Симоном, мы уже знаем из истории его призвания вместе с его братом Андреем. Теперь узнаём имя его отца – Иона. В Евангелии от Иоанна, правда, отец Симона назван Иоанном (Ин. 1:42) По критическому тексту.. Почему существует такое расхождение, мы можем только предполагать. Но сейчас об этом говорить не стоит. Важнее то, что Иисус, благословляя Симона, сказал ему далее: «Не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах». Выражение «плоть и кровь» обозначает человека, людей, вообще человечество в его ограниченности и слабости. Признание Иисуса Христом и Сыном Божиим – не плод мыслей человеческих, но результат откровения от Бога.

И далее такие слова Иисуса: «И Я говорю тебе: ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее». Здесь в Евангелии, написанном на греческом языке, содержится некоторая игра греческих слов: Иисус говорит: «Ты – Πέτρος (слово мужского рода, означающее скала, камень), и на сей πέτρα (слово женского рода, тоже означающее скала, камень) Я создам Церковь Мою». Разумеется, Иисус говорил не по-гречески, а по-арамейски. И назвал Он Симона новым именем Кифа, что и зафиксировано в других местах Нового Завета. Но арамейское Кифа по-гречески и будет Петрос, или петра – скала, камень. Дарование нового имени означает наделение новым содержанием. Ведь в древности имени придавалось гораздо большее значение, чем сегодня. Считалось, что имя отражает сущность именуемого. Нелишне вспомнить, что в Библии новые имена получали самые великие люди Священной истории. Так Аврам стал Авраамом, «отцом множества», родоначальником израильского народа. Пророк Исаия сравнивал Авраама со скалой:

«Взгляните на скалу, из которой вы иссечены, …

Посмотрите на Авраама, отца вашего,

 и на Сарру, родившуювас:

ибо Я призвал его одного

 и благословил его, и размножил его» (Ис. 51:1-2).

Авраам – скала и родоначальник Израиля, Симон – Скала, Камень, Петр – символический родоначальник Нового Израиля – Церкви Христовой: «Ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее». Мы знаем, сколько богословских споров вызвали в истории эти слова Иисуса Христа о Петре как основании Церкви. Споры эти вращались вокруг вопроса о примате Римского епископа, то есть Папы Римского как наследника Апостола Петра, по преданию первого епископа Рима. Но к нашему тексту все эти бурные споры о месте Папы Римского среди прочих епископов, конечно, никакого отношения не имеют. Невероятно, чтобы, произнося свои благословляющие Симона-Петра слова, Иисус помышлял о римских папах. Оставим это католическим и антикатолическим богословам. Мы занимаемся не догматическим богословием, а конкретным евангельским текстом.

Вспомним другое: хотя Церковь как земное проявление Царства Небесного «утверждена на основании Апостолов и пророков», удерживающим и скрепляющим её «краеугольным камнем» является Сам Иисус Христос (Еф. 2:20; 1 Пет. 2:4-6), которого Апостол Павел прямо называет истинным основанием Церкви, и «никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос» (1 Кор. 3:11). Он – «камень живой, человеками отверженный, но Богом избранный, драгоценный» (1 Пет. 2:4).

Итак, когда мы читаем слова Иисуса «создам Церковь Мою», мы понимаем, что, говоря о Своей Церкви, Он не имел в виду Церковь как социальную структуру, которая имеет свою администрацию, законодательство в форме канонического права, свои здания, земельные участки и так далее и тому подобное. Речь идет, во первых, не о социальной структуре, а об «экклесии» (ἐκκλησία), – о собрании людей, об обществе, о народе. Во-вторых, Церковь метафорически изображена как строение, дом, храм: «создам Церковь Мою» на церковнославянском «на се1мъ ка1мени сози1жду (то есть «построю») цrковь мою2».

В первом смысле, как ветхозаветная Церковь была собранием избранного народа Божия, так и новозаветная Церковь будет собранием народа Иисуса Христа. Как ветхозаветный народ Божий имел своим родоначальником Авраама, метафорически названного «скалой», так и новозаветным родоначальником (уже не в физическом, а в духовном смысле), как бы первым «христианином», был Симон, образно также названный «Петром, Скалой». Именно в этом смысле Церковь началась с Петра. Он объявлен началом, основанием нового Израиля, нового избранного Богом народа, нового общества, нового братства тех, кто верит в Иисуса как во Христа – Сына Божия и Спасителя.

О Своей Церкви Иисус говорит, что «врата ада не одолеют ее». Ад не следует понимать в современном смысле – как место вечного наказания грешников. Нет. В Новом Завете ад (греческое «Аид», ᾅδης, перевод с еврейского «шеол») – это преисподняя, место пребывания мертвых или, точнее, их теней. В переносном смысле «ад» – это смерть, которую образно можно представить себе как неодолимую крепость: умирают и уходят в преисподнюю все. Никто не мог выйти из этой крепости: ее крепостные врата были плотно заперты. Но Воскресение положило конец всевластию смерти. Как говорил апостол Петр в своей проповеди, «Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти, потому что ей невозможно было удержать Его» (Деян. 2:24). Из ада вместе с Иисусом Христом выйдут все умершие, и врата ада не смогут их удержать. Скорее всего, именно так следует понимать слова Иисуса. Мыслимы и другие объяснения. Но как бы ни толковать выражение «врата ада», ясно, что Иисус здесь говорит о том, что смерть отныне будет не всевластной, она не сможет одолеть Церковь Христову, которую ждет жизнь вечная в Царствии Божием.

Далее следуют новые обетования Петру: «Дам тебе ключи Царства Небесного». Здесь снова возникает метафора дома. Небесная Церковь, или Царство Небесное представлено как дом, не только имеющий основание и краеугольный камень, но имеющий также вход, дверь и ключи к этой двéри. Метафора ключей была привычным образом власти, часто встречающимся в Библии и Ветхого и Нового Заветов. Так, например, в книге Откровения Воскресший и прославленный Иисус Христос говорит о Себе: «Был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти» (Откр. 1:18). Там же: «Так говорит Святый, Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет – и никто не затворит, затворяет – и никто не отворит» (Откр. 3:7). Далее в Евангелии о книжниках и фарисеях Иисус скажет: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете» (Мф. 23:13). Они сами присвоили себе такую власть. Но их власть мнимая. В евангельском обетовании властью открывать и закрывать дверь в Царство Небесное наделяется Петр. Смысл этой власти поясняется: «и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах». Словосочетание «связывать и разрешать», или на современном русском языке «связывать и развязывать» – тоже известный образ власти «запрещать и разрешать». В иудействе того времени так обозначалась власть авторитетных учителей, которые определяли, что Закон запрещает, а что разрешает. Теперь таким учительным авторитетом Христос наделяет Петра, а вместе с ним и всех апостолов. Они будут нести миру Евангелие, Слово Иисуса Христа, которое будет критерием конечной участи человека. Как говорит Иисус в Евангелии от Иоанна, «Отвергающий Меня и не принимающий слов Моих имеет судью себе: Слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день» (Ин. 12:48). Носители этого судящего Слова – Апостолы. И потому им сказано: «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20:23). Вот что значит «связывать и разрешать на земле».

Всё это говорится Петру в присутствии прочих учеников. Но тут же Иисус «запретил ученикам Своим, чтобы никому не сказывали, что Он есть Христос». Этот наказ молчать (конечно, до Пасхальных событий) обусловлен абсолютным незнанием, непониманием всего народа Божественной цели посланного на землю Христа. Ведь все ожидали Мессию как победоносного Царя, Который поведет иудеев к победе над язычниками и к всемирной власти. Никому и в голову не могло прийти, что Мессия спасёт людей не силой оружия и земной власти, но Своим Воскресением, пройдя через крестные муки смерти. Это было пока неведомо не только народу, но и самим ученикам. Иисусу еще предстояло поведать Петру и другим о том, что такое подлинное Мессианство.

Итак, впервые в Евангелии Иисус прямо объявлен Христом, Мессией. Но при этом… «Иисус запретил ученикам Своим, чтобы никому не сказывали, что Он –Христос» (Мф. 16:20). Ведь смысл истинного мессианства еще не был открыт. Никому – не только иудейскому народу, но даже ближайшим ученикам Иисуса – не могло даже прийти в голову, что Христос спасёт людей не силой оружия и земной власти, но Своими Крестными страданиями, пройдя через смерть к Воскресению. 

И Я говорю тебе. - Что значат слова: И Я говорю тебе! Так как ты мне сказал: Ты - Христос, Сын Бога Живого, то и Я говорю тебе не бессодержательные слова, не имеющие никакого действия, но тебе говорю, ибо для Меня сказать значит сделать.

Ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою. - Подобно тому, как Он сам дал апостолам свет, чтобы они назывались светом мира, и как прочие наименования произошли от Господа, - и Симону, веровавшему в Камень, или Христа, Он даровал имя Петр. Но под образом камня прямо говорится Ему А в лице его всем апостолам, ибо выше блаж. Иероним сказал, что Петр от лица всех апостолов исповедует (см. стихи 15, 16) (Прим. переводчика): "На тебе воздвигну Церковь Мою".

И врата ада не одолеют ее не будут иметь перевеса в борьбе против нее. Под вратами ада я разумею пороки и грехи, или же, - несомненно, - учения еретиков, через которые люди не книжные низводятся в преисподнюю (tartarum). Таким образом, пусть никто не думает, что это говорится о смерти, как будто апостолы не подчинены условиям смерти, когда в действительности видит их просиявшее мученичество.

Господь переименовал Симона в Петра, когда только в первый раз встретил его, приведеннаго к Нему братом Андреем. Петр с греческаго значит камень. Господь назвал Симона Петром — камнем, провидев твердость его характера и веры (Ин. 1:42). Теперь Господь, услышав от Петра твердое исповедание Его Мессиею, Сыном Божиим, как бы свидетельствует, что он действительно оправдывает на себе свое новое имя — Петр, т. е. показывает твердость своей веры, — говорит: Ты еси Петр (камень), и на семе камени созижду (создам) церковь Мою. Церковь, это — общество людей, верующих во Христа, где бы они ни были и когда бы ни жили. Так читаем мы в символе веры о церкви Христовой: Во едину, т. е. верую, святую, соборную и апостольскую церковь. Изречение: на сем камени созижду церковь, толкуют различно; мы возьмем одно. Церковь здесь представляется зданием. В основание здания обыкновенно полагаются крепкие камни (Мф. 7:23—24). И вот в словах: на сем камени указывается тот твердый камень, на котором будет основана церковь. Какой же это камень? Это — та вера и то твердое исповедание И. Христа Мессиею Сыном Бога живаго, которыя апостол Петр теперь высказал. Значит, что такое верование и исповедание, которое высказал ап. Петр, будет основным верованием и исповеданием всей церкви, пли общества, которое создаст Господь. И врата адова (ада) не одолеют ей (ея). Это значит, что никакия враждебныя силы, даже силы самого ада или сатаны не возмогут победить основанной И. Христом церкви, как это сбылось и сбывается доселе: сколько было гонений на церковь Христову и от Иудеев, и от язычников, и от еретиков; сколько и теперь возстают на нее суемудрых лжеучителей: но она стоит и будет стоять непоколебимо. Ад есть местопребывание злых духов или демонов и вместе с ними злых грешных душ. Врата ада. Вратами ада здесь называются злые советы и ухищрения самого сатаны и руководимых им злых людей. Образ речи взят с обычая восточных народов — властям и старейшинам собираться у ворот города, обыкновенно укрепленных, для различных совещаний по общественным делам города, для суда и расправы над виновными и т. п.

Чтобы быть членом Церкви, созданной „на сем камне", должно соблюдать все, что заповедано Господом: Мф. 28:20; утверждать в этом должен был и сам „камень" Петр: Лк. 22:32; здание Церкви должно быть полно и законно: Ефес. 1,23; 2, 20-22; а не самочинным сборищем: Откр. 3:9.

 Отсюда последовательно и преемственно истекает власть епископов и управление Церкви, так что Церковь поставляется на епископах и всяким действием Церкви управляют те же начальствующие. И так как это основано на Божественном законе, то я удивляюсь, что некоторые с дерзким безрассудством вздумали написать ко мне такое письмо, которое составлено от имени Церкви, тогда как Церковь заключается в епископе, клире и всех стоящих в вере.  

Данное толкование парафраз священника Антония Одайского из его работы "Святоотеческое толкование Евангелия от Матфея 16:18"

Святитель Кирилл Александрийский (†444), известный египетский экзегет и полемист, защитник Православия от несторианства, цитируя этот евангельский текст, считает камнем незыблемую веру ученика (petran, oimai, legwn to akradantoneiz pistin tou maqhtou) Комментарий на Исайю IV,2, PG 70, col.940., само имя которого и значит ни что иное как его непоколебимую и твердую веру, на которой утверждена Церковь Христова (thn akataseiston kai edraiotathn tou maqhtou pistin) Диалог на Троицу, кн.IV, PG 75, col.866..

***

Сам Спаситель ясно предсказывает, говоря: «ты еси Петр, и на сем камене созижду церковь мою и врата адова не одолеют ей» (Мф. 16:18). Вот здесь вратами называет хотящих преследовать ее, оказывающихся как бы гибелью и разрушением, и к узам ада обыкновенно приводящих тех, кто склоняется к ним. Итак, ослабеют, даже более — истребятся враждовавшие с нею и придут к гибели; ибо бесспорно, «многи скорби праведным, но от всех их избавит я Господь» (Пс. 33:20), — и истинно, что «вси хотящии благочестно жити о Христе, гоними будут» (2 Тим. 3:12), однако бесполезными и бессильными делает Христос замыслы злоумышляющих и самые предприятия, даруя нам «власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» (Лк. 10:19). Ободряет и говоря: «в мире скорбь имеете, но дерзайте, яко аз победих мир» (Ин. 16:33).

***

Ин. 1:42. Воззрев нань Иисус рече: ты еси Симон, сын Ионин, ты наречешися Кифа, еже сказается Петр

Боголепно взирает Видящий сердца и утробы (Пс. 7:10; Иер. 11 и др.). Он видит, какого благочестия достигнет ученик и до какого совершенства в добродетели дойдет он, ибо Он есть «сведый вся прежде бытия их» (Дан. 13:42). Этим особенно Он и научает призванного ученика тому, что, будучи истинным Богом, Он обладает знанием без научения, ибо, не сказав ни одного слова и не спросив, кто или откуда пришел к Нему сей муж, от какого родился отца, Он говорит, кто он и как именуется. И уже приобретши его под свою власть и соделав Своим, не позволяет ему впредь называться Симоном, но переименовывает его в Петра, дав это имя от «скалы» (πέτϱα), так как намеревался основать НА НЁМ Свою Церковь.

***

А теперь давайте посмотрим, как святитель толкует Мф. 16:18:

«По той, что основание всего и непоколебимая опора есть Христосъ, держащий все и правящий всем, чтобы это было крепко утверждено; в Нёмъ мы все созидаемся в дом духовный соединяемые стройно чрез Духа в церков святую, в жмище Его (Еф. 2:21, 22; сн. Еф. 4:16), ибо Он обитает в сердцах наших чрез веру. Прилежащими же и более, нежели мы? близкими к Нему основаниями должны быть умопредставляемы Апостолы и Εвангелисты, самовидцы и слуги бывшие Словесе (Лк. 1:2), но соделавшиеся и утверждаемы веры; потому что познав, что должно следовать их преданиям, мы сохраним правую и не извращенную веру Христу. Сказано инде Им Самим Божественному Петру (когда сей мудро и неукоризненно исповедуя веру в Него, говорил: Ты еси Христос, Сын Бога живаго): ты еси Петр, и на сем камне созижду Церковь Мою, при чем КАМНЕМ, думаю, Он называет НЕПОКОЛЕБИМОСТЬ УЧЕНИКА В ВЕРЕ».

Ты – Скала (греч.«Петрос»). Так переводится арамейское имя «Кефа́», которое значит «камень, валун, скала»; в греческом ему соответствуют два слова: «пе́тра», слово женского рода и более употребительное, и «пе́трос» – мужского рода. Ты – Скала, и на этой скале –в греческом оригинале игра слов: «Петрос» – «петра». Именно в это время, согласно Матфею, Иисус дает Симону новое имя, хотя уже в рассказе о призвании Симона указано, что у него было прозвище Петр, о чем свидетельствует и евангелист Иоанн: «Иисус, пристально посмотрев на него, сказал: “Ты Симон, сын Иоанна. Но ты будешь зваться Кифа”» (1:42). Таково мнение большинства комментаторов, хотя некоторые, например, Августин, полагали, что Иисус здесь лишь по‑новому истолковал прозвище, которое уже было у Симона. В любом случае дарование нового имени – очень важное событие, так как в древности имя значило гораздо больше, чем сейчас. Люди верили, что в нем заключалась сокровенная сущность своего носителя. Поэтому существовала традиция менять имя или давать другое в ознаменование важных событий или перемены статуса человека. Вот почему такие великие личности Священного Писания, как Авраам и Иаков, получили от Бога новые имена: Аврам стал Авраамом, а Иаков – Израилем (евр.Исраэ́ль). Нельзя не увидеть некоторые параллели между Авраамом и Петром. Авраам, «отец множества», стал родоначальником народа Израиля. Исайя сравнивал его со скалой (Ис. 51:1‑2), а в одном из раввинистических трактатов он был прямо назван скалой, на которой Бог задумал построить вселенную.

Слова Иисуса о Петре как о Скале Церкви породили большие богословские споры. Католики видели в них обоснование примата римского епископа, наследника апостола Петра, в то время как представители других конфессий, не признающих над собой главенство Рима, пытались истолковать их по‑иному, обращая внимание на то, что в евангельском тексте употреблены два разных слова: «Петрос» («камень») и «петра» («скала»). По их мнению, это должно указывать на то, что не личность Петра является скалой Церкви, но его вера, или его исповедание, или его апостольское служение. Также указывалось на то, что Петр произносит исповедание не только от своего имени, но и от имени остальных апостолов. Кроме того, часто цитировались тексты 1 Кор. 3:11 и Еф. 2:20, в которых утверждается, что краеугольным камнем фундамента Церкви является сам Христос.

Большинство современных ученых полагает, что политические и религиозные мотивы этих споров не имеют никакого отношения к прямому смыслу евангельского текста. Во‑первых, речь идет все‑таки о самом Петре как скале, а не о его вере. Не только Петр произносит слова откровения об Иисусе, но и сам Иисус, в Свою очередь, возвещает откровение о Петре. Как говорит один комментатор, слова Иисуса в их арамейской форме звучат примерно так: «Я говорю тебе, да, тебе, Петр...»¹. Во‑вторых, неправомерно, споря о двух разных греческих словах, на основании их незначительных различий строить далеко идущие выводы. Ведь Иисус говорил не на греческом, а на арамейском, а там слово «кефа» значит и «камень», и «скала». Другой комментатор уточняет: «Понимание этого отрывка в его наиболее естественном смысле, а именно, что Петр есть камень, на котором возведена Церковь, никоим образом не является ни утверждением папства, ни отрицанием того, что Церковь, подобно апостолам, покоится на Иисусе как на единственном основании своего бытия. Иисус, в конце концов, строитель, и все, что делают апостолы, они делают через Него»². В письме, которое носит имя апостола Петра, есть замечательные слова, демонстрирующие надуманность дискуссии: «Приходите к Нему – к живому Камню, отвергнутому людьми, но избранному Богом, драгоценному в Его глазах. И сами вы, как живые камни, созидайте из себя духовный храм, чтобы, став святым священством, приносить через Христа духовные жертвы, приятные Богу» (1 Пет. 2:4‑5).

Я возведу –Иисус предстает в роли строителя некоего мощного здания – нового дома Божьего. Этот образ встречается и в других книгах Нового Завета (Мф. 1 Кор. 14:4; 1 Пет. 2:4‑5; ср. Мф. 26:61; 27:40), а также в Ветхом (Иер. 12:16; 31:4; 42:10; Ам. 9:11). Во всех этих отрывках народ Божий уподоблен одновременно и храму, и дому. Церковь (греч. экклеси́я) – это слово переводится как «собрание» и, вероятнее всего, соответствует еврейскому слову «каха́л». Именно так было названо собрание народа во время заключения Договора между Богом и Израилем на горе Синай. Многие ученые видят параллели между событиями Исхода и новозаветными. В Евангелиях слово «церковь» встречается только здесь и еще в Мф. 18:17, причем с некоторой разницей в смысле: если в. 16:18 подразумевается вселенская церковь, то в. 18:17 речь идет о конкретной общине. В остальных же книгах Нового Завета слово «церковь» употребляется очень часто, но, как правило, в значении поместной церкви. Отсюда споры об аутентичности этого речения. Почему идея Церкви не играет практически никакой роли в Евангелиях? Ведь в то время как исповедание Петра есть во всех четырех Евангелиях, даже у Иоанна (хотя и в несколько измененной форме – 6:69), такое важное, основополагающее для дальнейшего бытия христианской Церкви речение отсутствует.

Но почему Иисус устанавливает Церковь, если Он ожидает наступления Божьего Царства в самом ближайшем времени? И, наконец, когда именно Иисус создал Свою Церковь?

Одни ученые полагают, что будущее время («возведу ») указывает на то, что Иисус обещает создать Церковь после Своего воскресения. Действительно, община Иисуса во время Его земной жизни совсем не похожа на те христианские общины, которые появятся позже и о которых нам известно из других книг Нового Завета. Например, Джеймс Данн указывает на целый ряд признаков, позволяющих называть общину учеников и последователей Иисуса скорее движением, чем конституированной общиной³. Другие же считают, что Церковь устанавливается Иисусом в этот самый момент, когда Иисус закладывает первый «камень» в ее фундамент. Согласно их мнению, идея Церкви Христа тесно связана с идеей нового народа Божьего, ядро которого представляет собой маленькая община Иисуса. Происходит как бы новое творение человечества, понимаемое как начало воцарения Бога на земле. Тогда сам собой снимается вопрос о том, зачем нужна Церковь, если наступление Божьего правления ожидается в самом ближайшем будущем. Его Церковь – это новый народ Божий, очищенный от грехов и преображенный верой, ему предназначено стать соправителями Бога.

Мою Церковь –в то время как ветхозаветная Церковь называлась собранием Божьим, здесь Иисус подчеркивает, что новозаветная Церковь принадлежит Ему. Здесь нет противопоставления между Богом и Его Сыном, но лишь указывается на наступление эсхатологических времен, которое знаменуется явлением мессианского царства. Силам преисподней – дословно: «воротам ада». Словом «ад» называется здесь не место наказания грешников, которым в еврейской традиции является геенна. Так на греческий было переведено еврейское слово «шео́л». Шеол – это преисподняя, где, согласно представлениям древних, еще не знавших о воскресении, пребывали все люди после смерти, так что это царство мертвых. Здесь в переносном смысле оно означает смерть вообще. Одной могучей твердыне, Церкви, воздвигнутой на твердом скальном основании, противопоставлена другая крепость, а именно крепость смерти. Под мощными воротами крепости, из которых выходят ее защитники, метонимически («часть вместо целого») понимается вся преисподняя, то есть в данном случае смерть (ср. Притч. 1:12; Ис. 5:14). Хотя некоторые ученые предпочитают понимать эти слова в расширительном значении – как силы зла или власть Сатаны (ср. Откр. 9:1‑11), их смысл от этого не сильно изменяется, так как зло, грех и смерть неразрывно связаны между собой.

Иисус утверждает: несмотря на то, что христианам, в том числе и Петру, придется пройти через страдания и, возможно, мученическую смерть, Церковь останется нерушимой и не погибнет. Она не окажется побежденной даже тогда, когда сам ее Основатель умрет на кресте.

Закладывался краеугольный камень церкви Христовой, и тот случай, при котором впервые сказаны были эти достопамятные слова, впоследствии должен был получить огромное значение в истории мира. Это было обетование, что церковь, основанная на камне боговдохновенного исповедания, оста­нется несокрушимою при всех напорах сил ада.

Бог всяческих объявил Кафолической Церковью правое и спасительное исповедание веры в Него, назвав блаженным Петра за то, что он исповедал Его.

«Послушай, что говорит ученикам Господь: «За кого люди почитают Меня, Сына Человеческого?». Обрати особое внимание, что Он назвал Себя не Сыном Божиим, но Сыном Человеческим. И, услышав, что некоторые (почитают Его) за Иоанна, а некоторые за Илию, сказал им: «А вы за кого почитаете Меня?». Ответил Ему Петр, основание апостолов, и сказал: «Ты — Христос, Сын Бога Живаго». Господь же на это (сказал): «Блажен ты, Симон Петр, сын Ионин, потому что не плоть и кровь», — то есть, не человеческое размышление, — «открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах». Ибо, услышав о Сыне Человеческом, (Петр) исповедал Сына Божия. И что (еще сказал) ему? — «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:13-18). Итак, если и ты, превзойдя естественное разумение, исповедуешь рожденного от Марии Сына Человеческого как Сына Божия, то Он всячески ублажит, КАК СВЯТОГО ПЕТРА, и ТЕБЯ, и созиждет все собрание твоих рассуждений НА СЕМ КАМНЕ ВЕРЫ, и врата ада не одолеют его. Как и оные узы Он, сойдя, разрешил (Своим) Святым Телом, чтобы спасти так нераздельно верующих Ему.

Без такого ясного исповедания со стороны великой тайны воплощения Сына Божия не могло быть положено и основания церкви Христовой на земле; вот почему Господь в ответ на это исповедание, с особенной торжественностью, с истинно-царственным величием и благостью говорит сначала Симону Петру, а в его лице даёт ответ и всем, которые его устами исповедали Боговоплощение: при самом избрании тебя в Мои Апостолы Я наименовал (Ин. 1:42 тебя Петром (буквально по-гречески: Петрос — каменный), как Сам Я есмь краеугольный Камень (Мф. 21:42; Мк. 12:10; Лк. 20:17). Я провидел твою в вере твёрдость, которую ты от Меня же восприемлешь, и потому дал тебе такое имя. Эту твёрдость веры ты и показываешь теперь в исповедании сей веры от лица всех учеников Моих: за это и Я говорю тебе: ты Пётр, (по-гречески: Петрос), и на сем камени, (по-гречески: петра), — не на Петре, человеке, каков ты, на Камне, который ты исповедал, "на Мне Самом, как Сыне бога Живаго" (толков. бл. Августина), на той истине, которую ты выразил, Я создам Церковь Мою, общество всех верующих в Меня, где бы эти верующие ни были, когда бы они ни жили, — Я Сам буду тою скалой несокрушимой (Деян. 4:11), на которой первым камнем возляжешь ты, а с тобой и все вы, Мои Апостолы, — Я буду тем краеугольным Камнем, "на котором соединятся, как две стены, два народа, приходящие — один от обрезания (верующие иудеи), другой — от необрезания (верующие язычники), соединятся в одной вере, в одной надежде, в одной любви" (бл. Августин).

— "Камень есть Христос, Который даровал Своим Апостолам, чтобы и они назывались камнями. Ты скажешь, может быть, что Церковь основана на Петре; но в другом месте показывается, что она основана на всех апостолах, которые все приняли и ключи царствия небесного" (бл. Иероним). Основания земные, — говорит блаж. Августин, — всегда роются в земле, потому что здание, которое они должны поддерживать, находится также на земле. Что касается того Иерусалима, к которому мы идём, то он строится на небе, вот почему Христос, Сам будучи основанием небесного Иерусалима, предварил нас вознесением на небо. Он есть вместе наше основание и Глава Церкви. "Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос" (1 Кор. 3:11). "Заметьте, — говорит святитель Филарет Московский, — Апостол не только признаёт Иисуса Христа первоначальным и незыблемым основанием Церкви, но и отрицает возможность другого подобного основания; и как он пишет своё послание, между прочим, против тех, которые говорили: "я Кифин" (1 Кор. 1:12), то в его изречении заключается и та мысль, что Кифа, т. е. Апостол Пётр, не может быть признаваем первоначальным и незыблемым основанием Церкви, хотя, впрочем, он и может, и должен быть признаваем вторичным основанием, на Христе утверждённым и во Христе только непоколебимым, но в этом положении уже не один, а со всеми апостолами и пророками: "Быв утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем" (Еф. 2:20). Потому и Пётр положен в основание Церкви не прежде, как он положил в её основание Христа. Прежде Пётр сказал Господу: "Ты Христос, Сын Бога Живаго." Потом уже Господь сказал Петру: "Ты Пётр, и на сем камени Я создам Церковь Мою." — Ты Христос, Сын Бога Живаго," — и открылось основание Церкви Христианской. Прежде всех увидел Пётр это основание, и прежде всех возлёг на этом основании этот камень; и прежде прочих Апостолов получил обещание, что на нём самом возвысится потом здание. Действительное созидание на этом камне началось по сошествии Святого Духа на Апостолов. Посмотрите, как и теперь прежде прочих, и как твердо Петр полагает прежде положенное основание, "Которое есть Иисус Христос." "Итак твёрдо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом сего Иисуса, Которого вы распяли" (Деян. 2:14-41), говорит Пётр иудеям. Вскоре присоединились к Петру в деле этого созидания и прочие Апостолы. Так созидалась Церковь Христова, созидалась проповедью Петра и прочих Апостолов."

— "Но если ты подумаешь, что на одном только Петре создал Бог Церковь Свою, то что скажешь ты об Иоанне, сыне Громовом, и о каждом из Апостолов? Неужели дерзнёшь сказать, что только Петра не одолевают врата адовы, а прочих Апостолов одолевают? Разве не ко всем и не к каждому из них относится сказанное: "и врата адовы не одолеют её" и "на сем камени создам Церковь Мою"? Разве также одному Петру даны Господом ключи Царства Небесного, а другой из блаженных никто не получил их"? (Ориген). "Жених, готовый отойти, — говорит блаж. Августин, — поручил невесту Свою друзьям Своим не для того, чтобы она возлюбила кого-либо из них, но чтобы осталась верной единому своему Жениху; они же только друзья Жениха, и никто из них не есть Жених. Права жениха друзья Его защищают горячо и не потерпят со стороны Церкви преступной любви… Павел, истинный друг Жениха, не захотел быть любимым на место Жениха, чтобы быть в состоянии царствовать с Женихом." Сами Апостолы так и понимали слова Господа Петру. Если бы Своими словами Господь имел в виду сообщить Петру, хоть тень главенства, то как Иаков и Иоанн осмелились бы просить, чтобы Он посадил их — одного по правую, другого по левую руку? Как Апостолы могли бы спорить (а это не раз потом было), кто из них больший? (Мф. 18:1; Мф. 20:21; Лк. 22:24-26; Ин. 21:19 (?) и д.). Потому, "если, по строгому суждению апостола Павла, "никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос" (1 Кор. 3:11), то каким образом латинцы думают приложить ещё другое — Петра и третье — своего папу? Если мы, "утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем" (Еф. 2:20-22), то для чего хотят извергнуть из сего основания одиннадцать Апостолов и вместо них положить папу, не принадлежащего к лику Апостольскому? Если слово Божие знает единую только главу церкви — Христа: то по какому праву человеческое мудрование хочет сверх этой Божественной Главы дать этому бессмертному телу ещё другую главу — смертную? Если Вселенская Церковь, по слову Господню, должна быть такова, что и "врата адовы не одолеют её": сообразно ли с этим давать ей такую главу, при которой врата адовы могли бы обезглавить её? — Те, которые ревнуют о святом Петре более, нежели он того от них желает, пусть послушают этого первоверховного Апостола более, нежели своего или постороннего мудрования. Святой Пётр не на Петре, а на Христе основать и утвердить вас желает. "Приступая к Нему, — говорит — камню живому… и сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный" (1 Пет. 2:4-8). Св. Пётр знает одно только имя, без которого нельзя спастись — имя Христа: "ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись" (Деян. 4:12).

Итак, благословен Пребожественный Основатель Церкви, Который не вверил её безопасности одному человеку смертному, и кто бы он ни был, не безгрешному. Не сказал Он Петру, следовательно не сказал и никакому Петру преемнику: "врата адова не одолеют" тебя. Но сказал о Своей церкви: и врата ада не одолеют её, хотя бы многократно одолели того или другого человека" (митр. Филарет Моск.). — Но почему Господь не сказал просто: "ад," но указует "врата ада"? потому что в древности у городских ворот собирались власти и старейшины города, творили тут суд и расправу и решали все важные дела. Врата адовы, поэтому означают все враждебные силы ада и сатаны, все злые ухищрения, всю злобу адских сил. И это слово Христово сбылось и сбывается доселе: сколько гонений потерпела Церковь Божия от иудеев, от язычников и еретиков; сколько и теперь восстаёт против её разных суемудренных учителей, но она стоит непоколебимо, по слову Христову: "небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут" (Мф. 24:35). Хранимая Божественной силой, она облечена и Божественной властью в лице Апостолов и их приемников.

признаком Христовой Церкви является ее «вечность, неодоленность, неразрушимость.» То спасительное общество, которое создано Господом Иисусом, никто и ничто уничтожить не может. А почему? Потому что Глава этого общества есть Сам воплотившийся Единородный Сын Божий, Победитель ада и смерти (Откр. 1:18; Рим. 6:9). Христос непобедим, а если так, то непобедимо и тело Его — Церковь Христова. Эту неодоленность обещал Господь Церкви Своей, когда говорил: «Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее».

Что означают слова «врата ада», и откуда взято это сравнение?

В древности вокруг городов строилась большая стена для ограждения от нападения врагов. В стене были ворота для въезда и выезда. У этих ворот собирались все старейшины городские, обсуждали городские дела и, вообще, совещались обо всем.

Вот и царство диавольское Спаситель представляет как бы городом со стеной и воротами. К воротам выходят все главнейшие бесы для совета. И если, как бы так говорит Спаситель, сам Веельзевул, князь бесовский, и все главнейшие советники его выйдут на Церковь Христову, то и тогда ничего не сделают ей, никакие диавольские совещания не помогут уничтожить неодоленное, вечное общество Христово.

на... камне. По-гречески "скала" или "камень" — "петра"; здесь игра слов. Точное ее значение спорно. Четыре основные версии таковы: 1) исповедание Петра: "Ты — Христос" и есть та скала, на которой стоит Церковь; 2) Сам Иисус — скала, как Петр об этом свидетельствует в 1 Пет. 2:5-8; 3) основание Церкв — Петр, говорящий от имени апостолов и представляющий их (Еф. 2:20); 4) исповедуя, что Иисус — Христос, т.е. Помазанник, Петр представляет собою людей, на которых будет стоять Церковь.

В подтверждение первой и второй версий обычно указывают, что имя Петр звучит как Петрос, а "скала" или "камень" — петра. Но в арамейском такого фонетического отличия не было. Вторая версия тоже не очень убедительна, так как Иисус изображает Себя здесь не основанием, а Строителем Церкви. Но "камень", лежащий в основании Церкви, — это не Петр сам по себе, независимо от его исповедания, а Петр как представитель двенадцати апостолов, которому Отец Небесный открыл, Кто такой Иисус.

Когда позже Петр говорит, что Иисус не должен идти на крест, Тот называет его не камнем-основанием, а камнем преткновения (см. ст. 23). Петра нельзя отделять от остальных апостолов — данная ему власть дана и другим апостолам.

Сам Петр говорит (1 Пет. 2:4-8), что все верующие стали живыми камнями, так как соединены с Христом. И разумеется, даже если бы под "скалой основания" подразумевался лично Петр, из этого никак не следует, что у него должны быть "преемники".

врата ада. И в ВЗ (напр., Иов 17:16; Пс. 9:14), и в иудейской литературе периода между заветами выражения "врата смерти", "врата ада" обозначают просто "смерть". Иисус здесь говорит, что и сама смерть не победит тех, кто принадлежит Ему.

Эти слова, положенные в основание главного догмата Римско-Католической Церкви, касаются одного из важных вопросов христианской веры: кто может точно понимать смысл слов Христа? Ответ, конечно, очевиден: ни папы Римские и патриархи, ни епископы и священники, ни богословы и монахи, но прежде всего апостолы, которым Он Сам изъяснял все сказанное и которым отверз ум к уразумению Писаний (Лк. 24:45), а также и все те, которые своей жизнью достигли того же принятия Духа Святого, что и апостолы, — это отцы Церкви.

Как же они понимают эти слова Христа?

Когда апостолов Петра и Иоанна арестовали и привели на суд к иудейским первосвященникам, то Петр прямо заявил им о Христе: Он есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения (Деян. 4:11). А в своем послании: Приступая к Нему, камню живому, человеками отверженному, но Богом избранному, драгоценному... Ибо сказано в Писании: вот, Я полагаю в Сионе камень краеугольный, избранный, драгоценный; и верующий в Него не постыдится (1 Пет. 2:4, 6). Так, указывая на сказанное ему слово «камень» и объясняя, что не он, Петр, есть основание Церкви, прямо говорит, Кто является Камнем краеугольным, на котором зиждется Церковь, — Сам Господь Иисус Христос. И чтобы окончательно сделать свою мысль ясной и убедительной, называет всех апостолов, то есть и себя и всех христиан, живыми камнями (1 Пет. 2:5), на которых и из которых строится здание Церкви.

Апостол Павел, как бы подтверждая слова Петра, пишет: никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос (1 Кор. 3:11); камень же был Христос (1 Кор. 10:4; ср. Еф. 2:20).

Власть же вязать и решить получили от Христа все апостолы: Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе (Мф. 18:18).

И только гордость и языческое имперское сознание могли заставить Рим истолковать слова Христовы в том смысле, будто апостол Петр является краеугольным камнем Церкви, и потому он, а затем и его преемники обладают абсолютной властью над всеми епископами (Церквами) мира. Эта страсть гордыни, развиваясь, привела к откровенно антихристианскому догмату о непогрешимости (безошибочности) единоличных решений папы, когда он говорит как верховный пастырь и учитель. Этим догматом папа Римский был фактически уравнен с Христом, ибо был заявлен как единоличный и полноправный властитель Церкви на земле, что было выражено и в одном из папских титулов — Наместник Христа.

Поэтому не удивительно, какие резкие оценки католицизма, его вероучительных заблуждений и глубокой прелестности учения о духовной жизни давали вслед за великими византийскими борцами с латинской ересью святителями Григорием Паламой (XIV в.) и Марком Эфесским (XV в.) многие святые Русской Церкви: преподобные Феодосий

Печерский, Максим Грек, Паисий Величковский, Амвросий и прочие Оптинские старцы, святители Игнатий (Брянчанинов), Феофан (Говоров), Патриарх Тихон, Иларион (Троицкий), святой праведный Иоанн Кронштадтский и др. Этот голос святых является ярким и самым убедительным свидетельством того, что в действительности, а не по экуменическим меркам Римско-католическая организация представляет собой не Церковь, а религиозно-политическую организацию, как писал святитель Феофан: «Дух католичества земной. Церковь у них и по-ихнему есть политическая корпорация» (Письма о христианской жизни).

– и затем взор Богочеловека, простираясь в будущее, видит в твердой вере апостолов непоколебимое основание, которое послужит для общества последователей Евангельского учения утверждением и связью: и Аз глаголю тебе: яко ты еси Петр, и на сем камне созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей. Церковь представляется здесь под видом здания, основанного так прочно, что никакие враждебные силы, даже все силы ада, не возмогут поколебать ее. Продолжая образную речь, Господь присовокупил, что Петру и апостолам будут вручены и ключи этого здания Божия, закрывающие и отверзающие вход, связующие и разрешающие: и дам ти ключи Царства Небеснаго, и еже свяжеши на земли, будет связано на небесех, и еже разрешиши на земли, будет разрешено на небесех. впрочем, Господь строго повелел апостолам никому не говорить о том, что он – Христос: «он хотел, чтобы апостолы тогда уже начали проповедовать, когда очевидная истина проповедуемого и сила событий будут подтверждать слова их Духом святым» (свт. Иоанн Златоуст). Должно «утвердить коренную истину, что всеобщее, глубочайшее основание, так же как и первый, краеугольный камень здания церковного, есть не иной кто, как Иисус Христос, Сын Бога живаго. И сам Петр положен в основание Церкви не прежде, как он положил в основание ее Христа» (свт. Филарет Московский). Во многих местах священного Писания, и притом в выражениях, не допускающих какого-либо превратного толкования, основанием и краеугольным камнем Церкви представляется глава ее – Иисус Христос (1 Кор. 3:11; Еф. 2:20–22; Мф. 21:42; Мк. 12:10; Лк. 20:17; Деян. 4:11; Пс. 117:22–23; Ис. 28:16). Таким основанием и камнем почитает Иисуса Христа и апостол Петр, как свидетельствует в своем послании (1 Пет. 2:4–8). Господь Иисус Христос есть первоначальное, глубочайшее, единое, всеобщее, вечно непоколебимое, все на себе носящее основание святой Церкви. Посему святые отцы, изъясняя мысль обетования Господня, разумеют под камнем не лице апостола, а исповедание его и твердую, как скала, веру во Христа или, еще яснее, самого Господа, исповеданного Петром. С неподвижностью скалы, на которой могла бы основаться Церковь так прочно и твердо, чтобы и врата адова, т. Е. Самые напряженные усилия врагов, не одолели ее в самом Петре нельзя согласить ни троекратного отречения его от своего Учителя (Мф. 26:64–75), ни всенародного обличения, сделанного ему апостолом Павлом (Гал. 2:11–14). Впрочем, не будучи основным и краеугольным камнем Церкви, Петр ясно увидел сие основание и, как зиждемый камень, по выражению святителя Филарета Московского, «первый возлег на нем» и первый имел дерзновение проповедать Иисуса Христа Иудеям (Деян. 2:14) и язычникам (Деян. 10:34). Этому делу созидания Церкви послужили и другие апостолы, и даже древние пророки, предвозвестившие Христа, так что святой Павел говорит о Церкви, что она утверждена на основании апостол и пророк, сущу краеугольну Самому Иисусу Христу, о Немже всяко создание составляемо растет в Церковь святую о Господе (Еф. 2:20–21). Все апостолы, включая и Петра, были не более, как слуги Христовы и строители таин Божиих (1 Кор. 4:1), и хотя некоторые, в том числе и Петр, по своему значению в среде верующих почитаемы были столпами (Гал. 2:9), но нет причины и повода усвоять кому-либо из них, например Петру, Господственное и властное положение в Церкви. Главным образом и обетование о ключах Царства небесного, или о власти вязать и решить, в лице Петра дано было всем апостолам, вместе с преемниками служения их на земле, что видно из следующих слов ииcyсa Христа, произнесенных немного после беседы с Петром: аминь глаголю вам: елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси, и елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесех (Мф. 18:18). Это – власть прощать и оставлять грехи, которую, по воскресении Господа, получили от него все апостолы: дуну и глагола им: примите Дух Свят, имже отпустите грехи, отпустятся им, и имже держите держатся (Ин. 20:22–23). Из Евангелия видно, что власть совершать таинство Покаяния сообщена была в начале Господом одним апостолам, а от апостолов перешла к их преемникам в Церкви, епископам и пресвитерам, но так, что священнослужители бывают только видимые орудия при совершении таинства, которое невидимо совершает через них сам Бог.

В 1054 г. Произошла катастрофа – римская церковь отделилась от вселенской Церкви. Папа стал виновником разделения церквей и человечества. Он присвоил себе непогрешимость, которой обладает только один Бог; произошла замена Христа человеком. Папа заменил все тело церковное, и критерием истины, по учению католиков, является не Дух святой, живущий в Церкви, а голос на римском престоле восседающего епископа.

Папа провозглашен католиками «наместником Христа и видимым главой всей Церкви», всех христиан. Грех папства – в посягательстве на то, что принадлежит только Богу, что принадлежит Духу святому, живущему в Церкви.

Главой Церкви является только сам Господь Иисус Христос. Той есть глава телу Церкви (кол. 1:18). Поэтому никакой второй «видимой главы всей Церкви», являющейся телом Христовым, и «наместника Христа на земле» не существует.

В действительности папы никогда не обладали непогрешимостью в вопросах веры. Известны многочисленные случаи, когда папы впадали в еретические учения и вероотступничество, отменяли или изменяли вероучения своих предшественников.

Католики ввели новые догматы, противоречащие евангельскому и апостольскому учению.

По учению католиков, Дух святой исходит не только от отца, но вместе от отца и сына.

Добавка «и от сына» – «filioque» была официально внесена в символ веры папой в 1014 г. Односторонне, без обсуждения на вселенском соборе. Господь наш Иисус Христос указал в прощальной беседе с учениками на исхождение святого Духа от отца: Дух истины, Иже от Отца исходит (Ин. 15:26). Именно эта вера в исхождение святого Духа только от отца была засвидетельствована всей Церковью в никео-Цареградском символе веры (325 и 381 гг.). Православная Церковь учит, что Дух святой единосущен отцу и сыну, т. Е. Обладает (не присваивая ее себе) той же сущностью, что и отец, и сын; что он исходит от отца, т. Е. Получает свое ипостасное бытие от него одного, и почивает на сыне, сыном посылается в мир (Дух Утешитель, егоже Аз послю вам от Отца. – Ин. 14:26), через сына преподается нам в Церкви и справедливо именуется как Духом отца, так и Духом сына.

«Филиокве» нарушает единоначалие Бога отца, т. Е. Отца как единого начала (по своему иерархическому положению все три лица Пресвятой троицы равновелики) и ведет к дуализму и нарушению нераздельности Пресвятой троицы. (нераздельность Пресвятой троицы была отвергнута католиками на II ватиканском соборе (1962–1965) путем выделения «отца» в самостоятельного «Бога» и отождествления его с «верховными Божествами» язычников).

Католики исказили учение о первородном грехе.

Согласно священному Писанию и учению Православной Церкви, Бог создал человека по образу и подобию своему (Быт. 1:26), совершенным душою и телом, безгрешным по естеству и свободным по воле, но он был доступен греху, и согрешить или нет зависело от его свободной воли. Падение, происшедшее вследствие отвержения воли Божией, повлекло за собой лишение человека Божией благодати и порчу природы человеческой: повреждение сил души человека (Быт. 3:7–13), изменение его естества (Быт. 3:21), помрачение в нем образа Божия. В результате отвержения воли и заповедей Божиих разумными существами (падшими духами и человеком) в мир вошли грех и зло.

Католики стали учить, что Бог создал человека из двух противоположных, не могущих не противоборствовать друг другу частей (души и тела, разума и чувственности) и до падения существо человека удерживалось в гармонии сверхъестественным даром «благодатной праведности», данной Богом праотцам. С падением человек лишился благодати и гармонии, но природа его осталась неповрежденной. Из католического учения вытекает, что Бог либо не мог своей благодатью спасти человека, либо отнял у него благодать до его падения. Следовательно, Бог либо не обладает всемогуществом, либо сам является источником греха и зла в мире, что противоречит христианскому учению о Боге.

По католическому учению, человеку для его спасения необходима некая сумма добрых дел, зависящая от количества его грехов. Святые угодники совершили гораздо более добрых дел, чем нужно для их спасения, так что их излишек образует некую «сокровищницу добрых дел», и папа имеет власть вменять этот излишек людям, имеющим в добрых делах недостаток. Через индульгенции папой подается «освобождение» грешников от наказания посредством покрытия их грехов за счет сверхдолжных заслуг святых. Индульгенции продаются за деньги, и не только в освобождение от грехов уже совершенных, но даже будущих. Индульгенции послужили непосредственной причиной раскола католической церкви и возникновения в XVI в. Протестантизма. В настоящее время индульгенции выдаются за участие в делах милосердия, совершение паломничества, прочтение определенного количества молитв и т. Д., а также за тарифицированные пожертвования на храм и другие церковные нужды. Это учение принципиально неверно, т. К. Добрые дела являются неотъемлемой обязанностью христианина, не подлежащей непременному вознаграждению, как учит спаситель апостолов: Егда сотворите вся повеленная вам, глаголите, яко раби неключими есмы: яко, еже должни бехом сотворити, сотворихом (Лк. 17:10). В притче о работниках виноградника Иисус Христос говорит об одинаковой плате всем работавшим, независимо от времени работы (Мф. 20:1–15). Это свидетельствует о том, что Царство Божие дается не за количество добрых дел, как нечто должное, а как неизреченный дар милости Божией. Вот почему апостол Павел говорит: Оброцы бо греха, смерть: дарование же Божие, живот вечный, о Христе Иисусе Господе нашем (Рим. 6:20). И перераспределение добрых дел для получения спасения невозможно. Так, в притче о десяти девах Иисус Христос рассказывает: Юродивыя же (девы) мудрым реша: дадите нам от елеа вашего, яко светильницы наши угасают. Отвещаша же мудрыя, глаголюще: еда како не достанет нам и вам: идите же паче к продающым, и купите себе (Мф. 25:8–9). Каждый христианин должен сам постоянно творить добрые дела по мере сил и возможностей. Освобождает от наказания за соделанные грехи совершаемое им в таинстве Покаяния чистосердечное и глубокое раскаяние в своих грехах с твердым намерением не совершать их далее. Учение же о сверхдолжных заслугах святых и индульгенциях является еретическим и наносит большой вред верующим, т. К. Направляет человека по ложному пути, отвлекает его от покаяния, втягивает его в формальный бухгалтерский учет своих добрых дел и грехов, развивает у него наклонность к творению добрых дел с расчетом, создает иллюзию перекрытия грехов добрыми, притом чужими, делами и прощения грехов за тарифицированные денежные взносы.

Догмат католической церкви о непорочном зачатии Девы Марии также неправильный. Из священного Писания мы знаем, что вина нашего прародителя адама переходит на всех людей. Следовательно, всякий человек как потомок адама, происшедший естественным путем, рождается во грехе. Исключением является один Господь Богочеловек Иисус Христос. О нем священное Пи сание говорит: И греха в Нем несть (1 Ин. 3:5). О Пресвятой Богородице ничего подобного в священном Писании не сказано.

Православная Церковь почитает Пресвятую Богородицу честнейшею Херувимов и славнейшею серафимов, но эту славу она имела не изначально, а с тех пор, как сама непорочно зачала сына Божия. Это видно из Ее собственных слов, ибо только после зачатия Господа Иисуса Христа она сказала: Се бо от ныне (т. Е. С сего дня) ублажат Мя вси роди (Лк. 1:48).

Католики также утверждают, что Пресвятая Богородица была восхищена на небеса, не умерев, живой (что противоречит святому Преданию), и что Ее смерть была добровольной, т. Е. Искупительной, и даже именуют Божию Матерь «соискупительницей» рода человеческого. Это противоречит Божественному откровению, согласно которому Единственным искупителем и Посредником между Богом и людьми является сын Божий, Богочеловек Иисус Христос.

Итак, все нововведения римо-католичества являются абсолютно ложными, еретическими, т. К. Полностью противоречат Божественному откровению, священному Писанию и святому Преданию, построены на амбициозных, совершенно необоснованных притязаниях ватикана на верховную власть и безгрешное учительство во вселенской Церкви и выражают все возрастающее удаление римо-католичества от истинной христианской веры.

Вся совокупность учеников Христа именуется Церковью (собранием) (см.: Мф. 16:18; 18:16). Спасение человека не есть дело двух – Бога и самого верующего и кроме личной ответственности за свое спасение необходима принадлежность к богоустановленному обществу спасаемых. В Ветхом Завете прообразом Церкви был Израиль, народ Божий, частью которого человек становился через обрезание как знак Завета. В Новом Завете частью нового Израиля человек становится по вере в Иисуса Христа через новое обрезание – крещение от воды и Духа, о чем говорилось в беседе с Никодимом (Ин. 3) и в проповеди Иоанна Предтечи (Мф. 3:11). Основанная Христом Церковь управляется поставленными Им людьми – Двенадцатью апостолами и поэтому называется апостольской Церковью.

Обратимся к событиям, последовавшим сразу за апостольским исповеданием у Кесарии Филипповой, где ученики в лице Петра исповедали свою веру в Иисуса как Сына Божия, а Господь ублажил эту веру и на ее основании, как на неком камне, обещал создать Церковь Свою (Мф. 16:18–19). Господь обещает в будущем дать апостолам ключи Царства – власть прощать грехи и совершать другие таинства. Создавая Церковь и давая ей в лице апостолов власть исцеления человеческих душ, Господь обещает неуязвимость Церкви для диавола: «Врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18). Такая незыблемость Церкви как Тела Христова связана с Главой Церкви, Который является самой истиной: «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин. 1:5), «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6).

260. Что такое священная молитва

Эта божественная молитва — призыва­ние Спасителя нашего: Господи Иисусе Хрис­те, Сыне Божий, помилуй мя, есть и молитва (προσευχή), и обет (ευχη). Эта молитва есть:

• исповедание веры;

• орудие общения со Святым Духом;

• проводник Божественных даров;

• очищение сердца;

• отгнание демонов;

• вселение Христа;

• источник духовных мыслей и Божествен­ных помыслов;

• освобождение от грехов;

• врачевство душ и телес;

• посредница Божественного озарения;

• привлечение Божия милосердия;

• раздаятельница откровений и Божест­венных тайн для смиренных;

• источник спасения, так как носит в себе и спасительное имя Бога нашего.

А нам одно только имя и следует призы­вать — имя Иисуса Христа, Сына Божия, «ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:12), как го­ворит апостол. Таким образом она есть:

• молитва, потому что в ней мы испраши­ваем Божественного милосердия;

• и обет, потому что через призывание Христа мы обещаем себя самих Христу;

• и исповедание, потому что, исповедав это, Петр был назван блаженным;

• и дарование Духа, потому что «никто не мо­жет назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1 Кор. 12:3);

• и проводник Божественных даров, пото­му что за неё¹ Христос обещал Петру: «дам тебе ключи Царства Небесного» (Мф. 16:17—19); <...>

И Аз же тебе глаголю: яко ты еси Петр, и на сем камени созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей. (Мф. 16:18). 
Каждый раз, когда освящается храм, и о нем приносится молитва, да «сотворит» Бог «до века непоколебимым», провозглашаются слова Христовы, обещающия непоколебимость Церкви Христовой.
Что помышляли богомудрые Отцы наши, когда предписали нам соединять таким образом, с молитвою о непоколебимости храма, обетование о непоколебимости Церкви? – Без сомнения, они думали, что сие обетование может подкрепить сию молитву. Храм освящается и бывает богохраним не ради себя, но ради собирающейся в нем Церкви, то есть, большаго или меньшаго собора Православных Христиан, с их Священноначалием; почему храм и называется также Церковию. Следственно, чтобы с надеждою молиться о непоколебимости храма, для сего нужно иметь основание в надежде видеть непоколебимою Церковь, и сего-то основания, сего утверждения надежды ищем в обетовании, которое дал Господь Церкви Своей, что и «врата адова не одолеют ей».
Но когда имеем непреложное обетование Господне о непоколебимости Церкви; то нужна ли уже молитва о сем? Однако мы молимся о сем, и кроме настоящаго случая, как например, когда поем «утверждение на Тя надеющихся, утверди, Господи, Церковь» Сретение. Канон, ирмос 3 песни . И что не излишня сия молитва, в том печальную уверенность доставляет нам действительно случившееся падение некоторых даже великих Церквей. Где, например, Церковь Африканская, в которой некогда так светло сиял Священномученик Киприян, и которая сообщила Вселенской Церкви не мало достопамятных Соборных Правил? – Она разрушена так, что и останков ея не видно. Если же самый опыт свидетельствует, что и великая Церковь не безопасна от падения и разрушения: то куда относится обетование: «врата адова не одолеют ей»? И на чем утверждаться может безопасность чад Церкви? – Сии вопросы не могут быть посторонними ни для кого из нас: потому что мы в Церкви, как в Ноевом ковчеге; если ковчег сокрушится и погрузится в бездну, что может удержать нас над бездною?
Не охотно вхожу в разсуждение о предмете спорном. Знаю совет святаго Павла: «не словопретися ни на куюже потребу, на разорение слышащих» (2 Тим. 2:14). Но знаю и то, что сей мирный увещатель иногда сам принужден был входить в спор, «не на разорение», но для назидания «слышащих», когда видел, что молчание было бы хуже спора. Случилось, что и Первоверховному Апостолу Петру, впрочем, конечно, без нарушения единства веры и любви, воспрекословил Первоверховный Апостол Павел. «В лице, – говорит, – ему противустах, яко зазорен бе» (Гал. 2:11). Желательно употреблять слово Господне, преимущественно как светильник для путей познания и для путей жизни, как пищу для души: но не напрасно представляется оно и под образом «меча духовнаго» (Еф. 6:17); необходимо иногда употреблять его на разсечение хитросплетений, которыя угрожают опутывать души сетьми не Апостольскими.
На вопрос: каким образом Церковь Христова непоколебима и неразрушима, когда некоторыя Церкви очевидно поколебались и разрушились? – Православная Восточная Кафолическая Церковь ответствует: Церковь Христова непоколебима, во-первых, в самом Иисусе Христе, на Котором, как на вечном основании, на веки утверждена, и с Которым, как тело с главою, соединена союзом безсмертной жизни; во-вторых, она непоколебима в своем вселенском единстве, не так, чтобы никакая часть, большая или меньшая, не могла отпасть от сего единства, но так, что, не смотря на отпадение иногда некоторых частей, всегда остается единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь, сохраняющая чистое исповедание веры и учение жизни, неповрежденное Священное Писание и священное предание, и непрерывное преемство Священноначалия и таинств.
Сие разрешение вопроса так прямо и близко выводится из Священнаго Писания, что для удостоверения довольно почти только повторить слова Христовы, и прочитать некоторыя свидетельства Священных писателей.
«Созижду, – глаголет Господь, – Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Мф. 16:18). 
Апостол Павел Церкви Коринфской об основании Церкви пишет: «основания инаго никтоже может положити, паче лежащаго, еже есть Ииcyc Христос» (1 Кор. 3:11). Заметьте, что Апостол не только признает Иисуса Христа первоначальным и незыблемым основанием Церкви, но и отрицает возможность другаго подобнаго основания; и как он пишет, между прочим против тех, которые говорили: «аз же Кифин» (1 Кор. 1:12), то в общем изречении его заключается и сия частная мысль, что «Кифа», то есть Апостол Петр, не может быть признаваем первоначальным и незыблемым основанием Церкви, хотя впрочем он и может и должен быть признаваем вторичным, на Христе утвержденным, и во Христе только не поколебимым основанием, но в сем положении уже не один, а со всеми Апостолами и Пророками, по другому изречению Святаго Павла: «наздани на основании Апостол и Пророк, сущу краеугольну самому Ииcусу Христу» (Еф. 2:20).
К Христианам Ефесским тот же Апостол о Церкви и о Христе пишет: «и Той дал есть овы убо Апостолы, овы же Пророки, овы же благовестники, овы же пастыри, и учители, к совершению святых, в дело служения, в созидание тела Христова, – да возрастим в Него всяческая, иже есть глава Христос, из Негоже все тело составляемо и счиневаемо приличне, всяцем осязанием подаяния, по действу в мере единыя коеяждо части, возращение тела творит в создание самаго себе любовию» (Еф. 4:11-12:15–16). Изображение Церкви сколько живое, столько же глубокое и знаменательное! Если Церковь должна быть телом Христовым: то сим должна быть, без сомнения, едина Вселенская Церковь: потому что никто никогда не приписывал Христу многих тел. Если Вселенская Церковь есть тело Христа, Сына Божия: то сие тело, без сомнения, есть всегда чистое, всегда здравое, никогда не разрушимое; потому что противное сему было бы недостойно Сына Божия. Если из Него «все тело» Церкви Вселенския, «составляемо и счиневаемо приличне всяцем осязанием подаяния, возращение творит»: то, без сомнения, от Него исполняется оно не иным чем, как только жизнию, силою, светом, чистотою, нетлением. Если «в созидание» сего «тела Христова даны Апостолы, Пророки, благовестники, пастыри, учители»: то пастыри и учители, или иначе, Священноначалие Церковное, должны сохраняться в Церкви непрерывно, так как непрерывно должно продолжаться созидание тела Христова. Как телу, растущему и продолжающему жить, некоторыя вещества принадлежат только временно, и по времени, даже во множестве, отделяются от него, не препятствуя тем его возрастанию и совершенству: так возрастанию и совершенству тела Церкви не препятствуют, хотя бы и многочисленны были, люди, которые «во время веруют, и во время напасти», или другаго рода искушений, «отпадают» (Лк. 8:13), которые «от нас изыдоша, но не беша от нас» (1 Ин. 2:19).
Сие учение о непоколебимости Церкви имеет то преимущество очевидной истины, что его большею частию не отвергают и разномыслящие с нами; а усиливаются только прибавить к оному то, чего мы не говорим, и чего не говорили Евангелисты и Апостолы.
Говорят на Западе: Церковь непоколебима, во-первых, во Христе, во-вторых, определительно и почти единственно, в Апостоле Петре, в-третьих, в его преемнике, котораго еще называют видимою главою ея; и к сему присовокупляют, что единственно на сих опорах может безопасно быть утверждено спасение Христиан.
Что думать о двух последних прибавочных частях учения? Нужны ли оне? Согласны ли с учением Апостолов и Апостольской Церкви, которое мы пред сим изложили?
Божественный Петре! первоначальный чистый исповедник единаго Имени, «о Немже подобает спастися нам!» (Деян. 4:12) Благослови нас единое спасительное имя «Христа, Сына Бога живаго» (Ин. 6:69), единыя Главы единаго тела Церкви, превозносить, согласно с тобою, над всяким именем человеческим.
Если, по строгому суждению Апостола Павла, «основания инаго никтоже может положити паче лежащаго, еже есть Иисус Христос» (1 Кор. 3:11): то каким образом думают приложить еще другое и третье основание?
Если, по дальнейшему изъяснению того же Апостола, мы «наздани на основании Апостол и Пророк, сущу краеугольну самому Иисусу Христу» (Еф. 2:20): то для чего хотят извергнуть из сего основания одиннадцать Апостолов, и вместо их положить не принадлежащаго к лику Апостольскому?
Если, по Апостольскому же слову, «к совершению святых, в созидание тела Христова, даны», между прочим, «Апостолы», многие – для множества призываемых к вере, все купно и непосредственно приявшие благодать от Христа и от Духа Святаго: то какая разность в том, что из их преемников одному преподал освящение Петр Первоверховный, другому Иаков или Иоанн, на равне с Петром «мнимии столпи быти» (Гал. 2:9), иному «не разнствующий» (Гал. 2:6) от сих Павел, по древнему признанию Церкви, купно с Петром Первоверховный, иному Андрей Первозванный, и так далее? Чтобы поставить Тимофея Епископом в Ефесе, Павел не требовал Петра, подобно как и Петр Павла, чтобы поставить Марка Епископом в Александрии. Тимофей и его преемники так же твердо «назданы были на основании Апостола» Павла, как Марк и его преемники – «на основании Апостола» Петра. Когда же Петр сделался единственною опорою непоколебимости Церковной? Когда, кто, и где, в таком же смысле, сделался преемником Петровым? Священное Писание не показывает нам сего. Напротив того, Писание и предание показывают, что, после мученической кончины Святаго Петра, долго еще пребывали, и своим Апостольским достоинством первоначальствовали в Церкви – великий таинник Христов Иоанн Богослов, и Симон сродник Господень, Епископ Иерусалимский. И сколь верно то, что они не имели нужд в Римском Епископском престоле, столь же несомнительно и то, что Римский Епископский престол вместе с прочими преклонял свое достоинство пред их Апостольским первоначалием. И далее в течении времени предание церковное представляет нам не одного и единственнаго преемника Петрова, но трех, в трех разных местах. Доказательство на сие можем взять из сокровищ древности у тех самых, которые сему ныне прекословят. Святый Григорий Двоеслов, занимавший в священноначалии место, которое ныне хотят представить единственным престолом Апостола Петра, в послании к Евлогию, Патриарху Александрийскому (Париж. изд. 1675 г. Том. 2, кн. 6. Посл. 37), пишет: «хотя многие суть Апостолы, однако в отношении к начальствованию единый престол Первоверховнаго Апостола возымел силу в общем уважении, – единый в трех местах. Ибо он возвысил престол, на котором и почить и настоящую жизнь окончить благоволил», – то есть престол Римский. «Он украсил престол, на который послал ученика Евангелиста», – то есть престол Александрийский. «Он укрепил престол, на котором седмь лет возседал, хотя после и отшел от него», – то есть престол Антиохийский. «Единаго, – продолжает Святый Григорий, – и единый есть престол, на котором, по власти Божественной, три Епископа ныне председательствуют». Услышав о наименовании вселенскаго Патриарха (впрочем для почести только употребленном на Востоке), тот же Св. Папа устрашился обширности знаменования сего имени, и возревновал за честь всех Патриархов, а не одного западнаго. Он писал к Патриархам – Евлогию Александрийскому и Анастасию Антиохийскому (кн. 4. Посл. 36), так: «если попускают сие говорить не возбранно: то сим честь всех Патриархов отрицают». Вот учение Восточной Церкви о патриарших престолах, в устах Патриарха Западной Церкви! Потому что в его время Восток и Запад были едино, как повелел им Вечный Восток свыше.
Если Слово Божие знает единую токмо Главу Церкви – Христа: то по какому праву человеческое мудрование хочет, сверх сей Божественной Главы, дать сему безсмертному телу еще другую главу – смертную?
Если Вселенская Церковь, по слову Господню, должна быть такова, что «и врата адова не одолеют ей»: сообразно ли с сим давать ей такую главу, при которой врата адовы могли бы обезглавить Церковь?
«К чему послужило Монофелитской ереси, – вопрошает ученый Богослов и Епископ новаго Запада (Боссюэт. слов. о единст. Церк.), – то, что она по нечаянности похитила Папу?» На сие древний и новый Восток ответствует: да, немного приобрела Монофелитская ересь, похитив Папу Гонория: потому что Папа не есть глава Церкви; потому что, при впадении его в ересь, Православная Церковь сохранила, на защиту истины, не зависящих от его власти, других Патриархов и Соборы. Но если бы ересь похитила действительно главу Вселенской Церкви; если бы ересь приобрела себе вселенскую главу и ея власть: что было бы тогда с достоинством и непоколебимостию Церкви?
Благословен Пребожественный Основатель Церкви, который не вверил ея безопасности одному человеку, смертному и, кто бы ни был, не безгрешному. Не сказал Он Петру, следственно не сказал и никакому его преемнику: «врата адова не одолеют» тебя. Но сказал о Своей Церкви: «врата адова не одолеют ей», хотя бы многократно одолели того или другаго человека, хотя бы одолели долженствовавшаго быть опорою для многих, только не для всей Церкви.
Кто приемлет в особенное замечание то, что Слово Господне об основании Церкви обращено к Апостолу Петру, и к одному ему: тот пусть вникнет в обстоятельства, в каких сие произошло. Петр один, предваряя прочих Апостолов, исповедал Христа новым исповеданием Христианским: «Ты ecи Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16:16): и потому один, преимущественно пред другими Апостолами, услышал новое слово Христа о Церкви: «и Аз же тебе глаголю» (Мф. 16:18); и, на первоначальном всеобщем камне основания – Христе положен первым из последующих, меньших камней основания, то есть Апостолов, и притом не столько сам он, сколько его вера и его исповедание. Так слово Христово толкует Св. Златоуст: «на сем камени созижду Церковь мою, сие есть, на вере исповедания» (на Мф. Бесед. 54).
Те, которые ревнуют о Св. Петре более, нежели он того от них желает, пусть послушают сего первоверховнаго Апостола более, нежели своего или посторонняго мудрования. Св. Петр не на Петре, но на Христе основать и утвердить вас желает. «К нему же, – говорит, – приходяще, Камени живу, от человек убо уничижену, от Бога же избрану, честну, и сами, яко камение живо, зиждитеся в храм духовен» (1 Пет. 2:4-5). Св. Петр знает одно только имя, без котораго нельзя спастися, – имя Христа, а не три имени – Христа, Петра и преемника Петрова. «Hесть бо, – говорит, – иного имени под небесем, даннаго в человецех, о немже подобает спастися нам» (Деян. 4:12).
Христос, «Камень живый», – вот, братие, первоначальное, глубочайшее, единое, всеобщее, вечно неколебимое, все на Себе носящее, Основание, на котором должны мы утверждать наши сердца, нашу веру, нашу жизнь, нашу надежду спасения, назидаясь последовательно на основании Апостолов, Пророков, Пастырей и Учителей Православной Вселенской Церкви! В сем Основании наша непоколебимость; в сем наша безопасность. Если же не тщимся на сем Основании утверждать нашу веру и нашу жизнь: то никакие мнимые столпы, никакия опоры человеческаго мудрования и силы не могут поддержать нашей храмины, зиждемой на песке мнений, предубеждений, страстей, угрожаемой неизбежно разрушением велиим.
Если дивимся тому, какая великая благодать и сила дана Петру в слове Господнем: «ты ecи Петр, и на сем камени созижду Церковь Мою», то помыслим о том, как сия благодать приобретена. Она приобретена не от плоти и крови заимствованным, но от Отца Небеснаго, внутренно «явленным», от полной души происшедшим, искренним, несомненным, безбоязненным, исповеданием веры: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго». Дело созидания Церкви Вселенския превыше наших усилий и забот, хотя впрочем не должно быть чуждо для наших молитв: но есть часть сего дела, ближе касающаяся до каждаго из нас, и требующая полной заботливости нашей; это – дело созидания той Церкви, о которой написал Апостол: «вы есте церкви Бога жива» (2 Кор. 6:16) – дело духовнаго созидания нашей душевной храмины, устроение спасения души нашей. Велик благодатию Петр для Церкви великой: для сей малой церкви надобно, чтобы каждый из нас был хотя малым, – но и не слишком малым, – подражателем Петру и преемником его благодати. Надобно, чтобы и ты был «учеником» Христовым, то есть, употреблял все возможныя для тебя средства приобретать верное познание Бога и Христа. Надобно, чтобы и ты молитвою испрашивал от Отца Небеснаго «явления» сего познания в живом ощущении сердца. Надобно, чтоб и твоя душа исполнялась верою во «Христа, Сына Бога живаго». Надобно, чтоб и ты искренно, несомненно, безбоязненно исповедывал «Христа, Сына Бога живаго», когда нужно, словом, а всегда жизнию, как твоего Учителя и Спасителя; чтоб и ты старался во всем поступать по Его учению и по Его заповедям. И если когда, по немощи, или неосторожности, будешь погружаться в искушения, как Петр в волны, надобно, чтоб и ты, как он, немедленно к Христу же простирал руки с покаянием, молитвою и надеждою. Только при таковых расположениях и делах веры и тебе принадлежать будет участие в данном Петру обетовании: «созижду» в тебе «Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей!» Аминь.

 Ты еси Петр, и на сем камени созижду церковь Мою, и врата адова не одолеют ей. (Мф. 16:18).
Тогда, как мы освящаем церковь рукотворенную, и молим Бога, чтобы Он утвердил храм сей до века непоколебимым, Евангелие возвещает нам непоколебимую твердость Церкви нерукотворенной, то есть общества верующих «во единаго истиннаго Бога», в Троице славимаго, и «Его же послал есть» Бог Отец, «Иисуса Христа» (Ин. 17:3), Богочеловека, «Сына Бога живаго» (Мф. 16:16). Благая и благовременная весть! Ибо если бы Церковь нерукотворенная могла быть потрясена и разрушена, то какая была бы надежда созидать на многие веки церковь рукотворенную? Если не будет Церкви живой, то есть верующих человеков: церковь каменная или разрушится, быв оставлена без попечения, или, по крайней мере, останется пуста и бесполезна. Но когда знаем, что никакая враждебная сила не может одолеть Церкви живой, духовной: то есть надежда, что и вещественная церковь или храм, не будет допущен до падения, и не вотще стоять будет. Ибо если он и обветшает от времени: живущий в живой Церкви Дух Христов, побудивший создать храм, вновь возбудит кого-либо, ветхое в нем обновить, поврежденное исправить, неблаголепное украсить, скудное обогатить, и на новые дела святыни призвать новое освящение благодати, как сие ныне в храме сем действительно совершившееся каждый из нас видит собственными очами.
Итак, приимем отверзтым сердцем слово Господне, сколько для Петра, столько же и для всех нас радостное: «ты еси Петр, и на сем камени созижду церковь Мою, и врата адова не одолеют ей».
Полезно со вниманием посмотреть на твердое созидание Церкви Христовы. Сие может послужить к нашему собственному наказанию и утверждению.
«Ты еси Петр, и на сем камени созижду церковь Мою». Дабы правильно разуметь, каким образом «на сем камени», который есть Апостол Петр, "создана Церковь», должно прежде всего утвердить коренную истину, что всеобщее, глубочайшее основание, также и первый, краеугольный камень здания церковного, есть не иной кто, «как Иисус Христос Сын Бога живаго» (Мф. 16:16). «Основания, – говорит Апостол, – инаго никтоже может положити паче лежащаго, еже есть Иисус Христос» (1 Кор. 3:11). «Наздани бывше, – говорит он также в другом месте Христианам, – на основании Апостол и Пророк, сущу краеугольну Самому Иисусу Христу: о Немже всяко создание составляемо, растет в церковь святую о Господе: о немже и вы созидаетеся в жилище Божие Духом» (Еф. 2:20-22). Посему и Петр положен в основание Церкви не прежде, как он положил в ее основание Христа. Прежде Петр сказал Господу: «Ты еси Христос Сын Бога живаго». Потом уже Господь сказал Петру: «ты еси Петр, и на сем камени созижду церковь Мою». Примечайте и то, что хотя Господь обещает Петру на нем создать Церковь: «на сем камени созижду»; но не обещает, чтобы Церковь была его, а называет ее Своею: «созижду церковь Мою». Не хотят сего примечать западные, которые силятся утверждать, будто Церковь принадлежит одному Петру, а Петр одному Риму: и не напрасно называются они западными, не по местоположению только их области в стихийном мире, но и по состоянию их в области духа в вечерние времена Церкви: пoелику истина веры, которая на Востоке взошла и воссияла в чистом стремлении к царствию небесному, заходит и меркнет у них, как в облаке или тумане, в смешенном желании земного владычества.
Каким же образом «на сем камени», который есть «Петр» Апостол, создана Церковь Христова? Приближимся, посмотрим. Когда Иисус Христос явился в мире, тогда стояла церковь Иудейская, а Христианской даже и основания не видно было; – основание разумейте то, о котором теперь говорено было. Тайну сего основания прежде всех Петру «не плоть и кровь явили», то есть не человек возвестил, но явил «Отец, ...иже на небесех» (Мф. 16:17). «Ты еси Христос, Сын Бога живаго», сказал Петр, – и открылось основание Церкви Христианской. Прежде всех Петр увидел сие основание, и прежде прочих всех возлег на сем основании сей камень; и прежде прочих Апостолов получил обещание, что на нем самом возвысится потом здание. «Ты еси Петр», и «на сем камени созижду Церковь Мою». Действительное созидание на сем камени началось по сошествии Святого Духа на Апостолов. Посмотрите, как и теперь прежде прочих, и как твердо полагает Петр прежде положенное основание, «еже есть Иисус Христос (1 Кор. 3:11). Твердо убо да разумеет весь дом Израилев», говорит Петр Иудеям, «яко и Господа и Христа Его Бог сотворил есть, Сего Иисуса, егоже вы распясте» (Деян. 2:36). Смотрите далее, как быстро растет здание: «приложишася в день той душ яко три тысящи» (Деян. 2:41). И далее: «мнози... от слышавших слово, вероваша; и бысть число мужей яко тысящь пять» (Деян. 4:4). Вскоре присоединились к Петру в деле сего созидания и прочие Апостолы: и по нескольких летах Иаков и пресвитеры его, в одном Иерусалиме, уже не тысящами, но тьмами считали Христиан, указывая их Павлу: «видиши ли, брате, колико тем есть Иудей веровавших» (Деян. 21:20)! Видите уже, без сомнения, и вы, братие, и разумеете, каким образом «на камени», который есть «Петр» Апостол, созидалась «Церковь Христова». Она созидалась проповедию Петра и прочих Апостолов, крещением от них, помазанием Святого Духа чрез их рукоположение, таинственным преподаянием от них животворящего тела и крови Христовы верующим, друг друга приимательным от них распространением священства со властию тайнодействовать, и вязать, и решить духовно, чрез что созидание Церкви, Апостолами начатое, и после того, как сии камни основания и утверждения сокрылись в Церкви невидимой, небесной, также чрез их преемников, пастырей и учителей, непрерывно продолжает Верховный Зиждитель Христос. «Той дал есть овы убо Апостолы, овы же Пророки, овы же благовестники», – для начатия созидания, «овы же пастыри и учители» для продолжения созидания, – тех и других вместе, «к совершению святых, в дело служения, в созидание тела Христова» (Еф. 4:11-12). Павел ли кто, Аполлос ли, или кто бы то ни был, но, по преемству от них приявший тоже дело «служения», – «Богу... есмы споспешницы»; а вы «Божие тяжание, Божие здание есте» (1 Кор. 3:9).
Видим образ созидания Церкви: посмотрим на твердость сего здания.
«И врата адова не одолеют ей». Можно ли было ожидать иного? Если Зиждитель Церкви есть Бог и Христос Его: то кто может быть ее разрушителем? Какой враг, ищущий ее разрушения, может быть так силен, как Бог, Который ее утверждает и подкрепляет? Верно слово: «и врата адова не одолеют ей»?
Если испытующий спросит, почему и в каком разуме Господь не просто здесь именует «ад», но в особенности указует «врата адовы»: в разрешение сего приметим, что Господь в изречении Своем Церковь уподобляет зданию града, которому другой враждебный град в созидании препятствовать, и которое разрушить старается, как сие особенно испытали иудеи с Иерусалимом после пленения Вавилонского. У врат града, по древнему обыкновению, собирались обладающие градом и старейшины его для общественных совещаний и предприятий. Врата града враждебного бывают особенно страшны, и потому особенно могут быть указаны, когда выходит из них вражеское войско. Посему когда Господь не просто именует «ад», но в особенности указует «врата адовы»: чрез сие представляется уму нашему все, что ад имеет наиболее страшного и могущественного, если можно назвать могуществом его хитрость и ярость.
Едва открылось на земле созидание Церкви Христовы, как и врата адовы отворились, и изрыгнули против нее многочисленные враждебные силы и многообразные орудия. Врата адовы отверзлись против христианства на земли в Иудействе и в язычестве. Сила и хитрость, клевета и ласкательство, угрозы и прельщения, невежество народа и тонкости ученых, буйство черни и искусство правительства, поругание, изгнание, грабительство, мучения, множество известных и новоизобретенных родов ужасной смерти, – все подвигнуто было, чтобы «одолеть» Церковь Xристианскую. И что же? Синагога, храм и град иудеев, капища, идолы, престолы, воинства, целый мир язычников, все рушилось и рассыпалось в прах: а Церковь Христова осталась, возрасла, утвердилась, возвысилась, расширилась, возгосподствовала. Ад посрамленный, но не истощившийся в хитростях и злобе, хотел было подкопаться под основание Церкви, и отворит себе новые тайные врата против Церкви, чрез ереси и расколы: но где уже Арий, Македоний, Несторий, Диоскор и множество древних и новых ересеначальников и расколоначальников с их сонмищами? «Врата адовы» отворились в сем случае против Церкви только для того, чтоб ея изверги туда низринулись, а ей «не одолели», и пoелику «небо и земля прейдут, словеса же Христовы не мимо идут» (Мк. 13:31), никогда никакими усилиями, ни ухищрениями, «врата адовы не одолеют ей».
При сем размышлении о твердом и неразрушимом создании Церкви Христовой, нельзя не вспомнить о современных и ближних нам, не знаю, как лучше назвать их – врагами ли, как они мыслят, или братиями, как мы желали бы, – о тех, которые, уклонясь от единой святой, соборной и Апостольской Церкви, вздумали созидать себе какую-то иную, которой основанием и подпорами служат им беглецы священства, и самопоставленные наставники, никем никогда непосвященные. Подумайте, что вы созидаете? Христос созидает «Церковь Свою»: а вы чью созидаете? Не признаетесь ли вы сами, что не Христову Церковь созидаете, когда сами себя почетным образом называете «Онуфриевым согласием, Феодосиевым согласием» и подобными названиями? Когда истинная Церковь Христова называлась человеческими именами?
Истинная Церковь созидается так, что всем верующим глава и основание есть «Христос», на Нем утверждаются, и преемством от Его «Апостолов» священного рукоположения, и общением прочих таинств неразрывно соединяются всех времен и мест православные «пастыри и учители» (Еф. 4:11), а с ними и прочие верующие. На ком или на чем основаны Феодосий, или Онуфрий и подобные им? Кто рукоположил их? Кто благословил их учить? И в ком из них искать твердости и единства, с Церковию неразлучного, когда они друг на друга восстают, и друг друга разрушают?
«Врата адовы не одолеют» истинной Церкви. Но если, как вы говорите, нет епископства, или совсем нет священства и таинств: то скажите также, что Церковь лишилась своего утверждения; скажите, что «врата адовы одолели ей», скажите, что слово Христово не сбылось; если же сего сказать не смеете: то признавайтесь или нет устами, – совесть ваша, рано ли, поздно ли, должна признаться, что мы имеем твердую, подкрепляемую священством и таинствами, а потому «не одоленную вратами адовыми» Церковь Христову: и, следственно, ваши самовольные и самодельные построения, воздвигнутые во вражде против Церкви, суть не иное что, как вновь построенные и отворенные врата адовы, на прельщение неведущих малым неким подобием Церкви притворно прикрашенные. Кто видит и разумеет, да бежит и ищет своего спасения в безопасном граде единой святой, соборной и Апостольской Церкви: а кто по упрямству, или по корыстолюбию и любоначалию, еще не хочет видеть и разуметь, тому да умягчит Господь сердце, и да отверзет очи прежде, нежели врата адовы совсем поглотят его.
Мы же, братия, стоящие в твердой и неодолимой ограде православной Церкви, возблагодарим за нее и за себя премудрого и всемогущего Зиждителя и Хранителя. Притом помыслим, что сколь неодолима она в своей полноте и целости: столько, напротив, каждый из стоящих в ней порознь должен опасаться и нападения и одоления. «Мняйся стояти, да блюдется, да не падет///» (1 Кор. 10:12). Для сего да держимся веры Христовы всею силою духа и сердца; да утверждаем всякое мнение и дело наше на основании учения Апостольского, Пророческого и Отеческого; да укрепляем и ограждаем себя силою благодати чрез общение Божественных таинств; да ходим выну, яко чада послушания пред Богом и Его Церковию. Аминь.

 Церковь «назидается на основании Апостол и Пророк сущу краеугольну самому Иисусу Христу» (Еф. 2:20

Вот человек, который недавно был рыболовом, и который, перестав быть таким, не сделался чем нибудь важным для Иерусалима и Рима, и несколько других, подобных ему, вопиют Иерусалимлянам и Римлянам, Иудеям и язычникам: «Бога бойтеся!» Веруйте в Господа Иисуса! Сей голос проходит вселенную, проходит веки. Тысячи и мириады Иудеев веруют в Иисуса, ими распятаго. Миллионы бывших многобожников убоялись Бога Единаго. Повсюду Христианские Олтари на развалинах Синагог Иудейских и капищ языческих. Какой могущественный царь помог сему огромному перевороту? Константин Великий? – Никак! Он пришел к Олтарю Христову, когда сей уже стоял на пространстве Азии, Европы и Африки; – пришел не для того, чтобы поддержать оный своею мощию, но для того, чтобы с своим величеством повергнуться пред его святынею. «Живый на небесех» рано «посмеялся» (Пс. 2:4) тем, которые поздно вздумали унизить Его Божественную Религию до зависимости от человеческих пособий. Чтобы сделать смешным их мудрование, Он три века медлил призывать сильнаго Царя к Олтарю Христову; а между тем со дня на день возставали на разрушение Олтаря сего цари, народы, жрецы, мудрецы, сила, искусство, корысть, неправда, хитрость, ярость. Что же наконец? – Все сие исчезло: а Церковь Христова стоит; не потому, что поддерживается человеческою силою, но потому, что и «врата адова не одолеют ей» (Мф. 16:18); потому, что Христос царствует и Своим Царством утверждает вселенную, а не вселенною Свое Царство. 

 
  ++