Псалтирь 31 глава 11 стих

Веселитесь и радуйтесь, праведные, не о себе, но о Господе. И хвалитесь все правые сердцем  (Пс. 31:11): и хвалитесь Им все, кто понимает, что правильно подчиняться Ему, чтобы вы могли быть поставлены выше всего сущего.

Радость о Христе

Вы же, которые не уздою и удилами, но по свободной воле приходите ко Го­споду, веселитесь о Господе и радуйтесь, праведные, и хвалитесь все правые сердцем-о Христе Иисусе Господе нашем, Который царствует во веки веков. Аминь.

Заключительные слова псалма призывают: Веселитеся о Господе, ирадуйтеся, праведнии, ихвалитеся, вси правии сердцем (11). Веселитесь о Господе и радуйтесь, праведные, и восхваляйте Его, все правые сердцем.

Псалом этот — не результат поэтического вдохновения, а подлинная история скорбного переживания Давида. Царю казалось: невозможно исправить то, что произошло в его жизни. Но покаяние и труд — всё перетрут. Когда человек исцеляется от грехов, как от ран, он укрепляется в уповании на Бога. И наступает настоящее веселье.

Смысл жизни — в таком духовном ликовании о том, что Господь дал нам бесценный дар жизни. Относиться к этому дару разумно учат нас примеры, которые приводит царь и пророк Давид.

 Be glad in the Lord, and rejoice, ye just: and glory, all ye right of heart. Here a categorical syllogism can be framed, so that like runaway slaves the rules for dialectic can be put to some use for the divine Scriptures. Every just man rejoices in the Lord: every man rejoicing in the Lord is of upright heart: so every just man is of upright heart. Let us remember, however, that we are not to take cognizance of syllogisms too often, because the careful reader most frequently finds in the sacred Scriptures passages from which he can draw them out for himself, and set them down after the fashion we have shown. It is enough for us to have demonstrated, admittedly somewhat infrequently, that the divine Scriptures undoubtedly contain amongst the arts of logic this facet as well, in effect if not in form. He frequently warns us that the just must be glad in the Lord, not in themselves, for he who is joyful in himself is deceived by false presumption, as has often been stated, whereas he who is glad in the Lord enjoys delight without end. Being glad means being soothed by sweetness in the heart’s silence, rejoicing means showing joy with the warmth of an excited spirit. Next comes: And glory, all ye right of heart. Here, by the figure known as apo koinou or a communi, we must also append: “Glory in   the Lord, you who are subject to Him, and entrust your freedom or distinction to His service, realising that you attain rewards of eternal blessedness by that means.” We must also note that for the sake of variety he earlier spoke of the just, but here of the right of heart. All who are just are right of heart, and in turn those who are right of heart are undoubtedly most just. So since the two terms are inseparable, there is no doubt that they are set side by side for the sake of variety, for frequent repetition of the same words is cloying. But let us ponder why this penitent deserved to obtain in clear tones a reply from Him to whom he prayed with his whole strength. The man who a little earlier was bent low and weighed down by the burden of sins is numbered among the just and welcomed among the upright of heart; thus his exaltation after being pardoned is as great as was his earlier abasement in rendering satisfaction. So he is now blessed, for he is clearly absolved by the decree of the most devoted Judge. Conclusion Drawn From the Psalm Let us now consider the power of this psalm, the fact that by supplication in ten verses it obtained God’s response without any delay. Perhaps it reminds us of the working of the ten commandments; just as observance of the decalogue invites us to a reward, so this prayer poured out from a remorseful heart leads us to supplicate for mercy. So let us read it carefully, and let us lament through remorse of heart, for what psalm is to be pondered over more eagerly than that in which sins are forgiven by the words of so great a Judge? The psalm has this outstanding and unique feature, that whereas other psalms of penitents in their peroration exult through the impulse of heaven-sent remorse, in this one the Lord who is addressed with great longing Himself promises mercy and joy. So we are continually to beg Him with an insistence which He welcomes, for He promises what was likewise recounted in the gospel-parable: Ask, and it shall be given to you: seek, and you shall find: knock, and it shall be opened to you. For everyone that asketh, receiveth: and he that seeketh, findeth: and to him that knocketh, it shall be opened.’ So who, I ask, should now lack confidence in most devoted supplication, seeing that the love of the King has deigned to strengthen us with this triple promise?  

++Комментарий на Псалмы, 31++

Желая блаженства не себе только, а и другим, и понимая его полную зависимость от милосердия Божия, Давид и призывает всех к безпрекословной покорности воле Божией. — „Не будьте как конь и меск — лошак, у которых нет разума", которые по этому неразумию своему не подходят к своему хозяину, а уходят от него, стремясь наслаждаться своей дикой, разнузданной свободой. Этих животных обыкновенно обуздывают-надевают узду и подтягивают голову броздами — удилами — чтобы направить на их надлежащий путь. Люди разумные должны сознательно и добровольно подчиняться воле и власти Божией, понимая всю благодетельность такого подчинения. Они должны знать, что многи раны грешному — за его многие грехи Господь поражает его многими ранами, как непокорнаго коня или лошака подчиняют мпогими ударами бича; а уповающаго на Господа милость обыдет — со всех сторон Господь будет наделять дарами Своей милости (Иов. 39-я), — так что он будет совершенно блажен. — Посему праведные должны радоваться, веселиться, торжествовать — так, как бы вся жизпь их была единым днем великаго священнаго праздника! — 

Так глубоко понимал ветхозаветный человек ответственность за свое глубокое грехопадение и безпомощность в деле искупления онаго: он страдал телом и душой — неисцельно и безотрадно, если не уповал на милость Божию; при этом — он не столько имел утешения получать милость от Бога, сколько неотразимый страх подвергнуться неизбежной каре Его правосудия. Несомненно, самым отрадным лучем в этом его мрачном настроении была мысль о грядущем Искупителе: издали веков созерцали Его праведный Авраам и все другие праведники, созерцал Его и Давид (Ин. 8:56)

Праведных веселие, радость и похвала, егда поставлени будут одесную Судии праведнаго, и восприимут наследие Царствия Небеснаго.