Евангелие от Луки 9 глава 27 стих

Но так как необходимость страдания и смерти, по обстоятельствам времени и по самому естеству дела, должна была распространиться и на последователей Христовых, если не всегда в действительном значении, то всегда в духовном, между тем мысль о страдании и смерти могла казаться странной и несовместной с представлением о царстве Христове и не одному Петру; то Господь, оставляя речь о Себе, и обращаясь к окружающим Его Апостолам и посторонним, вслух всех объявил: кто хочет идти за Ним, тот пусть отвергнется Себя и возьмет крест свой и тогда уже идет за Ним. Кто этого постыдится, того постыдится и Сын человеческий, когда придет в славе Своей и Отчей и св. ангелов.

В сих словах Господь прибавил новую черту к пророческому изображению своих страданий (крест), с другой стороны в подкрепление грядущих по Нем Он возвестил новое явление свое во славе на земле. Присовокупив, что царствие Божие вскоре откроется на земле, Он сказал: некоторые из стоящих здесь еще не вкусят смерти⁴⁶, как увидят царствие Божие в силе (теперь оно еще не в силе).

Все это только более служит к подтверждению сказанного Господом о Самом Себе, что ему нужно страдать и умереть. Нельзя было не верить этому, но и не легко было отказаться от общего народного мнения о Мессии, с которым такие страдания были вовсе несообразны. Итак беседа сия глубоко должна была пасть на сердце особенно ближайших Господу апостолов, которые с большой горячностью и любовью разделяли нетерпеливое желание видеть Иисуса в славе, в откровении Его царства на земле.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 146++

«Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Господь принес Себя в жертву за спасение всех, чтобы нам принадлежала вечная жизнь. Его любовь, Его сострадание к погибающим людям были столь велики, что Он пришел на землю и жил среди нас — совершенный Бог. Трудно было поверить в Божественную любовь, и Бог явил ее зримым образом, явившись как человек. И тогда люди, весь род человеческий, возвели Христа на Крест, чтобы испытать Его, узнать, что стоят эти знамения и чудеса, которые Господь совершал в Своей земной жизни. Они захотели убедиться, что Его любовь — до конца, что она не поколеблется среди предельных страданий. И любовь Христова раскрылась в полноте на Кресте. Теперь уже Сам Господь испытывает нашу ответную любовь к Нему, ставит нас перед выбором, решающим все, и мы должны явить в нашей жизни то, что раскрылось Крестом Христовым — славу Воскресения, которая дается нам в Церкви.

Христос говорит о том, что каждый из нас должен либо пожертвовать верностью Ему и Его Кресту, ради того чтобы приобрести земное благополучие и сохранить свою жизнь, либо пожертвовать своею земною жизнью и благополучием. В мире, лежащем во зле, другого варианта не существует. Каждый из нас рано или поздно встанет перед тайной Креста Христова и увидит, как Господь обнищал от всякого богатства, от самой жизни Своей, чтобы приобщить нас Своему богатству. И если Господь словом Своим и Крестом зовет нас следовать за Ним, можем ли мы предпочесть Его зов самой нашей жизни?

Все зависит от того, какие ценности являются для нас определяющими. Человек может выбрать не те ценности на всю жизнь. Он может быть готов пожертвовать честью ради выгоды, может желать материального успеха и мало задумываться о том, какою ценою этот успех достигается. За желанием обрести эти выгоды могут следовать самые страшные преступления. Как говорят святые отцы, есть люди, которым поразительным образом во всех их делах сопутствует успех. Но секрет этого успеха прост: они всякий раз отнимают что-то от своей души, для того чтобы прибавить это к своему земному богатству.

Человек может жертвовать принципами для того, чтобы его «приняли». Наша твердость часто досаждает другим. Чтобы понравиться всем, надо быть как все, в зависимости от того, какая идеология торжествует, какая атмосфера в обществе. В конце концов все сводится к тому, чтобы сделать такой выбор, который диктует толпа: «Не Его хотим, но Варавву». Большинству могут нравиться не просто растлители, а убийцы, как это произошло, когда совершался суд над Христом, и как это произойдет в конце концов со всем человечеством, когда придет время антихриста: «Не Христа хотим, а Варавву, преступника. Он больше нам нравится».

Кто хочет сохранить себя, пусть помнит, что он должен руководствоваться не тем, что скажут люди, а тем, что скажет Господь. Наша судьба, и земная, и вечная, зависит не от того, что скажет о нас общество или даже весь народ, который тоже может быть обманут, а какой суд изречет о нас Господь. Человек может пожертвовать драгоценным ради дешевого. Как известно, дешевое всегда пользуется успехом — что нравится улице, то легко, само собой получается.

Человек может, например, предпочитать работу, которая приносит большие деньги и удобства, бескорыстному служению людям. Мы дожили уже до тех времен, которые можно сравнить только с первыми христианскими временами, когда не все равно было, где человек работает. Нельзя было трудиться, где угодно, потому что много было таких мест, которые были связаны со служением растлению, магии, — все общество было пронизано этим. И сегодня мы возвращаемся к такому же.

Женщина может предпочитать жизнь наслаждения жизни долга и труда. Необязательно быть профессиональной проституткой, что сегодня преподносится как самая престижная профессия, и как будто бы, по опросу молодежи, именно такой выбор делает новое поколение. Она может просто предпочитать жизнь, полную развлечений, многоскорбной жизни воспитания своих детей, несения креста семьи или несения креста одинокой жизни, посвященной Господу.

Можно истратить много времени на приобретение того, что кажется значительным. Но с годами жизнь выносит суд всем ложным ценностям, и человек все более понимает, что он находится у разбитого корыта. Господь говорит нам сегодня, что за одно мгновение можно погубить вечность. Весь наш путь будет сплошной цепью ошибок и потерь самого важного, если мы не научимся смотреть на все происходящее глазами Христа. Если не научимся оценивать свою жизнь и свою смерть в свете Его Креста.

И Господь предупреждает, что означает этот Крест. Крест — красота Церкви, в нем — вся небесная мудрость жизни. Но прежде чем это нам откроется, мы должны принять Крест как отвержение, как ужас, как страдание, как смерть. Когда диавол уводит за собой людей от Христа, он скрывает худшее, что последует за этим. Христос же не так. О всех бедах и опасностях в служении Ему Он говорит заранее, и не боится, что мы узнаем худшее и устрашимся следовать за Ним. Потому что жизнь нетленная, которую Он нам предлагает, — безмерно более велика, чем скорби служения Ему.

Мы не должны страшиться потерять жизнь за дело Христово. Кто хочет жизнь свою спасти, отвергаясь Христа или предавая заповеди Его, верность Церкви, тот погубит свою жизнь. Погубит все надежды на жизнь, которую Господь приобрел для него такою дорогою ценою. Но кто жизнь свою погубит, когда невозможно сохранить ее, не отрекаясь от Христа, — он спасет ее, он все приобретет. Он Господа приобретет и все приобретет, потому что все принадлежит Господу, и все хочет Господь дать человеку. Мы должны страшиться погубить наши души. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, отрекшись от Христа, а душе своей повредит?

Да, жизнь сладка, а смерть горька. Но вечная смерть несравненно горше, а вечная жизнь безмерно слаще. И пусть весь мир человек приобретет в грехе — разве может это уравновесить хоть в какой-то степени гибель души от греха? И Господь показывает, что это значит — спасти душу и приобрести мир. «Если кто постыдится, — говорит Он, — Меня и слов Моих в роде сем, прелюбодейном и грешном, того Сын Человеческий постыдится, когда придет во славе Своей».

Дело Христово проходит испытание в мире сем и в роде сем, который назван прелюбодейным и грешным. Бывают времена и страны особенно прелюбодейные и грешные. Таким было время и место, в котором Спаситель наш жил на земле. Таким временем и местом, несмотря на то, что оно освящено кровью бесчисленного сонма новых мучеников и исповедников Российских, хотят сделать и делают уже наше время и наше Отечество.

Дело Христово встречает сопротивление, и будет встречать еще большее сопротивление, и будет подвергаться все большему поруганию в этом мире, по мере того как умножается в нем грех. И приближается время, когда те, кто исповедует Христа и Крест Его, не смогут избежать презрения и насмешек. И немало будет таких, кто будет признавать, что Христос праведен, что дело Его истинное, — но они постыдятся, у них не хватит мужества исповедать Господа. Они не смогут вынести, чтобы к ним относились с насмешкой и презирали их, чтобы они были отвержены всеми. И поэтому они отвергнутся от своего исповедания. И мы порой уже сейчас отвергаемся от своего исповедания, хотя, кажется, свобода — веруй, сколько хочется, как хочется. Отвергаемся прежде всего всяким своим грехом.

Приходит день, когда дело Христово явится как солнце перед всем миром. Теперь оно является в глазах многих незначительным и презираемым. И те, кто не хочет разделить с Ним теперь Христово бесчестие, не будут участвовать с Ним в Его славе. Приближаются великие испытания, и Царство Божие приближается, говорит Господь. Оно откроется с силою и славою многою и сокрушит всех противляющихся ему. И будет великое множество людей с Господом, как говорит Откровение, от всех народов собранных, во всех веках, поющих победную песнь Господу. «Есть некоторые, — говорит нам сегодня Господь, — от стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как увидят Царство Божие, пришедшее в силе», — те, кто поклоняется Кресту Христову, славе Его любви, участвует в Его позоре, которым хочет окружить Его мир. Им будет принадлежать слава Господня вовеки.

1. Говорю же вам истинно, есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие. Побуждая к будущим наградам за добродетели и наставляя, что пренебрежение мирскими вещами полезно, Господь всегда под-держивает немощную человеческую душу наградой в настоящем. Трудно взять на себя крест и предать душу опасностям, а тело — смерти, отрицая то, что ты есть сейчас, и желая быть тем, чем ты не являешься, и редко даже высокая добродетель готова поменять настоящее на будущее. Людям трудно покупать надежду ценою опасностей и убытками в настоящем веке приобретать выгоду в будущем. Сладостная притягательность жизни ослабляет даже стойкий дух, поэтому благой и снисходительный Учитель обещает верным вечную жизнь, чтобы никто не был сломлен отчаянием или унынием. Слова утешения застывают перед страхом смерти, и сильная любовь к жизни едва уравновешивает обманчивые надежды и страх за искомое благополучие. Тебе не на что жаловаться, и нет у тебя извинений; Домостроитель всего назначил и награду для добродетели и лекарство против немощи: блага в этой жизни поддерживают немощных, а обещание благ в будущем укрепляет добродетельных. Если ты крепок — презирай смерть, если слаб — избегай ее! Но никто не может избежать смерти, если не последует жизни. Жизнь твоя — ХристосСм.: Кол. 3:4. ; это та жизнь, которая не ведает смерти.

2. Если мы хотим не бояться смерти, будем стоять там, где Христос, чтобы и о нас Он мог сказать: Есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти (Лк. 9:27; Мф. 16:28). Недостаточно просто стоять, нужно стоять там, где Христос; только те не вкусят смерти, кто может стоять со Христом. Здесь сам выбор слов дает понять, что не почувствуют смерти те, кто сподобился соединения со Христом. Даже прикоснувшись к телесной смерти, они будут обладать жизнью души.

3. Но что значит вкусить смерти? Может быть, как жизнь — хлеб, так и смерть — хлеб? Ведь некоторые едят хлеб печали См.: Пс. 126:2. , а эфиопский народ даже принял в пищу змеяСм.: Пс. 73:14. ! Прочь от нас змеиный яд! У нас есть истинный Хлеб, Хлеб... сшедший с небес (Ин. 6:51). Этот хлеб вкушает тот, кто соблюдает Писание. Поэтому есть некоторые... которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие . Есть даже те, кто смерти не увидит, как написано: Какой человек будет жить и не увидит смерти? (Пс. 88:49).

4. Какой человек не умрет, если воскресение может быть только после смерти? Нам неведомо о телесной смерти Еноха и Илии См.: Быт. 5:24; 4 Цар. 2:11. , и о евангелисте Иоанне Господь сказал: Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока Я приду (Ин. 21:22), однако мы относим это высказывание не только к Иоанну, это общая заповедь для всех, в ней отрицание смерти не тела, а души. Некоторые люди живы, хотя они умерли, а бывают мертвые при жизни, как та вдовица, что заживо умерла (1 Тим. 5:6), по слову Писания: Да постигнет их смерть, да сойдут они живыми в ад (Пс. 54:16). Кто-то сходит во ад живым — потому что человек сходит в обитель смерти из-за смертного греха, — а для кого и при смерти тела не прерывается жизнь. Таковы Авраам, Исаак и Иаков, о которых свидетельствует Господь, что они живы, потому что Бог Авраама, Исаака и Иакова не есть Бог мертвых, но живых (Мф. 22:32).

5. Эти слова относятся не к одному, но ко многим; ведь не мертв и Петр, над кем, по слову Господа, не властны врата ада, и сыны грома Иаков и Иоанн, принятые в сообщество небесной славы Ср.:Мф. 16.18; Мк. 3.17. Апостолы Петр, Иаков и Иоанн присутствовали во время Преображения. Далее (§§ 6-21) свт. Амвросий толкует Преображение Господа (см.: Лк. 9:28—36; ср.: Мф. 17:1—9; Мк. 9:2—10). и неподвластные земному, но подчиняющие земное себе. Будь и ты Петром — преданным, верным, миролюбивым, чтобы открывать врата Церкви и избегать врат смерти! Будь сыном грома! Ты говоришь: как могу я быть сыном грома? Можешь, если ты возлежишь не на земле, а на груди Господа Ср.: Ин. 13:25; 21:20. . Можешь ты быть сыном грома, если тебя не будет волновать земное, но ты сам будешь сотрясать земное силой своего духа. Пусть трепещет тебя земля и не может тебя схватить! Пусть боится плоть власти твоего духа и, потрясенная, подчиняется! Будешь сыном грома, если будешь сыном Церкви. Пусть и тебе скажет Христос с Креста: Се Матерь твоя (Ин. 19:27)! Пусть и Церкви Он скажет: Се сын Твой (Ин. 19:26)! Тогда ты начнешь быть сыном Церкви, когда увидишь Христа победителем на Кресте. Кто считает Крест соблазном, тот иудей, тот не сын Церкви! Кто считает Крест безумием, тот эллин! См.: 1 Кор. 1:23. Сын Церкви тот, кто считает Крест торжеством и знает голос торжествующего Христа.

6. Итак, знай, что Петр, Иоанн и Иаков не вкусили смерти, потому что они сподобились видеть славу воскресения.

Итак, если мы хотим не бояться смерти, то встанем там, где Христос, чтобы и о нас Он сказал: истинно: есть некоторые из стоящих здесь,, которые не вкусят смерти (Лк 9:27). Недостаточно стоять, если стоять не там, где Христос: ибо единственные, кто может не вкусить смерти, — это те, кто способен стоять со Христом.

Образ воскресения

Итак, знай: потому Пётр, Иоанн и Иаков не вкусили смерти, что удостоились увидеть славу воскресения. Ибо лишь этих троих Он взял с собою дней через восемь после этих слов и взошёл па гору (Лк 9:28). В каком смысле он говорит: дней через восемь после этих слов? Разве не в том, что слышащий и верящий словам Христа увидит славу Христа во время воскресения? Ведь именно на восьмой день произошло воскресение... Или, возможно, сказав, что положить свою душу ради Слова Божьего — это спасти её, Он хотел показать, что исполнит Свои обещания в воскресении. Но Матфей и Марк упоминают, что их взяли «дней через шесть». Мы могли бы сказать: по прошествии шести тысяч лет, ибо тысяча лет перед очами Бога как один день; но насчитывается более шести тысяч лет, и мы склонны рассматривать эти шесть дней как символ: поскольку шесть дней продолжалась работа над сотворением мира, то под временем следует подразумевать работу, под работой — мир.

Евангелисты Марк и Лука замечают, что эти наставления И. Христос предложил вслух всего народа. Но повод к ним дан был прекословием Христу учеников по поводу предсказаний Его о Своих страданиях и смерти. Здесь И. Христос усиливает и утверждает высказанную апостолам мысль о необходимости Своих страданий и смерти: не только Он должен пострадать и умереть, но и всякий верующий в Него должен в этом отношении итти по Его стопам. Смысл здесь данных наставлений тот же, что и в Мф. 10:37—39. 23.

Но, дабы Апостолы не смущались этим, Он тотчас же успокоил их уверением, что некоторые из них увидят Царствие Божие, пришедшее в силе@ (Мк. 9:1).

Иоанн Златоуст, Феофилакт, епископ Михаил и другие толкователи Евангелия полагают, что Иисус Христос разумел предстоящее Преображение Свое, когда говорил, что некоторые из стоящих здесь увидят Царство Божие, пришедшее в силе. Но так как в этом предсказании Христос говорил, несомненно, о таком будущем, до которого доживут только некоторые из слушателей Его, а Преображение совершилось всего лишь через шесть дней, то едва ли можно согласиться с таким толкованием.

Из Апостолов, к которым были обращены эти слова, последним умер Иоанн; к концу его жизни общество верующих во Христа, объединенных любовью к Богу и ближним, было, несмотря на гонения, настолько уже велико, что он действительно удостоился видеть Царствие Божие, пришедшее в силе.

Наконец, пятое изречение (ст. 27): «Истинно: есть некоторые из столиких здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие». Здесь возвещается близость Второго пришествия, о котором только что шла речь. Некоторые из присутствующих при беседе будут еще живы, когда наступит Царство Божье в пришествии Сына Человеческого. Однако, в отличие от евангелиста Марка, Лука, что наглядно следует из его Книги Деяний, совсем не ожидает, будто Второе пришествие вот-вот наступит. Нет, он реалистично считается с долгим временем существования церкви (годы? столетия?). Поэтому слова Иисуса Христа в Евангелии от Луки следует понимать как относящиеся к общению с Иисусом на земле («приблизилось Царствие Божие»), по особенно - к событи; ям воскресения и Пятидесятницы. Вообще же Лука понимает так: откровение Царства Божьего началось в слове и деле Иисуса, а завершится в пришествии Сына Человеческого.

Здесь Господь заканчивает Свою предшествующую речь, – говорит, что многие из стоящих около Него и слушавших Его сию речь не умрут, как наступит (увидят) царствие Божие, т. е. доживут до времени воскресения Его и сошествия Св. Духа, когда царство, т. е. Церковь Его устроится на земле. В Евангелиях Матфея и Марка к словам царствие Божие прибавлено: пришедшее, в силе. Это значит, что Царство Христово или Церковь Его, теперь еще малая и презираемая иудейскими начальниками, с того времени увеличится, распространится по всей вселенной и войдет в великую славу. Некоторые же из свв. отцев относят это видение к последовавшему вскоре затем, Преображению Господню. (28 ст. и дал.) Для вас, как бы так говорит Господь, трудно представить, что Я, Которого вы теперь видите в таком странном виде, приду некогда в небесном величии; но чтобы вы знали что это несомненно будет, Я дам некоторым из вас увидеть это величие теперь же, пока Я с вами: аминь, глаголю (истинно говорю) вам... – и увидеть образ Моего будущего пришествия и славы праведных. И действительно, трое из апостолов видели славу Господню в Его преображении; все, кроме Иуды предателя, стали свидетелями Его воскресения; Иоанн пережил исполнение грозных пророчеств Его об Иерусалиме и видел прекращение ветхозаветных жертв и разрушение храма. А во всех этих событиях полагалось основание духовному царству Христову на развалинах обрядового закона Моисеева (Тр. JL). «Когда же Господь воссел одесную Бога Отца, когда посредством Св. Духа действительно начал устроять из верующих одно богоучрежденное общество Своих последователей – церковь Свою, царствие сие во все страны распространилось с необыкновенною скоростию; тогда не обинуясь могли Апостолы сказать Господу на Его предсказание, что «воистину, еще не вкусив смерти, видели они царствие Божие, пришедшее в силе» (Фил. м. М.).

«Говорю же вам истинно: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие (Лк 9:27). Под Царствием Божиим Иисус подразумевает зрение славы, в которой Он явится в откровении жителям земли. Он придет в славе Бога Отца, а не в скромном виде как наш. Как Он сделал тех, которые получили обещание, свидетелями такого удивительного события? Он всходит на гору, взяв с Собой избранных учеников. Он преобразился в такое превосходящее и божественное свечение, что Его одежды даже сверкали лучами огня, и казалось, что Его тело светится. Притом Моисей и Илия стояли рядом с Иисусом и беседовали друг с другом об исходе Его, который Ему надлежало, сказано, совершить в Иерусалиме {Лк 9:31). Это означало тайну исхода во плоти и заповедных страданий на кресте. Так же истинно и то, что закон Моисеев и слово святых пророков предвозвестили тайну Христа. Закон Моисеев предвестия это образами и тенями, выводя это как на полотне. Святые пророки различными способами свидетельствовали прежде, что в положенный срок Он явится в нашем обличье ради спасения всех нас и дарования жизни, согласится умереть на древе. Моисей и Илия, стоя перед Ним и разговаривая друг с другом, являли собой некое изображение. Это прекрасно показало, что наш Господь Иисус Христос имеет в качестве охраны закон и пророков. Это показало, что Христос — Господь закона и пророков, как провозглашено в их предсказаниях, которые согласуются друг с другом. Слова пророков не отличаются от учений закона. Я подозреваю, что именно об этом говорили между собой наибольший священник Моисей и отличенный из всех пророков Илия.

И затем Иисус говорит о том, что есть среди стоящих здесь люди, которые не успеют узнать смерти, как увидят Царство Бога. Это один из самых трудных и дискутируемых текстов Нового Завета. Если читать его в свете того, что было сказано выше, то наступление Царства не может не означать Парусию Сына человеческого в славе Отца с Его ангелами, за которой последует Суд над грешным и безбожным поколением. Конечно, Царство воплощено в самом Иисусе, в Его словах и делах, но оно прикровенно, незаметно для большинства, которое часто считает деятельность Иисуса неудачной, малоэффективной. Когда говорится о том, что некоторые не успеют умереть, логично предположить, что наступление Парусии ожидается довольно скоро, но в пределах нескольких десятков лет, а не нескольких дней. Увидят его при жизни не все, а остальные к этому времени, вероятно, умрут.

Произошло ли это? Одни считают, что речь идет не о физической, а о духовной смерти; другие – что пришедший на Царство Сын человеческий был явлен через восемь (у Марка и Матфея шесть) дней трем ученикам во время Преображения, или апостолам и другим ученикам после воскресения Иисуса, или всем братьям во время дарования Святого Духа в Пятидесятницу, или Царство явило себя в жизни христианской Церкви. Высказывалось даже предположение, что это осуществилось в разрушении Иерусалима в 70 г. Здесь перечислены не все, а только наиболее распространенные мнения. Уже само их разнообразие и многочисленность свидетельствует о трудности проблемы, об отсутствии такого ее решения, которое убедило бы всех.

Но есть и другая точка зрения: это событие еще не произошло. Иисус, будучи истинным Человеком, в Своей земной жизни не мог обладать полнотой знания. Он сам говорит, что о наступлении того Дня известно только Отцу: «А о дне том и часе не знает никто: ни ангелы на небесах, ни Сын» (Мф. 24:36; Мк. 13:32). Если мы всерьез воспринимаем Его слова, а также принимаем неизбежность ограниченности Его земного знания (иначе мы рискуем впасть в ересь докетизма¹), мы должны признать, что срок еще не наступил, что зерно Царства еще только прорастает, незаметное для многих.

Кроме того, в ранней Церкви было предложено еще одно решение проблемы – и очень убедительное. Автор 2-го письма Петра, говоря о том, что появились люди, которых сильно смущала задержка с наступлением Царства, наставляет своих слушателей: «Любимые мои, вот чего вы не должны забывать: для Господа один день – что тысяча лет и тысяча лет – что один день. Господь не медлит с обещанным, даже если некоторые считают это промедлением. Наоборот, Он очень терпелив к вам, Он не хочет, чтобы кто-либо погиб, но хочет, чтобы все раскаялись» (3:8-9). Итак, сам Бог, из любви и милосердия, мог изменить Свой первоначальный план и отложить День Суда. Если Он может сократить дни страданий (Мф. 24:22), Он может передвинуть и срок наступления Конца. «Бог может отменить собственную священную волю»².

Но главное в этом стихе не столько предсказание конкретных событий, сколько торжественное уверение в том, что Царство Бога неизбежно наступит и Сын человеческий претерпевший страшную и унизительную смерть, по мнению многих наглядно доказывавшую ложность Его мессианских притязаний, придет как Царь и Судья.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 229-231++

Открыв ученикам тайну предстоящих ужасов Своей земной кончины, Спаситель однако не оставил их в безпомощном состоянии, а подтвердил веру их вскоре последовавшим затем славным откровением величия Своего Божества.

не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие. См. ком. к Мк. 4:11-32.

взошел Он на гору. Местом преображения принято считать гору Фавор.

Обличив неуместное прекословие ученика, Иисус Христос обратился ко всему народу и распространил на всех своих последователей учение о кресте и самоотвержении. он говорил всем, «не принуждая, но отдавая на произволение» (свт. Афанасий александрийский): аще кто хощет по Мне идти, да отвержется себе и возмет крест свой и по Мне грядет. отвергнуться себя, по изъяснению святителя Филарета Московского, – «не значит бросить душу и тело без внимания, без попечения, но разве отвергнуть пристрастие к телу и его удовольствиям, к жизни временной и ее благополучию, и даже к наслаждениям душевным, почерпаемым из неочищенной природы, к желаниям собственной воли, к любимым понятиям собственного мудрования, а под именем креста нашего должно разуметь всякую по судьбам Божиим нас постигающую скорбь, лишение, уничижение, страдание и многострадальную или бедственную смерть». не возлагая на нас своего великого креста, которого мы не могли бы понести, «он заповедует только взять каждому свой собственный, т. е. быть готовым перенести столько страданий, искушений, внешних, внутренних, сколько на каждого в особенности наведет наказующая, очищающая и вместе милующая судьба всем управляющего Провидения». Что путь самоотвержения есть путь спасительный, Господь подтвердил следующими словами: иже бo аще хощет душу свою спасти – для жизни временной, погубит ю – для жизни блаженной в вечности, и иже аще погубит душу свою – здесь, не пощадив своей жизни Мене ради и Евангелия, обрящет ю – для блаженной вечности. Кая бо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит, или что даст человек измену за душу свою? Иже бо аще постыдится Мене и Моих словес в роды сем прелюбодейнем и грешнем, и Сын Человеческий постыдится его, егда приидет во славе Своей и Отчей, со Ангелы Своими, и тогда воздаст комуждо по деянием его. но и до открытия вечного Царства Христова некоторые удостоятся узреть царство Его еще здесь – на земле: аминь глаголю вам, заключил свою речь Господь, – суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, Дóндеже видят Сына Человеческаго, грядуща во царствии Своем, и Царствие Божие, пришедшее в силе.

 Аминь глаголю вам, (яко) суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дóндеже видят Сына человеческаго грядуща во царствии Своем. (Мф. 16:28).
Иудеи, от дней родоначальника своего Авраама, ожидали некоего блаженного царствия, долженствовавшего устроиться чрез обетованное семя, в котором по обетованию благословятся все народы земли: но более четыредесяти родов от Авраама вкусили смерть прежде, нежели явилось обетованное семя и ожидаемое царствие. Итак, весьма важно было для них узнать, что есть уже люди, которые доживут до явления сего царствия. «Суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дóндеже видят Сына человеческаго, грядуща во царствии Своем». Христиане! Мы не ожидаем с иудеями мечтательно блаженного царствия земного, мирского, чувственного, но чаем по вере царствия духовного, царствия небесного, царствия собственно Божия. Однако не уподобляются ли некоторые из нас иудеям в том, что пределы ожидаемого царствия Божия полагают далее гроба. Не есть ли потому и для нас новое, и, дабы мы не оставались в неведении о истине, давно возвещенной, весьма нужное учение, что есть и должны быть люди, которые встречаются с царствием Божиим ближе гроба? «Суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дóндеже видят Сына человеческаго, грядуща во царствии Своем». Царство Иисуса Христа Сына Божия есть царство всех веков. Псалмопевец написал, Апостол истолковал изречение Псалмопевца о Сыне Божием: «Престол твой, Боже, в век века» (Евр. 1:8). И да не подумает кто, что сим означается только вечность в будущем, или бесконечное царствие Сына Божия: ибо тот же Апостол, и в том же рассуждении о Сыне Божием, говорит, что «Им... и веки сотворены, и ...носит Он всяческая глаголом силы своея» (Евр. 1:2-3); следственно, Его царственное могущество вечно в полном знаменовании сего слова, как не имеющее ни временного начала, ни временного конца; и действительно владычествует Он над тварями во все продолжение существования тварей. Посему царство Сына Божия в отношении к Самому Сыну Божию, не только будет, но и есть и было; не грядет, но пребывает; не ограничивается какими-либо пределами, но простирается беспредельно.
Как же вопрошают Господа ученики: «аще в лето сие устрояеши царствие Израилево» (Деян. 1:6)? Что такое проповедует Иоанн: «приближися царствие небесное» (Мф. 3:2)? Один предполагает, что царствие небесное было далеко; другие думают, что царствие Израилево, под именем которого, без сомнения, разумеют царство Иисуса Христа Сына Божия, еще не устроено. Так говорится о царствии Сына Божия в отношении к человекам. Царствие небесное далеко, если оно не познается человеками; оно еще не устроено, когда человеки не устрояют себя в члены и орудия оного. Царствие небесное приближается, когда познается человеками; устрояется, когда они «созидаются в жилище Божие духом» (Еф. 2:22). Пoелику же и для человека, в полном устройстве является и познается царствие небесное в небесах, Божие в Боге, и сие может быть только тогда, когда «узрим Его лицем к лицу» (1 Кор. 13:12), «якоже есть» (1 Ин. 3:2); когда «будет Бог всяческая во всех» (1 Кор. 15:28), а сие может быть не прежде, как по разрешении от смертнаго тела, которое, по выражению Апостола, "устраняет нас от Господа» (2 Кор. 5:6); то и есть основание мыслить, как мыслят обыкновенно, что царствия небесного должно ждать каждому сыну царствия не прежде смерти земного тела своего, а всем не прежде, как и вся «земля, ...и яже на ней дела сгорят» (2 Пет. 3:10).
Но между вечным царствием Божиим, долженствующим открыться в человеках после временной жизни и преходящего мира, Господь указует некий средний вид Своего царствия, не совсем непостижимого, и не совсем открытого, частию будущего, частию настоящего, для одних искомого и ожидаемого, для других обретаемого и действительного. «Суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дóндеже видят Сына человеческаго, грядуща во царствии Своем». Кто стояли там окрест Господа, когда Он изрек сие таинственное предсказание? В их жизни надлежит усматривать, как оное исполнилось, и что значило. Кто же стояли там? Из повествования евангельского видно, что то были двенадцать Апостолов, и что Иисус ко «учеником Своим» (Мф. 16:24) говорил о Своем близком пришествии во царствии Своем, или, по выражению другаго Евангелиста, «о видении царствия Божия, пришедшаго в силе» (Мк. 9:1). Как же увидели сие Апостолы прежде, нежели вкусили смерть, и которые из них особенно сие увидели?
Иисус Христос явился в мире, «зрак раба приим» (Флп. 2:7), сокрывая силу Своего царствия, или только начатки оного являя в могущественном слове и чудесах. Так было, без сомнения, до крестной смерти Его. Но и по воскресении Он торжественно возвестил о Себе ученикам своим, что «дадеся Ему всяка власть на небеси и на земли» (Мф. 28:18): следственно, с самого воскресения Его начали они «видеть Сына человеческаго, грядуща во царствии Своем». Когда потом возшел Он на небеса, воссел одесную Бога Отца, и вновь явился грядущим на землю, ниспосылая Духа Святого на Апостолов и прочих верующих, когда посредством сего Духа, действительно начал устроять из верующих одно благоучрежденное общество Своих последователей, церковь Свою, царствие Свое, когда царствие сие из Иудеи во все страны света распространилось с такою скоростию, что при жизни Апостолов простиралось уже от Индии до Испании, от Скифии до Ефиопии, с такою силою, что гонения Кесарей победило кровию мученичества: тогда, не обинуясь, могли Апостолы сказать Господу на Его предсказание, что воистину, еще «не... вкусив смерти, ...видели они царствие Божие, пришедшее в силе».
Но не трудно приметить, что в сем значении, видение Сына человеческого, грядущего во царствии Своем, и царствия Божия, пришедшего в силе, с малым неравенством принадлежало всем Апостолам, кроме Иуды предателя: Господь же усвояет обещанное видение только некоторым из них: «суть нецыи от зде стоящих». Посему невольно возобновляется вопрос: кто сии некоторые?
Для ответа на сие, простого, но тем не менее верного, не станем умствовать, а прочитаем евангельское повествование, как оно есть. «Суть нецыи от зде стоящих, – глаголет Господь, – иже не имут вкусити смерти, дóндеже видят Сына человеческаго, грядуща во царствии Своем. И по днех шестих, – продолжает Евангелист, – поят Иисус Петра и Иакова и Иоанна брата его, и возведе их на гору высоку едины, и преобразися пред ними» (Мф. 16:28-17:1–2). На что бы с такою точностию означать Евангелисту промежуток времени между предсказанием о скором пришествии Сына человеческого во царствии Своем и между чудесным действием преображения Господня, если бы между сими случаями не полагал Он тесной связи, если бы, то есть, случившееся ровно чрез неделю после предсказания не было событием предсказания? Итак, нецыи от стоявших окрест Иисуса, именно Петр, Иаков и Иоанн увидели его грядуща во царствии Его, увидели царствие Божие пришедшее в силе, когда увидели Его славное преображение. Божество Иисуса просияло сквозь Его человечество; Моисей законодатель, как раб, предстал Владыке закона; Илия ревнитель единого, истинного Бога, пришел поклониться Богочеловеку; глас Бога Отца возвестил возлюбленного Сына и приглашал к повиновению Ему, яко царю: «того послушайте» (Мф. 17:5); блаженная сила царствия небесного проникла и восхитила Апостолов, и жизнь небесная едва не поглотила в них земную; так что возвращение от небесного видения к земным ощущениям казалось им пробуждением от сна, или, может быть, не прилично ли было бы назвать сие погружением из бодренной жизни небесной в полусонную жизнь земную.
Прекрасное видение – подумают, может быть, некоторые: но что до того нам, когда и обещал оное Господь немногим избранным, а теперь и событие уже миновало? А я думаю, что во всей земной жизни Господа нашего Иисуса Христа едва ли есть что-нибудь такое, что бы до нас не касалось. Не для нас ли Он на земле родился, жил, умер, и воскрес? Не для нашего ли спасения все и глаголал и творил? И как верно то, что соделал Он все для нас потребное, так верно и то, что не сделал ничего излишнего. Надобно было, чтобы Он после явления Своего во зраке раба, но прежде последнего славного Своего пришествия предварительно и тайно пришел во царствии Своем; надобно было, чтобы ученики Его, еще не вкусив смерти, хотя на мгновение ока увидели царствие Божие, пришедшее в силе; сего требовал всеобщий закон постепенности, соблюдаемый в действиях и откровениях Божиих; сие частное явление царствия небесного нужно было для приготовления к трудному и не скорому полному откровению оного. А сие служит указанием и для нас, да еще в настоящем житии нашем «откровеным лицем славу Господню взирающе, в тойже образ преобразуемся///» (2 Кор. 3:18). Надобно, чтоб и мы, сперва подвизаясь в покаянии, в делании заповедей, как рабы, потом чрез веру, молитву, любовь соделались из рабов сынами Божиими, преобразились внутренно из земных человеков в небесных, дабы, наконец, могли воскреснуть и вознестись в славную жизнь и в царствие небесное. В ком прежде смерти нет царствия Божия, пришедшего в силе: тот после смерти не приидет в царствие Божие, пребывающее во славе. Аминь.