yandex

Библия - Евангелие от Марка Глава 4 Стих 22

Стих 21
Стих 23

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Ведь если что утаено, то лишь затем, чтобы обнаружиться, и если что сокрыто, то лишь для того, чтобы выйти наружу. Отечественный кумранолог Амусин усматривал в этих словах момент острой полемики с тенденцией ессеев к замыканию в своем общинном кругу (см. И. Д. Амусин, Кумранская община, М, 1983, с. 220–221).


Источник

Сергей Аверинцев. Собрание сочинений. / Переводы. Евангелия. Книга Иова. Псалмы. К.: Дух і літера, 2005. - С. 238

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

То есть, не следует бояться клеветы: вера и невинность со временем откроются ясно (Мф. 10:26)

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Вот тайны царствия, сообщенные народу в притчах и без объяснения; оно дано только в кругу учеников и только на две первые. Когда ученики просили у Господа разрешения сей притчи (о семени), то Он, дав им объяснение, присовокупил прямые наставления о их Апостольском служении также в притчах, но уже знакомых (Мк. 4:21– 25,– светильник; Лк. 8:16–18). Плод слова в них должен раскрыться в собственной их проповеди, и здесь мера ревности каждого будет мерой сообщения каждому самого слова.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 125++

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Если в твоей душе, в твоем сознании, даже в твоей плоти есть что-то положительное или что-то отрицательное, то оно рано или поздно выйдет наружу. Человек, который потаенно страдает плотской страстью, делается иным, его воспринимают как такового, это передается другим, которые или с отвращением от него отходят, или им соблазняются. То же бывает с человеком, который духовно то или другое постиг. Он может об этом не говорить, но в нем происходит такая перемена, что вокруг него это чувствуется. Люди, которые с ним соприкасаются, видят, чувствуют, чуют, что общаются с человеком, в котором есть что-то особенное. Помню слова моего духовного отца о том, что никто не может оторваться от земли и идти в небесное, то есть в Царство Божие, если он не увидит в глазах, или на лице хоть одного человека сияние вечной жизни. Люди, приходившие к святому Серафиму Саровскому, к святому Сергию Радонежскому, вообще к святым, и даже просто к людям более обыкновенным, но которые жили — и теперь живут углубленной духовной жизнью, чуют, что она есть. И поэтому знайте: ничего тайного нет, что не сделалось бы явным. Нет тайных грехов, тайной внутренней неправды, которая не сказалась бы и не передалась бы другим в виде губительной заразы. Рано или поздно это обнаружится. Это вы, должно быть, знаете из собственного опыта.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

В данном отделении ев, Матфей передает 7 притчей: а) о сеятеле и семени (3—9. 18-23), б)о плевелах между пшеницею (24—30. 86—43), в) о зерне горчичном (31—32), г) о закваске (33), д) о скрытом на поле сокровище (44), е) о драгоценной жемчужине (45—46) и ж) о неводе (47— 50). Ев. Марк здесь же передает только три притчи: а) о сеятеле и семени (8—9. 13—20), б) о семени, по действию земли произрастающем и созревающем (26—29), и в)о зерне горчичном (30—32). А ев. Лука передает здесь только одну притчу—о сеятеле и семени (5—8. 11—15). Что в данный раз И. Христос произнес не одну, а несколько притчей, это видно из указания ев. Матфея (3) и Марка (2 и 33), что И. Христос в данном случае учил народ притчами много. Но все-таки можно думать, что ев. Матфей, но обыкновению своему собирать в одном месте однородный исторический материал, и здесь передает некоторыя притчи Господа, произнесенныя Им в другое время; по крайней мере, некоторыя из переданных здесь притчей у ев. Луки находятся в другой связи (13:18—21). После первой притчи, которая имеется у всех трех евангелистов, ученики приступили к Иисусу с вопросом: „для чего притчами говоришь им» (Мф. 10)? „Чтобы значила притча сия" (Лк. 9 ср. Мк. 10)? Из ответа Господа видно, что вопрос учеников касался того и другого, т.-е. и причины, по которой Христос учит народ в притчах, и смысла предложенной притчи. Учеников Христовых не могло удивлять то, что Господь учил народ притчами, которыя составляли обычную форму поучений у раввинов востока; они недоумевают, почему И. Христос говорит притчами, не объясняя их смысла, тогда как п они, ближайшие Его ученики, не понимают Его речи. Этот вопрос ученики предложили Иисусу, по ев. Марку (10), когда около Господа остались только 12 и ближайшие Его последователи; ев. Матфей ие делает такого замечания (10), а потому представляется на первый взгляд, что как-будто, по его изображению, и ответ на вопрос учеников и следующия три притчи И. Христос предложил вслух всего народа; после же 4-й притчи И. Христос, отпустив народ, вошел в дом (36), по просьбе учеников объяснил им притчу о плевелах на поле и наедине предложил им еще три притчи. Первая половина ответа Господа на вопрос учеников, почему Он говорит к народу притчами, показывает, что этот ответь должен был быть сказан вслух только учеников. Поэтому, если и допустить, что в данный раз И. Христос произнес все притчи, переданныя здесь еванг. Матфеем, и именно при той обстановке и в том порядке, какие представляются по изображению этого евангелиста, то нужно дело представлять так, что 12 учеников Христовых п некоторые из ближайших Его последователей были вместе с Ним в лодке, вследствие чего ответь Господа на тот вопрос мог быть высказан так, что он слышен был только учениками, а после того Господь обратился с новыми притчами к народу. После изъяснения притчи о сеятеле и семени, по ев. Марку (21—23) и Луке (16—18), И. Христос предложил приточныя изречения о свече, которую не ставят под сосуд, а на подсвечник, чтобы входящие видели свет, и о том, что нет ничего тайнаго, что не сделалось бы явным (параллельныя изречения у Мф. 5:15, 7, 2. 10, 26. 13, 12. 25, 29). В этих изречениях И. Христос или выражает цель, с которою он говорить в притчах: не для того, чтобы скрыть, но чтобы открыть истину; или же указывает цель, для которой Он вообще просвещает учеников светом Своего слова: для того, конечно, чтобы они после и в слове и в жизни своей открывали миру то, чему теперь научаются от Господа. Так как впоследствии откроется, как кто слушал, то они должны наблюдать за собой, как они слушают (Лк. 16 — 18), и возможно тверже запечатлеть в сердце своем то, что они слушают (Μк. 21—25). После всех притчей о царствии Божием И. Христос, по ев. Матфею (51 — 52), предложил еще притчу о благоразумном книжнике, ученике царствия Божия, который из сокровищницы своей выносит старое и новое. Этою притчею Он дал ученикам наставление, чтобы и они, проповедуя Евангелие, выносили из сокровищницы своих знаний и употребляли в дело и старое, повидимому, ничего не стоющее, всем известное (напр., посев, закваска и пр.), и новое — новыя христианския понятия, для которых то старое служило образом. — Ев. Марк после всех изложенных у него притчей (33—34), а ев. Матфей после четырех притчей, произнесенных вслух всего народа (34—35), делает замечание, что в данное время И. Христос говорил народу притчами и без притчи не говорил им. В этом ев. Матфей видит исполнение слов Пс. 77:2, принадлежащих Асафу. Асаф в 2 Пар. 29:30, иазывается пророком. Как пророк, он является прообразом Мессии, и слова его о себе евангелист применяет к И. Христу.

Цель притчей Христовых заключается, прежде всего, в том, чтобы посредством образа, взятаго из видимой природы или круга человеческих действий, яснее и живее изобразить истину; отвлеченная духовная истина чрез притчу делается как бы созерцаемою чувственными глазами и доступною осязанию; плотяный ум человеческий, постоянно привязанный к этому дольнему миру и чрез то неспособный вдруг возвыситься до чисто-духовной области, постепенно ведется к миру горнему по образам притчи, как бы по ступеням знакомой лестницы. Но притчи Христовы имеют и другую цель, которая достигается одновременно и которая совершенно противоположна первой, именно: скрыть истину от недостойных и неспособных, оценить и воспринять ее. Обе эти цели своих притчей показал нам Сам Христос. На вопрос учеников: для чего Он говорит к народу прнтчами, 1. Христос отвечал: „вам дано знать тайны царства небеснаго, а им не дано (Мф. 11), им, внешним, все бывает в притчах» (Мк. 11. ср. Лк. 10). Разъясняя потом, почему же ученикам дано знать тайны царствия Божия, а народу не дано, И. Христос говорить: „ибо кто имеет, тому дано будет я преумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет (Мф. 12), что ои думает иметь» (Лк. 18), т. е. кто имеет искреннее желание, стремление я оттого способность понимать и усвоять тайны царства Божия, тому уже притчи откроют эти тайны (дано будет), а потом ов удостоится и прямого, неприкровеннаго научения, разъяснения этой притчи (« преумножится); а кто не имеет этого желания и стремления, кто слушает Христа из простаго любопытства, или даже с злостною целию найти в учении Его что-либо, удобное для перетолкования и осуждения, у того отнимется и то, что ов думает иметь: прослушавши, наир., речь о сеятеле и семени, он думает, что он все тут понял; но так как духовнаго смысла этой речи он не понимает, то его знание должно пройти безследно и для его ума и для сердца, ибо приточный покров сам по себе не имеет никакого значения. Так как для выражения сих мыслей И. Христос употребил предисловие, имеющее свое ближайшее отношение к положению богача и бедняка, то теперь Он из этого присловия делает применение к Своим слушателям: „потому говорю им притчами, что они, видя, не видят» я пр. (Мф. 13), т. е. причина, вследствие которой И. Христос говорит к народной толпе прикровенно, в притчах, заключается в ней самой, в духовном ослеплении людей, вследствие котораго они не видят дел и учения И. Христа в их настоящем свете. Приводя далее (Мф. 14:15) пророчество Исаии (6:9. 10. по LXX), И. Христос, с одной стороны, показывает, что это пророчество, в известной мере справедливое и по отношению к современникам пророка, вполне совершенно исполнилось (άναπληροδτα в отличие от просто κληρούχοι) теперь в духовном ослеплении Его современников; с другой, — что эти последние сами виноваты в своем ослеплении, добровольно замкнули очи свои, чтобы не видеть около себя дел Божиих. В противоположность этим духовным слепцам, И. Христос блаженными называет учеников, которые своими разумными очами видят и правильно разумеют совершающееся вокруг них (Мф. 16—17).

Предмет притчей Христовых есть царствие Божие, царство Мессии. В 7-ми притчах, изложенных в разсматриваемом отделении у ев. Матфея, с различных сторон изображается это царство, но так, что первая притча говорит об его начале, основании проповедию или словом И. Христа, а последняя— о конечном, решительном суде над миром. Вторая притча показывает, что пока царство Божие или церковь Христова воинствуют здесь на земле, в ней всегда будут не одни только праведные, истинные сыны этого царства, но и грешные, сыны лукаваго. Третья и четвертая притчи выражают одну и ту же мысль, — что церковь Христова, начавшись небольшим, почти незаметным для мира числом членов, имеет разростись и распространиться так, что все народы мира прийдут под ея покров. Различие же между ними состоит в том, что притча о зерне горчичном изображает внешнее, повсюдное распространение церкви Христовой на земле, а притча о закваске показывает в христианстве нравственную мировую силу, имеющую преобразовать и усовершить все человеческия стремления деятельности и отношения. Пятая и шестая притчи представляют царство Божие и Его блага таким неоцененным сокровищем, ради котораго человек должен пренебречь всеми благами мира, лишь бы приобрести Его. Различие между ними заключается в том, что в притче о скрытом на поле сокровище изображается человек, нечаянно нашедший сокровище истины во Христе и Его церкви, а притча о драгоценной жемчужине изображает человека, нашедшаго это сокровище после более или менее продолжительнаго искания истины. Содержание последней притчи сходно с содержанием второй: в том и другом случае проходят две мысли: а) с самаго начала царства Божия и до конца его земнаго существования в нем без видимаго различия будут пребывать и праведные и грешные; б) разделение добрых от злых произойдет только при кончине мира. Но как видно из эпилога притчи о неводе (ст. 49 и 50), в ней говорится главным образом о конечном суде над миром; первая мысль предваряет эту главную для полноты и цельности изображения. Во второй же притче мысль о суде есть второстепенная, входящая в притчу для законченности целаго; главная же мысль—о появлении в церкви Христовой, вскоре после ея основания, неистинных членов, порождений невидимо действующаго в мире злаго духа. В Евангелии Марка притчу о зерне горчичном предваряет притча о семени, произрастающем и созревающем по действию земли, без ведома сеятеля; эта притча имеет целию поселить в учениках, пред которыми она была произнесена, уверенность, что семя слова Божия, раз брошенное в сердца человеческия, не погибнет и не заглохнет, но будет постепенно растя и развиваться и несомненно достигнет полной зрелости, когда и последует жатва.


Источник

Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 171-175

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Знайте, что нет ничего сокровенного, нет ничего тайного, что не открылось бы рано или поздно; и если вы, говоря что-либо, будете, подобно фарисеям, рассчитывать на непонятливость слушающих вас, на их темноту, будете скрывать от них свои мысли или будете говорить тайно, чтобы другие не узнали, то знайте, что все сокровенно и таинственно сказанное вами будет раскрыто потом при свете истины. Да если вы сумеете скрыть свои помышления от людей, то от Бога как скроете их? К чему же тогда послужит лицемерие, которым фарисеи силятся прикрыть свою лживость? Не бойтесь говорить правду открыто, всенародно!


Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 26 - Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.)- С. 436

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Поучение на первый взгляд тоже кажется простой нравственной максимой. Так оно обычно и понимается и толкуется. Мол, Иисус был убежден, что истину скрыть нельзя. Это – убеждение в том, что истина имеет что-то неразрушаемое. Люди могут отказаться признать истину, пытаться подавить ее, стереть или изгладить ее, могут отказаться принять ее, но рано или поздно она восторжествует. Примеров в истории множество. Так, например, Николай Коперник был осторожным человеком и держал свое открытие в течение тридцати лет в тайне, и лишь в 1543 году, уже перед лицом смерти, убедил одного типографа напечатать свою книгу «Об обращении небесных сфер». Коперник в этом же году умер, разразилась буря, но его идеи сделались достоянием всех. Галилео Галилей принял теорию Коперника, но в 1616 г. он был подвергнут суду инквизиции и его взгляды были осуждены. Суд вынес такое решение: «Первое утверждение, что солнце является центром и не вращается вокруг земли – глупо, абсурдно и ложно в плане теологическом и является ересью, потому что противоречит Священному Писанию... Второе утверждение, что земля не является центром, а вращается вокруг солнца – абсурдно и ложно с философской точки зрения, а в плане богословском противоречит истинной вере». Галилей уступил и в течение многих лет хранил молчание. Когда на папский престол взошел Урбан VIII, Галилео Галилей подумал, что новый папа более образован и больше понимает, чем его предшественник, и вновь публично выступил со своей теорией. Но надежды его не оправдались. На этот раз он должен был подписать отречение или же подвергнуться пытке. И он подписал: «Я, Галилей, в возрасте семидесяти лет, будучи узником и стоя на коленях перед вашим высокопреосвященством, положив руки на священное Евангелие, которое Вы держите перед моими глазами, проклинаю и ненавижу ошибку и ересь о том, что земля движется». Отречение спасло Галилея от смерти, но не от тюрьмы. И когда он умер, ему даже было отказано в захоронении в семейном склепе. Но не только католическая церковь пыталась скрыть правду. Так, например, Мартин Лютер писал: «Люди обратили уши свои к выскочке-астрологу (он имел в виду Коперника), пытавшемуся доказать, что вращается земля, а не небо, или небесный свод, Солнце и Луна... Глупец хочет опровергнуть всю астрономию; но в Священном Писании говорится, что Иисус Навин приказал остановиться солнцу, а не земле». Да, но что это изменило? Высказывание Иисуса Христа применимо и к нашей собственной жизни и к нашему поведению. Если человек грешит, он инстинктивно старается скрыть это. Так поступили Адам и Ева, нарушив завет Божий. Но истина выходит наружу. Во лжи нельзя спрятаться надолго, а от Бога человек вовсе не может скрыть истины. Помня об этом, неплохо бы стремиться к тому, чтобы нам не было стыдно за нашу жизнь. Все это так. Но у Евангелиста Марка смысл высказывания Иисуса Христа приобретает несколько особый и более конкретный смысл. И тут мы снова должны обратить внимание на оригинальный текст, который в Евангелии от Марка передан иначе, нежели у Матфея (Мф.10:26–67). Высказывание, несколько точнее переведенное звучит примерно так: «Ибо что сокрыто, сокрыто только для того, чтобы быть обнаруженным, и что становится тайным, становится тайным только для того, чтобы выйти наружу». Здесь действующими лицами являются Бог и Иисус Христос. И это в оригинальном греческом тексте много понятнее, чем в привычном русском переводе. Снова речь идет о «тайне», о «тайне Царствия», то есть о тайне Мессианства Иисуса Христа. Это Бог «скрывает», Он же и «обнаруживает», «открывает». И Христос пребывает в Церкви как непонятная миру тайна только для того, чтобы выйти из этой таинственности. Используется тот же глагол, что и в афоризме о светильнике. Светильник приходит, и он же выходит из своей потаенности наружу, становится явным. Тайна стремится быть всем известной, как светильник стремится светить всем! И если Бог Свою евангельскую весть, «тайну Царствия Божия», все же «сокрыл», «спрятал» в Церкви учеников Иисуса, то это произошло не потому, что Бог захотел спрятать Евангелие от мира навеки. Нет, Бог желает, чтобы Евангелие Царствия сияло в мире именно как Евангелие, как Его Радостная Весть. Бог пожелал, чтобы мессианство Иисуса и Его Богосыновство открылись через крест и воскресение и были возвещены миру через проповедь Евангелия. Конечно, при этом возникает вопрос: Если Бог действительно хотел сообщить Свое Евангелие всему миру, то зачем Он сначала утаил Его от мира? Ответ таков: беда мира в том, что сейчас далеко не все способны принять откровение этой тайны. Полное откровение произойдет тогда, когда с тайны спадут все покровы, то есть в последний день этого мира, при Втором пришествии. Именно тогда произойдет окончательное откровение Царствия Божия. Есть и еще одна причина, почему Бог скрыл «тайну Царствия»: Бог сокрыл ее от мира потому, что мы, люди очень склонны приписывать самим себе то, что на самом деле является даром Божиим нам. Вспомним: «вам дана тайна Царствия». Дана! А нам часто кажется, что мы этого заслужили, или достигли собственными усилиями, или что мы такие хорошие, что имеем право на подарки. Так мы могли бы приписать нашему уму и находчивости то, что Бог нам даровал исключительно по благодати, то есть по Своей доброй воле. Только когда мы наталкиваемся на границы нашего познания, когда мы бываем вынуждены признать, что дальше мы ничего не знаем и не понимаем, что мы подошли к пределу, – вот тогда Евангелие может воссиять нам своим светом – как дар Божий. Именно об этом мы читаем, например, у пророка Даниила. Только после того как Даниил понял, что тайна сна Царя Вавилонского может быть открыта только Богом, ему и была открыта тайна, за что он произнес благодарственную молитву: Бог «открывает глубокое и сокровенное, знает, что во мраке, и свет обитает с Ним. Славлю и величаю Тебя, Боже отцов моих, что Ты даровал мне мудрость и силу и открыл мне то, о чем мы молили Тебя; ибо Ты открыл нам дело царя» (Дан.2:22–23). Даниил был приведен к царю, которому он открыл как сам сон, так и его толкование. И «тогда царь Навуходоносор пал на лице свое и поклонился Даниилу, и велел принести ему дары и благовонные курения. И сказал царь Даниилу: истинно Бог ваш есть Бог богов и Владыка царей, открывающий тайны, когда ты мог открыть эту тайну!» (Дан.2:46–47). Если бы гадатели и чародеи смогли открыть сновидение царя, то разве понял бы царь, что Бог Даниила, Бог Израиля, – «Бог богов и Владыка царей»? Так и у нас: Если бы всякий мог понять и истолковать Евангелие, весть о Царствии Божием, то разве смогли бы мы уразуметь, что Тот, Кто обращается к нам в Евангелии, есть Сам Бог? Бог только для того скрывает Свое Слово в узком обществе учеников Иисуса («вам дана тайна Царствия Божия» (Мк.4:11)), чтобы оно убедило мир как именно Его Слово! Об этом и говорит высказывание Мк.4:22: Всё, что Богом сокрыто, Богом же будет и явлено. Это понять довольно трудно. Поэтому Марк для своих читателей добавляет: «Если кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мк.4:23). Но тот, кто это понял, поймет и последующее. Итак, Тайна Царствия Божия, то есть Сам Иисус Христос и Его Евангелие, сокрыта в Церкви для того, чтобы быть открытой для мира. Как открыта? Церковь должна являть собою эту тайну, то есть присутствие Иисуса Христа в ней.

Источник

Беседы на Евангелие от Марка, прочитанные на радио «Град Петров»

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Еда светилник приходит (для того ли приносится свеча), да под спудом положат или под одром (чтобы поставить ее под сосуд или под кровать) и пр. Эти и дальнейшие слова Христовы, по еванг. Матфею, сказаны Им при других случаях, а не вместе с притчей о сеятеле (Мф. 5:15; Мф. 10:26). Можно думать, что Господь повторял некоторые из Своих изречений при разных случаях, чтобы ученики и слушатели Его лучше могли усвоить их. Сказанные изречения Христовы имеют следующий смысл: тайны веры, или Царствия Божия, сообщаемые Христом, напр. в притчах или прямо, не будут оставаться тайнами навсегда, вечно, но должны со временем открыться, чтобы они светили всем, подобно свече. Апостолы, приняв эти тайны от Христа, сами будут распространять их по всей вселенной. В этих же словах Господь указывает Апостолам и причину, почему Он учит народ в притчах – потому, что народ еще не способен принять и понять принесённые и возвещаемые Им истины; со временем же, когда народ сделается способнее к сему, эти истины будут предлагаться Им, или Апостолами прямо, без покрова притчи. (См. выше в объясн. 11 и 12 ст.).


Источник

Иоанн Бухарев свящ. Толкование на Евангелие от Марка. М.: 1900. Зач. 16. - С.48

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Мы уже видели, что в притче о сеятеле ударение лежит не на погибающих, а на тех, которые наследуют спасение. Выше было указано и на то, что стихи 21–22 продолжают толкование притчи о сеятеле. Цель разделения есть явление света. Назначение светильника – проливать свет (ст. 21). Это назначение – неизменно. Ст. 22 по-русски переведен неправильно. Его следовало бы перевести так: «Нет ничего тайного, что было бы облечено тайной, иначе как с целью обнародования, и ничего не было сокрыто иначе как для того, чтобы стать явным». Тайны имеют значение временное. Они служат выявлению истины. Общая форма ст. 22 позволяет подвести под это положение и сокровенную премудрость притч. Но этот вывод, до известной степени устраняющий трудность, связанную со ст. 11–12, делаем мы. В Евангелии он не указан. В Евангелии – ударение на явлении света. Свет будет светить. Заключение ст. 23 оттеняет ударение.


Источник

Лекции по Новому Завету. Евангелие от Марка. Paris 2003. - 144 c.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

κρυπτός тайный, скрытый, φανερωθή aor. conj.pass, от φανερόω прояснять, выявлять. Conj. выражает цель, έγένετο aor. ind. med. (dep.) от γίνομαι становиться, быть, απόκρυφος тайный, сокрытый, έλθη aor. conj. act. от έρχομαι., conj. с ίνα используется для выражения цели.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Это речение тесно связано с предыдущей притчей. Даже если свет был скрыт, светильник все равно будет поставлен на подставку, чтобы свет его был виден всем. Если тайна Царства сейчас постигается лишь немногими, она предназначена для всех и очень скоро будет им явлена. Все тайное и скрытое станет явным, ибо в библейском языке тайна означает скорее не сокрытие, а откровение того, что некогда было сокрыто.


Источник

Кузнецова В. Н. Евангелие от Марка. Комментарий. М.: 2002. - С. 90

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

«Нет ничего тайного» и пр. (см. прим. к Мф. 10:26): тайна сообщаемая не имеет назначения оставаться тайной навсегда, вечно; она со временем должна открыться, и если когда сообщается как тайна, то лишь до времени по известным обстоятельствам или потребностям, с изменением или прекращением которых ей нет более причин оставаться тайной, и она может и должна открыться. Смысл обоих стихов, если разоблачить их от образного выражения, в связи речи таков: проповедь Моя о тайнах Царствия Божия в притчах назначена не для того, чтобы закрыть истину, но чтобы открыть ее, чтобы она светила всем подобно свече. И вы не думайте, что то, что Я открываю теперь вам наедине, тайно, так и должно оставаться тайной для мира. Нет, Я открываю вам истину, вношу в мир свет, — вы должны принять и понять эту истину и раскрывать ее миру, распространять по всей вселенной свет веры и ведения. Теперь говорю в притчах народу потому, что он еще не способен без покрова принять и понять принесенные и возвещаемые Мной истины; со временем, когда он будет способнее к сему, вы раскроете ему прямо, без покрова эти истины, эти тайны Царства Божия.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

ничего тайного. Иисус предсказывает, что хотя в продолжение Его земного служения многие истины остаются сокрытыми для людей, настанет день (а именно, день Его воскресения), начиная с которого все тайны будут раскрываться (Мф. 10:26, 27; Лк. 12:2, 3).

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Притча о Царстве из Евангелия от Марка о невидимо растущем семени показывает, что никто не видит, как благодать Божия действует в душе человека, духовная жизнь христианина и всей Церкви сокрыта от мира, но, в конце концов, она обнаруживает себя отчасти даже в этой жизни, поэтому христиане становятся «светом миру» и уже «не может укрыться город, стоящий на верху горы. И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:14–16). Слава христианской Церкви будет обнаружена и в конце веков, при всеобщем воскресении, об этом пишет ап. Павел: «Жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе» (Кол. 3:3–4).


Источник

Ю. В. Серебрякова. Четвероевангелие. Учебное пособие. 2-е изд., испр. и доп.. М.: ПСТГУ, 2017. - С. 120

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Что значит «Да воссияют дела ваши»? Почему Господь называет нас «светом мира»? Отчего Он сравнил нас с «городом на вершине горы»? (Ср. Мф. 5:14-16) Не для того ли, чтобы сияли мы в темноте и возвышались среди упавших? Если светильник свой поставишь ты под сосуд (Ср. Мф. 5:15; Лк. 8:16, Лк. 11:33), то, когда окажешься в темноте, на тебя неизбежно наткнутся многие. Вот что делает нас светильниками миру – наши добрые дела. Добро же, истинное и полное, не любит темноты (Ср. Ин. 3:21). Оно любит быть на виду, оно ликует, когда его называют. Скромности христианина недостаточно просто быть: ей следует быть истинной и она должна быть заметна.


Источник

Об одежде женшин. С1. 0011, 2.13.7 CCL1:369.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

Если бы мысль этого стиха была обособлена, то ее можно бы принять за отдельную притчу: вид приточного отдельного сравнения она имеет именно в Ев. Матфея (Мф. 10:26). Но здесь она представляет собою обоснование для предыдущего: Ибо (в русс. пер. это пропущено) нет ничего тайного... Таким образом здесь разъясняется, что под свечою выше разумелось учение о "тайне Царствия Божия".

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 22-22

"И ничего не бывает потаенного, что не вышло бы наружу". Что бы кто ни делал втайне: доброе или злое - все обнаружится и здесь, а особенно в будущем веке. Что было сокровеннее Бога? Однако и Он явился во плоти.