Евангелие от Марка 7 глава 28 стих

Обобщающее толкование

Святые отцы, чьи толкования сохранились на стихе Мк. 7:28, единодушно видят в ответе сирофиникиянки не просто остроумную реплику, а вершину её веры и смирения. Все они подчёркивают, что женщина, соглашаясь с уничижительным сравнением с псом, тем самым обнаруживает глубочайшее смирение, но при этом не теряет дерзновения – она просит лишь о крохах, которые падают со стола. Именно этот ответ, по единодушному мнению отцов, становится той «молитвой», которая преодолевает все преграды и получает полное удовлетворение.

В толкованиях отцов прослеживаются две взаимодополняющие линии. Первая – аскетическая и таинственная (Феофилакт, Златоуст, Василий Кинешемский): она показывает, что смирение и осознание своей недостойности не отталкивают Бога, но, напротив, привлекают Его милость; «псы» становятся «детьми» через веру и покаяние. Вторая – церковно-дисциплинарная (Августин): она предостерегает от излишней строгости и исключительности, напоминая, что милость Божия шире человеческих предписаний. Обе линии сходятся в том, что ответ женщины – образец молитвы, которая соединяет смирение с дерзновением и неотступностью, и потому она получает то, о чём просит.

Частные мнения Святых Отцов

Блаженный Феофилакт Болгарский разъясняет, что женщина проводит тонкое различие: иудеи имеют «хлеб», то есть всего Христа, сошедшего с небес, со всеми Его благодеяниями, а она просит лишь «кроху», то есть малую долю этих благодеяний. Это показывает её смирение: она не претендует на равные права с «детьми», но просит о малом. Феофилакт также даёт аллегорическое истолкование: если мы в смирении сознаём себя псами, исповедуем грехи перед Причастием, то исцеляется «дочь наша» – то есть наши бесовские дела.

Священномученик Василий Кинешемский акцентирует психологическую сторону: женщина готова перенести всякое унижение, лишь бы вернуть здоровье дочери. Её вера, смирение и любовь преодолевают все препятствия, которые Господь намеренно поставил перед ней. Именно эта неотступность и смиренная настойчивость делают её примером для всех молящихся.

Святитель Иоанн Златоуст (в передаче Иоанна Бухарева) восклицает: «Какая твердость духа! Господь говорит: несть добро, она отвечает: ей, Господи. Он называет её псом, а она приписывает себе действие, свойственное псу. Видишь ли тут и её смирение?» Для Златоуста именно это сочетание смирения и дерзновения становится ключом к получению просимого.

Блаженный Августин в своём толковании предостерегает от крайностей: те, кто строго соблюдает предписания, могут быть склонны отвергать «мятежных» и не давать «святого псам». Однако Христос, исцеляя дочь язычницы, показывает, что Его милость простирается и на тех, кого считают недостойными. Августин видит в этом уроке, что нельзя преждевременно отделять зерна от плевел и отсекать тех, кто может оказаться способным к вере.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 140-141++

Женщина не переставала и после того молить Господа о помиловании. Тогда Иисус, обращаясь к ней, говорит: остави, да первое насытятся чада (од. Мк.); несть бо добро отъяти хлеба чадом, т.-е. у израильтян (Рим. 9:4) и поврещи псом, т.-е. язычникам. Здесь Господь выражает жене ту мысль, что она нечистая и недостойна получить дар исцелений своей дочери. Но эти слова Его вызвали в хаванеявке проявление такой силы смирения и веры, что Господь тотчас исцеляет ея больную дочь: «так, Господи, говорит она, но (και) помилуй меня, ибо и псы едят крохи, которыя падают со стола господ их», или: «так, Господи, ибо псы пользуются не хлебом детей, а только крохами, которыя падают с их стола". Тогда Господь воскликнул: «о, жено! велия вера твоя; буди тебе якоже хощеши». И тотчас же после сих слов дочь хананеянки стала здорова.

Слова Хананеянки: так (ей), Господи, ибо псы и пр. имеют следующий смысл: „пусть иудеи пользуются великими Твоими благодеяниями, но позволь и мне хотя мало воспользоваться ими, подобно тому, как псы пользуются остатками от трапезы своих хозяев, т. е. исцели и мою дочь.» „Какая твердость духа! восклицает при этом Златоуст. Господь говорить: несть добро, она отвечает: ей, Господи. Он называет ее псом, а она приписывает себе и действие свойственное псу. Видишь ли тут и ее смирение?

После этого речь идет опять о чудесах, но первое чудо, исцеление бесноватой дочери Сирофиникиянки (Мк. 7:24–30), по смыслу совершающегося, тесно связано со спором о законе. Иисус перенес Свое служение за пределы Галилеи (ст. 24, ср. ст. 31). Страна – языческая, но слава Его проникла и сюда (ст. 24), и к Нему за помощью обращается жена – язычница. Отказывая ей в исцелении ее дочери, Иисус стоит на почве Ветхого Завета: для правоверного иудея язычники были те же псы, т.е. нечистые животные (ст. 27). Женщина не возражает, но она просит о том, чего не лишены и псы. «Так, Господи; но и псы под столом едят крохи у детей» (ст. 28). И Господь идет навстречу. Он исполняет ее просьбу (ст. 29–30): διὰ τοῦτον τὸν λόγον – за это слово, за то, что она согласилась для язычников на положение псов. Внутренняя связь этого чуда со спором о законе не подлежит сомнению. Господь не отменяет Ветхого Завета как основания религиозной жизни. Исцеляя бесноватую, Он делает это только потому, что ее мать смиренно признает религиозное преимущество иудейства. Мы видели, что и очистившегося прокаженного Иисус послал показаться священнику (Мк. 1:44). Но Ветхий Завет – только исходная точка. Эта исходная точка остается далеко позади. Фактически, Иисус отменяет ограничения, связанные с религией закона. Отмена есть дело любви. В контексте Мк. исцеление дочери сирофиникиянки имеет значение фактической иллюстрации к суждению о том, что оскверняет, и о том, что не оскверняет человека. Здесь тоже речь идет о чистом и нечистом.

Такой ответ мог бы холодом охватить ея душу, и еслибы Спаситель не провидел, что ея душа полна той редкостной веры и надежды, которая может видеть милосердие и принятие просьбы даже и видимом отвержении ея, то Он и не ответил бы ей так. Но в душе женщины, хотя и язычницы, пылала столь горячая вера, что и все снега ея родных Ливанских гор не могли бы затушить огня ея, и поэтому она, не колеблясь, дала славный и безсмертный ответ: «так, Господи! по и псы едят крохи, которыя падают со стола господ их».