Евангелие от Матфея 12 глава 44 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы видят в этом стихе продолжение притчи о возвращении зла. Главная мысль такова: если человек или народ был очищен от прежнего зла, но остался духовно пустым, не принял Христа и не укрепился в добре, зло возвращается и овладевает им ещё сильнее.

Первая линия толкования у святителей Иоанна Златоуста, Илария Пиктавийского, Кирилла Александрийского, блаженных Иеронима и Феофилакта относится прежде всего к Израилю. Закон, пророки и пришествие Христа очистили и приготовили народ, но он не принял Спасителя. Поэтому «дом» оказался пустым: внешне убранным, но без Христа внутри. Отсюда — худшее состояние после прежнего очищения.

Вторая линия у святителей Григория Богослова и Феофана Затворника относит притчу к каждому человеку после крещения или покаяния. Нечистый дух изгнан, сердце очищено, но если человек не хранит благодать, не бодрствует и не наполняет душу Христом, прежние страсти возвращаются. Поэтому опасна не только грязь греха, но и пустота души после временного исправления.

Общий вывод Отцов прост: очищенное сердце должно быть занято Христом и добродетелью. Если оно только «пометено и украшено», но остаётся праздным, оно снова становится удобным жилищем для зла.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Григорий Богослов говорит о крещении: если Христос занял место в душе, враг не войдёт; если место пусто, нечистый дух возвращается.

Святитель Иларий Пиктавийский видит в «доме» Израиль, очищенный законом и украшенный пророками, но оставшийся без Христа.

Блаженный Иероним поясняет: нечистый дух возвращается к иудеям, потому что их «дом» оказался пустым, не имеющим Христа как гостя.

Святитель Иоанн Златоуст подчёркивает: кто после избавления от зла не становится благоразумнее, тот подвергается худшему наказанию.

Святитель Кирилл Александрийский говорит, что душа, отвергшая небесную благодать, легко уловляется сатаной.

Евфимий Зигабен объясняет: «дом» — это человек, из которого демон вышел не по своей воле, а по Божию повелению.

Святитель Феофан Затворник описывает постепенное возвращение страсти: воспоминание, сочувствие, желание, решимость и падение.

Блаженный Феофилакт связывает это и с крещением: после очищения нужно хранить себя, иначе падение бывает тяжелее прежнего.

Заключая сие обличение угрозой, Господь приточно изобразил состояние несчастного народа по отвержении им и сего знамения. В притче Он представил человека, одержимого духом нечистым, которому оказана была помощь, но который тем не вразумился, а вел себя так, как будто снова готовился быть жилищем того же духа (Матф. 12:43–45). Что же вышло? Изгнанный дух возвратился в него с семью других, еще сильнейших. Притча, очевидно, была заимствована от самого происшествия (исцеления глухонемого бесноватого), по случаю которого началась сия беседа, и представляла седмикратно худшее против настоящего состояние ослепленного народа (Иудейского), когда он отвергнет и последнее знамение, которым сокрушены будут узы диавола, князь мира будет изгнан вон.

Столь продолжительная, столь упорная борьба с фарисеями показывала, что хотя, по их образованию, и надлежало бы более ожидать от них готовности к принятию проповеди Евангелия: но на самом деле их чувства духовные были столько испорчены, что они, видя дела Господа, не могли видеть в них силы Божией, слыша Его учение не могли разуметь его истины. Сколько было прений с ними из-за покоя субботнего! Как упорно отрицали они право прощать грехи! как пересуживали все поступки Иисусовы ( ядца и пийца; о Веельзевуле изгонит бесы)! Произвело ль на них хотя малейшее действие чудо воскрешения мертвеца? Словом – встречались ли они хотя раз с Иисусом, не вступая с Ним в спор?

После этого раскрывать им новые тайны царствия небесного значило бы только усугублять их осуждение. Господь этого не хотел. И Он Сам учил: не мечите бисера пред свиниями, да не поперут его ногами своими и вращшеся расторгнут вы.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 122-123++

 Пока не обретем мы Христа и не станем пребывалищем Бога, дом наш — чего бы мы ни достигали — остается «незанятым, выметенным и убранным». 

В речи о духе нечистом, не находящем нигде покоя себе, кроме человека, он изображается с неутолимою жаждой вредить людям. Человек же призывается к постоянной бдительности над самим собою после того, как избавится от мучений злого духа, иначе последний снова войдет в него, и уже не один, а с товарищами, и будет мучить сильнее прежняго. Здесь, очевидно, дается предостережение бывшему бесноватому. Но заключение речи (45) расширяет отношение ея ко всему злому роду, против котораго сейчас И. Христос говорил обличительную речь. Что было и может быть с исцеленным бесноватым, то же самое было и будет с родом сим» лукавым Целый этот род, следовательно, представляется как один бесноватый, обуреваемый духом неверия; временно этот дух изгоняется действием речей и дел И. Христа; но после, как Господь предвидит, Он снова овладеет этим родом и тогда будет действовать в нем сильнее, нежели теперь. Ев. Лука передает эту речь в первом отделении, где I, Христос отвергает клевету на Него, будто Он изгоняет бесов силою вельзевула (24—26), и слов: так будет и роду сему лукавому у него нет. Но смысл речи может оставаться тот же: в предыдущем (23) И. Христос предостерегает тех, которые были в нерешительном состоянии,—слушать ли им фарисеев или следовать за Христом: кто не со Мною, тот против Меня, а теперь предсказывает, что эта нерешительность впоследствии перейдет в совершенное неверие-

Если, как мы знаем, даже Воскресение распятого и умершего Христа не могло воздействовать на их совесть, то какое значение могло бы иметь теперь особое знамение, которого так настойчиво домогались фарисеи? Оно могло бы только повредить им, а пользы не принесло бы. Оно временно могло бы произвести на них благоприятное впечатление, и они, пожалуй, перестали бы преследовать Иисуса, не проявляли бы ничем свою ненависть к Нему, свою злобу. Но надолго ли? Не произошло ли бы с ними то же, что и с людьми, обуреваемыми какой-либо страстью, от которой они временно освободились? Не возвратилась ли бы к фарисеям затаенная ими на время злоба, да еще с большей силой, как возвращаются иногда к человеку страсти, от которых он, казалось, совсем отстал?

Притча о злых страстях и пороках, возвращающихся к человеку, временно освободившемуся от них

Эту мысль Господь высказал фарисеям, но не прямо, а иносказательно, притчей, предоставляя им самим додуматься до объяснения смысла ее. Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом.

Приступая к объяснению этой притчи, мы должны помнить наставление Иоанна Златоуста, говорившего, что в притчах Господних надо доискиваться главной мысли, сокрытой в них, и не заботиться об объяснении каждой подробности, приводимой иногда лишь для связности рассказа.

В этой притче нечистый дух приводится как олицетворение какой-либо страсти, которая овладевает человеком. Нередко человек ведет упорную борьбу с обуревающей его страстью и побеждает ее; он освобождается от ее власти, она оставляет его, как бы уходит от него, подобно тому, как и злой дух оставляет одержимого, когда бывает изгнан из него. Освободившийся от своей страсти (например, пьянства, прелюбодеяния, азартной игры и т. п.) радуется тому и становится иным, обновленным человеком. Сердце его чисто, дурные помыслы изгнаны, душа светла, и его внутренний мир уподобляется дому, который был загрязнен неопрятными постояльцами, но, по выезде их, выметен и убран. Но случается нередко, что страсти, временно освободившие человека, возвращаются к нему и овладевают им еще с большей силой; случается, что вместо одной страсти возгорается их много, и бывает тогда для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом. Да, так могло случиться и с фарисеями, домогавшимися особого знамения. Временно они освободились бы от своей злобы; но потом эта страсть проявилась бы в них с большей силой. Потому-то Господь и на этот раз отказал им в знамении.

Это похожее на притчу высказывание Иисуса Христа, на первый взгляд, вставлено в Евангелие без видимой литературной связи с контекстом, но существует глубокая богословская связь с предыдущим текстом. Ведь только что Иисус произносил слова, осуждающие сей «род лукавый и прелюбодейный», называя этот род злыми «порождениями ехидниными» (Мф. 12:34.39). К этому «злому роду» обращена и прочитанная нами притча. Непосредственно речь идет о книжниках и фарисеях, религиозное учительство которых сводилось преимущественно к требованию строгого соблюдения письменных и устных заповедей Закона. Запрещено делать то, запрещено делать это…. Но религия, которая только запрещает, обречена на неудачу. Человеку можно запретить поступать плохо, то есть очистить его. Однако жизненная практика показывает, что это очищение, как правило, бывает временным: сохранить человека в чистоте гораздо труднее. Таков уж наш мир, в котором зло может быть придавлено, даже изгнано из того или иного места, но окончательно уничтожено быть не может. За примерами ходить недалеко. Достаточно посмотреть на несчастных людей, одержимых наркотической или алкогольной зависимостью.

Притча наглядно показывает, что простое изгнание нечистого духа еще не означает радикальной перемены. Вот некий нечистый дух выходит из человека, в котором жил. Судя по всему, он покидает человека не добровольно, но в результате изгнания. Изгнанный, он блуждает «по безводным местам, ища покоя, и не находит». «Безводные места» – это пустыня. По понятиям того времени, пустыня – естественное местопребывание злых духов. Вспомним, что искушения Иисуса Христа происходили именно в пустыне. Нечистый дух не находит себе покоя, так как его природа просто требует причинение зла человеку. Тогда он решает вернуться в свой дом. При этом он «находит его незанятым, выметенным и убранным», то есть вполне пригодным к поселению. Это означает, что человек, которого покинул нечистый дух, не озаботился тем, чтобы в него вселился Святой Дух, Который не впустила бы беса обратно. Дом остался пустым: и без нечистого духа, и без Духа Святого. Бес доволен таким положением, и на радостях приглашает семь своих дружков, еще худших чем он. Число «семь», как мы знаем, символическое и означает в данном случае полноту нечистой силы. Духи всей компанией овладевают человеком и живут в нем припеваючи.

Разумеется, притча об одержимости злом высказана Иисусом не только в адрес злых книжников и фарисеев, но, как предостережение, и ко всему Израилю, которому выпала счастливая доля встречи с Божественным Посланником, но который не только не принял Его, но Его убил. Израилю было много дано, но на Суде им придется труднее, чем покаявшимся язычникам – ниневитянам или царице южной, о которых говорилось в предыдущей речи Иисуса.

В этой притче заключена также и важная истина для каждого из нас: человеческое сердце не должно оставаться пустым. Недостаточно просто изгнать из него злые мысли и привычки. Человек должен быть чем-нибудь наполнен. Место зла должно занять деятельное добро. В противном случае к человеку может вернуться зло худшее прежнего – такое зло, от которого человек собственными силами избавиться неспособен. От бесовщины его может спасти только сила Божия. И это касается не только отдельных людей, но и целых народов.

Здесь Господь говорит приточно, сравнением, — сравнивая состояние неверия фарисеев с состоянием человека бесноватаго. Преходит сквозь безводная места (ходит по безводным местам). Места пустынныя, безводныя, дикия, необитаемыя представляются местопребыванием злых духов (Тов. 8:3. Откр. 18:2). Ища покоя, и не обретает (не находит). Места пустынныя, дикия представляются неудобными для обитания злых духов, для них лучше обитание в человеке, где они могут делать зло. Под образом злых духов разумеются здесь страсти, кои не находят себе места и покоя нигде, как только в сердце злаго человека. Тогда речет (говорит): возвращуся в дом мой, отнюду же (откуда) изыдох и проч. Злой дух, как равно и страсть, стремятся снова овладеть человеком, котораго оставили было. Дом мой. Злой дух или страсть называют человека домом своим, по- тоту что живут в нем, как в своем доме. И пришед обрящет (находит) дом празден (незанят), пометен и украшен (убран), Это значит, что, по изгнании злого духа, как равно и страсти, из человека, сердце его делается чистым, сор всего худого выметен из него, и оно становится убранным добродетелями. Тогда идет и поймет (берет) с собою седьмь иных духов лютейших (злейших) себе, и шедше, живут ту (там), т. е. если человек остается нерадивым и невнимательным к себе, то злой дух, как равно и страсти, возвращаются к нему. Возвращаются еще с большею силою и лютостью: на это указывают, во- первых, число седмь, которое должно понимать в смысле множества (1 Цар. 2:5 и др.) и, во-вторых, дальнейшия слова: и будет последняя человеку тому горше (хуже) перваго. Будет хуже перваго, потому что прежде еще была надежда на исправление, а теперь зло гораздо крепче овладело сердцем, нежели было раньше. Так бывает и со всяким человеком, если он после покаяния не будет бороться с своими устарелыми греховными привычками. Заметь это, кающийся грешник! Словами же далее: Тако будет и роду сему лукавому Господь указывает, к кому относится и что значит сказанная Им притча о злых духах и страстях, — относится она к неверующим фарисеям и значит следующее: фарисеи просили от И. Христа особеннаго чуда. Господь отказал им в этом, указав только на чудо с прор. Ионою, и затем поясняет притчею, что хотя бы и сотворил Он для них чудо, даже особенно поразительное и убедительное, хотя бы они, увидев такое чудо, уверовали в Него и показали некоторые признаки исправления; но это было бы ненадолго: потому что неверие и страсти так сильны в них и так застарели, что скоро могут возвратиться в их сердце, как злой дух в человека, и проявятся там с большею силою, и они сделаются еще хуже. Так точно и исполнилось на фарисеях. Не смотря на чудеса Спасителя, они все более и более ожесточались против Него, страсть злобы усилилась в них, подобно тому бесноватому, в котораго бесом приведено было с собою семь других злейших бесов, и они отвергли и распяли Господа. Затем также злобно поступали Иудеи, а за ними и язычники с апостолами и со всеми христианами.

Одержимый называется домом беса. Нечистый дух решает проверить, нельзя ли ему снова поселиться в прежнем месте. «Дом» оказывается незанятым и готов принять жильца.

Таинства Церкви очищают верующего не только от грехов, но и от нечистых духов, сила действия которых в человеке прямо обусловлена силою совершаемого греха. Ибо за одним и тем же наименованием греха могут скрываться очень разные степени его тяжести. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «А ведь не одинаковому подвергаемся мы наказанию за грехи явные и за грехи тайные. Грех один и тот же, но вред от него не одинаков, или лучше сказать — и грех не одинаков, потому что не все равно — грешить тайно и незаметно, и грешить явно» (Беседы на Деяния апостольские. 3. 5).

Также есть бесы всех грехов, и они, по выражению святых отцов, «приседят» греху и возбуждают страсти. И если, принимая таинства, человек не борется с греховными влечениями, а будучи побеждаем, не кается и не смиряется, может произойти то страшное, о чем говорят эти евангельские слова.

Игумен Никон (Воробьев) писал по этому поводу: «Самым основным свойством „нового“ человека является смирение... без которого исполнение даже всех заповедей не только не приближает человека к Богу, но делает врагом Божиим, ибо если не будет смирения, то обязательно будет гордость. Именно к этому свойству души, я полагаю, применима особенно мысль Евангелия, что сатана, будучи изгнан, скитается вне, а затем, усмотрев, что дом прибран, украшен, но не занят, берет семь других духов, злейших себя, и водворяется с ними в душе, и бывает последнее для человека горше первого. У преп. Макария Египетского отношение смирения к прочим добродетелям изъясняется притчей о роскошном обеде, устроенном для царя и вельмож. Но так как все было приготовлено без соли (т. е. смирения), то вместо благодарности устроивший обед подвергся только гневу царя. Так, без смирения всуе добродетели человека. Без него, т. е. без смирения, в душу войдет гордость, с нею семь бесов, т. е. все страсти» (Нам оставлено покаяние. Письмо 85): чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие.

Оказывается, принятие таинства без раскаяния, без благоговения и искреннего желания исправиться для человека хуже, чем если бы он в таком состоянии не принимал его. Апостол Павел пишет об этом на примере Причащения: кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. От того многие из вас немощны и больны и немало умирает (1 Кор. 11:29-30). А преподобный Симеон Новый Богослов предупреждает даже о Крещении младенцев: «Ибо принявшие Крещение Твое от младенчества и недостойно его прожившие всю жизнь будут иметь большее осуждение, нежели некрещеные, как поругавшие, по словам Твоим (Евр. 10:29), святую одежду Твою» (Божественные гимны. Гимн 3).

Подобное же происходит и в миссионерской деятельности, когда к принятию Крещения, Евхаристии и других таинств приглашаются люди, не наученные основам веры, не понимающие, к чему они приступают. Тогда на священнослужителей, совершающих такое, падает это суровое слово Христа.

Так будет и с этим злым родом. Так сказал Господь о еврейском народе, которому прежде других дано было откровение Божие о Спасителе. Однако он в своей основной массе отверг Христа, не принял Благовестия о Царстве Небесном, променяв его на царство земное, что и привело его к печальным последствиям как духовного, так и внешнего характера.

Это предупреждение Христово также в полной мере относится и к тем христианским народам и отдельным верующим, которые вместо искания прежде Царства Божия и правды Его ищут только, что есть, что пить и во что одеться (Мф. 6:33, 25).

Такому же тяжелому осуждению подвергаются и христианские общины и Церкви, которые всю свою деятельность переносят с научения верующих духовной жизни и проповеди покаяния на решение чисто мирских проблем. См. также далее Мф. 24:2.

Беседу с фарисеями Иисус Христос закончил притчею, заимствованной от самого чуда исцеления бесноватого: в ней Господь изобразил, до какого ужасного состояния дойдет неверующий род Иудеев и фарисеев. Освободившиеся от темной власти злого духа, по выражению блаженного Феофилакта, «еще хуже становятся впоследствии, если не исправляются». Егда нечистый дух изыдет от человека, преходит сквозь безводная места, ища покоя, и не обретает. Тогда речет: возвращуся в дом мой, отнюдуже изыдох, и пришед обрящетй празден, пометен и украшен. Тогда идет и поймет с собою седмь иных духов, лютейших себе, и вшедше живут ту: и будут последняя человеку тому горша первых. Тако и роду сему лукавому.