Евангелие от Луки 12 глава 45 стих

Возвращение домовладельца

Многие люди злоупотребляют промедлением Бога, увеличивая свое нечестие. И говорит дурной раб: Медлит господин мой, и начинает бить своих сослужителей и пьянствовать со злыми (Лк 12:45). Придет господин раба того в день, в который он не ожидает, и в час, в который не думает, и рассечет его (Лк 12:46). Ведь есть множество служителей и управителей, которые вовремя дают пищу своим сослужителям. Сказано: рассечет его. Имеет добрых, имеет злых, отсечет добрых от злых.

И подвергнет его одной участи с лицемерами (ср. Лк 12:46). Не всех слуг, поскольку есть здесь и ожидающие прихода господина. Есть здесь слуги из числа тех, о ком говорится: Блажен раб тот, которого господин его, придя, найдет поступающим так (Лк 12:43). Итак, он придет и разделит их.

Речь таким образом неприметно склонилась к удалению Господа от взоров людей на неопределенное время. Ученики понимали, что под именем господина (в первой притче) надлежит разуметь Самого Господа, но кого разуметь под именем рабов? Учеников ли или весь окружающий народ? И след. к кому относится правило о бдительности? Петр спросил об этом Господа. Он конечно думал о каком-нибудь временном удалении Спасителя, после которого торжественно должно открыться царство Христово.

Господь, ничего не говоря о Своем удалении, отвечал на вопрос о том, что касалось их самих и всех вообще оставляемых Им: обязанность ожидать своего господина есть обязанность всякого верного раба (след. удалится от всех, не только от народа, но и учеников) и особенно спросится много с тех, которым дано много.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 158++

131.Ранее Господь показал, что хочет, чтобы мы бодрствовали, каждое мгновение ожидая пришествия Господа Спасителя. Пренебрегая своими делами и откладывая их со дня на день, человек, застигнутый грядущим судом и собственной смертью, может потерять заслуги, делающие его угодным Богу. Эти слова относятся ко всем, хотя связанный с ним пример См.: Лк. 12:43-48. предлагается домостроителям, то есть священнослужителям, напоминая им о будущей тяжкой каре, если, предавшись удовольствиям века сего, они пренебрегут Божьим домом и вверенным им народом.

В связи с требованием всецелаго, незадерживаемаго никакими земными заботами стремления в приобретению сокровищ небесных И. Христос возбуждает в учениках постоянную бдительность о своем нравственном состоянии и готовность сретить грядущаго Господа. Для этого Он предлагает им: а) притчу о рабах, ожидающих возвращения господина своею (35—38), каковою притчею возвещается блаженство рабам верным, которых господин, возвратясь, найдет бодрствующими; б) притчу о домохозяине, которому угрожает вор (39—40), каковая притча выражает мысль о неизвестности времени пришествия И. Христа; в) притчу о верном и неверном домоправителе (41—48). Эту притчу И. Христос предложил в ответ на вопрос ап. Петра: к нам ли притчу сию говоришь или ко всем? Предлагая в ответь на сей вопрос Петра притчу о верном и неверном домоправителе, И. Христос тем самым различает апостолов, как домоправителей в церкви Своей, от рабов вообще, которые подвластны домоправителям. Самая притча учить, что рабу-домоправителю много доверяет господин: он повелитель над всеми слугами дома (42); но с него много и взыщется: если господин при возвращении своем найдет его верным, то окажет ему еще большее доверие, над всем имением своим поставит его (44); но если господин найдет его неверным, нерадивым и злым, то поступит с ним, как бы он и не был никогда верным рабом,—как с неверным.

Притча о благоразумном домоправителе, которому поручено раздавать хлеб слугам

Господин поручил своему домоправителю раздавать своевременно хлеб слугам. Если домоправитель верен и благоразумен, то будет поступать так, как ему приказано, притом поступать так всегда, в какое бы время ни возвратился господин его, и за это получит величайшую награду. Но если он, надеясь на продолжительное отсутствие господина своего, станет обижать слуг, не давать им того, что должно, а сам будет предаваться беззаботному веселью, то придет господин его в такой день и час, в какой он и не ждал его, и подвергнет его участи, какую заслуживают неверные и неблагоразумные рабы. Но не только такой беспечный домоправитель, а и рабы господина подвергнутся наказанию за неисполнение воли его, хотя не все одинаковому: кто знал волю господина своего и не был готов во всякое время встретить его, тот заслужит строжайшее наказание, а кто не знал воли господина и потому встретил его неподготовленным, тот будет наказан не так строго. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

Выслушав эту притчу, Апостолы должны были понять, что Господин — это Христос, поручающий им, как домоправителям, раздавать рабам Его, то есть всем людям, блага Его учения; они посвящены в это учение, им много дано, и потому с них много и взыщется, если они вздумают отступиться от точного исполнения воли Его и соблазниться житейскими благами. Но так как, с пришествием Христа на землю, всем без исключения людям предоставлена возможность познать волю Божию, то познавшие ее и, однако же, не исполнившие подвергнутся строжайшему наказанию; тем же, которые почему-либо не могли познать ее, будет оказано снисхождение.

Не забывайте никогда, люди просвещенные, что с полученным образованием вы взяли ключ к разумению Христова учения, и что вам придется дать отчет: какое употребление вы сделали из него? Просветили ли себя и других светом истины Божией? Исполнили ли узнанную вами волю Божию? Помните всегда, что вам много дано, и потому с вас много и взыщется. Помня это, будьте строги, взыскательны к себе и относитесь снисходительно к тем, кому мало дано; знайте, что с них мало взыщется Самим Христом.

Итак, Иисус отвечает на вопрос Петра новой притчей о мудром и глупом домоправителе (по-гречески οικονόμος, эконом). На Востоке домоправитель имел почти неограниченную власть. Хотя он сам тоже был рабом, он был уполномочен распоряжаться рабами. Доверенный домоправитель вел все домашнее хозяйство своего господина и управлял его имением. И вот господин дома на время своего отсутствия возложил на домоправителя обязанность снабжать продовольствием обслугу дома. Если вернувшийся господин застанет его за добросовестным исполнением его обязанности, то ему достанется благословение («блажен раб тот.»), и он будет повышен в должности до главного управляющего всем имением. Но в том случае, если «раб тот» решит, что хозяин придет не скоро, «и начнет бить слуг и служанок, есть и пить, и напиваться», то вернувшийся господин поступит с ним по всей жестокости: изрубит его в куски, определив ему участь неверных. - Этот образ может удивлять своей жестокостью. Но мы должны учесть, что здесь в «реалистический» язык притчи о господине и его неверном слуге внезапно вторгается другой язык, религиозный. Речь уже идет о Последнем суде и о лишении «неверного» раба Божьего спасения. Нам этот образ рассечения тела на части непонятен. Но смею еще раз напомнить, что само понятие «спасения» (σωτηρία) в новозаветном греческом языке тесно связано с понятием «цельности, целого» (σώς). Так что разделение, «рассечение» на части - лишение «цельности», «спасения». - Эго увещевание предназначено руководителям церкви. Ввиду неожиданности и внезапности пришествия Сына Человеческого они должны заботливо, тщательно и совестливо исполнять вверенные им пастырские обязанности.

Слова, которые раб говорит в сердце, в буквальном переводе с греческого в версии Матфея звучат так: «медлит (χρονίζει) господин мой». У Луки: «медлит господин мой прийти». Комментарием могут служить слова из 2-го послания Петра, которые мы уже приводили выше: «Не медлит (βραδύζει) Господь исполнением обетования... но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (1 Пет. 3:9). Вслед за Спасителем апостол призывает к духовному бодрствованию, а долготерпение Божие предлагает «почитать спасением» (1 Пет. 3:15).
Весь контекст поучения Иисуса Христа, частью которого является рассматриваемая притча, говорит о том, что она относится к времени между Его Первым и Вторым пришествием. Всматриваясь в судьбы Своих учеников и Своей Церкви, Спаситель говорит о том разделении, которое проходит не только между разными народами, не только между группами людей, но и внутри одного человека. Если раньше в притчах Он противопоставлял израильский народ «новому народу», который окажется достойнее, противопоставлял званых избранным, то теперь Он показывает, как один и тот же человек может разделить судьбу блаженных, если будет исполнять волю Бога, и судьбу неверных, если будет думать, что Бога нет или что Он «медлит». 
Злой раб забыл о своем господине и в его отсутствие начал вести себя так, будто его вовсе не существует. Еще в Ветхом Завете, в цитированном выше 13-м псалме зло и непотребство представлено как прямое следствие неверия в существование Бога и в Его присутствие среди людей: «Сказал безумец в сердце своем: нет Бога. Они развратились, совершили гнусные дела; нет делающего добро» (Пс. 13:1-4).
Неверие в Бога и нравственная вседозволенность
Время, в которое жил Иисус, отнюдь не было временем массового неверия: Его современники и соотечественники признавали существование Бога. Это не помешало значительной части еврейского народа не распознать в Нем обетованного Мессию, не откликнуться на Его призыв к покаянию, а религиознополитической верхушке народа — открыто противостать Ему и добиться для Него смертного приговора у римской власти. Его Первое пришествие разделило народ израильский на две неравные части: уверовавших в Него и оставшихся равнодушными к Его проповеди, либо противоставших ей. Его Второе пришествие проведет окончательную разделительную линию между теми, кто, вне зависимости от этнической принадлежности или социального положения, исполнял волю Божию, и теми, кто, подобно злому рабу, устроил свою жизнь так, будто Бога не существует.
Вся история человечества после распятия и воскресения Иисуса Христа и вплоть до Его Второго пришествия укладывается в тот промежуток времени, который символически обозначен в притче как время отсутствия господина. Этот промежуток оказался значительно дольше, чем того ожидали первые христиане. И если во времена Иисуса ни один безумец не посмел бы вслух сказать, что Бога нет, то с веками человечество всё более дерзко оспаривало власть Бога над собой.
Новое время стало свидетелем многочисленных и разнообразных попыток отодвинуть Бога как можно дальше от человеческого общества. Философыдеисты XVIII-XIX веков разработали такую «модель» Бога, согласно которой Он, хотя и существует как некое абстрактное начало, создавшее мир и установившее естественные законы, не вмешивается в жизнь людей, предоставив им самостоятельно устраивать свои дела. Следующим шагом стал материализм
XIX-XX веков, который не просто провозгласил, что Бога нет, но и попытался доказать это, «научно» обосновать. И сегодня многие придерживаются этого якобы научного мировоззрения, пытаясь увязать его с наличием у человечества нравственных норм.
Однако «если Бога нет, то всё позволено». Это крылатое выражение, приписываемое Достоевскому, имеет долгую предысторию. Еще в III веке латинский богослов Лактанций писал: «До тех пор, пока люди полагают, что никакой Бог о нас не заботится (nulli Deo nos esse curae) и что после смерти ничего не будет, они предают себя страстям, и... считают, что им все дозволено»   . Один из героев Достоевского в романепритче «Братья Карамазовы» говорит: «Уничтожьте в человечестве веру в свое бессмертие, в нем тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, всё будет позволено» .
Нравственная вседозволенность является прямым следствием неверия в Бога и в бессмертие: если нет Бога, значит, нет суда, нет загробной жизни, а следовательно, нет и посмертного воздаяния. Многие современники Достоевского наивно верили в возможность построения «безбожной нравственности» — такой, которая обеспечивала бы людям безопасное совместное существование на земле без какой бы то ни было отсылки к Царству Небесному и другим «идеалистическим» ценностям. Действительность, однако, вновь и вновь показывает, что если нравственность не опирается на абсолютные ценности, она становится относительной: исчезают «общечеловеческие ценности», и каждый человек создает для самого себя ту систему ценностей, которая его устраивает.
Это развитие событий не может не сказываться и на жизни Церкви. Ожидание близости Второго пришествия Христа в ранней Церкви было очень напряженным. Со временем, однако, чувство близости Второго пришествия стало притупляться, и сегодня даже многие из тех, кто считает себя христианами, воспринимают церковное учение о Страшном суде как реликт, оставшийся от далекого прошлого. Для многих христианство существует в облегченной версии — той, которая не требует от человека слишком многого, которая лишена изначального радикализма проповеди Иисуса.

Здесь изображается раб недостойный, т. е. забывающий свои обязанности, злоупотребляющий ими, забывающий то, что он в своих поступках должен дать отчет своему господину, преданный нерадению, беспечности относительно своих обязанностей, и притом злой, развращенный. Этот раб изображает собою беспечных и нераскаянных грешников.

Но может оказаться и так, что раб, возомнив, что хозяин вернется не скоро, начнет чувствовать себя господином и вести себя так, как, с его рабской точки зрения, должен вести себя господин: проводить время в роскоши и помыкать теми, кто находится под его властью, жестоко с ними обращаясь. Пьянствовать – Писание всегда гневно осуждало пьянство, оно было символом безрассудства и безответственности (Иоил. 1:5; Ис. 28:1-3; 1 Фес. 5:6-8; Лк. 21:34; 1 Кор. 15:34; 1 Пет. 1:13; 5:8).

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 314++

Но они должны готовиться к нему духовным бодрствованием и покаянием (Лк. 12:36-40). «Будьте подобны людям, ожидающим господина своего с брака, дабы когда прийдет и постучит, тотчас отворить ему. Блаженны рабы те, которых господин, пршпедши, найдет бодрствующими»; он наградит их и почтит их великим угощением, за которым сам с радостным радушием будет служить им. Но если рабы не ожидают его, и он при неожиданном возвращении найдет между ними полный безпорядок, несправедливость и раздоры, то виновные подвергнуты будут заслуженному наказанию.

Если же раб не будет милосерд, не напитает убогих хлебом, если он «скажет в сердце своем: «Не скоро придет господин мой"", то есть: «Не скоро Страшный Суд, успею пожить, насладиться жизнью, не буду думать о голодных, начну притеснять их, бить, обижать»...

Очевидно, ученики не вполне поняли речь своего Учителя и даже не знали, к кому она относится. апостол Петр, часто предупреждавший других апостолов и говоривший от лица их, обратился ко Господу с вопросом, в котором слышалось недоумение: Господи, к нам ли притчу сию глаголеши или ко всем? Не отвечая прямо на вопрос его, спаситель в дальнейшем приточном изъяснении не только подтвердил заповедь о духовном бодрствовании, но и показал, что она обязательна для всех, преимущественно же для тех, которые, как глубже посвященные в тайны Царства небесного, должны руководить других и нести тягчайшую ответственность: кто есть верный строитель и мудрый, егоже поставит Господь над челядию своею, даяти во время житомерие? Это обращение, прежде всего, к апостолам, которые, по выражению святого апостола Павла, были ближайшими слугами Христовыми и строителями таин Божиих (1 Кор. 4:1), а в лице апостолов – и ко всем продолжателям служения их, пастырям и учителям (12, 28; 1 Сол. 5:12; Деян. 20:28). Блажен paб той, егоже пришед Господь его обрящет творяща тако: воистину глаголю вам, яко над всем имением своим поставит его. Аще же речет раб той в сердцы своем: коснит господин мой приити, и начнет бити рабы и рабыни, ясти же и пити и упиватися, приидет господин раба того в день, в оньже не чает, и в час, в оньже не весть, и растешет его, и часть его с неверными положит. Той же раб, ведевый волю господина своего, и не уготовав, ни сотворив по воли его, биен будет много; неведевый же, сотворив же достойная ранам, биен будет мало. Всякому же, емуже дано будет много, много взыщется от него, и емуже предаша множайше, множайше просят от него.

Об обязанностях учеников говорит и притча о верном и неверном домоправителе (Лк. 12:42–48). Она сказана в ответ на недоумение Петра, к кому обращена предыдущая притча – к ученикам или к народу? Из приточного ответа Христа ясно, что верность требуется от всех, – так, любой верный раб будет награжден честью («Над всем имением своим поставит его»), а неверный будет наказан («...и рассечет его, и подвергнет его одной участи с неверными» (Лк. 12:45–46), но на апостолах как предстоятелях Церкви (домоправителях) лежит большая ответственность: «Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал и сделал достойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут» (Лк. 12:47–48).

Бывает, что слуга, не заботясь о господине своем и не боясь его, так размышляет про себя: «Господин мой не позовет меня сегодня к себе или еще не скоро позовет. Пойду и с друзьями моими погуляю и повеселюсь». И так, отойдя, начнет пьянствовать. Тут неожиданно прибегает к нему вестник и зовет его, говоря: «Поди, господин тебя требует». Тогда обращается веселье его в печаль, а дерзновение – в страх и трепет. И идет к своему господину трепеща, метется своими мыслями, думает: какой ответ дать господину, без воли которого отлучился, своевольничал и бесчинно поступал. Так и небогобоязненный и не заботящийся о своем спасении христианин думает: «Я еще молод и здоров, не видна еще кончина моя, еще не скоро умру. Погуляю и повеселюсь на свете, чтобы насладиться мне благами этого мира. Приобрету себе честь, чтобы люди меня знали. Там мне не малый доход будет, соберу себе довольно и наполню мои сундуки. Ныне люди только и делают, что собирают: что мне иное делать? Собрав, прикуплю себе поболее деревень и крестьян. Мало у меня земли – прибавлю еще. Отниму у той-то вдовы, и у того-то подлого человека. За них заступиться и мне воспрепятствовать некому. До Царя далеко, а судей подкуплю – и все будет благополучно. Потом богатый дом построю себе и украшу его. Куплю себе английскую карету, и упряжку хороших лошадей. Посажу красивый сад с аллеями и галереями, сделаю в нем хорошие пруды, чтобы было где с гостями прохаживаться, гулять и веселиться. Накуплю себе вина и буду поставлять трапезу, как и прочие делают, и общаться с людьми. Я к ним, а они ко мне будут в гости ездить. Соберу достаточно слуг, одену их в приличное платье, чтобы было кому служить мне и гостям, ко мне приезжающим. Постараюсь иметь музыку вокальную и инструментальную, ради лучшего увеселения меня и моих гостей». Это и тому подобное этому, осуетившись в помышлениях своих, замышляет бедный человек. И что суетно мыслит, то и в дело производит. А другой иное замышляет и хочет делать. Видим это в бедных христианах нынешнего века. Видим, что все заботы их не о спасении и вечной жизни, к которой словом Божиим позваны и святым Крещением обновлены, а о суете. Видим и соболезнуем.