Евангелие от Матфея 14 глава 6 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы видят в пире Ирода начало страшного падения, где удовольствие быстро переходит в жестокость. Главная линия толкования у святителей Амвросия Медиоланского, Иоанна Златоуста, Филарета Московского, блаженного Феофилакта и Петра Хризолога такова: пир, пьянство, страсть и бесстыдная пляска ослепляют Ирода и готовят убийство пророка.

Святитель Иоанн Златоуст называет это зрелище «сатанинским»: причиной были пьянство и сластолюбие, зрители были развращены, а сама забава — безумна. Блаженный Феофилакт особенно подчёркивает бесстыдство: царевна пляшет перед пирующими, и чем лучше она пляшет, тем хуже, потому что делает непристойное с хитростью. Святитель Филарет показывает, до чего доводит упоение страстью: человек начинает жертвовать честью, совестью и даже чужой жизнью ради того, что ему понравилось.

Вторая линия — нравственное предупреждение о безрассудной клятве. Святитель Амвросий говорит, что Ирод постыдно обещал награду танцовщице и безжалостно исполнил обещание. Лучше было бы нарушить такую клятву, чем ради неё убить пророка.

Третья линия — образно-духовная, у святителя Илария Пиктавийского. Пляска дочери Иродиады означает чувственное удовольствие и неверие, выросшее среди радостей Израиля. Через грехи и мирские наслаждения народ теряет дары вечной жизни.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Амвросий Медиоланский замечает, что обещание Ирода нельзя считать настоящей священной обязанностью: оно рождено пьянством, страстью и безумием.

Блаженный Иероним указывает, что в Писании празднование дня рождения особенно связано с Иродом и фараоном; одинаковое нечестие проявляется в одинаковых празднествах.

Святитель Иларий Пиктавийский видит в дочери Иродиады образ неверия, которое через удовольствие ведёт к требованию головы Иоанна, то есть к отвержению славы закона.

Святитель Иоанн Златоуст, по приведённой передаче, подробно осуждает саму обстановку пира: пьянство, страстность, бесстыдство и развращённость участников.

Блаженный Феофилакт кратко выделяет главный позор: царевна делает то, что ей не подобает.

Пётр Хризолог говорит, что из удовольствия рождается жестокость: пир превращается в убийство, праздник — в погребение, вино — в кровь.

Святитель Филарет Московский добавляет наставление родителям: дочерей нужно учить чистоте и вере, а не забавам, которые питают страсть.

Перед нами обыкновенная как будто, житейская история. Кто участники этого события? Во-первых, Иродиада, названная по имени Ирода, женщина необыкновенно развращенная. Нет ничего лучше в мире, чем добрая и целомудренная женщина. И нет ничего ужаснее, чем женщина злая и порочная. В женском естестве есть особая восприимчивость к добру и злу. Женщины наиболее отзывчивы к таинственной стороне жизни, и, по слову стихотворца, «белые платочки тихие поддерживают храмов своды». Но горе тому народу, в котором женщины развращены. Он обречен на гибель.

И вот мы видим Иродиаду, исполненную злобной мести к Предтече, который обличил ее в нечестии. Эта женщина ни перед чем не остановится, чтобы осуществить свою месть. Ужаснее всего, что она готова привлечь для исполнения своих гнусных замыслов собственную дочь. Что можно сказать о родителях, которые готовы запятнать каким угодно грехом собственных детей только для того, чтобы достигнуть своих целей?

И вот ее дочь Саломия — юная девушка, которая отличается особенным бесстыдством. Она — царская дочь, а танцует как блудница. Ее танец исполнен сатанинского блеска, который делает привлекательным самый мерзкий грех. Но мать не только не останавливает, но даже поощряет ее. Как все это нам знакомо! Что происходит сегодня с нашими детьми? С одной стороны, государство, невзирая на протесты родителей, развращает детей через средства массовой информации, через телевидение, через школу. А с другой стороны, так глубока развращенность самих родителей, что они не жалеют своих собственных детей и готовы подталкивать их на грех.

Часто многие связывают себя священной клятвой и, хотя сами же понимают, что не следовало обещать, однако, почитая святость клятвы, исполняют то, что пообещали, как это выше См. : off. 3:35 мы писали об Ироде, который постыдно пообещал награду танцовщице, и безжалостно исполнил: постыдно – так как пообещал царство за пляску; безжалостно – потому что ради соблюдения святости клятвы в жертву была принесена жизнь пророка. Насколько было бы здесь уместнее нарушить клятву, нежели ее исполнить. Однако вряд ли можно назвать нарушением клятвы то, в чем поклялся пьяница, пообещал изнеженный пирами и забывший мужество среди хороводов танцовщиц. И вот внесли на блюде голову пророка, и то посчитали исполнением верности клятве, что воплощало безумие. 

К выяснению истории смерти Крестителя нужно знать следующее: Иродиада была дочь Аристовула, сыва Ирода Великаго от второго брака. По желанию своего деда-царя, она вышла замуж за- другого сына его от третьяго брака, котораго Иосиф Флавий называет Иродом (фамильным именем), а евангелисты Филиппом ¹ (его собственным именем), и который по смерти отца жил, как частный человек, в Иерусалиме. Еще при жизни этого перваго мужа и после того, как они уже имели у себя дочь Саломию, Иродиада бросила его, чтобы сделаться женою Ирода Антипы (тоже сына Ирода Великаго от четвертаго брака), тетрарха Галилеи и Переи, который ради этого должен был бросить первую свою законную супругу, дочь Аравийскаго царя Ареты. Иоанн Креститель, таким образом, обличал Ирода в кровосмешении, прямо осуждаемом законом (Лев. 18:16. 20, 21). По свидетельству Иосифа Флавия, Ирод заключил Иоанна в темницу в крепости Махернской, находившейся недалеко от Мертваго моря. Здесь же, в Перее, недалеко от этой крепости, находился город Юлия, который служил резиденцией для Ирода и где Ирод любил жить предпочтительно пред Тивериадою, галилейскою, своею резиденцией. Как показывает история обезглавления Иоанна, по которой голова мученика принесена была еще во время пира, Ирод в это время жил в перейской своей резиденции. Но, судя по тому, что слух об Иисусе так сильно обезпокоил его, можно думать, что от заключения Иоанна Крестителя и до смерти его он жил в Юлии если не постоянно, то большую часть времени. Посему, до возвращения своего в Тивериаду после смерти Крестителя, он мог ничего не знать об Иисусе. Когда же он возвратился теперь в Галилею» он нашел ее возбужденною новым пророком, Иисусом, относительно Котораго в народе ходили разныя мнения и, между прочим, такия, что будто Иисус есть воскресший Иоанн. И преступная совесть Ирода сильно обезпокоилась от такого слуха об Иисусе.

Пляска Саломии

По случаю дня своего рождения он (Ирод) сделал пир вельможам, тысяченачальникам и старейшинам галилейским. Евреи не праздновали дня Рождения, но Антипа подражал в этом случае восточным царям. По обычаям Востока, женщины не смели присутствовать на пиршествах мужчин: только рабыням дозволялось плясать во время пиров. Но Саломия, дочь Иродиады и Филиппа, пренебрегая обычаями, вошла к пирующим в легкой одежде танцовщицы и начала плясать; своею пляской она так воспламенила отуманенного вином Ирода, что он в награду ей готов был отдать все, даже половину царства своего, и эту готовность свою он подтвердил клятвой в присутствии всех пировавших с ним.

Восточные цари издревле имели обычай праздновать день своего рождения и делать по сему случаю пиры знатнейшим и близким к ним подданным (Быт. 40:20). Пляса дщи Иродиадина посреде (пред собранием) и угоди Иродови. Плясала вероятно один из таких танцев, которые особенно раздражают сластолюбие и любострастие. Из сего можно заключить, что и Саломия была так же развратна, как и сама мать ея, — дочь достойная матери; на востоке женщины, особенно же девицы, заботливо скрывались от взора мужчин и, когда являлись в общество, то обыкновенно закрывали лицо (Мих.).

Ирод устраивает пир в своем дворце в честь дня рождения. Иосиф Флавий говорит, что Иоанн был заточен в крепость Махерон, на восточном побережье Мертвого моря. Но у Ирода была также резиденция в Тибериаде, на Галилейском море.

Восточные пиры были сугубо мужскими, поэтому некоторых толкователей смущает то, что принцесса танцевала перед пьяными мужчинами. Ее танец перед захмелевшими гостями был, вероятно, очень зажигательным. Конечно, такого не должно было быть, но Ироды не отличались высоконравственным поведением. Традиционно считается, что девушку звали Саломеей и что она была дочерью Иродиады от прежнего брака.

Здесь рассказ приобретает ярко выраженные фольклорные черты. Пьяному Ироду так понравилась пляска своей падчерицы, что он готов исполнить любое ее желание.

Случай скоро пред­ставился. Иродианские царьки, подражая пышному примеру своих великих первообразов, римских императоров, любили задавать великолепные пиры и справлять блестящие годовщины. Между прочим, они усвоили языческий обычай праздновать день рождения, и Антипа по случаю дня своего рождения давал, в одном из своих великолепных замков, пир своим вельможам, военачальникам и всей знати галилейской. Богатство Иродов, роскошная архитектура их многочисленных дворцов, их склонность к необычайному блеску – все это делает вероятным, что пир был на славу, со всею роскошью богат­ства и царскою пышностью, и вообще очевидно был одним из тех пиров, которые были подражанием развращенным обычаям времен Римской империи и соединяли в себе римскую прожорливость с греческою распущенностью. Но Иродиада ко­варно доставила царю еще одно неожиданное и упоительное удовольствие, зрелище которого наверно могло привести гостей его в восхищение. В то время были в большой моде танцоры и танцовщицы. Страсть к этим, часто неприличным и возмутительным представлениям, естественно проникла в саддукейский и полуязыческий двор эдомитских узурпаторов, и Ирод Великий устроил в своем дворце даже особый балетный театр. Роскошный пир того времени не считался полным, если он не заканчивался какой-нибудь величественной пляской. На этот раз подобную заключительную пляску исполнила его падчерица Саломия, дочь Иродиады. Будучи в полном расцвете своей юной и блистательной красоты, она этой неожиданной пляской привела полуопьянелых гостей в неописанный восторг, и сам Ирод, восхищенный ею, предложил ей в награду за доставленное удовольствие просить от него, чего только она хочет, хотя бы пол­царства его.

дочь Иродиады. Дочь от ее прежнего брака с Иродом Филиппом. Согласно иудейскому историку Иосифу Флавию, дочь эту звали Саломией, и позже она вышла замуж за сына Ирода Великого, Филиппа, который был четвертовластником в Итурее и Трахонитской области (Лк. 3:1).