Евангелие от Матфея 15 глава 37 стих

Обобщающее толкование

Большинство святых видят в этом стихе завершение чуда как свидетельство полноты Христова дара. Народ не только получил пищу, но насытился, а оставшиеся куски были собраны в семь полных корзин. Это показывает, что благодать Христова не иссякает: Господь даёт достаточно всем, и после насыщения остаётся изобилие.

Первая линия толкования объясняет различие между двумя чудесными насыщениями. Свт. Иоанн Златоуст, блаж. Феофилакт, Евфимий Зигабен и блаж. Иероним считают, что различное число оставшихся корзин намеренно сохраняет память о двух самостоятельных чудесах. Одни указывают, что корзины могли быть больше прежних коробов; другие подчёркивают, что Господь специально оставил разное количество остатков, чтобы ученики не смешивали два события. При этом в первом чуде число коробов соответствует числу апостолов, а во втором число корзин — числу хлебов, что вновь показывает свободу и всемогущество Христа.

Вторая линия носит символический характер. Свт. Иларий Пиктавийский, свт. Амвросий Медиоланский, блаж. Феофилакт и Евфимий Зигабен связывают семь корзин с полнотой духовных даров. Насыщение четырёх тысяч понимается как образ Церкви, собираемой со всех концов земли, а оставшиеся корзины свидетельствуют о неисчерпаемом богатстве благодати Божией, которая после насыщения не уменьшается, а пребывает в полноте.

Таким образом, святые видят в семи корзинах не случайную подробность, а знак того, что Христос одинаково свободно творит чудеса различным образом и всегда подаёт людям больше, чем необходимо для их насыщения.

Частные замечания Святых Отцов

Свт. Иларий Пиктавийский объясняет, что четыре тысячи означают множество людей со всех четырёх сторон света, а семь корзин — преизбыток семикратной благодати Святого Духа.

Свт. Иоанн Златоуст замечает, что число корзин соответствует числу хлебов, тогда как при первом насыщении число коробов соответствовало числу апостолов.

Свт. Амвросий Медиоланский видит в семи корзинах образ духовного покоя, освящения и неисчерпаемости Божиего Слова, которое при раздаянии не уменьшается, а умножается.

Блаж. Иероним Стридонский перечисляет отличия второго насыщения от первого: семь хлебов вместо пяти, четыре тысячи вместо пяти, земля вместо травы и семь корзин вместо двенадцати.

Евфимий Зигабен и блаж. Феофилакт Болгарский предлагают также духовное понимание: четыре тысячи символизируют более совершенных в добродетели, а семь хлебов и семь корзин — полноту духовных даров и совершенного учения.

В заключение Своего пребывания после многих наставлений, которые слушал от Него народ со всем усердием, не отходя от Него по нескольку дней, Господь предложил ему и телесное угощение. Семь хлебов и несколько рыб, умноженные Его благословением, насытили до четырех тысяч человек, кроме женщин и детей, и ученики собрали еще избытков по числу разделенных хлебов семь кошниц.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 141++

И еще сегодня нам хотелось бы остановиться на одной подробности этого чуда, которая может показаться после всего, что произошло, несколько прозаической. Когда все насытились, Христос сказал ученикам: «Соберите все, что осталось». Мы должны всегда заботиться о том, чтобы не было пустой траты того, что Бог нам дает. И научение этому предлагается нам с самого простого и насущного. Праведно будет со стороны Божией дать нам узнать недостаток того, что мы впустую истратили. Когда мы насытились, мы должны помнить, что было, например, во время войны и что и сегодня немало людей, которым недостает пищи. И нам может недоставать. Всегда неприятно видеть, как выбрасывается в помойку еда, где бы и в каких масштабах это ни происходило.

В русском православном народе испокон веков не забывали, что существует закон: кто хочет иметь средства для благотворительности, не должен быть расточительным. Известно, что святой Царь-мученик Николай Александрович отличался необыкновенно щедрой благотворительностью и при этом приучал своих детей к скромности и бережливости. Царские дети — младшие донашивали за старшими одежду, которую приходилось много раз штопать и подшивать.

И еще здесь важная мысль. Христос не велел собирать оставшуюся пищу, пока все не насытились. И мы не должны собирать про запас, пока все не истрачено как полагается. Вера — это доверие Богу. Сколько гниет и пропадает добра вследствие этого недоверия! Скупость и расточительность — это явления одного порядка. Грех собирательства, накопительства «на черный день» уготовляет день, который может стать поистине черным для нас. Каждый из нас, наверное, знает массу ужасных примеров, и не только из литературы, когда человек, лежа на смертном одре среди накопленного за жизнь добра, говорил: «Я накопил, это мне принадлежит. Лучше пусть все будет уничтожено, чем кому-то достанется». Есть рассказ про одного купца, как он, уже умирая, стал заглатывать ассигнации. Только неверие тому, что Христос говорит, может привести к такому безумию и беснованию.

Есть множество иных примеров. Можно вспомнить, как наши православные монастыри раздавали хлеб народу во время голода, а Господь чудесно восполнял оскудение в монастырской пище. Мы все призваны в течение жизни нудить себя в научении этой Христовой тайне умножения хлебов. Как призналась простодушно одна наша прихожанка: «Есть закономерность. Когда подаришь то, что тебе жалковато, тебе то же приходит».

После насыщения народа ученики наполнили семь полных корзин. И это было очевидностью не только реальности чуда, того, что они не просто насытились, но что им дано было сверх и с избытком. Чтобы мы видели, как велика щедрость Господня. В дому Божием избыточествуют хлебом. В нем никто не умирает от голода, и еще есть, чем поделиться.

Остатки заполнили семь корзин — в знамение неиссякающей полноты даров Господних. Так они были вознаграждены за свою готовность отдать то, что у них есть, на служение Господу и народу. Отныне для них это будет всегдашней памятью и продолжением чуда, которое их руками будет совершать до скончания века Господь.

И все, кто участвовал в трапезе Господней, могли увидеть, что чудо произошло, когда они, забывая об отдыхе и еде, следовали за Христом, чтобы слушать слово Его. Те, кто следует за Христом, отвергаясь заботы о себе, будут взяты Им под Его особую заботу. Он не допустит, чтобы боящиеся Бога и верно служащие Ему имели в чем-нибудь недостаток.

Как чудесно, наверное, было вкушать эту простую пищу — несравненно лучшую всякой, какая есть на земле. Самое главное заключается именно в этом — в том, что не только о теле заботится Господь. Те, кого Христос питает, насыщаются умом и сердцем, и душой. В Нем достаточно для всех и достаточно для каждого всего. Благословение Христово открывает малому великий путь. Те, кого Христос насыщает хлебом жизни, не взалчут вовеки.

79.Неслучайно число, неслучаен порядок, неслучайно количество оставшейся еды после насыщения. Почему больше людей, то есть пять тысяч, насыщается меньшим количеством хлебов, пятью хлебами См.: Мк. 6:38-44; Мф. 14:17-21; 15:32-37; Ин. 6:9-13, а меньшее количество людей, четыре тысячи, получили семь хлебов, что больше по количеству? Если мы посмотрим только на чудесность самого события, кажется более божественным, что сотворенное из меньшего количества хлебов насытило большее число людей. Почему было прибавлено менее значительное к более значительному, словно оно было важнее? Ведь сначала, как мы прочли, были напитаны пять тысяч пятью хлебами, а потом еще четыре тысячи семью хлебами. Давайте искать таинственный смысл, явившийся в этом чуде.

80.Вероятно, что пять тысяч — словно пять телесных чувств — приняли от Христа пищу, подходящую для живущих по плоти, а четыре тысячи — это те, кто, хотя еще живет в теле и в этом мире, состоящем из четырех стихий, не напрасно получил таинственную пищу покоя, — хотя они пребывают в этом мире, они будут выше мира. Те, кому дается пища таинственного покоя, не находятся внутри мира, хотя и пребывают в нем. Мир был создан за шесть дней, в седьмой день наступил покой, и Господь освятил его. Итак, покой за пределами этого мира, там же находится и плод покоя, поэтому блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими (Мф. 5:9). Так как Бог над миром, никто не может видеть Бога (Ин. 1:18), если прежде духовным видением не выйдет за пределы мира.

Следовательно, седьмое благословение миролюбивым, также и оставшихся кусков хлеба у четырех тысяч было семь корзин. Велико значение этого хлеба субботы, хлеба освящения, хлеба покоя! Возможно, если ты съешь сперва пять хлебов чувственных, то осмелюсь сказать, что после пяти и семи хлебов в третий раз тебе не придется есть хлеб на земле, но над землею будешь ты есть восемь хлебов, как те, кто живет среди небесного. Как семь хлебов суть хлебы покоя, так восемь хлебов — хлебы воскресенияЧисло восемь ассоциировалось у древних экзегетов с днем будущего века, так как Христос воскрес после субботы, седьмого дня недели (см.: exp. Luc. 2:56).. Поэтому накормленным семью хлебами хватило сил на три дня; и, возможно, они получили чистую веру в будущее воскресение и твердое упование на него. Вот голос святых: Три дня мы будем идти, чтобы устроить праздник Господу Богу нашему (Исх. 5:3). Но об этом в свое время См.: exp. Luc. 10:151. .

81.А о пяти хлебах святой Иоанн поведал мне то, чего я не знал и чего не поведал святой Матфей, не поведал святой Лука, ибо каждому дарована своя благодать. Он поведал мне, что эти пять хлебов были ячменными. Значит, не зря мы сказали, что эта пища подходит плотским. Прежде всего, почему хлебы ячменные? Потому, что приступающий к вере должен сначала питаться молоком, потом твердой пищей См.: 1 Кор. 3:2; Евр. 5:12. ; мы не были на это способны, да и теперь, возможно, для многих из нас это невозможно. Если среди нас бывают распри и споры, разве мы не плотские и не по человеческому обычаю поступаем? См.: 1 Кор. 3:1,3.Каждой добродетели подходит своя пища, и потому сначала ячмень, потом пшеницу нам дают в пищу, а более сильному, как Илия, преподносится хлеб из внутренней части колоса, хлеб, который не могут осквернить грешники, хотя могут питаться им.

82.Разница не только в хлебе и числе людей, но и в месте, где они возлегли для еды. Одни возлежат на траве, другие на земле; на траве — пять тысяч, на земле — четыре тысячи. Опираться на землю труднее, чем лежать на траве; и те, у кого чувства плотские, находят удовольствие в мягком и удобном и потому возлежат на траве, ибо всякая плоть — трава (Ис. 40:6). Другие опускаются на землю, приносящую пшеницу, вино и оливуСр.: Втор. 8:8., и получают пищу благодати. Те возлежат, эти усаживаются — и у них больше покоя. У одних две рыбы См.: Мф. 14:17; Мк. 6:38; Ин. 6:9. , у других никто не считает См.: Мф. 15:34. , поэтому многие думали, что хлебы означают семичастную благодать Духа, а рыбы прообразуют два Завета.

83.Правильным будет считать, что четыре тысячи, собранные с четырех сторон света, прообразуют Церковь; они принимают более благодатную пищу, согласно написанному: Ибо придут с востока и запада и севера и юга Свт. Амвросий добавляет слова «и севера и юга»и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном (Мф. 8:11). Христос здесь благодарит Отца См.: Мк. 8:6; Мф. 15:36; Ин. 6:11. ; неслучайно где-то говорится только о благословении См.: Мк. 6:41; Мф. 14:19; Лк. 10:16. , а тут и о благодарении. Христос часто благодарит Отца за Свою Церковь: Он открыл малым то, что утаил от мудрых См.: Мф. 11:25. . Итак, благословение — на нас, которые еще малы, благодарность — за тех, кто восторжествовал над немощью тела священными мучениями. Об этом мы уже отчасти сказали прежде, когда людям было велено сесть по пятидесяти, и, хотя это священное число, оно ограничено; а народ более прочно стоящей Церкви усаживается без определения числа.

84.Народ насыщается пищей, а апостолы служат ему — в этом содержится таинственный смысл. Насыщение означает удаление голода навеки, потому что вкусивший хлеба Христова не взалчет. А служение апостолов указывает будущее раздаяние Тела и Крови Господа. Божественное чудо состоит в том, что пяти хлебов хватило с избытком для пяти тысяч людей; ясно, что не малое количество хлеба напитало народ, но хлеба умножились.

85.Ты мог бы увидеть, как непостижимым потоком умножались без преломления частицы хлеба в руках раздающих и как нетронутые пальцами преломляющих возникали сами собой куски. 

Читавший об этом разве удивится непрестанному течению вод и изумится непрестанному движению прозрачных струй из источников, если излился хлеб и изобилует источник твердого по природе вещества? Все произошло ради того, чтобы мы увидели то, что невидимо. В этих действиях ясно проявилось, что Он причина всего и Творец всей вещественной природы, которая не существовала сама по себе, как считают философы, но была сотворенаОб этом свт. Амвросий говорит подробно в первой части «Шестоднева». и как сотворенная является непрестанным источником для возникновения вещей.

86.И вот что удивительно: сколько ты ни почерпнешь из рек, нет признаков убывания, сколько ты ни возьмешь из источников, все восстанавливается, как будто кто-то возмещает отнятое. Кажется, в реках ничего не убавляется и ничего не прибавляется, а в источниках видно, когда прибывает вода и когда убывает. Но хлеб, который преломил Иисус, — а в таинственном смысле этот хлеб есть Божье Слово и проповедь Христова, — умножается при преломлении! Немногими словами Он подал всем народам обильную пищу, Он дал нам наставления как хлебы, и они удваиваются, прикасаясь к нашим устам. Видимым образом этот хлеб непостижимо умножается, когда преломляется, когда разделяется, когда поедается, не испытывая даже мгновенного убытка.

87.И не сомневайся, что хлеб умножается — в руках ли служителей, в устах ли вкушающих, — когда повсюду свидетельства нашего дела, утверждающие веру. Так было на брачном пире, когда служители почерпнули ключевую воду, окрасившуюся в вино, и те, кто наполнял сосуды водой, черпали из них вино, которое туда не наливали См.: Ин. 2:6—10 (чудо в Кане Галилейской). . Пойми, если сможешь, столь дивные события! Здесь, когда народ ел хлеб, количество кусков хлеба увеличивалось, по мере того как их раздавали, и от пяти хлебов остатков набирается больше, чем хлеба было изначально. Там в Кане одна стихия превращается в другую, и природа не претерпевает уменьшения и не знает своего происхождения, однако знает свое употребление. Более того, вкус у претворенного вина лучше, чем у обычного вина, потому что Творец решает, какие свойства сообщить природе и какую природу назначить тому, что возникает. Смотри, какими делами Он доказывает Свой замысел: пока слуга вливает воду, разливающийся аромат опьяняет, переменившийся цвет назидает, ощущаемый вкус умножает веруСм.: Ин. 2:11 (и уверовали в Него ученики Его)..

88.Пусть язычники, если им угодно, сравнят с благодеяниями Христа выдуманные дела В оригинале игра словами facta (деяния) и ficta (выдумки).своих богов. Рассказывают их предания, что был некий царь Царь Мидас. См. у Овидия: met. II. 102-145.и, к чему он ни прикасался, все становилось золотом. Но даже пиры его стали смертоносны — салфетки, взятые его пальцами, затвердевали; пища во рту у него хрустела и не питала, а ранила; в гортани застревало питье, которое не могло ни пройти внутрь, ни выйти наружу. Благодеяния, достойные своих молений! Дары, достойные просителя! Щедрость, достойная подающего! Вот каковы благодеяния идолов: кажется, что они на пользу, а на самом деле больше во вред. А дары Христа кажутся малыми, на деле же весьма велики, и не одному человеку они даруются, а множеству народа, ибо хлеб умножался в устах едящих и, казалось, служил телесному питанию, но приносил вечное спасение.

89.Почему же у пяти тысяч людей осталось больше излишков пищи, а у четырех тысяч меньше? От пяти тысяч осталось 12 корзин, а от четырех тысяч семь корзин (см.: Мк. 6:44; Мк. 8:8).Эти четыре тысячи были со Христом три дня и потому получили больше небесных яств.

90.И недаром то, что осталось в избытке после насыщения народа, собирают ученики, потому что божественное легче найдешь у избранных, чем у толпы. О если бы и мне довелось услышать: «Собери остатки!» Если я это услышу и выполню, будет у меня много остатков, которые толпы, женщины и дети не смогли съесть. Блажен, кто может собрать излишки и у людей ученых.

91.Посмотрим, как Он собирает. Закон гласил: Не прелюбодействуй (Исх. 20:14). Христос преломил хлеб, то есть разделил это слово, не прибавив ничего извне, но уделив от Своего. Кто посмотрит, — сказал Он, — на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею (Мф. 5:28). Вот кусок хлеба от Него! И прибавил: Если правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его (Мф. 5:29). Вот тебе еще: Если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки се (Мф. 5:30). Также: Кто женится на разведенной, тот прелюбодействует (Мф. 5:32). Видишь, сколько Он собрал кусков из одного слова! Моисей говорит, что у Авраама было два сына: один от служанки, второй от свободной (Гал. 4:22)'. Павел сказал: Это два завета (Гал. 4:24). Он преломил это слово и нашел в нем таинственный смысл. Итак, блажен, кто собирает розданное Христом.
92.А по какой причине Христос наполнил остатками двенадцать корзин? Он хотел упразднить рабство еврейского народа, потому что руки иудеев рабствовали в корзинах (Пс. 80:7), — то есть народ, который прежде собирал грязь и ил в корзины См.: Быт. 16.4, 15; 21:2.См.: Исх. 1:14. , теперь, благодаря кресту Христову, имеет питание небесной жизни и собирает пищу веры там, где прежде была грязь языческого неверия. И этот дар не для немногих, но для всех: двенадцать корзин означают преизбыток в укреплении веры всех колен, ибо хлеб укрепляет сердце человека (Пс. 103:15).

Это второе чудесное насыщение народа от перваго отличается тем, что а) при первом было 5,000 мужей, а при втором—4,000; б) при первом для чуда И. Христос употребил 5 хлебов, а при втором—7; в) при первом, кроме хлебов, евв. определенно указывают 2 рыбы, а при втором говорят неопределенно: немного рыбок (Мф. 34. Мк. 7); г) наконец, при первом остатков набрали 12 коробков, а при втором 7. Ев. Матфей и здесь один замечает, что евших было 4,000 мужей, кроме жен и детей" (38).

Недоумение Апостолов тотчас же рассеялось: Иисус совершил второе чудо умножения хлебов и насыщения ими народа.

На этот раз насыщено было четыре тысячи человек, кроме женщин и детей, и собрано остатков семь корзин.
(см. толкования на рассказ о первом насыщении под Мф. 14:15-21)

Чудо насыщения нескольких тысяч человек малым количеством хлебов, это — второе чудо Христово (о первом чит. Мф. 14:14—21). В первый раз Господь И. Христос насытил 5000 человек, кроме женщин и детей, пятью хлебами; во второй же раз насытил 4000, также не считая женщин и детей, 7-мя хлебами. Там оставшихся кусков собрано 12 коробов или корзин, а здесь 7. Там чудо совершено было в пустыне, и здесь тоже.

Хлебов не пять, а семь, количество же рыб не уточняется: было и несколько рыбок. Остатков осталось семь корзин, а не двенадцать, число евших в первый раз было пять тысяч, а теперь четыре. Отличия эти не очень существенны. Есть также предположение, что второе событие происходит на языческой территории и, возможно, среди язычников, поскольку в предыдущем отрывке речь шла о территории Тира и Сидона.

Но рассказ о втором чудесном насыщении сохранился только у Матфея и у Марка. У Луки и у Иоанна говорится лишь об одном. Это, а также большое сходство между рассказами дало основание очень многим ученым считать, что здесь мы имеем дело с дублетом, то есть с одной и той же историей, которая после длительного бытования в устной традиции приобрела ряд отличий и была понята как еще один случай насыщения. Например, в Книге Бытия приводятся два рассказа о сотворении мира и два о сотворении человека, и каждый из них немного отличается от другого.

Те же, что настаивают на двух случаях чудесного насыщения, склонны видеть в них разный смысл, например, они считают, что, поскольку второе насыщение происходило на языческой территории, оно означает принятие язычников в лоно нового народа Божьего или аналог евхаристического собрания для язычников. Они обычно обращают внимание на разные названия корзин в двух насыщениях: в 15‑й главе – «ко́финос», названная римским сатириком Марциалом типично еврейской корзиной; в 9‑й главе – «спюри́с», обычная рыбная корзина. Другие толкователи говорят, что в таком случае евангелист не преминул бы прямо сказать о том, что Иисус совершил чудо для язычников, как, например, в сцене с язычницей (15:21‑28). К тому же двенадцать корзин остатков после первого насыщения, вероятно, символизируют изобилие хлеба для тех, кто еще придет к Христу, а это, в первую очередь, язычники. Ведь только что Матфей рассказал о том, как Иисус «насытил» язычницу.

Что бы ни думали комментаторы, евангелист говорит именно о двух насыщениях (Мф. 16:9‑10). Мы знаем, что Евангелие – это не исчерпывающий отчет обо всем, что произошло за время земного служения Иисуса. Ведь неоднократно говорится: «и еще многих больных исцелил, и много бесов изгнал». Рассказаны лишь некоторые эпизоды, которые представляют собой образцы того, что совершал Иисус. Так почему в двух Евангелиях дважды повествуется об очень похожих событиях? Может быть, для того, чтобы еще раз подчеркнуть непонятливость и закрытость учеников? Ведь они по‑прежнему не понимают Иисуса – даже после двух событий, имеющих характерные черты Богоявления.

В IV веке появилось символическое толкование количества хлеба и рыбы (пять хлебов – символ Пятикнижия; две рыбы – две скрижали Декалога; семь хлебов – семьдесят народов земли) и количества корзин (двенадцать – еврейские патриархи или ученики Господа; семь – те же семьдесят народов или семь «диаконов» Деян. 6:1‑6). И сейчас иногда предпринимаются попытки расшифровать символику этих чисел. На первый взгляд, картина получается довольно стройная, но все же слишком много элементов выбивается из схемы, что говорит о том, что все попытки, скорее всего, бесплодны. Есть опасность, что толкователи «вчитывают» в текст то, что в нем отсутствует. Мы должны признать, что, если какая‑то символика и была, она утеряна.

Чудо это собрало к Спасителю опять множество народа, жаждавшего послушать его слова и воспользоваться Его чудесами, и на берегу озера Галилейского Христос еще раз повторил чудо насыщения народа, именно, насытив семью хлебами и пятью малыми рыбами четыре тысячи человек, кроме женщин и детей.
(толкование см. под Мф. 14:15-21)

После сего Иисус Христос повелел народу возлечь на земли и, взяв семь хлебов, воздал хвалу отцу небесному, преломил и дал ученикам своим, чтобы они раздавали народу; благословив также и рыбы, повелел и их раздавать. Все ели и насытились, а евших было четыре тысячи человек, кроме женщин и детей. Как и при первом насыщении, ученики собрали остатки, и оказалось, что их семь полных корзин. Теперь остатков было меньше, чем в тот раз, хотя и евших было меньше, потому что этой разностью Господь помогал памяти учеников, чтобы сходство не довело их до забвения и до смешения того и другого чуда.