Евангелие от Луки 6 глава 37 стих

Мы слышали в святом Евангелии спасительнейшую заповедь прощать брату, который согрешит против нас. Не довольно сделать сие однажды, напротив всякой раз, когда только согрешит против нас ближний, мы должны прощать ему, если он будет просить у нас прощения. И аще седмищи на день согрешит к тебе, и седмищи на день обратится, глаголя: каюся, остави ему (Лк. 17:4).

Когда ты слышишь, что должно прощать семь раз в день; то разумей, что это значит всегда: ибо седмеричное число обыкновенно приемлется в значении всеобщности. В сем-то значении говорится: седмерицею падет праведный, и востанет (Притч. 24:16); т. е. сколь многим ни подвергался бы праведник напастям, никогда не оставляется без помощи, но бывает избавляем от всех своих бедствий. В том же смысле говорится: седмерицею днем хвалих Тя (Пс. 118:164). Выражение: седмерицею днем, однознаменательно с другим местом Писания: выну хвала Его во устех моих (Пс. 33:2). Ибо не тогда только мы прославляем Господа, когда произносим устами хвалу Ему, а безмолствуя, будто уже и не хвалим Его; напротив всеми добрыми мыслями, всеми действиями и расположениями нашими мы хвалим Того, от Кого прияли сии дары. Мы знаем, что Апостолы просили, да приложится им вера (Лк. 17:5). Ужели ж сами они произвели в себе начатки веры, а от Бога просили только умножения оной? Нет, Они молились, чтобы Тот, Кто начал, Сам и совершил начатое, как говорит Апостол: начный дело благо в вас, совершит е (Флп. 1:6). И что иное показывает, возлюбленные, недавно петый нами псалом: настави мя, Господи, на путь Твой, и пойду во истине Твоей (Пс. 85:11)? Давид не говорит: введи меня на путь Твой, — хотя и сие творит Сам же Господь; но он молит о том, дабы Бог, введя его на путь свой, не оставлял уже никогда. Следственно мало того, чтобы ввесть только на путь; надобно еще и провесть по сему пути, и привесть в отечество. Итак, поелику всякое благо приемлется нами от Бога; то каждый раз, когда только совершаем доброе дело, с мыслию о Подателе всех благ, — мы хвалим Бога. Если же, провождая добродетельную жизнь, мы непрестанно хвалим Бога: то и благословим Господа на всякое время, и хвала Его выну да будет во устех наших. — Седмерицею днем хвалих Тя, говорит Пророк, разумея под седмеричным числом всякое время.

Итак, аще седмищи на день согрешит к тебе брат твой, и седмищи на день обратится, глаголя: каюся, остави ему. Не тяготись прощать кающемуся брату. Если б ты сам не был должником, то без всякаго опасения мог бы быть строгим истязателем ближняго. Но ты, имеющий у себя должника, ты сам должник, и должник пред Тем, Кто ничем никому не должен: смотри же, как поступаешь ты с своим должником, так и Бог поступит с тобою. Внимай, и трепещи: да возвеселится сердце мое боятися имени Твоего, говорит Писание (Пс. 85:11). Если ты веселишься, когда тебе даруется прощение; то вместе и трепещи, когда сам отказываешь в прощении. А сколь велик должен быть твой трепет, сие показал Спаситель в Евангельской притче о том рабе, с коим господин начал считаться, и нашел, что он должен ему стами тысячами талантов: господин, сказано, повелел продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и возвратить долг (Мф. 18:25). Но раб, повергшись к ногам господина, начал просить его об острочке, и получил прошение. Вышедши же от господина свободным от всего долга своего, сей раб обрете единаго от клеврет своих, иже бе должен ему стом пенязь, и ем его давляше, глаголя: отдаждь ми, имже еси должен (Мф. 18:28). Смотри, раб, получив прощение, возрадовался в сердце своем; — но однакож не убоялся имени Господа Бога своего! — Товарищ-должник говорил ему тоже самое, что и он своему господину: потерпи на мне, и вся воздам ти (ст. 29). Но раб сказал: нет, отдай мне ныне же. Когда возвещено было о сем господину; то он, как вы знаете, не только укорил сего жестокосердаго раба, но и тот долг, от котораго прежде было освободил его, опять возложил на него, и повелел заплатить все, что давал ему. — О, какой трепет должен при сем проникнуть нас, братия мои, если есть в нас вера, если мы внимаем Евангелию, если убеждены в неложности слов Господа! Убоимся; будем осторожны; будем беречь самих себя; будем прощать.

Да и что ты теряешь тогда, когда прощаешь ближнему? Ты даешь не деньги, а прощение; хотя и при издержке денег ты не должен быть подобен сухому древу. Посредством денег, ты помогаешь бедному; посредством прощения, ты слагаешь вину с грешника: то и другое видит Господь, за то и другое награждает, то и другое внушает он делать сими словами: отпущайте, и отпустят вам: дайте и дастся вам (Лк. 6:37, 38). Но ты и не прощаешь, и не подаешь просящим, а питаешь в сердце гнев, и бережешь свое богатство. Воздерживайся хотя от гнева, если не можешь загладить вину раздаянием богатства. Не пользуют сокровища беззаконных (Притч. 10:2), — это не моя мысль, а Божия. Кто читал, тот знает это. Я читал и говорю, уверовал и проповедую, что сокровища не спасают беззаконных. Оне кажутся только полезными, но на самом деле не таковы. Ужели ж оне безполезны и в настоящей жизни? — Полезны, но мало; а в последний день оне ни сколько не помогут! Если ты будешь беречь сокровища, то не получишь от них никакой пользы; а если будешь пренебрегать ими, то оне принесут тебе пользу. Ты окажешься праведным, когда будешь любить правду: ибо не имея к ней любви, ты не можешь иметь ни твердости, ни воздержания, ни чистоты, ни нежности. Да и другими душевными благами ты можешь возпользоваться, если только будешь питать к ним любовь; богатство же наилучшим образом употребишь тогда, когда не будешь любить оное. А если ты любишь богатство, то хоть устрой ему хранилище на небе. Когда ты боишься, чтобы оно не погибло; сокрой его в безопаснейшем месте. Не думай, чтобы раб твой был вернее Господа в хранении твоих сокровищь. Не слышишь ли, что говорит Он: скрывайте себе сокровище на небеси (Мф. 6, 20)? Видишь, Господь повелевает тебе не терять сокровищь, а только перенесть их в другое место: собирайте себе сокровище на небеси, где тать не крадет, и где моль не истребляет; идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6, 21). Но ты скрываешь свое богатство в земле; и вместе с ним в земле же зарываешь и свое сердце. Что станется с сердцем твоим, лежащим в земле? Оно подвергнется там гниению, истлеет, обратится в прах. Горе вознеси то, что любишь; туда устреми любовь свою, и не думай, будто ты получишь некогда тоже самое, что теперь полагаешь. Ты полагаешь смертное, а получишь безсмертное; полагаешь временное, а получишь вечное; полагаешь земное, а получишь небесное; наконец, ты раздаешь то, что даровал тебе Господь твой, и опять получишь за сие награду от самаго же Господа твоего. Но ты скажешь: как мне положить сокровища на небеси? Посредством каких машин я поднимусь туда, с моим сребром и золотом? Что тебе заботиться о машинах? Ты и без них перенесешься на небо. Тебя перенесут туда бедные, за терпение скорбей в мире им дарована такая сила. И в сем случае ты делаешь не более, как обмен; даешь здесь, а там получаешь. Точно, если ты здесь дашь, то получишь там, и получишь от Того, Кому ты дал. Только подавая милостыню не помышляй о бедном, одетом в рубище, — памятуй, что сказано: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25:40). В лице беднаго богатый принимает Того, Кто сотворил беднаго; от богатаго приемлет Тот, Кто создал богатаго, и приемлет то, что сам дал ему. Итак ты даешь Христу не свое, а даешь Ему Его же собственность. Почему ты гордишься тем, что собрал на земле великое богатство? Вспомни, каков ты пришел сюда. Все имение свое ты приобрел на земле, и притом, злоупотребляя великими стяжаниями своими, еще надмеваешься! Не изшел ли ты нагим из чрева матери? — Дай же, дай, чтобы не потерять тебе своего стяжания. Что ты дашь на земле, то возвратишь на небе; а если не дашь, оставишь же здесь; впрочем дашь, или не дашь, все однакож ты преселишься отсюду.

Но скупец, не хотящий уделить бедному от избытков своих, всегда найдет какое нибудь оправдание, хотя нелепое, достойное порицания, и тяжкое для слуха верующих. Он говорит: «если я дам другому, то сам не буду иметь; наделивши многим, сам буду нуждаться, а после того принужден буду и для себя искать пособия у других: нет, мне надобно иметь в избытке все нужное, не только для пищи и одежды, не только для своего дома и семейства, но и на всякой непредвиденный случай, — дабы было у меня, чем бы защитить себя от злаго человека, чем бы спастись от беды (ибо каких случаев не бывает в жизни человеческой!); надобно же беречь то, от чего зависит моя безопасность». Вот что говоришь ты, желая сберечь свои сокровища! Но что можешь ты сказать в свое оправдание, когда не хочешь простить согрешившаго? Ежели тяжко тебе подать милостыню бедному; по крайней мере, не откажи в прощении раскаевающемуся. Что ты потеряешь, сделавши это? Знаю, что ты теряешь; знаю, что ты губишь; но эта потеря служит тебе ко благу. Ты губишь гнев, теряешь негодование, изгоняешь из сердца своего ненависть к твоему собрату. Но если все это останется в твоем сердце, то где ты будешь? Ежели останутся в тебе гнев, негодование, вражда: то что оне из тебя сделают? Какого зла не будешь ты тогда виновником? Послушай, что говорит Писание: всяк ненавидяй брата своего, человекоубийца есть (1 Ин. 3:15).

Итак, если брат мой и семь раз в день согрешит против меня, я должен простить ему? Прости; это заповедал Христос, заповедала та Истина, которой ты пел: настави мя, Господи, на путь Твой, и пойду во истине Твоей. Не бойся; — она не обманывает тебя. Но в таком случае, скажешь ты, не будет никакого исправления; все пороки останутся без наказания; а известно, что человек безбоязненно грешит, когда уверен, что он во всякое время получит прощение. Нет; пусть бодрствует строгость, пусть не дремлет и благоснисходительность. За чем думать, будто ты воздаешь злом за зло, когда вразумляешь согрешающаго? Ты в сем случае воздаешь добром за зло; и худо бы поступил ты, еслиб не употребил наказания. Иногда впрочем и самое наказание умеряется благоснисходительностию; однакож оно должно быть употребляемо. Иное дело — вовсе не употреблять наказания по нерадению; и совсем другое — умерять наказание благоснисходительностию. Итак пусть бодрствует строгость: прощай, и вместе наказуй!

Воззрите на самаго Господа; послушайте самаго Господа; помыслите, Кому мы — бедные каждодневно взываем: остави нам долги наша (Мф. 6:12)! Ты скучаешь, когда брат твой неотступно умоляет тебя: «прости мне, каюсь пред тобою!» А сам ты сколько раз это же говоришь Богу? При какой молитве не произносишь ты сего прошения? Ужели ж хочешь, чтобы Бог сказал тебе: «вот Я вчера простил тебе, третьяго дня простил, столько-то дней прощал; доколе еще прощать?» Ужели хочешь, чтобы Он сказал тебе: «ты всегда приходишь ко Мне с этою молитвою, всегда говоришь: остави нам долги наша; всегда бьешь в сердце свое, но оно, как железо твердое, не смягчается?»

Но поелику в речи своей мы упомянули о наказании, то можно еще спросить: ужели Господь Бог наш не прощает нам согрешений наших, когда мы с верою взываем к Нему: остави нам долги наша? Ежели ж Он прощает нам; то как же о Нем сказано и написано: егоже любит Господь, наказует (Евр. 12:6)? Но, может быть, наказует только словами? биет же всякаго сына, егоже приемлет. Дабы грешный сын не воспротивился терпеть бичевания, то для сего Сам Единородный, безгрешный благоволил подвергнуться оным. Итак наказуй, только изгони гнев из сердца. Ибо Сам Господь в притче о должнике, получившем прощение всего долга своего и не помиловавшем своего клеврета, сказал: тако и Отец Мой небесный сотворит вам, аще не отпустите кийждо брату своему от сердец ваших (Мф. 18:35). Бог видит сердце, в нем прощай брату своему; не изгоняй оттуда любви; употребляй спасительную строгость; люби и поражай; люби и наказуй!

Ласки твои бывают иногда хуже суровости. Когда же именно? Когда ты не обличаешь грехов, и эти грехи погубляют того, кому ты, потворствуя, оказываешь безразсудную любовь. Слово твое пусть будет иногда сурово, иногда жестоко: чего требует исправление, так и должен ты поступать. Грех опустошает сердце, возмущает внутренность, умерщвляет ум, губит душу: сжалься над грешником, порази грех! Чтобы яснее уразуметь слова мои, представьте себе, возлюбленные, следующий пример. Один неосторожный мальчик хотел сесть на траве, в коей скрывалась змея. Если бы он сел здесь, то непременно был бы уязвлен и умер бы. Два человека увидели это. Один из них сказал мальчику: «не садись тут»; но он не послышал его, и пошел на место, где угрожала ему погибель. Другой сказал: «мальчик не хочет слушать нас; надобно схватить его, удержать, отклонить; надобно употребят удары; сделаем, что только можем, — спасем человека!» — Но товарищу отвечал: «оставь его, не бей, не огорчай, и не оскорбляй его». Который из сих двух людей истинно милосердый? Снисходительный ли, который готов был попустить, чтобы человек погиб от змеи; или строгий, который старался избавить его от опасности? — Так и вы с разсудительностию наказывайте подчиненных своих; употребляйте для исправления нравов их и строгия меры. Будьте благожелательны; прощайте от сердца; да не будет в нем места гневу. Гнев в начале своем есть как бы малый сучек, на который не стоит обращать и внимания. Он сперва тревожит глаз, как сучек: смятеся от ярости око мое (Пс. 6:8), а потом этом сучек питается подозрениями, с течением времени более укрепляется, и наконец делается великим бревном. Закоренелый гнев становится ненавистию; а где ненависть, там и человекоубийство: всяк ненавидяй брата своего, говорит Писание, человекоубийца есть (1 Ин. 3:15). И между тем есть люди, кои, питая в сердце своем ненависть, иногда укоряют еще других за гневливость! Как! ты сам питаешь ненависть, а укоряешь гневающагося? Что же видиши сучец, иже во оце брата твоего, бревна же, еже есть во оце твоем, не чуеши (Мф. 7:3)?

В заключение слова, помолимся Господу, да благоволит Он даровать нам то, что Сам заповедует: отпущайте, и отпустят вам, дайте, и дастся вам (Лк. 6:37, 38).

Грех осуждения

Дар милосердия бывает двоякий: когда оставляется отмщение и когда выказывается человеколюбие. Две эти вещи Господь кратко охватил в таких словах: Прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам (Лк 6:37-38). Это делание много значит и для очищения сердца, чтобы, насколько это дозволено в здешней жизни, мы оказались способными созерцать неизменную сущность Божию в чистом мышлении. Ведь нечто держится перед нами,  что нужно рассеять, чтобы взор наш вырвался в свет. Потому Сам Господь говорит: Подавайте лучше милостыню из того, что у вас есть, тогда все будет у вас чисто (Лк 11:41). Потому следующий, шестой уровень — это очищение сердца.

Виды милостыни

Настало время ежегодного возвращения Четыредесятницы, и в это время нужно предложить вам наше увещевание, поскольку и вы обязаны предложить Господу дела ваши, подобающие такому времени, но не Господу могут они оказаться полезными, а самим вам... Давайте же при помощи наших молитв к милостыне и посту присоединим крылья благочестия, на которых им легче будет взлететь и достичь Бога. Душа христианская знает, как далеко  надлежит ей отступить от похищения чужой вещи, ведь она чувствует, что даже и то похоже на похищение, когда от своего избытка она не уделяет нуждающемуся. Господь говорит: Давайте, и дастся вам; прощайте, и прощены будете (Лк 6:37-38). Это — два рода милосердия, раздаяние и прощение; станем же кротко и со рвением делать это, ведь мы молимся, чтобы нам от Господа уделено было благое и не было воздано за наше зло. А Он говорит: Давайте, и дано будет вам.

***

Прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам (Лк 6:37-38). Это два крыла молитвы, которыми взлетает она к Богу: если человек в отношении вверенного ему прощает провинившегося и дает нуждающемуся.

***

Потому мы вправе надеяться на Божие милосердие, если только нищета наша не скупа на дела милосердия. Чего ты просишь у Господа? Милосердия. Давайте, и дано будет вам (Лк 6:38). Чего ты просишь у Господа? Прощения. Прощайте, и прощены будете (Лк 6:37).

***

Твори милостыню и получишь милостыню. Извиняй, и получишь извинение. Будь щедрым и получишь щедрость. Послушай слова Господа: Прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам (Лк 6:37-38). Всегда помните о бедных. Всем вам говорю: творите милостыню, братья мои, творите и ничего не потеряете. Поверьте Богу. Говорю вам: не только не потеряете ничего из того, что дали бедным, но твердо вам говорю: только это одно и не потеряете, а остальное все потеряете. Вот, посмотрим, сможете ли вы сегодня их порадовать; станьте их житницами, чтобы дал вам Бог откуда давать и простил, если в чем вы согрешили.

В заключение Господь требовал, чтобы во всякой нужде мы непременно обращались с молитвой к Богу, – в отношении к ближнему всегда держались того правила, чтобы наша любовь к ним не была слабее любви к нам самим, – самих себя приучали всегда идти тесным путем, остерегались лжеучителей и познанное исполняли.

Утвердив сии правила жизни для своих последователей, Господь тем положил существенные черты различия их праведности от праведности фарисейской и твердое основание внутреннему образованию своего избранного общества. Но не только для тогдашнего времени и для известных лиц, они должны были служить законом и руководством для всех вообще последователей Его, поелику основывались на вечных законах святости Божественной и на коренных началах нравственности, утвержденных Творцом в природе человеческой.

Избранные нигде прежде не учились, исключая только того, что некоторые несколько времени находились в числе учеников Иоанна: таковы были Андрей, Иоанн. Господь избрал доказавших Ему свою любовь и привязанность к Нему, доверчивых, как детей, не зараженных мечтами ложного просвещения и предоставил Себе уже их образование, и учил их не только словом, но и делом, одних и пред народом, в доме и на пути, на суше и на море: что было темного для других, то им объяснял: имел их постоянными свидетелями своей жизни и деяний, постепенно изглаждал предрассудки, принесенные из учения Иудейского, не устранял от них все случаи ошибки, но обращал оные им самим в урок, позволял им рассуждать друг с другом о предметах, близких к их знанию, но не оставлял замечать, что Ему известны не только их беседы между собой, но и тайные помышления человеческие, умерял их сердечные движения и приводил в согласие с их обязанностями. Одним словом – очищал и просвещал их ум и сердце, приготовлял к полнейшему излиянию в них Духа истины и освящения. Сперва они были в отношении к Господу, как ученики; при конце своего поприща Он уже назвал их своими друзьями (Ин. 15:14–15), потому что ничего не скрывал от них; наконец братьями.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 110-111++

Мы не должны быть слишком строгими судьями других, потому что сами нуждаемся в снисхождении. «Не судите, и не будете судимы, — говорит Господь, — не осуждайте и не будете осуждены». Бог не будет судить и осуждать вас, и люди не будут. Те, кто милостив по отношению к репутации других людей, найдет и их милостивыми по отношению к себе. Если мы живем духом добра и прощения, нам дано будет узнать, что это за благо: «прощайте и прощены будете». Если мы простим оскорбление, нанесенное нам другими, другие простят нам наши обидные слова. Если мы прощаем плохие поступки других против нас, Бог простит нам наши плохие поступки против Него. 

Осуждение ближияго в основании своем имеет или горделивое сознание своих нравственных совершенств (Лк. 18:10 и д.), или желание осрамить ближняго, пронесть про него дурную молву, или же то и другое вместе; даже в легких пересудах, которые бывают большею частию в обыденной жизни, нельзя в собеседниках не подметить всегда сопровождающаго эти пересуды чувства злорадования о недостатках ближняго, хотя оно иногда и прокрывается выражением сожаления о последнем. Между тем, с одной стороны, нет ни одного порока, ни одной страсти, которые не могли бы зародиться в каждом человеке и которых поэтому он мог бы не опасаться, с другой — осуждение ближняго, очевидно, решительно противоречит христианской любви к ближним. Поэтому так и случается, что чем более кто усовершенствовался в нравственном самоиспытании и в ком есть истинная любовь к ближнему, тот всего менее склонен к осуждению ближних; при суждении о ближнем он, напротив, постоянно стремится усмотреть в нем что-либо доброе и достойное похвалы. И наоборот, люди лицемерной праведности, внутри полные страстей, всего более склониы к осуждению. Таковы и были фарисеи. Против них здесь Христос и направляет свою речь

Что значат слова: «не судите, и не судят вам: и не осуждайте, да не осуждены будете» (Лк. 6:37)?

...

Ответ. Поскольку Господь иногда говорит: не судите по наружности, а иногда повелевает: но судите судом праведным (Ин. 7:24), то не вовсе запрещается нам судить, а показывает различие суда. А за что следует судить и за что нет, ясно предал нам апостол, когда, в рассуждении того, что предоставлено произволению каждого и не определено в Писании, говорит: А ты что осуждаешь брата твоего? (Рим. 14:10); и еще: Не станем же более судить друг друга (Рим. 14:13); а в рассуждении того, что не угодно Богу, обличает не осуждающих и сам от себя произносит суд, говоря: А я, отсутствуя телом, но присутствуя у вас духом, уже решил, как бы находясь у вас: сделавшего такое дело, в собрании вашем во имя Господа нашего Иисуса Христа, обще с моим духом, силою Господа нашего Иисуса Христа, предать сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа (1 Кор. 5:3-5). Поэтому если что зависит от нашего произволения, иногда даже бывает и неизвестным, за то не надобно осуждать брата, по сказанному у апостола о неведомом: Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения (1 Кор. 4:5). Но защищать суды Божий — непререкаемая необходимость, чтобы умалчивающему самому не вкусить гнева Божия, разве кто, делая то же, что и обвиняемый, не посмеет осудить брата, слыша Господа, Который говорит: вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мф. 7:5).

Предыдущие высказывания говорили о любви к врагам, то есть об отношении к так называемым «внешним», к тем, кто стоит вне церкви, вне общины последователей и учеников Христа. Новый ряд высказываний говорит о проявлении любви в отношении «брата», то есть в отношении к членам церкви. Эти высказывания, на первый взгляд мало связанные друг с другом, тем не менее объединены общей идеей братских отношений внутри христианской общины, уподобленной семье.

Сначала христиане призываются к отказу от осуждения брата и к прощению вины: «Не судите... не осуждайте... прощайте». Поступая так, они и сами испытают на себе действие милосердия Божьего в День суда. В тот День щедро воздастся от Бога тому, кто щедро дает: «какою мерою мерите, такою же отмерится и вам». Возможно, не совсем попятно выражение «мерою доброю... отсыплют вам в лоно ваше». Дело в том, что иудеи носили длинную до пят верхнюю одежду, которая в талии была перехвачена поясом. Подол ее можно было поднять, и вокруг пояса образовывалась полость, как бы «лоно», в котором носили мелкие предметы.

Господь воспретил не только осуждать ближних, но и судить их (Лк. 6:37, Мф. 7:1), когда не представляется необходимости учинить суд правильный для своей и общественной пользы. Последнего рода суд есть вящшее закона (Мф. 23:23), по определению Господа; без такого суда добро не может быть отделенным от зла, наша деятельность не может быть правильною и Богоугодною. Этот суд редко встречается между человеками; но судом и осуждением, воспрещенными Господом, они занимаются непрестанно. По какой причине? по причине совершенного невнимания себе, по причине забвения своей греховности, по причине совершенного пренебрежения покаянием, по причине самомнения и гордости. Господь пришел на землю спасти грешников, а потому от всех человеков непременно требуется сознание в греховности; суждение же и осуждение ближних есть отвержение этого сознания и присвоение непринадлежащей себе праведности; из нее-то и производится суждение и осуждение: имя лицемера для всякого судящего и осуждающего ближних есть им самое свойственное (Мф. 7:5).

В следующей части Нагорной проповеди Спаситель вновь обращается к теме взаимоотношений между людьми и излагает правила, по которым Его последователи должны судить друг о друге:

Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мф. 7:1-5).

Текст тщательно выстроен и обладает композиционной цельностью, позволяющей легко запомнить его. В первой фразе многократно используются однокоренные слова: «суд» — «судить» — «судимы»; «мера» — «мерить». Три следующие фразы скреплены троекратным повторением слов «бревно», «сучок», «брат твой», шестикратным повторением слова «глаз». Переход от множественного числа второго лица в первой фразе к единственному числу второго лица в последующих фразах подчеркивает наличие у поучения конкретного адресата: слушатель должен узнать себя в предложенном ему наставлении. Наконец, употребление слова «лицемер» в последней фразе имеет оценочный характер. Здесь, как и во многих других случаях в речи Иисуса, это слово указывает на фарисеев, практика которых служит примером того, как не должен поступать последователь Спасителя.

Рассматриваемый текст имеет много параллелей в других синоптических Евангелиях. В Евангелии от Марка в одном из поучений, произнесенном из лодки, Иисуса говорит: «Замечайте, что слышите: какою мерою мерите, такою отмерено будет вам и прибавлено будет вам, слушающим. Ибо кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет» (Мк. 4:25). Последняя фраза присутствует и в Евангелии от Матфея, причем дважды: в поучении, произнесенном из лодки (Мф. 13:12), и — с незначительными изменениями — в притче о талантах (Мф. 25:29).

В Евангелии от Луки содержится расширенная версия поучения, включающая несколько фрагментов, которые имеются у Матфея в других местах:

Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам. Сказал также им притчу: может ли слепой водить слепого? не оба ли упадут в яму? Ученик не бывает выше своего учителя; но, и усовершенствовавшись, будет всякий, как учитель его. Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или, как можешь сказать брату твоему: брат! дай, я выну сучок из глаза твоего, когда сам не видишь бревна в твоем глазе? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Лк. 6:37-42).

Рассматриваемому фрагменту Нагорной проповеди в приведенном тексте Луки соответствует начало и конец. Первая заповедь расширена: человек призывается не только не судить, но не осуждать и прощать. «Мера», о которой Иисус говорит в Нагорной проповеди, в Его речении в Евангелии от Луки описывается определениями: «добрая», «утрясенная», «нагнетенная» и «переполненная» (все четыре эпитета отсылают к образу покупки зерна у щедрого продавца). 

Разночтения у Матфея и Луки многие ученые объясняют тем, что Евангелисты работали с одним первоисточником, но по-разному интерпретировали его. Эти различия можно, однако, объяснить и тем, что употребление одних и тех же формул-рефренов («ученик не выше учителя», «если слепой ведет слепого», «какой мерой мерите» и т. п.) было характерной чертой речи Самого Иисуса, и произносить их Он вполне мог многократно и в разных ситуациях. Поэтому нет оснований утверждать, что во всех случаях, когда одна и та же формулировка в Евангелиях встречается в различных контекстах, перед нами результат работы редактора.

Слова «не судите» отражают жизненную позицию Спасителя: Он никого не осуждал — ни мытарей, ни женщину-грешницу (Лк 7:37-48), ни женщину, обвиненную в прелюбодеянии (Ин. 8:3-11). О Своей миссии Иисус говорил: «Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин. 3:15. Единственной группой, нравы, обычаи, образ действий и мыслей которой Иисус осуждал, были фарисеи. Во многих поучениях Он предостерегает Своих слушателей от совершения тех или иных грехов. Но Иисус отделяет грех от грешника и Свою задачу видит не в том, чтобы осуждать людей, как это делали фарисеи (Лк. 18:11), а в том, чтобы их спасать, избавляя от рабства греху и открывая им путь в Царство Небесное.

Отказ от осуждения не отменяет перспективы Страшного суда, о которой Христос напоминал неоднократно. За каждое злое дело человек получит воздаяние, а за добрые дела — награду (Мф. 25.46). Слова «да не судимы будете» также указывают на эту перспективу. Иисус устанавливает прямую взаимозависимость между тем, как человек судит других, и тем, как Бог будет судить его (Мф. 6:14-15; ср.: Рим. 2:1-3). Она также нашла отражение в словах: «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мфб. 14-15).

Слова «да не судимы будете» можно понять и в том смысле, что окружающие будут судить о человеке так, как он судит о других. В пользу такого толкования отчасти свидетельствуют импер- сональные формы глаголов: «будете судимы» (κριθήσεσθε), «вам будут мерить» (μετρηθήσεται ύμίν). При таком понимании можно проследить связь между данным речением Иисуса и тем, что Он говорил ранее: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Ученики Спасителя живут не в изоляции от окружающего мира — они призваны быть его «светом» (Мф. 5:15), то есть высокую нравственную планку они должны ставить прежде всего для самих себя. 

Согласно свт. Иоанну Златоусту, Спаситель повелевает не судить «не все вообще грехи... и не всем без исключения запрещает это делать, но тем только, которые, сами будучи исполнены бесчисленных грехов, порицают других за какие-нибудь маловажные поступки. .. Христос указывает здесь на иудеев, которые, будучи злыми обвинителями своих ближних в каких-нибудь маловажных и ничтожных поступках, сами бессовестно творили великие грехи».

Известно, что фарисеи помимо учительной обладали еще и судебной властью: из них по большей части состояли и верховный суд (синедрион), и местные суды (малые синедрионы). Саму судебную власть фарисеев Иисус не отрицал: Он оспаривал те критерии, по которым фарисеи выносили суд. В словах Спасителя, обращенных к фарисеям: «Не судите по наружности, но судите судом праведным» (Ин. 7:24) можно увидеть уточнение к тому, что сказано в Нагорной проповеди. Если в Нагорной проповеди универсальный запрет «не судите» распространяется как на учеников Иисуса, так и на Его оппонентов (а среди Его слушателей были и те, и другие), то в беседе с фарисеями, описанной в Евангелии от Иоанна, Иисус указывает на ошибочность подхода фарисеев к исполнению своих судебных полномочий.

Спаситель не оспаривал сам институт судейства, как не оспаривал и другие существовавшие в Его время и унаследованные из прошлого социальные институты.

Институт судейства установлен еще Законом Моисеевым: «Во всех жилищах твоих, которые Господь, Бог твой, даст тебе, поставь себе судей и надзирателей по коленам твоим, чтоб они судили народ судом праведным» (Втор. 16:18). Обращаясь к народу израильскому, Моисей говорит: «И дал я повеление судьям вашим в то время, говоря: выслушивайте братьев ваших и судите справедливо, как брата с братом, так и пришельца его; не различайте лиц на суде, как малого, так и великого выслушивайте: не бойтесь лица человеческого, ибо суд — дело Божие» (Втор. 1:16-17). В течение достаточно долгого времени судьи обладали не только законодательной, но и исполнительной властью: именно они управляли еврейским государством после смерти Иисуса Навина вплоть до избрания первого Израильского царя.

Слова «судите судом праведным» указывают на критерии, по которым один человек может судить другого. Людям необходим суд для того, чтобы в случае нарушения справедливости она могла быть восстановлена. При этом суд должны вершить те, кто имеет на это полномочия; суд должен быть непредвзятым; наконец, — и это в словах Спасителя главное, — никакая даже самая совершенная судебная система не сможет заставить человека отказаться от греховных поступков, изменить свое мышление. Начинать же изменение нужно с самого себя: вот почему необходимо вынуть бревно из своего глаза, прежде чем приступать к изъятию сучка из глаза брата.

Как и в других случаях, Иисус здесь говорит прежде всего о повседневной жизни человека. Внимание слушателя выводится за пределы судебно-правовой сферы — в сферу межличностных отношений. Именно здесь — то пространство, в котором заповеди Спасителя обретают конкретный смысл. Он обращает внимание слушателей не столько на достоинства и недостатки человеческого суда, сколько на тот суд Божий, который в конечном итоге все расставит по своим местам. Именно в свете этого суда отношения между людьми приобретают то особое качество, которое позволяет человеку в каждом другом человеке видеть брата и не судить его, а стараться прежде всего искоренить собственные недостатки и пороки.

.

Между словами не судите и не осуждайте различие состоит в том, что под суждением можно разуметь пересуды незлобные, а под осуждением злобные. Сии последние обыкновенно происходят от самолюбия и самомнения, а не по необходимости, и лишь по личным каким побуждениям, для разговоров, часто для унижения и насмешек, и за незначительные нравственные недостатки, и притом ведутся такими людьми, которые сами часто порочнее судимых. (Злат, и Феоф.) «Поучая не осуждать, по всей вероятности, Господь особенно имел в виду фарисеев, которые, гордясь своею мнимою праведностию, строго судили о действиях других (как наприм. один из них в притче о мытаре и фарисее, Лк. 18:10–14), а самих себя не старались исправлять, напр, убийцу по закону осуждали на смерть, а сами беззаконно убивали пророков, прелюбодеев подвергали наказанию, а сами прелюбодействовали, воров губили, а сами были похитителями чужих состояний,» пишет св. Афанасий Великий. Такое суждение о других и Апостол тоже строго запрещает, когда говорит: кто ты, осуждающий чужого раба? Пред своим Господом стоит он или падает (Рим. 14:4 ). Суждение же благонамеренное и оценка действий других, основанные на истинном понимании дела и на ревности о славе Божией и пользе ближнего, и сообразное с этим суждением свое собственное действие, конечно, не запрещается; так как оно необходимо вообще в жизни, особенно же в жизни общественной. И Сам И. Христос, (Мф. 23) и Апостолы, (напр. Деян. 5:5–9) и все истинные их последователи (св. отцы на соборах) всегда судили и осуждали, напр., действия, противные вере и благочестию и принимали против всего, по их суждению, злого, известные меры (Мих.). И если бы не было обличителей и наказателей, все пришло бы в расстройство и в церкви, и в гражданских и семейных обществах. Что Господь не запрещает судить всем без исключения, а только тем, которые сами, будучи заражены многими и тяжкими грехами, порицают других и за маловажные проступки, это видно из дальнейших слов Его (ст. 41–42). Отпущайте (прощайте), и отпустят вам (и прощены будете), сказано в соответствие словам: не судите, и не будете судимы, т. е. будьте снисходительны, и Сам Господь, Судия будет милостив к вам. У еванг. Матфея здесь прибавлено (Мф. 7:2): каким судом судите, таким будете судимы, какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. Эти слова были поговоркой у евреев. Здесь разумеется суд как людской, так в особенности Божий. Как мы судим о других, так же точно и другие судят о нас. А Господь осудит нас за то, что мы судили других, самих же себя не исправляли. «Осуждая другого, мы осуждаем не его, а себя самих. Ибо как отпущение грехов первоначально зависит от нас, так и в сем суде мы же полагаем известную меру собственного осуждения,» пишет св. Златоуст.

Здесь воспрещаются пересуды или злословие, иначе сплетничество: Рим. 14:4. 10, 13, судебныя же учреждения и Сам Господь признал законными: Ин. 19:11; также и апостолы: 1 Пет. 2:13-14; Деян. 25:10-11.

Надлежало скорее миловать немощных, поскольку они сокрушились под натиском страстей и крепко попались в сети греха, молиться за них, утешать их, побуждать к трезвению и стараться не подвергнуться подобным обвинениям. Ибо кто судит брата, как говорит ученик Христов, тот злословит закон и судит закон, един Законодатель и Судия (Иак 4:11-12). Ибо надлежит, чтобы превыше согрешающей души был ее судия, а ты не таков, что же ты судишь ближнего? Согрешающий даст ответ Судии, а если ты дерзаешь осуждать, не имея такой власти, будешь осужден скорее сам, поскольку закон не позволяет судить других. Поэтому, кто руководствуется здравым смыслом, тот не смотрит на грехи других, не изыскивает, что дурного есть в ближнем, но взирает на собственные пороки. Таков был блаженный псалмопевец, припадающий к Богу и говорящий о собственных грехах: Если Ты, Господи, будешь замечать беззакония, Господи! кто устоит? (Пс 129:3). И снова, ссылаясь однажды на немощь человеческой природы, он благоразумно просил прощения, говоря: Вспомни, что мы - персть (Пс 102:14).

– Никого не осуждайте – этим не запрещается всякое критическое суждение, объективная оценка, неизбежно связанная с правильным нравственным выбором. И вас Бог не осудит – дословно: «и вы не будете осуждены» (о «божественном пассиве» см. коммент. на. 6:21). Ошибочно видеть здесь приземленную житейскую мудрость, дескать, не занимайся пересудами, не осуждай соседей, тогда и соседи не осудят тебя. Иисус говорит о гораздо более серьезных вещах: человек не должен брать на себя функцию судьи, выносящего окончательный, вечный приговор, не должен узурпировать права Бога. Ему единственному, знающему не только внешнее, лежащее на поверхности, но и внутренние помыслы сердца, принадлежит Суд. Никого не обвиняйте – и вас Он не обвинит (дословно: «и вы не будете обвинены») – мысль повторена другими словами. Прощайте – и Он простит (дословно: «и вы будете прощены») – обязательным условием Божьего прощения является готовность человека прощать других людей. Но разве может простивший и прощающий человек осуждать других? Как может он обвинять перед Богом другого, если его собственная вина огромна?

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 172++

Изложив постановления касательно отношения людей к себе самим, Христос затем изложил постановления об отношении к ближним. Если в отношении к себе самим фарисейская праведность грешила чрезмерным пристрастием к земным, чувственным потребностям, до забвения небесных, то в отношении к ближним она отличалась крайнею жестокостью и нетерпимостью, исключительностью воззрений и высокомерною презрительностью, склонною судить обо всех я обо всем с точки зрения узкой, бездушной, законнической морали. В предостережение Своих последователей от впадения в этот грех, Христос преподал несколько практических советов об отношения к ближним, исполненных божественной мудрости и прозорливости. Направляя Свои наставления главным образом против фарисейскаго высокомерия, свысока судившаго и пересуживавшаго все, что не подходило под мерку фарисейскаго законничества, Христос говорил: “Не судите, да не судимы будете. Ибо каким судом судите, таким будете судимы, и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7:1-2). При этом, однако, нельзя думать, что здесь воспроизводится древний закон равномернаго возмездия — «око за око», как могли бы истолковать иудейские законники. Существенная разница между этим новозаветным и тем ветхозаветным постановлением заключается в том, что по последнему равномерное возмездие провозглашалось здесь на земле, где оно под влиянием греховных страстей могло вести ко всевозможным проявлениям несправедливости; напротив новозаветное постановление указывает на возмездие в другой лучшей жизни, где царствует вечная правда, уравнивающая то, что нарушено на земле. Но эта вечная правда, как всевидящее око, распространяет свое уравнивающее действие и на земныя отношения, изобличая посредством голоса совести и нравственных постановлений лицемерныя притязания на самомняицую праведность. Поэтому, чтобы избежать ея изобличающаго голоса, нужно скорее вникать в собственное состояние с целию его исправления, чем судить других и изобличать их в недостатках. Иначе вечная правда может произносить страшный укор: «Что ты смотришь на сучек в глазе брата твоего, а бревна в твоем главе не чувствуешь? Или, как скажешь брату твоему: дай, я выну сучек из глаза твоего; а вот, в твоем глазе бревно Это выражение взято из современной иудейской пословицы, см. Buxtorf, 2080; Lightfoot, Horae Hebr. 2, 158. ? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего» (Мф. 7:3-5). И действительно, какое лицемерие может быть ниже и омерзительнее того, когда человек, придавая себе вид неумолимой справедливости и недосягаемой праведности, изобличает в других наималейшие недостатки, между тем как сам в то же время предан самым гнусным грехам и порокам?

Не должно ли ужаснуться, вострепетать и придти в исступление умом, что, когда Бог Отец, не судя никому, Сам, весь суд даде Сынови (Ин. 5:22); — Сын же вопиет: не судите, да не судими будете, не осуждайте, да не осуждени будете (Лк. 6:37); подобно и Апостол: прежде времени ничтоже судите, дондеже приидет Господь (1 Кор. 4:5); и еще: имже судом судиши друга, себе осуждаеши (Рим. 2:1); когда, говорю, это так есть; люди, оставя плакаться о своих грехах, взяли суд из рук Сына, и сами, как бы безгрешные, судят и осуждают друг друга? Небо ужасается сему, и земля трепещет; а они не стыдятся бесчувственные!

***

Возлюбим друг друга и будем возлюблены Богом. Будем долготерпеливы друг к другу, и Он будет долготерпелив к грехам нашим. Не будем воздавать злом за зло, и Он не воздаст нам по грехам нашим. Ибо прощение прегрешений наших обретем в прощении братиям. Милость Божия к нам сокрыта в сострадании нашем к ближним. Поэтому Господь и сказал: Прощайте, и прощены будете. И еще: Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный (Мф. 6:14). Опять: Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф. 5:7). И снова: Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить (Мф. 7:2). Вот, Господь даровал нам способ спасения и дал нам власть быть чадами Божиими (Ин. 1:12). Отныне спасение наше уже в нашей воле.

.38 Иисус раскрывает неизменный принцип: "Что посеет человек, то и пожнет" (Гал. 6:7).

 6) О неосуждении ближнего В мирном и святом обществе Христовых последователей нет места не только лицемерию, пользующемуся наружными делами благочестия для приобретения славы у людей, но и другому пороку, весьма вредному по своим последствиям в жизни общественной и домашней. Этот порок – злобное осуждение ближнего по ненависти, зависти, гордости и другим нечистым побуждениям. Не судите, да не судими будете; имже бо судом судите, судят вам, и в нюже меру мерите, возмерится вам. «Сими словами, – по толкованию святителя Григория Нисского, – Господь не воспрещает суда благонамеренного: здесь под именем суда разумеется осуждение немилосердое». Оно бывает тогда, когда направлено к обиде и унижению, и произносится людьми, не призванными законом или должностью и не знающими всех обстоятельств дела. Но осуждающие других без необходимости и права и сами, в свою очередь, подвергаются суду Божию и людскому и получают достойное возмездие за тот вред, какой наносят ближним. Эти непризванные судьи бывают часто виновнее тех, которых они судят, потому что, порицая других за малые погрешности, не замечают своих тяжких грехов: что видиши сучец, иже во оце брата твоего, бервна же, еже есть во оце твоем, не чуеши? Или како речеши брату твоему: остави, да изму сучец из очесе твоего, – и се бервно во оце твоем? Лицемере, изми первее бервно из очесе твоего, и тогда узриши изъяти сучец из очесе брата твоего. «Спаситель не запрещает судить, но прежде велит изъять бревно из собственного глаза, и тогда уже исправлять согрешения других, а посему кто сам подвержен многим порокам, тот не должен быть строгим судьею погрешностей других людей, и особенно когда они маловажны» (свт. Иоанн Златоуст).

Последняя часть проповеди (седьмая глава) начинается с запрета осуждения – действия, ставящего судящего человека на место Бога. Если человек озабочен исправлением братьев больше, чем собственным спасением, и грехи братьев для него очевидней собственных грехов, он лицемер (Мф. 7:5). Нельзя исправить другого, не исправив себя; человек с бревном греха в собственном глазу даже не способен адекватно судить о сучках грехов в глазу братьев (Мф. 7:2–5). Вместо бдительности в отношении других Господь призывает всецело обратиться к делу собственного спасения и настойчиво просить Бога о помощи (Мф. 7:7–11). Бог знает нужды человека лучше его самого: «Нам кажется, что то хлеб и рыба, чего просим, а Отец Небесный видит, что просимое будет для нас камень или змея, – и не дает просимого» Феофан Затворник, свт. Мысли на каждый день года. Неделя двадцать вторая по Пятидесятнице. Среда (на Лк. 11:9–13). [Электр. ресурс:(15.02.12).]. «Золотым правилом» нравственности Господь показывает «кратчайший путь к добродетели» Феофилакт Болгарский, блж. Благовестник. Толкование на Евангелие от Матфея, 7: 12.: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки» (Мф. 7:12).

Не осуждайте — выражение более сильное, чем "не судите": осуждать — значит не ограничиваться мелкими оскорбительными для другого замечаниями, произносимыми, может быть, про себя, не вслух, а произносить в слух других уничтожающее ближнего суждение, как что-то окончательное, как бы некий приговор.

Не суди, отпускай, давай. . . по-видимому, все трата одна, а прибыли никакой. А между тем вот что обещается: не будешь осуждать, и тебя не осудят; будешь отпускать, и тебе отпустят; будешь давать, и тебе дано будет. Теперь эта прибыль не видна; но она прибудет несомненно тому, кто от сердца сделает указанные затраты, — прибудет именно в ту пору, когда больше всего будет чувствоваться нужда в неосуждении и прощении. Как обрадуется тот, кто вдруг сподобится получить такие блага, как будто ни за что! И наоборот, как будет скорбеть и горевать тот, кто в свое время не умел прибыльно распорядиться своим достоянием! Все бы отпустил и все бы роздал, да поздно: всему время. Не все гоняться за такою прибылью, которая прямо идет в руки, почти вслед за тратою. Брось, по русскому присловью, хлеб-соль назади, — он очутится впереди. Образ действий в показанных случаях действительно похож на бросание; но только тут бросается не на попрание, а в руки Божии. В этих руках и хранение верно, и получение из них несомненно. Приложи только веру и упование.