Толкование на 1-ое послание ап. Иоанна, Глава 5 , Сагарда Н.И.

Автор Апостол из 12, Иоанн Зеведеев, Богослов, 97-99 гг., Ефес

Ошибка в тексте ?

Выделите ее мышкой и нажмите

Ctrl + Enter
Синодальный перевод
Сагарда Н.И.
1Всякий верующий, что Иисус есть Христос, от Бога рожден, и всякий, любящий Родившего, любит и Рожденного от Него.
Основание богообщения – вера в Иисуса Христа Сына Божия. Верующий рожден от Бога и любит братьев. Вера дает силу исполнять заповеди; вера побеждает мир. Вера, утверждающаяся на трояком свидетельстве Бога о Своем Сыне чрез воду, кровь и Духа, дает уверенность в вечной жизни в Его Сыне. Эта вера дает дерзновение в молитве за братьев, согрешающих грехом не к смерти. Истинная любовь в ее существе, источнике и характере открылась только с явлением в мир единородного Сына Божия, как обетованного Искупителя, давшего Себя в умилостивление за грехи всего мира. В этом акте божественной воли проявилась высочайшая любовь Божия не только нам и для нас, но и в нас – ἐν ἡμῖν. Она является в нас силою, преобразующею и возрождающею, постепенно переводящею нас из состояния смерти в жизнь, потому что вместе с откровением любви вводится в нас семя божественной жизни (σπέρμα), которое, развиваясь, изгоняет все чуждое нашей природе, боговраждебное. Как восприявшие семя Божие, мы делаемся рожденными от Бога, детьми Божиими, родственными божественной природе, причастниками ее. Все это дается нам от Бога, как и самая любовь (ср. III, 1). Но чтобы быть обладателями этих благодатных даров божественной любви, мы не должны быть пассивною средой, совершенно безучастною к тому, что в ней совершается стороннею силой. С нашей стороны требуется деятельность высокого и важного достоинства, – это вера во Христа Мессию, явившегося в лице Иисуса; она есть непременное условие богосыновства: πᾶς ὁ πιστεύων, ὅτι Ἰησοῦς ἐστὶν ὁ Χριστὸς, ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγέννηται. В 5 стихе (cp. III, 23) Апостол вместо ὁ Χριστός ставит ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ; из этого однако не следует, что ὁ Χριστός и ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ непосредственно тожественные понятия, но, как уже было сказано (II, 22, стрн. 442–445), для Апостола Иоанна Христом в истинном и полном смысле слова может быть только тот, кто вместе с тем есть и Сын Божий. Посему Ἰησοῦς ἐστὶν ὁ Χριστός есть кратчайшая формула для выражения христианской веры, заключающая в себе все высшее, что можно сказать об Иисусе, в противоположность отрицанию антихристов. Следствием этой веры является рождение от Бога, из существа Божия – ἐκ τοῦ Θεοῦ: в ком вера в Иисуса как Христа является постоянным и неизменным свойством (praes, ὁ πιστεύων), тот от Бога получил начало, семя новой жизни, как постоянно пребывающее в нем (perfect, γεγέννηται); он есть поэтому τέκνον τοῦ Θεοῦ (ст. 2). Таким образом, веровать, быть рожденным от Бога и быть чадом Божиим у Апостола Иоанна суть идеи, неотделимые одна от другой (cp. 12 А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,Ин. 1:12). Но почему Апостол устанавливает такую необходимую связь между верою в то, что Иисус есть Христос и рождением от Бога? Πιστεύειν, ὅτι Ἰησοῦς ἐστὶν ὁ Χριστός значит прежде всего быть убежденным, принять за несомненную истину, что в исторической личности всем известного Учителя из Назарета – Иисуса явился обетованный и всем известный Мессия – ὁ Χριστός, Который вместе с тем должен быть и Сыном Божиим. Если признать этот факт, то должны быть признаны и все его последствия. Средостение между Богом и человеком разрушено божественною любовью: единородный Сын Божий явился в мир, как умилостивительная жертва за грехи всего мира, и дал миру истинную божественную жизнь, которую последний потерял своим отпадением от Бога. Объективно спасение человеческого рода совершено: всем дана возможность быть причастниками божественной жизни, называться и быть детьми Божиими. Все это заключает в себе Ἰησοῦς ἐστὶν ὁ Χριστός. Признавать все эго, как непреложную истину, – это первый момент понятия πιστεύειν. Но этим не исчерпывается все содержание его. Если Апостол говорит, что ὁ πιστεύων ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγέννηται, или ἵνα πιστεύοντες ζωὴν ἔχητε (V, 13; 31 Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его.Ин. 20:31), то ясно, что он разумеет не одно холодное признание исторического факта, без всякого отношения его к внутренней жизни, не одно содержание в памяти известного положения веры, которое остается на поверхности, как чисто интеллектуальное обладание евангельскою истиной (ср. 19 Ты веруешь, что Бог един: хорошо делаешь; и бесы веруют, и трепещут.Иак. 2:19). Нет, Апостол Иоанн мыслит веру, как живое личное отношение к предмету веры, когда последний овладевает всем сознанием человека; содержание веры не только признается за истинное, но и усвояется во всем своем объеме всем существом человека; оно входит в самую глубину человеческого существа, и верующий в свою очередь всецело переносится в предмет веры (ср. 12 А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,Ин. 1:12; 19 Суд же состоит в том, что свет пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы;Ин. 3:19; 46 Ибо если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он писал о Мне.Ин. 5:46; 29 Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал.Ин. 6:29, 30; 31 Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям: если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики,Ин. 8:31; 27 Отвечал им: я уже сказал вам, и вы не слушали; что еще хотите слышать? или и вы хотите сделаться Его учениками?Ин. 9:27, 30, 31, 36, 38; 26 Но вы не верите, ибо вы не из овец Моих, как Я сказал вам.Ин. 10:26, 27; 48 Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом.Ин. 11:48; 31 Иисус отвечал им: теперь веруете?Ин. 16:31)748. Вступивши в такое тесное единение с единородным Сыном Божиим, Словом жизни, верующий усвояет себе плоды объективно совершенного искупления и спасения, делается причастником божественной жизни. Семя Божие пребывает в нем; такой уже не отчужден от Бога, но ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγεννημένος, τέχνον τοῦ Θεοῦ. Как сын чрез плотское рождение получает бытие от отца и представляет образ отца, так и верующий в Иисуса Христа Сына Божия, получает источник своего нового бытия от Бога, по своей внутренней жизни рождается от Бога и таким образом имеет в себе новую божественную жизнь, общую с Богом Отцем, и в силу этой божественной жизни в себе носит образ Отца, от Которого происходит. На этом Апостол Иоанн и основывает учение о нераздельности любви к Богу и к братьям. Отсюда само собою ясно, что без веры в то, что Иисус есть Сын Божий, не может быть рождения от Бога, не может быть любви к Тому, Кто нас родил, и к тем, которые подобно нам рождены от Бога, не может быть соблюдения заповедей и победы над миром. От этой веры Апостол исходит (I, 1 след.), ею же и оканчивает свое послание (V, 20). Дальнейшие слова Апостола: καὶ πᾶς ὁ ἀγαπῶν τὸν γεννὴσαντα ἀγαπᾶ καὶ τὸν γεγεννημένον – показывают, что между ними необходимо восполнить посредствующий член, что всякий рожденный любит родившего: πᾶς ὁ γεγεννημένος ἀγαπᾶ γεννὴσαντα αὐτόν. Но Апостол опускает его, как сам собою понятный с точки зрения обычных отношений рожденного к родившему. Но не менее естественно и то положение, что всякий любящий родившего любит и рожденного от него. В этом последнем находятся существо и образ того же родителя; рожденный близок к другому рожденному от того же лица, и психологически совершенно невозможно, чтобы любящий родившего не любил того, в ком он видит существо и образ того самого родителя, которого он любит.
2Что мы любим детей Божиих, узнаём из того, когда любим Бога и соблюдаем заповеди Его.
Теперь Апостол из этого общего положения второй половины первого стиха делает ближайшее приложение к христианам; поэтому вместо третьего лица, выступает первое множественного числа; ἐν τούτῳ γινώσκομεν, ὅτι ἀγαπῶμεν τὰ τέκνα τοῦ Θεοῦ, ὅταν τὸν Θεὸν ἀγαπῶμεν καὶ τὰς ἐντολάς αὐτοῦ τηρῶμεν. Обычно, как показывает и русский перевод, в ἑν τούτῳ находят указание на следующее предложение с ὅταν; получается та мысль, что любовь к Богу и исполнение заповедей Его служат признаком любви к детям Божиим. Но при этом, прежде всего, ὅταν незаметно и без всякого права подменяется ἐάν. Между тем оба союза, как ни близки по значению, однако не тожественны: первый выражает условие, объективно возможное и ожидаемое, при котором осуществляется действие главного предложения, – между условием и следствием устанавливается связь самая тесная и необходимая, как между причиною и следствием; второй – есть временный союз и указывает на случай или обстоятельства, при которых наступает действие главного предложения.749 Кроме того, такая мысль совершенно не согласуется с способом доказательства, употребительным у Апостола Иоанна, и противоречила бы высказанному им ранее – IV, 20 (cp. II, 3–6. 9–11. 29; III, 18). III, 17 показывает, что Апостол Иоанн при доказательстве отправляется от более легкого, так сказать, осязаемого, к более трудному, недоступному для непосредственного восприятия; на основании этого в IV, 20 он решительно утверждает, что отсутствие любви к братьям есть явный знак того, что и заявление о любви к Богу есть чистая ложь. И вдруг непосредственно после этого он же говорит, что в любви к Богу (и соблюдении заповедей) мы имеем верный знак того, что мы действительно любим братьев. Раньше следствие служило признаком наличности основания, что совершенно естественно; а теперь основание служить знаком наличности следствия. И далее ведь Апостол опять останавливается на любви к Богу, как главном и основном положении. Поэтому ἐν τούτῳ необходимо относить к предшествующему, именно ко второй половине 1 стиха: на основании высказанного всеобщего закона мы познаем, в каком случае (когда) наступает (имеет место) любовь к детям Божиим. Из указанного естественного закона, что любовь к родившему имеет необходимым следствием и любовь к рожденным от него, т. е. нашим братьям, мы уразумеваем, что, когда мы любим Бога, мы (непременно) любим и детей Божиих, рожденных от Него. Τὰ τέκνα воспринимает из общего закона τὸν γεγεννημένον, и τὸν Θεόν выразительно оттеняет предыдущее τοῦ Θεοῦ. Таким образом, Апостол, продолжая развитие своей мысли, настойчиво утверждает неразрывность любви к Богу и к ближнему и, оставаясь верным своему учению, что любовь к Богу необходимо порождает любовь к брату, доказывает, что последняя необходимо должна обнаруживаться там, где есть первая. Любовь к Богу Апостол Иоанн мыслит не как одно чувство, само в себе заключающее и последнюю цель, но любовь деятельную, выражающуюся в деятельном исполнении Его воли, в осуществлении Его заповедей, почему с любовью к Богу непосредственно соединяет: καὶ τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ τηρῶμεν (о τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ τηρεῖν см. замечания к II, 3, стрн. 359).
3Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его; и заповеди Его не тяжки.
Апостол далее указывает основание, почему наряду с любовью к Богу он поставил исполнение заповедей» Его: αὕτη γὰρ ἐστὶν ἡ ἀγάπη τοῦ Θεοῦ, ἵνα τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ τηρῶμεν. Соблюдение и исполнение божественных заповедей составляет содержание (αὕτη ἐστίν) и вместе с тем цель стремления (ἴνα) любви к Богу. Это совершенно естественно: кого мы любим, волю того мы стараемся исполнить самым тщательным образом, и вместе с тем в этом даем доказательство искренности нашей любви. Апостол высказал это уже в II, 6. Сам Иисус Христос ставить исполнение заповедей в тесную связь с любовью к Богу Отцу (31 Но чтобы мир знал, что Я люблю Отца и, как заповедал Мне Отец, так и творю: встаньте, пойдем отсюда.Ин. 14:31), и ученикам своим Он сказал: Аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите. Имеяй заповеди Моя и соблюдая и их, той есть любяй Мя (15 Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди.Ин. 14:15, 21). Καὶ αἰ ἔντολαὶ αὐτοῦ βαρεῖαι οὐκ εἰσίν, – прибавляет Апостол и этим устраняет всякий предлог к несоблюдению заповедей Божиих: заповеди Божии не тягостны, но таковы, чтобы их нельзя было исполнить. Как показывает данное в следующем стихе обоснование этой мысли, Апостол этим выражением хочет обозначить не легкость заповедей самих в себе, но легкость их в отношении к силам, которыми обладает христианин. Но смотря на всеобщность выражений, речь идет собственно о рожденных от Бога; для них заповеди Божии не являются чем-либо чуждым, налагаемым на них извне; исполнение их составляет внутреннюю потребность. Для любящего Бога исполнять его волю есть дело не только не тягостное, но даже приятное и потому легкое (ср. 30 ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко.Мф. 11:30; 46 Но Он сказал: и вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них.Лк. 11:46); тем более, что и непреодолимых препятствий для осуществления этого внутреннего влечения не может быть, так как верующие обладают сплою, препобеждающею все возможные в таком случае затруднения и искушения, источником которых является враждебный Богу и всему угодному Ему космос. Победа над ним пролагает беспрепятственный путь к непрестанному и неуклонному исполнению божественных заповедей.
4Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша.
Заповеди Божии тяжки не сами по себе, но тяжки для того, кто принадлежит не к царству Божию, царству света, где исполнение воли Божией составляет сущность и потребность жизни, а к царству тьмы, к боговраждебному космосу, где господствует похоть плоти, похоть очей и гордость житейская; все это не от Отца и потому несогласно с заповедями Божиими и отрицает всякое значение их. Естественно, что тому, над кем господствует мир, и кто проникнут и удушевлен его началами, исполнение заповедей Божиих равносильно отречению от самого себя: заповеди налагают на него то, что совершенно чуждо его существу, и при таком состоянии исполнение их является непосильным бременем. Но христиане освободились из под власти мира, препобедили действовавшие в них его начала, изгнали их из себя, сделались причастниками повой божественной жизни, при которой требования заповедей Божиих согласуются с их внутренним существом, почему исполнение заповедей оказывается не тягостным. Силу для этой победы над космосом христианин получает не из своего собственного существа, но из того божественного начала, которое обусловливает собою и характеризует новое направление жизни возрожденного. Отсюда и особенность в обосновании положения, что заповеди Божии не тяжки: ὅτι πᾶν τὸ γεγεννημένον ἐκ τοῦ Θεοῦ νικᾷ τὸν κόσμον. Neutrum, которое Апостол Иоанн употребляет и в других местах, где речь идет исключительно о лицах (6 Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух.Ин. 3:6; 37 Все, что дает Мне Отец, ко Мне придет; и приходящего ко Мне не изгоню вон,Ин. 6:37, 39; 2 так как Ты дал Ему власть над всякою плотью, да всему, что Ты дал Ему, даст Он жизнь вечную.Ин. 17:2), не тожественно с πάντες οἱ γεγεννημένοι. Различие состоит в том, что в последнем случае выдвигается на первый план деятельность лиц, которые обладают силою побеждать мир, тогда как πᾶν τὸ γεγεννημένον, приписывает победу преимущественно силе, действующей в них; человек участвует в победе постольку, поскольку эта сила действует в нем и чрез него. Neutrum, таким образом, здесь лучше выражает существо дела и гораздо резче отмечает всеобщность выражения. Но член τὸ все-таки индивидуализирует абстрактное понятие, выраженное средним родом без члена, и как бы указывает на личное реальное существование.750 Рожденный от Бога вступает в самое тесное живое общение с Богом; в нем пребывает Бог, Который больше того, кто в мире; μείζων ἐστὶνо ἐν αὐτοῖς, ῆ ὁ ἐν τῷ κόσμῳ (IV, 4). Так как в рожденном от Бога (ἐν τῷ γεγεννημένω) постоянно действует Бог (perfect.), то и победа над миром принадлежит ему во всякий данный момент – νικᾶ (praes.): Κόσμος, само собою попятно, должно принимать в смысле II, 15. 16, – это этическое понятие, под которое подходит все противное божественной воле как в самом человеке, так и вне его. Победа над этим миром состоит в твердом противодействии искушениям и соблазнам, идущим от мира. Но там нет победы, где вопреки нападениям врага только непоколебимо удерживают позицию: победа там, где враг действительно сокрушен и лишен возможности делать новые нападения; такой победы достигает рожденный от Бога. Но рождение от Бога, как сказал уже Апостол в V, 1, обусловливается, верою в Иисуса, как Христа; почему в конце концов силою побеждающею мир, является вера. Эту мысль постепенно и последовательно Апостол развивает в 4 и 5 стихах. Сначала он говорит, что побеждающая сила заключается в рождении от Бога; затем, – что эта победа есть вера; наконец, что эта вера есть именно вера в Иисуса Христа, Сына Божия. Таким образом, Апостол переходит к теме, которая составляет основание всего и на которой он теперь останавливается подробно: καὶ αὕτη ἐστὶν ἡ νίκη, ἡ νικὴσασα τὸν κόσμον, ἡ πίστις ὑμῶν. Местоимениеαὕτηуказывает на πίστις ὑμῶν, содержание которой дается в следующем стихе. Наша христианская вера в своем существе носит победу над миром; где она есть, там она необходимо заявляет о себе этою победою; она не только победоносна, но воплощает в себе победу: она есть νίκη (cp. 25 Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет.Ин. 11:25), неизменно побеждающая, отсюда ἡ νικὴσασα (действительный залог). Но если вера в своем существе носит победу, есть сама победа, то она проявляет победоносную деятельность при самом возникновении в нас. На эту первую и основоноложительную победу веры над миром чрез нас и в нас и указывает particip. aoristi ἡ νικὴσασα. В жизни каждого христианина победа совершается в определенный момент времени, составляет в ней важное звено. Правда, наша вера без связи с прошлым фактом победы, совершенной Христом (Ин. 16:83), была бы недействительна, так как нуждается в постоянном источнике, и с этой стороны есть некоторое основание относить aorist. νικὴσασα к прошедшему историческому факту победы, совершенной Спасителем,751 но не нужно опускать из вида того, что речь идет не об объективном факте, а об усвоении его христианами, почему подлежащим является ἡ πίστις ὑμῶν; а это обязывает нас искать место для νικήσασα в пределах жизни верующего.
5Кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий?
Апостол продолжает раскрывать содержание и сущность силы христиан, побеждающей мир: отвлеченные τὸ γεγεννημένον и πίστις обращаются в личное ὁ νικῶν. Апостол кратко и смело обращается к личному сознанию и опыту верующих с вопросом: τίς ἐστὶν ὁ νικῶν τὸν κόσμον, εἰ μὴ ὁ πιστεύων, ὅτι Ἰησοῦς ἐστὶν ὁ Yἱός τοῦ Θεοῦ? Особенно выразительно εἰ μὴ, которое в данном вопросительном предложении показывает, что вера в Иисуса Христа есть единственная сила, побеждающая мир: кто иной побеждает мир, кроме того, кто верует, что Иисус есть Сын Божий? Это – вопрос торжествующей уверенности в неопровержимости утверждения; он имеет тон победной песни. Никто, кроме христианина, не может выступить с притязаниями на победу над миром, потому что все, кроме христиан, находятся под владычеством мира, суть его покорные рабы, которым трудно и подумать о противодействии, тем более, что это владычество им приятно. Но Христос разрушил дела диавола, господствующего в мире (III, 9), изгнал князя мира сего и в прощальной беседе торжественно сказал ученикам: дерзайте, яко Аз победих мир (XVI, 33). Христос победил мир потому, что Он не от мира сего: Он сам единородный Сын Божий; и если бы Иисус был простой человек, хотя бы одаренный сплою свыше, этого не случилось бы. И для всякого, кто хочет вступить в борьбу с миром и победить его, существует только один путь сделаться причастником этой победы – усвоить ее чрез веру, что Иисус есть действительно Сын Божий. Апостол во Христе признает вечного богоравного Сына, Который только как таковой может быть совершителем нашего спасения; посему ни один из эонов лжеучителей не может притязать на совершение этого величайшего дела, требующего божественных сил. Только верующий, что Иисус есть Сын Божий, тем самым признает несомненным факт победы над миром и чрез веру усвояет последнюю себе. Только вера в Иисуса, как воплотившегося единородного Сына Божия, делает нас детьми Божиими и причастниками божественной силы, побеждающей мир, (cp. 57 Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом!1 Кор. 15:57). Praes, νικῶν и πιστεύων отмечает постоянство в причине и следствии.
6Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровию и Духом, не водою только, но водою и кровию, и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть истина.
Таким образом, вера, что Иисус есть Христос Сын Божий, является единственною основой богосыновства и ручательством того, что и на будущее время это состояние обеспечено для нас, так как эта вера побеждает боговраждебный космос и в нем все, что стремится разрушить наше общение с Богом. Эта вера есть фундамент, на котором зиждется все христианство; против нее поэтому и направляют все свои силы представители антихристова духа – лжепророки. В виду этого Апостол чувствует особенное побуждение установить твердые, незыблемые основания, на которых покоится эта вера, что и делает в следующих стихах. Достаточно одного беглого и поверхностного взгляда на эту часть послания, чтобы видеть, что центральное место в ней занимает μαρτυρεῖν и μαρτυρία, которые повторяются здесь десять раз. Этим повторением Апостол, очевидно, имеет в виду утвердить в уме читателей, что христианская вера покоится на фактах, которые возводят ее на степень непререкаемой, абсолютной истины. Вера утверждается на свидетельстве самих очевидцев – Апостолов (I, 1–3), на божественном свидетельстве (ст. 9) и, наконец, на свидетельстве собственного внутреннего опыта каждого истинного христианина (ст. 10). Отсюда эта часть послания получает особенно важное значение в последовательном развитии мыслей послания; по отсюда же объясняется и та многочисленность толкований, какую представляет наличная экзегетическая литература. Разнообразие толкований в значительной степени зависит также и от текстуально-критических трудностей, поддерживаемых догматическими соображениями; особенно это должно сказать о 7-м стихе. Основания веры устанавливаются Апостолом кратко, но сильно и своеобразно. Οὗτὁς ἐστιν ὁ ἐλθών δι’ ὕδατος καὶ αἵματος Ἰησοῦς Χριστός· οὐκ ἐν τῷ ὕδατι μόνον, ἀλλ’ἐν τῷ ὕδατι καὶ τῷ αἵματι· καὶ τὸ πνεῦμα ἐστὶν τὸ μαρτυροῦν, ὅτι τὸ πνεῦμα ἐστὶν ἡ ἀλήθεια. Чтобы постигнуть способ аргументации Апостола Иоанна в данном месте, необходимо припомнить изложенное в изъяснении II, 22 (стрн. 442–445) учение Апостола Иоанна об отношении между Ἰησοῦς, Χριστός и Yἱὸς τοῦ Θεοῦ. Только принимая во внимание сказанное там, мы поймем, почему Апостол Иоанн, поставивши в 5-м стихе положение, что Иисус есть Сын Божий, в следующих стихах доказывает, что Иисус есть Христос, Мессия, Искупитель, и затем в 9 стихе опять говорит, что это есть свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем: доказывая, что Иисус есть Христос, он вместе с тем доказывает и Его божество. Путь доказательства и самый естественный и самый убедительный, потому что основывается на фактах истории. Таким образом, задача 6–9 стихов прежде всего сводится к тому, чтобы доказать, что Иисус действительно есть Мессия· – Христос, Сын Божий. В предложению ὗτός ἐστιν ὁ ἐλθών κτλ., подлежащее – οὗτος, сказуемое – ἐστὶν ὁ ἐλθών. К чему же относится οὗτος? Можно понимать в смысле указания на Ἰησοῦς. Но если Ἰησοῦς есть обозначение человеческой природы, то при этом понимании словами ἐστὶν ὁ ἐλθών δι ὕδατος καὶ αἵματος утверждался бы факт, который не был оспариваем никем, даже гностиками-лжеучителями, которые для человека Иисуса не отрицали ни крещения, ни крестной смерти, хотя за смертью Его не признавали того важного значения, какое приписывали Его крещению в водах Иордана. Нельзя относить οὗιος и к непосредственно предшествующему о Yἱὸς τοῦ Θεοῦ, потому что последнее относительно Иисуса только доказывается, а не дано наперед. Кажется, правильнее видеть в οὗτος указание на Ἰησοῦς, относительно Которого христиане веруют, что Он – ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ. Этому пониманию отвечает дальнейшее наименование Его – Ἰησοῦς Χριστός: вера, что Иисус есть Сын Божий, в последующем получает такое обоснование, в котором должно видеть характерные признаки мессианского достоинства Иисуса.752 Ἐστὶν ὁ ἐλθών не равно ἔρχεται, ἐστὶν ἐρχόμενος или ἐληλυθώς, – форма аориста должна быть строго удержана: она указывает на совершившийся исторический факт, без ближайшего определения его значения для настоящего времени. С другой стороны, нельзя опускать из вида и того, что при ἐλθών стоит член, который отмечает его отношение к субъекту иное, чем если бы стояло просто ἧλθε или ἐστὶν ἐλθών: причастие с членом дает уже не глагольное понятие, по скорее существительное (cp. 15 Иоанн свидетельствует о Нем и, восклицая, говорит: Сей был Тот, о Котором я сказал, что Идущий за мною стал впереди меня, потому что был прежде меня.Ин. 1:15, 18, 29, 33; 13 Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах.Ин. 3:13, 31, 36; 6и др.). Поэтому ἐστὶν ὁ ἐλθών указывает не только то, что субъект сделал, но главным образом отмечает этот субъект, как определенную личность, которой принадлежит предикат, как ее специфический признак (ср. 33 Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым.Ин. 1:33: οὗτος ἐστὶν ὁ βαπτίζων ἐν πνεύματι ἁγίω: ΙII, 13: ὁ ἐκ τοῦ οὐρανοῦ καταβάς). Что ἔρχεσθαιв отношении к Иисусу Христу у Апостола Иоанна всегда есть vox solemnis, т. е. глагол, всегда указывающий на пришествие Иисуса в качестве Мессии,753 это не может быть принято без ограничения в виду 22 После сего пришел Иисус с учениками Своими в землю Иудейскую и там жил с ними и крестил.Ин. 3:22; 5 Итак приходит Он в город Самарийский, называемый Сихарь, близ участка земли, данного Иаковом сыну своему Иосифу.Ин. 4:5, 46, 54; 6и др.; однако ἔρχεσθαι очень часто употребляется в отношении к явлению предсказанных и ожидаемых событий. (Mф. 6:10; Mк. 11:10; 2 Он сказал им: когда молитесь, говорите: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе;Лк. 11:2; 20 Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечал им: не придет Царствие Божие приметным образом,Лк. 17:20; 18 ибо сказываю вам, что не буду пить от плода виноградного, доколе не придет Царствие Божие.Лк. 22:18; 11 Пришел к своим, и свои Его не приняли.Ин. 1:11; 2 Он пришел к Иисусу ночью и сказал Ему: Равви! мы знаем, что Ты учитель, пришедший от Бога; ибо таких чудес, какие Ты творишь, никто не может творить, если не будет с ним Бог.Ин. 3:2, 19; 25 Женщина говорит Ему: знаю, что придет Мессия, то есть Христос; когда Он придет, то возвестит нам все.Ин. 4:25; 24 Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь.Ин. 5:24, 43; 14 Тогда люди, видевшие чудо, сотворенное Иисусом, сказали: это истинно Тот Пророк, Которому должно придти в мир.Ин. 6:14; 27 Но мы знаем Его, откуда Он; Христос же когда придет, никто не будет знать, откуда Он.Ин. 7:27, 31; 27 Она говорит Ему: так, Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир.Ин. 11:27; 46 Я свет пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме.Ин. 12:46 и др.), и общий тон речи в рассматриваемом месте указывает, что и здесь ἔρχεσθαι может быть принято, как техническое выражений, сходное по смыслу с ὁ ἐρχόμενος (Mф. 11:3; 19 Иоанн, призвав двоих из учеников своих, послал к Иисусу спросить: Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого?Лк. 7:19; 27 Она говорит Ему: так, Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир.Ин. 11:27; 13 взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев!Ин. 12:13), обычно прилагаемым к ожидаемому Мессии, к историческому пришествию Его, как спасителя мира. Поэтому ἐλθών не равно по значению с εἰσελθών εἰς τὸν κόσμον, указывающим вообще на пришествие в мир, но отмечает служебное вступление Иисуса в мир в качестве Мессии, т. е. для осуществления Им мессианского служения на земле. Прибавка Χριστός к Ἰησοῦς ставит это понимание вне всякого сомнения. Но ὁ ἐλθών не определяет собою одного какого-либо момента в жизни Иисуса Христа (рождения, выступления на общественное служение): оно обнимает весь исторический факт явления Иисуса, как Христа Сына Божия, без расчленения этого явления на отдельные акты. Это пришествие ближе определяется чрез όι ὕδατος καὶ αίματος, которые теснейшим образом соединяются с ἐλθών, как моменты, особенно характерные для последнего. Предлог διά с род. вещи указывает на средство, через которое совершается действие, заключая тот оттенок, что между действием и средством устанавливается такая тесная связь, что как будто без этого средства действие даже не могло бы совершиться или, но крайней мере, не было бы тем, чем оно является при нем (ср. 7 ибо мы ходим верою, а не видением, -2 Кор. 5:7: διὰ πίστεως περιπατοῦμεν; 25 Но когда надеемся того, чего не видим, тогда ожидаем в терпении.Рим. 8:25; 1 Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще,Евр. 12:1).754 Таким образом, в όι ὕόατος καὶ αίματος утверждается ἔρχεσθαι Иисуса, именно как мессианское, как пришествие Христа Мессии. В δι’ ὕόατος κσὶ αιи их соединении Апостол полагает особенную силу; с этой стороны выразительными являются следующие слова: οὐκ ἐν τῷ ὕδατιμόνον, ἀλλ’ ἐν τῷ ὕδατι καὶ τῷ αἴματι. Не может быть никакого сомнения, что ὕδωρ и αῖμα в последнем предложении те же, что и в предыдущем, и член пред обоими терминами указывает, что они уже были названы раньше. Замене διὰ предлогом ἐν нельзя придавать какого-либо важного значения, так как, хотя эти предлоги и не тожественны по значению, однако и но так далеки, чтобы на основании допущенного Апостолом изменения можно было строить какие-либо предположения об особенном значении ὕδωρ и αἷμα по сравнению с тем, какое они имели перед этим. Ἐν, как и διά, указывает на средство, орудие действия, при чем ставит значение средства или орудия яснее и сильнее, чем простой dativus Instrumentalis.755 Перемена предлогов может обозначать, что пришествие водою и кровию было не только событием в жизни Иисуса, но и средством к осуществлению Им мессианского призвания.Ὑδωρ и αἵμα должны быть взяты в полном своем объеме, какой они имеют в отдельности друг от друга, и соединены самым тесным и неразрывным образом для истинной характеристики мессианского пришествия Иисуса (καί). Но при этом логическое ударение падает на αἵμα. Что же разумеет Апостол под ὕδωρ и αἷμα? На что он указывает в них? На основании сказанного правильное решение этого вопроса возможно только при том условии, если будут приняты во внимание следующие положения: а) аорист ὁ ἐλθών указывает на прошлый исторический факт, объективно данное историческое пришествие Иисуса Христа; поэтому и ὕδωρ и αἷμα, так тесно связанные с ним и между собою предлогом διά, должны быть оба чисто внешними историческими моментами, фактами из исторической жизни Иисуса Христа; б) оба термина должны обозначать два момента, которые стоят в прямом и непосредственном отношении к мессианскому пришествию Иисуса и имеют для него существенно характерное значение, и в) оба момента должны быть такими событиями, которые временно не совпадают и в известной степени самостоятельны, вследствие чего некоторыми даже отделяемы были друг от друга; каждое из них представляет важное событие в жизни Иисуса Христа; но по своему мессианскому смыслу и содержанию они только в неразрывном соединении дают правильный образ Иисуса Мессии. Если примем во внимание все это, то в жизни Иисуса Христа мы находим два исторические момента, которые отвечают выражениям ὕδωρ и αἷμα, – именно крещение Иисуса от Иоанна в начале Его общественного служения и крестную смерть с пролитием крови – в конце. То и другое событие берется в полном своем объеме, со всеми сопровождающими их обстоятельствами, а не только самый акт крещения в воде и смерть на кресте; но для краткости каждое из них обозначается одним словом, которое вызывает представление о целом событии. Эта терминология Апостола Иоанна хорошо была известна читателям послания из его устных бесед, равно как известно было и то важное значение, какое придавал Апостол этим событиям в деле мессианского служения Иисуса. Крещение от Иоанна есть торжественный акт вступления Иисуса в отправление Своего мессианского служения, первый шаг в исполнении воли Божией в качестве Мессии, исполнение всякой правды; с этого времени Он является уже не тем, чем казался прежде: при крещении Он явлен был Крестителю, а чрез него и всему Израилю, как божественный Посланник, Мессия, Сын Божий. «Вода» в изображении ветхозаветными пророками грядущего мессианского времени составляет один из существенных признаков последнего: 3 ибо Я изолью воды на жаждущее и потоки на иссохшее; излию дух Мой на племя твое и благословение Мое на потомков твоих.11 и будет Господь вождем твоим всегда, и во время засухи будет насыщать душу твою и утучнять кости твои, и ты будешь, как напоенный водою сад и как источник, которого воды никогда не иссякают.Ис. 44:3; 58:11; 25 И окроплю вас чистою водою, и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас.Иез. 36:25, 26; XLVII; 8 И будет в тот день, живые воды потекут из Иерусалима, половина их к морю восточному и половина их к морю западному: летом и зимой так будет.Зах. 14:8, – и ей приписывается очищающая и возрождающая сила. Посему Иоанн Предтеча указывает на совершаемое им крещение водою, как на средство, уготовляющее путь для явления Мессии. Увидя Иисуса, идущего к нему, Креститель сказал: се Агнец Божий, вземляй грехи мира: сей есть, о немже аз рех: по мне грядет муж, иже предо мною бысть, яко первее мене бе: и аз не ведех Его: но да явится израилеви, сего ради приидох аз водою крестя (29 На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.30 Сей есть, о Котором я сказал: за мною идет Муж, Который стал впереди меня, потому что Он был прежде меня.31 Я не знал Его; но для того пришел крестить в воде, чтобы Он явлен был Израилю.Ин. 1:29-31). Следовательно, крещение водою для Израиля является признаком, по которому он может узнать грядущего Мессию. Ср. еще 5 Иисус отвечал: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие.Ин. 3:5; 37 В последний же великий день праздника стоял Иисус и возгласил, говоря: кто жаждет, иди ко Мне и пей.Ин. 7:37, 38. Но крещение от Иоанна принимали и другие израильтяне, и потому само собою понятно, что оно одно не могло служить для верующих объективным свидетельством о мессианском достоинстве Иисуса. Чтобы определить, почему совершенное над Иисусом крещение рассматривается как признак мессианства, необходимо обратить внимание на повествование о крещении Господа в Евангелии Иоанна: И свидетельствова Иоанн, глаголя, яко видех Духа сходяща яко голубя с небесе, и пребысть на Нем: и аз не ведех Его: но пославый мя крестити водою, той мне рече: над Него же узреши Духа сходяща и пребывающа на Нем, той есть крестяй Духом Святым: и аз видех и свидетельствовах, яко сей есть Сын Божий (32 И свидетельствовал Иоанн, говоря: я видел Духа, сходящего с неба, как голубя, и пребывающего на Нем.33 Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым.34 И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий.Ин. 1:32-34). Таким образом, при посредстве Святого Духа, мессианское достоинство Иисуса поставлено в самую тесную связь с крещением водою от Иоанна. Смерть на кресте была последним актом земного служения Иисуса Христа, как Искупителя, крайним пунктом самоуничижения воплотившегося, но вместе с тем и началом Его прославления; в Его крови – завершение Его искупительного дела, центр Его мессианского служения, так как отнюдь вся кровию очищаются по закону, и без кровопролития не бывает оставление (22 Да и все почти по закону очищается кровью, и без пролития крови не бывает прощения.Евр. 9:22; cp. 7 если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха.1 Ин. 1:7; 10 В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши.1 Ин. 4:10; 5 и от Иисуса Христа, Который есть свидетель верный, первенец из мертвых и владыка царей земных. Ему, возлюбившему нас и омывшему нас от грехов наших Кровию СвоеюОткр. 1:5; 9 И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени,Откр. 5:9; 14 Я сказал ему: ты знаешь, господин. И он сказал мне: это те, которые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца.Откр. 7:14; 2 по предведению Бога Отца, при освящении от Духа, к послушанию и окроплению Кровию Иисуса Христа: благодать вам и мир да умножится.1 Пет. 1:2; 22 да приступаем с искренним сердцем, с полною верою, кроплением очистив сердца от порочной совести, и омыв тело водою чистою,Евр. 10:22; 24 и к Ходатаю нового завета Иисусу, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева.Евр. 12:24). И «кровь» засвидетельствована Духом, как мессианский признак. Пророчество Исаии о страждущем Мессии нашло приложение к Иисусу в наименовании Его Агнцем Божиим, вземлющим грехи мира (29 На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.Ин. 1:29), от Иоанна, который послан был от Бога, чтобы свидетельствовать об истине. Точно также Дух Святой открывает в вознесении Моисеем змия в пустыне для исцеления Израильтян (9 И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив.Чис. 21:9) прообраз вознесения на крест Иисуса Христа (Сына человеческого), да всяк веруяй вонь не погибнет, но имать живот вечный (14 И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому,15 дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.Ин. 3:14-15). Пророчество Захарии о том, что жители Иерусалима воззрят нань, его же прободоша (XII, 10), а также несокрушение костей пасхального агнца (46 В одном доме должно есть ее, [не оставляйте от нее до утра,] не выносите мяса вон из дома и костей ее не сокрушайте.Исх. 12:46) изъясняются в смысле признаков мессианского характера смерти Иисуса (37 Также и в другом месте Писание говорит: воззрят на Того, Которого пронзили.Ин. 19:37, 36). Таким образом, и кровавая смерть Иисуса Христа свидетельствуется Духом, на основании Писания, как событие, имеющее мессианское значение756. Следовательно, вера в мессианское достоинство Иисуса имеет непоколебимое основание: она покоится на двух основных камнях. Крещение Господа в Иордане, со всем, что существенно принадлежит к этому событию, и смерть на кресте с пролитием крови – это две печати в начале и конце книги земного мессианского служения Иисуса, неразрывно соединенные между собою. Эти два события имеют столь выдающееся значение в определении Его мессианского служения, что для полного удостоверения в этой истине достаточно сказать: Он действительно пришел водою и кровию. В таком характерном начале и в кровавом конце Своей жизни Он показал, доказал и явил Себя миру, как истинный Мессия, поэтому и имя Ему – Ἰησοῦς Χριστός. В этом имени точно формулируется результат целого предложения: οὗτος – αἵματος, выражая совокупность того, что о Нем можно сказать Οὐκ ἐν τῷ ὕδατι μονον, ἀλλ’ ἐν τῷ ὕδατι καὶ τῷ αἵματι – с особенной энергией продолжает Апостол и этим отмечает весьма важную мысль, что и кровавая крестная смерть является столь же важною составною частью мессианского дела Иисуса Сына Божия, как и крещение от Иоанна. Ни в каком случае нельзя отрицать полемической тенденции этих слов; они направлены против тех еретиков, которые неправильно понимали соединение в лице Иисуса Христа божеского и человеческого естества, не признавали единства Его Богочеловеческой личности, Его жизни и Его дела, разрывали то, что должно быть представлено в Нем, как единое. От Иисуса, Которого они во всяком случае признавали простым человеком, они отделяли Небесного, из высшего мира духов сшедшего Христа, высочайшего эона, истинного искупительного духа. Соединение их было только временное; предельными пунктами Его были крещение и смерть: Христос соединился с Иисусом в водах крещения и оставил Его пред страданиями; страдал только человек Иисус. Распятый Мессия и для них, как и для иудеев, был соблазном; они не могли понять тайны страданий Христа; страдания, как они учили, не принадлежали к искупительному мессианскому делу. Они признавали божественно учащего и божественно действующего, но не страждущего Мессию. Таким образом, но их представлению, Χριστός ἐστιν ὁ ἐλθών ἐν τῷ ὕδατι μόνον, ἀλλ’ οὐκ ἐν τῷ ὕδατι καὶ τῷ αἴματι. В послании, вызванном усиленною деятельностью еретиков, направленною на обольщение верующих, Апостол, излагая истинное учение об Иисусе, как Мессии, не мог не коснуться этого ложного воззрения, разрушающего самые основы христианства, энергично оттенил его и противопоставил истинное учение о лице и деле Мессии. Читатели послания должны помнить, что признавать пришествие Иисуса Христа ἑν τῷ ὕδατι μόνον – значит мыслить по-еретически, ниспровергать основной догмат христианства и лишать себя всех благодатных плодов искупительного дела, так как умилостивительная жертва составляет центр мессианского служения. Иисус, пришедший только в водах крещения, был бы лишь пророком, по не Искупителем; таковым Он является в крови, излиянной на кресте в умилостивление за грешный род человеческий. Καί отмечает дальнейшее движение мысли Апостола и к предыдущим признакам истинно-мессианского характера пришествия Иисуса присоединяет новое доказательство и подтверждение той же истины в свидетельстве Духа: καὶ τὸ πνεῦμα ἐστὶν τὸ μαρτυροῦν, ὅτι τὸπνεῦμα ἐστὶν ἡ ἀλήθεια. Понятие «свидетельства» здесь выступает в первый раз, пока без всякого обозначения, что Дух свидетельствует вместе с другими свидетелями, а потому несомненно, что в предшествующей части стиха ὕδωρ и αἷμα мыслятся только как отличительные и существенные признаки мессианского пришествия Иисуса. Πνεῦμα с членом и без всяких дальнейших определений, с своим постоянным и существенным признаком τὸ μαρτυροῦν (прич. настоящ. вр. и член τὸ; ср. ὁ ἐλθών), – не может быть понимаемо в смысле внутренней духовной жизни христианина: об этом свидетельстве речь впереди (ст. 10. 11). Следующее предложение: ὅτι τὸ πνεῦμα ἐστὶν ἡ ἁλὴθεια исключает всякую возможность относить τὸ πνεῦμα к человеческому духу, в каком бы значении ни принимать ὅτι («что» или «потому что»), ибо человеческому духу, какими бы качествами он ни обладал, не может быть придан предикат ἡ ἀλὴθεΐα в абсолютном значении этого термина, тем более, если он есть πνεῦμα τῆς πλάνης (IV, 6). В следующих словах τὸ πνεῦμα является свидетельствующим наряду с ὕδωρ и αἷμα и должен быть так же объективным, как и они. Это Дух Святой, третья Ипостась Св. Троицы, без Которого никто не может назвать Иисуса Господом (3 Потому сказываю вам, что никто, говорящий Духом Божиим, не произнесет анафемы на Иисуса, и никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым.1 Кор. 12:3). К такому пониманию πνεῦμα приводят уже те места послания, в которых πνεῦμα характеризуется, как сообщенный от Бога верующим и обнаруживающий свою деятельность в детях Божиих в качестве животворящего и просвещающего (III, 24; IV, 2. 6; II, 20. 27). Еще ближе и яснее определяется такое понимание πνεῦμα в Евангелии Иоанна (IV, 16. 26; XV, 26; XVI, 3. 24; ср. Рим. 6:63; 7:39). Спаситель, обещая послать Утешителя, Духа истины, говорит, что Он будет свидетельствовать о Нем: Егда же приидет Утешитель, Его же Аз послю вам от Отца, Дух истины, Иже от Отца исходит, той свидетельствует о Мне (26 Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне;Ин. 15:26: ἐκεῖνος μαρτυρήσει περὶ ἐμοῦ: cp. ΧVΙ, 7–11; 13–15). Глагол μαρτυρεῖν всегда заключает в себе мысль о сообщении чего-либо самопережитого, самоиспытанного, в истинности которого сообщающий убежден, как в собственном бытии (cp. I, 2, стрн. 285). Бог почему у Апостола Иоанна в μαρτυρεῖν мыслится как само собою попятное указание на несомненную истинность свидетельства и требуется только показать, на чем она основывается (ср. 26 Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне;Ин. 15:26: τὸ πνεῦμα τῆς ἀληθείας... ἐκεῖνος μαρτυρὴσει περὶ ἐμοῦ: XIX, 35: ὁ ἑωρακώς μεμαρτύρηκε, καὶ ἀληθινὴ αὐτοῦ ἐστὶν ἡ μαρτυρία καὶ ἐκεῖνος οἷδεν, ὅτι ἀληθῆ λέγει). Так и здесь предложение сὅτι дает обоснование того, почему о τὸ πνεῦμα можно сказать ἐστὶ τὸ μαρτυροῦν: ὅτι τὸ πνεῦμαἐστὶν ἡ ἀλήθεια. В виду такого отношения последнего предложения к предшествующему, ὅτιможет значит только «потому что». Дух есть ἡ ἀλήθεια (не ἀληθὲς), истина в полном объеме этого понятия, абсолютная истина, как и Сам Христос Сын Божий (6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.Ин. 14:6); поэтому о Духе и сказал Апостол, что Он «свидетельствуй», именно в истинном смысле этого слова, и свидетельствуемая Им истина не подлежит никакому сомнению. Апостол Иоанн не только воспринял то, что сказал о Св. Духе Господь (XIV, 17; XV, 26; XVI, 13), но и изъяснил сказанное Спасителем в глубочайшем значении. Genitiv, τῆς ἀληθείας (в τὸ πνεῦμα τῆς ἁληθείας) обозначает не только то, что Дух сообщает божественную истину, но и то, что истина составляет Его существо, именно истина в ее объективном абсолютном смысле. Что служит предметом свидетельства Св. Духа, ясно видно из связи: это та же истина, которую удостоверяют ὕδορ и αἷμα, именно мессианство Иисуса. Но что разумеется под свидетельством Духа? Есть ли это определенный факт, определенный случай, в котором дано это свидетельство? Дальнейшее объединение Духа, воды и крови в μαρτυροῦντες (τρεῖς εἰσὶν οἱ μαρτυροῦντες τὸ πνεῦμα καὶ τὸ ὕδωρ καὶ τὸ αἷμα), как трех свидетелей, дает основание и в отношении к свидетельству Духа мыслить определенный факт, который может быть поставлен рядом с крещением во Иордане и крестною смертью на Голгофе. Какой это факт, теперь ясно: это сошествие Св. Духа на Апостолов в день Пятидесятницы. Уне есть вам, да Аз иду, – говорил Спаситель ученикам. – аще δο не иду Аз, Утешитель, не приидет к вам: аще ли же иду, пост Его к вам... Егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всяку истину... Он Мя прославит, яко от Моего приимет и возвестит вам... Той свидетельствует о Мне (7 Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам,Ин. 16:7, 13, 14; 26 Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне;Ин. 15:26; ср. 8 но вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли.Деян. 1:8). В день Пятидесятницы дано человечеству свидетельство Духа об Иисусе: Он засвидетельствовал Его, как истинного Мессию, когда сошел на учеников и даровал Его Церкви благодатные силы. Вместе с тем это свидетельство Духа не есть только прошедший исторический акт: для Церкви, в которой Св. Дух пребывает, одушевляя ее, Его свидетельство есть всегда настоящее – τὸ μαρτυροῦν (praes.). В смысле свидетельства о мессианстве Иисуса Христа изъясняет сошествие Св. Духа и Апостол Петр в речи к синедриону: Бог Отец наших воздвиже Иисуса, Его же вы убисте повесивше на древе. Сего Бог начальника и спаса возвыси десницею своею дати покаяние Израилева и оставление грехов. И мы есмы того свидетели глагол сих, и Дух Святый, Его же даде Бог повинующымся Ему (30 Бог отцов наших воскресил Иисуса, Которого вы умертвили, повесив на древе.31 Его возвысил Бог десницею Своею в Начальника и Спасителя, дабы дать Израилю покаяние и прощение грехов.32 Свидетели Ему в сем мы и Дух Святый, Которого Бог дал повинующимся Ему.Деян. 5:30-32). Уже в прощальной беседе Спасителя посольство Духа поставлено в тесную связь с прославлением Его, как Мессии, Сына Божия; и Апостол Иоанн, как бы комментируя слова божественного Учителя, замечает в другом месте своего Евангелия: сие же рече о Дусе, его же хотяху приимати верующий во имя Его: не убо бе Дух Святый, яко Иисус не у бе прославлен (39 Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него: ибо еще не было на них Духа Святаго, потому что Иисус еще не был прославлен.Ин. 7:39). Пришел Дух Святой и одним своим явлением засвидетельствовал прославление Иисуса, как истинного Мессии, Сына Божия.
7Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино.8И три свидетельствуют на земле: дух, вода и кровь; и сии три об одном.
В пламени языков пролит Духом Святым ясный свет на всю земную жизнь и деятельность Иисуса Христа (ср. 38 Петр же сказал им: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа.39 Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш.40 И другими многими словами он свидетельствовал и увещевал, говоря: спасайтесь от рода сего развращенного.Деян. 2:38-40); наставляющий на всякую истину вместе с тем явился великим комментатором, изъяснившим истинный смысл двух великих событий Его исторической жизни, которые хотя уже по самому своему существу указывали на Иисуса, как истинного Мессию, однако без свидетельства Духа не могли быть поняты во всем своем значении. Чрез свидетельство Духа вода и кровь – признаки мессианского достоинства пришествия Иисуса – уже являются в качестве свидетелей наряду с свидетельством самого Духа. Но с другой стороны, хотя Дух есть свидетель κατ’ ἐξοχὴν, потому что Он есть истина, однако в данном случае, где речь идет об историческом засвидетельствовании факта исторического явления Иисуса Христа, Его свидетельство непременно должно быть соединено с историческими событиями, обозначенными терминами ὕδωρи αἷμα. Таким образом, на свидетельстве этих трех свидетелей истина, что Иисус ость Сын Божии, Мессия, утверждается самым непоколебимым образом: ὅτι τρεῖς εἰσὶν οἰ μαρτυροῦντες, τὸ πνεῦμα καὶ τὸ ὕδωρ καὶ τὸαἷμα, καὶ οἱ τρεῖς εἰς τὸ ἕν εἰσιν. Ὅτι, очевидно, может иметь только значение «ибо», «потому что». Но что обосновывает собою это предложение? Непосредственно предшествующее предложение не нуждается в обосновании, так как в нем самом Апостол находит последний и самоочевидный критерий истинности свидетельства Духа. Вся аргументация Апостола в рассматриваемой части послания направлена на доказательство положения, высказанного в 5 стихе: «Иисус ость Сын Божий», кратко выраженного и точнее определенного в Его имени «Иисус Христос». И все, что сказано было в 6-м стихе, служило подготовлением к решительному утверждению этой истины под непоколебимым ручательством формально имеющего законную силу свидетельства, так что и весь 6 стих представляется вводным в том именно смысле, как это часто встречается у Апостола Иоанна. Эту истину и обосновывает собою предложение с ὅτι. По ветхозаветному закону (6 По словам двух свидетелей, или трех свидетелей, должен умереть осуждаемый на смерть: не должно предавать смерти по словам одного свидетеля;Втор. 17:6; 15 Недостаточно одного свидетеля против кого-либо в какой-нибудь вине и в каком-нибудь преступлении и в каком-нибудь грехе, которым он согрешит: при словах двух свидетелей, или при словах трех свидетелей состоится [всякое] дело.Втор. 19:15; 6 а кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской.Мф. 18:6; 17 А и в законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно.Ин. 8:17; 1 В третий уже раз иду к вам. При устах двух или трех свидетелей будет твердо всякое слово.2 Кор. 13:1), двух или трех свидетелей вполне достаточно, чтобы дать надежное ручательство за достоверность какого-либо факта: основываясь на их показаниях, можно побить преступника камнями. Апостол с особенною силой оттеняет, что и в данном случае имеется полное число свидетелей, и, следовательно, истина утверждается прочно; поэтомуτρεῖς выразительно поставлено на первом плане. Mascul. τρεῖς и οἱ μαρτυροῦντες при существительных среднего рода (τὸ πνεῦμα, τὸ ὕδωρ, τὸ αἷμα) объясняется с одной стороны тем, что Дух Святой представляется не только, как сила свидетельствующая, по именно как лицо (cp. 26 Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам.Ин. 14:26; 26 Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне;Ин. 15:26: τὸ πνεῦμα... ὅ... ἔκεῖνος); с другой стороны, и потому, что вода, кровь и Дух принимаются как личные свидетели: пред судом почитаются достаточными для констатирования сомнительного факта три согласные свидетеля, а не три момента или основания в доказательстве. Поэтому и далее: καὶ оἱ τρεῖς... Из praes, μαρτυροῦντες нельзя выводить, что вода и кровь существуют и в настоящее время субстанционально и на основании этого видеть в ὕδωρ и αἷμα указание на таинства крещения и евхаристии: praesens указывает на постоянное их свидетельство, и μαρτυροῦντες они могут быть названы и в качестве прошлых исторических фактов. Причастие μαρτυροῦντες с членом сильнее оттеняет свидетельскую деятельность воды, крови и Духа, чем простое он μάρτυρες, внося еще тот оттенок мысли, что свидетельство принадлежит им, как их существенное определение: их задача заключается в том, чтобы постоянно свидетельствовать. Между этими свидетелями Дух есть свидетель в собственном смысле, потому что Он есть абсолютная истина; Он главный и вполне самостоятельный свидетель, независимый от воды и крови. Напротив, последние в Нем получают изъяснение своего важного значения; поэтому в ряду свидетелей Духу отведено первое место. изъясненные свидетельством Духа в своем мессианском значении, вода и кровь получают силу и место свидетелей после Духа и в зависимости от Него. Но суть дела не в том только, чтобы было на лицо три свидетеля, а и в том, чтобы они свидетельствовали согласно; без согласия и ста свидетелей не достаточно для утверждения истины; поэтому сила доказательства 7–8 стихов лежит в заключительном предложении: καὶ οΐ τρεῖς εἰς τὸ ἕν εἰσιν. Член пред τρεῖς указывает на определенных, уже названных трех свидетелей (субъект выразительно повторен, чтобы сильнее оттенить единство объекта). Глагол εἶναι в соединении с предлогом εἰς получает значение идти, направляться, 757 и таким образом εἰς τὸ ἕν εἰσινотмечает один и тот же объект или пункт, к которому, так сказать, стекаются свидетельства: все три свидетеля согласно направляют свое свидетельство к одной и той же цели, на один и тот же предмет, на одну и ту же истину758. Τὸ ἕν равно τὸ αὐτό (ср. 2 то дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны;Флп. 2:2: τὸ ἕν φρονοῦντες), а не просто ἕν (ср. ἕν εἶναι – 30 Я и Отец - одно.Ин. 10:30; 11 Я уже не в мире, но они в мире, а Я к Тебе иду. Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы.Ин. 17:11, 21, 22; 8 Насаждающий же и поливающий суть одно; но каждый получит свою награду по своему труду.1 Кор. 3:8; τελειοῦσθαι εἰς ἕν – 23 Я в них, и Ты во Мне; да будут совершены воедино, и да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбил их, как возлюбил Меня.Ин. 17:23; συνάγειν εἰς ἕν – 52 и не только за народ, но чтобы и рассеянных чад Божиих собрать воедино.Ин. 11:52). Член τὸ перед ἕν отмечает согласие свидетелей. И эта истина, о которой так согласно свидетельствуют три свидетеля, есть основная тема речи Апостола, что Иисус есть Христос Сын Божий.
9Если мы принимаем свидетельство человеческое, свидетельство Божие - больше, ибо это есть свидетельство Божие, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем.
Таким образом, христианская вера имеет за себя ручательство трех свидетелей. Даже с обычной человеческой точки зрения их свидетельство удовлетворяет условиям человеческого удостоверения; но оно имеет гораздо более прав на принятие, потому что свидетельство, о котором говорит Апостол, есть божественное свидетельство, ибо в нем Бог дал свидетельство о Сыне Своем. Это свидетельство, следовательно, имеет несравненно больше авторитета. Слова Апостола в 9 ст. являются как бы отзвуком речи Спасителя к фарисеям: «а и в законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно; Я Сам свидетельствую о Себе и свидетельствует о Мне Отец, пославший Меня» (17 А и в законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно.Ин. 8:17, 18). Условное предложение (εἰс изъявительн.) не заключает в себе ни малейшего оттенка сомнения, напротив, оно указывает на факт, всюду и необходимо наступающий: в обычном судопроизводстве и разбирательстве спорных дел согласие трех свидетелей признается достаточной порукой истинности свидетельствуемого ими; поэтому и λαμβάνομεν – принимаем, как достаточно обоснованное (judicio approbamus; ср. 11 Истинно, истинно говорю тебе: мы говорим о том, что знаем, и свидетельствуем о том, что видели, а вы свидетельства Нашего не принимаете.Ин. 3:11, 32, 33). Свидетельству человеческому противопоставляется ἡ μαρτυρία τοῦ Θεοῦ, как μείζων. Как свидетельство человеческое, так и свидетельство Божие берутся совершенно в общем смысле без всякого отношения к их содержанию; противопоставляются собственно τῶν ἀνθρώπων и τοῦ Θεοῦ: любое человеческое свидетельство, если оно удовлетворяет известным требованиям, мы принимаем; как же не признать свидетельства Божия, если оно удовлетворяет тем же требованиям? Поэтому и μείζων указывает не на содержание свидетельства, но единственно на его правовую ценность, насколько свидетель Бог внушает несравненно большее (абсолютное) доверие, чем свидетель человек. Но самая форма аргументации несколько не обычна: не достает заключительного предложения. Полное предложение должно быть в таком виде: «если мы принимаем свидетельство человеческое, то тем более должны принять свидетельство Божие, потому что оно большее».... Но Апостол указывает только основание, считая вывод из данных посылок совершенно простым и понятным. Большее, в смысле несомненной истинности (36 Я же имею свидетельство больше Иоаннова: ибо дела, которые Отец дал Мне совершить, самые дела сии, Мною творимые, свидетельствуют о Мне, что Отец послал Меня.Ин. 5:36), свидетельство Божие Апостол ближе определяет со стороны содержания в следующих двух предложениях: ὅτι αὕτη ἐστὶν ἡ μαρτυρία τοῦ Θεοῦ, ῆν μεμαρτύρηκεν περὶ τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ. Ὅτι, в виду совершенного отсутствия оснований быть recitativum, может быть принято только в смысле causale; но опять, как и в 7 ст., оно обосновывает не предыдущую мысль – превосходство авторитета божественного свидетельства, потому что последнее не нуждается в таковом обосновании, да и содержание предложения с ὅτι не может служить этой цели: здесь делается применение высказанного общего положения к данному случаю. Апостол указывает, что свидетельство, о котором сказано в 7–8 стихах, и есть именно свидетельство Божие, которое, как таковое, больше всякого человеческого свидетельства и должно быть принято; поэтому предложение с ὅτι дает основание для обращения к этому свидетельству: такое свидетельство дано и потому мы обращаемся к нему. Из сказанного видно, что αὕτη указывает не на последующее предложение, но на 7–8 стихи. Предложение ἦν μεμαρτύρηκεν περὶ τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ ближе определяет предшествующее μαρτυρία τοῦ Θεοῦ, как свидетельство Бога о Сыне Своем. Подлежащее в этом предложении ὁ Θεός; но Апостол опускает его, как само собою понятное, и сосредоточивает свое внимание на факте свидетельства: μεμαρτύρηκεν. Форма глагола не указывает на определенное историческое событие, при котором дано было свидетельство: perfectum говорит, что свидетельство Божие действительно дано и сохраняет свою силу и доныне. Смысл всего стиха получается такой: если мы принимаем свидетельство человеческое, то, так как свидетельство Божие больше, тем более должны принять настоящее свидетельство троих (Духа, воды и крови), потому что это именно есть свидетельство Божие, в котором Бог дал свидетельство о Сыне Своем. Но каким образом свидетельство Духа, воды и крови может быть названо свидетельством Божиим? Что касается свидетельства Духа, то так как Дух есть Божий, то и Его свидетельство есть свидетельство Божие; свидетельство же воды и крови само по себе не может бить названо свидетельством Божиим. Но необходимо помнить, что вода и кровь являются неотъемлемыми признаками мессианского пришествия Сына Божия не но своей природе, но в силу того значения, какое по планам божественного домостроительства они должны иметь в деле спасения человеческого рода воплотившимся Сыном Божиим, и потому первое – вода крещения – соединяется с голосом Бога Отца и свидетельством Крестителя (33 Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым.Ин. 1:33), второе – крестная смерть сопровождается событиями, предсказанными в Свящ. Писании и свидетельствующими об Умершем, как истинном Мессии, Сыне Божием (34 но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода.35 И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили.36 Ибо сие произошло, да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится.37 Также и в другом месте Писание говорит: воззрят на Того, Которого пронзили.Ин. 19:34-37). Поэтому совершенно законно этих свидетелей признавать божественными свидетелями, тем более, что необходимую значимость их, как верных и очевидных доказательств истины, утверждает божественный свидетель – Дух Святой.
10Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом; не верующий Богу представляет Его лживым, потому что не верует в свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем.
Свидетельство Божие о Сыне, данное чрез посредство трех свидетелей, имеет своею целью вызвать и утвердить в людях непоколебимую веру в предмет свидетельства. Содержание этого свидетельства Апостол обозначает περὶ τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ (9 ст.). В этих словах он сокращенно выражает всю истинную христологию, указав самое существенное в ней. Где свидетельство Божие принимается, там является вера в Иисуса Христа Сына Божия, – вера в смысле живого, тесного взаимообщения со Христом, которая поэтому приносит верующему плоды дела, совершенного Воплотившимся. Уверовавший возрождается, преобразуется и в личном опыте находит твердое свидетельство того, что предмет его веры истинно такой, каким представляли его свидетели; Иисус есть Сын Божий, так как в противном случае верующий не мог бы переживать того, что на самом деле он переживает. Таким образом, к свидетельству Божию, которое имеет всеобщее значение, в принявшем это свидетельство и уверовавшем в Сына Божия присоединяется еще одно свидетельство, которому Апостол Иоанн всегда придает важное значение, – свидетельство внутреннего личного опыта, личного самосознания: «свидетельство состоит и том, что Бог даровал нам вечную жизнь, и сия жизнь – в Сыне Его». Отсюда ὁ πιστεύων εἰς τὸν Yἱὸν τοῦ Θεοῦ ἔχει μαρτυρίαν ἐν αύτῷ· ὁ μὴ πιστεύων τῷ Θεῷ ψεύστην πεποίηκεν αὐτόν, ὅτι οὐ πεπίστευκεν εἰς τὴν μαρτυρίαν, ἣν μεμαρτύρηκεν ὁ Θεὸς περὶ τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ. Так как ὁ πιστεύων εἰς τὸν Yἱὸν τοῦ Θεοῦ противополагается далее ὁ μὴ πιστεύων τῷ θεῶ, то ясно, что вера в Сына Божия, о которой говорит Апостол, есть следствие принятия свидетельства Божия о Сыне Своем. Вера разумеется самая полная и совершенная. Πιστεύειν εἴς τινα, как уже было сказано сильнее πυστεύειν τινὶ: первое указывает на веру, которая направляется на объект и успокаивается на нем, как на последней цели стремлений человека, – вера обнимает весь предмет; тогда как второе указывает только на веру тому, что кто-либо говорит, как далее ὁ μὴ πιστεύων τῷ Θεῷ – именно дающему свидетельство о Сыне Своем. Вступивший в такое тесное общение со Христом в вере в себе самом, в своем внутреннем существе обладает в качестве своей полной, неотъемлемой и постоянной собственности, свидетельством (ἔχει τὴν μαρτυρίαν), разумеется, о том предмете, о котором свидетельствует и Бог. Под τὴν μαρτυρίαν необходимо понимать не то же внешнее свидетельство Божие, посредством веры сделавшееся внутренним, так как в таком случае должно было бы стоять τὴν μαρτυρίαν τοῦ Θεοῦ; член пред μαρτυρίαν указывает единственно на то, что речь идет не о каком-либо ином свидетельстве, но о свидетельстве об Иисусе, как Сыне Божием. Поэтому здесь нужно видеть свидетельство не Божие, а находящееся во внутреннем существе человека, каким последнее оказалось после принятия божественного свидетельства и живого единения со Христом в вере и чрез веру. Ср. 16 Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы - дети Божии.Рим. 8:16: «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии». 6 А как вы - сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: "Авва, Отче!"Гал. 4:6: «Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: Авва, Отче». Ἐν αύτῷ наряду с ἔχει обозначает область μαρτυρία во внутреннем существе верующего (ср. 38 и не имеете слова Его пребывающего в вас, потому что вы не веруете Тому, Которого Он послал.Ин. 5:38). Ἐν αύτῶ – указывает именно на верующего; впрочем, и принимающие чтение ἐν αὐτῷ изъясняют его в смысле: в нем самом. В чем состоит это свидетельство, Апостол пока не определяет. Но если верующий в Сына Божия плодами веры еще более утверждается в вере, то не верующий является тягчайшим преступником: ὁ μὴ πιστεύων τῷ Θεῷ ψεύστην πεποίηκεν αὐτόν. Предложение берется в совершенно общем смысле и неопределенно, с оттенком условности: если кто не верует...; при τῷ Θεῷ по связи с предшествующим необходимо подразумевается τῷ μεμαρτυρηχότὶ. Вере в Сына Божия противополагается неверие Отцу, потому что первая обусловливается принятием свидетельства Отца, на что указывают и заключительные слова 10-го стиха: то не верова во свидетельство, еже свидетельствова Бог о Сыне Своем. Мы не верим кому-либо, если считаем слова его ложью; если это неверие постоянное (в дан. случ. praes.), то это имеет свое основание в том, что мы считаем того, кому не верим, но только солгавшим в частном случае, но и вообще лжецам, нравственно извращенным, который поэтому ни в чем не заслуживает доверия. То же самое мыслит о Боге не верующий Его свидетельству о Сыне: он сделал и делает (perf.) Бога лжецом до тех нор, пока продолжается это неверие. Он повинен в этом преступлении, хотя и не сознает этого, потому что не поверил (и теперь не верит) во свидетельство, которым Бог свидетельствовал (и теперь свидетельствует) о Сыне Своем: ὅτι οὐ πεπίστευκεν εἰς τὴν μαρτυρίαν, ἦν μεμαρτύρηκεν ὁ Θεὸς περὶ τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ. От условно обозначенного ὁ μὴ πιστεύων Апостол быстро переходит к действительному факту – οὐ πεπίστευκεν – как бы совершившемуся пред его глазами.
11Свидетельство сие состоит в том, что Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его.
Что же это за свидетельство, которое верующий в Сына Божия имеет в себе самом, и каким образом оно служит доказательством истинности христианской веры? Ответ на эти вопросы Апостол дает в следующих двух стихах. Καὶ αὕτη ἐστὶν ἡ μαρτυρία, ὅτι ζωὴν αἰώνιον ἔδωκεν ἡμῖν ὁ Θεὸς, καὶ αὕτη ἡ ζωὴ ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ ἐστίν. Эти слова Апостола стоят в тесной связи с первою половиной предыдущего стиха, так как вторая его половина составляет, собственно говоря, вводную мысль. Αὕτη указывает на следующее предложение сὅτι, в котором раскрывается содержание ἡ μαρτυρία. Последнее воспринимает τὴν μαρτυρίοιν первой половины 10-го стиха и означает свидетельство, которое имеет верующий в самом себе, в своем внутреннем существе, как отличное от ἡ μαρτυρία τοῦ Θεοῦ, хотя и зависящее от него. Свидетельство это состоит в том, что Бог дал нам вечную жизнь. Ζωὴν αἰώνιον – поставлено на нервом месте потому, что на нем сосредоточивается вся мысль Апостола; в отличие от ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος и ἡ αἰώνιος ζωὴ простое ζωὴ αἰώνιος обозначает общий характер этой жизни, как вечной, не утверждая вместе с тем, что эта жизнь есть единая истинная жизнь: Апостол имеет в виду доказать не это. Эту вечную жизнь Бог дал нам; она сделалась нашим достоянием, вошла во внутреннее наше существо, так что мы сознаем ее присутствие в нас. Aor. ἔδωκεν указывает на определенный исторический факт дарования нам жизни в посольстве единородного Сына (cp. IV, 9. 10; 16 Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.Ин. 3:16). Как дарованная нам Богом, вечная жизнь может служить доказательством богосыновства; об этом говорить следующее предложение: καὶ αὕτη ἡ ζωὴ ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ ἐστίν. Нет никакого основания ставить это предложение в зависимость от αὕτη ἐστὶν ἡ μαρτυρία, как будто бы пред ним было повторено ὅτι, – оно сочинено с главным предложением и представляет дальнейшее раскрытие мысли Апостола о свидетельстве в ζωὴ αἰώνιος. Эта жизнь (αὕτη ἡ ζωή) дана нам в воплотившемся Сыне Божием, «Начальнике жизни» (15 а Начальника жизни убили. Сего Бог воскресил из мертвых, чему мы свидетели.Деян. 3:15), и нигде больше нельзя найти ее. Отсюда прямое следствие, что вечная жизнь только там, где Сын Божий. Обладание Сыном Божиим неизменно приносит с собою и обладание вечною жизнью.
12Имеющий Сына (Божия) имеет жизнь; не имеющий Сына Божия не имеет жизни.
Поэтому ὁ ἔχων τὸν Yἱὸν ἔχει τὴν ζωὴν ὁ μὴ ἔχων τὸν Yἱὸν τοῦ Θεοῦ τὴν ζωήν οὐκ ἔχει. Вечная жизнь открылась (ἐφανερώθη) во Христе – οὐσιωόῶς (cp. 4 В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.Ин. 1:4; 25 Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет.Ин. 11:25; 6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.Ин. 14:6), σωματικῶς (9 ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно,Кол. 2:9), ἐνεργητικῶς (10 для блудников, мужеложников, человекохищников, (клеветников, скотоложников,) лжецов, клятвопреступников, и для всего, что противно здравому учению,1 Тим. 1:10); она открылась во Христе, потому что в Нем действительно была, и верующий имеет жизнь вечную, поскольку имеет часть в Сыне Божием – ἔχει τὸν Yἱόν. Но ἔχει τὸν Yἱόνдостижимо единственно только чрез веру, что Сын Божий, Слово жизни и вечная жизнь, явился нам в лице Иисуса, «да живи будем Им», т. е. чрез веру, что Иисус есть Сын Божий. Твердо усвоивши ту истину, что вечная жизнь в Сыне Божиим и от Него одного может быть получена, мы, сознавая в себе ее присутствие и видя источник ее в пашей вере в Иисуса, тем самым убеждаемся, что Иисус есть действительно Сын Божий. Раз это несомненно, то несомненно и то, что не имеющий Сына, не верующий, что Иисус есть Сын Божий, не имеет жизни: ὁ μὴ ἔχων τὸν Yἱὸν τοῦ Θεοῦ τὴν ζωὴν οὐκ ἔχει. Мысль берется условно, почему и отрицание μή. Член при ζωήν указывает, что это именно та ζωὴ αἰώνιος, о которой была речь. Апостол ставить τὴν ζωὴν впереди, отмечая ее, как внутреннее свидетельство о богосыновстве Иисуса, которого лишает себя не верующий. В отрицательном предложении выразительно сказано τοῦ Yἱοῦ τοῦ Θεοῦ, потому что обладающие Им знают, что Он – Сын Божий, тогда как не верующим должно быть поставлено на вид, Кого они отвергают.
13Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную.
Уже в 11 и 12 стихах Апостол как будто несколько уклонился от прямого хода аргументации и поставил на первый план связь веры в Сына Божия с обладанием вечною жизнью, не делая отсюда вывода в пользу основания христианской веры, что Иисус есть Сын Божий; теперь же в 13 стихе он прямо говорит, что все, написанное им о вере в Иисуса Христа (V, 6–12), имело своею целью укрепить их сознание в том, что, веруя во имя Сына Божия, они обладают вечною жизнью. Ταῦτα ἔγραψα ὑμῖν τοῖς πιστεύουσιν εἰς τὸ ὅνομα τοῦ Yἱοῦ τοῦ Θεοῦ, ἵνα εἰδῆτε, ὅτι ζωὴν ἔχετε αἰώνιον καὶ ἵνα πιστεύητε εἰς τὸ ὅνομα τοῦ Yἱοῦ τοῦ Θεοῦ. Содержание стиха показывает, что ταῦτα ближайшим образом может указывать только на 6 – 12 ст., где говорится о вере в Иисуса Христа Сына Божия, как необходимом условии обладания вечною жизнью. Апостол, пишет послание им, верующим во имя Сына Божия – τοῖς πιστεύουσιν εἰς τὸ ονομα τοῦ Yἱοῦ τοῦ Θεοῦ. Весь характер аргументации рассчитан именно на читателей, которые чрез веру в Иисуса Христа Сына Божия имеют в самих себе неоспоримое внутреннее свидетельство своего богосыновства. Этим читателям Апостол пишет с тою целью, чтобы оттенить для них ту мысль, что, веруя во имя Сына Божия, с полным убеждением принимая то, что говорит Его имя, они обладают вечною жизнью. Но с другой стороны, остается несомненным и то, что ἵνα εἰδῆτε κτλ. указывает на намерение Апостола обратить внимание читателей на то внутреннее сокровище, которым они – верующие во имя Сына Божия – уже обладают. Сознавши в достаточной степени всю ценность этого благодатного дара, они тем с большею ревностью станут дорожить им, и, кроме того, что вполне согласно с течением мысли, в этом сознании они найдут твердое доказательство истинности христианской веры вопреки обольщениям еретиков. Если вера в Иисуса явилась для них источником вечной жизни, то это возможно только при том условии, что Иисус не простой человек, а обладатель вечной истинной жизни, Сын Божий, так как несомненно то, что Искупитель не может дать больше того, чем сколько имеет Сам. В этом сознании читатели найдут новое основание и побуждение еще более укрепляться в вере в Сына Божия. Отсюда получает свое значение и кажущееся излишним заключение 18 стиха: καὶ ἵνα πιστεύητε εἰς τὸ ὄνομα τοῦ Yἱοῦ τοῦ Θεοῦ,являясь в высшей степени важным по сопоставлению с наличными условиями жизни христиан759.
14И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас.
Вера в Иисуса Христа Сына Божия служит для верующих источником вечной жизни, так как приводит их в тесное и живое общение с самою Жизнью. Верующий сознает это, сознает, что он перешел от смерти к жизни: пропасть между Богом и людьми уничтожена. Послание в мир единородного Сына Божия в умилостивление за наши грехи служит проявлением неизреченной божественной любви, в силу которой мы можем назваться детьми Божиими, как рожденные от Него и обладающие божественным семенем. И действительно, мы, верующие в Иисуса Христа Сына Божия, теперь дети Божии; мы незнаем, чем мы будет потом, но теперь сознаем, что мы стоим к Богу в детски доверчивых отношениях, можем обращаться к Нему, как Отцу, открывая Ему все, что лежит на сердце. В этом постоянном жизненном отношении к Богу, в этом παῤῥησία состоит истинное христианство, как дело жизни, а не теоретических только рассуждений. Проявлением такого отношения к Богу Отцу, единственным средством, при помощи которого, в условиях земной жизни, верующий может показать свое дерзновение, служит молитва – возношение ума и сердца к Богу, беседа с Ним, когда человек мыслить себя стоящим пред лицом живого Бога, любвеобильного Отца. В молитве παῤῥησία христианина находит свое выражение, чрез нее новые отношения к Богу, обусловленные верою в Иисуса Христа Сына Божия, становятся фактом жизни, доступным для христианина в ежедневном жизненном опыте. Эту неразрывную связь веры в Сына Божия, дерзновения и молитвы, как существенных оснований истинной христианской жизни, Апостол и указывает в стихах 14 и 15, применяя затем (ст. 16–17) это общее положение к особенным потребностям жизни читателей. Союз καὶ ставит настоящий стих в непосредственную связь с предшествующим, но он присоединяется не к πιστεύειν и не к ζωὴ αἰώνιος, так как сами по себе они не создают παῤῥησία: дерзновение коренится в твердом убеждении, что, веруя в Сына Божия, мы обладаем вечною жизнью. Παῤῥησία, как видно но ходу речи, берется в общем смысле без отношения к последнему дню суда (III, 21. 22, cp. II, 28; IV, 17). Πρὸς αὐτόν – πρὸς τὸν Θεόν, так как Бог, Который чрез Сына дает вечную жизнь и к Которому чрез Сына мы имеем доступ, составляет главный предмет речи. Предлог πρός указывает на самые близкие личные отношения к Богу (ср. I, 2, стрн. 289), обусловленные тем, что παῤῥησία составляет пашу неотъемлемую собственность – ῆν ἔχομεν. Существо παῤῥησία, на которое указывает αὕτη, состоит в том, что, чего мы ни просим, согласного с волею Бога, Он слушает нас: ὅτι ἔάν τι αἰτώμεθα κατὰ τὸ θέλημα αὐτοῦ, ἀκούει ἡμῶν. Живым выражением дерзновения верующих служит молитва, по Апостол, раскрывая содержание ταρρψία, говорит не о верующих, показывающих свое дерзновение в молитве, не о том, что они убеждены, что Бог услышит их молитву, а просто дерзновение состоит в том, что Он слушает нас. Затруднение это пытались устранить вставкой пред ὅτι предложения: что мы уверены (дерзновение состоит в том, что мы уверены, что... слышит нас)760. Но несомненно, что такою вставкой в значительной степени ослабляется сила выражения. Апостол выдвигает на первый план не нашу субъективную уверенность, а объективный факт, что Бог приникает ко всякой нашей молитве. Не в том все величие нашего благодатного состояния, что мы убеждены, что молитва будет услышана и просимое исполнено, а в том, что Бог действительно слышит нашу молитву и подает просимое. Ἀκούειν, как показывает следующий стих, обозначает не простое слышание, но и выслушивание молитвы, с исполнением просимого (cp. IV, 6; 31 Но мы знаем, что грешников Бог не слушает; но кто чтит Бога и творит волю Его, того слушает.Ин. 9:31; 41 Итак отняли камень от пещеры, где лежал умерший. Иисус же возвел очи к небу и сказал: Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня.Ин. 11:41, 42), κατὰ τὸ θέλημα αὐτοῦ (τοῦ Θεοῦ) определяет истинный характер и содержание τὶ в общем выражении ἔαν τιαἰτώμεθα. Воля Божия, выраженная в божественных заповедях (cp. III, 22), есть правило, с которым должна сообразоваться вся жизнь христианина по всем ее сторонам: κατά – сообразно с чем.761 С волею Божией должны сообразоваться и все ее потребности, а отсюда и молитва в своем предмете не должна выходить за эти пределы (ср. 24 Доныне вы ничего не просили во имя Мое; просите, и получите, чтобы радость ваша была совершенна.Ин. 16:24, 23; 7 Если пребудете во Мне и слова Мои в вас пребудут, то, чего ни пожелаете, просите, и будет вам.Ин. 15:7, 16). Эта прибавка весьма важна для христианина во всякое время и должна служить предохранением от ложного истолкования истинного христианского дерзновения. Если бы Апостол имел в виду изложение «идеальной теории», тогда, само собою понятно, не было бы нужды в подобной прибавке; но действительная жизнь вызывала такие ограничения, ибо не отвечала совершенно идеалу даже и во времена Апостола.
15А когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы ни просили, - знаем и то, что получаем просимое от Него.
Таково содержание παῤῥησία, взятого объективно, вне сознания верующего; но в действительности дерзновение так существовать не может: оно необходимо делается предметом сознания верующего, и только твердо убежденный, что это так, последний обращается к Богу с дерзновенною молитвой о всех своих нуждах. Но если объективное основание и вместе содержание παῤῥησία сделались предметом твердого убеждения христианина (что само собою предполагает веру в Сына Божия и общение чрез Него с Богом Отцем), то с этим для него становится предметом убеждения и то, что он обладает всем, в чем только он, как истинное чадо Божие, имеем нужду. Καὶ ἐὰν οἴδαμεν, ὅτι ἀκούει ἡμῶν ὃ ἐὰν αἰτώμεθα, οἴδαμεν, ὅτι ἔχομεν τὰ αἰτὴματα, ἄ ἠτὴκαμεν παρ’ αὐτοῦ. Знание объективного основания παῤῥησία берется, как несомненно присущее всякому христианину, что отмечает Апостол необычным сочетанием ἐὰν cura indicativo.762 Если мы имеем это сознание, то нам необходимо присуще и ведение того, что мы несомненно обладаем (ἔχομεν) тем, о чем просим и что до настоящего времени составляет предмет нашей потребности и молитвы (ᾐτὴκαμεν – perf.). Αἰτήματα – res petitae, содержание просьбы. Παρ’αὐτοῦ несравнено проще и естественнее соединять с ᾐτὴκαμεν, чем с отдаленным ἔχομεν. Апостол с особенною силой оттеняет ἔχομεν в противоположность предшествующему молитве недостатку, так как мы просим о том, в чем чувствуем потребность и недостаток. Молитва верующего превращает это неимение в имение. Как только окончена молитва, мы уже знаем (οἴδαμεν), убеждены, что обладаем предметом молитвы. С таким сознанием может обращаться с просьбою только любимое дитя к любимому отцу. – Таковы плоды веры в Сына Божия.
16Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился.
С верою в Сына Божия Апостол всюду соединяет заповедь о любви к брату, как вытекающую из самого существа веры (V, 1). То же самое он делает и теперь, только в особенной форме. Вера в Сына Божия приносит верующему тот благодатный плод, что он имеет такое дерзновение пред Богом, что, о чем он ни просить, Господь исполняет его прошение; и это так несомненно, что в самый момент молитвы, просящий уже обладает просимым. «Дерзновение» – это великое сокровище, на котором созидается блаженство верующего. Но, обладая этим преимуществом, он не должен и не может заключаться в самого себя и все свои заботы сосредоточивать на устроении собственного счастья – его сердце должно быть открыто для других. Верующий должен жить одною общею жизнью с братьями, их интересы считать своими, делиться с ними преимуществами своего положения, не дожидаясь настойчивых требований с их стороны. Только таким образом, в общей дружной работе, в постоянной взаимной поддержи, может успешно совершаться дело спасения всех и каждого. Верующий обладает дерзновением просить Бога обо всех своих нуждах с твердою уверенностью, что просимое будет исполнено; как рожденный от Бога, он не может не любить своего брата, рожденного от общего Отца, не может не считать его нужды своими, не может затворить от него своего сердца, и, пользуясь дерзновением пред Богом, он употребляет его в пользу брата, молясь за него и помогая ему в достижении того, что составляет цель христианина, – именно в достижении и сохранении вечной жизни в общении с Богом, которое в силу присущей даже христианину греховности (I, 8) может быть нарушено во всякий данный момент и привести брата к вечной духовной смерти. Апостол предполагает объективно возможный случай (ἐάν), что кто-либо (τὶς), – разумеется, ближайшим образом из читателей или вообще из христиан – увидит ἴδῃ своего брата, члена христианской общины (а не вообще ближнего) – τὸν ἀδελφὸν αὐτοῦ, согрешающего грехом не к смерти – ἁμαρτάνοντα ἁμαρτίαν μὴ πρὸς θάνατον. С одной стороны, глагол ὁρᾷν (ἴδῃ) указывает, что грех брата выражается во внешних действиях, так что может быть предметом восприятия другого и определен последним, как грех не к смерти; но с другой стороны, μή пред πρὸς θάνατον, а не οὐ (как в 17 ст.) говорит за то, что это определение во всяком случае не может обладать объективною верностью и точностью и, как субъективное, может быть даже ошибочным. Во всяком случае верующему принадлежит хотя субъективная возможность различать между обоими родами грехов. Причастие ἁμαρτάνοντα не тожественно с неопределенным ἁμαρτάνειν; последнее обозначало бы, что верующий видит то обстоятельства, что брат ого согрешает; тогда как первое сильнее выражает мысль: совершающий грех брат сам непосредственно стоит пред глазами верующего, как бы совершенно неотделимый от греха (praes.). Но этот грех μὴ πρὸς Θάνατον. Что́ нужно разуметь под ἁμαρτία μή πρὸς Θάνατον и ἁμαρτία πρὸς θάνατον? Текста дает следующие несомненные положения для разрешения вопроса. 1) Речь идет о грехах «брата», следовательно, христианина, а не язычника или отпадшего от веры. 2) Апостол говорит не об одном каком-либо грехе, составляющем нарушение определенного нравственного закона, установленного в Ветхом или Новом Завете, и который есть безусловно πρὸς θάνατον, потому что в таком случае Апостол, предостерегая читателей, прямо назвал бы его, или по крайней мере написал бы: ἔστιν ἁμαρτια τὶς или μία ἁμαρτία πρὸς θάνατον. Поэтому под ἁμαρτίαлучше разуметь определенный тип греха, род согрешения, который может выражаться в различных актах, проистекающих из одного определенного настроения и направления. 3) В то же время это – грех, который другой верующий может заметить и определить, к смерти ли он или нет; следовательно, предполагается конкретное обнаружение греха, так как только в таком случае ἁμαρτία может быть и замечено верующим и сделаться предметом молитвы. 4) Примирение последних двух положений, может быть только таково, что ἁμαρτία есть такое согрешение, которое характеризуется не объектом, на который оно направляется, но внутренним настроением, из которого оно вытекает; на постоянство этого настроения указывает и participium praesentis. 5) Предлог πρός указывает, что ἁμαρτία πρὸς θάνατον имеет внутреннюю тенденцию привести согрешающего в состояние, определяемое термином θάνατος; смерть есть неизбежное следствие этого греха, если только он не встретит противодействия в изменившемся настроении субъекта (cp. 4 Иисус, услышав то, сказал: эта болезнь не к смерти, но к славе Божией, да прославится через нее Сын Божий.Ин. 11:4 ἀσθένια πρὸς θάνατον. 6) При фактическом определении содержания ἁμαρτία πρὸς δάνατον может помочь ветхозаветное разделение между грехами простительными и грехами смертными. Первого рода грехи, совершенные по слабости, небрежности, вследствие несчастной случайности и т. и. могут быть прощены Богом после принесения жертвы за грех; так согрешивший израильтянин не прерывает еще завета с Богом (12 всего тельца пусть вынесет вне стана на чистое место, где высыпается пепел, и сожжет его огнем на дровах; где высыпается пепел, там пусть сожжен будет.Лев. 4:12). Другого рода грех в кн. Числ называется ἁμαρτία θανατὴφορος (ΧVΙΙΙ, 22, cp. XV, 29–31); совершитель его имеет злой умысел. За такие грехи нет прощения. Согрешивший таким грехом обнаруживает дерзкое восстание на Бога и потому исключается из народа Божия и подвергается смерти. Таким образом, уже в В. З. грех называется смертоносным потому, что сопровождается лишением общения с Богом; по все-таки нужно иметь в виду, что понятие о телесной смерти в выражении ἁμαρτία θανατήφορος является преобладающим. В разбираемом месте послания θάνατος определяется противопоставленным ему ζωὴ (καὶ δώσει αὐτῷ ζωὴν). Ζωὴ у Апостола Иоанна всегда имеет духовный, а не телесный смысл. Это есть ζωὴ αἰώνιος, которое обусловливается чрез τὸ ἔχειν τὸν Yἱόν (V, 11–12). Если жизнь возможна только в общении с Богом, то θάνατος определяет собою ни что иное, как состояние отчуждения от Бога, принадлежность к царству тьмы, космоса, где владычествует исконный человекоубийца. Ἅμαρτία πρὸς θάνατον прекращает общение человека с Богом, отрывает его от источника жизни и повергает в состояние духовной смерти, т. е. в то состояние, из которого все верующие вышли, сделавшись обладателями жизни. III. 14 должен послужить клюнем к окончательному разрешению вопроса. Переход от смерти в жизнь, из состояния рабства миру, греху и диаволу, в состояние свободы и детского дерзновения перед Богом, победы над миром и злом и возможности достигать совершенного несогрешения совершился чрез Иисуса Христа Сына Божия, чрез веру в Него (II, 12 след.; III, 5 след.; IV, 4 след.; V, 3 след., 11 след., 18 след.). Если так, то легко определить и обратный путь от жизни к смерти. Он состоит в прекращении жизненного общения с Отцем чрез Сына и в Сыне. Только верующий во имя Сына Божия рожден от Бога, побеждает мир и имеет жизнь вечную. Отпадение от веры, неимение Сына Божия имеют непосредственным следствием прекращение общения с источником вечной жизни, потерю жизни вечной, следовательно, то же состояние смерти, из которого верою в Иисуса Христа Сына Божия человек был избавлен. Отвергающий Сына Божия отказывается от Того, Кто есть ἱλασμὸς περὶ τῶν ἁμαρτιῶν ὑμῶν, Которого αἷμα καθαρίζει ἀπὸ πάσης ἁμαρτίας, вместе с этим он лишается данной во Христе вечной жизни и переходит во власть смерти. Таким образом, αμαρτία πρὸς θάνατον есть удаление от веры, что Иисус есть Христос Сын Божий, отрицание этой основной христианской истины, полный разрыв союза со Христом, как он выразился в антихристианском отрицании, о котором говорит Апостол в своем послании. Этот разрыв совершается не вдруг, но является плодом определенного внутреннего развития, настроения, и если пока не сопровождается совершенным выделением из общества верующих, то в жизни проявляется так, что становится очевидным, что «брать» вступил на тот скользкий путь, по которому возможно движение вниз – πρὸς θάνατον, а не вверх – πρὸς ζωὴν (ср. 31 Посему говорю вам: всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам;Мф. 12:31; 22 А книжники, пришедшие из Иерусалима, говорили, что Он имеет в Себе веельзевула и что изгоняет бесов силою бесовского князя.Мк. 3:22; 10 И всякому, кто скажет слово на Сына Человеческого, прощено будет; а кто скажет хулу на Святаго Духа, тому не простится.Лк. 12:10). Лжеучители, отпадшие от общества верующих, являются сознательными отрицателями мессианского достоинства Иисуса, вопреки свидетельству, данному Богом о Своем Сыне (V, 10), вопреки свидетельству Духа, Который есть истина (V, 6. 7. 8.); поэтому они и несут на себе страшный приговор Господа (31 Посему говорю вам: всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам;Мф. 12:31, 32). Такое толкование выражения ἁμαρτία πρὸς θάνατον подтверждается характером и целью всего послания, которое настойчиво предостерегает от антихристианства, отрицания Иисуса, как во плоти пришедшего Христа и т. п. Если кто-либо из христиан видит, что брат согрешает не грехом к смерти, он будет мелить – αἰτὴσει: он воспользуется своим преимуществом «дерзновения» и обратится с молитвою к Богу за своего согрешающего брата. Futurum стоит не вместо imperativi для усиления последнего: непосредственно за ним стоит другой глагол в той же форме (δώσει), к которому совершенно но применимо такое заключение, так как δώσει говорить о результате молитвы. Futurum выражает уверенность Апостола, что христианин в указанном случае будет молиться за брата. Несомненно, впрочем, что верующий с своей точки зрения может рассматривать слова Апостола и как требование. На основании 14 и 15 стихов результатом молитвы оказывается исполнение прошения. Поэтому с полною уверенностью Апостол присоединяет, καὶ δώσει αὐτῷ ζωὴν. Какое подлежащее при δώσει? Следуя тему воззрению, что жизнь может давать только Бог, естественнее всего дополнить ὁ Θεός. Правда, против этого возражают, что αἰτὴσει καὶ δώσει так тесно связаны между собою, что у обоих может быть только один субъект и именно молящийся христианин. Эту мысль находят не чуждою Свящ. Писанию и в параллель приводят Иак. V:20: обративый грешника от заблуждения пути его, спасет душу его от смерти; но пример этот не совсем удачен, потому что, во-первых, там предикат σώσει, и, во-вторых, отношение понятий «обратить» и «спасти» иное, чем отношение «молиться» и «дать», так как в ἐπιστρέψαι уже заключается σῶσαι и ἐπιστρέψας тем самым оказывается и σώσας. С другой стороны, необходимо иметь в виду, что ὁ Θεός несомненно является дополнением при αἰτὴσει и подлежащим при ἀκούει ὑμῶν. Одинаковая глагольная форма – αἰτὴσει и δώσει – не может препятствовать такому пониманию (ср. Дн. 6:6)763. Αὐτῷ несомненно – ἁμαρτάνοντι ἀδελφῷ. По молитве верующего Бог дает ему ζωὴν, – именно то, чего ему вследствие греха недостает. Всякий грех, даже грех не к смерти, нарушает общение человека с Богом, и пока грех не исповедан и не очищен, общение как бы прерывается, а вместе с этим прекращается и постоянное течение истинной жизни из высочайшего источника ее, так что речь идет как бы о новом даровании жизни. Но союз со Христом и Церковью не нарушен, а вместе с этим и жизнь не потеряна окончательно и без возврата; поэтому заступничество братьев не только возможно, по и в высшей степени желательно, насколько угрожающее окончательное исчезновение жизни может быть приостановлено, и жизнь брата может быть возвышена до полной силы. После такого решительного утверждения успеха молитвы за согрешающего Апостол с настойчивостью повторяет условие, при котором возможен такой результат: τοῖς ἁμαρτάνουσι μὴ πρὸς θάνατον. Dat. plur. в качестве приложения к αὐτῷ делает речь совершенно неправильною; по эта неправильность объясняется желанием Апостола возвести указанное условие во всеобщее правило: такой результат находит место только в том случае, если согрешают грехом не к смерти. Отрицание μή, а не οὐ потому, что речь идет во всяком случае о субъективном суждении наблюдающего, а не об объективном положении, догматически установленном понятии764. В дальнейшем Апостол объясняет, почему он так настаивает на этом условии: ἔστιν ἁμαρτία πρὸς θάνατον. Кроме грехов, не касающихся основы христианского состояния и потому, в силу всеобщей греховности, возможных и в христианине, существует грех к смерти, когда впадший в него заключил свое сердце от влияния божественной благодати и, удалившись от источника жизни, уже объят смертью. Ἔστιν поставлено впереди, и этим ясно показывается, что грех к смерти существует среди братьев-христиан и может быть познан. Дальнейший слова Апостола – οὐ περὶ ἐκείνης λέγω, ἵνα ἐρωτὴσῃ – вызывают пререкания среди экзегетов. Для правильного понимания этого предложения необходимо установить отношение составляющих его слов. Οὐ несомненно должно соединяться с λέγω, а не с ἐρωτὴσῃ, так как в последнем случае стояло бы μὴ; к λέγω же относится и περὶ ἐκείνης, т. е. ἁμαρτίας. При этом отношении составных частей предложения получается такой смысл: не о грехе к смерти я говорю, чтобы он (верующий) молился. Так понимаемое, предложение не содержит определенного запрещения молиться о согрешающем грехом к смерти: Апостол просто объясняет, что когда он говорит о молитве за согрешающих братьев, то совершенно оставляет в стороне грех к смерти, и если касается его, то только потому, что это необходимо для определения молитвы за согрешающих братьев, которая непременно будет сопровождаться дарованием жизни согрешившим. Следовательно, буквальный смысл слов Апостола не дает прав заключать, что он запрещает молиться за согрешающих грехом к смерти. В этом отношении не правы те экзегеты, которые находят в словах Апостола определенно и настойчиво выраженное запрещение молиться за согрешающих грехом к смерти. Апостол только не делает обязательною молитву за согрешающих грехом к смерти. Предложение οὐ περὶ ἐκείνης λέγω, ἵνα ἐρωτὴσῃ могло быть так понимаемо читателями послания только по соображению с наличною действительностью при ясно выразившейся резкости отношений еретиков к Церкви, какие существовали во время написания послания. При таких условиях молиться об обращении отпадшего от Христа и Его Церкви значило бы прилагать старания, к тому, что, по собственному сознанию верующих, не принесет никаких благих результатов. А между тем для молящихся это молитвенное общение с еретиками могло бы оказаться даже опасным, так как верующие могли незаметно для самих себя переходить на точку зрения еретиков. Это именно современное положение вещей и вытекающие из него опасности и побудили Апостола Иоанна выразить в другом своем послании в очень строгой форме запрещение верующим входить в близкие и сердечные отношения с еретиками: аще кто приходит к вам и сего учения (т. е. учения Христова) не приносит, не приемлите его в дом и радоватися ему не глаголите: глаголяй бо ему радоватися сообщается делом его злым (2 Ин. 10 – 11). В конце 16 ст. Апостол употребил глагол ἐρωτᾷν, тогда как до этого ставил αἰτεῖν. Трудно определить точную разницу оттенков в значении этих глаголов765; можно только сказать, что αἰτεῖν – более специфический термин и заключает указаний на испрошение какого-нибудь определенного дара, а ἐρωτᾶν имеет общее значение и главным образом определяет характер молитвы, указывая на более мягкое и тонкое выражение ее.766
17Всякая неправда есть грех; но есть грех не к смерти.
В виду такого значения для верующих различия грехов Апостол еще раз останавливается на этом вопросе: πᾶσα ἀδικία ἁμαρτία ἐστὶν, καὶ ἔστιν ἁμαρτία οὐ πρὸς θάνατον. Область греха очень широка: всякая неправда – грех В III, 4 ἁμαρτία поставлено пред судом откровенной воли Божией; теперь Апостол ставит ἀδικία в отношение к ἁμαρτία и тем показывает, что ἀδικία есть такое явление в нравственной жизни, наличность которого свидетельствуют о противоречии с нравственным законом. Ἀδικία, по классическому словоупотреблению, а также и но употреблению у LXX, есть прежде всего нарушение обычая, как установленной нормы поведения, нарушение правовых гражданских и социальных отношений (13 Страх Господень - ненавидеть зло; гордость и высокомерие и злой путь и коварные уста я ненавижу.Притч. 8:13; XI, 5; 15 Тот, кто ходит в правде и говорит истину; кто презирает корысть от притеснения, удерживает руки свои от взяток, затыкает уши свои, чтобы не слышать о кровопролитии, и закрывает глаза свои, чтобы не видеть зла;Ис. 33:15; Ис. 57:1; 6 Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправды, развяжи узы ярма, и угнетенных отпусти на свободу, и расторгни всякое ярмо;Ис. 58:6 и др.)767. Но у LXX ἀδικία получило преимущественно религиозный характер в виду того, что у евреев нравственной нормой вообще служили не государственные законы, или установившиеся обычаи, а закон, как выражение божественной воли; посему ἀδικία здесь обозначает то, что имеет против себя суд Бога, как хранителя священного порядка (13 Признай только вину твою: ибо ты отступила от Господа Бога твоего и распутствовала с чужими под всяким ветвистым деревом, а гласа Моего вы не слушали, говорит Господь.Иер. 3:13; 10 они опять обратились к беззакониям праотцев своих, которые отреклись слушаться слов Моих и пошли вослед чужих богов, служа им. Дом Израиля и дом Иуды нарушили завет Мой, который Я заключил с отцами их.Иер. 11:10; 22 И если скажешь в сердце твоем: "за что постигло меня это?" - За множество беззаконий твоих открыт подол у тебя, обнажены пяты твои.Иер. 13:22; 10 Так говорит Господь народу сему: за то, что они любят бродить, не удерживают ног своих, за то Господь не благоволит к ним, припоминает ныне беззакония их и наказывает грехи их.Иер. 14:10, 20; 10 Когда ты перескажешь народу сему все эти слова, и они скажут тебе: "за что изрек на нас Господь все это великое бедствие, и какая наша неправда, и какой наш грех, которым согрешили мы пред Господом Богом нашим?" -23 Но Ты, Господи, знаешь все замыслы их против меня, чтобы умертвить меня; не прости неправды их и греха их не изгладь пред лицем Твоим; да будут они низвержены пред Тобою; поступи с ними во время гнева Твоего.Иер. 16:10; 18:23; 34 И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: "познайте Господа", ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более.Иер. 31:34; 8 и очищу их от всего нечестия их, которым они грешили предо Мною, и прощу все беззакония их, которыми они грешили предо Мною и отпали от Меня.Иер. 33:8; 3 может быть, дом Иудин услышит о всех бедствиях, какие Я помышляю сделать им, чтобы они обратились каждый от злого пути своего, чтобы Я простил неправду их и грех их.Иер. 36:3; 20 В те дни и в то время, говорит Господь, будут искать неправды Израилевой, и не будет ее, и грехов Иуды, и не найдется их; ибо прощу тех, которых оставлю [в живых].Иер. 50:20; 6 Бегите из среды Вавилона и спасайте каждый душу свою, чтобы не погибнуть от беззакония его, ибо это время отмщения у Господа, Он воздает ему воздаяние.Иер. 51:6; 18 Когда Я скажу беззаконнику: "смертью умрешь!", а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от беззаконного пути его, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, и Я взыщу кровь его от рук твоих.Иез. 3:18, 19; 4 Ты же ложись на левый бок твой и положи на него беззаконие дома Израилева: по числу дней, в которые будешь лежать на нем, ты будешь нести беззаконие их.5 И Я определил тебе годы беззакония их числом дней: триста девяносто дней ты будешь нести беззаконие дома Израилева.6 И когда исполнишь это, то вторично ложись уже на правый бок, и сорок дней неси на себе беззаконие дома Иудина, день за год, день за год Я определил тебе.Иез. 4:4-6; 16 А уцелевшие из них убегут и будут на горах, как голуби долин; все они будут стонать, каждый за свое беззаконие.Иез. 7:16, 19; 9 И сказал Он мне: нечестие дома Израилева и Иудина велико, весьма велико; и земля сия полна крови, и город исполнен неправды; ибо они говорят: "оставил Господь землю сию, и не видит Господь".Иез. 9:9; 3 сын человеческий! Сии люди допустили идолов своих в сердце свое и поставили соблазн нечестия своего перед лицем своим: могу ли Я отвечать им?Иез. 14:3, 4, 7, 10; 17 от [обиды] бедному удерживает руку свою, роста и лихвы не берет, исполняет Мои повеления и поступает по заповедям Моим, - то сей не умрет за беззаконие отца своего; он будет жив.Иез. 18:17, 20; 13 Как написано в законе Моисея, так все это бедствие постигло нас; но мы не умоляли Господа Бога нашего, чтобы нам обратиться от беззаконий наших и уразуметь истину Твою.Дан. 9:13, 16, 24 и др.). Такой же двоякий характер ἀδικία имеет и в новозаветных писаниях (ср. а) 3 Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь;Лк. 16:3, 9; 6 И сказал Господь: слышите, что говорит судья неправедный?Лк. 18:6; 18 но приобрел землю неправедною мздою, и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его;Деян. 1:18; 29 так что они исполнены всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы, исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия,Рим. 1:29; 6 не радуется неправде, а сорадуется истине;1 Кор. 13:6; 15 но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос,Еф. 4:15 и др.; б) 15 Оставив прямой путь, они заблудились, идя по следам Валаама, сына Восорова, который возлюбил мзду неправедную,2 Пет. 2:15; 18 Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою.Рим. 1:18; 8 а тем, которые упорствуют и не покоряются истине, но предаются неправде, - ярость и гнев.Рим. 2:8; 10 и со всяким неправедным обольщением погибающих за то, что они не приняли любви истины для своего спасения.2 Фес. 2:10, 12 и др.). Необходимо заметить, что ἀδικία может обозначать и Одно внутреннее состояние, с характером неправды, и обнаружение его во внешних актах. Нравственный закон, нарушаемый тем, кто допускает ἀδικία, не мыслится непременно писанным или выраженным в определенном законе или заповеди. Таким образом, получается мысль, что всякое уклонение человека от богоустановленной нормы поведения, всякое нарушение божественной воли является уклонением от определенной Богом цели для жизнедеятельности человека, которое уже подведено Апостолом под понятие ἀνομία, т. е. под понятие нарушения определенно выраженного Богом закона. Поэтому читатели послания не должны обесценивать встречающиеся в их жизни случаи ἀδικία. Очевидно, было стремление потемнить в верующих присущее им сознание, что всякая неправда должна быть рассматриваема, как уклонение от Богом установленной цели хождения, т. е. как ἁμαρτία. Иначе непонятно будет столь решительное заявление об этом со стороны Апостола Иоанна. К предложению πᾶσα ἀδικία ἁμαρτία ἐστίν Апостол присоединяет: καὶ ἔστιν ἁμαρτία οὐ πρὸς θάνατον. Отрицание здесь οὐ, а не μὴ, как в ст. 16, потому что здесь дается объективное утверждение, а не субъективное определение греха братом, которому заповедуется молиться. Какое же назначение этой прибавки в развитии мыслей Апостола? Можно полагать, что, в связи с предшествующим предложением, выражение ἔστιν ἁμαρτία οὐ πρὸς θάνατον имеет в виду яснее поставить пред сознанием читателей ἁμαρτία πρὸς θάνατον, как совершенно определенное, в интересах предупреждения верующих от обольщения лжеучителей. Это – с одной стороны. Но с другой стороны, логическая связь всего 17 стиха в отношении к предыдущему может быть определена и так: хотя всякая неправда есть грех, но есть грех не к смерти, и в этом для читателей послания заключается побуждение молиться за согрешающих братьев в надежде способствовать восстановлению в них жизни.
18Мы знаем, что всякий, рожденный от Бога, не грешит; но рожденный от Бога хранит себя, и лукавый не прикасается к нему.
Как в II, 1 Апостол, после решительного и настойчивого утверждения присущей всем даже христианам греховности, а, следовательно, и возможности совершать греховные деяния, спешит обратиться к нормальному существу христианства и заявляет, что цель его предшествующей речи (I, 8–10) не та, чтобы привести их к сознанию неотвратимой необходимости греха, но скорее совершенно противоположная (II, I); так и теперь, указавши на необъятно широкую область, где христианин оказывается повинным в ἁμαρτία, он с тем большею решительностью утверждает, что такое состояние совершенно несогласно с нормальным состоянием христианина. Христианин рожден от Бога; но сказать это, значит исключить у него всякую возможность общения со грехом, так как между Богом и грехом – безусловная противоположность. Сознание этого взаимно-исключающего отношения греха и рождения от Богу присуще всякому христианину; необходимо только оживить его и придать ему надлежащую силу. Этому и служить οἴδαμεν в начале 18 стиха: οἴδαμεν, ὅτι πᾶς ὁ γεγεννημένος ἐκ τοῦ Θεοῦ οὐχ ἁμαρτάνει. Всякий, рожденный от Бога, получивший свое духовное бытие от божественного существа и пребывающий в этом состоянии (partie, perf.), не согрешает. Это утверждение, по-видимому, стоит в неразрешимом противоречии с сказанным в 16 и 17 стихах. Но, как уже было замечено (ст. III, 9), это кажущееся противоречие в словах Апостола основывается на действительном противоречии между идеальною и действительною жизнью детей Божиих. Οὐχ ἁμαρτάνειν есть конечная цель стремлений христианина, к которой ведет длинный путь борьбы с грехом при помощи исповедания и очищения силою крови Христовой; это путь непрерывной борьбы с родоначальником греха, лукавым, который в самой испорченности человеческой природы находит удобные пункты приложения своей злой деятельности. Поэтому даже для рожденного от Бога необходимо постоянное бодрствование над самим собою, чтобы не дать врагу человеческого спасения коснуться освящаемой души своими вредоносными искушениями. Эта самодеятельность христианина, имеющая основание в жизненной силе, полученной в рождении от Бога, составляет необходимое условие достижения идеального состояния «несогрешения». Ἀλλ’ ὁ γεννηθεὶς ἐκ τοῦ Θεοῦ τηρεῖ ἑαυτὸν, καὶ ὁ πονηρὸς οὐχ ἅπτεται αὐτοῦ. Предложение это не зависит on οἴδαμεν и представляет дальнейшее развитие мысли Апостола, в резкой противоположности (ἀλλά) к предносящемуся ого сознанию греху, как обусловленному в человеке воздействием на него согрешившего исперва. Само собою понятно, что субъект γεννηθείς тот же, что и γεγεννημενος, и partie, aoristi γεννηθείς в отличие от γεγεννημένος указывает на определенный исторический факт,· лежащий в основе нового состоянии человека770, как рожденного от Бога. Получивши в этом акте жизненные силы, рожденный от Бога сам в состоянии сохранить себя (τηρεῖ ἑαυτὸν: cp. III, 3: ἀγνίζει ἐαοτόν), при помощи божественной благодати, от всяких внешних враждебных влияний, стремящихся разрушить его благодатное состояние. Таким образом, рожденный от Бога сознательно и с настойчивостью проявляет энергию возрожденной воли и достигает состояния γεγεννημένοςἑκ τοῦ Θεοῦ, на каковой ступени он уже οὐ δύναται ἁμαρτάνειν, ὅτι ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγέννηται (ΙII, 9), καὶ ὁ πονηρὸς οὐχ ἅπτεται αὐτοῦ. Последняя прибавка с одной стороны указывает на ту враждебную силу, в отношении к которой рожденный от Бога блюдет себя, – это есть ὁπονηρός – исконный враг человеческого рода, родоначальник греха, вся деятельность которого, сообразно с его внутренним существом, направляется на отклонение человека от истинного пути обратно в царство тьмы и греха; с другой стороны, предложение καὶ ὁπονηρὸς οὐχ ἅπτεται αὐτοῦ указывает и результат постоянного бодрствования христианина, соблюдения себя (τηρεῖ ἑαυτόν): ὁ πονηρὸς οὐχ ἅπτεται αὐτοῦ. Глагол ἅπτεσθαι, как очевидно по связи, означает более простого прикосновения: это – тесное соприкосновение, имеющее в виду обнять предмет для того, чтобы удержать его (напр., 17 Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему.Ин. 20:17; 2 Кор. 7:17); иногдаἅπτομαί указывает на прикосновение с целью принести вред, ранить (ср. 15 И Он исполнил прошение их, [но] послал язву на души их.Пс. 105:15; 22 "Не прикасайтеся к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла".1 Пар. 16:22; 10 Но Авимелех сказал [ему] : что это ты сделал с нами? едва один из народа [моего] не совокупился с женою твоею, и ты ввел бы нас в грех.Быт. 26:10; 11 Предал меня Бог беззаконнику и в руки нечестивым бросил меня.Иов. 16:11 и друг.). В данном случае речь идет не об искушениях и соблазнах, представляемых диаволом, так как искушать – это постоянная деятельность диавола и к ней никогда не может быть применено οὐ.Но лукавый не тогда касается человека, когда искушает и стремится соблазнить его, но, когда враждебные намерения его достигают цели и ему удается соблазнить человека на грех; в этом случае он действительно ранит человека (ср. Еф. 6след.). В отношении к рожденному от Бога, который неизменно и постоянно блюдет себя (praes, τηρεῖ), все козни диавола остаются безуспешными. Из сказанного Апостолом в этом стихе вытекает еще и та мысль, что рождение от Бога лишь при самодеятельности человека исключает воздействие лукавого, и что γεννηθείςтолько посредством τηρεῖν ἑαυτόν делается γεγεννημένος. «Однако же, чтобы кто-нибудь не подумал, что природа его (возрожденного) претворяется и становится уже неуловимою для греха, прибавляет: хранит себя; т. е. если не будет хранить и беречь себя от лукавого, то без сомнения согрешить» (блаж. Феофилакт).
19Мы знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле.
Высказанное в 18 стихе в виде общего положения Апостол применяет теперь к членам христианской общины, опять ссылаясь на присущее всем сознание истинности указываемого им факта: οϊόαμεν, ὅτι ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐσμέν. Вместо πᾶς Апостол употребляет личное ἐσμέν. Необходимо, впрочем, обратить внимание на отсутствие ἡμεῖς, что несомненно показывает, что не субъект предложения составляет главное понятие приведенного предложения, а скорее ἐκ τοῦ Θεοῦ. Последнее воспринимает ὁ γεγεννημένος ἐκ τοῦ Θεοῦ предшествующего стиха. Ἐκ τοῦ Θεοῦ εἶναι есть естественное следствие ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγεννῆσθαι, обозначая при «том указываемое им состояние, как вполне устойчивое и завершенное; вместе с этим состоянием мы владеем всеми преимуществами, соединенными с ним, в их полном объеме и ближайшим образом указанною в предшествующем стихе неуязвимостью от лукавого; с этим даны вечная жизнь, победа над миром и его князем. Совершенно в противоположном состоянии находится мир, из которого мы вышли, благодаря рождению и бытию от Бога: καὶ ὁ κόσμος ὅλος ἐν τῷ πονηρῷ κεῖται. Предложение это, подобно второй половине 18 стиха, стоит совершенно самостоятельно, вне зависимости от ὅτι. Отношение обеих частей стиха внешним образом обозначается соединительным союзом καί; но чрез это еще резче выдвигается их абсолютная противоположность по содержанию, именно противоположность между ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐσμέν и ἐν τῷ πονηρῷ κεῖται. Κόσμος обозначает этическое понятие богопротивного мира; ὅλος – весь, целый, во всем своем объеме, со всем, что в нем находится, без всякого малейшего исключения Ἐν τῷ πονηρῷ, которое славянский и русский переводы принимают за средний род и передают отвлеченным понятием «зло», не может быть принято в таком смысле по совершенно достаточным основаниям. В предшествующем стихе поставлено ὁ πονηρός, и в данном случае нет никакой причины изменять его значение и предполагать τὸ πονηρόν, тем более, что ἐν τῷ πονηρῷ противополагается ἐκ τοῦ Θεοῦ первой половины стиха и находить соответствие в καὶ ἐσμεν ἐν τῷ ἀληθινῷ 20-го ст. Кроме того, другие места послания (IV, 4; III, 8. 10. 12; II, 13; 14; ср. 14 Я передал им слово Твое; и мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и Я не от мира.Ин. 17:14; 33 Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир.Ин. 16:33; 30 Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.Ин. 14:30) говорят за то, что ἐν τῷ πονηρῷ должно быть masculinum, а не neutrum. Нет сомнения, что в таком случае представляется довольно затруднительною связь κεῖται ἐνс личным именем, так как Новый Завет не представляет к нему ни одной параллели. Но ἐν τινὶ κεῖσθαι – старинный греческий оборот и представляет сокращение еще более древнего и более полного выражения: ἐν γούνασί τινος κεῖσθαι: так у Гомера (Илиад. XVII, 514) читаем: ἀλλ’ ἤτοι μὲν ταῦτα θεῶν ἐν γούνασι κεῖται – «но, впрочем, это (т. e. на которой стороне будет победа) зависит от богов». Отсюда ἐν τινὶ κεῖσθαι значит зависеть от кого, полагаться на кого, находиться в чьей-либо власти. Поэтому ὁ κόσμος ὅλος ἐν τῷ πονηρῷ κεῖται следует понимать в том смысле, что весь мир находится во власти диавола в полной зависимости от него771. Κεῖται, по сравнению с ἐστίν, сильнее выдвигает пассивность состояния мира в ого отношении к диаволу772. Если прибавить, что ὅλος (соответствует лат. totus) указывает на всецелостность: весь в полном объеме, – то выражение καὶ ὁ κόσμος ὅλος ἐν τῷ πονηρῷ κεῖται означает, что мир – это царство греха и смерти – всем существом покоится в диаволе, всецело объемлется последним; все его существо, именно как κόσμος’у, определяется его отношением к диаволу (ср. 31 Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон.Ин. 12:31; 30 Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.Ин. 14:30). Но ἐν τῷ πονῃρῷ κεῖται определяет только действительное положение мира в отношении к диаволу, ничего не говоря о происхождении и об основании этого положения; тогда как ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐσμέν указывает на Бога, как на источник нашего бытия по существу. Это выражение Апостола вызывает в памяти обстановку третьего искушения Господа, когда диавол возвел Иисуса Христа на высокую гору, показал Ему все царства вселенной во мгновение времени и сказал Ему: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее; и так, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое (5 И, возведя Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени,6 и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее;7 итак, если Ты поклонишься мне, то всё будет Твое.Лк. 4:5-7; Mф. 4:8–9).
20Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная.
Мир весь лежит в лукавом, а мы ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐσμέν: хотя внастоящее время еще имеем достаточно грехов, однако надеемся осуществить идеал, кратко выраженный в словах: πᾶς ὁ γεγεννημένος ἐκ τοῦ Θεοῦ οὐχ ἁμαρτάνει; это составляет предмет нашей несомненной уверенности. Но на чем основывается эта уверенность? В чем заключается последнее основание того поразительного факта, что мы, вышедши от мира, стоим теперь в такой противоположности к нему и к его князю? Апостол побуждается еще один и последний в этом послании раз указать на основной факт христианства – пришествия Сына Божия со всеми его последствиями. Присоединяя мысль к непосредственно предшествующему предложению: καὶ ὁ κόσμος ὅλος ἐν τῷ πονηρῶ κεῖται, Апостол резко противополагает ему состояние христиан, обусловленное указанным далее фактом, и эту противоположность отмечает столь редким у него δέ. Факт, о котором намерен говорить Апостол, хорошо известен всем, сделался предметом ясного сознания читателей; поэтому он с полною уверенностью говорит: οἴδαμεν. Предметом ведения знания является основной факт христианства, на котором непоколебимо зиждется уверенность в спасении: ὅτι ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ ῆκει. Ἤκει но самой своей форме не может быть тожественным с ἐφανερώθη, но сохраняет полное значение perfecti, указывая на пришествие, как факт, продолжающийся в своих последствиях. Пришел ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ,потому что только единородный Сын, сущий в лоне Отчи, может явить миру Бога, Которого никто никогда но видел (18 Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил.Ин. 1:18). Он совершил это великое дело: καὶ δέδωκεν ἠμῖν διάνοιαν.Опять perfectum должен быть взят в полном своем значении. Вопрос теперь о смысле διάνοια. Во всех местах Нового Завета (ср. 1 Это уже второе послание пишу к вам, возлюбленные; в них напоминанием возбуждаю ваш чистый смысл,2 Пет. 3:1; 18 и просветил очи сердца вашего, дабы вы познали, в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых,18 будучи помрачены в разуме, отчуждены от жизни Божией, по причине их невежества и ожесточения сердца их.Еф. 4:18; 1:18; Mф. 23:37; 51 явил силу мышцы Своей; рассеял надменных помышлениями сердца их;Лк. 1:51; 3 между которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие,Еф. 2:3; 21 И вас, бывших некогда отчужденными и врагами, по расположению к злым делам,Кол. 1:21; 13 Посему, [возлюбленные,] препоясав чресла ума вашего, бодрствуя, совершенно уповайте на подаваемую вам благодать в явлении Иисуса Христа.1 Пет. 1:13; 10 Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их; и буду их Богом, а они будут Моим народом.Евр. 8:10; 16 Вот завет, который завещаю им после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в сердца их, и в мыслях их напишу их,Евр. 10:16), где встречается этот термин, он более или менее заметно сохраняет оттенок, придаваемый ему предлогом διά, в значении мышления, разделяющего, обособляющего, способности различения. Атак как, «способность различения» составляет основу всякого познания, то διάνοια может быть принято в смысле «способности познавания»,773 и по сравнении с νοῦς означает не процесс рационального мышления, а то, что лежит в основе этого процесса; но δάνοια не означает самого познания, как сложившего воззрения на известный предмет. Это – новый духовный смысл христиан, дарование которого делает их способными к познанию Бога в полном жизненном значении этого термина. Таким образом, кроме различия от мира во всей нравственной природе, в сфере, в которой живет, в князе, которому подвластен, христианин отличается еще особенным духовным разумением. Сила и способность познания необходимо направляются на определенный объект, уразумение которого составляет цель деятельности; в данном случае прямая цель όιάνοια указывается в предложении ἵνα γινώσκωμεν τὸν ἀληθινόν. Γιγώσκωμέν указывает применение верующими данной им силы – διάνοια. Не в том цель дара, чтобы они сделались обладателями истинного познания одним решительным актом – ἴνα γνῶσιν, а в том, чтобы достигали его постоянным и прогрессивным проникновением во внутренний смысл объекта до полного уразумения его сущности, если это только возможно в пределах человеческой жизни, – поэтому praesensγινώσκωμεν. Предметом прогрессивного уразумения является не отвлеченная истина, но личное существо – τὸν ἀληθινόν, т. е. Бог, Который в полной мере отвечает понятию «Бог», не verax, но qui re vera Deus est, в противоположность всякому fictitius deus774, истинный, живой Бог. Сын Божий один мог дать и действительно дал нам способность познать единого истинного Бога, (cp. 18 Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил.9 Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца?Ин. 1:18; 14:9). Апостол называет Бога ὁ ἀληθινός, как называет Его Спаситель мира (3 Тогда братья Его сказали Ему: выйди отсюда и пойди в Иудею, чтобы и ученики Твои видели дела, которые Ты делаешь.Ин. 7:3). Этого Бога Иисус Христос явил миру, так как и целью пришествия Его на землю было прославление Отца, а не Себя. Этим даром мы пользуемся и доныне (δεόωκεν perfect.), разумеется, с соответствующими результатами. Но вместо того, чтобы обозначить этот результат; и мы знаем Бога, – Апостол делает шаг вперед и указывает следствие познания Бога или – вернее сказать – данное в познании и неразрывное с ним (cp. I, 3; II, 3–5) общение с Богом: καὶ ἐσμεν ἐν τῷ ἀληθινω ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ Ἰησοῦ Χριστῷ. Предложение грамматически стоить совершенно самостоятельно и не зависит ни от ὅτι, ни от ίνα. Но тесная логическая связь этого предложения с предыдущим говорит за то, что ἐν τῷ ἀληθινῷ воспринимает предшествующее τὸν ἀληθινόν и указывает на Бота, а не на Сына Его Иисуса Христа, – εἶναι ἐν τῷ Ἰῃσοῦ Χριστῷу Апостола Иоанна не употребляется, и в данном месте оно оказалось бы совершенно неожиданным; тогда как первое понимание совершенно согласно с другими местами послания (особ. II, 3 – 5) и дает вполне подходящий и хороший смысл: Сын Божий пришел и дал нам силу разумения, чтобы мы познали истинного Бога, и мы (действительно познали и вследствие этого) есмы в Истинном. Но тогда ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ Ἰησοῦ Χριστῷ, как показывает уже αὐτοῦ, будет не приложение, отделенное от ἐν τυ ἀληθινῶ занятою, но дает основание, на котором утверждается наше живое общение с Истинным; наше общение с Богом основывается на внутреннейшим жизненном общении с Его Сыном, давшим нам силу познать Бога и сообщившим самое познание в качестве посредника нашего богообщения. Ἐν указывает именно посредника, чрез которого мы достигаем εἶναι ἐν τῷ ἀληθινῷ. Мы имеем общение с Истинным (есмы в Истинном) на основании и чрез посредство общения с Его Сыном Иисусом Христом (ср. 6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.Ин. 14:6). Определение смысла заключительных слов стиха: οὗτός ἐστιν ὁ ἀληθινὸς Θεὸς καὶ ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος разделило экзегетов на два лагеря, соглашение между которыми едва ли возможно, так как ни одна сторона не может доказать другой с неотразимою точностью правильности своего понимания и ошибочности противоположного. Вопрос идет о том, к чему отнести местоимение οὗτος, – к непосредственно ли предшествующему ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ Ἰησοῦ Χριστῷ, или к τὸν ἀληθινὁν и τῷ ἀληθινῷ (если под последним разуметь Бога). Вопрос об этом, невидимому, возник впервые во время арианских споров, при чем православные Отцы Церкви775 пользовались этим местом для доказательства Божества Сына. Ариане возражали им, что οὗτος нужно относить к Богу. Неудивительно поэтому, что и социниане и новейшие рационалисты последовали примеру древних ариан; между тем как святоотеческое понимание утвердилось в церковной экзегетике. В последнее время значительное число экзегетов776 не по догматическим, конечно, но по чисто филологическим и экзегетическим соображениям отстаивают понимание οὗτος в отношении к ὁ Θεός. Само местоимение οὗτος не дает оснований для такого или иного разрешения вопроса, так как оно может относиться и к ближайшему по месту предмету и к ближайшему психологически, т. е. к предмету, которым преимущественно занято сознание писателя, хотя бы этот предмет по месту и был отделен от οὗτος (cp. II, 22; 2 Ин. 7; 11 Он есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения,Деян. 4:11; 19 Сей, ухищряясь против рода нашего, притеснял отцов наших, принуждая их бросать детей своих, чтобы не оставались в живых.Деян. 7:19; 26 А Филиппу Ангел Господень сказал: встань и иди на полдень, на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу, на ту, которая пуста.Деян. 8:26). Поэтому решение должно принадлежать предикатам, словоупотреблению Апостола Иоанна и общей цели и предмету послания; к рассмотрению этого мы и обратимся. 1) Если οὗτος относить не к ἐν τῷ Yἱῷ αὐτοῦ Ἰησοῦ Χριστῷ, тогда оно необходимо должно быть отнесено к ὁ ἀληθινός, которое, если Θεὁς считать позднейшею прибавкой, несомненно заключает в себе понятие Θεός; в таком случае οὗτος = ἀληθινὸς (Θεός) и последнее предложение должно получить такой вид: ὁ ἀληθινὸς (Θεός) ἐστιν ὁ ἀληθινὸς Θεος. Эта тавтология, конечно, не устраняется, когда произвольно исключают термин ἀληθινός (в первом случае), как это обычно делается: этот, т. е. Отец Иисуса Христа777, или Бог, с Которым мы чрез Христа находимся в общении778, Которого мы в Нем познали и имеем779, в Котором можно быть только, если в Его Сыне пребывают780 и т. п. Такой тавтологии не получается, если относить οὗτος к непосредственно предыдущим словам: ὁ Yἱὸς αὐτοῦ Ἰησοῦς Χριστος ἐστιν ὁ ἀληθινὸς Θεός. 2) Предикат ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος, по терминологии Апостола Иоанна вообще и в настоящем послании в частности, прилагается только к Сыну Божию, Слову жизни (I, 2, cp. 25 Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет.Ин. 11:25; 6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.Ин. 14:6). Ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος, от вечности бывшая у Отца, явилась нам, чтобы быть источником жизни и для нас (IV, 9); поэтому, дарованная нам вечная жизнь – в Сыне Божием; имеющий Сына имеет жизнь; не имеющий Сына Божия не имеет жизни (V, 11. 12). Ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος, ἥτις ἦν πρὸς τὸν Πατέρα καὶ ἐφανερώθη ἡμῖν есть предмет апостольской проповеди (I, 2); принятие этого благовестия περὶ τοῦ λόγου τῆς ζωῆς ведет к общению с Отцем и Сыном Его Иисусом Христом (I, 8); вера в Сына Божия есть источник жизни вечной (V, 18, ср. 4 В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.Ин. 1:4). Положение, что Иисус Христос Сын Божий есть вечная жизнь – ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος – в Самом Себе и источник ее для человечества, составляет основу всей христианской жизни по учению Апостола Иоанна. Мы перешли из смерти в жизнь (III, 14), – но чем обусловлен этот переход? Несомненно, только верою в Сына Божия, Который есть жизнь вечная и в Котором жизнь вечная. После этого было бы странно, если бы Апостол к концу послания вдруг ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος отнес к Богу – Θεός, тогда как целое послание не представляет для этого никакого повода. 3) Эти соображения, думаем, дают нам достаточное основание относить οὗτος к непосредственно ближайшему ὁ Yἱὸς τοῦ Θεοῦ Ἰησοῦς Χριστός. Благовестием о Слове жизни, Которое есть вечная жизнь, Апостол заканчивает послание, присоединяя вопреки всяким извращениям христианской истины, что проповеданный Апостолами Иисус Христос Сын Божий есть истинный Бог и живот вечный: οὗτός ἐστιν ὁ ἀληθινὸς Θεὸς καὶ ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος (ср. 28 Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой!Ин. 20:28: ὁ Κύριος μου καὶ ὁ Θεός μου). Получается мысль, совершенно согласная со всем содержанием послания и более всего подходящая для заключения его, что чрез посольство Сына Божия мы получили не только познание истинного Бога, по и бытие в Нем и обладание вечною жизнью, поскольку Сын Сам есть истинный Бог и жизнь вечная (ср. περὶ τοῦ λόγουτῆς ζωῆς и τὴν ζωὴν τὴν αἰώνιον).
21Дети! храните себя от идолов. Аминь.
Это исповедание Иисуса Христа Сына Божия истинным Богом и жизнью вечною составляет завершение всего того, что Апостол сказал в послании как относительно истинного взгляда на лицо Богочеловека, так и относительно значения этого исповедания для христианской жизни. После слов οὗτός ἐστιν ὁ ἀλῃθινὸς Θεὸς καὶ ἡ ζωὴ ἡ αἰώνιος – оставалось поставить ἀμὴν и передать послание его читателям для руководствования к познанию истинного Бога и условий обладания вечною жизнью, ибо се есть живот вечный, да знают Тебе единого истинного Бога и Его же послал еси Иисус Христа (3 Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа.Ин. 17:3). Но, оканчивая послание, Апостол еще раз невольно обращает свою мысль к будущим читателям ого, к тем условиям, среди которых они живут. Он видит, что опасности, угрожающие его чадам, не исчерпываются теми, на которые он обратил все свое внимание в послании и против которых предостерегал их с такою настойчивостью. Христиане представляли из себя сравнительно небольшую группу, а весь мир погрязал в язычестве. Всякая улица, по которой ходили верующие, всякий дом, который им приходилось посещать, наполнены были идолами в буквальном смысле слова. Всюду устраивались языческие богослужения; по всем городам были великолепные храмы в честь языческих богов, и среди них великолепнейший храм Артемиды Ефесской с ее обольстительным культом. Сюда можно присоединить еще гражданские и родственные отношения, с которыми верующие по необходимости должны были считаться. Таким образом, соблазны снова впасть в идолопоклонство представлялись верующему на каждом шагу, особенно если он не тверд был в христианском учении (ср. 8 Который и утвердит вас до конца, чтобы вам быть неповинными в день Господа нашего Иисуса Христа.1 Кор. 1:8, 10; 10:7, 14). Эта опасность увеличилась еще от положительных преследований за принятие христианства и уклонение от идолопоклонства. Необходимо припомнить также и то, что некоторые из лжеучителей смотрели на идолопоклонство, как на дело совершенно безразличное, и также могли увлекать этою ложною свободой. Представляя все это, Апостол с сердечной болью предостерегает своих дорогих чад и от этой опасности. Τεκνία, φυλάξετε ἐαυτούς ἀπὸ τῶν εἰδώλων. Imperat, aoristi и возвратное местоимение при глаголе вместо общего залога с особенною силой оттеняют заповедь Апостола об охранении себя от увлечения идолами. Все сказанное о положении читателей, окруженных идолопоклонниками, говорит в пользу буквального понимания ειδωλα; в Новом Завете оно неизменно употребляется только буквально (41 И сделали в те дни тельца, и принесли жертву идолу, и веселились перед делом рук своих.Деян. 7:41; 20 Затрудняясь в решении этого вопроса, я сказал: хочет ли он идти в Иерусалим и там быть судимым в этом?Деян. 25:20; 22 Проповедуя не красть, крадешь? говоря: "не прелюбодействуй", прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь?Рим. 2:22; 4 Итак об употреблении в пищу идоложертвенного мы знаем, что идол в мире ничто, и что нет иного Бога, кроме Единого.1 Кор. 8:4. 7; 10:19; 2 Знаете, что когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам, так, как бы вели вас.1 Кор. 12:2; 16 Какая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы храм Бога живаго, как сказал Бог: вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом.2 Кор. 6:16; 9 Ибо сами они сказывают о нас, какой вход имели мы к вам, и как вы обратились к Богу от идолов, чтобы служить Богу живому и истинному1 Фес. 1:9; 20 Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить.Откр. 9:20; 8 Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая.Откр. 21:8). Получается такая мысль: раз навсегда сохраните себя от идолов, чтобы больше, не было никакой возможности уклониться на путь служения им! Ἀμὴν, если оно принадлежит перу самого св. Иоанна, является апостольскою печатью, утверждающею несомненную достоверность всего написанного и незыблемость его на все последующий времена; если же ἀμὴν составляет прибавку, сделанную самими христианами, во всяком случае в очень скором времени, то в нем выражено торжественное признание ими безусловной обязательности для христианского мира всего сказанного Апостолом в послании.